Глава 696-703
Глава 696. Игра стоит свеч
— У меня срочное донесение для старейшины! Старший брат Дин Жун только что вернулся и сказал, что нашел какие-то зацепки. Ему нужно срочно отправиться в штаб-квартиру в Королевском Дворце Пилюль и встретиться с главой секты, — доложил старейшине восьмого уровня сферы мудрости старейшина-патрульный, стоя у двери.
— Неужели? — нахмурился старейшина. — Он сказал, что он нашел?
— Нет, а я не посмел спросить, — покачал головой старейшина.
— Он нашел зацепки в одиночку?
Старейшина-патрульный тут же ответил:
— Он был со страшим братом Хуа и двумя его последователями, младшими братьями Фэном и Чжаном. Но двоих последователей я не видел.
Те были слишком мелкими рыбешками, практиками сферы истока, так что старейшина не придал их роли в происходящем особого значения. Ему было любопытно, что же нашел Дин Жун. Тот был личным учеником главы секты, достигшим в своем юном возрасте пятого уровня сферы мудрости. В будущем ему явно было суждено значительно превзойти этого старейшину. Немного подумав, старейшина развел руки в стороны и произнес:
— Я все понял. Продолжайте тщательно патрулировать окрестности, не расслабляйтесь и не теряйте бдительности.
Цзян Чэнь и Хуан’эр без проблем добрались до Королевского Дворца Пилюль. Они приняли облик Дин Жуна и старшего брата Хуа.
— Госпожа Хуан’эр, на сей раз может быть опасно, не хотите ли… — произнес Цзян Чэнь, не желая подвергать ее опасности.
Хуан’эр же лишь улыбнулась:
— Господин Цзян, мы успели вместе пройти через огонь и воду, мы не раз были на пороге смерти. Я бы предпочла сопровождать вас и в этом приключении!
Цзян Чэнь рассмеялся. Он был человеком прямолинейным и считал, что людям от мира боевого Дао не пристало кокетничать.
— Боюсь, мне будет трудновато объясниться перед старейшиной Шунь, если с вами что-нибудь случится.
— Старейшина Шунь — очень понимающий человек, — слегка улыбнулась Хуан’эр. Цзян Чэнь кивнул. Ему действительно нужна была помощь Хуан’эр в этом деле. Хотя его план был весьма дерзким, ему нужен был напарник. С Хуан’эр шансы на успех становились значительно выше.
Четыре часа спустя они прибыли к штаб-квартире. Здесь охрана была куда серьезнее, чем в лагере, разбитом для поисковых операций. Но Дин Жун занимал столь высокое положение, что никто не стал его проверять. Узнав, что у него есть важные сведения, никто не задерживал его, напротив, стражи учтиво обменивались с ним дружелюбными репликами и шутками.
Цзян Чэнь вел себя очень осторожно, общаясь с этими людьми. Оказавшись в логове врага, нужно было быть начеку.
— Старший брат Дин, мастер Гун вызвал к себе главу нашей секты и главу Секты Великого Камня. Кажется, они обсуждают что-то очень важное. Возможно, тебе придется подождать некоторое время, — несколько виновато сказал Цзян Чэню молодой практик, который передал слова Цзян Чэня начальству.
Цзян Чэню и не нужно было видеться с главой секты, так что он спросил:
— Что за важное дело?
Молодой практик виновато покачал головой:
— Я не посмел спросить.
— Кто еще там? — спросил Цзян Чэнь.
— Несколько других тяжеловесов обеих сект, — честно ответил молодой практик уважительным тоном.
Цзян Чэнь кивнул и спросил:
— Мастер Ци, внук мастера Гуна, здесь?
Молодой практик печально улыбнулся:
— Вообще-то здесь, но он не участвует в собрании. Он внутри, пытается заставить истинного ученика Секты Великого Камня потренироваться с ним. Истинный ученик… О нет, они здесь! Прячься, старший брат Дин!
Молодой практик думал, что старший брат Дин хочет скрыться от Гун Ци, которому все время хотелось проверить свои силы.
Так как все боялись участвовать в тренировочных боях с Гун Ци, этот юнец хватался за любую возможность сразиться с одним из учеников. Те же предпочитали смиренно вытерпеть пару его ударов: это было лучше, чем сражаться с ним, рискуя навлечь на себя гнев его деда. Так что молодой практик явно пытался помочь Дин Жуну, сказав, что Гун Ци сейчас его увидит.
Цзян Чэнь был рад, но изобразил на лице выражение паники. Тут Гун Ци заприметил его:
— Ха-ха, Дин Жун, дружок! Я слышал, что тебя отправили патрулировать окрестности. Что привело тебя сюда?
Гун Ци было всего четырнадцать лет, но ростом он не уступал иному взрослому. Еще он напоминал молодого Гун Уцзи. Он тоже был лысым, у него были желтые брови, а в голосе его слышалась та же свирепость, что и у деда.
Цзян Чэнь криво улыбнулся:
— Молодой мастер Гун, я, эм, мне нужно было сообщить важные сведения моему мастеру.
Какое Гун Ци было до этого дело? Он с ухмылкой подошел к нему:
— Внутри я от кого-то услышал, что ты вернулся. Я был так рад, что тут же выбежал, чтобы убедиться в этом лично. И ты и вправду здесь! На этот раз тебе не отвертеться, дружок! Ну-ка, ну-ка, давай потренируемся!
Гун Ци сгорал от желания проверить свои силы. К тому же он был настолько высокомерен, что позволял себе называть Дин Жуна, который был как минимум вдвое старше него, дружком!
— Молодой мастер Гун, давайте забудем об этом. Ну какие у меня шансы против вас? — притворно отступил Цзян Чэнь, лишь распаляя аппетит противника.
Гун Ци помрачнел:
— Что такое, Дин Жун, ты не хочешь уважить меня? Ты уже два раза находил отговорки, хочешь и в этот раз отвертеться?
Его настроение заметно испортилось, температура вокруг даже опустилась на несколько градусов. Цзян Чэнь, радуясь тому, что его план работает, скорчил кислую мину:
— Молодой мастер Гун, я преисполнен уважения к вам, но я боюсь мастера Гуна. Его аура слишком мощная.
Гун Ци возмутился и закатил глаза:
— Дин Жун, что ты, черт возьми, имеешь в виду? Хочешь сказать, я побеждал всех гениев из-за ауры моего деда?
Цзян Чэнь усмехнулся:
— Я не это имел в виду.
Гун Ци почувствовал себя еще более униженным из-за этого смешка:
— Как ты смеешь! Дин Жун как ты смеешь быть такого низкого мнения обо мне! Ладно же! Пока мой дед на собрании, давай найдем отдаленное место и как следует поборемся!
Цзян Чэнь взглянул на двух стражей за спиной Гун Ци. Один из них был практиком первого уровня императорской сферы, второй — в полушаге от императорской сферы. Оба были сильными бойцами. Цзян Чэнь многозначительно взглянул на них. Гун Ци уловил этот взгляд и тут же понял, что он означает: численное преимущество было на стороне Гун Ци. Тот тут же взбесился:
— Не следуйте за мной, вы двое! Я проучу этого мальчишку, чтобы он понял, что я всегда побеждаю за счет собственных способностей!
Гун Ци был выдающимся гением, ведь он смог достичь такого уровня в четырнадцать лет. Его гордыня не позволяла ему просто проигнорировать насмешливый взгляд Цзян Чэня.
Два стража тут же произнесли:
— Молодой мастер Гун, так не пойдет. Мастер Гун приказал нам никогда не оставлять вас без охраны.
Цзян Чэнь пожал плечами:
— Тогда в другой раз, молодой мастер Гун.
— Нет! — рассвирепел Гун Ци. Все прочие гении вели себя с ним подчеркнуто вежливо, а Дин Жун позволял себе ухмылочки и насмешки. Взгляд Цзян Чэня, в котором читалось «Я не боюсь тебя, просто не хочу навлечь на себя гнев твоего деда», выводил его из себя.
— Пойдем! — сказал Гун Ци, хватая Цзян Чэня за рукав. — Не следуйте за мной! Тому, кто последует за нами, я сломаю ноги!
Стражи были сильны, но они бы не посмели дать Гун Ци сдачи. Но и ослушаться приказов Гун Уцзи они не могли. Гун Ци терял терпение:
— Что?! Мои слова для вас ничего не значат?
Стражи явно боялись Гун Ци. Они переглянулись. Хотя они не были слишком близко, они все равно следовали за ним на почтительном расстоянии. Они дошли до арены Королевского Дворца Пилюль, на которую Гун Ци запрыгнул одним мощным рывком. Он нетерпеливо произнес:
— Еще не струсил, Дин Жун?
Цзян Чэнь слегка улыбнулся:
— Молодой мастер Гун, боюсь, ваши стражи разорвут меня на части, если что-нибудь случится. Я все еще не уверен, что смогу выложиться на полную.
Гун Ци усмехнулся:
— На какое будущее может рассчитывать практик, если не может побороть страх? Хватит придумывать оправдания. Сочти за честь то, что тебе позволили потренироваться с гением секты первого уровня. Подумай только, лет через десять я, пожалуй, даже не взгляну на тебя, если ты бросишься к моим ногам.
Слова были надменными, но его высокомерие было оправданным. Учитывая его силу в четырнадцать лет, можно было предположить, что через десять лет он будет на пике сферы мудрости, а то и в полушаге от императорской сферы. У него действительно было право смотреть на ученика четвертой секты сверху вниз, и если бы на месте Цзян Чэня был Дин Жун, он бы наверняка почувствовал себя униженным. Но Цзян Чэнь лишь холодно рассмеялся. Гун Ци был просто самодовольным мальчишкой.
Цзян Чэнь улыбнулся:
— Ладно, молодой господин Гун, как-никак, гений секты первого уровня. Мне повезло, что вы вызвали меня на тренировочный поединок. Вы позволите мне нанести три первых удара?
Гун Ци сперва удивился, а затем гордо улыбнулся:
— Можешь нанести десять ударов, чего уж там.
Цзян Чэнь уважительно посмотрел на него и кивнул:
— Хорошо же, три удара. Молодой мастер Ци, пожалуйста, не обрушивайте нам меня всю свою мощь, если затем я не смогу ничего вам противопоставить. Не выкладывайтесь на полную.
Он продолжал строить из себя слабака, чем вызвал презрение Гун Ци. Он махнул рукой:
— Дин Жун, ты мужчина или нет? Хватит вести себя как девчонка!
Цзян Чэнь спешно улыбнулся:
— Да, да.
Он сложил ручную печать, активируя Семичастную Древнюю Формацию Бойни, покрыв арену густым туманом и отрезав ее от внешнего мира!
Глава 697. Взять Гун Ци живьем
Едва он промолвил эти слова, как ландшафт вокруг него изменился. Гун Ци прищурился, но вскоре расслабился и усмехнулся:
— Формация, значит? Это — просто жалко!
Он словно оказался на вулкане. Лава бурлила в жерле, температура явно повышалась в преддверии извержения. Но самоуверенности Гун Ци было не занимать. Без страха он вытянул вперед руку и сжал кулак. В его ладони заблестел глиф, который, должно быть, был предназначен для прямого удара по формации. В этот момент из-под его ног возникло несколько золотистых лучей, превратившихся в шестерых воинов в золотой броне, окруживших Гун Ци. Теперь он запаниковал, бешено оглядываясь по сторонам.
У него возникло дурное предчувствие. Три ближайших воина были на уровне небесной сферы мудрости! Каждый из них мог в одиночку стереть его в порошок. А поодаль стояло еще три воина земной сферы мудрости. У Гун Ци было такое чувство, словно он попал в ловушку.
Он был силен, даже немного сильнее Дин Жуна. Но он допустил одну непростительную ошибку: недооценил своего противника. Цзян Чэнь намеренно строил слабака, чтобы Гун Ци окончательно уверился в своей неминуемой победе.
Сейчас Цзян Чэнь с помощью своих воинов вполне смог бы прикончить и двух Гун Ци, если бы захотел. Но мальчишка нужен был живым.
Телохранители Гун Ци тут же кинулись на арену, едва Цзян Чэнь активировал формацию. Но Хуан’эр времени даром не теряла. Она тут же раздавила в ладони два мощных атакующих талисмана и направила удар на телохранителей. Эти талисманы достались Цзян Чэню от Цао Цзиня. Мощь талисманов была столь велика, что телохранителям пришлось отступить. Этой задержки Цзян Чэнь хватило, чтобы нанести идеальный удар.
Когда телохранители пришли в себя, Хуан’эр уже была на арене, а Цзян Чэнь связал Гун Ци и подвесил его над ареной. Заодно он подавил все его меридианы и насильно скормил ему несколько пилюль, созданных с помощью Миазмы Божественного Недоумения. Причем отрава в этих пилюлях отличалась от той, которой был заражен Чжан Лаосань.
Цзян Чэнь расхохотался и явил телохранителям свой истинный облик:
— Скажите этому старому дураку Гун Уцзи, чтобы пришел ко мне! Если через десять выдохов он не придет, ему останется лишь забрать труп своего внука!
— Не смей, паршивец!
— Это Цзян Чэнь, смотрите, Цзян Чэнь! — воскликнул кто-то в толпе, узнав его.
Цзян Чэнь слегка улыбнулся. Он и не собирался далее скрывать свою личность: риск оказался оправданным. Он схватил Гун Ци, сыграв на его желании проверить себя в бою с другими гениями.
План был реализован Цзян Чэнем безукоризненно. Теперь у него был ценный заложник.
Гун Уцзи узнал о случившемся во время собрания. Он тут же побледнел. Гун Ци был его внуком, его любимцем. Он любил его даже больше, чем сына. Дед и внук были очень похожи как по внешности, так и по характеру. Оба были талантливыми практиками, причем Гун Ци в будущем вполне мог превзойти деда. И вот его любимец оказался в руках Цзян Чэня! Ярость Гун Уцзи была неописуемой.
— Цзян Чэнь… если хоть волос упадет с головы моего внука, я разорву твою душу на мелкие кусочки и обреку тебя на вечные страдания! — раздался дикий рев. Некоторые практики послабее побледнели от этого звука, чуть не потеряв сознание.
Цзян Чэнь же продолжал невозмутимо стоять на месте, словно спустившийся с небес демон-бог. Аура Гун Уцзи ничуть не потревожила его. Пусть он уступал ему по уровню культивирования, но сознание его едва ли было слабее. Запугать его Гун Уцзи точно не мог.
Слова Цзян Чэня прозвучали даже громче, чем рев Гун Уцзи:
— Болтать-то все горазды, старый дурак. Ну и что ты мне сделаешь, если я причиню боль твоему внуку, а?
Затем он отвесил Гун Ци две смачные пощечины, звон от которых прокатился по всему Королевскому Дворцу Пилюль.
Звук этот перепугал членов Зала Громовой Ноты и Секты Великого Камня настолько, что они чуть не попадали в обморок. Пусть Цзян Чэнь и был их врагом, но им было страшно при одной мысли о том, что кто-то посмел оскорбить мастера Гун Уцзи: наказание грозило быть чудовищным!
Этот мальчишка просто обезумел! Главы Зала Громовой Ноты и Секты Великого Камня, а также старейшины их сект устремились к центру событий. Особенно нервничал глава Зала Громовой Ноты. Его пробил холодный пот, едва он услышал, что это Дин Жун из его секты заманил Гун Ци на арену.
У него возникло зловещее предчувствие. Если Дин Жуном оказался Цзян Чэнь, какая же участь постигла настоящего Дин Жуна? Но сейчас было не время переживать за Дин Жуна.
Ведь Гун Ци был любимым внуком Гун Уцзи! Если что-то случится с ним, и к этому будет хоть какое-то отношение иметь Дин Жун, Гун Уцзи непременно обрушит свой гнев на Зал Громовой Ноты. Даже если Зал Громовой Ноты был ни при чем, скорее всего, они все равно станут козлами отпущения. Глава Зала Громовой Ноты тут же устремился к краю арены.
Глава Секты Великого Камня тоже поспешил к арене, но про себя он злорадно улыбнулся. Гун Ци был грубым и властным, он постоянно досаждал ученикам его секты, и никто ничего не мог с этим поделать. К тому же Зал Громовой Ноты и Секта Великого Камня были соперниками, несмотря на вынужденное сотрудничество. Если Зал Громовой Ноты впадет в немилость, что ж, тем лучше для Секты Великого Камня.
Впрочем, своими мыслями он ни с кем делиться не стал. Он спешно прибыл к краю арены с видом возмущенной добродетели.
Гун Уцзи тяжело вздохнул и с трудом подавил гнев. Он вперил в Цзян Чэня ледяной взор, который сделал бы честь даже владыке преисподней, и произнес:
— Чего ты хочешь, Цзян Чэнь?
— Хочешь что-то со мной обсудить? — равнодушным тоном спросил Цзян Чэнь и фыркнул. — Если хочешь что-то обсудить, сотри с лица выражение мертвой рыбины.
Гун Уцзи переполняла ненависть к Цзян Чэню. Но все же о сдержался и произнес:
— А ты непрост! Говори. Чего ты хочешь в обмен на то, чтобы прекратить это безобразие?
— Думаешь, ты сможешь дать мне то, чего я хочу? — усмехнулся Цзян Чэнь.
— Говори, чего хочешь.
Гун Уцзи с трудом сдерживал гнев, но силой мысли пытался найти брешь в ментальной обороне Цзян Чэня, чтобы воспользоваться первым же шансом и уничтожить врага.
— Королевский Дворец Пилюль разрушен. Можешь ли ты восстановить его? Члены моей секты мертвы. Можешь ли ты вернуть их с того света? Ну же, отвечай. Какое из моих требований ты готов выполнить? — тоном полным праведного гнева произнес Цзян Чэнь. Если бы Гун Уцзи не был нужен ему живым, он бы уже разорвал его на кусочки.
Гун Уцзи немного подумал и громко ответил:
— Давай без гневных речей, хорошо? Теперь уже ничего не исправить. Цзян Чэнь, ты и сам умрешь, если убьешь моего внука. Почему бы нам не найти компромисс, который устроит нас обоих?
— Цзян Чэнь, прекрати это безобразие! — громко воскликнул глава Зала Громовой Ноты.
Тот усмехнулся:
— Вы, значит, вторгаетесь на территорию моей секты и убиваете моих товарищей, а безобразие творю я? Гун Уцзи, ты что, хочешь, чтобы я убил этого паршивца?
Гун Уцзи тут же выругался про себя. Он вперил в главу Зала Громовой Ноты злобный взгляд. Обливаясь холодным потом, тот тут же поспешил отойти назад. Хоть он и понимал, что Цзян Чэнь намеренно настраивает Гун Уцзи против него, поделать ничего он не мог. Любые попытки оправдаться еще сильнее разозлили бы Гун Уцзи.
— Цзян Чэнь, признаю, я недооценил тебя, но неужели ты действительно думаешь, что я оказался в твоей власти лишь потому, что ты схватил моего внука? Это просто смешно! — произнес Гун Уцзи, пытаясь делать хорошую мину при плохой игре.
— Неужели? Значит, нам пора прощаться? — зловеще улыбнулся Цзян Чэнь, резко ударив Гун Ци по левой руке.
Раздался жуткий хруст.
Оторванная по самое предплечье рука полетела в сторону Гун Уцзи. Тот резко переменился в лице, с его лба градом лился пот. Сходя с ума от боли и ярости, Гун Ци прорычал:
— Цзян Чэнь, клянусь, я убью тебя!
Цзян Чэнь пожал плечами:
— Пожалуй, не в этой жизни.
Гун Уцзи запаниковал, услышав эти слова:
— Подожди! Цзян Чэнь, скажи, чего ты хочешь!
От былой заносчивости Гун Уцзи не было и следа. Он понял, что Цзян Чэнь готов идти до конца. Даже если он потом сумеет убить Цзян Чэня, внука ему будет уже не вернуть.
Цзян Чэнь, само собой, не собирался убивать Гун Ци прямо сейчас. Он равнодушно посмотрел на Гун Уцзи и произнес:
— Раз ты настаиваешь, я озвучу свои требования. Запомни хорошенько, потому что повторяться я не собираюсь: не пытайся торговаться. Только попробуй, и тебе будет нечего хоронить.
Глава 698. Еще больше неожиданных событий
— Говори! — воскликнул Гун Уцзи. Подумать только, ему, старшему руководителю секты первого уровня, великому святому королю Вечной Небесной Столицы, приходилось смиренно, стиснув зубы, выслушивать этого мальчишку.
— Во-первых, я хочу, чтобы вы все проваливали к черту с территории Королевского Дворца Пилюль!
— Во-вторых, вы без промедления вернете всех до единого пленных. У вас один месяц. За каждого не вернувшегося пленного я буду забирать у твоего внука по органу. Запомни, у тебя — всего один месяц!
— В-третьих, вы вернете все награбленное. Иначе твой внук пострадает за каждый невозвращенный предмет!
Цзян Чэнь вкратце изложил свои требования. Он не требовал ничего невозможного. Гун Уцзи вполне мог выполнить каждое из этих требований. Подобному тому, как Гун Уцзи переживал за своего внука, так же Цзян Чэнь переживал за свою секту и ее учеников.
Гун Уцзи помрачнел, выслушав Цзян Чэня. Если бы тот не запретил торговаться, ему бы нашлось, что ответить. Он мог выполнить выдвинутые требования, но это было бы крайне унизительно. Получалось, что его путешествие было напрасным, а по возвращении домой его ожидал позор. Но Гун Ци был его единственным внуком. Если бы он наотрез отказался выполнять требования Цзян Чэня, судьба внука была бы незавидна.
— Цзян Чэнь, я готов подумать о том, чтобы выполнить поставленные условия. Но какие гарантии того, что ты отпустишь Гун Ци, когда я выполню свою часть сделки?
Цзян Чэнь безучастным тоном ответил:
— Я же говорил: не торгуйся. Сперва отведи свои паршивые войска, верни пленных и награбленное, тогда и поговорим. Запомни: у тебя — один месяц.
Он усмехнулся и покинул арену с невозмутимым видом, утаскивая Гун Ци за собой. Хуан’эр чинно проследовала за ним. Цзян Чэнь направился в свое жилище в Розовой Долине.
Теперь, когда он был одним из последних учеников секты, он должен был оставаться в обители Королевского Дворца Пилюль. Убираться следовало всем остальным, ведь в его руках был заложник.
— Ах да, еще кое-что: если все твои люди не провалят отсюда подобру-поздорову, я буду не прочь время от времени убивать одного-двух. Можете оставаться, если не боитесь, что я убью вас или сделаю из вас калек.
Гун Уцзи сгорал от желания ринуться вперед и убить Цзян Чэня, невозмутимо уходящего в закат. Но он не посмел рискнуть. Он знал, что у него был неплохой шанс убить Цзян Чэня прежде, чем тот успеет хоть что-то сделать его внуку, но ставки были слишком высоки.
— Господин Гун, это паршивец невероятно дерзок… — произнес глава Зала Громовой Ноты, заискивая перед ним.
— Прочь с глаз моих! — рявкнул Гун Уцзи. Как глава Зала Громовой Ноты и ожидал, Гун Уцзи решил сорвать на них злобу. Глава секты не смел возражать и покорно отошел в сторону.
— Мастер Гун, пожалуйста, уймите свой гнев. Главное — спасти молодого мастера, — примирительно произнес глава Секты Великого Камня.
— Цзян Чэнь! — прошипел Гун Уцзи, глядя вслед своему врагу. До хруста в костях сжав кулаки, он громко произнес, обратившись к подчиненным: — Обе ваши секты покинут территорию Королевского Дворца Пилюль! — несмотря на запредельную ярость, он не смел испытывать терпение Цзян Чэня.
— Да, господин, — покорно ответили главы двух сект. Им и самим хотелось побыстрее уйти отсюда; не ровен час Цзян Чэнь потребует их головы в довесок к остальным требованиям. Да и сам молодой практик был силен, так что испытывать судьбу они не хотели.
— Оставьте здесь все, что присвоили себе. И даже не думайте хитрить. Если что-то пойдет не так, я не задумываясь пожертвую обеими вашими сектами, — твердо произнес Гун Ци ледяным голосом.
Главы сект повторили:
— Да, господин.
Глава Секты Великого Камня хотел напоследок выслужиться:
— Господин, те пленные, наверное, уже прибыли в столицу. Предлагаю сейчас же связаться со столицей. Если мы будем тянуть и произойдет какая-то задержка, из-за нас могут сорваться сроки претворения в жизнь более важных планов.
Гун Уцзи с напряженным видом кивнул и махнул рукой:
— Я все понял, можете уходить.
Выбрав хорошую точку для наблюдения на территории своего жилища, Цзян Чэнь наблюдал за отступлением Зала Громовой Ноты и Секты Великого Камня. Кровь закипала в его жилах:
— Пока я позволю вам уйти. Но день, когда я приду в Великий Алый Срединный Регион, станет для вас судным днем!
Жажда крови в его душе не ослабла, но он не давал ей овладеть собой. Он набирался терпения, повторяя самому себе, что час возмездия еще настанет. Впрочем, подавлять желание утопить врагов в их собственной крови было совсем непросто.
Но нужно было думать о первостепенной задаче!
Пока же Цзян Чэню оставалось лишь терпеть.
Пока Цзян Чэнь изо всех сил подавлял желание убить каждого практика Великого Алого Срединного Региона в поле зрения, члены Зала Громовой Ноты сгорали от желания отомстить Цзян Чэню за убийство Дин Жуна. Глава секты был вне себя от ярости. Встав на границе Королевского Дворца Пилюль и стиснув зубы, он прошипел:
— Цзян Чэнь, ты убил нашего наследника! Отныне мы — заклятые враги!
Глава Зала Громовой Ноты особо не переживал из-за смерти Чжан Лаосаня или ученика по фамилии Фэн. Но Дин Жун был его преемником, одним из трех сильнейших гениев секты. При одной мысли о его смерти у главы секты сердце обливалось кровью.
— Глава секты… из столицы дошли не очень хорошие вести, — обратился один старейшина к разъяренному главе секты.
— Что еще?! — рявкнул глава секты, еще не успев оправиться от смерти Дин Жуна.
— В столице пленных уже допросили и подвергли пыткам. У них нашли два растения небесного уровня и запас трав земного уровня. Также был получен рецепт Пилюли Долголетия, — мрачно произнес старейшина.
— Разве это не хорошие новости? — с отсутствующим взглядом ответил глава Зала Громовой Ноты.
— Но… но, поскольку в столице получили все, что хотели, от пленных больше не было никакого толка…
— Только не говори, что их убили?! — всполошился глава секты.
— Их не убили… пока. Но несколько дней назад они были проданы Лазурной Столице.
— Лазурной Столице? — выдавил глава секты. — Ты имеешь в виду Лазурную Столицу из Восьми Верхних Регионов?
— Да.
Лазурная Столица была всего одна.
Узнав о случившемся, глава секты словно остолбенел. Но вскоре на его устах заиграла зловещая улыбка:
— Значит, сделка между мастером Гун Уцзи и этим паршивцем… отменяется?
Старейшина озадаченно кивнул:
— Полагаю, так и есть.
После многочисленных унижений глава секты затаил обиду на Гун Уцзи. Просто он не смел давать выход своим эмоциям. Но теперь он втайне радовался тому, что сделка отменялась; несчастье Гун Уцзи сразу улучшило его настроение. Думаешь, тебе все по силам? Не ты ли ругался на нас, словно нашкодивших псов? Теперь удача отвернулась от тебя, и тебе остается лишь ждать, пока ты сможешь забрать труп своего внука!
Благодушным и незлобивым главу Зала Громовой Ноты точно нельзя было назвать. Само собой, он затаил злобу после всех унижений, которым его подверг Гун Уцзи. Он, как-никак, был главой секты, и такое отношение оскорбляло его до глубины души. Глава секты не мог ответить Гун Уцзи в лицо, но втайне радовался его горю. В виду полученных новостей он решил забыть об осторожности.
Вскоре о судьбе пленных узнала и Секта Великого Камня. Само собой, Гун Уцзи узнал обо всем даже раньше, чем обе секты, и чуть не потерял сознание. Если бы пленные были проданы любой другой сильной фракции, он мог бы поспешить и все исправить. Но Лазурная Столица была одной из сильнейших фракций Восьми Верхних Регионов. Они ни в чем не уступали сектам первого уровня, пусть и не числились среди них. Быть может, они были даже сильнее!
Лазурная Столица была яркой, величественной жемчужиной Восьми Верхних Регионов. Ни одна секта первого уровня, ни одно королевство и ни одна империя не смела провоцировать эту фракцию, ведь она была настоящей легендой. Никто точно не знал, сколько у них было Титулованных Великих Императоров, и никто не был посвящен в их секреты. В истории сохранилось множество упоминаний о сектах первого уровня, бросивших вызов Лазурной Столице. Но она оставалась все такой же могущественной, а их враги неизменно терпели поражение, порой и вовсе теряя право называться сектами первого уровня. Поэтому никто не смел провоцировать Лазурную Столицу.
В Восьми Верхних Регионах было несколько фракций, чье могущество признавали все, и Лазурная Столица была среди самых сильных; считалось, что по мощи она не уступает двум сектам первого уровня! Поэтому Гун Уцзи и думать не думал о том, чтобы спасти пленных, раз они были проданы Лазурной Столице.
Он знал, что толку от этого не будет. Вечная Небесная Столица была сектой первого уровня, но Лазурной Столице не было нужды завоевывать их расположение.
Страх охватил его. Ему было не выполнить условия Цзян Чэня без пленных, а значит, ни о каких переговорах не могло идти и речи. Оставалось рассчитывать лишь на то, что Гун Уцзи сможет перехитрить Цзян Чэня.
Он тут же устремился к границе территории Королевского Дворца Пилюль и собрал экспертов Зала Громовой Ноты и Секты Великого Камня. Обведя их многозначительным взглядом, он безучастным тоном произнес:
— Глава секты Лэй, все случилось из-за Дин Жуна из твоей Секты Громовой Ноты. Я забуду о случившемся, если Гун Ци будет спасен. Полагаю, вы уже в курсе новостей. Теперь ни о каких переговорах не может идти и речи. Остается лишь спасти заложника силой. Надеюсь, оба главы сект достойно выполнят свой долг.
Пока Гун Уцзи договаривался, глава Зала Громовой Ноты успел несколько раз мысленно проклясть всех предков Гун Уцзи и его самого. Но вслух он мог лишь заверить Гун Уцзи, что приложит все усилия. Кто-то из толпы произнес:
— Господин Гун, Цзян Чэнь обманул нас, притворившись Дин Жуном. Почему бы нам не притвориться пленными из Королевского Дворца Пилюль?
Гун Уцзи холодно рассмеялся:
— Думаешь, у этого коварного мерзавца Цзян Чэня нет рта? Думаешь, он не задаст друзьям несколько вопросов? Да он все поймет уже после пары вопросов!
Гун Уцзи тут же забраковал этот план.
Глава 699. Атака за атакой
— Лазурная Столица? — произнес Цзян Чэнь. Вскоре после того, как Гун Уцзи обсудил печальные новости со своими подчиненными, Златозубые Крысы обо всем донесли Цзян Чэню. Златозубые крысы успели порядком эволюционировать, некоторые уже достигли уровня человека-практика сферы мудрости. Король Златозубых Крыс и вовсе не уступал практику земной сферы мудрости. По скорости культивирования он шел вровень с Цзян Чэнем.
Но успехи Златозубых Крыс не порождали в нем зависти.
Они были расой древних священных зверей, и их родословная была невероятно мощной. Единственным же преимуществом Цзян Чэня были его воспоминания из прошлой жизни. Более того, в мощи Златозубых Крыс не было ничего удивительного, поскольку их родословная могла эволюционировать, по мере развития в их сознании пробуждались унаследованные воспоминания. К сожалению, из-за недостатка ресурсов они пока не смогли достичь своей пиковой формы. Но Цзян Чэнь знал, что со временем они станут необычайно мощным козырем!
Даже пара сотен тысяч Златозубых Крыс могла уничтожить великое множество экспертов, прокатившись по их рядам подобно неумолимой стихии. Даже эксперту императорской сферы оставалось лишь бежать, завидев полчища таких могучих тварей.
Само собой, Цзян Чэнь не спешил. Он взращивал крыс с расчетом на будущее. Настанет время, когда они обретут истинную мощь своей расы! Пока же они отлично справлялись с ролью разведчиков. Гун Уцзи велел главе Секты Великого Камня и главе Зала Громовой Ноты отправляться к границе территории Королевского Дворца Пилюль. Сведения, переданные крысами, шокировали и взбесили Цзян Чэня.
Великий Алый Срединный Регион продал членов Королевского Дворца Пилюль, словно это были не люди, а вещи. Речь шла о рабстве! Он с удивлением вспомнил, что ему уже встречались упоминания о Лазурной Столице в книге под названием «Хроники гор и рек». Он знал, что эта загадочная фракция имела значительный вес в Восьми Верхних Регионах. Даже Гун Уцзи не посмел бы спровоцировать их. Вернуть пленных оттуда было куда труднее, чем из Великого Алого Срединного Региона.
— Чертов Великий Алый Срединный Регион! — прошипел Цзян Чэнь, сжав кулаки.
— Господин Цзян, Лазурная Столица находится далеко отсюда. Даже если мы тронемся сию минуту, путь займет не меньше двух месяцев. Если мы хотим спасти ваших людей, полагаю, разумно было бы начать действовать как можно скорее, — обеспокоенно произнесла Хуан’эр, узнав о том, что Гоуюй и остальные были проданы Лазурной Столице.
Цзян Чэнь кивнул:
— Нужно отправляться сию минуту, но Гун Уцзи и те ублюдки из двух сект задумали что-то недоброе. Нужно как следует их проучить.
Немного подумав, он составил план действий:
— Госпожа Хуан’эр, на сей раз мне понадобится ваша помощь, — с загадочной улыбкой произнес Цзян Чэнь.
— Буду рада помочь, — с готовностью ответила Хуан’эр.
— Возьмите с собой Гун Ци и как следует пошумите. Будет хорошо, если вы заставите этого мальчишку покричать. Тогда вы точно сможете выманить Гун Уцзи и нескольких экспертов. Пока они будут отвлечены, я нанесу удар и убью нескольких практиков из Зала Громовой Ноты и Секты Великого Камня. Давайте воздадим им за содеянное перед тем, как отправляться в путь.
Хуан’эр была совсем не против. У нее было немало мощных глифов побега. Их вполне могло хватить, чтобы даже Гун Уцзи не смj;tn догнать Хуан’эр. А даже если бы он и смог догнать ее, он бы ничего не смог сделать, ведь жизнь Гун Ци была в ее руках.
— Давайте определимся с местом встречи, где мы соберемся, когда со всем будет покончено. На первый день мы соберемся здесь. Если никто не явится, на второй день мы соберемся здесь. Если у нас возникнут неприятности, на третий день мы соберемся… — Цзян Чэнь терпеливо занимался подготовкой, отмечая на карте Области Мириады места встречи.
Хуан’эр с присущей ей сообразительностью схватывала все на лету.
— Будьте осторожны, господин Цзян. Ваша безопасность важнее всего, — заботливо произнесла Хуан’эр перед уходом.
— Берегите себя, — серьезно ответил Цзян Чэнь. Когда она ушла, Цзян Чэнь немного подождал, считая про себя. Затем он неожиданно исчез.
На границе территории Королевского Дворца Пилюль Гун Уцзи и главы двух сект практически закончили приготовления для неожиданного покушения на Цзян Чэня.
— Не беспокойтесь, мастер Гун. Если ваши препараты сработают как нужно, мы непременно поймаем Цзян Чэня. И тогда… Хе-хе, — зловеще усмехнулся глава Зала Громовой Ноты.
— Не стоит недооценивать врагов. Мой препарат — лишь часть плана. Если первая часть плана не сработает, нужно тут же переходить к запасному плану. К тому моменту вы должны закончить все необходимые приготовления.
Гун Уцзи приготовил целых три плана. Если один план не срабатывал, они тут же должны были перейти к следующему. Провал был недопустим.
Вдруг, пока они обсуждали план, раздался жуткий вопль. Это явно был вопль юноши. Вскоре все поняли, что это кричал Гун Ци. Гун Уцзи помрачнел:
— Это что, Ци’эр?
Глава Зала Громовой Ноты и глава Секты Великого Камня переглянулись. Они поняли, что это кричал внук мастера. Атмосфера тут же накалилась. Затем… Раздался еще один душераздирающий вопль:
— Цзян Чэнь, ублюдок, клянусь, если ты однажды попадешься мне, я… А-а-а!!! Сомнений быть не могло: это был Гун Ци. Все были поражены таким развитием событий. Разве Цзян Чэнь был не на территории Королевского Дворца Пилюль? Его жилище находилось далеко от них, так как же вышло, что с такого расстояния до них донесся голос Гун Ци? Не мог же Цзян Чэнь узнать об их планах, правда? Неужто Цзян Чэнь выволок Гун Ци наружу, чтобы продемонстрировать свою силу? Гун Уцзи не мог сидеть сложа руки. Он выбежал за дверь, бросив на ходу:
— Пойдем посмотрим, что там происходит.
Переглянувшись, главы сект тут же ответили:
— Как прикажете.
Хотя им обоим казалось, что это может оказаться просто уловкой, они не посмели ослушаться Гун Уцзи. Но они проявили осторожность и велели своим подчиненным оставаться начеку:
— Будьте внимательны: возможно, нас просто пытаются выманить отсюда!
Старейшины обеих сект усмехнулись и ответили:
— Не беспокойтесь, если этот мальчишка посмеет сюда заявиться, мы заставим его пожалеть о том, что он родился на свет!
Они были элитой обеих сект и считали, что Цзян Чэнь не представляет опасности. Гун Ци он схватил лишь благодаря хитрости, но никак не силе.
Впрочем, старейшины не теряли бдительности. Они постоянно патрулировали окрестности, крича:
— Будьте внимательны: если Цзян Чэнь сунется сюда, это будет отличной возможностью выслужиться перед руководством!
— Хе-хе, я боюсь лишь того, что он не заявится сюда!
— Вот бы он пришел. Мы сможем сами его схватить!
— Да не может быть, у него кишка тонка!
— Ага, он напал на старшего обрата Дин Жуна исподтишка и перехитрил молодого мастера Гун Ци. Но что он сможет противопоставить нам в открытом бою?
Многие присутствующие придерживались такого мнения, ни во что не ставя практиков Области Мириады.
Цзян Чэнь слишком много о себе возомнил, и всем не терпелось проучить его как следует. Вдруг, пока они обливали его помоями, раздался задорный смех:
— Ах вот вы как заговорили? Ну так вот: я здесь!
Из-под земли вырвались бесчисленные стебли. Лотосы начали расцветать, раскрывая пасти и направляя свои стебли-щупальца в сторону вражеских практиков.
— Спокойно, без паники!
— Не отступать, это всего лишь один человек! Не бойтесь!
— Да, он пришел в одиночку, не бойтесь, что он смог бы сделать, даже если у него было бы три головы и шесть рук?
Слова ободрения оказались не очень эффективны на фоне нескольких сотен мощных стеблей лотоса. Некоторые практики послабее тут же сбежали с поля боя. Но осталось немало практиков сферы мудрости, которые тут же ринулись в атаку, обнажая клинки.
Несколько сотен практиков умело орудовали клинками, срезая стебли. Казалось, преимущество было на стороне оборонявшихся, но вдруг все стебли ушли под землю.
— Э? Что происходит?
— Он ушел?
— Не ведитесь на его уловки. Это просто провокация!
— Да, нельзя терять бдительность.
Неожиданная атака прекратилась так же быстро, как и началась. Две секты настороженно ждали, когда пойдет вторая волна атаки, но ничего не происходило. Кажется, это действительно была просто провокация, целью которой было позлить их. Но вдруг несколько практиков сферы истока попадали на землю. Вскоре все больше и больше практиков начали падать на колени, хватаясь за грудь.
— О нет, яд!
— Я не могу двигаться!
— A-а, я тоже отравлен! — раздались крики дюжины людей с края поля боя.
Несколько побледневших старейшин спешно отдали приказы:
— Уходим отсюда, быстрее!
— Задержите дыхание и не используйте ментальные техники! Мы должны эвакуироваться как можно быстрее!
Старейшины поняли, что лотосы были просто отвлекающим маневром: истинную опасность представлял яд, переносчиком которого были стебли. Хаос воцарился на поле боя. Вскоре симптомы отравления появились и у практиков сферы мудрости. Элиту обеих сект составляли несколько тысяч человек. За считанные минуты восемьдесят человек оказались отравлены, и, судя по всему, это был не предел.
Группа быстро эвакуировалась под предводительством старейшин. И вдруг град стрел посыпался на один из флангов. Старейшины взлетели вверх, отбив большинство стрел. Они были практиками небесной сферы мудрости. Некоторые находились в полушаге от императорской сферы. Само собой, стрелы не представляли для них никакой опасности. Но они тут же заметили, что стрелы тоже были лишь отвлекающим маневром. Едва стрелы вонзились в землю, они тут же выпустили облака ядовитого порошка.
— Дело плохо!
— Отступаем!
— Не стойте, двигайтесь!
С каждой секундой риск увеличивался. Всех охватил страх. Раньше они были уверены, что захват Королевского Дворца Пилюль окажется простой работенкой, отличным способом поживиться. Но теперь ими овладели отчаяние и сожаление.
Глава 700. Огромные потери
Яд из стрел отравил примерно тридцать застигнутых врасплох практиков посреди воцарившегося хаоса. Отрава была невероятно опасна. Стоило вдохнуть воздух, отравленный ей, и она проникала в океан Ци в даньтяне практика, что означало верную смерть. После этого практик не мог активировать свою внутреннею энергию, ибо это лишь ускоряло распространение яда в организме.
Тысяча практиков все же вырвалась за пределы досягаемости ядовитых стрел и оказалась на просторном участке. Глаза нескольких старейшин налились кровью от жажды поквитаться с обидчиком. Они посмотрели в сторону, с которой прилетели стрелы, а затем тайком переглянулись. Старейшины начали спор о том, нужно ли перейти в наступление и убить этого паршивца! Конечно, всем хотелось прикончить его, но многим казалось, что у этого Цзян Чэня просто неистощимый запас коварных уловок. В плане силы каждый из старейшин, конечно, превосходил Цзян Чэня, но тот атаковал исподтишка и с помощью хитрости. Так что теперь, увидев, на что способен Цзян Чэнь, старейшины не дерзнули бы пойти в лобовую атаку.
Если лишь несколько старейшин пойдет вперед, мало того, что они не смогут схватить Цзян Чэня, так еще и наверняка сами погибнут. Если же все старейшины ринутся за Цзян Чэнем, остальные практики останутся без защиты. Перед старейшинами стоял непростой выбор. Они хотели выслужиться, схватив Цзян Чэня, но в то же время боялись оставлять остальных практиков без защиты. Цзян Чэнь был непредсказуем, мало ли что могло случиться. Они боялись, что своими уловками он отвлечет их, и пока старейшины отвлечены, перебьет всех остальных.
С каждой секундой желание пойти в атаку все уменьшалось и уменьшалось, старейшины явно решили проявить осторожность. Когда они думали, что все утихло, из толпы практиков раздался душераздирающий вопль:
— А-а, мой даньтянь… я был отравлен!
— Нет! Эта территория тоже отравлена!
— Ядовитая формация… Это ядовитая формация. Она вокруг нас… Мы все покойники! — раздались крики запаниковавших практиков. Старейшины содрогнулись от страха: им словно снился кошмар, которому не было конца и края. Вокруг них была установлена ядовитая формация! Причем установлена формация была мастерски и представляла куда большую опасность, чем предыдущая. За несколько вдохов сотни учеников пали жертвами яда. Среди погибших было множество практиков сферы мудрости.
— Отступаем, продолжаем двигаться!
Да когда же все это кончится? Остатки старейшин сходили с ума от непрекращающихся атак. Даже опытные старейшины не знали, что делать, оказавшись под градом непрекращающихся атак Цзян Чэня.
Они заблокировали свое сознание, опасаясь проникновения яда в их даньтянь. Они учились на ошибках и отправили вперед нескольких разведчиков. Через пятнадцать минут практики наконец-то смогли перегруппироваться.
Все были на взводе, всех тревожил малейший шорох. После подсчета оказалось, что погибло больше сотни практиков, причем примерно дюжина из них были практиками сферы мудрости. Две секты понесли серьезные потери, пусть и не смертельные. Практиков сферы мудрости было не так уж и много. Секты отправили на вторжение в Королевский Дворец Пилюль большинство своих экспертов, но кто бы мог подумать, что они понесут такие потери. Грустнее всего было то, что они понесли потери не в ходе захвата Королевского Дворца Пилюль, а из-за атак одного практика, Цзян Чэня. Тревога охватила собравшихся, все пребывали в каком-то подвешенном состоянии.
Гун Уцзи спешно вернулся назад примерно через полчаса с двумя телохранителями и двумя главами сект. Он вернулся ни с чем и выглядел крайне мрачно, потеряв былое самообладание после ряда неудач. Главы сект громко выругались вслух, узнав о том, что случилось в их отсутствие.
— Какая же коварная тварь!
— Цзян Чэнь, отныне ты — заклятый враг Зала Громовой Ноты! — воскликнул рассвирепевший глава секты, не в силах подавить свою ярость.
Гун Уцзи был в еще более дурном настроении. Он понял, что Цзян Чэнь узнал о том, что случилось в Великой Алой Столице. Иначе он бы не пошел в атаку. Это была не демонстрация силы, а акт агрессии.
— Мастер, Цзян Чэнь весьма коварен. Поскольку он знает, что у нас нет членов Королевского Дворца Пилюль, полагаю, нужно немедленно нанести ответный удар. Пока мы медлим, с каждой секундой молодому мастеру угрожает все большая опасность, — произнес один из телохранителей Гун Ци, набравшись храбрости.
Гун Ци был зол на них, ведь они не смогли защитить Гун Ци, но сейчас было не время наказывать их; сейчас нельзя было разбрасывать людьми. Он глубоко вздохнул и кивнул:
— Время не терпит. В погоню! — взглянув на глав двух сект, он добавил: — Что скажете?
С горячим взором глава Зала Громовой Ноты ответил:
— Мы отправимся в погоню. Иного выхода нет! Я сожгу его дотла, когда схвачу!
Зал Громовой Ноты сперва потерял Дин Жуна, а затем и множество других учеников. Глава Секты Великого Камня согласно кивнул:
— Мы готовы следовать за вами, мастер Гун! Клянемся убить этого мелкого подлеца Цзян Чэня! Не видать нам покоя, пока он не сдохнет!
Старейшины обеих сект согласно закивали. После пережитого кошмара им не терпелось прикончить Цзян Чэня.
— Мастер Гун, Цзян Чэнь чертовски хитер. Он хорошо скрывается, умеет управлять стеблями лотоса и несколькими воинами в золотой броне. Он умеет устанавливать формации, а в его распоряжении находятся мощные талисманы побега. Если бы не все это, он не смог бы, будучи практиком смертной сферы мудрости, устроить нам столько неприятностей.
— Эти воины в золотой броне — опасные противники. Формации же не слишком продвинуты, а потому не представляют для нас особой опасности. Но его арсенала хватает, чтобы посеять хаос и устроить полную неразбериху.
— Хм… нужно решить, что делать с его талисманами побега. Нужно либо ограничить его перемещения с помощью императорской области воздействия, либо использовать мощный ограничительный талисман.
Все делились соображениями по поводу поимки Цзян Чэня. В итоге все сконцентрировались на талисманах побега. Существовали тысячи типов глифов и талисманов. На каждый талисман побега можно было найти противовес в виде ограничительного талисмана.
Некоторые ограничительные талисманы могли полностью отрезать путь к отступлению, делая талисманы побега бесполезными. Само собой, сравнить два талисмана было непросто. Как правило, все сводилось к уровню талисманов. Ограничительные талисманы были предназначены специально для противодействия талисманам побега.
Создать ограничительный талисман было куда сложнее, чем талисман побега. Поэтому купить хороший ограничительный талисман было непросто. Мало кто мог позволить себе продвинутый ограничительный талисман; из-за их дороговизны обычно их использовали только в крайнем случае. Как правило, для удержания противника хватало императорской области воздействия.
Но Гун Уцзи уже использовал свою императорскую область воздействия в прошлый раз; эксперт, помогавший Цзян Чэню, смог пробить в ней брешь. Сложно было что-то придумать в такой ситуации.
Гун Уцзи был практиком императорской сферы четвертого уровня, главы сект были практиками второго уровня императорской сферы. Было несколько старейшин в полушаге от императорской сферы, которые едва-едва могли вызвать свою область воздействия. Все обратили взоры на Гун Уцзи, ожидая его распоряжений. Гун Уцзи и самому было трудно понять, что же здесь произошло. Немного подумав, он пришел к выводу, что в Королевском Дворце Пилюль не могло быть практика, способного пробить брешь в императорской области воздействия. Ему казалось, что противник использовал силу мощного талисмана. Даже если это было не так, у самого Цзян Чэня точно не хватило бы сил, чтобы пробить брешь в императорской области воздействия. Если бы можно было как-то разделить их, Гун Уцзи с остальными точно смогли бы загнать Цзян Чэня в ловушку и прикончить его.
— Дождитесь возможности одолеть их поодиночке, — произнес Гун Уцзи, идя впереди двух телохранителей. Определившись со стратегией, он направился за Цзян Чэнем. Пусть они не могли найти Цзян Чэня, они могли найти Гун Ци по специальной отметке родословной, которую мог отследить лишь Гун Уцзи. Отдав распоряжения оставшимся практикам своих сект, главы сект устремились за ним, ведя за собой элиту своих сект.
Теперь это уже был не просто конфликт между Цзян Чэнем и Гун Уцзи. Речь шла о вендетте, и обе секты понимали, что разрешиться эта история может только смертью врага. Цзян Чэнь убил учеников их сект, а они убивали членов его секты. Цзян Чэнь явно не собирался отказываться от мести, пока он жив. С ним нужно было разобраться как можно скорее, иначе он грозил стать огромной проблемой. Уже будучи практиком сферы мудрости, он попортил им всем немало крови. Они понимали: если он сможет достичь императорской сферы, им всем несдобровать.
Два дня спустя Гун Уцзи резко остановился. Махнув рукой, он прошептал:
— Я чувствую кровь Ци’эра в пятидесяти километрах отсюда. Мы разделимся: Зал Громовой Ноты обойдет врага слева, а Секта Великого Камня — справа. Я же нападу на врага с тыла. Таким образом, мы отрежем врагу путь к отступлению, наступая с трех сторон.
После того как они окружат врага, Гун Уцзи собирался проверить, сколько еще талисманов побега осталось у Цзян Чэня. Судя по ресурсам Королевского Дворца Пилюль, их должно было оставаться немного! И когда они закончатся, этот паршивец распрощается со своей головой!
Пятьдесят километров… двадцать пять… пятнадцать…
С каждым шагом нападавшие нервничали все сильнее; оказавшись в пяти километрах от цели, они начали потихоньку активировать свои области воздействия. Затем по приказу Гун Ци все полностью активировали свои области воздействия.
— Вперед! — раздались крики, и практики со всех ног бросились к цели.
Глава 701. Награда, охота
Когда бойцы устремились к центру, звуки от топота толпы вдруг затихли. Все резко помрачнели и остолбенели. У всех сердце ушло в пятки. Несколько трусливых бойцов, не выдержав напряжения, посмотрели вверх. Они боялись, что Гун Уцзи вдруг разгневается и обрушит на них свою мощь с небес.
Но вверху они увидели Гун Ци.
Вернее, то, что от него осталось.
Гун Ци был подвешен на дереве и слегка раскачивался туда-сюда. Он едва дышал, а на его спине каким-то острым оружием были высечены слова:
«Гун Уцзи, это — лишь начало моей мести за уничтожение моей секты. И Вечная Небесная Столица, и Великий Алый Срединный Регион сполна отплатят за уничтожение моей секты. Вы не скроетесь от гнева Цзян Чэня!»
К тому же руки Гун Ци были полностью отсечены, а меридианы и даньтянь полностью разрушены. Даже если бы он выжил, ему суждено было остаться жалким калекой. Впрочем, учитывая серьезность ран, на выживание рассчитывать ему не приходилось. С неба донеслись горестные вопли Гун Уцзи. Он тут же приземлился рядом с Гун Ци и обхватил его руками. Его взор был полон ярости, казалось, от его гнева вся Область Мириады вот-вот сгорит дотла.
— Цзян Чэнь!!!
Гун Уцзи издал протяжный вопль, от которого по всей округе в радиусе двух километров птиц и животных разорвало на кровавые ошметки. Телохранители Гун Ци перепугались до смерти, ведь они не справились со своей задачей, пусть Гун Ци и сам был виновен в том, что попал в руки Цзян Чэня. Нельзя было отрицать того, что они не выполнили свой долг. Теперь они боялись, что Гун Уцзи прикончит их.
Прошло немало времени. Наконец, Гун Уцзи поднял голову. Люди, стоявшие рядом, невольно попятились: так страшен он был в этот момент.
— Вы двое, подойдите сюда, — подозвал Гун Уцзи двоих телохранителей. — Возьмите тело Ци’эра и похороните его как подобает. Нельзя так оставлять члена семьи Гун, — мрачным, суровым тоном произнес он.
Он бы не отказался перебить всех присутствующих, лишь бы вернуть внука, но понимал, что это сделает его лишь еще большим посмешищем. Сейчас нужно было поймать Цзян Чэня. Теперь у Гун Уцзи были развязаны руки.
***
Цзян Чэнь сдержал свое слово. Вокруг границы Области Мириады он оставил множество склянок с противоядием от Миазмы Божественного Недоумения. Чжан Лаосань вполне мог найти их, если у него получится добраться до границы Области Мириады живым. Закончив с этим делом, Цзян Чэнь в последний раз взглянул в сторону Области Мириады, а затем взглянул в глаза Хуан’эр и произнес:
— Пойдемте.
Они пошли вперед по древнему пути; их тени становились все длиннее, пока солнце не зашло. Хотя Цзян Чэнь переживал за Гоуюй и прочих пленников, отправленных в Лазурную Столицу, его утешало лишь то, что они, по крайней мере, пока были живы. Хотя он примерно знал, где находится это место, сперва он решил отправиться в Великий Алый Срединный Регион. Он был уверен, что сведения были верными. Цзян Чэнь лишь хотел проверить, не осталось ли пленных в Великом Алом Срединном Регионе: вдруг кто-то из них не был продан.
Все-таки в Королевском Дворце Пилюль было немало талантов. Взять хотя бы Му Гаоци или старейшину Юнь Не. Пусть последний и не стал королем пилюль, его навыки в области Дао пилюль вполне могли сделать честь Великому Алому Срединному Региону. Кроме того, Цзян Чэнь надеялся, что ему удастся найти пропавших членов сект: Дань Чи, Лин Би’эр и остальных.
Так или иначе, Великий Алый Срединный Регион располагался по пути к Лазурной Столице, и чтобы попасть туда, сперва нужно было пересечь земли Великого Алого Срединного Региона. После них нужно было преодолеть еще два нижних региона и один срединный регион; лишь за пределами всех этих территорий начинались земли Восьми Верхних Регионов.
Перед тем как они наконец-то смогут попасть в Лазурную Столицу, им предстояло пересечь земли множества фракций Восьми Верхних Регионов. Весь путь занимал не меньше нескольких месяцев, и это в том случае, если никто им не помешает. А последнее было маловероятно.
В Великом Алом Срединном Регионе было множество странствующих практиков. Такими странниками и прикинулись Хуан’эр с Цзян Чэнем. Их не раз останавливали на дорожных заставах и расспрашивали, но они успешно прятали ото всех свою истинную силу, скрывая внутреннюю энергию и притворяясь практиками земной сферы истока. Именно в таком качестве они и вошли в столицу Великого Алого Срединного Региона.
В Великом Алом Срединном Регионе вовсю бурлила жизнь. Даже старая Империя Мириады не могла сравниться с нынешним Великим Алым Срединным Регионом. Вот только процветание Великого Алого Срединного Региона совсем не радовало Цзян Чэня. Он бы залил города реками крови, если бы ему не нужно было думать о пленных. Впрочем, он понимал, что сейчас для этого не время, тем более что в королевской семье Алого Региона наверняка было множество экспертов.
Оказавшись в столице, спутники стали частыми гостями во множестве таверн и чайных. Там легче всего было разузнать последние новости. Однажды они зашли в самую известную таверну империи под названием «Дракон и Феникс». Само собой, в виду нынешней маскировки они не могли просто взять и снять для себя отдельную комнату. Так получилось, что именно в этот день в главном зале собралось множество гостей с юга, направляющихся на север, и Цзян Чэнь попросил посадить их с Хуан’эр за столик поближе к стене и заказал им поесть.
В главном зале было шумно и многолюдно. Просканировав помещение мысленным взором, он попытался собрать как можно больше информации из разговоров окружающих. Сперва он не слышал ничего интересного, но вдруг разговор четверых человек в одеждах учеников секты, сидевших за одним столом, привлек его внимание.
— Хе-хе, на сей раз там такая история приключилась. Слава Небесам, что нас не послали в Королевский Дворец Пилюль, а не то нам пришлось бы несладко.
— Ага, точно. Сперва все думали, что захват Королевского Дворца Пилюль — плевое дело, способ как следует поживиться. Всем хотелось туда. А теперь выходит, что задание оказалось смертельно опасным, ха-ха-ха.
Цзян Чэнь понял, что эти четверо были из секты, которую отправили на захват Области Мириады. Но их целью был не Королевский Дворец Пилюль.
— Не зря говорят, что чем ценнее награда, тем выше риск. Если бы у Королевского Дворца Пилюль не оказалось этой темной лошадки, Цзян Чэня, отправленные туда практики славно бы поживились. Видели, что мы унесли из Секты Кочевников? Просто кучу всякого ядовитого барахла.
— Хе-хе, кстати о Секте Кочевников. Я слышал, что Цзян Чэнь застал Зал Громовой Ноты и Секту Великого Камня врасплох с помощью чего бы вы думали? Порошка Сдерживания Духа, фирменной отравы Секты Кочевников.
— Ага, я тоже это слышал. Как странно, откуда он про него узнал?
— Как знать? Ладно, давайте-ка выпьем!
Цзян Чэнь усмехнулся про себя. В Порошке Сдерживания Духа он точно не испытывал недостатка. Убив старейшину Вэй Удао и Вэй Цина из Секты Кочевников, он получил немало порций яда. Большую часть отравы он использовал против захватчиков, но при необходимости мог запросто приготовить еще такого яда.
— Залу Громовой Ноты и Секте Великого Камня не повезло. Я слышал, что внук святого короля Вечной Небесной Столицы умер, и вести об этом встревожили самого Великого Алого Императора. Случай чертовски неприятный.
— Ага. Но вот что странно: как Вечная Небесная Столица оказалась замешана в этой истории?
Сперва Цзян Чэнь удивился этим словам, но затем сообразил, что сперва Вечная Небесная Столица не афишировала свое участие во вторжении, но постепенно об их вмешательстве стало известно по мере эскалации конфликта с Небесной Сектой Девяти Солнц. Судя по всему, теперь роль Вечной Небесной Столицы в этой истории ни для кого не являлась секретом.
— Что уж там, ситуация на Континенте Божественной Бездны сложилась весьма непростая. Эх, жаль, что секты четвертого уровня, вроде нашей, слишком слабы.
— Ага, мы — ничто на фоне секты первого уровня.
— Я слышал, что сегодня на весь Великий Алый Срединный Регион объявят награду за кое-чью голову. Как думаете, что на сей раз дадут в награду?
«Награда?» Цзян Чэнь тут же понял, что речь идет о награде за его голову.
— Хе-хе, слушайте, поговаривают, что Цзян Чэнь вполне может объявиться в нашей империи, чтобы спасти членов своей секты. Как знать, может, это наш шанс прославиться!
— Хватит мечтать! Какой еще шанс? Цзян Чэнь убил даже Дин Жуна из Зала Громовой Ноты!
— Он одурачил даже святого короля из Вечной Небесной Столицы, что уж говорить о Дин Жуне! У нас точно нет шансов.
— Тшш! Тихо. Тебе, видать, жить надоело, раз ты позволяешь себе прилюдно так говорить о святом короле Вечной Небесной Столицы!
Все тут же замолчали взялись за выпивку. Они поняли, что разговор зашел слишком далеко, и решили больше не сплетничать.
В этот момент несколько весьма энергичных на вид практиков вошли в заведение. Главный громко крикнул:
— Хозяин, принеси-ка нам пару кувшинов выпивки, да побыстрее!
— Ха-ха, босс, империя не поскупилась на сей раз: тот, кто схватит Цзян Чэня, получит титул герцога, земельный надел площадью в тысячу акров и Орден Великого Алого Патриота, а также пять миллионов духовных камней мудрости, три тысячи Пилюль Мудреца-Героя, одно духовное растение небесного уровня и возможность основать свою секту и стать правителем собственной территории в Великом Алом Срединном Регионе.
— Босс, нам, Пятерке Призрачной Пещеры, нельзя упускать такой шанс!
Эти шумные странствующие практики были довольно сильными. Один из них был практиком земной сферы мудрости, остальные четверо — смертной сферы мудрости. Лидером группы был одноглазый практик. Он крепко сжал чашу с вином и медленно произнес:
— Я не ожидал, что нас сей раз мы так удачно заглянем в Великий Алый Срединный Регион. После долгих лет скитаний, пожалуй, нам пора остепениться. Ну что, ребята, готовы взяться за это дело?
Одноглазый вожак оглядел своих собратьев с серьезным выражением лица, ожидая их ответа.
— А то!
— Само собой, нужно быть распоследним трусом, чтобы отказаться от такого подарка судьбы!
— Странствующим практикам, вроде нас, редко выпадает такой шанс. Игра стоит свеч!
Странствующие практики всегда отличались грубоватостью и прямотой. Услышав их разговор, ученики из секты, чью болтовню подслушивал Цзян Чэнь, подошли к странникам и произнесли:
— Эй, братья, так награду уже объявили?
Глава 702. Новое путешествие, Лазурная Столица
Эти странствующие практики были свирепыми людьми. Сперва они хотели накричать на незнакомцев, которые встряли в их разговор. Но, приглядевшись к их одеждам, они поняли, что эти люди были учениками секты из Великого Алого Срединного Региона, и воздержались от брани. Одноглазый взглянул на незнакомцев и непринужденно кивнул:
— Совсем недавно. Сейчас снаружи только об этом и судачат. Неужто вы не слышали?
Ученики секты были слабее странствующих практиков и не хотели напрашиваться на неприятности. Они вышли наружу и увидели объявление о награде. Цзян Чэнь не удивился. Великий Алый Срединный Регион был его заклятым врагом, само собой, Великий Алый Император назначил большую награду за его голову.
Вокруг объявления собралась огромная толпа. Подобные объявления висели по всей империи. К счастью, в собравшейся толпе Цзян Чэнь совсем не выделялся и не привлекал к себе внимания. Он лишь фыркнул про себя. «Награда за мою голову, значит?» Ему было совсем не страшно. Такие посулы отлично действовали на отчаянных практиков, но подобного отребья, жаждущего наживы, Цзян Чэнь не боялся. Ему было плевать, сколько таких бродяг попробуют его отыскать.
Цзян Чэнь вернулся в «Дракон и Феникс» и заметил группу людей, спускавшихся со второго этажа. В центре был молодой человек в восточных одеждах, а спереди и позади него шли телохранители. Телохранители явно держались настороже, пристально оглядывая посетителей. Рядом с группой молодого человека находилась еще одна группа людей, которые явно тоже занимали высокое положение в обществе. Лидером группы был практик первого уровня императорской сферы.
— Мне очень жаль, старейшина Гуй. Я бы придержал его для вас, если бы вы уведомили меня заранее. Сей принц извиняется, что не заметил, что он обладает врожденной древесной конституцией высшего порядка.
Молодой человек в восточных одеждах назвал себя принцем. Неужели он был принцем Великой Алой Империи?
Стоявшего рядом с ним человека звали старейшина Гуй. Он был практиком среднего телосложения, а одежды его были светло-голубого оттенка. Выглядел он совсем непримечательно. Тем не менее, его, практика первого уровня императорской сферы, окружала аура достоинства и власти.
— Забудьте. Раз уж его продали, нет смысла это обсуждать. Жаль, что новости так поздно дошли до меня, — с сожалением вздохнул старейшина Гуй.
Хотя они говорили тихо, Цзян Чэнь прекрасно слышал их разговор благодаря силе сознания. Неужели речь шла о Му Гаоци?
— Да уж, если бы покупатели не были из Лазурной Столицы, я бы не спешил продавать их так быстро. Даже сей принц не может позволить себе оскорбить Лазурную Столицу, тем более что мы наверняка уже вытянули из пленных всю информацию, — объяснил третий принц.
Старейшина Гуй кивнул и непринужденно спросил:
— Я слышал, что у вас в руках оказался рецепт Пилюли Долголетия. Великий Алый Император собирается преподнести его в дар Вечной Небесной Столице, не так ли?
«Вечная Небесная Столица?» Цзян Чэнь тут же понял, что старейшина был оттуда. Неудивительно, что даже принц так почтительно общался с ним.
— Что ж… мой отец действительно собирается преподнести рецепт в дар Вечной Небесной Столице. Однако… последние годы империя испытывает некоторые трудности в плане финансов. В этой связи… было бы замечательно, если бы старейшина Гуй замолвил за нас словечко, чтобы мы тоже могли рассчитывать на часть прибыли от продажи Пилюль Долголетия.
Старейшина Гуй непринужденно улыбнулся и ответил:
— Глава секты уже объявил, что империя получит двадцать процентов от прибыли. Не волнуйтесь, руководители Вечной Небесной Столицы — вполне разумные люди.
Третий принц согласно кивнул, но в душе был настроен довольно скептично. Великая Алая Империя заполучила рецепт, а Вечная Небесная Столица забирала его бесплатно, да еще и обещала лишь двадцать процентов от прибыли. Ну и чего же тут разумного? Впрочем, озвучить подобные мысли он не мог.
Цзян Чэнь же постепенно закипал от ярости. Рецепт принадлежал ему, а теперь эти бессовестные ублюдки собирались на нем нажиться! И судя по словам третьего принца, все члены Королевского Дворца Пилюль были проданы Лазурной Столице.
Сперва Цзян Чэнь собирался разузнать побольше о подробностях сделки, но, немного подумав, он решил, что найти такую большую группу людей в Лазурной Столице будет нетрудно. Он перестал мысленно слушать разговор старейшины и принца и отвел взгляд в сторону. Цзян Чэнь узнал главное: в Великой Алой Империи не было членов Королевского Дворца Пилюль. Подслушивать дальше и рисковать было бессмысленно.
Цзян Чэнь и Хуан’эр покинули столицу на следующий день и направились в Лазурную Столицу. Но он был слегка удручен из-за того, что не смог обрушить свой гнев на столицу. Поводов для расстройства было полно: рецепт Пилюли Долголетия достался мерзавцам, древесный духовный родник попал в руки Гун Уцзи, а множество членов его секты были отправлены в Лазурную Столицу. Лишь Дань Чи и старейшина Юнь Не знали рецепт. Получалось, что поделиться рецептом заставили Юнь Не. Эта мысль сильно расстроила Цзян Чэня, ведь старейшина был явно не робкого десятка. Хуан’эр поспешила утешить его, почувствовав его мрачный настрой:
— Господин Цзян, все образуется. Хорошо, что они попали в Лазурную Столицу, а не в Вечную Небесную Столицу.
С этим было не поспорить. У них вполне был шанс спасти своих товарищей. Окажись они в руках представителей Великого Алого Срединного Региона или Вечной Небесной Столицы, шансы были бы куда меньше. Изначально Цзян Чэнь собирался обменять Гун Ци на членов своей секты, но, к сожалению, он немного опоздал.
***
Тем временем Гун Ци и его люди только что вернулись в столицу Великой Алой Империи. Практически все важные лица Великого Алого Срединного Региона присутствовали на собрании. Среди них были главы сект третьего уровня и даже члены правящей семьи Великой Алой Империи. Хотя главы этих сект третьего уровня были не слабее, а то и сильнее Гун Уцзи, они не смели проявлять неуважение к нему. Хотя он был лишь практиком четвертого уровня императорской сферы, он обладал высоким статусом, будучи святым королем Вечной Небесной Столицы; он представлял саму Вечную Небесную Столицу! Поэтому даже император вынужден был обращаться с ним почтительно.
— Святой Король Гун, эти новости потрясли нас до глубины души. Никто и представить себе не мог, что у Королевского Дворца Пилюль окажется такой необычный практик. Однако мы уже разослали объявления о награде за его голову по всему региону. Мы поймаем его, даже если он отрастит крылья, — тяжелым тоном произнес император.
Гун Уцзи равнодушно кивнул:
— Я ценю вашу доброту. Однако, хоть объявления и разожгут интерес общественности, сомневаюсь, что кто-нибудь сможет схватить Цзян Чэня. Этот ублюдок хитер, как лиса; какими бы безупречными ни казались мне мои планы, всякий раз он уходил целым и невредимым.
— Пусть пока побегает, но он не сможет бегать вечно. Стоит ему где-нибудь объявиться, как новости о нем разойдутся с молниеносной скоростью. И тогда ему будет крайне трудно сбежать.
Гун Уцзи небрежно кивнул, а затем раскрыл карту. Его взгляд метался между Областью Мириады и Лазурной Столицей:
— Этот мальчишка явно направляется в Лазурную Столицу. Сколько дорог ведут из Области Мириады в Лазурную Столицу?
Все тут же присмотрелись к карте. Через некоторое время были определены несколько основных маршрутов.
— Здесь, здесь и здесь, — произнес Гун Уцзи и отметил на карте несколько важных мест, обведя их. — Если Цзян Чэнь собирается сбежать, рано или поздно он израсходует все свои ресурсы. Ему придется искать новые, к тому же артефакты высокого уровня, вроде талисманов побега, нельзя использовать повторно. Более того, в Королевском Дворце Пилюль не умеют создавать талисманы побега высокого уровня. Таким образом, ему придется отправиться в одно из этих мест, чтобы пополнить свои запасы. Поэтому именно на них стоит обратить особое внимание.
Выводы Гун Уцзи были вполне логичны. Все согласно закивали. Вдруг кто-то встал и с улыбкой произнес:
— Мастер Гун, у сего принца есть идея. Вы позволите высказаться?
Это был не кто иной, как третий принц Великой Алой Империи, которого Цзян Чэнь недавно видел в таверне.
— Хе-хе, позвольте сперва представиться: меня зовут Янь Ваньюй, — спешно представился третий принц под скептичным, оценивающим взором Гун Уцзи.
Великий Алый Император тут же встрял:
— Святой Король Гун, это — один из принцев Великой Алой Империи, мой третий сын. Он всегда отличался сообразительностью, именно он отвечал за допрос пленных Королевского Дворца Пилюль.
Гун Уцзи почувствовал дискомфорт, услышав о пленных, хоть и прошло уже немало времени. Если бы они не были проданы, его внук все еще мог бы быть жив. Конечно, история не знает сослагательного наклонения, но отделаться от таких мыслей было непросто. Поэтому он помрачнел, узнав, что Янь Ваньюй отвечал за пленных. Собственно, Янь Ваньюй встал, чтобы изложить свой план, потому что он прекрасно все понимал и боялся, что Гун Уцзи затаил на него обиду; он старался загладить свою вину.
Видя, что Гун Уцзи не торопится с ответом, Янь Ваньюй решительно продолжил:
— Учитывая то, что Цзян Чэнь сильно дорожит членами своей секты, я полагаю, что мы можем обернуть его преданность секте против него. Мы ведь не схватили Дань Чи, главу секты? Что если мы притворимся, что схватили его и удерживаем его в одной из наших крепостей? Так мы сможем заманить Цзян Чэня в ловушку. Судя по добытым сведениям, Цзян Чэнь многим обязан Дань Чи. Он непременно поспешит на помощь главе секты, узнав о том, что тот в плену.
Все тут же приободрились. Трудно было гоняться за Цзян Чэнем, куда лучше было заставить его прийти к ним.
План одновременно требовал и секретности, и огласки: нужно было сделать так, чтобы ложные вести дошли до Цзян Чэня. Единственным недостатком плана было то, что они не знали, успел ли Цзян Чэнь встретиться с Дань Чи. По идее, у них не должно было возникнуть такой возможности. В условиях блокады такой поворот событий был маловероятен. Глиф с посланием работал лишь на определенном расстоянии и при условии, что каждый из них знает, где находится другой. Если они были в разных уголках мира, ничего не зная о местоположении друг друга, они не смогли бы связаться.
Глава 703. Дань Чи в плену?
Полгода спустя Цзян Чэнь и Хуан’эр были уже далеко от Великого Алого Срединного Региона. Но из-за щедрой награды, объявленной за голову Цзян Чэня от имени Великой Алой Империи, охотники за головами искали его даже за пределами региона. Поэтому Цзян Чэнь со спутницей не могли двигаться с максимальной скоростью. Впрочем, они притворялись обычными странствующими практиками, и хотя несколько раз их останавливали, чтобы допросить, они ничем не выдали себя.
Поскольку у Цзян Чэня было предостаточно Пилюль Мудреца-Героя, он смог достичь третьего уровня сферы мудрости. Причем, чтобы не привлекать внимания, он совершил прорыв, укрывшись в формации. Хуан’эр наблюдала за этим снаружи, и все прошло гладко.
После шестимесячного путешествия спутники стали еще ближе и наслаждались компанией друг друга. Их совместное исполнение Небесной Умиротворяющей Мелодии практически достигло совершенства. Даже по сравнению с жизнью в Королевском Дворце Пилюль жизнь странницы начала казаться Хуан’эр далеко не такой уж плохой. Более того, она наслаждалась странствиями. Постоянное общение с Цзян Чэнем позволило ей лучше понять этого загадочного молодого человека. Благодаря своим воспоминаниям из прошлой жизни, он не раз удивлял ее своими обширными познаниями, хотя он вовсе не кичился ими. Хуан’эр не раз приходилось скрывать свое изумление его эрудированностью.
Однажды двое спутников оказались в небольшом городе. На городских воротах висело объявление о награде за голову Цзян Чэня. Изначально они собирались избегать плотно населенных городов. Но в этот городок им пришлось заглянуть. В противном случае им пришлось бы сделать слишком большой крюк, к тому же им нужно было узнать последние новости. Оказавшись в городе, они зашли в таверну, чтобы отдохнуть, и вдруг услышали оживленный разговор группы практиков, сидевших в той же таверне.
— Слыхали? Дань Чи, главу Королевского Дворца Пилюль, недавно схватили!
— Пфф, это уже не новость. Уже дней семь-восемь прошло, верно?
— Хе-хе, печальная судьба Области Мириады. Интересно, чем же они не угодили секте первого уровня. Это была просто бойня.
— Да чего уж здесь печального? В мире боевого Дао действует закон джунглей. Секта первого уровня сильна, Область Мириады — слаба. Таков естественный порядок вещей.
— Ты прав, но нам-то, простым странствующим практикам, придется даже хуже, чем Области Мириады, если мы навлечем на себя гнев кого-то могущественного.
Цзян Чэнь был шокирован услышанным. Дань Чи в плену? Цзян Чэнь с трудом верил своим ушам. Больше всего среди членов Королевского Дворца Пилюль он уважал Дань Чи. Пусть пока он и не был уверен в правдивости слухов, он не мог не волноваться.
Хуан’эр мысленно обратилась к нему: — «Господин Цзян, это всего лишь слухи. Нельзя верить им без доказательств».
Нежный голос Хуан’эр успокоил Цзян Чэня, и он продолжил слушать практиков.
— Зачем брать Дань Чи в плен? Я слышал, что больше всего Вечная Небесная Столица и Великий Алый Срединный Регион боятся Цзян Чэня, а не Дань Чи.
— Ага, я слышал, что Цзян Чэнь убил множество практиков Алого Региона. Более того, он убил внука святого короля Вечной Небесной Столицы. Этот Цзян Чэнь просто чудовищно силен. Трудно поверить, что ученик секты четвертого уровня Области Мириады оказался таким могучим практиком! Если его примет какая-нибудь секта первого уровня, со временем он непременно станет огромной угрозой.
— Забудь об этом. Мы здесь ни при чем. Давайте-ка не будем забивать себе голову всей этой чепухой и займемся выпивкой.
Цзян Чэнь был раздражен тем, что они перестали обсуждать Дань Чи. Беспокойство одолевало его. Вдруг ему в голову пришла одна идея. Он взял свою чашу и подошел к странствующим практикам со словами:
— Добрый день, братья.
Цзян Чэнь был одет как подобает странствующему практику и казался слабее сидевших перед ним практиков. Поэтому его появление не встревожило их.
— М-м? Чего тебе нужно? — спросили практики.
— О, я случайно услышал, как вы говорили о Королевском Дворце Пилюль. Поимка Дань Чи — это отличная возможность, вам так не кажется? — с энтузиазмом в голосе произнес Цзян Чэнь.
— Какая еще возможность? Иди доставай кого-нибудь другого и не мешай нам пить! — нетерпеливо ответил один практик.
— Слушайте, если Дань Чи в плену, Цзян Чэнь непременно выйдет из подполья, чтобы спасти его, верно? Если он объявится, и мы будем работать вместе, чтобы схватить его… награда ведь огромная, вы же знаете! От одной мысли у меня слюнки текут, — увлеченно произнес Цзян Чэнь.
— Пфф! — фыркнул практик, разбрызгивая выпивку.
— Ха-ха-ха! — расхохотались остальные практики. Один из них хлопал себя по бедрам, словно услышал самую смешную шутку на свете.
— Почему вы смеетесь, братья? — произнес Цзян Чэнь, изображая из себя простачка и почесывая голову.
Прошло немало времени, прежде чем практики взяли себя в руки и насмешливо ответили:
— Слушай, младший брат, я не хочу тебя обидеть, но неужто ты думаешь, что ты сильнее Вечной Небесной Столицы? Думаешь, ты сильнее сект Алого Региона? А ведь все они не сумели схватить Цзян Чэня. С чего ты взял, что тебе это по силам?
Цзян Чэнь усмехнулся и произнес:
— А что, если нам повезет?
— Ладно, если ты так веришь в свою удачу, почему бы тебе самому не попробовать схватить его вместо того, чтобы донимать нас? Впрочем, ты довольно забавный парень, так что мы выпьем за тебя в благодарность за то, что ты повеселил нас, — непринужденно произнес практик, поднимая чашу. Впрочем, он явно просто насмехался над Цзян Чэнем.
— Так, эм… можно узнать, где держат этого Дань Чи, братья? — спросил Цзян Чэнь. Только это он и хотел узнать.
— Он в городе Тайя, в Срединном Регионе Меча. Через месяц Дань Чи будет прилюдно казнен. Ладно, теперь уходи. Надеюсь, твоя счастливая звезда поможет тебе схватить Цзян Чэня за один присест! — саркастичным тоном произнес практик.
Цзян Чэнь знал это место, им с Хуан’эр предстояло пересечь его по пути в Лазурную Столицу. К тому же это место было неподалеку от их нынешнего местоположения.
Цзян Чэнь усмехнулся и произнес:
— Город Тайя? Это ведь неподалеку, верно? Видимо, придется отправиться туда и попытать счастья. Даже если я потерплю неудачу, будет интересно понаблюдать за происходящим со стороны.
— Ладно, уходи, я уже сказал тебе все, что знаю. Проваливай, не отвлекай меня от выпивки.
Цзян Чэнь изобразил радость на лице, идя к своему столику, но новости о главе дворца тяжким грузом легли на его сердце. Вполне могло оказаться, что слухи были правдивы. Немного выпив и посидев в мрачном молчании, Цзян Чэнь и Хуан’эр покинули таверну.
— Господин Цзян, город Тайя находится неподалеку отсюда. Если мы поторопимся, то доберемся туда за две недели. Можем отправиться в город и разузнать побольше.
Цзян Чэнь не мог отказаться от такой возможности. Он был многим обязан своему покровителю. Цзян Чэнь ничего не смог поделать, когда Королевский Дворец Пилюль пал. Чувство сожаления одолевало его, так что он просто не мог игнорировать слухи о плененном Дань Чи.
— Нужно узнать, правдивы слухи или же нет, — кивнул Цзян Чэнь. — Однако Вечная Небесная Столица умеет плести интриги. Возможно, все это — просто вранье, попытка заманить меня в ловушку.
Цзян Чэнь не привык мыслить однобоко и рассматривал несколько возможных сценариев.
Хуан’эр тоже об этом думала. Она не возражала, ведь она понимала, что Дань Чи был для него как наставник, а то и как друг.
— Если слухи ложны, значит, это ловушка. Они знают о твоих отношениях с Дань Чи и рассчитывают на то, что ты явишься, чтобы спасти его.
— Мм. Город Тайя вскоре может оказаться в эпицентре событий. Впрочем, если это ловушка, я буду не прочь проучить их всех.
***
Цзян Чэнь и Хуан’эр оказались перед входом в город через двадцать дней. Они вели себя осторожно и решили разделиться перед тем, как снова встретиться в городе. Так они снижали вероятность ошибки в ходе допроса у городских ворот.
Посчитав Цзян Чэня обычным странствующим практиком, стражи задали ему несколько дежурных вопросов и пропустили внутрь. Но Цзян Чэнь понимал, что город Тайя лишь кажется спокойным. Он был уверен, что многое здесь было скрыто от глаз. Войти-то в город было легко, другое дело — покинуть его пределы.
Цзян Чэнь едва прошел через ворота, как вдруг на дорогу выскочила группа людей, перегородивших ему путь. Цзян Чэнь напрягся; он неподвижно стоял на месте, активируя сознание.
— Спокойно, брат, спокойно!
— Брат, я так погляжу, ты странствуешь один. Хочешь присоединиться к нам?
— Брат, не обращай на него внимания, присоединяйся лучше к нашей команде. У нас — три практика сферы мудрости!
— Фу, какой толк от обычных практиков сферы мудрости? Мой босс — практик земной сферы мудрости, брат. Лучше присоединяйся к нам.
— Не слушай их, присоединяйся к нам! В нашей команде все равны по силе, так что никакой практик сферы мудрости не заграбастает всю награду, если мы схватим Цзян Чэня.
Цзян Чэнь успокоился, выслушав их. Он не знал, плакать ему или смеяться. Все эти странствующие практики хотели поймать его. Просканировав их мысленным взором, он понял, что среди них было примерно семь-восемь команд практиков. А дальше по дороге было еще больше команд. Но в них практики были посильнее, им не было дела до практиков земной сферы истока.
Цзян Чэнь не ожидал, что его, прикидывающегося практиком земной сферы истока, кто-то захочет взять в команду. Видимо, награда приманила огромное количество странствующих практиков.
— Послушайте, я слаб и не обладаю особыми боевыми навыками. Боюсь, я лишь помешаю вам, — придумал отговорку Цзян Чэнь. Впрочем, он явно недооценил энтузиазм этих людей.
— Ну же, большинство из нас ведь тоже практики сферы истока! Мы отличаемся от больших сект тем, что полагаемся на количество! Как по мне, вместе мы справимся!
— Ага, даже муравьи могут убить слона, если их достаточно много. Да и потом, не то чтобы у Цзян Чэня было три головы и шесть рук. Если пяти практиков не хватит, то уж двадцати точно хватит, а? Ну а если и столько практиков не хватит, сотня точно с ним справится, верно?
Цзян Чэнь собирался снова ответить отказом, но вдруг он кое-что вспомнил и не стал спешить:
— Погодите, погодите. Дайте мне подумать, хорошо?
Цзян Чэнь решил, что, присоединившись к команде странствующих практиков, отлично сумеет замести свои следы. К тому же, учитывая то, как много практиков здесь собралось, вполне возможно, что он узнает от них что-нибудь полезное.