Пленённые Враг [18+]: «Любовь, рожденная местью» Мафия!

«С тобой всегда будет легко начать с чистого листа.» © M.A.S

     ***Арман

     Моё сердцебиение учащается, когда я произношу эти слова. Я думал, что никогда в жизни не смогу признаться в своих чувствах этой женщине, потому что я всегда думал что стоит мне только сказать как весь мир обрушиться мне на голову и я её потеряю.

     — То, есть ты уже давно в меня был влюблен? — поднимая голову, спросила Кайра.

     — Влюбиться в тебя, — я улыбаюсь, а потом убираю челку с её лица, — была проще всего на свете, и самим лёгким что мне приходилось делать в этой жизни. Кажется, это случилось когда я впервые увидел тебя. Сначала ты проникла в мою голову, я постоянно думал о тебе, потом ты стала частью моего сердца, тем кто вызывает чувство и эмоций, который я никогда в жизни не испытывал. И когда я понял в чем дело, ты уже струилась по моим венам вместо крови. Я влюбился в тебя с первого биения сердца. Я любил тебя с нашей первой встречи ещё в детстве, полюбил во второй раз когда встретил снова, люблю сейчас, и буду любить тебя вечно, даже после как мое сердце перестанет биться.

     Из её красивых глаз капали слёзы как драгоценный камни. Я знаю, что она плачет из-за счастья, но даже эти слез ранят мое сердце.

     — Не плачь, — я протянул руку, коснулся её нежной кожи, и лёгким движением убрал её слезы. — Твои слёзы это как нож по моему сердцу, мне больно видеть как ты плачешь.

     — Но сейчас я плачу из-за счастья. Я очень счастлива, поэтому и плачу, — отвечает она, вытирая свои щеки рукавами своего джемпера.

     — Если ты счастлива то улыбайся, но не плачь. Я не хочу чтобы ты плакала даже из-за счастья. Только улыбайся, это все что я хочу видеть на твоём лице, — говорю я, Кайра покачала головой и снова заплакала, и в этот раз это другие слёзы, те которые разрывают мне изнутри. — Моя Кайра?

     — Ты…— она замолчала на секунду, а потом глубоко вздохнув, сказала: — Арман, ты единственный человек, который меня полюбил. Меня никто и никогда не любил, все либо ненавидели меня, либо использовали, но никто никогда не любил. Ты первый человек…

     Я прижал её к своей груди, склонившись уткнулся лицом в её волосы, вдохнул полной грудью её запах, закрываю глаза.

     — Даю слова, что буду любить тебя больше и сильнее всех. Я буду любить тебя за всех них, я дам тебе ту любовь и заботу, которую ты заслуживаешь, и в один день, когда ты снова откроешь глаза, из твоего сердца уйдет это боль. Ты будешь счастливой. Обещаю.

     — Я уже самая счастливая женщина в этом мире, потому что у меня есть ты, — шепнула она мне в ухо, оторвавшись, посмотрел в её глаза, и в них я впервые вижу отражения настоящего счастья, и это настолько делает меня счастливым, что я улыбаюсь и снова целую её в губы.

     Мы стоим несколько минут в тишине, пока вдруг Кайра не начинает чихать.

     — Только не говори, что ты успела заболеть? — предупреждающим тоном произнес я.

     Кайра покачала головой, и снова чихнула, а потом схватилась за живот и застонала. И тогда я понимаю что держал её слишком много на ногах.

     — Ты станешь моей смертью, — ворчу я, и поднимаю её на руки.

     — Звучит довольно трагично, но в то же время очень романтично, — заливаясь звонким смехом, сказала она.

     Когда её смех раздается эхом по стенам нашего дома, я замираю на месте с ней на руках. Завороженно смотрю на её красивое лицо, и слышу её звонкий мелодичный смех. Когда она была в коме, и я пришел за её вещами, дом как будто был мертвым, нет, даже не так. Мне казалось, что весь мир будто перестал существовать, и потерял свои краски. Я ощущал себя в какой-то черной дыре, которая с каждым днём засасывало меня глубже в темноту. В тот момент я думал что мой мир рухнул до основания, и теперь я был под его руинами.

     — Что-то случилось? — переставая смеяться, спросила Кайра.

     — Нет, — я покачал головой, и улыбнулся. — Я просто очень скучал по твоему смеху. Ты вдохнул жизнь в наш дом своим возвращением, без тебя все была пусто и мрачно.

     — Конечно, я же твое солнце, поэтому когда меня нет, холодно и мрачно, — снова улыбнулась она, я киваю, целую её в макушку, и мы поднимаемся в нашу спальню.

     Когда мы вошли, я удивлённо посмотрел на Кайру, а потом на нашу кровать, на котором была моя одежда.

     — Почему моя одежда здесь? — осторожно поставил Кайру на постель, и взял свой свитер, и кардиган, который лежали на кровати, убрал их обратно в шкаф.

     — Я не могла уснуть без тебя, поэтому одевала твою одежду, чтобы унять боль в груди от твоего отсутствия. Прости, что трогала твои вещи без разрешения, ты не любишь когда кто-то одевает их, — она опустила голову, её пальцы снова касаются запястье, медленно обхватывая, и сжимая.

     — Что я говорил насчёт причинения себе вреда? — я подхожу и сажусь на колени перед ней, убираю её руки.

     — Если мне боль и страшно я должна сказать тебе, а не пытаться заглушить эти чувства физической болью, — прошептала она, я улыбаюсь, а потом убираю её волосы.

     — Молодец. А теперь что касается моих вещей: ты можешь делать что хочешь с ними. Если тебе нравиться мой гель для душа, пользуйся им, — говорю я, зная что она очень часто использует его когда принимает душ, —нравится мой одеколон? Значит он твой, тебе комфортно в моей одежде? Носи их когда угодно и где угодно. Ты единственное исключение из правил. Тебе можно все. Все что моё это твое. Я не злюсь, и скажу даже больше, мне нравится, видеть на тебе мою одежду, — я показываю на майку, которая была на ней, это тоже мое.

     Кайра смеяться, и на мое сердце трепетать от этого смеха. Господи, я так сильно люблю эту женщину, что иногда мне кажется что моя любовь к ней погубить меня.

     — Не говори это, я могу обнаглеть и забрать все твои вещи, — сморщив носик, сказала она, я улыбнулся, и щёлкнул её по носу.

     — Тебе все разрешено и простительно. А теперь снимай это, — я осторожно помогаю ей снять джемпер, а потом уложил её в постель, укрыл одеялом, и пошел за градусником.

     К сожалению все мои опасения подтвердились, Кайра заразилась какими-то вирусом, и сейчас она температурила. Я созвонился с врачом, и рассказал все симптомы.

     — Да, у нее сухой кашель, насморка пока нет, температуру измерил, 38.8°C. Хорошо, сейчас будем сбивать его, да, поставлю ей  капельницу.

     — Почему сразу капельницу? Без неё никак? — спрашивает Кайра, когда я сбросил вызов.

     — Нет. Высокая температура может привести к обезвоживанию и интоксикации твоего организма. Ты ещё слишком слабая, твоя иммунная система слишком снижено, она не сможет бороться с болезнью, а я не могу тобой рисковать. Так что я поставлю тебе капельницу, потому что капельница при высокой температуре помогает бороться не только с самой лихорадкой, но и с причинами, вызвавшими ее. Но ты же будущий врач, должна знать, — подготавливая капельницу, говорю я, Кайра лишь вздыхает.

     — Ладно, делай что хочешь, доверяюсь твоим умелым рукам, мой рыцарь, — парирует она.

     — Мои умелый руки творят чудеса, — подмигнул, а потом присел на край постели и взял её за руку и поцеловал её ладонь. — Не волнуйся, я здесь и буду хорошо заботиться о тебе. Утром ты будешь уже бодрой.

     — Я не переживаю на счёт этого. Знаю, что в твоих руках я в безопасности, просто, мне жаль, что после того, как ты признался мне в любви, нам приходится возиться с этим. Я представляла это немного по-другому, — грустным голосом сказала моя любимая, я улыбаюсь, а потом взяв её за лицо поцеловал её в губы.

     — Моя любимая, у нас с тобой ещё очень и очень много времени чтобы провести его вместе. Но сейчас самое важное твое здоровье, только выздоравливай скорее, и я устрою тебе незабываемые ощущения и воспоминания. Договорились?

     — Договорились! — уже радостно воскликнула она, я рассмеялся.

     Ночь была длинней чем мне казалось, у Кайры был высокий жар, я несколько раз меня постель и её одежду из-за того, что она потела, но слава Богу спустя несколько часов ей стало лучше, и она заснула под воздействием лекарств. Но вот я не мог глаз сомкнуть. Сидел у изголовья постели, и наблюдал как она мирно спит. Слыша её дыхание, чувствуя её сердцебиение, я чувствовал себя живым.

     С каждым днём я осознавал что моя любовь к ней становится только сильнее, а наша связь крепче, и поэтому причине я не смог держаться подальше. У меня не получилось к сожалению. Моя любовь стала слишком эгоистичной и я не могу отказать от того, чтобы любить её, и быть рядом, для меня была бы легче закопать себя под землёй, нежели отказаться от Кайры.

     — Что же мне делать, моя Кайра? Как мне защитить тебя? — я провел пальцем по её щеке, её кожа на ощупь такая нежная и мягкая. — Кажется мама была права…

     ***Арман

     «— Тебя же что-то беспокоит? — спрашивает мама, когда я одел верхнюю одежду и хочет уже уйти.

     — О чем ты?

     — Это же связано с той девушкой, Кайрой? — моя рука замирает когда я слышу её имя из уст моей матери.

     На подсознательным уровне я всегда пытался защищать её от своей семьи, мне всегда была почему-то тревожное что ей придётся взаимодействовали с ними, и поэтому я держал её в дали от них.

     — Тебя что-то тревожное связанное с этой девушкой. Ты боишься за её жизнь.
    
     — Давай не будем говорить на эту тему, — как можно более мягче говорю я.

     — Хорошо, я не буду вмешиваться в ваши отношения, но послушай мне хот бы раз. Влюбиться по-настоящему это очень редко, а любит кого-то взаимно, найти друга и возлюбленного в одном человеке это уже дар с небес. Я как человек, который всю жизнь любила безответно, дам тебе совет, — мама делает шаг в мою сторону, в потом осторожно дотронулась до моего сердца. — Пока у тебя есть время и возможность никогда не оставляй её. Никогда не отказывайся от своей любви, потому что сожаление от того, что ты не сделал хуже чем сожаление по поводу того, что ты делал.

     — Что если мне страшно? Вдруг я не смогу защитить её? — я впервые спрашиваю совета у своей матери.

     — Страх это нормально, мы все чего-то боимся, в особенности потерять тех кого любим. Что касается её защитить, будь её шитом, используй свой ум и власть, которая есть в твоих руках и защищай её. Я уверена, что ты спасёшь её.»

     Её слова заставили меня задумался: Кайра все равно будет в опасности, как бы я не старался держаться подальше, мои враги будут очень близко к ней, и чтобы защитить её мне нужно стать её шитом, закрыт её своей грудью, и все время быть рядом.

     — Долго ты уже за мной наблюдаешь? — её сонный голос возвращает меня в реальность, и я улыбаюсь, как вижу её глаза, похожи на глаза газели. Красивая.

     — Доброе утро, моя единственная, — наклонившись целую её в лоб.

     — Доброе утро, жизнь моя, — Кайра кладет свои руки на мое лицо и целует меня в губы, я отвечаю на её поцелуй. — А вот теперь точно доброе утро.

     — Как тебе спалось? Боли есть? — приподнявшись на локоть, спросил я, Кайра покачала головой, улыбка не сходила с её красивого лица. — Прекрасно, давай тогда собираться. Тебе нужно позавтракать, а потом принять лекарство, — я встал, обойдя кровать, я подошёл к Кайре, и убрав одеяло поднял её на руки.

     — Я сама могу ходить, — Возмущается она. Я улыбнулся, покачав головой.

     — Я больше чем уверен, что ты можешь все, но сейчас нежелательно, чтобы ты делала резких движений и переутомлялась. У тебя уже однажды разошлись швы, я не хочу повторения. Поэтому пока мы не снимем твои швы, ты будешь передвигаться на моих руках.

     — Это очень смешно, Арман. Я же не маленький ребенок, чтобы ты все время за мной ходил, — я с ней на руках вошел в ванную комнату, а потом осторожно положил её на пуфик.

     — Ты правильно говоришь, в этом нет ничего смешного. Я вполне серьезно отношусь в этом плане. Я не буду рисковать твоим здоровьем. На этом, пожалуй, дискуссия окончена, давай будем подготавливать тебе, — подмигнув ей сказал я, на что она закатила глаза.

      Ничто в этом мире не заставит меня передумать. Из-за что я не смогу рисковать ее жизнью даже на долю секунды, я не могу себе этого позволить. Знаешь, что я могу быть дотошным в этом плане, знаю, что превращаюсь в параноика, но, к сожалению, по другому никак.

      Закончившийся процедуру и переодевшийся в чистую одежду, мы спустились на завтрак. Мы завтракали не как обычно в столовой, а в гостиной, чтобы Кайра лежала на диване, а я сидел рядом с ней.

     — Как твой аппетит сейчас? Ты же нормально питалась пока меня не было? —Сделав глоток черного кофе, поинтересовался я. Кайра посмотрела на меня поверх своего стакана с соком и улыбнулась.

     Я прекрасно знаю эту хитрую улыбку. Конечно же она не ела. Господи, эта женщина меня убьёт.

     — Кайра, —  Я положил чашку кофе на журнальный столик и серьезно посмотрел на неё. — Смотри, нашу жизнь не будет самой идеальной. Конечно же, как и все нормальные люди, мы можем спорить, ругаться, но это не значит, что ты будешь морить себя голодом и ничего не есть. Так не пойдёт. Если ты будешь себя так вести, это может только навредить твоему здоровью. Ты прекрасно знаешь, что твоя нехватка веса это проблема. Ты понимаешь, что ты весишь в несколько раза меньше, чем должна?

     — Если ты знаешь мой характер, знаешь, что я не могу есть, когда мне плохо, тогда давай не будем ссориться и ругаться? — предлагает она, как маленький ребенок.

     — Ты думаешь, что я могу ругаться с тобой, спорить или что-то делать только потому, что мне этого хочется? Конечно же, я не хочу не расставаться с тобой, ни ругаться, ни делать тебе больно. Но это жизнь, и она не идеальная. Смотри, — я взял её руку, — на протяжении той жизни, которую мы хотим прожить вместе, мы можем ссориться, ругаться, наши взгляды могут не сойтись. И это нормально, так бывает со всеми парами. Но это не значит, что если у нас разногласия, ты будешь ограничивать себя в еде. Что бы ни случилось, какие бы ни были проблемы, чтобы не было, ты должна нормально питаться. Прежде всего, я думаю о твоём здоровье и это превыше всего. Поэтому с этого дня, невзирая на любые проблемы, и неважно, как тебе плохо, тебе нужно есть и пить своё лекарства. Я за этим буду следить.

     — Как будто ты сейчас за этим не следишь, — Она снова в своей манере закатила глаза.

     — Кайра, — предупреждающим тоном, говорю я.

     — Ладно, я буду делать то, что ты говоришь, доволен?

     — Буду доволен, когда ты наберёшь нужный вес, — Отвечаю я взяв обратно стакан с кофе.

     — О, Господи, чего ты зациклился на моём весе? Мужчине вообще-то мечтают, чтобы рядом с ними ходили худые, высокие, красивые женщины.

     — А я хочу, чтобы рядом со мной ходила здоровая, счастливая женщина, — на мои слова её тонкий бровки хмурятся.

     — То есть ты хочешь сказать, что моя фигура тебя не устраивает? — Я чуть кофе не поперхнулся.

     — Так чувствую, что мы с тобой сворачиваем не туда. Не знаю, что сейчас крутится в твоей прекрасной головке, но послушай меня внимательно. Меня всё устраивает в тебе в плане женственности, сексуальности, и всего остального. Если бы это не угрожало твоему здоровью, я бы не вообще не затрагивал эту тему. Но мы с тобой прекрасно знаем, что твой нынешний вес очень опасен для твоего здоровья. Так что не переводи стрелки на меня, милая.

     — Я думала, что в отношениях и в любви люди должны принимать друг друга таким какие они есть, но сейчас ты ведёшь себя как абьюзер. Я от тебя такого не ожидала, — Кайра делает грустное лицо, я несколько секунд смотрю на неё, и она закрывает глаза будет сейчас заплачет.

     — Кайра, — снова произношу её имя предупреждающим тоном, и она тут же смотреть на меня.

     — Всё-всё прекращаю, не злись, — она рассмеялась, а я вздыхаю. — Извини, я больше не буду. И да, я буду следить за свои приемом пищи. Я постараюсь набрать в весе.

     — Моя Кайра, — вижу, что она расстраивается из этой темы, поэтому снова положил кофе на столик и взял её руку. — Любимая, моя единственная, женщина с самими красивыми глазами в этом мире, чья красота может заменить красоту луны и солнца, в тебе нет недостаток. Ты прекрасна, удивительно, без изъянов, ты идеально в моих глазах. Эта тема о твоём весе то, что это меня беспокоит, не значит что ты меня не устраиваешь. Не значит, что у тебя есть недостатки как женщина, это не так. Единственное о чем я переживаю это твое здоровье. Я волнуюсь, нет, даже не так. Я боюсь, что могу потерять тебя, Бабочка.

     — Что ща глупости? — Кайра сжала мою руку. — Ты меня не потеряешь. Я всегда буду рядом с тобой. — Я замираю от её слов.

     «Ты никогда не потеряешь меня. Я всегда буду рядом с тобой, Арман.» — последняя женщина, которая это сказала мне, я похоронил в землю собственными руками. Лайя…

     Я закрываю глаза, чувствую как сердце сжимается в груди. Я отчётливо ощущаю ту боль в груди, и это была безумием. И я больше не смогу пережить это снова. Только не Кайра. Её я не смогу потерять.

     — Не говори это, — я покачал головой, и провел пальцем по её волосам. — Когда-то один человек сказал мне эти слова, и спустя некоторое время, я потерял её, похоронил ее в землю собственными руками…

     — Лайя…— рука Кайры ослабла, а потом она осторожно вытащила свою руку из моей ладони, и я почувствовал как внутри меня все охладела.

     Я чувствовал тоже самое в начале наших отношений, когда воспоминания заставляли меня отделяться от неё.

     — Прости, — тихо прошептала она, а потом опустила глаза на свои руки.

     Её ногти медленно вонзаются в кожу. Она никогда не сможет бросить эту привычку вредит себе, когда ей страшно и больно.

     — Не делай, — достаточно тихо произношу я, чтобы не напугать её.

     В Кайре была ещё кое-что что беспокоит меня, и заставляет меня находится в режиме готовности. Её психическая здоровье. К сожалению, я не могу исправить это, как бы сильно не хотел, поэтому я могу только стараться не делать её болезни ухудшается. Любая мелочь может стать новой волной стресса и вредит ещё сильнее.

     — Мне жаль, что я напомнила тебе о твоей боли… Я не хотела. Прости, — она не поднимает голову, поэтому я беру её за подбородок и поднимаю, и в этот момент в мою грудь будто вонзился нож.

     Слёзы. На её глазах стояли слезы, прозрачный, не пролитый, свергающееся слёзы.

     — Моя Кайра, — я прижал свою ладонь к её щеке, Кайра закрыла глаза и слезы скользнули, одна из которых упала на мою руку. — Все хорошо, ничего нет. Ты не можешь делать мне боль, это же ты. Моя Кайра.

     — Арман, я…— она открыла глаза, и в этот момент её цвет глаз казались ещё ярче чем были. — Я же плохая, да?

     — Что это значит? — хмурюсь я.

     — Я в кое-чем признаюсь, но пообещай, что не будешь ненавидеть меня за это? — моё сердце начинает биться сильнее.

     — Кайра, в чем дело?

     — Просто, пообещай.

     — Хорошо, обещаю, что не буду злиться, и тем более, ненавидеть тебя. Чтобы это не была я не могу тебя возненавидеть. Говори.

     — Я…всегда завидовала и ревновала тебя к ней…— слёзы с новой волной хлынули с её глаз.

     — К ней?... — повторяю я, хоть знаю кого она имеет ввиду.

     — Да, к ней. Я ревновала тебя к Лайе...

     — Кайра…

     — Знаю, что это неправильно. Нормальный человек не может ревновать к мертвой, и тем более завидовать ей. Но я…— Кайра замолкает на секунду, и сжимает губы. — Ты её так сильно любил, что был готов убить всех, ты мстил ради неё, и твоя семья тоже так её любила… Она была любима всеми, и даже если умерла все ради неё были готовы мстить… Поэтому я завидовала. Потому что к сожалению, я знала, что если меня убьют, или похитят, всем будет наплевать. Моя мама никогда будет плакать, папа избавиться от меня, мои родственники будут только счастливый, а человек, которого я любила тут же вернётся к своей бывшей. Всем была бы наплевать. Они бы забили уже на следующий день. Никогда и никто не любил меня так как её…

    — Если бы ты только видела мое состояние когда те проклятий пули попали в тебя, а не в меня. Мой мир разрушался. Я умер в тот момент, те дни что ты была там, а я за дверью, были адом для меня. Я каждый день молился, Богу, чтобы он либо спас тебя, либо взял мою душу. Ты хоть знаешь настолько была больно услышать что я могу потерять тебя в любую секунду? Это была настолько больно, что моё сердце остановилось, — Кайра замирает в шоке. — У меня был сердечный приступ, я мог умереть от страха потерять тебя.

     — Что? Как? Как ты себя чувствуешь? То есть, что сказали врачи? Ты обследовался? — тараторить она, я вымученно улыбнулся, и убрал её прядь волос.

      — Я умру если с тобой что-то случится. Моё сердце это просто не выдержит. Я не настолько сильный чтобы вынести твою потерю, — Кайра замолкает, и смотреть на меня с чувством вины. — И то, что ты ревновала не делает тебя плохой. Если честно, я не знаю, как бы чувствовал себя если был твоём месте. Одно существование Фермана уже раздражает меня, и если до меня ты была бы замужем, у тебя…— я замолчал, грудь сжалось от чувства горечи и неприятности.

     Я не хочу думать, что Кайра могла быть чей-то женой, не хочу даже представлять о том, чтобы у неё была другая семья. Я понимаю что это эгоистично, что это двулично, что у меня была все это, но я не хочу представлять что у нее…

     — У нас было свое прошлое, я потерял Лайю, а ты пережила ужасный опыт с этим Ферманом. Нам не подвластно менять наша прошлое, но сейчас мы с тобой вместе, — я взял её руку в свою и поцеловал. — Сейчас ты моя семья, ты моя жизнь, и моя любимая женщина. Я тебя очень сильно люблю.

     — Я тебя тоже очень сильно люблю. Больше жизни люблю.

     ***Кайра

     Поддавшись порыву я призналась Арману в том, что боясь сказать в слух. К сожалению как бы это не была глупо я действительно ревновала, нет, не так, я до сих пор ревную. Разумом я понимаю, что её нет в живых, что я не могу конкурировать с мертвой женщиной, что это глупо, но сердцем… Я не могу донести до своего сердца, что это прошлое. И мне плохо когда я думаю об Армане в ключе с другой женщиной. Меня выворачивает наизнанку мысли о нем с другой, и мне больно от этого. И иногда мне очень страшно, когда в мою голову лезут слова моей матери. «Он любит свою жену, а тобой хочет заменить её. Закрыть свои раны.» и хоть я знаю, что это не так, но мой прошлый опыт говорит мне об обратном. И этот страх будет наверное со мной всегда.

     — Она сама тебе рассказала об всем? — спрашиваю я у Армана, мы лежали на диване и смотрели фильм, когда он вдруг рассказал о том, что ходил к своей матери.

     — Да, и я верю ей. Странно да, после всего что случилось, — смотря в потолок, шепчет он.

     — Думаю, если твое сердце верить её словам, то это правда. Если честно, я верю ей, — Арман резко посмотрел на меня.

     — Почему? Ты же не знаешь её. И к тому же я думал, что ты захочешь узнать правда сначала у своей тети, — моя грудь сжалось из-за напоминания о тете.

     — У меня нет больше тети. Я не хочу иметь ничего общего с той женщиной. Когда я думаю, что она сделала, она кажется ещё более жестокой чем моя мать. И поэтому не могу простит её. А что касается твоей матери, её глаза когда она рассказала тот ужас, они были таким разбитыми, такими печальными, я никогда в жизни не видела глаза более печальный и полны боли чем её. Конечно, тебе решать верить ей или нет, но я думаю, что она говорит правду.

     Арман думает о чем-то, и я подозреваю что о своей матери. Он выглядит так будто разрывается между двух огней. Конечно, ему придется все рассказать своей семье, и не факт что те примут это нормально.

     — Расскажешь мне, что она сказала тебе? — осторожно спросила я, Арман кивнул, я снова положила голову ему на плечо и он начал рассказывать все с самого начала.

     И с каждым его словом мои чувства и эмоции менялись. Я то чувствовала шок, то боль, моментами разочарование и страх. Меня поражала сила и стойкость этой женщины. Она не сломалась не смотря на боль, предательство, обман, издевательства, насилия, и даже смерть ребенка. Она была настолько сильной что это заставляет меня одновременно восхищаться её сильной и испытывать боль за неё за её тяжёлую судьбу.

     — Меня порождает настолько же сильная женщина твоя мама. Была бы я на её месте, я бы уже сошла с ума. Мысль что мне пришлось бы делить тебя с другой женщиной, что у тебя был бы ребенок от нее…

     — Ты никогда не будешь на месте моей матери. — Арман резко встал, мне тоже приходится предстать. — Я не мой отец, чтобы ты пережила судьбу моей матери. Я никогда не изменю тебе, и тем более не сделаю ребенка на стороне. Думать даже об этом не смей.

     — Нет, ты меня не правильно понял. Я имею ввиду, просто мне даже думать об этом страшно, а что пережила твоя мать.

     — Не думай об таком. Даже мысленно не нужно сравнивать нашу жизнь с моим родителями. Я никогда не изменю тебе, у меня не будет другой женщины, семьи и детей от другой. Я никогда не смогу роднят на тебя руку, и тем более намеренно сводит тебя с ума, пичкая лекарствами, чтобы упечь тебя в психушку, и самое главное я даже мысленно не смогу навредить нашим детям как мой отец!

     Арман был свидетелем всего что пережила его мать, он видел как она сходит с ума, он видел жестокость своего отца, и больней отношения своих родителей. И это ужасно.

     — Хорошо, не буду. Прости.

     — Я не хочу, чтобы ты изменялась передо мной, просто не сравнивай нас с ними. Я не мой отец, а ты не моя мать. Мы никогда не будем такими. Я никогда не смогу так поступить с тобой, — Арман подходит ко мне, и прижавшись, убирает с моего лица челку. — Мои глаза не смогут смотреть на другую, а больше никогда не смогу притронуться к другой, и тем более у меня никогда не будет другой семьи кроме тебя.

     — Договорились, — с улыбкой сказала я, а потом осторожно отняла его, прижавшись к его груди, его сердце билось в унисон с моим. — Но мне очень жаль твою маму. Она не заслуживает этого. Ни одно женщина не заслуживает такого отношения.

     — Знаю, и я ненавижу себя за то, что считал что моя мать заслужила все это. Я настолько плохой сын, что это съедает меня изнутри. Я не знаю как я буду смотреть ей в глаза после всего этого.

     — Ты не виноват, — я посмотрела на него. — Ты был ребенком и ничего не знал, — Арман качает головой.

     — Я хотел её убить, Кайра, — признается он, и мое сердце замирает. — Я уговаривал брата отправить за ней наёмных убийц. И если она не была в той больнице, и я бы нашел её, я мог убить свою мать, — Арман закрыл глаза и слезы скользнули по его щетине.

     — Иди ко мне, — я обняла его, Арман обнял меня, и уткнувшись мне в волосы, тихо, без звука плакал. Я даже не слышала всхлипывания, но чувствую как моя шея была уже мокрой от его слез.

     Но вот я, не могу держаться, и плачу с ним. Видеть мужчину, который все это время стоял стойка, не ломался, не сгибался, таким разбитым разрывает мое сердце. Это так больно.

     — Всё хорошо, я здесь, с тобой, — я провожу плацами по его волосам, успокаиваю, чтобы хоть как-то унять его боль.

     — Как после этого я смогу назвать её мамой?... Как мне смотреть ей в глаза?

     — Я уверена, что твоя мама не злится. Она наоборот винить себя из-за того, что не смогла быть рядом с вами, рядом с тобой.

     — Это меня и убивает, Кайра, — Арман посмотрел на меня, слез не была, только кровавый красный глаза, если не это доказательство, то, я бы думала что мне показались его слёзы. — Она счета себя виноватой, что не смогла нас спасти и поэтому не планировала даже рассказать. Всю жизнь хотела нести наказания. Она даже не злится, что я хотел её смерти, думает что заслужила.

     — Она мать, Арман. Она потеряла своего сына, другие дети страдали и она ничего не смогла сделать, не смогла помочь, и поэтому она винить себя. Потому что она мать. И даже если бы убил её, она бы не злилась. Думаю, если тебе жаль, просто постарайся помочь ей наладить отношения с семьёй.

     — Думаешь, у меня получится? — спросил он, я кивнула.

     — Конечно, у тебя дар убеждения. И ты сможешь это сделать.

     — Хорошо, что ты есть у меня, Бабочка, — я обняла его.

     — Конечно, хорошо что я есть, Красавчик, — Арман смеётся, а потом посмотрел на меня.

     — У меня есть одно приложение.

     — И какое же?

     — Скоро новый год, праздники, и поэтому я хочу провести праздники в кругу семьи. — моё сердце начинает биться сильнее. — Как ты относишься к тому что пожить некоторое время в Каденций? — я замираю, лишь могу хлопать глазами.

     Сказать что я в шоке, это ничего не сказать. Жить с семьёй Эмирхана под одной крышей? Да, я никогда в жизни себе такого не представляла. А после того, что случилось с моей тетей и Арсланом, я и вовсе думала, что была бы лучше держать дистанцию с ними, но кажется у Армана другие планы насчёт этого.

     — Кайра? — я слышу на заднем фоне своих смыли голос Армана, но не могу сосредоточиться. — Кайра?

     — Хм?

     — Дыши, Кайра, дыши, — сказал Арман, держа меня в своих руках, и только после я делаю вздох. Я снова забыла дышать. — Как ты?

     — Все хорошо, я в порядке.

     — Это идея тебе настолько не нравится, что ты забыла дышать? — обеспокоено спросил он, я покачала головой.

     — Нет, просто, думаю твоя семья будет не очень в восторге от меня после того, что случилось.

     — Ну во-первых это и мой дом, и у меня столько же прав на него, как и у моих братьев, а во-вторых моя семья очень даже любит тебя. Тема твоей тети тебя не касается, это она сделала, а не ты. И моя семья это знает, а если не знает, то, я засуну им это в голову.

     — Звучит пугающий, — настороженно говорю я, Арман улыбнулся.

     — Думаю, звучит как новая страница нашей жизни. Ну, как тебе такая идея? Будем жить в особняке семейство Эмирханов? — снова предлагает он, и я задумалась.

     Арман прав, это новая страница нашей жизни, и я не могу позвонить чтобы прошлое и жизнь других людей мешало мне стоит будущее с Арманом.

     — Я согласна. Давай попробуем пожить в Каденций.