Изгнанник

⁃ Корабль полностью проверен, капитан. Мы готовы к отплытию, - голос Мадлен не выражал ни единой эмоции. Даже глаза ее не моргали. Их зелень мёртво замерла на исхудавшем лице.

Она стала другой. Это было заметно невооруженным взглядом. Исчез живой румянец, а на щеках провалились впадины вместо пухлых щёчек. Но дело было вовсе в другом. То, как гордо она стояла, сжав руки за спиной, и твёрдо сцепила губы. Мадлен и раньше иногда принимала вид гордого воина в моменты споров или словесных сражений, но тогда она казалась милым взбунтовавшимися дитём. Сейчас передо мной стояла другая Мадлен, резко повзрослевшая за столь короткий период. Холод ее взгляда был не наигранным, а настоящим, и этим леденил сознание.

⁃ Капитан здесь ты, - коротко отрезал, чтобы причина паузы, в которой я размышлял над ее изменениями, не стала слишком очевидной.

⁃ Капитан на корабле тот, кто главный. Так как я подчиняюсь твоим приказам, это звание ныне твое, - отчеканила она, и бровью не поведя.

Меня одолевали смешанные чувства. Осознавая какую боль, я причинил ей полгода назад, где-то внутри тягостно ныло от недосказанности. Я жаждал знать, что на самом деле скрывалось за жесткостью этих изумрудных глаз, как много слез и проклятий она хотела бы на меня излить. Мои доносчики осведомляли о передвижениях и мучениях, что довелось пережить этой хрупкой девочке, и все же, о ее чувствах и внутренних ранах сказать могла только она. Однако Мадлен здесь. Вот она, рядом, руку протяни. Только если ранее я мог позволить себе думать о ней, события прошлого ясно показали, что это было заблуждением и такая привилегия мне недоступна. На моих плечах ответственность за жизнь многих людей. Отдавая свои мысли и сердце девушке, стоящей напротив, я жертвую остальными, а допустить это было невозможным.

⁃ Ты управляешь кораблём, а значит и нашими жизнями, - уголок губ приподнялся в хитрой улыбке, - Капитан.

Не мог устоять перед возможностью вновь вступить в этот маленький спор, который был каким-то блеклым доказательством того, что от нас прежних все ещё что-то осталось. Изменилась не только она. Стал другим и я.

Люди так часто жалеют тех, кого предали, не зная, что за каторга быть предателем. Какое мучение видеть всю картину происходящего и не иметь ни единой возможности это исправить, или хотя бы объяснить. Тот, кого оставили, вынужден лишь смириться с болью и перенести ее. Другой же обязан сделать выбор, и после нести его последствия. Но что хуже - жить с мыслью «А правильным ли был этот выбор?».

Каким бы соблазнительным не казалось остаться и продолжить наш разговор, мне нужно было проверить соблюдение всех пунктов для отправки. Когда я проходил мимо Мадлен, меня легонько окутал нежный аромат хвои. Раньше от неё всегда пахло лавандой, я это точно помню. Ее запах преследовал меня иногда даже во снах.

Все последовали за мной, и пока никто не видел, я мимолётом прикрыл глаза, чтобы напомнить себе ради чего все это.

⁃ Пушки? - задал вопрос я и сам начал в уме считать сколько сейчас находится перед моими глазами.

⁃ Все 6, - ответила Мадлен.

⁃ Стрелки?

⁃ По 4 у каждой, - вновь последовал ответ.

Я удовлетворенно кивнул, ведь по всему борту действительно были расположены шесть пушек с соответствующим количеством нужных людей.

⁃ Припасы?

⁃ Марко уверен, что хватит на неделю пути.

Такой ответ меня не устраивал:

⁃ Марко может быть уверен и в том, что на одной гречке можно продержаться год. Вы проверяли все по спискам? - развернувшись к следующей ко мне толпе, я нахмурил брови.

⁃ Проверяли, - непоколебимо ответила девушка, - Последние бочки пресной воды и мешки с мукой и крупами доставили перед вашим приездом.

Пройдясь по остальным пунктам, я заключил, что все сделано на славу. Люди, отобранные для отправления в Столицу, были проверены несколько раз. Они делали все досконально, однако моим долгом все равно было провести заключительную проверку. И самые верные воины порой становятся жертвой собственной самонадеянности.

Для финального пересчета, все обязаны были выйти на палубу. Мадлен уже начала орудовать возле капитанского мостика, а пару матросов забрались наверх, чтобы выпустить паруса. Девушка развернулась через плечо и кивнула. Я обвёл взглядом присутствующих, в уме подсчитывая их количество.

⁃ Светим ярко! - крикнул я стоящей толпе.

⁃ Грешим законно! - тут же зашумела она в ответ.

Корабль качнулся и расстояние между ним и берегом начало плавно расширяться.

Просматривая документы, которые Филипп добыл у столичного адвоката, я методично раскладывал их по папкам. Для въезда в Столицу требовалось кучу бумаги, с детальным описанием прошлого человека, его внешними данными, рабочими навыками и всей родословной. У каждого тут теперь была своя, новая история, с новым именем и биографией. Филипп и Катарина потрудились на славу, выполняя эту часть работы. Поймать Кэррингема в Баретте сущее везение. Но вот заставить его заняться такой грязной работенкой - успех, никак иначе.

⁃ Рет, там все обедать собрались, - Трой приоткрыл дверь и просунул в неё голову. - Иди, пока горячее.

⁃ Выйду уже на ужин, - процедил я.

⁃ Но ведь...

⁃ Выйди наконец из моего кабинета, - рявкнул я, отрывая взгляд от бумаг.

Тот молча закрыл дверь. Этот парень не переставал меня раздражать. Наоборот, его негативное влияние на мою нервную систему даже набрало оборотов. Он отвернулся от Мадлен стоило мне только отдать приказ. Сделан таков ход был из чистого любопытства. Долгое время наблюдая за ним, я думал, насколько прочными были его чувства. И в то время, как в действиях Катарины и Марко у меня сомнений не было, Трой заставлял меня сомневаться в его преданности Мадлен. Только ему я дал выбор, чтобы узнать, это чувство следствие моей ревности, или он действительно продажный трус.

В работе прошли целые сутки. Все это время за дверью слышались голоса и топот присутствующих. Это не Хиганте Негро и не уединённая квартира, в которой я обитал ранее. Увы, тут не спрятаться. Но звуки начали стихать, а свет за окном становился темнее и темнее, пока не стал чёрным полотном. Комнату уже освещала только одна маленькая лампа с желтым светом. Я почувствовал, что в спине отдавало ноющей болью. Она будто тысячи лет находилось в одном положении. Мне нужно было пройтись и подышать свежим воздухом. В последнее время работа была по большей части интеллектуальной, нежели как раньше - физической.

Выйдя из каюты и пройдя коридор, чтобы подняться по ступенькам выше, меня сразу же окутал свежий морской воздух. Ветра не было, тишь да гладь. Лишь шум волн, ударяющихся об корпус корабля, и одинокая луна, что ярко освещала море. Мне хотелось вдохнуть вместе с воздухом спокойствие природы.

⁃ Тебя не было на обеде, - неожиданно произнёс голос за спиной. Мадлен пробралась незаметно, словно кошка.

⁃ Нужно было сделать много дел.

Оборачиваясь к ней, я заметил, как красиво небесный свет отсвечивал ее, ныне бледное, лицо. Она напоминала сирену, вышедшую из воды. Выбившиеся пряди волосы, закручивались возле щёк и мне впервые не хотелось убирать их ей за ухо, как я бывало любил это делать раньше.

Я бы рассматривал так ее и дальше, но она угрюмо кивнула, будто принимая мой ответ, и прошла дальше, облокачиваясь на перила.

⁃ Уже довольно поздно, - разорвал молчание я.

⁃ Этот факт остался бы незамеченным, если бы ты не огласил его вслух, - съёрничала Мадлен, не отводя взгляд от моря.

Мне хотелось ответить так же ядовито, добавляя огня в диалог, но внутренняя вина перед ней не разрешала пускать даже малейшей насмешки.

Какое-то время оба молчали. Она продолжала глядеть на море, а я на неё, детально запечатлевая каждый сантиметр ее силуэта. Все ещё поражала эта немая покорность. Зная ее огненный нрав, я ожидал криков и слез, выяснений и разбирательств, но получил неизвестность и молчание. Заготавливая ответы, когда поздними ночами думал о нашей встрече, я никак не мог представить, что все они окажутся не нужными.

⁃ Ты так долго обдумываешь, что мне сказать? - не выдержав, я сам задал вопрос, желая покончить с этой игрой.

⁃ Мне нечего вам сказать, Рет Лацио.

Каким красивым было мое имя в ее устах. Пускай обращение на «Вы», как к чужому, больно резануло слух, но имя... Я ухмыльнулся. Она может убедить меня в чем угодно, но точно не в том, что ей нечего мне сказать.

⁃ Пускай так.

Я стал рядом, и обратил свой взор туда, куда был направлен и ее, желая увидеть ту красоту, что так ее занимала. Но что море или луна, когда рядом она. Запах хвои перебивал даже дуновение морской соли, а пряди каштановых волос задевали теперь и мои руки, заставляя тело напрягаться. Мы продолжали стоять и смотреть на раскатывающие волны и время перестало быть значимым. Но вдруг она отпрянула от перил и испустила тяжёлый вздох:

⁃ Ты прав, уже совсем поздно. Доброй ночи.

И ушла.

Я не двигался с места, пытаясь представить, что она все ещё тут, но воображение слишком слабое, чтобы передать хоть капельку ее энергии. И разозлился на себя, на мир, на обстоятельства. Руки яростно ударили по деревянным перилам, которые ещё недавно обнимали ее тоненькие пальцы, а из груди вырвался животный рык.

Заходя в собственную каюту, я все никак не мог отделаться от накопившейся ярости. Зачем я задал ей этот вопрос? И зачем вновь погрузился в чувства, позволяя остынувшим эмоциям снова взять вверх? Мне опять стало невыносимо не хватать ее и иллюзия, которую я так тщательно выстраивал целых полгода, что она мне не нужна, рушилась и терпела крах. Мой взгляд упал на ящик в углу комнаты. Обычный, ничем не примечательный ящик, который обходился мне слишком дорого.

За завтраком настроение у всех было даже более чем прекрасное. Кто-то бросался едой и смеялся на все помещение, а кто-то громко обсуждал новости. Все сидели группками и с удовольствием поедали мясное рагу, приготовленное Марко и его командой.

⁃ Вот что! - он запрыгнул на стул рядом со мной, - Мы все ещё не обсудили с какой стати, с твоей правой руки, кровожадного убийцы и просто горячего парня, меня сместили и сделали чертовой кухаркой?!

Прожевав кусок вкуснейшего мяса, я откинулся на стол, и сложил на груди руки:

⁃ Кого ты собрался убивать тут, мачо? - на лице заиграла лукавая улыбка, - Устроим рыбалку на дельфинов? Или охоту на матросов?

Парень схватил нож и шутя наставил его на меня, имитируя угрозу:

⁃ Нужно будет, прирежу тебя, бесчувственная ты махина!

Вызвав у меня приступ смеха, он в секунду спрыгнул со стула и продолжил порхать по остальным столам, пуская сальные шуточки.

⁃ По-моему, ты слишком многое ему позволяешь, - Рейна сощурила глаза и кинула в меня испепеляющий взгляд. Хорошего настроения как не бывало.

⁃ По-моему, ты слишком серьезная, - парировал я.

⁃ Ты босс, - она стукнула кулаком по столу, но тихонько, так, что заметил это только я. - Он угрожает тебе при всех.

⁃ Довольно, Рейна. Ты стала параноиком. Марко всего лишь пошутил, а ты делаешь из этого предательство века.

⁃ Это все видят. И решат, что с тобой можно обращаться как угодно!

Не в силах терпеть ее нотации, я вытер рот салфеткой и, громко отодвинув стул, встав. Мне пришлось низко наклониться, чтобы прошептать ей:

⁃ Твоя мания власти сведёт тебя с ума, - фраза прозвучала как шипение, - С нами здесь такие же люди, как и мы, Рейна. Они не псы цепные! Хватит пытаться их запугать.

Покинув столовую, я хотел направиться к себе в кабинет, чтобы провести хотя бы какое-то время за тренировкой. Только они помогали забыться, снять стресс после эмоций, которые одолевали меня часто в последнее время. Они и ещё книги. Каждая страница погружала в иной мир, и на это время вся обыденность переставала существовать. Больше я кабинет не покидал. Меня заняла очередная новая книга, которая рассказывала о Норте Безумном, рыцаре, что по приданиям разделил Липинкнот на края. И именно на кульминации, моменте, когда море разбушевалось и стало затоплять целые континенты, веки мои отяжелели и меня обуял сон.

Пары дней было слишком много, чтобы отсиживаться в каюте. Мне нужно было тренировать первый загон, который был сплочением основных воинов на этом задании, следить за тем, как каждый изучает свою новую биографию, а что самое главное - снова и снова прокручивать все пункты плана в своей голове, пытаясь обнаружить возможные слабые места. Так прошло ещё несколько суток. Все это время погода улыбалась нам, никаких бурь. Мадлен я встречал за едой, у капитанского штурвала, раздающей приказы рабочим, или весело смеющейся с Катариной. Все эти дела так занимали ее, что она даже не замечала моего пристального взгляда с другого конца палубы. Порой мне хотелось подойти и заговорить, но я одергивал себя и переключал внимание на работу. Но однажды мне это не удалось.

Возвращаясь как обычно вечером после ужина, в свою каюту, я снова проходился по тому, что нужно сделать по прибытию в Столицу. Погруженный в свои мысли, не заметил, как дошёл до носа корабля. Заметив, что путь мой сбился, я уже думал возвращаться, как заметил девушку, висящую на фок-мачте. Она с усердным видом что-то перевязывала и бормотала себе под нос. Эта картина выгнала любые мысли с моей головы и заставила с улыбкой наблюдать за ней. Как вдруг что-то треснуло и неожиданно крикнув, она отлипла, словно листик, что сорвался с дерева и падает на землю.

Ноги инстинктивно понесли к предполагаемому месту падения, а руки уже были готовы к тому, чтобы ловить разбойницу. Слава Богу, что попала она действительно прямо в мои объятия. Крепко зажмурив глаза, девушка была в полном напряжении. Должно быть, она даже не поняла, что вместо земли оказалась в моих руках. Через некоторое время она открыла в удивлении веки, но быстро осознав, кто стал ее спасителем, сощурила их. Ее носик смешно скукожился, и она стала быстро дышать, будто готовясь к словесной атаке, но потом резко выдохнула:

⁃ Отпусти, - процедила Мадлен.

⁃ Не хочу, - хрипло прозвучал мой голос.

Смутившись, девушка покраснела. Густые ресницы быстро замахали, но через какое-то мгновение, она освободила одну руку и зарядила мне добротную пощёчину. Из-за недоумения, кисти непроизвольно расслабились и выпустили ее на свободу.

Пока она отряхивалась, я прислонил ладонь к щеке, не понимая за что она вынуждена была сейчас гореть.

⁃ За что? Я вообще-то тебя спас, - возмущённо крикнул я.

⁃ Благодарю! - Мадлен изобразила поклон, - Не пойму, чего ты увязался за мной? Корабль на плаву? На плаву! Что тебе еще нужно, Лацио?

Она упрямо нахмурила брови и начала испепелять меня своими изумрудными глазами.

⁃ Выскажи уже все, что думаешь. Я ведь знаю, что у тебя много вопросов.

⁃ У меня нет, - ткнула она пальцем мне в грудь и прошипела, - Никаких вопросов! Нет обид! И претензий! Не знаю, что ты себе там придумал, но это был всего лишь корабль. Может быть, тогда меня обуяли эмоции, но хорошо поразмыслив, я поняла, что никакой беды не случилось. Я заканчиваю последнее дело, как мы и договаривались, а после этого ухожу в свободное плавание. Так что отвянь, Лацио.

Ее тирада вовсе не убедила меня. Единственное, что показалось разумным так это то, что она решила доработать последнее дело, чтобы наконец уйти из «Стидды» со спокойной душой. Я продолжал изучать ее лицо, не отводя взгляд, ожидая, когда она сдастся, но Мадлен продолжала точно так же буравить меня. Раньше она бы смутилась и опустила его, но сейчас вместо смятения, в глазах горел огонь. И это чертовски заводило меня. Она была слишком близко и в мыслях появлялись картинки, которые следовало гнать прочь.

⁃ Ты правда этого хочешь? - улыбнулся я.

Огонь в глазах разгорался все сильнее и дыхание ее становилось более учащенным. Оно опаляло шею, заставляя мурашек на коже пробудиться. Сердце пульсировало слишком часто и казалось, что я слышу, как бьется ее. Руки сжались в кулаках, чтобы хоть как-то сдержать себя. А Мадлен все продолжала смотреть и грудь ее поднималась от частых вздохов.

Не в силах больше терпеть, я сократил то ничтожное расстояние между нами, и мои губы коснулись ее губ, соединяя их в поцелуе. Они были мягкими и податливыми, не оказывали сопротивления. Рука обвила ее талию и прижала ближе. Мне хотелось ощущать ее каждой своей клеточкой. В голове будто взорвались тысячи огней. Кисти Мадлен уперлись в мою грудь и этот жест заставил ее напрячься. Углубляя поцелуй, я прижимал ее все ближе, но оказывалось, что ближе просто невозможно. Вдруг ее ладони резко напряглись и оттолкнули меня. В голове все ещё не было ни единой мысли, только дрожь, брезжащая по телу.

⁃ Ты ошибка, Лацио, - ее маленькие кулаки сжались, а щеки пылали алым цветом.

Она не оттолкнула меня. Вот первая мысль, что победоносно гудела в голове. Может, потом Мадлен и нашла силы прервать поцелуй, но ей этого не хотелось, точно так же, как и мне.

⁃ Возможно, я лучшая ошибка, которую ты когда-либо совершала. - улыбнувшись ответил я.

В ту же секунду очередная пощечина последовала мне ответом. И так как красноречивее ее ничего не могло быть, Мадлен, развернувшись на пятках, быстро зашагала в обратном направлении, в сторону кают.

⁃ Доброй ночи, Медди! - крикнул я в спину уходящей девушке, но она не развернулась.

Снова усмехнувшись, я развернулся к морю. Мне кажется его голубизна стала насыщенней. И луна будто сияла ярче. Мадлен права. Это ошибка. Но о ней пожалею завтра. А сегодня я точно знал, что впервые за шесть месяцев сон мой будет крепким и спокойным.