Обреченные

Доминик

В понедельник мне не терпится покинуть поместье Грант. Никогда не любила проводить в этих стенах слишком много времени. Атмосфера угнетает, а воздух, пропитанный напряжением, вызывает головную боль. В такие моменты я напоминаю себе призрака, который бродит по старому зданию и не может найти упокоения. Только в отличие от сверхъестественного существа, моя прогулка ограничена стенами собственной спальни.

К тому же я успела соскучится по Хоуп и Сью. За последнюю неделю мы перекинулись лишь парой сообщений, но это дало мне понять, насколько эти порой безумные девочки стали мне близки.

С того дня, когда Вик решил ввести мою фигуру в свою игру, я наконец получила время на восстановление. Большинство синяков уже потеряли свою яркость, а царапины на коленях почти зажили, оставляя после себя еле заметные белые шрамы.

И я наконец готова вернуться к занятиям.

До колледжа меня довозит водитель Виктора. За всю дорогу он не произносит ни слова, и если обычно подобное поведение работников поместья заставляет меня чувствовать себя самозванкой, то сегодня я слишком взволнована. И дело не только в Хоуп и Сью.

Тогда в оранжерее, когда Эйден позвал меня на свидание, к слову, первое в моей жизни, я и подумать не могла, что он имел ввиду ближайшее будущее. Тогда у фонтана мы обменялись номерами телефонов - на это я решилась не сразу, уж слишком много сомнений в момент атаковали мою голову. Но в конце концов я сдалась, и вчера вечером Эйден отправил первое сообщение:

Эйден: Как насчет завтра?

Его чрезмерная самоуверенность вызывает у меня улыбку.

Доминик: Неужели в семье Ламбертов не принято здороваться?

Эйден: Зачем тратить на это время, ангелочек?

Доминик: Но ты же тратишь его на то, чтобы раздражать меня этим прозвищем.

Эйден: Не понимаю, о чем ты.

Эйден: Кстати, вопрос про завтра до сих пор открыт. Давай же, ангелочек, не расстраивай меня.

Доминик: Завтра в планах грызть гранит науки, так что тебе придется побыть наедине со своим самомнением.

Эйден: Откуда взялись твои предрассудки о моем самомнении? Да, я безумно красив и очарователен, но разве это не общеизвестный факт?

Доминик: Естественно. Поэтому обязательно своди себя на чашечку кофе. Нельзя прятать такую красоту.

Эйден: Тогда мы с моей красотой заберем тебя после занятий. Нас с ней нельзя оставлять наедине, мало ли что может случиться...

Доминик: Вынуждена отказаться.

С тех пор мой телефон молчит. И, если честно, меня это немного беспокоит. Не могу перестать думать о том, почему Эйден так и не ответил. О чем думает? Как воспринял мой отказ? У этого парня отлично получается заполнять все мои мысли.

Виктор в курсе того, что произошло на чаепитии, а также того, что Эйден хочется встретиться вновь. Когда я отчитывалась перед братом, он даже одарил меня похвальной улыбкой. Но я не собираюсь рассказывать ему ни о переписке, ни о глупом прозвище, которым меня одарил Эйден. Вик знает лишь то, что колесики его плана двигаются, а остальное я хочу оставить при себе. По крайней мере пока у меня есть такая возможность.

Машина останавливается рядом со зданием колледжа ровно за двадцать минут до начала занятий. Быстро благодарю водителя и, не получив ответа, что не удивительно, выскакиваю на улицу.

Погода сегодня ветреная, поэтому теплее укутываюсь в пальто и направляюсь в сторону входа.

За это утро я проверила телефон на наличие новых сообщений уже несколько десятков раз. И хоть на него до сих пор не пришло ни единого оповещения, я вновь открываю диалог с Эйденом.

Пусто.

Последнее оставленное мной сообщение помечено как прочитанное, но ответа до сих пор нет. Чувствую, как внутри разливается разочарование, и злюсь на саму себя.

Может не надо было так резко отвечать? А что если он больше мне не напишет?

От этой мысли становится совсем паршиво. Но мою глупую тираду предположений прерывает Хоуп, вдруг прыгнувшая мне на спину:

- Неужели малышка Ди почтила нас свои присутствием! - притягивая ближе, она чмокает меня в щеку. - Серьезно, Ди, я успела так по тебе соскучиться.

- Я тоже, но если ты с меня не слезешь, то мне придется провести еще пару недель в больнице, леча грыжу.

Хоуп спрыгивает и обиженно надувает губы:

- Не такая уж я и тяжелая!

- Да, но и я не среднестатистический принц, чтобы носить тебя на руках, - обнимаю подругу за плечи, пытаясь реабилитироваться.

- Иногда я совсем не понимаю, почему продолжаю терпеть тебя и Сью, - театрально вздохнув, улыбается Хоуп, и мы вместе отправляемся в сторону огромных стеклянных дверей.

- Потому что ты доброта воплоти?

- О да, я такая.

В аудитории, где проходит первая на сегодня лекция по экономике, нас уже ждет Сьюзен. Усевшись за одну из парт в середине помещения, она хмурит брови и увлеченно барабанит пальцами по экрану смартфона.

- Эй, Сью, смотри, кого я привела!

Хоуп никогда не славилась своей сдержанностью, поэтому и теперь ее громкий голос привлекает к нам внимание всей аудитории. Я смущенно киваю, пока моя подруга несется вперед по узкой лестнице между парт.

- Да отвлекись ты от своих переписок! - вырывая телефон из рук Сью, восклицает она. - Ты вообще меня не слышишь?

- Быстро. Верни. Мой. Телефон, - чеканит слова Сьюзен, одаривая Хоуп недоброжелательным взглядом.

Даже я чувствую, как колет от страха сердце при виде разъяренной Сью, что говорить о моей златовласой подруге, которая спешит вернуть девушке ее имущество.

- Прости, - шепчет Хоуп так, будто вот-вот расплачется.

- Неважно, - пряча телефон в карман, отвечает Сьюзен и раздраженно добавляет: - Только не смей плакать из-за этого пустяка.

- Хорошо, - но по щеке девушки уже скользит слеза, которую та быстро смахивает рукавом кофты. - Я не знала, что ты так отреагируешь.

Выражение лица Сьюзен смягчается, и она протягивает руку, чтобы приобнять подругу.

- Забудь, Хоуп. Только успокойся, хорошо?

- Ага, - шмыгнув носом, она проваливается в объятия Сью.

Наблюдая за открывающейся сценой, я неуверенно тереблю край кофты. Как мне поступить? Присоединиться и обнять их? А вдруг девочки оттолкнут меня, и тогда я буду выглядеть глупо?

Будто сейчас ты выглядишь лучше.

К моей удаче, девушки наконец отрываются друг от друга, и на их лицах замирают легкие улыбки. Конфликт исчерпан.

- Привет, Грант, - подмигивает мне Сью.

- Привет.

Чувствую облегчение и, не задерживаясь, бросаю свои вещи на парту позади: мы всегда сидим треугольником, в котором я занимаю стол позади девочек - после череды проб и ошибок мы поняли, что это самый удобный вариант, ведь Хоуп обязательно будет касаться своей соседки, а в споре со Сью «кто из нас менее тактильный» выиграла я.

Усевшись на свои места, девочки поворачиваются на стульях, чтобы продолжить разговор.

Я кладу телефон рядом, перед этим в очередной раз проверив наличие новых сообщений. Но там все так же пусто.

- Ждешь что-то важное? - заметив мое новое хобби, спрашивает Сью.

- Неужели это тот, ради кого ты кинула нас в «Чистилище»? - подхватывает Хоуп.

- Все было не так! - пальцы вновь сжимают рукав кофты под столом, а на лице появляется лихорадочный румянец. - Я поехала домой. Разве охранник вам не передал?

- Так мы тебе и поверили, - хмурится Хоуп. - Если бы все было так просто, ты бы сама пришла за вещами. Так что давай рассказывай, кого отцепила себе наша малышка Ди!

Неуверенно перевожу взгляд с Хоуп на Сью. Первая замирает в ожидании захватывающей истории, пока вторая явно насмехается над сложившейся ситуацией.

- Я правда уехала домой! - улыбка получается чересчур кривой, на что Хоуп, которой не терпится узнать все в мельчайших подробностях, недовольно цокает языком. Не хочу обсуждать тот вечер, поэтому предпринимаю попытку сменить тему: - Лучше расскажите, как вы повеселились?

- Могло быть и лучше, - ловит мою наживку Хоуп. - После того, как ты ушла, парни тоже куда-то испарились. А я так и не смогла узнать, есть ли у Адама девушка!

От этого имени у меня по спине пробегает холодок. Воспоминания о клубе хоть и поблекли на фоне того, что сделал Виктор, но стерлись из памяти полностью. В голове до сих пор иногда проскакивает мысль: а что, если бы Эйден не пришел? И каждый из возможных сценариев кажется мне ужасным.

Всю ту неделю, что я не виделась с девочками, меня мучил один вопрос. Знает ли Сью, что натворили ее друзья? Я множество раз стыдила себя за мысль о том, что она может быть в курсе, но при этом даже не стремится узнать, как я. И как бы мне не хотелось поверить в силу нашей дружбы, эта навязчивая идея никак не покидала подкорку моего сознания. Все-таки они общаются и могли банально не сдержаться и взболтнуть лишнего.

Но Сьюзен никак не реагирует на упоминания Адама. Ни косых взглядов в мою сторону, ни нервных покусываний губы. Она лишь увлеченно рассматривает свои ногти, оставаясь абсолютно безразличной к словам Хоуп.

Меня опять охватывает чувство стыда. В груди жжет от отвращения к собственным мыслям. Хочется извиниться, и я даже готова сделать это вслух, не думая о том, как посмотрит на меня девушка. Но звучит звонок, оповещающий о начале занятий, и в аудиторию входит профессор. Девочки отворачиваются, а я молниеносным движением достаю из сумки конспект.

Преподаватель выводит на проекторе презентацию, и, открыв тетрадь, я начинаю записывать туда тему лекции. Но не успеваю написать и половины названия, как меня отвлекает вспыхнувший экран телефона.

Словно обезумевшая, хватаю его в руки и вижу долгожданное сообщение от Эйдена. Сердце отстукивает бешенный ритм, и мне даже становится неловко, что всего одно сообщение способно вызвать внутри меня такую бурную реакцию

Эйден: Заеду за тобой в три. Надеюсь, у тебя нет привычки опаздывать.

Брови ползут вверх от удивления, и я еле сдерживаюсь, чтобы не чертыхнуться на всю аудиторию. О чем он вообще говорит?

Быстро печатаю ответ.

Доминик: Кажется, ты плохо прочитал мое прошлое сообщение.

Подрагивающими руками я достаю из сумки маленькое зеркальце и смотрю на свое отражение.

Да, в последнее время Виктор серьезно следит за тем, чтобы я своевременно питалась, и понемногу мое тело начинает принимать все более здоровый вид, но круги под глазами никуда не делись, да и кожа до сих пор чересчур бледная. А наносить плотный макияж на учебу кажется мне бессмысленной затеей и пустой тратой времени, которое я с большим удовольствием потрачу на лишние пару минут сна. К тому же на мне школьная форма... Я определенно не готова ни к каким встречам в три часа.

Экран телефона вновь загорается.

Эйден: До встречи, ангелочек.

Он издевается?

Хочу написать ему грубый ответ, но замечаю на себе взгляд профессора, который явно недоволен телефоном в моих руках. Губами шепча извинения, я убираю девайс подальше.

И что мне делать?

Чувствую, как от волнения трясется под партой нога, и начинаю кусать щеку изнутри, раздумывая над тем, в какую ситуацию попала.

Думаешь он испугается одного вида твоих синяков под глазами?

Возможно. Но в конце концов в клубе я выглядела немногим лучше. Сейчас меня скорее волнует реакция Виктора. Я до сих пор не могу понять, что у того в голове. Зачем ему Эйден? И почему он решил подобраться к нему именно так? Естественно, задать эти вопросы вслух я не решусь, но это не отменяет того факта, что мне не известно, как он отреагирует на это спонтанное свидание. К тому же, его нездоровая любовь делать из меня куклу на мероприятиях - почти уверена, он хотел бы, чтобы на встречах с Эйденом я выглядела также. Или нет?

По всей видимости, почувствовав вибрации, которые исходят от моей трясущейся ноги, ко мне поворачивается Сью. Она окидывает меня внимательным взглядом, но уже через секунду, так и не произнеся ни слова, возвращается к конспекту.

Стараюсь взять под контроль нижние конечности.

Успокойся.

Нужно перевести дыхание и сосредоточится на лекции.

Мне и правда стоит притормозить. В конце концов главное прикрыто одеждой, а остальное уже не так важно.

Признайся уже, что ты боишься не только Виктора.

От этой мысли воздух встает поперек горла.

Нет. Нет. Нет. Моя тяга к Эйдену - это обычный интерес. Словно он бабочка с необычным рисунком на крыльях. Мне просто хочется посмотреть вблизи, узнать, какой он на самом деле... Точнее хотелось. Теперь единственная цель этого общения: таинственный план Виктора - ни больше, ни меньше. Поэтому нет смысла в переживаниях о том, что подумает о моем внешнем виде Эйден. Он же безразличен мне. Правда ведь?

Ну да.

Иногда мне хочется заткнуть свой внутренний голос навсегда.

***

Занятия заканчиваются ровно без десяти три. Справится с волнением никак не выходит, поэтому все пары я провожу в мыслях о встрече с Эйденом. Даже выпрашиваю у Хоуп блеск для губ, ссылаясь на то, что те обветрились, хотя на деле просто надеюсь, что он хоть немного исправит ситуацию. Не макияж от Сары, конечно, но хоть что-то.

- Какие планы на вечер, Ди? - спрашивает Хоуп, когда мы спускаемся по лестнице к выходу.

- Да, чем там обычно занимаются Сайнтлендские затворницы? - язвит Сью. - Тоскливо смотрят в окно? Читают книги, сидя у камина в огромном поместье?

Закатываю глаза и собираюсь ответить на колкость подруги, но наше внимание перехватывает собравшаяся на пороге колледжа толпа. Людей так много, что приходится приложить усилия, дабы пролезть вперед.

Сью раздраженно чертыхается, а Хоуп держит меня за руку, чтобы мы не потерялись. Сталкиваясь то с одним, то с другим студентом, я все больше задаюсь вопросом, что же вызвало такое столпотворение.

Но стоит нам выбраться в первые ряды, и все становится на свои места.

Я видела эту машину лишь раз, но уже готова поспорить, что узнаю ее из тысячи. Тот самый черный ягуар, что недавно вез меня по засыпающим улочкам Сайнтленда, сейчас стоит, припаркованный неподалеку от входа в колледж.

Но еще раньше, чем машину, я узнаю ее хозяина.

- Что здесь забыл Ламберт? - недовольно хмурится Сьюзен.

- Может тут учится его девушка? - взбудораженная встречей с одним из Сайнтлендской тройки, отвечает Хоуп. - Чего ты на меня так смотришь, Сью? Я же просто предполагаю!

- Ты бы еще сказала, что он привез туфельку, чтобы найти свою Золушку, - фыркает девушка.

Эйден стоит, облокотившись спиной о пассажирскую дверь. Он не обращает внимания на толпу, что прожигает его десятком любопытных глаз. Кажется, парень и вовсе не замечает их, слишком увлеченный экраном своего смартфона. Он выглядит так беззаботно в коричневом пальто и с растрепанными ветром волосами, от вида которых на кончиках моих пальцев играют электрические заряды.

Бесстыдно разглядываю его фигуру, пока ребята вокруг все шепчут: «Адский принц». Но это прозвище уже не вызывает у меня былой реакции.

Будто почувствовав на себе мой взгляд, Эйден наконец отвлекается от смартфона и смотрит в сторону толпы. В мою сторону. Его глаза без проблем находят мои, и тогда на лице парня разливается улыбка, от которой что-то внутри меня вздрагивает в предвкушении.

Так и будешь стоять на месте?

- Мне пора, - поворачиваюсь, чтобы обнять на прощание девочек, и вижу вопрос, застывший на их лицах.

Но ни одна из них не успевает озвучить его, а я не беру инициативу с ответом.

Паника в груди кричит: БЕГИ! Но я пересиливаю себя и на негнущихся ногах иду в сторону черного ягуара.

Шепот за спиной становится громче. Отчетливо ощущаю, как взгляды толпы обжигают спину, и все внутри сворачивается от накинувшегося внимания. Это настолько давит, что я чувствую вес их взглядов на своих плечах. Из-за этого держать спину ровно становится труднее, и во мне непроизвольно просыпается восхищение перед невозмутимостью Эйдена.

- Привет, ангелочек, - подмигивает мне парень, когда расстояние между нами сокращается до пары шагов.

- Ты не умеешь принимать отказы, так ведь? - мой голос звучит уверенно, хотя внутри я вся дрожу.

- Не в моих правилах, - ухмыляется он и открывает пассажирскую дверь. - Запрыгивай.

- С чего ты взял, что я поеду с тобой?

- А почему нет? Разве мы теперь не друзья, Ди-и-и? - растягивая гласные, он легонько толкает меня в плечо, и я хмурю брови. Он хочет, чтобы я возненавидела, как он произносит «Ди» и смирилась с «ангелочком»? Потому что это начинает раздражать даже сильнее глупого прозвища. - Да ладно тебе. У меня подготовлена отличная программа. Не отказывай мне, когда я уже здесь.

- Но я отказала тебе еще вчера...

Едва ли на Эйдена Ламберта действуют мои аргументы. Он склоняет голову в бок и смотрит на меня своими шоколадными глазами, и боже, какой это взгляд! Меня выворачивает наизнанку, а мысли в голове путаются. Противится ему просто невозможно, а, если быть до конца честной, то мне и не хочется.

- Я уже говорила, что ты невыносим? - сдаюсь я.

- Из твоих уст я готов слышать что угодно, ангелочек.

От его плутовской улыбки у меня замирает сердце.

Так что ты там говорила о безразличии?

Нет, правда, мой внутренний голос не должен язвить и издеваться надо мной. Тут есть кнопка выключения?

Эйден все еще придерживает дверь открытой, и я подхожу ближе, чтобы забраться внутрь, но тут же слышу голос Хоуп.

- Ди!

Повернувшись, замечаю, что толпа все еще стоит на лестнице у входа, и теперь их любопытные глаза бегают от меня к Хоуп. Я же говорила, что она мастер в привлечении внимания.

- Ты чертова врушка! - кричит подруга, а затем добавляет: - Но та еще красотка!

Слышу, как за спиной хмыкает Эйден, и мои щеки заливаются краской. За секунду оказываюсь на пассажирском сидении и пристегиваю ремень безопасности.

Боже, как же неловко.

Но пока я умираю от стыда, Эйден явно веселится. Прежде чем завести машину, парень поворачивается ко мне и подмигивает.

- Ну что, красотка, поехали?

Лицо вспыхивает еще сильнее, и я прячу его за волосами, развернувшись к окну, чтобы не дать парню больше поводов для смеха.

Не дожидаясь моего ответа Эйден давит на педаль газа, и мы наконец выезжаем с территории колледжа.

Телефон тут же вибрирует, оповещая о новом сообщении от Хоуп.

Хоуп: Надеюсь, ты не собираешься оставить все подробности при себе? Я ЖАЖДУ ИСТОРИЙ!

Не хочу отвечать, поэтому блокирую экран и кладу телефон в сумку.

Мы мчимся вдоль улиц Сайнтленда, проезжая тот самый Центральный холл, в котором мы с Эйденом впервые встретились, и меня охватывает странное чувство. В тот день я и подумать не могла, что моя жизнь повернется настолько, что я буду ехать не по вымеренному маршруту в машине Грантов, а нестись в неизвестном направлении, сидя в салоне из черной кожи, где за рулем вместо водителя Виктора будет сам Эйден Ламберт.

К слову, внутри машина выглядит ничуть не хуже, чем снаружи. Темная обивка переливается на свету, выглядя стильно и дорого. В самом салоне царит идеальный порядок, тут даже нет этих отвратительных ароматических елочек или других пахучек - что радует, ведь из-за них у меня обычно начинает крутить живот. Уверена, Эйден заплатил за эту машину не одну тысячу долларов, но оно определенно того стоило.

Сам же парень с самого начала нашей поездки не произнес ни слова. Я даже удивлена, что за последние десять минут он ни разу не назвал меня ангелочком, потому что обычно Эйден делает это чересчур часто.

Обычно? У вас уже есть что-то «обычное»?

Боже, этот голос выводит меня из себя.

Стараясь отвлечься, начинаю водить взглядом по салону и задерживаюсь на руках Эйдена. Одна на руле, а вторая на рычаге коробки передач. Сильные, красивые, со слегка выпирающими венами. Когда одна из них уверенным движением переключает передачу, я почти вскрикиваю от вдруг нахлынувшего на меня удовольствия. Никогда бы не подумала, что из-за вида чьих-то кистей может пересохнуть во рту. Тем более, что это могут быть руки Эйдена.

Окей гугл, значение слова «самообман».

- Да заткнись ты, - шиплю я, не сдержав злости.

- Что? - удивленно смотрит на меня Эйден, пока я сгораю от стыда. - Ты что-то сказала, ангелочек?

- Нет.

Боже, какая я дура.

Согласна.

- Так и куда мы едем? - не в силах и дальше слушать голос в голове, решаю оборвать затянувшееся молчание.

- Ангелочек не любит сюрпризы?

- Ангелочек не любит, когда его так называют, - складываю руки на груди, зло всматриваясь на дорогу впереди. - К тому же, я тебя почти не знаю. А сюрпризы от едва знакомого парня, который заставил сесть к нему в машину - не то, о чем грезят девочки перед сном.

- Заставил? Помниться, ты сама запрыгнула внутрь, - усмехается он. - Но, если тебе так будет легче, пока мы едем, можешь задать мне любой вопрос. Раз уж ты так хочешь узнать меня получше.

Поворачиваюсь и окидываю внимательным взглядом его профиль. Прямой нос, сверкающие глаза и играющая на губах ухмылка. В голове крутится миллион вопросов, которые я могу задать, и громче всех, конечно же: Это был ты? Ты убил ее?

Но, каким бы маленьким не был мой опыт в свиданиях, а он у меня абсолютно нулевой, я понимаю, что задавать подобное на первом же свидании - не лучшая идея.

Поэтому задаю второй по списку:

- Как ты оказался рядом в тот вечер в клубе?

Эйден открывает рот, и почему-то я уверена, что он вновь начнет говорить о том, что просто шел в туалет, но эта версия не кажется мне правдоподобной. А я пересилила себя не для того, чтобы получить очередную порцию лжи. Поэтому, не давая ему произнести ни слова, добавляю:

- Только в этот раз честно.

Он хмыкает.

- Хорошо, - мы останавливаемся на светофоре, и, пользуясь возможностью, Эйден поворачивается ко мне. Его глаза хищно блестят, они смотрят прямо вглубь, и от этого по телу прокатывается волна напряжения. - Но если я буду говорить честно, то тебе тоже придется. Готова ли ты к этому, ангелочек?

Язык прилипает к небу. Чувствую одинокую каплю холодного пота, что обжигает, скатываясь по горящей коже спины. Что именно вложил Эйден в эти слова? Он что-то знает? Не доверяет мне? Что в целом логично, ведь, учитывая все обстоятельства, я тоже не могу позволить себе подобного.

Сейчас мы с ним словно два гепарда, вышагивающие по кругу и не решающиеся впустить другого на свою территорию. Ведь если это произойдет, то все тайны и слабости обнажаться, сделав нас безоружными. Слишком рискованно.

Не думаю, что кто-то из нас готов к подобному.

- Тоже хочешь спросить, что я делала в том углу? - отвечаю на взгляд парня, уверенно всматриваясь в бездну его глаз.

Еще секунду мы молча изучаем лица друг друга, пытаясь найти недосказанности. Внутри разливается горечь, и я жалею, что не спросила что-нибудь банальное из серии: «Какой твой любимый фрукт?» Однако прошлое не вернуть, поэтому мне остается только надеяться, что парень не высадит меня на обочине, решив, что вся эта затея со свиданием была одной большой ошибкой.

Но, к моему удивлению, уголки губ Эйдена скользят вверх. На светофоре загорается зеленый, и парень давит на педаль газа, срываясь с места. Происходит это так резко и неожиданно, что меня откидывает назад. Спина бьется о сиденье, выбивая из легких последний воздух. Думаю возмутиться и напомнить Эйдену, что тот в машине не один, но он заговаривает первым:

- Я искал тебя, ангелочек, - он внимательно следит за дорогой, а скорость с которой мчится машина увеличивается с каждой секундой. От его слов, от адреналина, который начинает течь в крови, от того, как быстро пролетают за окном пейзажи города - от всего этого у меня ускоряется пульс. - А когда наконец нашел, хотел размазать тех парней по стенке.

От его признания мне становится дурно. Стоит только мыслям в голове хоть немного прийти в порядок, как Эйден одной фразой переворачивает все вверх ногами.

Искоса поглядываю на парня, в очередной раз пытаясь понять, что творится у него в голове. Впрочем, мне следует для начала разобраться с собственным бардаком. Наконец уяснить ради чего я здесь и заставить собственное сердце не стучать так быстро.

- И все же куда ты меня везешь?

- В свое любимое место, ангелочек.

Жду, что он скажет что-то еще, но Эйден лишь заговорщицки улыбается, продолжая на скорости лавировать среди других машин.

- Четкие ответы, как и приветствия, не в твоем стиле?

- А мы начинаем понимать друг друга, - подмигивает он.

Больше подробностей у меня выбить не получается, и я перевожу взгляд на мелькающие за окном пейзажи. Кто знает, может так я смогу хоть отдаленно понять траекторию нашего маршрута.

Но этот план быстро рушится, ведь я знаю Сайнтленд не настолько хорошо. Существует ли вообще место, кроме моей спальни, в котором я ориентируюсь? Поместье Грант? Нет. Мне никогда не удавалось гулять по его коридорам, изучая каждый уголок - Виктору не нравятся мои скитания, да и я не горю особым желанием случайно столкнуться с отцом. Эти встречи все еще разрывают мне сердце.

Сайнтленд также не отнесешь к этому списку. Он для меня такой же неизведанный, как и любой город на планете. Гулять без сопровождения - не позволительная роскошь. Поэтому все, что я знаю о родном городе ограничивается местами провидения светских мероприятий, на которые брат иногда позволяет мне пойти, и колледжем.

Получается, мой мир ограничен стенами собственной спальни. И все из-за Виктора. Это он срезает мне крылья, стоит выпустить наружу хоть перышко. Это он строит вокруг меня непролазные стены. Лишает воздуха, лишает свободы.

На глазах собираются слезы. Стараюсь незаметно стереть их, пока Эйден не заметил. Надо же было задуматься об этом сейчас. Глупая, глупая Доминик.

Провалившись в свои мысли, я совсем забываю следить за дорогой и спохватываюсь лишь, когда машина наконец останавливается.

Вскинув голову, удивленно смотрю по сторонам.

- Твое любимое место - это Центральная площадь?

Скептицизм в моем голосе веселит Эйдена, пока я продолжаю водить оценивающим взглядом по магазинчикам и зданиям, разместившимся в центре города. Здесь много офисных зданий и пестрых вывесок кофеен. Может, мы пойдем в одну из них?

- Какая же ты нетерпеливая, ангелочек, - отстегивая ремень безопасности, отвечает он. - До того места мы пойдем пешком, но сначала возьмем кофе. Не хочу, чтобы ты замерзла по дороге.

Повторяя за парнем, отстегиваю ремень и киваю, все еще гадая, о каком месте может идти речь.

Мы заходим в первую попавшуюся кофейню. Там куда теплее, чем на улице, где все яростнее бушует ветер. Стоя немного поодаль, я наслаждаюсь запахом кофе, пока Эйден заказывает нам две порции капучино.

Здесь довольно уютно, но людей не слишком много, хотя полагаю, в обеденное время тут не протолкнуться. В зале стоит несколько круглых столиков и на вид удобных стульев с розовыми подушками. На одном из них сидит девушка, рядом располагается компактный ноутбук и большая кружка дымящегося кофе, но ее внимание сфокусировано на чем-то другом. В глазах посетительницы отражается испуг, и я следую за направлением ее взгляда, чтобы понять, что могла вызвать у нее такую реакцию. На том конце я сталкиваюсь со спиной Эйдена. Несколько раз мотаю головой туда и обратно, чтобы убедиться наверняка, и на третий раз понимаю, что никакой ошибки нет.

Она смотрит на Эйдена, который ожидает у стойки наш заказ. Этот факт заставляет меня открыть глаза, ведь теперь я замечаю, что в глазах парня-бариста читаются те же эмоции.

Интересно, в нашу первую встречу я смотрела на Эйдена также?

Нет, у тебя зрачки сразу превратились в сердечки.

Больно щипаю себя за ладонь, хоть и знаю, что это не успокоит моего внутреннего задиру.

Голос притихает, и теперь я слышу, что кто-то пытается привлечь мое внимание тихим «Эй». Поворачиваюсь на звук и вижу перед собой женщину лет сорока пяти. Она подзывает меня ближе, а я, убедившись, что Эйден еще ждет заказ, решаю узнать, что же хочет от меня незнакомка.

- Привет, - тепло улыбается женщина, и я отвечаю ей тем же. - Милая, тебе не нужна помощь?

Среди морщин вокруг ее глаз вырисовывается беспокойство, от чего я непонимающе хмурю брови.

- С чего вы взяли?

Она косится мне за спину с таким же наполненным страхом взглядом, что и девушка с ноутбуком, и тогда все становится на свои места.

- Нет, у меня все хорошо.

Разворачиваюсь, чтобы вернуться на прежнее место, но незнакомка хватает меня за запястье. Ежусь от того, с какой силой она сжимает пальцы, и смотрю на нее с кривой улыбкой на губах.

- Что-то еще? - чеканю я.

- Милая, если он силой заставляет тебя что-то делать, просто скажи, и я помогу.

Ее стремление помочь несомненно похвально, но сейчас вызывает во мне лишь бурлящее раздражение.

- Буду знать, - наконец сбрасываю ее руку и иду обратно.

Эйден уже ждет меня с двумя стаканами кофе в руках.

- Все нормально? - он смотрит не на меня, а на женщину позади.

В его глазах леденящий холод, а пальцы сильнее вжимаются в картонные стаканчики. Я не смотрю, как на это реагирует та женщина, желая лишь вернуть парню передо мной его прошлую улыбку.

- Конечно, - в попытке отвлечь касаюсь его руки. - Можно мне мой кофе?

Он переводит взгляд на меня, и холод превращается в тепло, которым я обжигаю пальцы.

- Держи, принцесса.

Эйден протягивает мне стакан, а я встречаю его, скептично поднимая бровь. Удивлена, что назвал меня не «ангелочком». Предпочитаю, чтобы нелепые прозвища оставались в количестве от нуля до одного, и никак не готова к новым порывам его фантазии.

- Посмотри на стакан, - в ответ на мое недовольство весело кивает парень.

И все становится на свои места. На стаканчике черным фломастером выведена надпись «принцесса».

- Это ты попросил написать?

- Нет. Если бы это сделал я, то там была бы совсем другая надпись, - его длинные пальцы слегка касаются моей щеки, когда убирают с лица прядь блондинистых волос. Сердце предательски замирает, стоит Эйдену наклонится и прошептать: - Думал ты знаешь, ангелочек.

От смущения перевожу взгляд на носки своих ботинок. И вот опять он делает это со мной. В груди ноет от его близости, от того, как его дыхание щекочет мое ухо, и от того, как вместе с воздухом я втягиваю его запах.

Слишком взбудораженная, я отталкиваю парня и выбегаю на улицу.

Там холодный ветер помогает мне немного прийти в себя.

- Ди, что-то не так? - выскакивает следом Эйден.

И вот он вспомнил, как меня зовут.

- Все нормально, - чтобы скрыть раскрасневшиеся щеки, делаю глоток обжигающего напитка. - Кстати, что написано на твоем стакане?

- Как что? Конечно же, рыцарь. Он же должен быть у каждой принцессы.

Закатываю глаза. Ну что за глупости? Иногда он ведет себя так по-детски.

- Так куда дальше? - спрашиваю, грея руки о стакан.

- Следуйте за мной, Ваше Величество.

Я же говорю, как ребенок.

Мы оставляем машину на парковке и двигаемся вдоль тротуаров. Проходим между высотными зданиями, уходящими далеко в хмурое небо. Эйден идет справа от меня, и несколько раз наши руки случайно сталкиваются. В эти моменты по моему телу пробегает ток. Я хочу расслабиться, насладиться прогулкой, но сделать это никак не получается. Чтобы хоть немного отвлечься, я делаю один глоток кофе за другим. Эйден говорит, что такими темпами мой напиток закончится раньше, чем мы достигнем нужного места, но я не могу перестать. В этих маленьких глотках ключ к моему спокойствию. Или его подобию.

Когда мы заходим за очередной угол нашей петляющей тропы, я слышу музыку. Она еле различима на фоне шума двигателей проезжающих мимо машин, но я все рано пытаюсь узнать мелодию. Ответ вертится на языки, и мне так отчаянно хочется до него добраться. Кажется, еще чуть-чуть, и загадка будет разгадана. Но не успевает ответ обрести четкие очертания у меня в голове, как я охаю от шока, когда Эйден тянет меня за рукав пальто и прижимает к своей груди.

Я замираю. Сердце заходится в бешенном танце, и его стук - единственное, что я слышу в повисшей тишине. Мое лицо упирается в твердую грудь, которая вздымается так же часто, как моя. В нос вбивается знакомый запах гвоздики, и от него у меня подкашиваются коленки.

Какого черта?

- Тебе стоит быть внимательнее, ангелочек, - будто услышав мой вопрос, говорит Эйден. А может я сказала это вслух? Решаюсь посмотреть ему в лицо, и, к удивлению, вижу, как на нем отражается испуг. Хмурю брови, не понимая, что же случилось. - Та машина могла сбить тебя.

Осознав услышанное, начинаю мотать головой из стороны в сторону и наконец замечаю, что мы подошли к краю бордюра. По все видимости, музыка так увлекла меня, что я сама не заметила, как вышла на проезжую часть. Теперь меня охватывает страх вперемешку со стыдом. Как можно было не заметить этого? Дышать становится труднее.

- Эй, все в порядке, - ладонь Эйдена ложится на мою щеку, и я чувствую легкое покалывание от тепла его кожи. - Все хорошо.

Его голос действует успокаивающе.

- Только объясни мне, о чем ты вообще думала? - теперь в нем слышатся строгие нотки, но я не обращаю на это внимания, слишком опьяненная тем, как одна из рук Эйдена продолжает по-хозяйски прижимать меня к его крепкому телу.

- Я пыталась понять, что за песню слышу, - стыдливо пряча глаза, отвечаю я.

Он удивленно вскидывает брови, но уже через секунду заливается смехом.

- Перестань! - толкаю его в плечо и вырываюсь из объятий, от чего тело сразу же недовольно ноет.

- Прости, ангелочек, - пытается успокоиться Эйден, но улыбка не хочет сходить с его лица.

И я больше не злюсь. Наоборот, поддаюсь и начинаю тоже смеяться. Его смех очень заразителен.

Через минуту, когда оба успокаиваемся, мы двигаемся дальше.

- Тут неподалеку детский центр. Там часто проходят разные мероприятия, так что музыка играет здесь почти постоянно, - объясняет Эйден, указывая рукой со стаканом кофе куда-то вдаль. И как он только не пролил ни капли напитка, спасая меня от машины. - Скоро мы будем проходить мимо.

Именно так и происходит. Через пару минут музыка становится громче, и мы видим впереди ярко-красный забор. За ним находится огромное учреждение, которое, как объясняет Эйден, служит чем-то вроде лагеря для детей, чьи родители работают допоздна в офисах поблизости. А чтобы детям было интереснее, там часто проводят ярмарки, концерты и прочие мероприятия.

И сегодня нам повезло застать одну из таких ярмарок. Площадь перед зданием заставлена лабиринтом из палаток с конкурсами и сувенирами, повсюду снуют дети с раскрашенными аква-гримом лицами, и их счастливые голоса иногда звучат громче музыки.

- Хочешь зайти? - ожидая за спиной, пока я осмотрюсь, спрашивает Эйден.

- Разве посторонние могут заходить внутрь?

- Если хорошо попросить, то конечно, - подмигивает он, и я закатываю глаза.

- Мне больше хочется увидеть место, которое удостоилось звания твоего любимого.

- Отличный ответ, ангелочек.

Подмигивает он, и мы отправляемся дальше. Но не успеваем пройти и сотни метров, когда Эйден вдруг тормозит.

- Черт, я совсем забыл.

- Что такое?

- Мне нужно кое-куда заскочить. Подождешь меня здесь, ангелочек? - он кивает на скамейку в паре шагов от нас. - Я быстро, клянусь.

- Ладно, - только и успеваю ответить я.

Парень толкает мне свой стакан с кофе и бежит в противоположном от нашего маршрута направлении.

- И, пожалуйста, не попади под машину пока меня нет, - кидает он, скрываясь за углом.

Я обескураженная стою посреди дороги и ничего не понимаю.

Ну вот он тебя и бросил.

Смеется внутренний голос, но я не обращаю внимания и иду к скамейке. Только опустившись на нее, осознаю, как много мы уже прошли. Ноги ноют от долгой ходьбы, и я мысленно радуюсь, что надела удобные ботинки.

Но даже это не может отвлечь меня от вопросов об Эйдене. Куда он побежал? Он бросил меня? Это все какая-то глупая шутка?

Последний и вовсе злит меня, отчего я сжимаю стакан в руке, но благо успеваю опомниться раньше, чем едва теплый напиток брызнет в разные стороны и испачкает мою одежду.

Кстати, об этом.

Напоминает о моем любопытстве внутренний голос, которому я радуюсь впервые за день. Едва ли я поверила в ответ Эйдена о рыцаре.

Начинаю вертеть в руках стакан, и не сразу замечаю нужную надпись: по размерам она куда меньше той, что была на моем стакане, и не сразу бросается в глаза. Но тот, кто ищет, тот всегда найдет.

Правда, оно не всегда стоит того.

Буквы сплетаются в слово, от которого у меня встает поперек горла ком. Провожу пальцем по надписи, слегка смазывая, делая менее разборчивой. Но я видела, что там было, а значит и Эйден тоже. В груди больно колет.

«Убийца» - вот, что написал на стакане бариста. Тот же, что на моем написал «принцесса». В голове вспыхивает воспоминание о том, с каким испугом все в кофейне смотрели на Эйдена. Но даже не смотря на страх, бариста сделал это. Написал это на чертовом стаканчике с кофе. И как часто люди делают подобное? Как часто оскорбляют Эйдена за дело, в котором его оправдали? Да, я сама не до конца уверена в его невиновности, но в этот момент меня охватывает чувство несправедливости и... жалости? Моя душа разрывается от мысли о том, через, что вынужден проходить Эйден.

Теперь понятно, откуда у него такая невосприимчивость к чужому вниманию.

Глаза начинают щипать от слез, но я стараюсь успокоиться и отставляю стакан в сторону. И делаю это как раз вовремя. Меньше чем через минуту рядом появляется Эйден, и его ребяческая улыбка заставляет мое сердце дрогнуть. Меня вдруг одолевает нестерпимое желание обнять его. Ведь даже не смотря на синяки на теле, в моменты своего бессилия я хочу именно этого: чтобы кто-то поделился со мной теплом.

Не забывай, что это просто план Виктора.

Остужает меня внутренний голос, и я соглашаюсь с ним, растягивая на лице фирменную полуулыбку.

Безразличие, Доминик, безразличие.

Только теперь я замечаю золотистую ленту в руках Эйдена, к которой привязан огромный шар в виде ангела. Милого с желтыми волосами, белым платьем и красивым блестящим нимбом над головой.

- Боже, - стону я, прикрывая лицо руками.

- Да нет же, это я, - подойдя ближе, он протягивает мне ленту. - Держи, ангелочек.

- Я все никак не могу понять, издеваешься ли ты надо мной, - говорю я, но все же принимаю подарок.

- О чем ты? - его лицо на миг становится серьезным. - Я бы никогда не посмел, - но дамба непроницаемости быстро прорывается, и на лице Эйдена вновь сверкает улыбка. - Рад, что тебе понравилось, но нас ждет кое-что еще красивее. Пойдем.

Поднимаюсь со скамейки, крепко держа в руках золотистую ленту. Мы двигаемся дальше и останавливаемся лишь когда упираемся в высотное офисное здание. Поднимаю голову, чтобы прочитать название.

Да ладно.

Озадаченно поворачиваюсь к парню, стоящему сбоку.

- Эйден, ты же знаешь, что меня не удивить богатой семьей, правда ведь? - мой голос полон скептицизма.

С другой стороны, а что он ожидал, приведя меня к зданию компании своего отца?

Эйден не отвечает, лишь жестом указывает следовать за ним. Повинуюсь, и мы заходим внутрь. На секунду я ожидаю увидеть нечто необычное, ведь должно же что-то делать это место особенным для Эйдена. Но пройдя через охрану, понимаю, что это обычное офисное здание. Такое же есть и у моей семьи, хоть я бывала там лишь раз, но помню, как оно выглядело: точно так же! Я уже хочу высказать свои мысли Эйдену, но он продолжает идти вперед, и мне только и остается поспевать за ним.

Мы заходим в лифт, который к удаче, как раз подъехал на первый этаж. Из-за толпы сотрудников, заполнивших кабинку, я не могу разглядеть, какую кнопку нажал Эйден, поэтому покорно жду и наблюдаю за растущими на экранчике под потолком цифрами, пока парень, уткнувшись в угол, смотрит на меня с все той же веселой улыбкой.

Когда количество людей в лифте сокращается до одного мужчины, увлеченного телефонным разговором, я начинаю понимать.

- Мы едем на крышу? - спрашиваю я, но Эйден хранит молчание, по всей видимости наслаждаясь моими метаниями.

Я оказываюсь права. Когда на предпоследнем этаже выходит мужчина с телефоном, мы поднимаемся еще выше, и двери лифта раздвигаются, открывая вид на пустой, слабо освещенный коридорчик, в конце которого расположилась неприметная серая дверь.

Все еще не произнося ни слова, Эйден выходит из лифта и двигается вперед, даже не оборачиваясь, чтобы убедиться, иду ли я следом. А куда я еще денусь, когда ответ так близок.

Открыв дверь, парень пропускает меня вперед. На его лице странное выражение, и я чувствую, как меня опять охватывает волнение. Делаю шаг вперед и оказываюсь на крыше. Меня сразу же обдувает холодный ветер, но даже он не способен отвлечь от красоты вокруг.

Делаю еще несколько шагов и подхожу ближе к краю, огороженному небольшим заборчиком. От вида расстилающегося внизу города у меня захватывает дух. Редкие низкие облака сталкиваются с другими высотными зданиями, которые из-за этого напоминают сказочные башни. Боюсь представить, как же здесь красиво на закате или ночью, когда город наполняется светом огней.

Если отсюда упасть, наверняка умрешь.

Опять напоминает о себе голос и зарождает во мне зерно страха.

Повернувшись к Эйдену, который до сих пор стоит за спиной, сложив руки на груди, я вдруг спрашиваю:

- Надеюсь, ты не привел меня сюда, чтобы сбросить с высоты.

- Что за мысли, Ди? - от того, как он произносит это имя на моем лице вырисовывается испуг. - Спокойнее, - сразу меняется Эйден, уловив мое настроение. - Я просто выполняю твою просьбу. Или ты хочешь, чтобы я все время называл тебя ангелочком?

- Нет, - отвечаю и сразу же отворачиваюсь. - Тут красиво.

Я не вру, место по-настоящему невероятное. Никогда не бывала так высоко. Кажется, отсюда виден весь Сайнтленд, и от этой мысли внутри расплывается необычное чувство, сотканное из страха, восторга и наслаждения.

- Напоминает о том, как велик мир и как незначительны мы, - произношу, вглядываясь в виднеющиеся вдали очертания ратуши.

- Да, - Эйден становится рядом и опирается руками о забор. Мне нравится чувствовать исходящее от него тепло. - Я начал приходить сюда после смерти мамы.

Я застываю. Не ожидала, что Эйден решится поделиться чем-то столь личным. Мне казалось, что мы слишком мало знакомы, чтобы открывать друг другу души, но, к моему удивлению, Эйден продолжает:

- Мне было восемнадцать, и хоть технически, я уже считался взрослым, но все равно ревел как ребенок, - он сглатывает, и его руки крепче сжимают ограждение. - Я будто потерял смысл жизни. Она была для меня самым дорогим человеком, и в тот момент, когда ее не стало, - Эйден поворачивается ко мне, и я вижу, как блестят его остекленевшие глаза. - Знаешь, я подумал, что весь мир рухнул.

Он проводит рукой по лицу, пытаясь снять эмоции будто маску. Но ему не удается, ведь убежать от реальности куда сложнее.

- Прости, - его голос слегка хрипит. - Сам не знаю, с чего вдруг все это рассказал.

Меня вновь охватывает желание коснуться его, поделиться теплом, хотя у самой его едва хватает на одного человека.

- Ничего, я понимаю, - звучу так тихо, что даже не уверена, слышит ли меня Эйден, но по тому, как он поворачивается в мою сторону, решаю, что все же слышит. - Моя мама тоже умерла.

Эти слова даются мне труднее, чем я ожидала.

- Я была совсем маленькая, когда ее не стало, так что совсем ее не помню. Но когда думаю о ней, мне тоже становится грустно, - выдыхаю и встречаюсь взглядом с Эйденом, который внимательно слушает мою историю. - Иногда я не могу не думать о том, что будь она жива, все было бы по-другому.

Эйден едва заметно кивает и уходит в свои мысли, а я не спешу его оттуда вытягивать.

Возвращаю свое внимание к небу и зданиям, поглощенным сгущающимися облаками. Как и сказала, я не помню маму. Просто не могу ее помнить. Но почему же тогда при мысли о ней мое сердце раздирает от грусти? Это бессознательная любовь, которую дитя испытывает к родителю или же эгоистичная ностальгия о несуществующем спокойствии, которое могло бы царить в нашей семье, если бы не умер один из удерживающих ее в равновесии столбов? Как бы выглядела наша жизнь, будь Амелия Грант жива? На этот вопрос у меня никогда не найдется ответа.

- Господи, ангелочек, да ты вся дрожишь, - вырывает меня из мыслей Эйден.

Если бы не он, то я, наверное, заметила бы, как замерзла, только когда начали бы отказывать конечности.

- Я же говорил, не пей кофе так быстро, - нудит Эйден, снимая с себя пальто. - Иди сюда.

Он быстро накидывает на мои плечи свое коричневый пальто. Я протестую и даже пытаюсь вернуть Эйдену его имущество, но тот не дает мне этого сделать. Он становится сзади, заворачивает меня в ткань и прижимает к себе, обвив руками на уровне талии.

Чувствую себя словно в коконе.

- Что ты делаешь? - смущенно спрашиваю я, радуясь, что Эйден не видит сейчас моего лица.

- Делюсь теплом, - как ни в чем не бывало отвечает он и упирается подбородком мне в макушку.

- Ты же сам сейчас продрогнешь.

Делаю еще одну попытку выбраться, но Эйден лишь крепче прижимает меня к себе.

- Ангелочек, помолчи.

И я замолкаю.

Мы стоим так еще не одну минуту. Молчим и любуемся видами. Я понемногу расслабляюсь, и понимаю, что хочу остаться в этом мгновении навечно.

Он, я и глупый шарик в виде ангела.