Обреченные

Доминик

Уже около двадцати минут я неподвижно смотрю на снежный шар, который бережно поставила среди прочих мелочей на комоде — так, чтобы с первого взгляда он был не заметен другим.

Забравшись с ногами в кресло у окна, я нервно заламываю пальцы. Через два часа мне надо быть у Рут и помогать ей готовится к важному событию, но я до сих не имею ни малейшего понятия, как организовать эту вылазку.

Вариант рассказать Виктору правду даже не рассматривается, а мою ложь он, вероятно, сразу раскроет, поэтому приходится думать об обходных путях. Вот только в голову не лезет ни одной толковой мысли.

— О чем задумались, мисс Доминик? — я чуть не подскакиваю на месте, слыша голос Сары.

И как я могла не заметить, что та вошла в комнату?

— Ни о чем таком, — накинув на лицо полуулыбку, расцепляю руки и кладу их подлокотники.

Сара лишь пожимает плечами и переключается на скомканную после сна постель.

Наблюдая за тем, как женщина ловкими движениями расправляет простыню и взбивает подушки, я не могу не задуматься о том, чтобы попросить ее помощи.

Это опасно. Я знаю, но Сара — единственный в особняке человек, которому я хоть на грамм доверяю. Тем более других идей у меня до сих пор нет.

— Сара, — окликаю женщину, когда та заканчивает застилась кровать, — могу я попросить тебя об одолжении? Мне нужно...

— Мисс Доминик, — тут же перебивает она и подносит к губам указательный палец, призывая меня замолчать. — Конечно, я подготовлю для вас ванну.

Удивленно таращусь на женщину, пока та еле слышными шагами подходит к двери и, слегка приоткрыв ее, выглядывает наружу. Это длится с минуту, и все это время я сижу, затаив дыхание.

По всей видимости, убедившись, что никого поблизости нет, горничная плотно закрывает дверь, но не начинает диалог, пока не подходит ко мне вплотную.

— Если хотите попросить меня о чем-то важном, то вам стоит быть тише, — почти шепчет Сара.

— Конечно, прости, — понизив громкость, отвечаю я и указываю на кресло по соседству. — Присаживайся.

— Так, о чем вы хотели меня попросить, мисс Доминик?

— Пожалуйста, говори просто Доминик. Сейчас Виктор точно не услышит, что ты нарушаешь его правила, — женщина улыбается, а я продолжаю. — Сара, то, о чем я хочу попросить может быть опасно для нас обеих, так что ты в праве отказать мне.

— Я сделаю все, что в моих силах, ми... Доминик.

Не могу сдержаться и сжимаю пальцы Сары в своей руке. Эта женщина так добра. Она всегда была такой. Мне хочется пойти на попятную и отказаться даже от мысли выбраться из особняка с ее помощью, только бы не допустить возможности, что из-за меня у нее могут быть проблемы.

Но под пытливым взглядом Сары я все же произношу следующие слова:

— Я должна встретится с друзьями, а для этого нужно покинуть особняк незамеченной, — чувствую себя настоящей эгоисткой. — Вот я и подумала, может, ты сможешь прикрыть мое отсутствие?

Во мне нет надежды, что Сара согласится. Понимаю, чем может сулить ей подобный обман, и даже испытываю стыд, что вообще начала этот разговор. Стоило лучше подумать прежде, чем лезть на рожон.

— Хорошо, — подумав, что ослышалась, я вскидываю на женщину удивленный взгляд. — Я помогу вам, Доминик.

Она тепло улыбается, а я до сих пор не могу поверить, что горничная и правда согласилась.

— Ты уверена, Сара? Мне не хочется, чтобы у тебя потом были проблемы.

— Все будет хорошо, не переживайте, — встав на ноги, успокаивает меня женщина. — Через сколько вам нужно выйти?

Задумавшись, я начинаю прокручивать в голове воспоминания о том, как Эйден вез меня на знакомство с его друзьями. Тогда мы доехали за минут двадцать, хотя из-за нахлынувших на меня в тот день эмоций, казалось, что поездка длится куда дольше.

Услышав озвученные мною цифры, Сара задумчиво кивает.

— Я всем займусь, а вы пока сходите в душ.

— Но...

— Не переживайте, Доминик, я справлюсь, — женщина не дает мне возразить и, прежде чем я успею еще хоть что-то сказать, выходит из комнаты.

Наспех приняв душ и умывшись, я возвращаюсь в спальню и застаю на кровати бережно сложенную стопку вещей, которую для меня наверняка подготовила Сара. Не сдерживая улыбки, направляюсь к туалетному столику и наношу легкий макияж.

Когда Сара, тихо щелкнув дверью, заходит в комнату, я уже полностью одета и готова слушать ее команды.

— Я устроила все так, будто вы едите к портному, чтобы снять мерки, ведь за последнее время ваша фигура значительно изменилась, — говорит женщина, и я немного смущаюсь.

А ведь и правда изгибы стали плавнее, да и кости не так сильно проглядывают сквозь кожу.

— Но это обычно занимает всего пару часов, — замечает Сара, приглушая заигравшую во мне радость. — Однако, сегодня у вашего брата собрание клуба, так что я просто сделаю вид, будто после портного вы пошли в ванную и пробыли там до самого его отъезда.

Слова женщины звучат как вполне неплохой план. Виктор никогда не позволяет себе заходить, пока я принимаю ванну, так что это может сработать. К тому же то, что сегодня проходит собрание его клуба невероятно играет на руку: обычно он засиживается там допоздна.

— Это прекрасно, Сара, — не сдержав эмоций, я крепко обнимаю женщину. — Спасибо тебе большое!

— Тише-тише, Доминик. Нас могут услышать, — мягко упрекает меня Сара, но все же отвечает на объятия. — Но обещайте сильно не задерживаться.

— Конечно.

***

К кофейне «Рассвет» я подъезжаю на такси ровно в назначенное время. Покинув дом незамеченной, я не могу сдержать ликования. До сих пор не верится, что у меня получилось. Но вот она я вхожу в уже полюбившуюся кофейню под громкий звон колокольчиков над дверью.

— Доминик, это ты? — слышится с кухни голос Рут.

— Да, — кричу в ответ, снимая пальто.

— Я сейчас приду, милая!

Оставив верхнюю одежду на вешалке у входа, прохожу вглубь и усаживаюсь за центральный столик. Кофейня понемногу преображается, готовясь к тематической неделе Гарри Поттера, которую Нора тем временем активно освещает в социальных сетях, подогревая всеобщий интерес.

Рут категорически отказывается от финансовой помощи, как ребят, так и моей, поэтому бюджет на декорации у нас ограниченный, но даже так выходит вполне неплохо. Интерьер кофейни, и без того выглядящий атмосферно, теперь украшают развешенные по стенам тематические плакаты, которые Рут удалось найти на какой-то барахолке. Там же она раздобыла разноцветные флажки с эмблемами факультетов, что теперь протянуты под потолком.

Помимо этого, в планах сделать уголок для фото, где с потолка на нитях будет свисать множество конвертов с приглашениями в Хогвартс, по типу тех, что Гарри Поттер получил в первом фильме.

Этими письмами мне и предстоит сегодня заняться.

— Привет, — заходит в помещение измазанная мукой, но широко улыбающаяся Рут. — Я так рада, что ты приехала.

Я встаю, ожидая, что мы приветственно обнимемся, как делаем каждый раз, но женщина лишь чмокает меня в щеку.

— Не хочу, испачкать тебя, — объясняется она, указывая на фартук. — Как твои дела, милая?

Мы вместе опускаемся на стулья с мягкими подушками. Рут напоминает мне добрую тетушку, которой у меня никогда не было, поэтому каждую нашу встречу я ожидаю с трепетом.

— Все хорошо, а как идет подготовка?

— Точно, — вскакивает женщина. — Я сейчас тебе такое покажу!

И убегает за стойку, где, скинув фартук и вытерев с рук остатки муки, поднимает с пола какую-то коробку.

— Помнишь, я говорила, что у меня есть идея, как сделать волшебные палочки?

Помню и, если честно, до этого момента относилась к этой задумке слегка скептично. Идея Рут состояла в том, чтобы сделать с помощью клеевого пистолета рельефы и узоры на обычных палочках от суши, а потом раскрасить их акриловыми красками. И из того, что я видела, мне не казалось, что получится что-то хорошее.

Но женщине удается меня удивить.

— Смотри, что вышло!

Она ставит коробку на стол, и поначалу я даже думаю, что Рут все-таки сдалась и купила палочки на какой-то барахолке, но приглядевшись узнаю некоторые узоры, которые она делала, пока мы с Норой читали комментарии под одним из постов с рекламой кофейни.

— Они выглядят чудесно! — не сдерживаю восторга, потому что получилось и правда шикарно.

Окрашенные сначала в темно-коричневую краску, а затем кое-где украшенные золотой и серебристой, палочки смотрятся как неплохой реквизит для фильма.

— Спасибо, Николь помогала их раскрашивать, — гордо добавляет она.

— Кстати, она здесь? Я привезла ей подарок, — бросаюсь к сумочке, в которой припрятан набор одежды для Барби.

— И ты туда же, — недовольно вздыхает женщина. — Доминик, дорогая, у нас уже в квартире нет места для того, что постоянно привозят ребята, так что, пожалуйста, больше не траться, — теплая ладонь Рут ложиться на мою, и я чувствую себя немного пристыженной. — Не обижайся, но я правда не хочу жить в кукольном домике своей дочери.

— Прости.

— Все хорошо, — улыбается она. — Николь сегодня развлекается в компании Эйдена. Он предложил свозить ее в какой-то парк развлечений в торговом центре. Но я передам ей твой подарок.

От имени парня у меня в груди разливается тепло, которое быстро сменяется щемящим чувством. Мы не виделись меньше суток, а я уже успела соскучится.

— Хорошо, давай начнем, потому что Нора сказала, что заберет тебя после двух.

Я усмехаюсь. У меня никогда не было такого заполненного встречами дня. Точнее заполненного встречами, которых я действительно ждала.

— Что я должна делать?

Рут приносит мне все необходимое для создания писем, и я начинаю работу. Беру красивый конверт, пишу на нем черной ручкой адрес кофейни в качестве получателя и отмечаю Хогвартс как отправителя, а затем запечатываю письмо с помощью восковой печати красного цвета — с ней сработаться получается не сразу, так что я даже успеваю слегка обжечь палец, но где-то с третьей попытки результат начинает радовать глаз.

Тем временем Рут оформляет меловую дощечку с меню. Помимо придуманных мною кексов, которые в итоге получили название «Распределительная шляпа», там значатся еще несколько пунктов: сливочное пиво, лимонный пирог миссис Уизли и каменные кексы Хагрида. Может выбор и не слишком велик, зато я с уверенностью могу сказать, что каждый из десертов великолепен на вкус. Особенно лимонный пирог: хрустящее тесто внизу, нежная меренга сверху и кисловатая серединка — думаю, его определенно можно внести и в обычное меню, но прежде чем предложить это Рут, я хочу дождаться результатов нашей тематической недели. Единственной странной для меня вещью стало сливочное пиво, но его не добавить мы не могли.

— Кстати, а как вы познакомились с ребятами? — вдруг спрашиваю я, доделывая второй десяток конвертов.

Это оказывается куда тяжелее, чем я думала.

— Они начали приходить сюда, еще будучи школьниками. Сколько лет назад это было? — задумывается она, выводя на доске очередную букву. — Шесть? Боже, как быстро летит время!

Я усмехаюсь и, решив сделать небольшой перерыв, тянусь к чашке чая, что любезно заварила для меня Рут.

— Шумные мальчишки с большим аппетитом. Они приходили почти каждый день, садились вон за тот столик, — она указывает на стол в углу, — и съедали с дюжину сладостей. Я все время удивлялась, как в них столько помещается, — от теплых воспоминаний уголки ее губ ползут вверх. — Дела у меня тогда шли немногим лучше, чем сейчас, так что я была только рада их приходу, хоть бывало они говорили так громко, что мне казалось еще чуть-чуть и мои барабанные перепонки лопнут.

Пытаюсь представить Эйдена подростком с пирожным в руках и не могу сдержать усмешки.

— Но даже несмотря на это, мне нравились парни. Они всегда были вежливы, помогали убирать за собой тарелки. Хотя по началу Виджей и сопротивлялся порывам своих друзей, — почему-то я не удивлена. — А как они бегали вокруг меня, когда узнали, что я беременна — это надо было видеть! Эйден чуть не рвался варить вместо меня кофе.

Женщина откладывает доску и непроизвольно дотрагивается до живота.

— А потом родилась Николь, и все стало сложнее, — вздыхает она, и я вижу, как в глазах Рут вспыхивает грусть. — Вряд ли Эйден рассказывал тебе, но эту кофейню мы открыли вместе с моим мужем. Я не часто говорю о нем, потому что сколько бы лет не прошло, люди все равно оставляют на твоем сердце неизгладимый след. Мой муж был хорошим человеком, по крайней мере я считала его таковым до того момента, пока он не забрал все наши сбережения и не сбежал из города, оставив меня с Николь одних.

Ее голос вздрагивает, но Рут не позволяет слезам выбраться наружу. Горько усмехаясь, она вскидывает голову к потолку.

Я хочу подойти к женщине, чтобы обнять или сделать хоть что-то, но она останавливает меня, стоит мне только подняться со стула.

— Все нормально, милая, — Рут машет рукой, чтобы я села обратно. — Это все в прошлом. Нам с Николь пришлось нелегко, но мальчики очень помогли мне, когда взяли в аренду пользование подвалом. Хоть Виджей и прознал про него, суя свой нос туда, куда не стоит.

Мои брови удивленно подскакивают вверх.

— Ох, так Эйден не рассказывал тебе про Яму? — я отрицательно качаю головой. — В любом случае, не думаю, что он будет против, если ты узнаешь о ней от меня. Мальчики сделали в подвале отличный ремонт, организовав там свое так называемое логово, которое и прозвали Ямой. Хоть я была против брать с них деньги, но мальчики были слишком настойчивы. Не думаю, что они считали тогда, что действительно будут проводить здесь так много времени, но до сих пор кофейня продолжает свое существование в первую очередь за счет их аренды.

Полученная информация вызывает у меня шок и одновременную гордость за ребят. Боюсь представить, что было бы с Николь и Рут, если бы они лишились дома и кофейни. Что было бы со мной, не познакомься я с Эйденом и в последствии с этими людьми, к которым, не смотря на такой небольшой промежуток времени, успела прикипеть.

— В любом случае, надеюсь, наша слаженная работа сможет принести результат, — улыбается Рут, и я хоть и криво, но повторяю за ней. — Спасибо тебе.

— За что? Я же не сделала ничего такого, — от смущения начинаю нервно теребить рукав свитера.

— Я не только о кофейне, — отвечает Рут. — Знаешь, у каждого из мальчиков есть свое прошлое. Оно не самое светлое, и я знаю, каким грузом оно давит на их плечи. Они сколько угодно могут притворяться взрослыми и сильными, но я вижу, как порой трудно им приходится, — в голове вспыхивают воспоминания о том, как стоит людям в городе узнать Эйдена, и они готовы бежать сломя голову или и вовсе уколоть его своей ненавистью. — Поэтому я рада, что у Эйдена наконец появился рядом человек, который может поддержать его. Да, у него есть друзья, мы с Николь, отец, в конце концов, но это совсем другое, — я встречаюсь с ней взглядом. — Так что, пожалуйста, не обижай моего мальчика.

Ее голос звучит тепло, но я не могу не почувствовать вину. В воздухе замирает тишина. Я не двигаюсь, переваривая услышанное. До этого я не задумывалась о том, чтобы рассказать Эйдену о плане Виктора, но может это будет правильно?

Миллион сомнений вмиг атакуют мою голову.

И что же ты ему расскажешь? Что начала видеться с ним из-за приказа брата? О его плане? О котором ты не знаешь ровным счетом НИ-ЧЕ-ГО.

— Милая, ты в порядке? — спрашивает Рут и, подойдя ближе, прикладывает тыльную сторону ладони к моему лбу. — Ты побледнела. Может ты голодная? Я могу что-нибудь приготовить.

— Нет все в порядке, — выдавливаю из себя улыбку и пытаюсь загнать мысли подальше.

— Уверена?

— Конечно, но вот от еще одной чашки чая не откажусь.

— Хорошо, — гладит меня по макушке женщина и отправляется на кухню.

Тебе в любом случае придется обсудить это с Эйденом. Если, конечно, не хочешь вечно чувствовать камень на душе.

Приходится сдержаться, чтобы не начать нервно трясти ногой, когда Рут возвращается с дымящейся чашкой чая в руках.

Ты не сможешь всегда держать это в себе.

***

До приезда Норы я успеваю сделать еще несколько десятков конвертов. Теперь мы работаем в тишине, хотя я была бы не против, если бы Рут рассказала что-то еще, потому что даже музыка не может перекричать голос в моей голове.

Меня не перестают мучить сомнения. Я знаю слишком мало, чтобы эта информация имела хоть какой-то вес, но в то же время не могу перестать страшиться, что даже эта крупица может разрушить то, что успело возникнуть между нами с Эйденом.

Что же делать?

— Всем привет! — раздается звонкий голос Норы.

Она влетает в кофейню на своих двенадцатисантиметровых каблуках, в который раз удивляя меня своей изящностью. Ни за что не надела бы такую обувь в обычной жизни, но Нора чувствует себя в ней так же, как я в удобных кроссовках.

— Привет, дорогая, — отвечает Рут и подходит, чтобы обнять девушку.

— Как вы тут без меня?

— Еще немного, и я перестану чувствовать свои пальцы, — изрекаю я, запечатывая очередной конверт.

— Значит, я подоспела вовремя, — обнимает меня за плечи Нора и чмокает в щеку, наверняка оставляя на той след от помады. — Поехали, красотка.

Я смотрю на Рут, не уверенная, что могу покинуть ее прямо сейчас. Но в ответ на этот взгляд женщина берет с вешалки мое пальто и подходит, чтобы помочь его надеть.

— Ты отлично помогла мне, Доминик. С остальным я справлюсь сама.

— Точно? — мне не хочется, чтобы Рут корпела над этим в одиночестве.

— Да, тем более скоро должен приехать мастер, чтобы посмотреть, что с плитой, и Николь с Эйденом вернуться с минуты на минуту. А вам нужно найти наряды для вечеринки.

Я перевожу непонятливый взгляд с Рут на Нору и обратно.

— Он до сих пор тебе не сказал? — читает в моих глазах немой вопрос Нора и недовольно хмурит брови. — Я ему устрою!

Меня веселит всплеск эмоций девушки, но я продолжаю ждать, когда мне наконец объяснят, о какой вечеринке идет речь.

— Скоро Хэллоуин, милая, — говорит Рут, пока Нора строчит Эйдену гневное сообщение.

— Мы каждый год устраиваем вечеринку, и я не могу поверить, что Эйден до сих пор не сказал тебе об этом, — возмущается девушка.

— Да, это на него не похоже, — добавляет Рут, и мне хочется засмеяться.

Кажется, мы знакомы с совсем разными Эйденами.

— В любом случае, теперь я знаю, — пытаюсь усмирить гнев Норы, на что та лишь хмыкает.

Тем более я не уверена, что смогу пойти.

Но я не хочу произносить это вслух. Хочу хранить хотя бы надежду на то, что у меня получится провести время с Эйденом на вечеринке. Не буду спешить и ставить на этом крест.

— Ладно, нам пора, — все еще немного возмущенная говорит Нора.

— Хорошо проведите время, девочки, — отвечает женщина, и мы выходим из кофейни.

***

Такси подвозит нас к огромному магазину дизайнерской одежды, построенному в виде слегка перекрученного посередине куба из стеклянных и белых плит. Стоит выбраться наружу, и я вижу подсвеченную надпись Катрин Фокс.

— О, я была в ее платье, когда мы впервые встретились с Эйденом, — вспоминая красивую голубую ткань, произношу я.

— Отлично, тогда мы обязаны выбрать тебе здесь что-то на Хэллоуин, — схватив меня за руку, Нора направляется ко входу.

Внутри нас встречает консультант. С ней общается Нора, пока я восхищенно оглядываюсь по сторонам. Мне кажется, будто я попала в какой-то фильм. Меня не удивляет интерьер магазина, хоть тут и правда красиво: холодное освещение, светлая мебель и цветовые акценты в виде одежды на манекенах. Скорее я не могу сдержать эмоций от того факта, что приехала за одеждой не вместе с братом.

Консультант проводит нас к свободным примерочным, которые здесь разбросаны по всему магазину, чтобы дать покупателям больше личного пространства. Перед двумя кабинками с молочно-белыми шторками, стоит такого же цвета диван и небольшой стеклянный столик.

— Принести вам чай или кофе? — спрашивает консультант, пока мы кладем свои сумки на диван.

— Два капучино, пожалуйста, — улыбчиво отвечает Нора, а затем поворачивается ко мне. — Я же все правильно сказала?

— Да, — усмехаюсь я на секунду проскочившей в ее глазах панике.

— Отлично, — говорит Нора и падает на мягкие подушки дивана. — Можешь пока что осмотреться, но, если честно, я взяла на себя наглость и попросила подготовить нам два платья, которые, как мне кажется, отлично подойдут.

Я совсем не против того, что Нора взяла инициативу на себя. Мне не в первой, чтобы кто-то выбирал, что мне носить, но в случае с ней я даже рада. Эйден говорил, что Нора учится на дизайнера, так что думаю с выбором наряда она справиться куда лучше меня.

Насидевшись за оформлением конвертов в кофейне, я хочу немного пройтись, поэтому следую ее предложению и решаю осмотреться. Прохожу вдоль вешалок с одеждой, попутно проводя по ним рукой и восхищаясь мягкостью тканей, из которых та сделана.

— Кстати, а какая тематика вечеринки? — вдруг спрашиваю я. — То есть понятно, что это Хэллоуин, но может есть какие-то ограничения?

Признаться, я ни разу не праздновала Хэллоуин, поэтому не имею ни малейшего понятия, как обычно проходят такого рода мероприятия.

— Семь смертных грехов, — листая один из журнальчиков, что лежат на кофейном столике, отвечает Нора. — Обычно мы не ставили никаких ограничений, но раз в этом году вечеринка проходит в «Чистилище», решили сделать ее еще более тематической.

— И какими же грехами оденемся мы?

Спрашиваю я ровно в тот момент, когда к нам возвращается консультант с подносом, на котором стоят две чашки кофе. За ней следом идет еще одна работница бутика, держа в каждой руке по чехлу с одеждой.

— Вот сейчас и увидишь, — загадочно улыбается Нора.

Стоя в просторной примерочной я скептически оглядываю себя в зеркале. Платье, подобранное Норой, совсем не походит на то, что я обычно ношу. Я бы даже сказала, что это то, что я никогда бы не надела. Виктор попросту убил бы меня, если бы я заявилась куда-то в подобном виде. Но, возможно, как раз из-за этого факта мне начинает нравится мое отражение.

Сшитое из приятного черного материала, переливающегося на свету, с корсетом наверху и со спущенными с плеч полупрозрачными рукавами платье отлично сидит по фигуре, но едва прикрывает мой зад. Открытые плечи, часть спины и ноги — все это вызывает у меня приступ паники, ведь я никогда не позволяла оголять себе все это разом. С корсета вниз спускаются два ремешка, которые, скорее всего предназначены для закрепления чулок, но я точно знаю, что никогда не воспользуюсь ими по назначению. Сверху декольте украшает серебристый крест, который повторяет узоры на пуговицах ниже. Эти детали кажутся мне специфичными, но вполне органично вписывающимися в тематику Хэллоуина.

— Ну что? — слышу голос Норы, и неуверенно обтягиваю платье пониже.

Я делаю это каждую секунду, поэтому еще сложнее представить, что у меня хватит смелости пойти в подобном на вечеринку.

Стоит мне отодвинуть шторку, как Нора восклицает:

— Мать моя Бейонсе, ты выглядишь шикарно! А ну-ка покрутись.

Но даже под ее восхищенным взглядом я не могу успокоить сомнение внутри себя.

— Не думаю, что оно мне подходит.

— Смеешься? Оно будто сшито специально для тебя, — выглядывает из-за моей спины Нора и теперь мы вместе смотрим в зеркало.

Она тоже переоделась. Ее платье выполнено из бордового латекса, обе шлейки уходят на одно плечо, а верхняя часть платья и вовсе представляет из себя отдельные полоски ткани, которые частично оголяют правый бок девушки. Но ей идет. Она выглядит как богиня, пока я неуверенно мнусь рядом.

— Мы с тобой почти Рианна и Шакира в клипе «Can't remember you», — довольно замечает она.

— Прости, я не смотрела.

Ее глаза округляются, и мне опять хочется засмеяться из-за ее яркой мимики.

— Боже, Ди, мне надо заняться твоим просвещением. Это же почти классика!

— Буду ждать первый урок, учитель, — все-таки смеюсь я, но потом возвращаю свой взгляд к платью.

— Что именно тебе не нравится? — заботливо спрашивает Нора.

— Не знаю, — вымученно выдыхаю и опять обтягиваю платье. — Я не привыкла к такой открытой одежде.

— Во-первых, дорогая, — она одергивает мои руки от края юбки, — не надо его так обтягивать. Тебе только кажется, что оно слишком задирается, на деле же все нормально. Тем более ты можешь надеть под низ черные шортики, чтобы быть уверена наверняка, что никто не увидит цвет твоего нижнего белья. Во-вторых, ты, как и сейчас, наденешь колготки, так что и ноги не будут казаться чересчур обнаженными.

— А в-третьих?

Нора заставляет меня развернуться к ней лицом и поправляет мои волосы. От нее приятно пахнет, только сейчас я понимаю, что это что-то пряно-вишневое.

— А в-третьих, почти каждая будет одета как похоть, так что ты должна выглядеть так, чтобы их лица застелила зависть, — подмигивает она. — И поверь, это платье справится с задачей на ура.

Девушка разворачивает меня обратно к зеркалу, будто заставляя взглянуть на все другими глазами.

— Ну и, в-четвертых, Эйден упадет в обморок, когда увидит тебя в этом, — шепчет Нора из-за спины.

От ее слов у меня краснеют щеки.

Возможно, девушка права. Если уж и играть в эту игру, то надо идти ва-банк. В конце концов никогда не знаешь, когда жизнь лишит тебя всего без остатка.

Так значит мы опять собираемся сбежать из дома? Виктору это не понравится.

Нагнетающе шепчет голос в голове, но, глядя на свое отражение, я заставляю его заткнуться.

— Хорошо, — наконец выдыхаю я. — Я куплю его.

— Еще чего, — вдруг возникает Нора. — Это мой тебе подарок.

— Что? Нет, не стоит, я могу сама купить его.

Иду к своей сумке, чтобы достать оттуда кошелек, но Нора хватает меня за руку, останавливая на пол пути.

— Успокойся, Ди. Это магазин моей мамы.

Этот день не перестает меня удивлять, и я опять таращусь на девушку передо мной.

— Катрин Фокс твоя мама?

— Это Эйден тебе тоже не рассказал? — фыркает она и отпускает мою руку. — Так что, пожалуйста, позволь мне подарить тебе, возможно, самое развратное платье в твоей жизни.

Меня пожирает чувство дискомфорта от одной лишь мысли, что Нора потратит на меня сумму денег, указанную на бирке. С другой стороны, будет лучше, если Виктор не увидит списания с моего счета и не придет узнать, как я вообще оказалась в бутике Катрин Фокс. Тем более, глядя, как, сложив руки на груди, с вызовом смотрит на меня Нора, я почему-то уверена, что она не настроена на проигрыш.

— Ладно, — сдаюсь я и сразу же оказываюсь в объятиях Норы. — Кажется, это я должна прыгать и благодарить тебя.

— Да какая разница, — усмехается девушка, но уже через секунду становится серьезной. — Теперь нам нужны туфли.

Расплатившись за платья и поблагодарив персонал бутика, мы отправляемся вниз по улице, попутно заходя в понравившиеся магазинчики. Я определяюсь с выбором обуви почти сразу, остановившись на черных ботильонах с невысоким, но массивным каблуком. Невысоким по мнению Норы, конечно, потому что для меня это почти вершина Эвереста, но они оказываются такими удобными, что я покупаю их не раздумывая.

Дальше я скорее составляю компанию Норе, но ничуть не жалуюсь, наслаждаясь заходящим солнцем и атмосферой. В моей голове до сих пор не укладывается, что я могу так спокойно гулять с кем-то по городу, поэтому моментами, вспоминая об этом факте, чувствую, как сердце начинает биться чаще.

Когда мы проходим мимо небольшой сувенирной лавки, я прошу Нору зайти внутрь. Эйден уже дважды дарил мне что-то, и я не хочу отставать. Мое внимание привлекает стенд с брелоками. Их там оказывается огромное множество, и все абсолютно разные. Отсмотрев примерно четверть имеющегося ассортимента, я натыкаюсь на тот самый. Выполненный из металла, но на удивление легкий, он выглядит как меч с головой дракона на гарде. В глаза монстра инкрустированы два красных камешка, которые будто светятся изнутри.

В отличие от платья, тут мне не нужно время на раздумья. Поэтому я сразу же иду на кассу и прошу сложить его в подарочную упаковку.

Стоит нам выйти на улицу, как мы понимаем, что солнце уже опустилось за горизонт, окутав город вечерним сумраком.

— Думаю, пора выдвигаться домой, — замечает Нора, и я не могу не согласится.

Мы подходим к ближайшей остановке и вызываем такси. Людей на улице уже почти нет, поэтому я с удовольствием наслаждаюсь шумом проезжающих машин и осенней прохладой. Но длится это недолго.

Словно гром среди ясного неба, мы слышим незнакомые голоса позади. Я сразу понимаю, что они мужские, поэтому не удивляюсь, когда, обернувшись, вижу трех парней, и чувствую липкий страх, когда понимаю, что они двигаются в нашу сторону.

Вмиг подхожу ближе к Норе, прижимаясь к ней, как испуганный щенок.

— Все хорошо, — ее теплая рука сжимает мою, и я не могу понять, откуда в этой девушке столько уверенности и бесстрашия, ведь, в отличие от меня, Нора встречает незваных гостей с улыбкой.

— Добрый вечер дамы, — говорит один из них. — Можно узнать, почему такие красивые девушки гуляют одни в позднее время?

— Не поверите, как раз ждем такси, — отвечает Нора и дальше слова вырываются из нее как из пулемета. — Пол дня потратили на выбор платьев, не представляете, как устали. А потом еще туфли. Вы когда-нибудь пытались найти обувь к красному платью? Нет? О поверьте, это безумно сложно! Кто вообще придумал столько оттенков? Мне пришлось перемерить пар двадцать, чтобы наконец найти подходящие! А как ваш вечер? мальчики?

До сих пор молчавшие, изумленные монологом Норы, они наконец отмирают.

— Все в порядке, — как-то нескладно начинает тот же, что и говорил с нами до этого. — Вот хотели познакомится с вами, поэтому подошли.

— Ой, как это мило, — слегка наклоняет голову девушка, а затем грустно поднимает брови. — Мальчики, не хочу вас расстраивать, но мы так устали. Знаете, шопинг сильно выматывает. К тому же скоро приедет наша машина, но если хотите, я могу оставить вам свой номер телефона.

Явно не ожидавшие подобного исхода событий, они начинают копошится в поисках мобильного, а затем также неуверенно передают его Норе. Та быстро вбивает номер и возвращает телефон обратно.

— У меня правда батарейка села, но я скоро буду дома, так что можете звонить, — сладко улыбается она. — Было приятно познакомится, мальчики. А теперь можете оставить нас одних, пожалуйста, нам надо немного посплетничать.

Будто загипнотизированные они прощаются и несколько раз оглянувшись наконец уходят.

Я же продолжаю ошарашено смотреть на Нору.

— Ты что и правда дала им свой номер? — единственное, что у меня получается выдавить из себя.

— Нет, конечно, — фыркает девушка.

Но будто в противовес ее словам, мы слышим мелодию звонка. Такая же удивленная, как и я, Нора достает телефон из сумки.

— Все в порядке, это твой парень, — смеется Нора и ставит на громкую связь. — Привет, тощая задница, что ты хотел?

Обычно Эйден язвит в ответ, но не в этот раз.

— У Рут взорвалась плита.