14
Полицейский участок Херн Бэй
30 часов 30 минут под арестом
– Выспались?
Подняв голову, я вижу, что Шоу ждет ответа. Она выглядит отдохнувшей. Вместо темно-синего брючного костюма на ней кремовая юбка и черный джемпер с высоким воротом. Она спала в своей постели, рядом с мужем. Завтракала за своим столом, принимала душ в своей ванной. Она свободная женщина. Я сижу перед ней во вчерашней одежде, с волосами, пропахшими полицейской камерой, и затекшей от ночи на твердом матрасе спиной, и пытаюсь вспомнить, каково это – чувствовать себя свободной. Кажется, меня держат здесь целую вечность.
– А вы как думаете? – огрызаюсь я. – Тут вам не Риц.
Неловко улыбнувшись, она начинает:
– Кейт, можете рассказать про инцидент в Сохо?
Я снова поднимаю голову. В руках у нее новая стопка бумаг.
– Что еще за инцидент в Сохо?
– В кафе «Звезда» на Грейт Шапел-стрит.
Я напрягаюсь. Она знает.
– О чем вы?
– Вы пошли туда на следующий день после инцидента с Рэйчел Хэдли, так?
Она смотрит на меня с каменным лицом, не моргая.
– Да, – шепотом отвечаю я и, предчувствуя дальнейшие вопросы, вспоминаю, как, напичканная в больнице болеутоляющими, я шла и шла в тот вечер по улицам Сохо, словно зомби.
– Можете рассказать, что произошло?
– Я шла выпить кофе.
– Но до кафе вы так и не дошли, верно?
Глядя на линолеум, я вспоминаю большую яму, которая поблескивала и стонала на улице рядом со «Звездой», словно огромное морское чудовище.
– Что помешало вам зайти в кафе, Кейт?
– Я засмотрелась на информационные щиты. – Она сбита с толку. – Там сейчас расширяют станцию метро «Тоттенхэм-Корт-Роуд», и весь Сохо перерыли. Прямо у кафе выкопали огромную яму.
– При чем тут щиты?
– Этими щитами оградили яму, чтобы смотрелось не так ужасно. Там указаны сроки и приведены чертежи новой станции.
– Что заставило вас на них посмотреть?
– Не знаю, – отвечаю я. – Думаю, мое внимание привлек скелет мамонта.
Шоу хмурится.
– Фотография, – уточняю я. – Скелета мамонта, откопанного на этом месте в прошлом месяце. Таким образом застройщик пытался всех уверить, что весь этот бардак на самом деле для общего блага. Мол, мы не просто так перерыли древние улицы и разрушили Сохо, нет, мы при этом занимаемся полезным, исторически важным делом. Вот вам скелет мамонта.
Видно, что Шоу понятия не имеет, о чем я. Вряд ли она вообще бывала в Сохо.
– Прошу прощения, – говорю я. – Я всегда из-за такого злюсь.
Кивнув, она что-то записывает в блокнот.
– Хорошо, вы смотрели на щиты, – продолжает она. – И что произошло потом?
Закрыв глаза, я вспоминаю чувство, охватившее меня той ночью. Словно земля задрожала и меня сбило с ног. И начались звуки. Крики. Поначалу тихие, они звучали все громче и громче, пока, наконец, я не закрыла уши руками. А потом раз, бах, взрыв, и все поднимается в воздух: чья-то голова, нога, рука, туловище, – а затем обрушивается на меня кровавым месивом.
– Кейт, – прерывает мои воспоминания Шоу. – Так что произошло?
– Я свалилась в яму. И, мм… эта девушка пыталась меня вытащить.
– Роза Дунайски?
Откуда она знает ее имя?
– Да, скорее всего.
– Она работает официанткой в кафе «Звезда»?
Я киваю.
Она вышла, потому что вы подняли шум, кричали прохожим бежать в укрытие.
– Нет, все было не так, – дрожащим голосом возражаю я. – Я просто упала, и эта девушка начала суетиться и пытаться меня вытащить.
– И что вы сделали?
– Я… Я ее оттолкнула.
Шоу смотрит в свои записи и начинает читать.
– Вы толкнули ее так сильно, что она упала и ударилась головой об асфальт.
– Я не хотела – я ей потом все объяснила; она просто меня напугала.
– Именно это вы потом сказали полицейским, – говорит Шоу. – Управляющий кафе вызвал полицию, и они вас допросили, но Роза не стала выдвигать обвинения. Похоже, вы ей понравились.
– Просто незачем было вызывать полицию, – раздраженно отвечаю я. – Управляющий перегнул палку. Роза знала, что я не виновата. Полицейские видели, что произошло недоразумение. Боже, в Сохо совершается куча гораздо более серьезных преступлений, доктор Шоу. Зачем им тратить время на такую ерунду?
– Думаю, вы набросились на Розу, потому что были напуганы, – говорит она, положив записи на пол у своих ног. – Ведь так, Кейт? Вы не упали, у вас была галлюцинация, верно?
Зачем она это делает? Почему не оставит меня в покое?
– Это было очень кратковременно, всего лишь воспоминание, – говорю я. – Ничего серьезного.
Она кивает.
– А с тех пор вы чувствовали нечто подобное? Были еще галлюцинации?
– Нет, – отвечаю я, глядя ей прямо в глаза. – Уверяю вас, больше ничего такого не было.
– Вы меня не обманываете, Кейт?
– Нет.
Она берет блокнот и открывает его на чистой странице. Посмотрев на часы, я думаю, сколько еще вопросов Шоу для меня подготовила; сколько еще всего мне придется ей рассказать. Но если мы не будем возвращаться в Сирию, говорю я себе, – если не будем, – никакие вопросы мне не страшны.