Легенда Чудей

Клетка златая — подобие рая.
В ней там пробудешь, о воле мечтая.
Но снится свобода вам по ночам,
Она не подвластна мага речам.

На горизонте яркой алой полоской брезжил рассвет. Холодный ветер дул в лицо группе Чудей, собравшихся у Вечного Дуба. Раскинув крону, дерево защищало путников от палящего солнца. Ветвями задевая облака, оно разрослось и под землёй, глубоко пустив корневую систему. По его десятиметровому стволу, который обхватить может только великан из Позола, высечены руны.

К группе подбежал запыхавшийся Луд. За его спиной был огромный рюкзак, на боку висела внушительных размеров фляга, а в руках он держал парочку кинжалов.

— Пригодится, — ответил он на вопросительное выражение Гая.

— Згон уже готов к нашей телепортации, — оповестил Удо, рукой указав на поляну, где сидел мужчина, вокруг которого витала энергия.

Сама энергия меняла цвет. Сейчас она была белой, но в следующий момент стала светло-зелёной. Единственные цвета, в которые не окрашивалась эта уже жёлтая энергия, был чёрный и серый. Серая энергия — энергия сомнений и борьбы в душе между злом и добром, а чёрная — это тёмная энергия, которой, кстати, не владеет никто, кроме Позорация, создавшего себе в подчинение Льмаха.

Подойдя поближе, Собиратели Времени встали вокруг Згона. Древний сидел, закрыв глаза, скрестив ноги и выставив перед собой руки на уровне живота. Чудь создал между пальцами поток энергии в форме сферы. Начав вращать ладонями, Згон стал накачивать образовавшийся портал. По мере его роста, он из сферы плавно трансформировался в эллипсоид и уже легко мог вмещать в себя человека. Отпустив облако энергии, он положил руки на колени и начал что-то нашёптывать. Энергия, витавшая вокруг чудя, стала окутывать портал, образовав вторую энергетическую оболочку. На сей раз энергия переливалась сразу всеми цветами радуги. Когда портал был полностью окутан, Згон открыл глаза. Вместе с этим он стал произносить что-то на языке, известном только Древнейшим. Когда он закончил, он указал рукой в сторону портала и произнёс:

— Желаю вам удачи! Верните Шую и сами постарайтесь выбраться живыми. Входите по одному и долго не задерживайтесь в межпространственном коридоре.

Чуди, окружавшие Згона, выстроились друг за другом. Самым первым встал Луд, ведь он часто навещал другие миры по приказу Старого Гыза… Дальше все выстроились по храбрости: после Луда стоял Удо, за ним Кубо, Гай, Гальми и замыкающей была Злина.

По очереди они вошли в портал, оставляя страх и взяв вместо него силу духа, преданность и непобедимое желание выжить. Ветер всё дул, и листва на старом дубе колыхалась под его сильными, тяжёлыми потоками.

Что ждёт путников? Вернутся ли они? И зачем Позораций выкрал Шую? — такими вопросами задавался каждый из них, ведь впереди была неизвестность, пугающая и влекущая героев одновременно.

Убедившись в том, что портал схлопнулся и никаких аномалий не произошло, Згон неспешно пошёл домой. Плащ вился позади, периодически ударяя своего владельца по ногам и путаясь между ними. У древнейшего было ещё очень много важных дел, но он знал, что всё успеет, ведь как гласит мудрость: «Если спешишь, то ничего не успеешь, но если живёшь взвешенной жизнью — выполнишь все дела, ещё и время останется».

***

— Где мы? — спросила Гальми. По белому светящемуся коридору пронеслось эхо.

— Это межпространственный коридор. Нельзя задерживаться, а то не вернёмся и застрянем тут, меж мирами, навечно… — пояснил Луд.

Огромный, широкий коридор тянулся бесконечно, поворачивая то влево, то вправо. По обеим сторонам было много дверей с надписями и цифрами. На двери, которую они искали, должно было быть написано: «Позол, горы, 1507». Внимательно читая таблички, они продвигались дальше. Вскоре за следующим поворотом показалась лестница, ведущая наверх.

— Нам наоборот вниз, — сказал Кубо, схватив за руку Злину, которая уже направилась к лестничному пролёту.

— Хорошо, милый, — прошептала она таким сладким голосом, что Кубо закашлялся.

Это была ещё одна безответная любовь. Злина, без памяти влюблённая в юношу, вечно бегала за ним и сводила всех с ума своей болтовнёй о том, «какой Кубо милый»! И сейчас началось бы перечисление всех его достоинств, если бы не перебивший её вопрос.

— А что там, наверху? И что за странные надписи на дверях? — полюбопытствовала Гальми.

— Там ещё один временной этаж, — пояснил Луд, — Пошли дальше!

Через некоторое время донеслось:

— И сколько же таких «этажей»?

— Вообще бесконечное множество, но мы открыли лишь пять из них. Каждый этаж отвечает за свой мир. «Нигде» находится по центру как минимум тех миров, которые мы уже открыли.

Пройдя немного, они очутились возле лестницы, которая вела вниз.

— О, вот и она! Осторожней, ступеньки старые…

Не успел Луд договорить, как Гай помчался первым на лестницу. Послышался хруст и в тот же момент «Ай!». Стоявшие недалеко подошли и обомлели.

— Я же предупреждал! Как тебя вообще пустили с нами? До ста лет ведь никакого выхода из замка! — сквозь смех сказал Луд, помогая встать на уцелевшую ногу. Но всё было не так просто, ведь дыра, образовавшаяся в момент падения, крепко держала молодого, неопытного парнишку. Все, кроме Гальми, были старше мальчугана. Ему было всего лишь девяносто девять лет.

— До ста лет?! — поразилась Гальми, — но почему так долго!?

— Нужно изучить много всего, и к тому же, когда отроку исполняется сто лет, проводится обряд, определяющий чем чудь будет заниматься в жизни.

— То есть вы живёте дольше?

— Да, Гальми… — ответил Луд, но тут же она его перебила:

— Я же просила называть меня Кирой! Неужели так сложно!

— Да, ведь твоё имя для нас, Чудей, имеет определённое значение. По имени можно понять какой силой ты обладаешь. Гальми — сила растений, а Кира — это сила господства.

— Ого, а я даже и не знала, — изумилась та…

— Не хочу прерывать вашу милую беседу, но похоже, что у Гая сильно повреждена нога, и он не сможет дальше идти.

— Ну вот! Я же говорил не выходить вперёд! Ладно, держи колбу. Помнишь, как телепортатором пользоваться?

— Конечно! Выпить и представить то место, где ты хочешь оказаться.

— Не забудь закрыть нос, а то у него такой едкий запах...

Гай еле поднялся на ноги. Облокотившись о стену и поднеся к губам телепортатор, он сделал пару глотков и скривился. У него повалил пар из ушей и носа, притом его было настолько много, что он заволок его до пят. Вскоре плотный туман полностью скрыл Гая и… отрок исчез!

Когда туман начал рассеиваться, Гальми воскликнула:

— Ого! Никогда не видела такого телепорта!

— Ты вообще мало что видела за свои-то пятнадцать лет. Я за свои двести пятьдесят — и то мало узрел, — усмехнулся Луд, — ладно, пошли. Гальми, спускайся первой!

— Хорошо, — без возражений она слетела по ступенькам вниз. Следом кубарем скатился Кубо, и за ним сразу сбежала Злина.

Последним шёл Луд. Спустившись вниз, он коснулся рукой перил. Старая лестница разлетелась в щепки, а на её месте выросла красивая каменная.

— Какая красота! В замке обычно ты не делаешь такого… Почему?

— Времени нет, — с самодовольной улыбкой произнёс Луд на вопрос девушек, — И разве вы не видели? Все статуи в нашем замке сделал я.

— Нашёл чем хвастаться! Ты сделал только одну из них, а все остальные — Виз, — недовольно поморщился Удо от самовлюблённости своего дяди.

— Да… Шахматы, которые сделал Виз для себя и Древнейших, живут уже семьсот шестьдесят лет, и ещё ни одна фигурка ни разу не сломалась! Какое же мастерство у Виза! — восхищалась Злина.

Своего дедушку она очень любила и гордилась им. Когда ей было всего пять лет, Виз часто сажал её к себе на руки и рассказывал анекдоты, которые малышка пока ещё не в силах была понять. И он никогда не чудил при ней, она ни разу не видела, как он создавал каменные фигуры.

— О, не ожидал вас тут встретить! Что нового узнали?

— Мы только с этажа Забвений, а вы куда и зачем?

— За Шуей, её выкрал Позораций! Кстати, передайте нашим, что лестница «П», ведущая к коридору под номером сто двадцать три, теперь каменная.

— Хорошо, — переговорившись между собой, мироискатели пошли по обновлённой лестнице, а путники продолжили свой путь. Через пару поворотов налево и ещё один направо они увидели дверь с заветной надписью. Её обрамляли огромные сосульки, свисающие с потолка и касающиеся своими холодными кончиками пола.

Хоть и не было холодно, они не таяли. Ведь в межпространственном коридоре, равно как и в «Нигде», нет ни времени, ни понятий «холодно» или «жарко». Конечно, там есть снег и дожди, но всё это только в определённых зонах. Причём они не пересекается. В Позоле же и мире Вади всё это присутствует.

— И где же мы выйдем? — спросила Злина.

— Глупый вопрос… Где-то в горах… В безлюдной части гор, — Удо был напряжён до предела. Его карие глаза стали стеклянными, а его мысли лихорадочно метались по миру воображения в поисках ответа на единственный вопрос: «Что таится за этой.?».