Глава 9
Дэиль сидела на краю кровати, сжимая в пальцах подол своей одежды. Горло жгло от слёз, но она даже не пыталась их сдерживать. Перед глазами снова и снова всплывал отец — усталый, избитый, но всё равно пытающийся улыбнуться ей, чтобы не пугать.
Как же было хорошо тогда...
Пусть они жили бедно, пусть иногда не хватало даже на хлеб — но там, в их маленькой квартире, была тишина. Было чувство безопасности. Был дом.
А сейчас — холодные стены, чужие люди, и Джей, который будто наслаждался её страхом. То, как он говорил, как смотрел... всё это ранило сильнее, чем побои.
Это чувство она знала слишком хорошо. В школе над ней точно так же смеялись, точно так же давили, заставляя чувствовать себя ничтожеством. Она думала, что выросла из этого, что ушла от боли прошлого... но оказалось, что жизнь только сильнее вдавливает её в землю.
— Почему... почему снова я... — шептала Дэиль, закрывая лицо руками.
Она не понимала, за что.
Почему мир так несправедлив к ней?
Почему, сколько бы она ни старалась жить правильно, честно, по совести — всё снова рушится?
Ей казалось, что она тонет. Что никто её не услышит, никто не протянет руку.
Только пустая комната, слёзы и тишина, в которой она была абсолютно одна.
_____________________________________
В кабинете было полутемно, лишь мягкий свет настольной лампы освещал бумаги на столе. Джей сидел в кресле, покачивая стакан с льдом, а напротив — молчаливый и внимательный Енджун.
— Может, мне просто убить её? — спокойно бросил Джей, будто речь шла о чём-то незначительном. — От неё толку никакого. Они с отцом хоть вечность будут работать, но эту сумму не поднимут.
Енджун поднял взгляд.
— Не стоит делать такие выводы. Может, её отец всё-что-то найдёт.
Джей хмыкнул.
— Не знаю, за что она вообще борется.
— Тебе ведь не обязательно убивать её, — тихо заметил Енджун.
— Она мне и не нужна, — раздражённо откинулся Джей. — Но она может раскрыть всю правду. Хотя я понимаю, что её никто не услышит... но всё же. Девочка упрямая. Она может пойти на всё.
Енджун аккуратно сложил руки.
— С одной стороны, ты прав. Пусть полиция и работает на нас, но она может выйти в СМИ или ещё куда-то. Да, от неё возможны неприятности. Если почувствует, что ей нечего терять — риск возрастёт.
Джей сжал стакан сильнее.
— Я предлагаю ей работу, даю шанс выплатить долг. Но она только и делает, что пытается сбежать. Всё время твердит об отце, об учёбе.
— Но ведь у неё правда есть учёба, — осторожно сказал Енджун. — Она уже отстаёт. Ей скоро заканчивать школу.
Джей резко повернулся к нему.
— Какая учёба, Енджун? Она будет сидеть здесь. В моём доме. И уж точно не выйдет до окончания школы — сам же понимаешь, сумма долга огромная.
Енджун лишь молча кивнул, признавая правоту.
Через паузу добавил:
— Ты её долго в подвале не держи. Вдруг всё повторится... как в тот раз.
На лице Джея мелькнула тень.
— Я слежу за ней, — бросил он холодно. — Посмотрим, как она будет себя вести.
____________________________________
Дэиль сидела в подвале, слёзы текли по её щекам.
Сердце рвалось на части, и каждый вдох был тяжёлым.
Вдруг дверь открылась, и в темноте появился он — Джей.
Холодный. Безжалостный. Но взгляд его горел опасным огнём, смесью ярости и... чего-то другого, что Дэиль не могла понять.
Она резко встала и толкнула его, делая шаг к выходу.
— Я... отпустите меня! — прорычала она, сердце колотилось от страха и протеста.
Джей даже не моргнул. Когда Дэиль почти достигла двери, он ловко перехватил её руку.
Один жест — и она оказалась прижатой к нему.
Сила его рук, уверенность, холодная решимость — всё одновременно пугало и притягивало её.
Он усадил её на кровать, не отпуская.
Её глаза расширились, руки дрожали.
— Ты хочешь умереть? — его голос был низким, хриплым, смешанным с яростью и жгучей страстью.
Дэиль всхлипнула, пытаясь вырваться:
— Отпустите меня!
Но Джей не отпускал.
Джея забавляло то, как она пыталась сбежать от него. Эта наивная, отчаянная попытка — слишком слабая, слишком поздняя. Он держал её без усилий, словно пойманного зверька. Она дёргалась в его руках — беспомощная, испуганная, как детёныш, попавший в капкан.
Он смотрел на неё.
На её милое лицо, искажённое страхом.
И вдруг поймал себя на странной мысли: ему хотелось большего.
Её слёзы вызвали в нём не жалость — что-то куда опаснее. Джей любил всё красивое. А Дэиль... Дэиль была красивой даже тогда, когда плакала. Эта мысль зацепилась за него, раздражающе сладкая.
Его взгляд медленно опустился на её губы.
Ему захотелось узнать, какие они на вкус.
Какие на ощупь.
Он не стал сопротивляться этому желанию.
В порыве странного гнева и ещё более странного влечения он наклонился и поцеловал её.
Грубо. Жадно.
Так, как мафиози берёт то, что считает своим.
Дэиль всхлипнула. Её тело дрожало, сердце билось так сильно, будто готово было вырваться из груди. Она билась — била его по груди, по плечам, отчаянно, неумело.
Но Джей перехватил её руки и завёл их назад, лишая возможности сопротивляться, не прерывая поцелуя.
Дэиль была в шоке.
Не о таком поцелуе она мечтала.
И уж точно не о том, чтобы её — нетронутую, хрупкую — целовал человек вроде Джея.
Её злило и пугало одно осознание:
её губы были забраны безжалостно, как трофей, человеком, который привык не спрашивать разрешения.
Он отстранился на мгновение, чуть отступив:
— Если это повторится ещё раз... — его губы искривились в холодной улыбке. —ты окажешься в моей комнате, где я не буду сдерживаться и точно не стану ограничивать себя поцелуем...
Дэиль застыла, глаза ещё больше расширились, а голос срывался:
— Пожалуйста... дайте хотя бы увидеться с отцом...
Джей только бросил взгляд на дверь, медленно подошёл и запер её.
Без ответа, без слов, без тени сожаления.
Он ушёл в тишину, поднимаясь по лестнице, а сердце стучало в груди слишком громко.
Джей остановился, обессиленный своей же страстью и гневом.
Его руки всё ещё дрожали, но он знал — теперь это стало личным.