На Вы
Снег таял под ногами, оставляя серые разводы на асфальте. Диана стояла у входа в университет, сжимая ремешок рюкзака. Сердце стучало неровно, будто отбивало тревогу.
Прошел месяц. Месяц боли. Месяц молчания. И теперь — возвращение. К нему. В его аудиторию.
Вдох. Выдох. Она открыла дверь.
В аудитории царила обычная суета перед началом пары. Все уже были на местах. Гул голосов, шелест тетрадей, кто-то смеялся. Диана вошла, опоздав на девять минут.
Все взгляды — сразу на неё.
И только один взгляд обжёг сильнее остальных. Тимофей сидел за кафедрой, с идеально прямой спиной и холодным лицом. Он поднял на неё глаза и произнёс:
Тимофей Аркадьевич — (ровно, жёстко)
— Опаздывать — всегда неуважительно. А в вашем случае, Диана, после месячного отсутствия… это особенно неуместно.
Диана — (коротко, безэмоционально)
— Больше не повторится.
Он кивнул. Без выражения. Она прошла на своё место, не глядя на него. Рядом сидела Алина, которая сжала ей руку под партой.
Алина — (тихо)
— Горжусь тобой. Всё будет хорошо.
Диана ничего не ответила.
Во время пары он спрашивал всех. Без исключения. Когда очередь дошла до Дианы, он произнёс фамилию строго:
Тимофей Аркадьевич —
— Климова. Встаньте. Назовите хотя бы одну теорию, о которой мы говорили на прошлой неделе.
Диана — (медленно встаёт, голос ровный и пустой)
— Не знаю.
Пауза. Он хмурится.
Тимофей —
— Хорошо. Тогда другая тема. Мы обсуждали методики когнитивной коррекции в рамках...
Диана — (перебивает)
— Не помню.
Он сжал губы. Но ничего не сказал. Только сделал пометку в тетради. Остальные переглянулись, ощущая ледяную стену между ними.
Пары закончились. Аудитория опустела. Осталась только она. Сидела за первой партой, скрестив руки, глядя в пол.
Тимофей молча разложил материалы. Сел напротив. Распечатки, конспекты, таблицы.
Он говорил. Объяснял. Термин за термином. Диана слушала. Молча. С каменным лицом.
Через полчаса он вдруг остановился. Взгляд скользнул по её лицу.
Тимофей Аркадьевич — (тихо)
— Как ты себя чувствуешь?
Диана — (резко, сдержанно)
— Во-первых, на Вы.
Тимофей — (опешив, кивнул)
— Хорошо. Как Вы себя чувствуете?
Диана — (в глаза не смотрит)
— Это не ваше дело.
Он откинулся назад, провёл рукой по лицу. Тишина давила. С каждой секундой между ними росло напряжение.
Тимофей —
— Я просто…
Диана — (перебивает, уже громче)
— Вы — просто преподаватель. Больше никто. Всё, что вас должно волновать — успеваемость студентов. Моё состояние — не входит в ваш перечень обязанностей.
Он долго смотрел на неё. А потом медленно сказал:
Тимофей Аркадьевич —
— Понял. Приношу извинения. Тогда продолжим по методике Бека.
Он снова начал объяснять. Холодно. Чётко. Она кивала, делала записи. Как будто перед ней сидел не человек, которого она любила, а обычный сухой преподаватель.
Но в какой-то момент — его рука дрогнула, когда он передавал ей ручку. Их пальцы соприкоснулись — на долю секунды. Она отдёрнула руку, как от огня.
Диана — (глухо)
— Пожалуйста, без этого. Вы же сами выбрали, помните?
Он ничего не ответил.
И весь оставшийся вечер — они были молча. Лишь сухие термины, задания, методики.
Но в его взгляде — пряталась боль.
А в её — обида, укутанная в гордость.