Глава 5.
Я не мог оставить её одну а течение двух часов. Врач благополучно забыл обо мне, но потом, зайдя в палату снова и обнаружив меня, Сергей Апполинарьевич тяжело вздохнул и попросил меня удалиться. Я не стал сопротивляться, мужик он хороший, вреда ей не причинит.
Я сел в машину.
- Макс, вези в какую-нибудь гостиницу. Я очень устал, - тихо сказал я.
- Хорошо, - и автомобиль плавно тронулся с места.
Я был разбит, мне никогда не было так тяжело. Я просто не понимаю того, что вокруг происходит. Я даже не сразу заметил, как мы подъехали ко входу в дорогую гостиницу, название которой стерлось в моей памяти, как только я взглянул на яркую вывеску.
- Андрей Аркадьевич, мы приехали, - нарушил молчание мой водитель, я вздохнул и кивнул ему.
- Спасибо. На сегодня ты свободен, Макс. Завтра к девяти будь у входа, - я отдал распоряжение и выбрался из душного салона. Этот город сам по себе душил меня.
- Здравствуйте, - меня поприветствовала девушка, администратор Юлия. Она улыбалась и ждала моей реакции.
- Двуместный номер, желательно люкс, - устало пробормотал я. От громкого и живого голоса девушки я чуть не оглох.
- Сейчас всё будет. Проживание в люксе стоит пять тысяч рублей. Расплачиваетесь карточкой или наличными?
- Бронирую на трое суток, - ответил я и протянул карту.
- Добро пожаловать в отель, ваш номер находится на десятом этаже, пройдите к лифту, - всё с той же улыбкой сказала Юлия.
Я ухмыльнулся. Золотое правило персонала самолетов: всегда улыбайся, ведь пассажир всегда прав. Не думал, что и здесь оно распространяется.
Я поднялся на десятый этаж и прошёл к пятьсот пятому номеру. Смутно помню, как оказался внутри, но быстро уснул, улегшись прямо в одежде на мягкую кровать.
Утром меня разбудил будильник. Полдевятого утра... Вспомнив, где нахожусь, я на ватных ногах поплелся в ванную. Надо закупиться одеждой и привезти что-нибудь в больницу.
Звонок мобильного заставил вздрогнуть. Я принял вызов и приложил аппарат к уху.
- Да, - коротко кинул я.
- Андрей, как вы там? - раздался обеспокоенный голос Елены Владимировны.
- Всё хорошо. Я поселился в гостинице. Всё не так страшно, как могло бы быть. Вчера она была без сознания, ребенок жив. Мне сказали, что это девочка, - я позволил себе немного улыбнуться. Приедем домой, и я тут же начну заниматься детской. Я даже вспомнил, что Диана ненавидит розовый цвет. А что она скажет о бежевом или золотом?
- Всё в порядке, - тяжело вздохнув, сказала женщина.
- Я поеду к ней в час по их времени. Не волнуйтесь.
- Господи, ну почему всегда она? - задала Елена вопрос, на который я не знал ответа.
- Как себя чувствует Сергей? - спросил я, вытираясь полотенцем.
- Спит, он очень устал. Ему дали недельный отпуск.
- Мы приедем через неделю, если разрешат её перевезти из больницы. У нас здесь нет никаких вещей.
- Я знаю нашего старого знакомого. Я тебе вышлю номер СМС-кой. Его зовут Виктор. Он бывший парень Наташки.
- Да не надо людей беспокоить.
- Андрюш, он должен знать. Диана ему как сестра, - настояла Елена.
- Хорошо. Жду сообщения, - сказал я и отключился. Теперь понятно, откуда у Дианы такой настырный характер. Пусть её мать ей и не родная, но они очень похожи.
Получив СМС с адресом, я собрался и вышел из номера. На крыльце меня уже ждал Максим.
- Доб... Здравствуйте, - поправился Макс. Я кивнул и похлопал его по плечу.
- Вот по этому адресу, - я вывел на небольшой экран текст сообщения, отправленного Еленой.
Макс кивнул и нажал на газ. Я смотрел в окно и не видел ничего. Люди спешили, садились в автобусы, забегали в туннели метро, теряя какие-то мелочи по дороге: перчатки, проездные билеты и другие вещи. Мы въехали в какой-то двор. Обычные дома, которых и в Хабаровске полным полно. Не вижу смысла покидать родной город ради чуть-чуть высшей перспективы.
- Жди здесь, - бросил я Максиму и вышел из автомобиля, подходя к ничем не примечательному подъезду. Дверь была открыта. И зачем, спрашивается, люди деньги за домофон платят?
Я вбежал на третий этаж и, найдя нужную квартиру, постучал. Сегодня выходной, он должен быть дома. Удача улыбнулась мне, и дверь открыл сам Виктор.
- Здравствуйте, а вы кто? - спросил он, стоя в серых спортивных штанах и черной футболке. Он был очень высоким.
- Я Андрей. Муж Дианы, - сказал я.
- Рад слышать. Давно я ничего о ней не знаю. Проходите в квартиру, - мужчина улыбнулся и пропустил меня внутрь. - Как её дела?
- Она в больнице, - сказал я. Эта фраза отозвалась эхом в стенах.
- Как в больнице? - мужчина был явно шокирован. - Проходи на кухню, сейчас всё мне расскажешь. Скоро и мои прибудут.
- Ваши?
- Жена и сын, - с улыбкой пояснил Виктор.
Я улыбнулся в ответ и прошел в скромную квартирку. Здесь было очень уютно и вполне комфортно, чисто и опрятно.
Виктор усадил меня за стол, накрытый зелёной скатертью. Всё как-то по домашнему.
- Значит, вас зовут Андрей?
- Да. Я муж Дианы. Она работала стюардессой, и недавно...
- Я в курсе авиакатастрофы. Так это наша Дианка? - изумленно спросил мужчина, я кивнул. Его взгляд заметно погрустнел. - Она мне как младшая сестра.
- Я знаю, Елена Владимировна мне рассказала.
- Как они переживают?
- Плохо. Лена каждый день звонит, а у Сергея сил нет даже номер набрать.
- Это и понятно.
- Я как узнал, сразу прилетел. Она же беременна.
- Ни фига себе! - воскликнул Виктор, подавившись печеньем. - Какой месяц?
- Пока первый. Это чудо, что они обе живы остались.
- У вас девочка будет, значит. Ладно, чем смогу, помогу.
- Помогать не нужно. Я в состоянии обеспечить им лечение. Просто мать Дианы сказала, что вы должны знать.
- Да уж. В какой она больнице?
- В тринадцатой.
- О, так там её художник знакомый лежит. Тоже в хирургии. Он с аппендицитом слёг, - чуть посмеявшись, сказал Виктор.
- Художник?
- Да, ни для кого ведь не секрет, что Диана хорошо рисует. Она еще подростком познакомилась с одним вожатым в лагере, он вёл у них кружок рисования, они и подружились. Пепеписываются. Она мне писала о нём. Потом он уехал из Хабаровска сюда, в колледже учиться. Я познакомился с ним, когда она попросила меня встретить его в аэропорту. Она с детства самостоятельная девочка. Там у неё какой-то период был. Первую любовь, что ли, переживала. Вот она и пыталась сама выкарабкаться. Выжить, так сказать. Я когда с её сестрой встречался, сразу заметил, что девочка она необычная. Обижать её себе дороже - она очень умная и хитрая.
Я улыбнулся и вспомнил времена нашей юности. "Пыталась сама выкарабкаться." Тогда я даже представить не могу, как больно сделал ей тогда. Несмотря на то, что прошло очень много времени, я до сих пор чувствую вину. Я был нужен ей. А в результате... Предал и предоставил возможность ощущать боль в тысячу раз больше прежней. Я смотрел на её синяки в школе, и меня так и тянуло подойти и прижать её к себе. Но каким же я был трусом. Она повзрослела намного раньше, чем должна была. Все, кто её знают, правы - она необыкновенна, непредсказуема, одновременно сильная и слабая. Я никогда не смогу полюбить кого-то так же, как её.
- Ну, не раскисай. Диана у тебя сильная. Береги её, а то и художник тебе зад надерет, - Виктор похлопал меня по плечу.
Как же они все правы.