Глава 688-695
Глава 688. Катастрофическое положение на поле боя
Никогда Ван Хань не был так напуган, ведь даже практик третьего уровня императорской сферы был повержен на его глазах!
Он дрожал от страха; ужас и отчаяние овладели им. Даже Лин Би’эр было трудно поверить в произошедшее, что уж говорить о Ван Хане. Лишь когда барьеры дезактивировались, она слегка отошла от шока.
— Младший брат, что… что это было? — запинаясь, еле выговорила она.
— Этот старик слишком много о себе возомнил. Я решил показать ему, что такое истинная мощь, — улыбнулся Цзян Чэнь и многозначительно посмотрел на Ван Ханя.
У Ван Ханя подкосились ноги, и он свалился на пол. От пережитого шока он практически лишился рассудка. От былой самоуверенности и высокомерия не осталось и следа.
— Кто же теперь спасет тебя, Ван Хань? — ледяным тоном произнес Цзян Чэнь.
Ван Хань побледнел, но овладевшее им безумие придало ему сил. Вскинув голову, он прорычал:
— А ты-то чем гордишься, Цзян Чэнь?! Ты силен, но разве ты справишься со всем Великим Алым Срединным Регионом? Думаешь, в Область Мириады вторглась лишь Секта Цитры? Ошибаешься! Сюда прибыло примерно двадцать сект четвертого уровня. Области Мириады конец! Ради чего я, по-твоему, старался выиграть время и терпел унижения, если не ради сохранения наследия Области Мириады?!
Казалось, даже в худшей ситуации Ван Хань пытался найти себе оправдание. Но Цзян Чэнь на это не купился:
— Ах, какой благовидный предлог, не правда ли? Ты привел врага в Высшую Сферу, чтобы убивать учеников Области Мириады. И это ты называешь «выигрывать время» ради высшего блага?
Ван Хань залился безумным смехом:
— Историю пишут победители; в конечном счете злодеем всегда оказывается проигравший. Цзян Чэнь, мне больше нечего тебе сказать, ведь ты победил меня. Раз решил убить меня, так убивай, чего ты тянешь?
Цзян Чэнь помрачнел:
— Ван Хань, от смерти тебе не уйти. Но сперва расскажи мне, что происходит во внешнем мире?
— Ха-ха, во внешнем мире? Поди, все секты Области Мириады уже перебиты! Да, практики твоей секты оказались умнее и сбежали, но куда им бежать? Прочие практики императорской сферы отправились за ними вслед. А ведь каждая секта Алого Региона сильнее Великого Чертога! Ха-ха, мой Дворец Священного Меча пал, думаешь, твою секту не постигнет та же судьба? Мечтай дальше!
Окончательно обезумевший Ван Хань не собирался молить о пощаде, он лишь использовал последний шанс выпустить пар, не скрывая свою злобу.
Посреди тирады Ван Хань вдруг почувствовал прикосновение чего-то холодного к своему горлу. Мелькнуло лезвие, и его голова была отсечена от тела. Цзян Чэнь махнул рукой, и труп Ван Ханя обратился в прах.
— Старшая сестра, нельзя здесь задерживаться. Нужно уходить.
Лин Би’эр еще не совсем пришла в себя после всего пережитого. Собравшись с силами, она кивнула и последовала за Цзян Чэнем. Когда она вышла наружу, то обернулась, чтобы взглянуть на дворец, но ничего не обнаружила.
— Младший брат… а куда делся дворец? — пораженно спросила она.
Цзян Чэнь улыбнулся:
— Я убрал его.
— Убрал? Неужто этот дворец — карманное пространство? — пораженно произнесла Лин Би’эр. Такие объекты были подобны кольцам-хранилищам, но где же найти кольцо-хранилище, которое способно удерживать предметы такого объема, да еще и с такими мощными атакующими барьерами?
— Старшая сестра, с этим дворцом связана крайне серьезная история. Если кто-то о нем узнает, у нас будут большие неприятности, — произнес Цзян Чэнь. Он не стал вдаваться в детали, чтобы не подвергать Лин Би’эр лишней опасности.
Лин Би’эр тут же ответила:
— Ах, конечно, тогда я больше не буду о нем спрашивать.
— Хорошо. Я расскажу о нем, когда придет время.
Затем они отправились в путь. По дороге им попалось множество трупов учеников Области Мириады.
— Все это — дело рук Ван Цзяньюя! — нахмурилась Лин Би’эр.
Цзян Чэнь не мог позволить себе тратить время на гнев:
— Мы почти добрались до портала. Нужно уходить отсюда как можно скорее.
Но Лин Би’эр ответила:
— Не стоит спешить, младший брат. Если мы переместимся во внешний мир сейчас, то будем окружены, и нас тут же схватят. Мне кажется, что лучше подождать. У нас еще два дня, так что, если мы будем двигаться быстро, то успеем покинуть Высшую Сферу через другой портал до того, как она закроется.
Цзян Чэнь не мог не признать, что ее слова были вполне разумны.
Два дня спустя они прибыли на окраину Высшей Сферы. По пути им не встретилось ни души; практики либо покинули Высшую Сферу, либо погибли от рук Ван Цзяньюя и его свиты. Участь сбежавших гениев, тут же оказавшихся в окружении врага, тоже была незавидна.
— Младший брат, если мы будем окружены, когда выберемся отсюда, мы должны будем тут же активировать наши глифы побега. Мы ни в коем случае не должны сражаться, — высказала свое мнение Лин Би’эр.
Цзян Чэнь кивнул. Он не был трусом, но отдавал себе отчет в том, что враг был слишком силен.
Оказавшись снаружи, спутники тут же старательно скрыли следы своей ауры и начали медленно двигаться прочь. Цзян Чэнь использовал силу Чарующего Лотоса Льда и Пламени, чтобы переместиться под землю и прокрасться вперед.
Битва с силами Великого Алого Срединного Региона явно был проиграна. Поле боя было усеяно трупами, в основном — практиков Области Мириады. Одна группа практиков Алого Региона рыскала вокруг, добивая выживших, а другая группа допрашивала схваченных молодых гениев, покинувших Высшую Сферу.
Цзян Чэнь просканировал местность. Среди трупов он обнаружил Тянь Мина из Секты Темного Севера. Секта Кочевников тоже потеряла много людей. Лишь несколько людей из секты выжили. Великий Чертог также понес серьезные потери. Что удивительно, среди погибших практиков Великого Чертога почти не было старших руководителей. Само собой, трупов практиков Королевского Дворца Пилюль не было, ведь они заблаговременно ушли.
— Черт возьми, поверить не могу, что эти жалкие черви из Области Мириады оказались так сильны! Немало наших людей полегло!
— Ага, с трудом верится. Те практики из Великого Чертога даже использовали мощь тотемов; даже главы сект Син и Фу не смогли остановить их. Какая неожиданность.
— Знаешь, что еще странно? Секта Бамбука все еще не вернулась с погони. Интересно, они догнали практиков Королевского Дворца Пилюль? Неужто те смогут сбежать?
Цзян Чэнь обдумывал сложившуюся ситуацию, слушая обсуждение. Старшие руководители Великого Чертога смогли прорваться с помощью тотемов. Королевский Дворец Пилюль сбежал, новости о них пока не дошли до практиков Алого Региона. Цзян Чэнь старался не тешить себя ложными надеждами, но все же ему казалось, что у Королевского Дворца Пилюль еще был шанс.
Получив общее представление о происходящем, Цзян Чэнь примерно понял, что нужно делать дальше.
С одной стороны поля боя глава Секты Золотого Глифа и глава Секты Цитянь допрашивали гениев, вышедших их Высшей Сферы. Среди них были Сян Цинь, Юэ Байцзэ и Шэнь Цинхун. Всего пленных было примерно тридцать. Пока их оставили в живых лишь ради информации о Высшей Сфере, ни о каком милосердии не могло идти и речи. Но сколько бы гениев Области Мириады ни допрашивали, они не сообщили никаких ценных сведений. Им явно не попадался Цинь Мо со своей свитой, иначе они уже были бы мертвы.
— Просто убейте меня уже. Спрашивайте, сколько влезет, ответ будет один. Я ничего не знаю! — раздался голос непоколебимого Сян Циня. — Небеса все видят, поганые разбойники. Однажды Великий Алый Срединный Регион ответит за все!
Раздался резкий свистящий звук.
Кто-то ударил Сян Циня хлыстом, и раздался свирепый голос:
— Ты, жалкий червяк! Кто дал тебе право даже говорить о воле небес? Даже если этот день и настанет, Области Мириады к тому моменту уже не будет и в помине!
Удары хлыста посыпались на Сян Циня.
Сян Цинь упрямо терпел боль. Он не то что не кричал от боли, а даже смеялся.
Глава секты Син вдруг поднял руку и остановил человека, бившего Сян Циня. Он равнодушно взглянул на пленных и спросил:
— Последний шанс. Кто из вас видел Цзян Чэня?
Сперва глава секты Син и глава секты Фу даже не подозревали, что Цзян Чэнь находится в Высшей Сфере. Но, как следует подумав, они решили, что что-то здесь было не так. Слишком уж странно вел себя Цинь Мо. Лишь после того, как они безжалостно допросили одного пленного, подвергнув его пыткам, они узнали, что Цзян Чэнь был в Высшей Сфере. От того же пленного они узнали, что Цзян Чэнь сбежал с Горы Мерцающий Мираж.
Оба главы сект вслух выругались. Какое бесстыдство со стороны Цинь Мо: он решил отправиться внутрь в одиночку, чтобы вся добыча и слава достались ему! Если бы Высшая Сфера вскоре не закрывалась, они бы последовали за ним, чтобы получить свою долю. Они вели ожесточенную схватку с двумя великими сектами Области Мириады, Сектой Кочевников и Сектой Темного Севера, но добыча была крайне скудной.
Они ожидали обнаружить у членов Секты Темного Севера травы небесного уровня, но даже у главы секты ничего не оказалось. Даже трав земного уровня у него было немного. Теперь оба главы сект были уверены, что Цинь Мо просто одурачил их.
Глава 689. Цзян Чэнь приходит на помощь
Но никто из гениев не видел Цзян Чэня в Высшей Сфере, поэтому никаких сведений о нем у них не было.
— Это — ваш последний шанс, но вы его совсем не цените! — угрожающе произнес глава Секты Цитянь.
Цзян Чэнь и Лин Би’эр беспомощно переглянулись. Они были не в силах спасти гениев. Цзян Чэнь стиснул зубы и уже начал готовить план отступления. Он понимал, что отчаянная, самоубийственная попытка спасти остальных ни к чему не приведет. И вдруг до него донесся голос:
— Господин Цзян, я отвлеку двух практиков императорской сферы, а вы спасете всех.
Сперва Цзян Чэнь удивился, а затем обрадовался: — «Это госпожа Хуан’эр!»
Послание придало ему уверенности. Он мысленно обратился к Лин Би’эр: — «Старшая сестра, слушай меня. Мы спасем их».
Лин Би’эр охватила дрожь. Спасем их? От двух практиков императорской сферы? Пока она колебалась, один из них вдруг резко повернулся в сторону и прорычал:
— Кто здесь?!
Два эксперта императорской сферы тут же устремлюсь на северо-восток. Цзян Чэнь прошептал:
— Вперед, старшая сестра!
Они поднялись на поверхность с помощью лотоса. Цзян Чэнь призвал Семичастную Древнюю Формацию Бойни, охватившую всю близлежащую территорию. Формация была полностью во власти Цзян Чэня.
— Младший брат Цзян Чэнь?
— Брат Цзян Чэнь!
Раздались удивленные возгласы, но Цзян Чэнь не обращал на них внимания:
— Послушайте, ситуация крайне серьезная. Я не могу снять наложенные на вас барьеры, так что мне остается лишь взять вас всех с собой. Не сопротивляйтесь мне мысленно, иначе у нас будет уйма проблем.
Не дожидаясь ответа, со вспышкой света он перенес их всех во дворец. Затем он повернулся к Дин Би’эр:
— Старшая сестра, активируй глиф побега!
Глифы побега, доставшиеся Лин Би’эр от госпожи Шао Инь, были чрезвычайно мощными; в Области Мириады таких не водилось. Она тут же раздавила один талисман; в тот же момент Цзян Чэнь убрал формацию. Еще одна вспышка света, и Цзян Чэня с Лин Би’эр и след простыл.
Все это произошло за одно мгновение, стражи сферы мудрости, приставленные к гениям Области Мириады, не успели отреагировать. Они увидели лишь белую вспышку; они даже не понимали, верить ли своим глазам или нет. Так или иначе, гении Области Мириады пропали.
— Кто-то спас пленников!
— Черт, нас отвлекли!
— За ними! Быстрее!
— За ними!
Вскоре начался какой-то бардак; к стражам подоспели практики, рыскавшие по полю боя в поисках выживших. Они тоже были шокированы произошедшим. Но никто не знал, куда исчезли гении Области Мириады. Кто-то прорычал:
— Надо разделиться!
И все секты разбились на несколько групп, чтобы обыскать все окрестности.
В ходе поисков они поняли, что преследуемые успели перенестись довольно далеко. Это было все равно, что искать иголку в стоге сена. Без мощных техник мысленного сканирования пространства дело было безнадежным.
Все группы вскоре вернулись с поникшими головами и с пустыми руками.
— Черт, они ушли.
— Это был мощный глиф. Они как минимум в сотне миль отсюда. Теперь их не выследить.
— Эх, давайте дождемся глав сект перед тем, как принимать решение.
Они все были удручены случившимся. Все шло не так. Королевский Дворец Пилюль прошмыгнул у них под носом, многие бойцы Великого Чертога смогли прорваться. Теперь еще и гении были спасены. Четырем сектам, участвовавшим в этой операции, было суждено стать посмешищем Великого Алого Срединного Региона.
Мрачные главы сект Син и Фу вернулись спустя полчаса. В погоне они преодолели немалое расстояние, но вернулись с пустыми руками. Тем, кому доверили охранять гениев, было страшно дышать при виде мрачных практиков императорской сферы.
— Что происходит? Где все? — мрачно смотрел глава секты Син.
Повисла гробовая тишина. Глава секты Фу взметнул брови:
— Что происходит? Вы что, оглохли?
Один старейшина едва выдавил:
— Вдруг… вдруг пурга застлала наши глаза. Затем пленники бесследно исчезли.
Главы сект застыли, услышав это. Они переглянулись, поняв, что происходит. Их специально отвлекли, чтобы спасти гениев. И ведь они повелись, вот что самое обидное! Они недооценили врага.
Главы сект были удручены, но выместить злобу им было не на ком. Подчиненные были не виноваты. Если бы они не отвлеклись, ничего бы этого не произошло. Избыток самоуверенности подвел их.
Оба практика императорской сферы все сильнее беспокоились, и глава секты Син начал жаловаться:
— Глава секты Лэн с Сектой Бамбука отправился за Королевским Дворцом Пилюль, но от него все еще не было никаких вестей. А глава секты Цинь Мо так и не вернулся, хотя Высшая Сферы вот-вот закроется. Он что, поселиться там решил?
Глава секты Син так нервничал, что начал ругать своих отсутствующих союзников. Глава секты Фу кивнул:
— Глава секты Лэн и Цинь Мо явно что-то задумали. Иначе они уже дали бы о себе знать.
К этому моменту битва уже закончилась, и дела шли не очень хорошо. Поэтому они искали козлов отпущения. Ведь Секта Бамбука и Секта Цитры действительно несли большую ответственность. Если бы не их корыстные интересы, которые привели к тому, что они отсоединились от основных сил, все могло бы сложиться совершенно иначе.
Пока они говорили, к ним прибежал практик со срочным донесением:
— Главы сект, еще одна группа людей покинула Высшую Сферу. Мы схватили их всех, но сфера уже закрылась.
Есть новости о Цзян Чэне?
Практик покачал головой:
— Глава секты Цинь Мо и члены Дворца Священного Меча тоже не вышли.
Глава секты Син тут же переменился в лице: — «Неужто и Цинь Мо не выбрался?» Он мрачно посмотрел на главу секты Фу. Впервые они почувствовали страх. Высшая Сфера закрылась, но Цинь Мо не вышел! Это был плохой знак. Он даже мог погибнуть внутри. Если так и случилось, их операция могла обернуться полным провалом.
С другой стороны, в таком случае все можно было скинуть на Секту Цитры. Еще один разведчик пришел с докладом:
— Главы сект, дело плохо! Группы из Секты Бамбука нашли в восьми сотнях миль отсюда. Они… они все мертвы!
— Что?!
Главы сект Син и Фу снова содрогнулись от страха:
— Ты уверен?! А что с главой секты Лэном?..
— Мы уже доставили тело главы секты назад, — удрученно ответил разведчик.
Глава Секты Бамбука отправлялся в путь, будучи полон уверенности в своем успехе, а вернулся хладным трупом. При взгляде на его тело казалось, что он даже не был в битве; на нем не было никаких ран. Но его лицо исказила ужасная гримаса, словно перед смертью он увидел нечто чудовищное.
Глава секты Син окончательно разнервничался, глядя на тело главы секты Лэна:
— Глава секты Фу, похоже, мы недооценили Область Мириады. В этом регионе есть очень сильный практик! На теле главы секты Лэна нет ран, но ему была нанесена мощная ментальная атака!
Подобные атаки были способны полностью сломить сознание и волю; после такого тело отказывало, и организм прекращал функционировать.
Глава секты Фу немного помолчал, глядя на главу секты Сина. Оба одновременно кивнули:
— Наша операция подошла к концу, можно возвращаться в Великий Алый Срединный Регион и доложить обо всем императору.
Оба приняли решение. Нужно отступать.
Примерно в четырех сотнях миль на юго-востоке Области Мириады Цзян Чэнь остановился, развеял свет вокруг себя и выпустил гениев различных сект:
— Послушайте: здесь вы пока в безопасности. Воспользуйтесь временем, чтобы снять наложенные на вас барьеры.
Хорошо, что барьеры были не слишком мощными. Они просто ограничивали движение. Освобождение от этих энергетических оков было лишь вопросом времени.
Сян Цинь был весь в ранах. Цзян Чэнь дал ему несколько дополнительных целебных пилюль.
— Младший брат Цзян Чэнь. Что происходит? — спросил Шэнь Цинхун. Он одним из первых освободился от барьеров.
Цзян Чэнь вкратце пересказал все, что ему было известно; его рассказ поразил гениев. Они были рады, что избежали горькой участи, узнав, что Дворец Священного Меча предал Область Мириады и привел врага в Высшую Сферу, чтобы перебить гениев, и в то же время были преисполнены ярости.
— Послушайте, мир огромен, вам открыты многие дороги. Надеюсь, в будущем мы еще увидимся. Полагаю, вы пока не сможете вернуться к своим сектам: там вас наверняка поджидает враг. Вы все — гении своих сект, уверен, мне незачем напоминать вам, что нужно делать. Не стоит задерживаться здесь, так что давайте разойдемся, — произнес Цзян Чэнь. Он уже выполнил свой моральный долг, вызволив их всех из плена.
Сян Цинь уважительно приложил кулак к ладони и торжественно произнес:
— Однажды я по достоинству отплачу тебе за спасение моей жизни! Да пересекутся наши дороги в будущем!
Члены Великого Чертога переглянулись и тут же ушли все вместе.
Глава 690. Разрушенная обитель секты
Вслед за Великим Чертогом люди из других сект поблагодарили Цзян Чэня и начали расходиться. Они понимали, что путешествовать одной большой группой сейчас будет опасно. Беда постигла Область Мириады, и все они стояли на пороге истребления. К счастью, все эти молодые гении были полны решимости. Они сохранили присутствие духа даже в этот тяжелый момент. Один за другим они решили, куда идти, попрощались с остальными, и в итоге осталось лишь три ученика Королевского Дворца Пилюль.
— Младший брат Цзян Чэнь, что нам теперь делать? — спросил Шэнь Цинхун, безропотно признавший Цзян Чэня главным.
— У тебя есть какие-нибудь идеи?
Шэнь Цинхун немного подумал и ответил:
— Я слышал, что Королевский Дворец Пилюль прорвался через окружение. Полагаю, глава дворца уже вернулся на территорию секты. Я хочу вернуться туда и узнать, что случилось, сколь бы велика ни была опасность.
Лин Би’эр кивнула:
— Я тоже хочу вернуться и узнать, что там произошло.
Цзян Чэнь не стал возражать. Ему точно нужно было вернуться, ведь его последователи оставались в Королевском Дворце Пилюль. Видя, что Цзян Чэнь не против, Шэнь Цинхун робко поинтересовался:
— Что ж, тогда в путь?
Цзян Чэнь молча поднял руку, давая понять, что пока стоит немного подождать. Хуан’эр отвлекла двух экспертов императорской сферы и вскоре должна была присоединиться к ним. Как и ожидалось, вскоре раздался голос Хуан’эр:
— Господин Цзян, пожалуйста, уходите. Я скоро последую за вами.
Судя по всему, пока она не хотела показываться. Немного подумав, Цзян Чэнь решил не спорить и махнул рукой:
— В путь.
Складывалось такое впечатление, словно вся Область Мириады обрушилась в саму преисподнюю. Куда бы они пошли, всюду им попадались следы ожесточенных битв. Примерно двадцать сект четвертого уровня из Великого Алого Срединного Региона безжалостно сеяли смерть и разрушение.
Три спутника осторожно продвигались вперед, стараясь не приближаться к местам, где все еще бушевали сражения. Ледяная гримаса застыла на лице Лин Би’эр, а уголки губ Шэнь Цинхуна то и дело вздрагивали, пока он бормотал себе под нос проклятья. Путь оказался непростым. Наконец, после долгого путешествия три гения прибыли в Королевский Дворец Пилюль.
Но их взорам предстали лишь руины. Укрывшись в тени, они изумленно смотрели на то, что осталось от обители секты после битвы с захватчиками. Дым и пыль еще не успели осесть. Великая защитная формация перед входом на территорию секты была разрушена, а проход в Розовую Долину был словно сметен невероятно мощным взрывом. Вокруг царила разруха, повсюду валялись обломки жилищ, а земля была усеяна трупами учеников Королевского Дворца Пилюль.
Лин Би’эр тут же всполошилась и устремилась к своему жилищу, но там она увидела лишь развалины; вокруг не было ни души. Когда Цзян Чэнь прибыл к своему жилищу, он с удивлением обнаружил, что Формация Девяти Врат Сжигания была уничтожена! Цзян Чэня словно окатили ледяной водой, волосы на голове встали дыбом. Случилось самое худшее.
Мысленным взором он оглядел жилище; сердце бешено стучало в его груди. Он боялся, что увидит трупы своих последователей. К счастью, их не было. В жилище были видны признаки борьбы, но не слишком ожесточенной. На основе увиденного Цзян Чэнь сделал некоторые выводы.
«Битва была не слишком ожесточенной. Должно быть, после уничтожения формации сюда ворвался могучий эксперт. Кажется, он похитил Гоуюй и остальных. Иначе здесь царил был полный хаос», — подумал Цзян Чэнь, успокаиваясь. Он был рад тому, что не нашел трупов.
— Мне очень жаль, господин Цзян. Хуан’эр следовало остаться здесь, чтобы защитить это место, — виновато произнесла появившаяся из ниоткуда Хуан’эр.
Цзян Чэнь с покрасневшими глазами покачал головой:
— Это не ваша вина. Я виноват… Я переоценил силу этой формации.
Чувство сожаления овладело им. Если бы он был сильнее, формация оказалась бы прочнее. Может быть, она бы даже продержалась до его прихода. Теперь было слишком поздно.
Он со всей силы ударил кулаком по земле. Вдруг он кое-что вспомнил и устремился к древесному духовному роднику. Войдя в пещеру, он увидел окровавленные трупы птиц-мечей. Все они были перебиты, повсюду валялись их внутренности. Какая жуткая смерть. При виде этой резни Цзян Чэнь преисполнился ярости. Глаза его налились кровью, дрожь охватила его. Родник был пуст: кто-то забрал его.
Лун Сяосюань больше не мог сдерживаться. Он вырвался наружу из тела Цзян Чэня с резким свистящим звуком. Яростно рыча, дракон три раза облетел пустой родник. Цзян Чэнь запрокинул голову к небу и издал протяжный вопль, не в силах сдержать свою ярость. Глаза его были распахнуты так широко, что казалось, будто еще немного, и они выпадут из глазниц.
— Великий Алый Срединный Регион, Великий Алый Срединный Регион! — стиснув зубы, прошипел Цзян Чэнь. Он успел нажить немало врагов в этой жизни, но никогда еще не был так взбешен. Прежде личная вражда, вроде конфликтов с Лун Цзюйсюэ или Ван Ханем, не задевала его так сильно. Но Алый Регион перешел черту; впервые за две жизни Цзян Чэнь испытывал такую ярость.
— Господин Цзян, похоже, сестрица Гоуюй и остальные были взяты в плен. Пока они живы, мы можем их спасти, — произнесла Хуан’эр, мягко поглаживая Цзян Чэня по плечам в попытке утешить его. Хуан’эр была поражена, увидев истинную форму Лун Сяосюаня, но сейчас нужно было сконцентрироваться на других вещах. Ей было больно смотреть на то, как страдает Цзян Чэнь; ей даже хотелось, чтобы ее схватили вместо его последователей. Несмотря на ее кроткий, спокойный нрав, даже в ней при виде случившегося проснулась жажда крови. Гоуюй и остальные были для нее как семья, она жила с ними много лет и успела подружиться с ними. Вдруг Хуан’эр переменилась в лице:
— Господин Цзян, кажется, мы попали в ловушку!
Цзян Чэнь среагировал моментально. Он достал несколько талисманов побега.
— Ха-ха, кто бы мог подумать, кто бы мог подумать, что вы клюнете на такую уловку! — раздался неприятный голос. Затем раздалось еще несколько столь же неприятных голосов.
Вокруг жилища Цзян Чэня вдруг заклубился туман, принявший форму величественного, прекрасного иллюзорного дворца. Цзян Чэнь тут же активировал сознание, но мигом пал духом. Иллюзорный дворец полностью отрезал жилище от внешнего мира. Клубящийся туман оставлял Цзян Чэню и Хуан’эр все меньше места. Раздался свистящий звук, и из ниоткуда возникло несколько практиков.
Один, два, три…
Всего было двенадцать практиков, и пятеро из них были экспертами императорской сферы. Один лысый, крупный мужчина был практиком четвертого уровня императорской сферы. Цзян Чэнь был поражен: неудивительно, что его формация была уничтожена! Среди них был практик средней императорской сферы.
Формация Цзян Чэня могла сработать против экспертов начальной императорской сферы. Она могла быть разрушена даже одновременной мощной атакой нескольких таких практиков, что уж говорить об эксперте средней императорской сферы.
Подчиненный протянул лысому человеку нефритовый жетон, который проецировал изображение Цзян Чэня:
— Лорд Гун, этот паршивец — наверняка Цзян Чэнь.
Лысый расхохотался:
— Кто бы мог подумать, что решение, которое я принял впопыхах, принесет мне столько пользы?
Цзян Чэнь почувствовал, как на него давит невообразимая мощь лысого культиватора, устремившего на него свой взгляд:
— Ты — Цзян Чэнь?
Цзян Чэню казалось, будто гора вот-вот придавит его своей тяжестью. Даже ему стало трудно дышать. Гнев охватил Цзян Чэня, и он активировал свою ауру, чтобы отразить мощь противника.
— Ты убил всех, кто был здесь? — ледяным тоном спросил Цзян Чэнь?
Практик почесал свою лысую голову и вдруг расхохотался:
— Интересно, интересно… Жалкий паршивец сферы мудрости смог отразить мою аура императорской сферы?
— Ты убил этих людей или нет? — проигнорировал его реплику Цзян Чэнь и повторил вопрос.
— Ха-ха, с чего бы мне использовать меч, чтобы убить цыпленка? Само собой, нашлось кому убить их и без меня. А что? Судя по твоему тону, ты жаждешь мести? Ха-ха, любопытно, любопытно, — насмешливо произнес лысый. Его забавляло сопротивление жертвы. Он думал, что этот паршивец тут же расплачется и начнет умолять о пощаде. Но тот оказался не робкого десятка. Это удивило и заинтересовало лысого практика. Все-таки веселее, когда жертва сопротивляется.
— Ты. Убил. Этих. Людей? — с налитыми кровью глазами произнес Цзян Чэнь, активируя Золотое Око Зла.
Лысый, крупный практик не выдержал и рассмеялся, глядя на то, в каком состоянии был Цзян Чэнь:
— Паршивец, я не убивал этих людей. Но если хочешь во всем винить меня — милости прошу. Запомни, я — один из святых королей Вечной Небесной Столицы, Гун Уцзи!
После этих слов его свита рассмеялась.
— А мы — Зал Громовой Ноты и Секта Великого Камня из Великого Алого Срединного Региона. Паршивец, знай: мы перебили весь Королевский Дворец Пилюль и убили всех, кто здесь был. Ну и что же ты, паршивец, сделаешь нам, оказавшись на пороге гибели?
— Ха-ха… Кстати говоря, твоему Королевскому Дворцу Пилюль еще повезло. Я слышал, что Великий Чертог и Секта Темного Севера были полностью уничтожены. Но поскольку нам нужна кое-какая информация, мы отправили назад группу пленников из твоей секты. Они еще какое-то время поживут. Тебе же на это рассчитывать не придется…
Лысый, крупный практик вдруг махнул рукой, чтобы представители Зала Громовой Ноты и Секты Великого Камня замолчали. Слегка улыбнувшись, он произнес:
— Цзян Чэнь, ты же понимаешь, что в мире боевого Дао правят сильные. Я чувствую в тебе большой потенциал, а потому готов дать тебе шанс. Если ты будешь сотрудничать и подчинишься мне, возможно, ты сможешь выжить.
Произнесены эти слова были тоном человека, находящим несказанную радость в том, чтобы распоряжаться чужими судьбами.
Глава 691. Хуан’эр снова приходит на помощь
— Шанс, говоришь? — пристально посмотрел на лысого практика Цзян Чэнь взглядом, полным ненависти. Он глядел на Гун Уцзи так, словно хотел навсегда запомнить его лицо.
— Хе-хе, судя по выражению твоего лица, ты не воспользуешься этим бесценным шансом, — покачал головой Гун Уцзи и вздохнул. — В таком случае готовься к смерти!
Цзян Чэнь неожиданно рассмеялся:
— Значит, тебе не нужны травы небесного и земного уровней, равно как и рецепт Пилюли Долголетия? И еще… разве ты не хочешь узнать, где шпион твоей секты, Линь Хай?
Гун Уцзи помрачнел, услышав это имя. Линь Хай был его подчиненным, которого он лично наставлял и внедрил в Секту Темного Севера. Гун Уцзи еще не успел встретиться с Линь Хаем, чтобы вознаградить его за труды. Неудивительно, что слова Цзян Чэня застали его врасплох. Откуда он узнал о Линь Хае? Конечно, травы были ценным сокровищем, но на первом месте стояли интересы Вечной Небесной Столицы, связанные с поисками, которые тянулись уже более тысячи лет.
— О чем ты говоришь, мальчишка? Кто рассказал тебе о Линь Хае?
Цзян Чэнь решил, что он вполне может начать нести чушь:
— Разве не очевидно, что истинная личность Линь Хая должна была стать известна входе Великой Церемонии Мириады? Оказалось, что Небесная Секта Девяти Солнц, которая привлекла к себе столько внимания, была не главной угрозой. Вечная Небесная Столица была коварной змеей, незаметно подкрадывающейся к жертве. Если не ошибаюсь, Великий Алый Срединный Регион уже давно оказался под контролем твоей секты, верно?
У Цзян Чэня сложилась общая картина происходящего. Оказалось, что главным кукловодом была Вечная Небесная Столица, которая до поры до времени не привлекала к себе внимания. Очевидно, даже Небесная Секта Девяти Солнц не знала о планах секты-соперницы и ее власти над Алым Регионом.
Само собой, если бы Гун Уцзи хоть немного сомневался в том, что сможет удержать Цзян Чэня и Хуан’эр, он бы не стал ничего о себе рассказывать.
Небесная Секта Девяти Солнц действовала в открытую, а Вечная Небесная Столица действовала тайно, манипулируя остальными исподтишка.
Гун Уцзи равнодушно улыбнулся и произнес:
— Я так посмотрю, ты много чего знаешь, мальчишка. Небесная Секта Девяти Солнц? Они думали, что шибко умные, и выдумали всю эту историю с Императорской Нефритовой Печатью и Печатью Дракона-Стража, чтобы кто-нибудь другой проделал за них грязную работу. Мы просто последовали их примеру и использовали их уловки ради собственных целей. Ха-ха, Небесная Секта хотела выступить в качестве благодетеля, посредника, который уладит конфликт между Областью Мириады и Алым Регионом, но моя секта ни за что бы этого не допустила.
Цзян Чэнь вздрогнул, выслушав его. Теперь он все понял. Трудно было поверить, что такое незначительное место, как Область Мириады, привлечет внимание стольких сил, плетущих коварные заговоры. Небесная Секта хотела спровоцировать Алый Регион на вторжение в Область Мириады, чтобы потом выступить в качестве миротворца и прочно обосноваться в Области Мириады. Но они упустили из виду Вечную Небесную Столицу, которая вела свою игру. Теперь ни о какой «миссии по восстановлению справедливости» не могло быть и речи.
Секты первого уровня часто боролись друг с другом и уравновешивали друг друга. Узнав обо всем, что произошло, Цзян Чэнь почувствовал прилив жалости к Области Мириады. Ее обитатели, включая Королевский Дворец Пилюль и его самого, стали невольными жертвами борьбы двух сект первого уровня за наследие Императора Фэйюя.
В этот момент Цзян Чэнь особо остро чувствовал, что такое закон джунглей. Сильные творили зверства, а слабым оставалось лишь ждать своей участи. Цзян Чэнь подавил желание использовать дворец, ведь у его барьеров оставался всего один заряд. Если Цзян Чэнь использует его, Гун Уцзи и его приспешники наверняка погибнут, но у него не будет важного козыря, когда он отправится спасать Гоуюй и остальных.
Для мести еще будет время. В этот момент пришел подчиненный Гун Уцзи в серых одеждах, который тут же доложил ему:
— Мастер Гун, мы нашли двух гениев, но поймали лишь одного; девчонка успела среагировать и сбежала.
Человек в сером подтолкнул кого-то вперед. Пленным оказался никто иной как Шэнь Цинхун! Цзян Чэнь был огорчен тем, что его снова схватили. Хорошо, что хоть Лин Би’эр смогла сбежать.
Гун Уцзи помрачнел:
— Вы позволили ей уйти, хотя преимущество было на вашей стороне?
Человек в сером, запинаясь, выдавил:
— У этой девчонки был какой-то мощный глиф. Мы не смогли остановить ее. Произошло что-то странное.
Гун Уцзи холодно фыркнул и отмахнулся от него:
— От вас всех никакого толка. Прочь. Если такое повторится, я преподам тебе урок, которого ты вовек не забудешь.
Глава Зала Громовой Ноты вышел вперед и раболепно произнес:
— Мастер Гун, позвольте моей секте разобраться с этими двумя.
Глава Секты Великого Камня тут же добавил:
— Мастер Гун, мы тоже готовы служить!
Гун Уцзи холодно фыркнул:
— Не облажайтесь. Я хочу лично разобраться с этим истинным драконом. Невероятно, кто бы мог подумать, что истинный дракон появится в какой-то Области Мириады!
Цзян Чэнь нахмурился и мысленно сказал Хуан’эр:
«Простите, что втянул вас в это, госпожа Хуан’эр. Держитесь рядом со мной, пока я готовлю для нас путь к отступлению».
Хуан’эр слегка покачала головой и ответила:
«Господин Цзян, Гун Уцзи использовал область воздействия императорской сферы. Обычный глиф побега может не сработать. Позвольте мне попробовать».
Обычно Хуан’эр была спокойна и собрана, но сейчас в ее словах чувствовалось напряжение.
«Госпожа Хуан’эр, Родовое Связующее Проклятье только и ждет возможности поглотить вас. Вам не следует перенапрягать свое сознание», — спешно ответил Цзян Чэнь.
«Господин Цзян, это — вопрос жизни и смерти, так что с проклятьем придется разбираться позже. Приготовьте глиф побега, пока я пытаюсь пробить область воздействия врага. Если появится хотя бы небольшая брешь, глиф сработает».
Цзян Чэнь понял по тону Хуан’эр, что она приняла решение. Также он понял, что его шансы на успех будут весьма малы, если он не использует последний козырь против области воздействия врага.
«Брат Лун, возвращайся быстрее», — мысленно позвал дракона Цзян Чэнь. В тот же момент нефритово-зеленый стебель бамбука возник вокруг Хуан’эр и устремился к небу, подобно древнему тотему. За ним хвостом тянулся столб нефритового света, который ударился прямо о крышу дворца, созданного Гун Уцзи.
*Бам!*
Дворец содрогнулся, и в центре крыши оказалась пробита дыра; в эту же секунду Цзян Чэнь раздавил глиф побега. Луч света охватил Цзян Чэня и Хуан’эр и понес их вслед за столбом нефритового света. В следующую секунду их и след простыл. Все произошло так быстро, что никто и глазом моргнуть не успел.
Гун Уцзи был одним из немногих, кто успел хоть как-то среагировать. Увидев, как ввысь бьет нефритовый луч, он усмехнулся про себя: неужто эти молокососы думают, что смогут пробить брешь в его области воздействия? Но в следующую секунду гримаса изумления исказила его лицо.
Они смогли пробить брешь в его области воздействия и исчезли у него прямо из-под носа. Само собой, удар по области воздействия подействовал и на сознание призвавшего ее практика, так что некоторое время Гун Уцзи не мог прийти в себя. Когда он наконец-то взял себя в руки, от луча не осталось и следа. Воцарилась тишина; слышны были лишь тихие вздохи окружающих. Все склонили головы, не смея глядеть на Гун Уцзи.
Мастер Гун Уцзи только что сказал, что от них нет никакого толка. Затем два вражеских практика ушли у него прямо из-под носа. Получалось, от него тоже было маловато толку! Лишь безумец посмел бы взглянуть на Гун Уцзи: в нынешнем состоянии тот запросто мог даже робкий взгляд счесть за насмешку.
Глаза чуть не выкатились у Гун Уцзи из орбит, он запрокинул голову и издал бешеный рев. Затем он со всей силы ударил кулаком по земле прямо перед жилищем Цзян Чэня.
*Бам!*
Жилище тут же развалилось.
— За ними! схватите этих двух ублюдков любой ценой! — яростно прорычал Гун Уцзи, брызжа слюной. Он чуть не потерял самообладание. Если бы кто-то узнал о случившемся, его репутация серьезно пострадала бы.
Гун Уцзи оглядел собравшихся и тоном, не терпящим возражений, произнес:
— Зарубите на носу: о случившемся — ни слова. Если кто-то хоть что-то сболтнет, я со своими людьми уничтожу Зал Громовой ноты и Секту Великого Камня!
Даже главы сект содрогнулись, когда Гун Уцзи направил на них свой свирепый взор. Они могли лишь послушно кивать, хотя сами они были практиками второго уровня императорской сферы.
— Мастер, по поводу этого мальчишки… — произнес глава Зала Громовой Ноты, указывая на Шэнь Цинхуна. — Убить его прямо сейчас?
— Не спешите. Он был с ними, так что они наверняка были довольно близки. Давайте-ка сперва допросим его. Он может рассказать нам что-нибудь полезное.
Шэнь Цинхун громко рассмеялся:
— Воина можно убить, но он не позволит запятнать свою честь и не будет унижаться. Можете взять меня в плен, можете убить, но я никогда не предам свою секту!
Гун Уцзи поцокал языком:
— Нечего строить из себя героя. Посмотрим, как ты заговоришь, когда мы начнем тебя пытать, мальчишка!
Шэнь Цинхун был явно готов к такому повороту. Он огрызнулся:
— Можете убить меня, но я вам ничего не скажу! Запомните: мой младший брат Цзян Чэнь однажды воздаст вам сторицей за все зло, что вы причинили Королевскому Дворцу Пилюль! Ха-ха-ха, я, Шэнь Цинхун, слишком слаб и не доживу до этого дня. Но он настанет. День возмездия грядет!
После этих слов Шэнь Цинхун издал громкий крик и полностью активировал свои энергетические резервы.
*Бам, бам, бам!*
Шэнь Цинхун решил покончить с собой, вызвав взрыв с помощью собственной духовной энергии!
На некоторое время вокруг воцарился хаос. Гун Уцзи явно не ожидал такой готовности к самопожертвованию со стороны пленника.
Глава 692. Чувства Хуан’эр
Взрыв, вызванный самоубийством практика сферы мудрости, был весьма опасным. Молодые гении Зала Громовой Ноты и Секты Великого Камня, стоявшие рядом с Шэнь Цинхуном, получили серьезные ранения и ранения средней тяжести; им пришлось несладко. Один из них был серьезно покалечен; казалось, он вот-вот умрет. Это непредвиденное событие еще больше разозлило Гун Уцзи. Он махнул рукой и крикнул:
— За ними!
Цзян Чэнь использовал множество талисманов один за другим. Лишь когда спутники преодолели полторы тысячи километров, они остановились в укромном месте.
Дело было не в том, что у Цзян Чэня закончились глифы, а в том, что он почувствовал: с госпожой Хуан’эр что-то было не так. Сознание Цзян Чэня было весьма чувствительным. Он заметил, что Хуан’эр явно теряла контроль над Родовым Связующим Проклятьем. Он тут же остановился и призвал Чарующий Лотос Льда и Пламени, перенесший их под землей в укромный уголок и расчистил пространство, чтобы им с Хуан’эр было комфортно. Затем он помог спутнице присесть.
— Госпожа Хуан’эр, пожалуйста, просто посидите немного, пока я произношу слова Священной Мантры Освобождения, — произнес Цзян Чэнь. Он понимал, что Хуан’эр, видимо, спровоцировала проклятье из-за ментального перенапряжения. В прошлом он лечил Хуан’эр, но, к сожалению, он помог ей избавиться от симптомов, а не от причины. Если бы они хотели лишь подавить проклятье, то смогли бы подавить его на десятки, а то и сотни лет. Но проклятый должен был воздерживаться от ментального перенапряжения, иначе проклятье могло пробудиться. После этого подавить его было еще сложнее.
Увидев, что Хуан’эр не может унять дрожь и вот-вот потеряет сознание, он понял, что Родовое Связующее Проклятье дает о себе знать. Слабая дрожь, охватившая Хуан’эр, постепенно сошла на нет, когда Цзян Чэнь начал произносить слова мантры. Он боялся остановиться и читал мантру вслух даже тогда, когда у него во рту совсем пересохло. Прошло двадцать четыре часа перед тем, как Хуан’эр слегка вздрогнула в последний раз и более-менее пришла в себя.
— Господин Цзян, я вновь стала источником проблем, — слегка виновато произнесла Хуан’эр.
Цзян Чэнь грустно улыбнулся и ответил:
— Скорее я стал источником ваших проблем.
Хуан’эр выдавила вымученную улыбку и произнесла:
— В таком случае не будем утомлять друг друга извинениями.
Цзян Чэнь закивал:
— Вы правы. Отдохните, а я еще несколько раз прочитаю вслух Священную Мантру Освобождения.
— Вы, должно быть, устали. Пожалуйста, отдохните. Мне уже стало получше.
Цзян Чэнь мысленно просканировал ее и решил, что проклятье снова было подавлено. Но лишь временно.
— Госпожа Хуан’эр, Священная Мантра Освобождения не так эффективна, как Небесная Умиротворяющая Мелодия. Если у вас еще остались силы, почему бы вам не сыграть ее пару раз?
Хуан’эр с трудом попыталась сесть прямо. Цзян Чэнь спешно помог ей, придерживая ее. Сейчас было не время думать о приличиях. Прикоснувшись к Хуан’эр, Цзян Чэнь почувствовал себя так, словно прикоснулся к богине с идеальным телом.
Плавным движением Хуан’эр достала цитру. Хотя слабость одолевала ее, она изо всех сил старалась сыграть эту мелодию. Цзян Чэню почувствовал укол совести, глядя на то, как она страдает. Он знал, что Хуан’эр не была бы в таком состоянии, если бы не он. На некоторое время Цзян Чэнем овладели муки совести.
— Господин Цзян, вы разбираетесь в музыке? — произнесла Хуан’эр в попытке отвлечь и утешить Цзян Чэня, словно читая его мысли.
Цзян Чэнь действительно отвлекся, припоминая свою прошлую жизнь. Он был экспертом практически в любой области, кроме боевого Дао. Само собой, музыка не была исключением. Просто в этой жизни у него не было ни времени, ни особого желания заниматься музыкой. Цзян Чэнь не знал почему, но некоторыми мыслями ему было тяжело делиться с окружающими.
Но когда он оказывался перед Хуан’эр, он чувствовал, что перед ним — необычайно прямой, честный человек, Глядя в ее искренние глаза, Цзян Чэнь чувствовал, что врать человеку, настолько чистому душой, — значит брать грех на душу. Поэтому, почесав затылок, он честно ответил:
— Я кое-что знаю о музыке, но сомневаюсь, что смогу сравниться с вами, госпожа Хуан’эр.
Хуан’эр слегка улыбнулась и посмотрела на Цзян Чэня своими ясными глазами. Затем она взяла в руки бамбуковую флейту.
— Господин Цзян, не порадуете ли вы меня своей игрой?
В этот момент какая-то игривость появилась в ее умном взгляде. Она показывала Цзян Чэню, что умеет быть беззаботной и озорной. Цзян Чэнь усмехнулся и нехотя взял флейту. К его удивлению, флейта ничем не отличалась от тех, на которых он играл в прошлой жизни. Немного повертев ее в руках и опробовав ее, он, наконец, настроился:
— Надеюсь, вам понравится.
Цзян Чэнь не привык поддаваться смущению. Он тут же начал исполнять Небесную Умиротворяющую Мелодию. Сперва он играл несколько неуверенно, но вскоре нашел нужный подход и вдохновение, позволяя лучшим качествам флейты проявить себя. Когда он дошел до второй половины мелодии, удивление в глазах Хуан’эр перешло в благоговение. Еще долго она смотрела на Цзян Чэня этим взором.
Наконец, оправившись, Хуан’эр мягко улыбнулась и произнесла:
— Господин Цзян, вы — поистине настоящий кладезь талантов. После вашей игры на флейте мне стало куда легче.
— О, не стоит, вы обо мне слишком высокого мнения, — ответил Цзян Чэнь. Странное дело: обычно похвала окружающих особо не трогала Цзян Чэня, но от ласковых слов Хуан’эр он даже покраснел. Впрочем, он быстро оправился и произнес:
— Госпожа Хуан’эр, возможно, нам стоит попробовать сыграть эту мелодию вместе. Небесная Умиротворяющая Мелодия может оказаться еще эффективнее, если мы исполним ее вместе.
Хуан’эр мельком робко взглянула на него. К счастью, Цзян Чэнь не смотрел прямо на нее. И все равно ее сердечко застучало быстрее. Она и подумать не могла, что Цзян Чэнь предложит ей сыграть вместе. Само собой, в этом не было ничего плохого, но… воспоминания о давно минувших днях нахлынули на Хуан’эр.
До того, как она покинула родные земли, бесчисленное множество молодых и талантливых мужчин пытались добиться ее расположения. Но она отказывала всем. Однажды ухажеры спросили ее, что нужно, чтобы завоевать ее симпатию. Хуан’эр сказала, что, если однажды ей встретится мужчина, с которым она захочет вместе исполнять музыку, он будет ее возлюбленным. Эти слова были просто способом отказать всем ухажерам.
Но она искренне поверила в эту клятву. С тех пор, как она научилась исполнять музыку, она никогда не играла на музыкальном инструменте вместе с мужчиной. Он верила в свои слова: лишь тот, кто сможет завоевать ее сердце с помощью музыки, сможет стать ее возлюбленным.
Предложение Цзян Чэня застало ее врасплох. При всей сдержанности Хуан’эр даже ей было трудно сохранить самообладание. Она слегка запаниковала от смущения. И все же… Неужели она действительно может ему отказать?
Хуан’эр поняла, что не может. Более того, она ждала этого. Она так давно держала свое сердце на замке, но Цзян Чэнь неожиданно ворвался в ее жизнь, пока она искала лекарство от проклятья. Раз за разом он доказывал, что отличается от всех прочих мужчин. Чувства к нему постепенно пробуждались в ее сердце, но она не смела осмыслить их. Но теперь, после предложения Цзян Чэня, какой-то внутренний барьер был сломлен. К тому же игра Цзян Чэня впечатлила ее куда больше, чем любые сладкие речи и комплименты. В это мгновение она испытывала изумление вперемешку с небывалым счастьем.
Она думала, что в этом мире никто и никогда не сможет исполнить мелодию, которая по-настоящему западет ей в душу. Но теперь это свершилось, и Цзян Чэнь словно стал неотъемлемой частью ее самой.
Но Цзян Чэнь не знал, что эта женщина, подобная фее, испытывает такой ураган эмоций, и все из-за его предложения.
— Госпожа Хуан’эр, быть может, я перешел границы дозволенного? — спросил наконец Цзян Чэнь, заметив, что Хуан’эр выглядит как-то странно.
Хуан’эр тут же поспешила успокоить его:
— Нет, просто Хуан’эр вспомнила кое-что из прошлого. Ваша великолепная игра превзошла все ожидания. Для меня будет честью сыграть с вами.
— Что ж, давайте попробуем? — беззаботно произнес Цзян Чэнь. Сейчас его переполняло чувство сожаления, и он хотел загладить свою вину, подавив Родовое Связующее Проклятье. Ни о чем другом он не думал.
— Давайте, — кивнула Хуан’эр.
Из цитры и бамбуковой флейты в унисон полились звуки.
Странно: они впервые играли вместе, но исполняемые ими мелодии идеально дополняли друг друга, словно Цзян Чэнь и Хуан’эр уже не раз играли вместе. Их игра была просто безупречной.
Они сыграли мелодию один раз, второй раз… Некоторое время тишину этого подземного уголка нарушали только звуки цитры и флейты. И Хуан’эр, и Цзян Чэнь были очарованы этой волшебной атмосферой. Наконец, мелодия прекратилась. Они и сами не знали, сколько времени прошло. Вдруг глаза Хуан’эр покраснели, и слезы покатились по ее щекам.
Она была сильной женщиной, которая не пролила ни одной слезинки даже в минуты самых тяжких страданий, вызванных проклятьем. Но в эту минуту она не могла сдержать потока слез.
Это были слезы печали, и в то же время — слезы счастья. Этот прекрасный дуэт вызвал эффект прорванной плотины. Она была безмерно счастлива, ведь она нашла того, кто полностью понимает ее. Грусть же была вызвана воспоминаниями о былом, мыслями о проклятье. Наконец-то она встретила мужчину, с которым готова исполнять музыку. Но из-за проклятья этому счастью не суждено было продлиться долго.
Цзян Чэнь никогда в жизни не видел такого. Некоторое время он был в шоке, не зная, что сделать, чтобы утешить спутницу. К счастью, Хуан’эр быстро взяла себя в руки. Вытерев слезы, она виновато улыбнулась и произнесла:
— Господин Цзян, мне просто захотелось поплакать. Мне жаль, что вам пришлось увидеть меня в таком состоянии.
Вдруг что-то щелкнуло в голове Цзян Чэня, и он радостно воскликнул:
— Как я и думал, совместное исполнение Небесной Умиротворяющей Мелодии весьма эффективно. Мы отлично сумели подавить проклятье!
Глава 693. Начало контратаки
Спутники два месяца провели под землей; за это время они достигли удивительных высот в исполнении Небесной Умиротворяющей Мелодии и успешно подавили Родовое Связующее Проклятье. Музыка стала для них формой духовного общения, они все лучше и лучше понимали друг друга. Кроме того, Цзян Чэнь использовал всю свою Молодую Траву Мудрости, чтобы выплавить Пилюли Мудреца-Героя. Пусть их было и не запредельное количество, стольких пилюль вполне хватило бы сотне практиков. Само собой, для одного человека этого было предостаточно. С их помощью и путем упорных тренировок он достиг второго уровня сферы мудрости и оказался всего в шаге от третьего уровня. По мере того, как состояние Хуан’эр стабилизировалось, Цзян Чэнь все больше и больше хотел покинуть подземелье.
Хуан’эр всегда отличалась повышенной эмпатией и понимала, о чем думает Цзян Чэнь. Ей было жаль, что из-за нее Цзян Чэнь был вынужден провести два месяца под землей. Поэтому она сама подняла эту тему:
— Господин Цзян, проклятье больше не представляет сиюминутной опасности; возможно, настало время узнать, что случилось с сестрицей Гоуюй и остальными? Почему бы нам не отправиться на поверхность?
Цзян Чэнь понимал, что Хуан’эр старается облегчить ему задачу. Он благодарно кивнул:
— Я тоже беспокоюсь о них. Интересно, как сейчас дела у главы дворца Дань Чи, старейшины Юнь Не, младшего брата Гаоци и старшей сестры Би’эр.
Хотя Королевский Дворец Пилюль был уничтожен, тел близких ему людей он не обнаружил. Он полагал, что и Юнь Не, и Му Гаоци, и все остальные были взяты в плен. Они были важными свидетелями, из них наверняка хотели выжать информацию о травах небесного уровня и Пилюле Долголетия. Что же до Дань Чи, Цзян Чэнь полагал, что когда он со своими спутниками вернулся в обитель секты и увидел оставшиеся от нее руины, глава дворца решил не лезть на рожон. Вполне возможно, что он и остальные из его группы все еще были живы и скрывались в укромном месте. Смогут ли они долго укрываться от гнева Великого Алого Срединного Региона и Вечной Небесной Столицы? Теперь это зависело только от них.
Оставалось только надеяться. Перед Великой Церемонией Мириады Дань Чи приготовился распустить секту, но он не ожидал, что все случится настолько быстро. Они думали, что главный враг — Небесная Секта Девяти Солнц, а оказалось, что главным кукловодом, натравившим Алый Регион на Область Мириады, была Вечная Небесная Столица.
Цзян Чэнь и Хуан’эр покинули свое подземное убежище и быстро огляделись вокруг. Они все еще находились на территории Королевского Дворца Пилюль, и практики Великого Алого Срединного Региона распределились по всей ее площади, охраняя все входы и выходы. Сбежать было крайне непросто. Но Цзян Чэнь и даже не думал о побеге. Его секта была уничтожена, а его самого чуть не схватили. Гнев, который он подавлял два месяца, снова охватил его.
И гнев этот не ослаб за эти два месяца; огонь его ярости горел сильнее, чем когда-либо. Одна мысль о руинах секты, трупах учеников и старейшин, залитой кровью пещере, где были перебиты Птицы-Мечи, наполняла его ненавистью и желанием уничтожить Великий Алый Срединный Регион и Вечную Небесную Столицы. Даже будучи окружен, он не испытывал страха. Настало время отплатить врагам сполна.
— Госпожа Хуан’эр… — начал он.
Та улыбнулась:
— Господин Цзян, вы — хозяин дома, я же — ваш гость. Я готова принять любое ваше решение.
Она знала, как лучше всего поступить, но не хотела сеять семена сомнения в сердце Дао Цзян Чэня. Тот кивнул:
— Я собираюсь заставить недруга расплатиться за содеянное. Территорию Королевского Дворца Пилюль оккупировали Зал Громовой Ноты и Секта Великого Камня. Святой Король Гун Уцзи здесь лишь для моральной поддержки. Вряд ли здесь много представителей его секты.
— Хм. Вечная Небесная Столица — главный кукловод, старающийся оставаться в тени. Они вряд ли захотят выдавать себя, — согласилась Хуан’эр.
— Зал Громовой Ноты и Секта Великого Камня — секты четвертого уровня. Пусть они и сильнее сект четвертого уровня Области Мириады, в каждой из них лишь несколько практиков императорской сферы. Едва ли они отправили их всех на одно задание. Весьма вероятно, что, кроме тех экспертов, которых мы видели в тот день, больше здесь нет практиков императорской сферы. Вот только они одни не смогут полностью заблокировать всю территорию Королевского Дворца Пилюль. Так что у нас еще есть шанс.
Хуан’эр согласно кивнула:
— Нужно взять одного их них живым и спросить у него, где остальные.
— Так и поступим. Действовать нужно осторожно. Не хотелось бы, чтобы они срывали злобу на Гоуюй и остальных, — произнес Цзян Чэнь, взвесив все плюсы и минусы. Посовещавшись, они решили схватить какого-нибудь молодого ученика, который был как минимум основным учеником. Лишь основных учеников секты старейшины посвящали в детали операции. Прочие подручные, скорее всего, не знали, куда увели Гоуюй и остальных. Затем они начали поиски подходящей цели.
Полдня спустя в отдаленном уголке они нашли подходящую цель. Эта территория, полная глубоких и изолированных долин, когда-то была вотчиной одной из сект шестого уровня, подчинявшейся Королевскому Дворцу Пилюль. По меньшей мере сотня чужаков разбила здесь лагерь; судя по всему, это был центр организации поисковых операций.
— Сильнейший из них — старейшина восьмого уровня сферы мудрости. Еще там есть истинный ученик пятого уровня сферы мудрости. Все они — из Зала Громовой Ноты.
Хотя секты четвертого уровня их региона были сильнее соответствующих сект Области Мириады, разница в силе была не столь уж значительна. Средний практик секты Алого Региона был примерно на один уровень выше практика Области Мириады. К примеру, истинный ученик Зала Громовой Ноты считался выдающимся гением по меркам своего региона. Возможно, даже Сян Цинь не смог бы победить его. Впрочем, Цзян Чэнь не собирался нападать на практика пятого уровня сферы мудрости. Он держался в тени с Хуан’эр, тихо наблюдая за передвижениями врагов.
Группа была разделена на четыре отряда, в каждом было примерно тридцать человек. Каждый отряд, в свою очередь, был разделен на патрулирующие команды. Их маршрут и почти не позволял подгадать нужный момент. Но почти — не значит совсем. Наблюдая за врагом, Цзян Чэнь составил план действий. Если он сможет провести нападение за десять вздохов и не дать жертве позвать на помощь, одного он сможет взять живым. Убить было легко; суть была именно в том, чтобы взять языка.
«В той группе из трех человек есть один практик второго уровня сферы мудрости и два на пике девятого уровня сферы истока. Возьму вот того!» — мысленно произнес Цзян Чэнь, медленно подходя к практикам.
Проклятье Хуан’эр ограничивало лишь мощь ее сознания и способности, связанные со сферой мудрости, но не влияло на скорость передвижения. Пока она не перенапрягала сознание и не использовала эти навыки, опасности не было. Но Цзян Чэнь знал, что не может позволить Хуан’эр снова вступить в схватку. В следующий раз подавить проклятье будет еще сложнее, и с каждым последующим приступом с проклятьем будет все труднее и труднее совладать.
Три ученика Зала Громовой Ноты, занимавшие не последнее место в своей секте, смеялись и болтали.
— Старший брат Хуа, мы тут уже три месяца, когда мы сможем вернуться домой? — спросил один из них стоящего посредине юношу с примечательными бровями.
Юноша с примечательными бровями холодно фыркнул:
— А тебе-то какая-разница? Разве ты там представлял из себя что-нибудь? Нам повезло, что нас отправили сюда, в Королевский Дворец Пилюль. Это одна из богатейших сект в Области Мириады.
— Да, они богаты, но нам-то едва ли много чего перепадет. Да и потом, мы же не в ставке командования, так на какие же богатства нам приходится рассчитывать?
— Пфф, руководители же говорили: тот, кто предоставит сведения о том мальчишке, Цзян Чэне, получит пятьдесят Пилюль Мудреца-Героя и духовное растение земного уровня.
Практики сферы мудрости остро нуждались в таких пилюлях. Хотя Зал Громовой Ноты был сектой четвертого уровня, эта секта была не слишком-то богатой, так что Пилюль Мудреца-Героя ученикам доставалось немного. Пятьдесят пилюль были целым состоянием, заветной мечтой любого гения. Старший брат Хуа был практиком второго уровня сферы мудрости и очень хотел заполучить побольше таких пилюль. Юноша на пике сферы истока перед ним равнодушным тоном произнес:
— Старший брат Хуа, я слышал, что Цзян Чэнь весьма силен. Судя по всему…
Старший брат Хуа грозно зыркнул на него:
— Заткнись! Тебе жить надоело? Хватит трепаться о чертовом Цзян Чэне! Вдруг он рядом? Нам необязательно его ловить, главное — найти его следы.
Награда, о которой они говорили, полагалась за сведения, а вот поймавшим Цзян Чэня полагалось пятьсот пилюль, три растения земного уровня и благоволение самого Гун Уцзи!
Другой ученик на пике изначальной сферы до этого момента молчал. Лицо этого невзрачного коротышки исказила похотливая гримаса:
— Я слышал, что, кроме Цзян Чэня, сбежала красавица по имени Лин Би’эр, еще один гений. Судя по всему, она — женщина Цзян Чэня. Женщину схватить будет куда проще. Схватим ее, и он непременно придет!
— Чжан Лаосань, чем у тебя, черт побери, все время заняты мысли? Я слышал, что Лин Би’эр — тоже гений сферы мудрости! Думаешь, ты поймаешь ее?! Заткнись и делай свою работу как следует! — громко отчитал его старший брат Хуа.
Эти трое продолжали поиски, переговариваясь, и вдруг мир изменился прямо на их глазах. Бесконечный лес окружил их; повсюду были листья и стебли. Они изумленно оглядывались вокруг, и вдруг все вокруг почернело, когда бесчисленное количество стеблей вдруг устремилось к ним.
Глава 694. Дерзкий план
— Нет! — воскликнул шокированный старший брат Хуа, потянувшись за талисманом тревоги. Он раздавил его, но тот не передал сигнал! — Мы попали в формацию. Мы в ловушке!
— Старший брат Хуа, спаси меня! — завопил худосочный практик, которого уже опутали бесчисленные стебли. Мир формации был полностью отрезан от внешнего. Старший брат Хуа так и не смог активировать ни один талисман. Он пытался спасти младших братьев, но он и себя-то едва мог защитить посреди воцарившегося хаоса. Хоть он и был довольно силен, но не мог бесконечно бороться со все прибывающими стеблями. Вскоре все трое оказались опутаны с ног до головы.
Цзян Чэнь использовал Семичастную Древнюю Формацию Бойни, чтобы создать это лесное царство и схватить этих троих с помощью Чарующего Лотоса Льда и Пламени. Лотос ушел под землю, как только Цзян Чэнь убрал диск формации. Цзян Чэнь переместился с пленными в отдаленную пещеру, вырытую с помощью лотоса, и быстро установил формацию, чтобы отгородиться от внешнего мира. Хотя они находились в сотнях метрах под землей, он не хотел рисковать.
— Кто ты такой? Как ты посмел! — надменно воскликнул старший брат Хуа, вскинув брови и оглядывая пленившего его практика. В пещере не было источников света, но практически все практики, достигнув определенного уровня, умели видеть в темноте. Его зрачки сжались, когда он вдруг понял, что перед ним собственной персоной стоит Цзян Чэнь, тот самый, которого они недавно обсуждали.
— Понял, кто я такой? — равнодушно улыбнулся Цзян Чэнь. — Ну и что мне с тобой делать: содрать с тебя заживо кожу или зажарить тебя живьем, пока от тебя не останется лишь прах?
Тощий практик, стуча зубами, выдавил:
— Цзян… Цзян Чэнь, мы… мы просто выполняли приказы. Не… не убивай меня… Я сдаюсь!
— Если я не ослышался, вы, вроде как, собирались взять Лин Би’эр в плен, чтобы выманить меня? — холодно произнес Цзян Чэнь, сверля пленников взглядом.
Тощий, дрожа всем телом, пустился в объяснения:
— Нет… Я бы не посмел. Я… просто пошутил! Ну как такой слабак, как я, сможет схватить практика сферы мудрости? Ну это же шутка, ясное дело, что это просто шутка!
Старший брат Хуан громко выругался:
— Заткнись, Чжан Лаосань! — затем он вскинул голову и добавил: — Цзян Чэнь, ты силен, спору нет. Но совладаешь ли ты со всем Великим Алым Срединным Регионом? Совладаешь ли ты со всей Вечной Небесной Столицей в одиночку?
Цзян Чэнь не собирался ни с кем спорить и лишь безучастно улыбался. И Алый Регион, и Вечная Небесная Столица были в его черном списке. Однажды все они заплатят за содеянное.
Цзян Чэнь повернулся к Хуан’эр и произнес:
— Госпожа Хуан’эр, быть может, вам стоит отойти в сторону?
Хуан’эр знала, что Цзян Чэнь собирается убивать. Она лишь покачала головой, слегка улыбаясь. Она следовала пути боевого Дао с самого детства. Убийства и насилие не были для нее чем-то невиданным. Цзян Чэнь произнес:
— Брат Лун, пожалуйста, покажись. Я предоставлю тебе удовольствие разобраться с этим человеком.
В это же мгновение Лун Сяосюань появился с порывом ветра. Огромные челюсти сомкнулись вокруг старшего брата Хуа, и в стороны брызнула кровь и ошметки плоти. Изо рта Лун Сяосюаня потекла кровь, забрызгавшая двух других пленных, отчего тощий в ужасе завыл. Если бы не формация, быть может, его вопли услышали бы даже на поверхности сквозь толщу земли. Лун Сяосюань довольно рыгнул, проглотив старшего брата Хуа. Затем он обратил взор на двух других.
Тощий в ужасе закричал:
— Не ешьте меня, пожалуйста, не ешьте меня! Я сдаюсь! Разве этого недостаточно?!
Второй стал бледнее мертвеца. Казалось, он хочет что-то сказать, что сдерживается. Он с трудом сглотнул.
— Хочешь жить? Назови хоть одну причину не убивать тебя, — безжалостным тоном произнес Цзян Чэнь.
Тощий тут же ответил:
— Я назову, назову! У меня есть ценные сведения! — скороговоркой выпалил он.
— Примерно двадцать сект четвертого уровня были отправлены сюда по приказу самого Великого Алого Императора.
— Какова же тогда роль Вечной Небесной Столицы? — холодно спросил Цзян Чэнь.
— Вечная Небесная Столица… Сначала мы ничего о ней не знали. Лишь позднее мы узнали, что они контролируют Великий Алый Срединный Регион.
Цзян Чэнь покачал головой:
— Это я и так знаю. Если у тебя нет более ценных сведений…
— Есть, есть! Я знаю, что… Королевский Дворец Пилюль сбежал с Великой Церемонии Мириады, но они не вернулись в обитель секты.
Эта информация была весьма полезна. Цзян Чэнь холодно усмехнулся:
— Почему я должен тебе верить?
— Это… это правда! Я уверен, что частично из-за этого нам приказали разбить здесь лагерь, чтобы схватить главу дворца. Вышестоящие утверждают, что у него есть несколько духовных растений земного уровня, а может, и небесного уровня. Мастер Гун Уцзи лично приказал схватить его. Ах, да, вот еще что: группа практиков во главе со старейшиной по имени Юнь Не была схвачена Сектой Великого Камня; они уже должны направляться в столицу Великой Алой Империи.
— Старейшина Юнь Не? Кто еще? — нахмурился Цзян Чэнь.
— Там еще… Эм, все выжившие были отправлены в Великую Алую Империю.
Тощий напряг память и вспомнил кое-что еще:
— Ах, да, вокруг твоего дома была возведена крайне мощная формация, которую было чрезвычайно трудно сломать. Для этого потребовались совместные усилия самого мастера Гун Уцзи и глав Зала Громовой Ноты и Секты Великого Камня. Мастер Гун Уцзи был так восхищен мастерством создателя формации, что решил лично остаться и подождать его, то есть твоего, возвращения, — тощий из всех сил старался польстить Цзян Чэню. — Мастер Гун Уцзи сказал, что мы должны схватить того, кто установил формацию, иначе в будущем ее создатель станет смертельной угрозой для всех нас. Господин Цзян… вы — выдающийся гений, вас боится сам мастер Гун Уцзи, несмотря на мощную защиту и все меры предосторожности…
Цзян Чэнь махнул рукой, давая понять, что ему надоело это подхалимство:
— Что насчет людей из моего дома? И древесного духовного родника? Кто увел людей и забрал родник?
— Те люди были схвачены и отправлены в столицы, как и старейшина Юнь Не. Родник? Я слышал, что его забрал мастер Гун Уцзи.
Гун Уцзи! Цзян Чэнь стиснул зубы. Это имя он хорошо запомнил.
— Как долго вы собирались оставаться в этом лагере?
Тощий тут же ответил:
— Я не уверен. Мы должны оставаться здесь столько, сколько прикажут вышестоящие. Господин Цзян, я… я рассказал вам все. Вы проявите великодушие и… не станете убивать меня?
— Есть тут кто-нибудь еще из Вечной Небесной Столицы, кроме Гун Уцзи?
— Да! Молодой гений, кажется, внук Гун Уцзи. Он уже достиг пятого уровня сферы мудрости, хотя ему всего тринадцать лет. Он может сравниться с самыми выдающимися гениями Зала Громовой Ноты.
— Как же его зовут?
— Как зовут? Хм… Я слышал, что все называют его молодым мастером Ци. Значит, его полное имя — Гун Ци.
— Гун Ци, Гун Ци, — проговорил Цзян Чэнь; в его голове мигом созрел чертовски дерзкий план. — Расскажи мне еще об этом Гун Ци.
Тощий понятия не имел, что задумал Цзян Чэнь, он лишь хотел выжить. Пусть он мало что знал о Гун Ци, он тут же вывалил все, что помнил:
— Гун Ци любит испытывать себя. Каждое его появление — головная боль для лучших гениев Зала Громовой Ноты и Секты Великого Камня. Делиться советами им несложно, но мальчик не умеет держать себя в руках. Гении из нашей секты не смеют сражаться с ним в полную силу, боясь покалечить его и навлечь на себя гнев мастера Гун Уцзи. Поэтому все избегают его из страха…
— Ты уверен в достоверности этих сведений? — пристально взглянул на тощего Цзян Чэнь.
— Всецело! Все, что я рассказал — чистая правда. Сейчас об этом практически все знают. Старший брат Дин Жун, к примеру, вызвался патрулировать отдаленный проход, чтобы избежать Гун Ци. Старший брат Дин Жун — практик пятого уровня сферы мудрости, он входит в тройку сильнейших гениев нашей секты. Гун Ци постоянно докучал ему, но старший брат всякий раз находил отговорки…
Дин Жун был гением Зала Громовой Ноты, который следил за этим участком со старейшиной восьмого уровня сферы мудрости. Цзян Чэнь сперва думал, что у них были какие-то другие планы. Но оказалось, что они просто избегали Гун Ци.
— Где Гун Ци обычно проводит тренировочные бои? Гун Уцзи всегда за ними наблюдает?
Немного подумал, тощий осторожно ответил:
— Я помню, что, хотя мастер Гун Уцзи не всегда приходит смотреть на бои, там всегда присутствует немало экспертов. Все боятся… боятся, что они могут случайно ранить Гун Ци. Все опасаются последствий.
Цзян Чэнь задумался. Все молчали. Тощий дрожал от страха. Он не знал, пощадят ли его теперь, хоть он и много чего рассказал. Немного пораскинув мозгами, Цзян Чэнь придумал смелый план. Он устремил на тощего ледяной взгляд:
— Ты оказался сговорчивым. Но Зал Громовой Ноты вторгся на территорию Королевского Дворца Пилюль и тебе, как соучастнику, не избежать смерти…
Тощий позеленел:
— Не убивайте… не убивайте меня!
— Не убивать, говоришь? — произнес Цзян Чэнь с едва заметной улыбкой. — Я могу дать тебе шанс, раз уж ты предоставил мне сведения.
— Я сделаю все, что вы прикажете! — с отчаянным и искренним взором воскликнул он.
Цзян Чэнь кинул ему в рот пилюлю:
— Ешь.
Тощий скривил лицо. Он не смел отказываться, хотя понимал, что ничего хорошего это не сулило. Ему оставалось лишь собраться с силами и проглотить пилюлю.
— Эта пилюля была выплавлена из Миазмы Божественного Недоумения. Без моего специального противоядия ты умрешь за три дня. Даже король пилюль девятого уровня не сможет спасти тебя, не зная состава этой Миазмы.
— Да… да… — печально выдавил тощий, понимая, что у него не было выбора. — Молодой мастер Цзян, я сделаю все, что вы прикажете.
— Отлично. Сперва убей его! — произнес Цзян Чэнь, складывая несколько ручных печатей. Чарующий Лотос Льда и Пламени ослабил хватку.
Второй практик закричал:
— Чжан Лаосань, ты что, с ума сошел? Думаешь, он тебя отпустит? Да что на тебя нашло?!
Чжан Лаосань с несчастным видом произнес:
— Старший брат Фэн, пожалуйста, не вини меня…
С этими словами Чжан Лаосань вонзил меч в горло товарищу и дернул его вверх. Чтобы убедить Цзян Чэня в своей искренности, он заодно уничтожил даньтянь и сознание товарища.
— Хорошо, — равнодушным тоном произнес Цзян Чэнь. — Теперь я хочу, чтобы ты заманил сюда Дин Жуна.
Это было необходимо для осуществления плана.
Глава 695. Приманка для гения пятого уровня сферы мудрости
— А? — ужаснувшись, выдавил Чжан Лаосань, когда услышал, что ему придется заманить Дин Жуна.
— Что такое? Что-то не так? — смерил его ледяным взглядом Цзян Чэнь.
— Вы… Старший брат Дин… со старейшиной. Очень сложно заманить его одного.
— А что, если приманкой будет духовное растение небесного уровня? — равнодушно спросил Цзян Чэнь.
Чжан Лаосань притих. Затем он вдруг спросил:
— Вы обещаете, что отпустите меня, если я заманю к вам старшего брата Дина?
Не было смысла убивать такую мелкую рыбешку. Цзян Чэнь решил, что нужно ему что-то пообещать, чтобы тот старался изо всех сил. Да и потом, теперь он станет предателем зала Громовой Ноты, заманив Дин Жуна в ловушку. Его можно было спокойно оставить в живых. Цзян Чэнь слегка улыбнулся и произнес:
— Я могу поклясться перед небесами, что не убью тебя. Но не забывай, что если облажаешься…
Чжан Лаосань стиснул зубы и решительно произнес:
— Я понял. Получается, мое спасение зависит от того, смогу ли я заманить сюда старшего брата Дин Жуна.
— Соображаешь на лету, — усмехнулся Цзян Чэнь.
— Я хочу, чтобы вы поклялись, что не убьете меня и дадите мне противоядие, если я справлюсь с задачей.
— Не беспокойся, я дал слово и не нарушу его. Однако потом тебе придется найти какое-нибудь место, где ты спрячешься на несколько месяцев, чтобы не выдать мои планы.
— Я согласен, — решительно ответил Чжан Лаосань. Они договорились, и Цзян Чэнь поклялся перед Небесами, чтобы успокоить Чжан Лаосаня. Тот тут же преисполнился энтузиазма. Пусть он и был трусом, но он был умным трусом. Он знал, что его жизнь зависит от успешного выполнения этой миссии.
Цзян Чэнь повернулся к Хуан’эр и произнес:
— Давайте замаскируемся и примем облик тех двоих.
Хуан’эр была мастером перевоплощения, да и сам Цзян Чэнь поднаторел в этом искусстве. В ходе Великой Церемонии Мириады он успешно изображал Му Гаоци. Он принял облик старшего брата Хуа, которого сожрал Лун Сяосюань. Хуан’эр приняла облик старшего брата Фэна.
— Чжан Лаосань, пришло время тебе найти Дин Жуна и сказать ему, что нашел зацепку, связанную с духовными травами небесного уровня. Твоя жизнь зависит от твоих навыков, будь осторожен. Если кто-то об этом узнает, даже боги не смогут спасти твою жалкую жизнь, — напомнил ему Цзян Чэнь.
Чжан Лаосань, с трудом сохраняя самообладание, ответил:
— Тогда выпускайте меня.
Оказавшись на поверхности, Чжан Лаосань глубоко вздохнул, чтобы успокоиться, и со всех ног пустился к лагерю. Многие патрульные заметили его, но никто не приставал к нему с расспросами. Все-таки он был своим.
Чжан Лаосань вернулся в лагерь. По-хорошему, ему не положено было напрямую обращаться к Дин Жуну. Однако он был последователем старшего брата Хуа, так что, пусть и с натяжкой, можно было сказать, что он представляет его. Поэтому он обратился к Дин Жуну, первым делом упомянув имя старшего брата Хуа.
Дин Жун занимал крайне высокое положение в Зале Громовой Ноты, будучи одним из трех сильнейших гениев секты.
— Чжан Лаосань? Если не ошибаюсь, ты должен сейчас патрулировать окрестности. Что ты здесь делаешь? — суровым тоном спросил Дин Жун. С виду он казался мягким, но обладал манерами человека, с юных лет привыкшего командовать.
Чжан Лаосань мельком глянул на товарищей, окружавших Дин Жуна, и, осклабившись, произнес:
— Старший брат Дин, мне нужно поговорить с тобой без посторонних.
Дин Жун с его красными губами и белыми зубами производил впечатление учтивого, благородного человека. Но в ответ на просьбу Чжан Лаосаня он нахмурился.
Практики рядом с Дин Жуном закричали:
— Чжан Лаосань, хватит секретничать, выкладывай все как есть! Время старшего брата Дин Жуна дорого, он не привык тратить его на таких, как ты.
Чжан Лаосань виновато улыбнулся и повторил:
— Старший брат Дин, меня прислал старший брат Хуа. Дело важное, и старший брат Хуа велел мне передать вести лично тебе и только тебе.
Дин Жун пристально посмотрел на Чжан Лаосаня. Он заметил, что выражение лица у того было каким-то подозрительным, но, зная, что тот был практиком заурядным и трусливым, Дин Жун решил, что Чжан Лаосань не мог замышлять против него что-то недоброе. Поэтому он жестом отослал своих людей.
— Чжан Лаосань, ты понимаешь, каковы будут последствия, если я решу, что ты напрасно тратишь мое время, не так ли? — безразличным тоном предупредил его Дин Жун.
Увидев, что все остальные ушли, Чжан Лаосань тихо заговорил:
— Старший брат Дин, старшие братья Хуа и Фэн случайно нашли духовное растение, пока патрулировали окрестности. Похоже, это растение небесного уровня, но старший брат Хуа не стал делать поспешных выводов, он…
— Что ты сказал?! — изумленно произнес Дин Жун. Он прекрасно понимал, насколько ценным было такое растение: быть может, даже у самого главы Зала Громовой Ноты не было духовного растения небесного уровня! Лишь Титулованные Великие Императоры имели право пользоваться ими.
Нужно сказать, что Чжан Лаосань отлично справился со своей ролью. Он шагнул вперед и серьезным тоном произнес:
— Это растение было запечатано с помощью какого-то энергетического барьера. Старший брат Хуа попытался снять печать, но всякий раз его попытки заканчивались неудачей. Он велел мне вернуться в лагерь и рассказать о находке, но я не пошел сразу к старейшине по определенной… причине. Вместо этого я пришел к тебе, старший брат Дин.
Дин Жун более-менее понял, что к чему. Чжан Лаосань пытался завоевать его расположение. Поэтому он пришел к нему. Статус Дин Жуна, одного из трех величайших гениев секты, был крайне высок. В обычных обстоятельствах практик вроде Чжан Лаосаня никак не смог бы обрести покровителя в лице Чжан Лаосаня. Дин Жун быстро поверил практически во все, что говорил Чжан Лаосань.
— Кто еще знает об этом? — напряженным тоном спросил Дин Жун.
— Лишь старший брат Хуа и старший брат Фэн, но они не рискнули покинуть то место. Он отослали меня за помощью. Я подумал, что если уж этому растению суждено попасть в чьи-то руки, то пусть его владельцем станет лучший гений Зала Громовой Ноты. Поэтому я…
Дин Жун был неглуп. Он понимал, что Чжан Лаосань пытается выслужиться перед ним. Поэтому он тут же похлопал того по плечу:
— Ты молодец. Если все сложится удачно, можешь рассчитывать на мою благосклонность.
Слова его были приятны, но, по сути он не пообещал ничего конкретного. Чжан Лаосань мысленно выругался, но внешне вел себя так же учтиво:
— Я проведу тебя туда, старший брат Дин.
Дин Жун кивнул:
— Подожди здесь немного, мне нужно подготовиться.
Само собой, ему просто нужно было придумать отговорку, чтобы уйти на некоторое время, не вызывая у окружающих подозрений.
Вскоре Дин Жун присоединился к Чжан Лаосаню у входа в лагерь и сказал:
— Веди.
Дин Жун был уверен в своих способностях, так что не боялся идти в одиночку. Само собой, он был слегка настороже, но считал, что этот трус вряд ли соврал бы ему. Он просто не посмел бы разыграть одного из сильнейших гениев секты, если, конечно, ему не надоело жить. Впрочем, Дин Жун не терял бдительности.
— Сколько еще идти? — спросил Дин Жун.
— Еще немного. Осталось преодолеть вон тот горный кряж, и мы будем практически на месте.
— Они идут, — произнес Цзян Чэнь. Полностью активированным мысленным взором он прекрасно видел Чжан Лаосаня с молодым гением, шедших в его сторону. Это явно был Дин Жун.
— Вам потребуется помощь, господин Цзян? — спросила Хуан’эр. Он могла использовать область воздействия императорской сферы, чтобы схватить Дин Жуна наверняка.
— В этом нет необходимости, — с уверенной улыбкой ответил Цзян Чэнь. Что с того, что он — эксперт пятого уровня сферы мудрости? Даже Цао Цзинь, эксперт в полушаге от императорской сферы, ничего не смог ему противопоставить, угодив в его ловушку.
Дин Жун и Чжан Лаосань подошли к двум болтающим практикам. Цзян Чэнь и Хуан’эр изобразили удивление и спросили у Чжан Лаосаня:
— Почему ты привел лишь старшего брата Жуна?
Чжан Лаосань отлично справлялся со своей ролью: изобразив смущение, он почесал затылок:
— Я… я думал, что чем меньше людей узнают об этом, тем лучше. Старший брат Жун заботится о нас, так что я решил, что пусть уж лучше растение достанется ему, чем кому-то из Вечной Небесной Столицы.
Дин Жун холодно взглянул на Цзян Чэня:
— Ты что-нибудь имеешь против, младший брат Хуа?
Цзян Чэнь пожал плечами и невесело улыбнулся:
— Сам я не смог снять эту печать. Надеюсь, у тебя получится, старший брат Дин.
Дин Жун с равнодушным видом кивнул. Он взглянул на Цзян Чэня и Хуан’эр, но не смог увидеть их истинный облик.
Они все зашли во тьму, и Дин Жун тут же заметил духовное растение, которое обильно источало духовную энергию.
Духовное растение небесного уровня! Дин Жун вздрогнул и пристально пригляделся к нему. Ему трудно было скрыть огонек алчности, вспыхнувший в его глазах.
— Старший брат Дин, это растение небесного уровня? — бессовестно спросил Чжан Лаосань.
Дин Жун пробормотал:
— Да, наверняка. Младший брат Хуа, никому из вас нельзя об этом рассказывать. Если это останется между нами, можете рассчитывать на мою благосклонность.
Он достал короткий меч, подходя к духовному растению небесного уровня.
Вдруг он что-то почувствовал и замер на месте. По растению прошла рябь, и оно испарилось, а затем его взору предстал совершенно другой мир.
Его окружил густой лес, и к нему устремились бесчисленные стебли. При мысли о том, что его заманили в ловушку, он пришел в ярость.
Пока гнев овладевал им, перед ним промелькнули три золотых луча, превратившись в трех воинов небесной сферы мудрости в золотой броне. Они окружили Дин Жуна и обрушили на него град атак. Три воина небесной сферы мудрости против одного гения пятого уровня; это было все равно, что заставить кролика сражаться с тремя львами. Дин Жун, конечно, был способным практиком и мог похвастаться обширным арсеналом, ему просто не давали использовать ни один из козырей. Три воина разрезали его плоть на мелкие кусочки до того, как его душа успела покинуть тело.
При виде этой бойни у Чжан Лаосаня отвисла челюсть. Все следы боя были уничтожены, и троица вернулась под землю. Чжан Лаосань никак не мог унять дрожь. Он был потрясен увиденным до глубины души. Чжан Лаосань всегда считал Дин Жуна одним из сильнейших гениев, но на его глазах этот могучий практик оказался уничтожен в мгновение ока. Ему было трудно осмыслить произошедшее.
— Ты хорошо справился, Чжан Лаосань. Вот противоядие, которого хватит на три месяца. Остальные порции я раскидаю вокруг границы Великого Алого Срединного Региона через три месяца. Сможешь ли ты найти их, будет зависеть от твоей удачи. Запомни, три месяца ты должен скрываться. Если из-за тебя мои планы пойдут насмарку или случится еще что похуже, твое противоядие будет уничтожено.
— Д-да, я буду осторожен, — закивал Чжан Лаосань.
Цзян Чэнь равнодушно кивнул и повернулся к Хуан’эр:
— Следующий шаг — принять облик Дин Жуна.
Изумление читалось в глазах Чжан Лаосаня. Вдруг у него что-то щелкнуло в голове, и он воскликнул:
— Господин Цзян, вы… вы… вы же не собираетесь проникнуть в штаб-квартиру на территории Королевского Дворца Пилюль, чтобы выйти на Гун Ци, правда же?
Чжан Лаосань был неглуп. После всех вопросов Цзян Чэня о Гун Ци Чжан Лаосань вдруг понял, что он задумал.