Тень из прошлого
Каспиан сидел за столом, его плечо было плотно перебинтовано, а на коленях лежал планшет с данными, которые Леон добыл из телефонов нападавших. В кабинете царил полумрак, освещаемый лишь мониторами.
Мира вошла, неся поднос с крепким кофе. Она уже знала, что он не спал — его челюсти были сжаты так сильно, что желваки ходили ходуном.
— Посмотри на это, — бросил он, не оборачиваясь. Голос звучал как скрежет металла по стеклу.
На экране было фото. Молодой человек, чуть старше Миры, в дорогом спортивном костюме. Виктор. Сын того самого Стефано с аукциона и… её бывший парень из университета, которого она бросила полгода назад.
— Он заказал тебя, Мира. Не меня, — Каспиан медленно встал, и его фигура, казалось, заполнила всё пространство комнаты. — Те стрелки в порту… они не целились в меня. Они должны были забрать тебя обратно к нему. Живой или мертвой.
Мира почувствовала, как по спине пробежал холод. Виктор всегда был одержим, но она не думала, что он пойдет на такое.
Каспиан подошел к ней вплотную. Он взял её за горло — не больно, но властно, заставляя задрать голову. Его большой палец надавил на ямку между ключицами.
— Он прикасался к тебе так же, как я? — прошептал он, и в его глазах вспыхнул безумный огонек ревности. — Он думает, что может вернуть то, что я уже назвал своим? Этот мальчишка решил поиграть в войну с мужчиной, который забыл больше, чем он когда-либо узнает.
— Это было давно, Каспиан. Он для меня ничего не значит, — выдохнула она, чувствуя, как его гнев обжигает кожу.
— Ого, запахло паленой плотью! — Маркус бесцеремонно ввалился в кабинет, за ним тенью следовал Леон. — Кэп, ты так на неё смотришь, будто хочешь либо съесть её, либо переписать на неё завещание. Леон говорит, что «маленький Викки» уже собирает армию из папиных недобитков.
Маркус подошел к столу и присвистнул, глядя на фото Виктора.
— Мда, Рик. Соперник у тебя — огонь. Ему двадцать три, у него есть пресс, волосы на голове и он, вероятно, знает, что такое Тик-Ток. А у тебя — подагра, три пулевых ранения и привычка ворчать на погоду. Мира, детка, ты уверена, что хочешь остаться с этим ископаемым? У Виктора, по крайней мере, зубы свои.
— Маркус, если ты не замолчишь, я выбью твои зубы, чтобы они перестали быть твоими, — процедил Каспиан, не отрывая взгляда от Миры.
— Ой, боюсь-боюсь! — Маркус картинно спрятался за спину Леона. — Рик, ревность — это удел молодых. В твои сорок два нужно думать о покое, а не о том, как мериться… харизмой с двадцатилетними мажорами. Леон, ты видел его лицо? Он готов лично придушить этого парня голыми руками.
Леон лишь коротко кивнул.
— Он уже выехал за ним, — сухо бросил он.
— Что?! — Мира вздрогнула. — Каспиан, не надо крови.
Каспиан отпустил её шею и медленно поправил манжеты рубашки. Его лицо стало абсолютно спокойным — и это было страшнее любой ярости.
— Крови не будет, Мира. Будет урок. Я покажу этому мальчику разницу между «хотеть» и «владеть». Маркус, готовь машину. Мы едем на встречу к Стефано. Пришло время отправить его сына в «академический отпуск». Навсегда.
Он посмотрел на Миру последний раз перед выходом.
— И не надейся на его спасение. В моем мире за то, что принадлежит мне, платят жизнью.