Повелитель Трёх Королевств (3 Часть)

Глава 679. Проблемы Лин Би’эр

Из их разговора Цзян Чэнь понял несколько вещей. Император Фэйюй владел какой-то тайной, возможно, особенным предметом, из-за чего его преследовали Небесная Секта Девяти Солнц и Вечная Небесная Столица. Когда его тяжело ранили, он сбежал в Область Мириады и ушел от преследователей, проникнув в Высшую Сферу. Две секты решили, что он либо влачит жалкое существование в каком-то отдаленном уголке мира, либо отчаянно ищет наследника, которому сможет передать свое наследие и сокровища. Поэтому секты начали отправлять в разные уголки мира множество практиков, чтобы отыскать наследника Фэйюя или его самого. Но все они возвращались с пустыми руками. Более того, секрет, который им был нужен, был настолько важным, что они не могли заниматься поисками в открытую.

«Какой же такой тайной обладал Император Фэйюй, из-за которой две секты продолжали поиски в течение тысячи лет? Быть может, это — небесный эдикт?»

В любой секте первого уровня было множество Титулованных Великих Императоров, так что такие секты не стали бы прикладывать столько усилий ради обычных предметов. Цзян Чэнь считал, что их мог заинтересовать лишь небесный эдикт.

Что понималось под небесным эдиктом? Это был знак, которым отмечался практик небесной сферы после того, как Небеса признавали его. Обитатели многих планов бытия смертных считали практиков небесной сферы полубогами, а небесный эдикт — знаком божественной природы. Он свидетельствовал о благоволении Небес этому практику. После смерти такого практика его небесный эдикт мог быть очищен другими практиками.

Для многих Титулованных Великих Императоров, неспособных достичь следующего уровня культивирования, это был уникальный шанс добиться признания небесного Дао и стать практиками небесной сферы. Такой прорыв даровал необычайное могущество и долголетие. Поэтому Цзян Чэнь думал, что только ради такого ценного предмета, как небесный эдикт, члены сект первого уровня стали бы сражаться насмерть.

Тем временем Линь Хай и Цзюнь Мобай уже вступили в схватку. Судя по всему, они были практиками седьмого уровня сферы мудрости и даже превосходили по силе Дин Туна.

«Как же Небесная Секта Девяти Солнц коварна. Мало им было целой Секты Трех Звезд в качестве своей марионетки в Области Мириады, они еще и Цзюнь Мобая отправили шпионить в Королевский Дворец Пилюль. Этот малый неплохо скрывался», — подумал Цзян Чэнь. Если бы не предупреждение Дань Чи, он бы не догадался, что Цзюнь Мобай был шпионом. Так или иначе, хорошо, что эти двое сцепились. Цзян Чэнь был рад возможности спокойно отсидеться в стороне, пока два врага бьются друг с другом.

Пусть Область Мириады и не была его родиной, ему было не наплевать на этот регион и его благополучие. Неудивительно, что эти двое шпионов, мягко говоря, не вызывали у него никаких теплых чувств, но особенно Цзян Чэню мерзок был Цзюнь Мобай, проникнувший в Королевский Дворец Пилюль.

Цзян Чэнь привязался к Королевскому Дворцу Пилюль и ценил многих членов секты, например, Дань Чи, Му Гаоци, Юнь Не, сестер Лин.

Судя по всему, Линь Хай был сильнее, но Цзюнь Мобай был более коварным и изобретательным, так что сражались они более-менее на равных.

Преимущество Линь Хая сводилось к его флагу, который явно был мощным артефактом. Цзюнь Мобай не раз был близок к тому, чтобы перехватить инициативу, но одного взмаха флагом хватало, чтобы он снова перешел в оборону.

Как Цзян Чэнь и ожидал, недостаток жизненной энергии в этом месте привел к тому, что уже через пятнадцать минут ожесточенной схватки противники оказались вымотаны.

Их глаза налились кровью, они тяжело дышали, но ярость их никуда не ушла. Казалось, они не собираются отступать.

— Линь Хай, ты — ничто без своего флага! Это все, на что способна Вечная Небесная Столица? — крикнул Цзюнь Мобай, понимающий, что с этим проклятым флагом надо что-то делать, иначе он никогда не победит.

Линь Хай холодно фыркнул:

— Думаешь, ты такой сильный? На что ты способен без своих коварных уловок? Хватит трепаться и продолжай сражаться!

Пока эти двое сражались, Лин Би’эр нашла место с наследием практика девятого уровня императорской сферы в отдаленном уголке внутреннего региона!

Практик пришла сюда не за тем, чтобы умереть, а затем, чтобы применить технику возрождения, позволявшую найти жизнь в смерти. Она пыталась достичь в Высшей Сфере более высокого уровня, но в итоге умерла.

Это место было наполнено предметами для прорыва, так что среда эта была весьма благоприятной для Лин Би’эр. Она и так была на пороге прорыва, когда входила в Высшую Сферу, так что находка эта пришлась как нельзя кстати. Лин Би’эр решила добиться своего, и через сутки она совершила прорыв! К тому же этот процесс что-то пробудил в месте наследия, и она получила наследие практика девятого уровня императорской сферы.

Такой дар был даже лучше того, что некогда получил здесь Дань Чи. Лин Би’эр не уставала удивляться множеству ценных предметов, оставленных этим практиком. Наконец-то она поняла, как Цзян Чэнь стал таким сильным. Наверное, он в свое время нашел столь же потрясающее наследие, а теперь Госпожа Удача улыбнулась и ей. Обычно спокойная Лин Би’эр даже немного заволновалась. Если кто-то из внешнего мира узнает о ее находке, эти новости потрясут всю Область Мириады, и много кто захочет завладеть такими сокровищами.

«Нужно сохранить все это в секрете. Госпожа Шао Инь была выдающейся женщиной. На Континенте Божественной Бездны куда меньше практиков женского пола, чем мужского. Будучи женщиной-практиком, я должна стать достойной преемницей этой великой женщины…» — подумала Лин Би’эр. Она постепенно пришла в себя после изначального шока от такой удивительной находки. По меркам Области Мириады все сокровища почившего практика были невероятно ценными предметами. Она аккуратно спрятала их к себе и, почтительно поклонившись, произнесла:

— Госпожа Шао Инь, Лин Би’эр получила ваше наследие. Однажды я прославлю его на весь мир и сослужу добрую службу всем женщинам-практикам на свете.

Лин Би’эр не забыла отдать дань уважения своей невольной благодетельнице. Затем она ушла, решив не задерживаться и уничтожив все следы своего присутствия.

«Хм, я потратила шесть дней из девяти. Интересно, где же младший брат Цзян Чэнь?» — подумала Лин Би’эр. Мысли о Цзян Чэне не оставляли ее, так что она решила осмотреться вокруг и поискать его.

Вдруг ощущение приближающейся опасности охватило ее; едва она попыталась скрыться, как откуда-то слева донесся крик:

— Это Лин Би’эр из Королевского Дворца Пилюль!

Лин Би’эр вздрогнула, узнав этот голос. Это был Ван Цзяньюй, но что он здесь делал? Она поняла, что что-то пошло не так, и тут же бросилась прочь.

Но Ван Цзяньюй был слишком быстрым за три скачка догнал ее:

— И куда же ты собралась, сучка?

Лин Би’эр попыталась ускориться, но Ван Цзяньюй приземлился прямо перед ней. Он усмехнулся:

— Ну же, беги. Почему же ты стоишь?

Лин Би’эр взметнула свои тонкие брови:

— Глава дворца Ван, как вы посмели проникнуть в Высшую Сферу? Это — грубое нарушение правил! Вы не боитесь навлечь гнев всей Области Мириады на Дворец Священного Меча?

Ван Цзяньюй громко загоготал. После пережитых потрясений он был словно сам не свой и вел себя совсем не так, как подобает главе секты. Опасное безумие овладело им:

— Ха-ха, да какое мне дело до Области Мириады? Они даже себя спасти не могут. Какое мне дело до их гнева?!

Лин Би’эр помрачнела:

— Глава дворца Ван, что все это значит?

Ван Цзяньюй продолжил в том же духе:

— Что значит? Все просто: Области Мириады — конец! Я слышал, что у тебя, сучки, хорошие отношения с Цзян Чэнем. Значит, из тебя выйдет славная приманка!

Ван Хань и остальные тем временем подошли к ним, высокомерно улыбаясь. За Ван Ханем шел древний, сухой старик. При одном его виде что-то словно оборвалось в Лин Би’эр, и она ощутила себя совершенно беспомощной.

— Лин Би’эр, кто бы мог подумать, что настанет день, когда ты попадешь ко мне в руки! — воскликнул Ван Хань, залившись радостным смехом. Он так долго вожделел ее, но их секты были врагами, так что он не мог в открытую ухаживать за ней. Но она то и дело становилась объектом его развратных фантазий, и теперь извращенное чувство удовлетворения наполнило его сердце.

Глава 680. Появление Цзян Чэня

— Ван Хань? Как ты-то посмел войти в Высшую Сферу? — произнесла Лин Би’эр, с презрением посмотрев на Ван Ханя, вызывавшего в ней чувство омерзения.

Ван Хань уже не раз был унижен Королевским Дворцом Пилюль. После презрительной реплики Лин Би’эр у него в жилах начала закипать кровь. «Довольно вам, псам из Королевского Дворца Пилюль, издеваться надо мной; теперь я стал учеником эксперта императорской сферы! Как эта девка смеет так со мной говорить?!» Он фыркнул в ответ:

— Свой дрянной характер будешь показывать кому-нибудь другому. Твои слова здесь ничего не значат.

Ван Хань обратился к Цинь Мо:

— Достопочтенный мастер, эта женщина — ученица Королевского Дворца Пилюль, она близка с Цзян Чэнем. Он непременно появится, если мы схватим ее. Кроме того, я бы хотел свести счеты с Королевским Дворцом Пилюль. Поэтому я нижайше прошу вашего дозволения примерно наказать эту женщину, мастер.

Ван Хань понял, что первым делом всегда следует спрашивать разрешения Цинь Мо. Старику понравилась подчеркнутая почтительность ученика. Он кивнул:

— Закончи с ней побыстрее, не трать слишком много времени.

Старик знал, что через три дня Высшая Сфера должна была закрыться; времени оставалось немного. Ему нужно было поймать Цзян Чэня, всех прочих гениев сект Области Мириады он готов был убить без задней мысли.

Старику и его свите повстречалось восемь гениев, и каждого Цинь Мо приказал убить. К сожалению, одним из убитых оказался Не Чун из Королевского Дворца Пилюль. Разумеется, всю грязную работу старик скинул на Ван Цзяньюя. С каждым убитым обитателем Области Мириады Ван Цзяньюй все больше отдалялся от родного региона и становился все преданнее Секте Цитры.

Приказ господина пробудил в Ван Цзяньюе жажду крови. Он понимал, что Цинь Мо проверяет его верность, и ни минуты не колебался, убивая гениев Области Мириады. Пережитые потрясения и испытанное унижение явно породило в нем глубокую ненависть ко всем сектам Области Мириады. Его снедало желание выплеснуть эти эмоции самым разрушительным, кровавым образом. Поэтому практически каждый гений, повстречавшийся им в Высшей Сфере, погиб страшной смертью от рук Ван Цзяньюя.

Лин Би’эр была абсолютно обескуражена увиденным: обезумевшим Ван Цзяньюем, подхалимничающим Ван Ханем и невероятно сильным стариком.

Она не раз сталкивалась с трудностями, но в настолько опасной ситуации ей еще не доводилось оказываться. Сперва она не знала, что же ей делать. Она только что приняла наследие Шао Инь, и у нее были с собой талисманы побега. Один из них даже мог помочь прорваться через барьер, созданный практиком императорской сферы. Но она была в Высшей Сфере. Она не знала, как здесь сработают ее талисманы. К тому же она беспокоилась о Цзян Чэне. Судя по тону Ван Ханя, эти люди искали его.

Лин Би’эр колебалась. По ее подсчетам, шансы на удачный побег в случае использования талисманов Шао Инь равнялись шестидесяти-семидесяти процентам. Но что же будет с Цзян Чэнем? Она мельком посмотрела на таинственного старика и решила, что тот наверняка был практиком императорской сферы. Он был куда сильнее любого практика Области Мириады. Что же сможет поделать Цзян Чэнь, если столкнется с ними?

При всех талантах Цзян Чэня практик императорской сферы был слишком силен. Она стиснула зубы и приняла решение.

Вдруг она посмотрела на таинственного старика и произнесла:

— Господин, я не знаю, откуда вы пришли, и понимаю, что я вам не ровня. Вы схватили меня, но я прошу вас не причинять мне зла. Я готова подчиниться вашей воле, прошу об одном: не отдавайте меня Ван Ханю. Я предпочту смерть бесчестью! — твердо произнесла Лин Би’эр.

Ван Хань пришел в бешенство:

— Как ты смеешь строить из себя какую-то богиню! Теперь ты — всего лишь пленница. Я в любой момент могу превратить тебя в рабыню-наложницу!

Цинь Мо нахмурился и спросил:

— Ван Хань, ты уверен, что эта девушка дорога Цзян Чэню? Уверен, что Цзян Чэнь придет, если она будет у нас?

— Достопочтенный мастер, Цзян Чэнь весьма неравнодушен к этой суке. Он непременно появится.

— Хм. В таком случае она останется с нами. Не спеши делать с ней все, что захочешь. Решим, что с ней делать, когда поймаем Цзян Чэня.

В первую очередь старик хотел поймать Цзян Чэня. Он боялся, что если Лин Би’эр и впрямь предпочтет смерть бесчестью и убьет себя, у него не останется инструментов давления на Цзян Чэня.

Старик равнодушно посмотрел на Лин Би’эр и добавил:

— Девочка, я весьма стар, так что я не хотел бы без лишней надобности обижать такую прелестную девочку. Но если ты ослушаешься меня, я, не колеблясь, нарушу свое обещание. Даже если я не трону тебя, твои «знакомые» с радостью вплотную займутся тобой…

Старик зловеще усмехнулся. У Лин Би’эр волосы на голове встали дыбом от его слов. Усилием воли она взяла себя в руки и, изобразив на лице испуг и покорность, ответила:

— Я лишь прошу не унижать меня, господин.

— Пойдем, — махнул рукой старик. Свита продолжила поиски во внутреннем регионе. Им попалась еще пара гениев, которых Ван Цзяньюй мгновенно убил. Лин Би’эр была в ярости, но не могла ничего с этим поделать.

— Ван Хань, почему нам все еще не попался Цзян Чэнь? — несколько раздраженно спросил старик.

— Достопочтенный мастер, Цзян Чэнь метит высоко. Я полагаю, что он не во внутреннем, а в запредельном регионе, — предположил Ван Хань.

Немного подумав, старик махнул рукой и сказал:

— Тогда мы отправляемся в запредельный регион.

Лин Би’эр была встревожена как никогда. Ураган эмоций бушевал в ее сердце. Она знала, что Цзян Чэнь наверняка там, и надеялась, что мощные талисманы Шао Инь помогут им обоим спастись.

Лин Би’эр была примерно на семьдесят процентов уверена, что сможет сбежать одна. Но вместе с Цзян Чэнем их шансы на успех составляли процентов сорок, не больше. Но Лин Би’эр была готова пойти на этот риск.

Она не могла оставить Цзян Чэня один на один с таким могучим противником.

Даже если бы Цзян Чэнь не спас ее отца, Лин Би’эр все равно, не колеблясь, поступила бы также. Он был первым мужчиной, который смог пробудить в ее сердце нежные чувства. Лин Би’эр была готова умереть ради него.

Тем временем битва у озера продолжалась, но после шестичасовой схватки противники были порядком измотаны. Они успели использовать весь свой арсенал, но никто так и не смог взять верх.

Оба практика свалились на желтый песок; пространство вокруг было изборождено длинными и глубокими ямами. Оба одновременно начали отхаркивать кровь, пытаясь встать на ноги. Последний обмен ударами явно не прошел для них даром.

— Безумец, если продолжишь в том же духе, мы оба умрем здесь, Линь Хай! — выругался Цзюнь Мобай.

Линь Хай огрызнулся в ответ:

— Я не собираюсь умирать раньше тебя! Это ты-то меня называешь безумцем? А ты тогда кто? Не с собой же я сражаюсь!

Цзюнь Мобай вздохнул:

— Нам обоим придется несладко, если кто-то сюда придет.

— Ты получишь то, что заслуживаешь! — ответил Линь Хай. Проявив свойственное ему упорство, он кое-как встал на ноги и взмахнул флагом, собираясь нанести Цзюнь Мобаю последний удар.

Цзюнь Мобай побледнел:

— Ты и впрямь готов умереть, безумец?

Линь Хай фыркнул:

— Ты точно должен умереть, иначе как я смогу заполучить наследие Императора Фэйюя?

Цзюнь Мобай хотел что-то еще сказать, как вдруг его глаза широко распахнулись от изумления. Он уставился куда-то за спину Линь Хая, словно увидел самое удивительное зрелище в своей жизни. Линь Хай усмехнулся и произнес:

— Не пытайся меня провести, паренек. Думал, отвлечь меня и нанести неожиданный удар? Не слишком ли избитый трюк?

Линь Хай явно не верил реакции Цзюнь Мобая, но вдруг он услышал чьи-то шаги позади себя.

И шаги становились все громче.

Он запаниковал и чуть не упал, разворачиваясь. Позади стоял улыбающийся молодой человек.

— Цзян Чэнь… Цзян Чэнь? — едва выговорил Линь Хай, обернувшись к Цзюнь Мобаю. Сперва ему казалось, что эти двое были заодно. Он не знал, был ли Цзян Чэнь шпионом Небесной Секты Девяти Солнц. Ничего нельзя было исключать.

— Старший брат Линь Хай, старший брат Цзюнь, что вы?.. — с притворным удивлением произнес Цзян Чэнь, глядя на потрепанных практиков, пребывавших в весьма плачевном состоянии.

Цзюнь Мобай спешно метнул в сторону Линь Хая многозначительный взгляд и пустился в объяснения:

— Ты вовремя прибыл, младший брат Цзян Чэнь. Вот что произошло: мы обнаружили это место наследия, но Линь Хай начал драться за него, не желая отступать. Теперь мы оба ранены. К счастью, сюда пришел именно ты, а не то могло бы случится что-нибудь невообразимое.

Линь Хай понял, что Цзян Чэнь не был из Небесной Секты Девяти Солнц. Еще недавно он была врагом Цзюнь Мобая, но теперь они, не сговариваясь, действовали заодно. Оба понимали: если Цзян Чэнь узнает правду, им обоим конец. Линь Хай с сожалением хлопнул себя по лбу и произнес:

— Как глупо, как глупо с моей стороны. Брат Цзян Чэнь, численное преимущество на стороне Королевского Дворца Пилюль, так что наследие ваше. Я лишь прошу дать мне мою долю.

Цзян Чэнь не мог не признать, что эти двое были хорошими актерами и легко вживались в новые роли. Если бы он не знал, что они были шпионами, быть может, они бы и провели его. Неудивительно, что они так искусно дурачили всех остальных.

— Пожалуйста, подойди и дай мне руку, младший брат Цзян. Нужно торопиться, а не то нам ничего не достанется. Особенно если заявится Великий Чертог, — с деланной искренностью произнес Цзюнь Мобай.

Глава 681. Цзян Чэнь успешно обводит двоих шпионов вокруг пальца

Цзян Чэнь усмехнулся про себя. «Неужто эти два ублюдка и сейчас пытаются обмануть меня?»

— Не бойся, старший брат Цзюнь. Раз Линь Хай посмел оскорбить наш Королевский Дворец Пилюль, я прикончу его! — объявил Цзян Чэнь, прекрасно отдавая себе отчет в том, что эти двое бессовестно лицемерят.

При этих словах у Линь Хая сердце ушло в пятки. И он, и Цзюнь Мобай были измотаны, и вот перед ним, как назло, из всех гениев оказался самый непредсказуемый, тот, которому сдался даже Сян Цинь. Линь Хай, быть может, и на пике своих сил не смог бы победить Цзян Чэня, что уж говорить про его нынешнее состояние. Он тут же переменился в лице:

— Младший брат Цзян, наши секты всегда дружили. Твой старший брат и я сражались не насмерть; нами овладела гордыня, но никак не жажда крови.

Цзян Чэнь скорчил суровую мину:

— Вне всяких сомнений, этот дворец — это наследие могущественного практика. Я бы предпочел не делить его ни с кем, забрать все его дары для Королевского Дворца Пилюль.

Линь Хай спешно ответил:

— Если младший брат Цзян Чэнь пожелает, я готов отказаться от своей доли.

— Нет. Ты можешь навлечь на нас неприятности, рассказав кому-нибудь об этом месте! — твердо произнес Цзян Чэнь.

Теперь занервничал уже Цзюнь Мобай. Если Линь Хай и впрямь будет убит, его смерть окажется на совести Цзюнь Мобая. Более того, если Цзян Чэнь узнает, кто он такой на самом деле, Цзюнь Мобай ничего не сможет противопоставить ему. Да и потом, из мстительности на пороге смерти Линь Хай вполне мог все рассказать Цзян Чэню о Цзюнь Мобае.

Цзюнь Мобай тут же произнес:

— Младший брат Цзян, давай повременим с убийствами. Линь Хай искренне раскаялся. В конце концов, наши секты действительно давно дружат. Боюсь, если Секта Темного Севера узнает, что мы убили их первого гения, мы станем врагами, а ведь нам и Дворца Священного Меча хватает…

В иных обстоятельствах его слова прозвучали бы вполне разумно, но Цзян Чэнь понимал, что эти двое продолжают разыгрывать спектакль!

Он притворно задумался. Через некоторое время он произнес:

— В таком случае я помогу старшему брату залечить его раны. Вот, прими эту целебную пилюлю.

Цзян Чэнь непринужденно бросил пилюлю Цзюнь Мобаю. Как и положено шпиону, тот был склонен к паранойе и не знал, стоит ли ее принимать.

По его неуверенности было видно, что он всегда оставался настороже рядом с Цзян Чэнем. Цзюнь Мобай беспокоился, что Цзян Чэнь уже разгадал их секрет, и в то же время волновался из-за дворца. Даже если Цзян Чэнь не понял, кто они такие, вполне возможно, что он все равно убьет их, чтобы забрать наследие древнего практика.

Цзян Чэнь заметил, что Цзюнь Мобай колеблется:

— Старший брат Цзюнь, ты что, не доверяешь мне?

Цзюнь Мобай вдруг растерялся. Доверял ли он Цзян Чэню? Как мог он дать любой другой ответ, кроме утвердительного? Как знать, вдруг Цзян Чэнь ополчится против него, если почувствует недоверие Цзюнь Мобая? Так что Цзюнь Мобай расплылся в улыбке:

— Дело не в том, что я не доверяю тебе, просто я уже принял целебную пилюлю. Эту я приберегу на потом. Не стоит тратить напрасно столь ценное лекарство.

Цзян Чэнь помрачнел:

— Похоже, ты все-таки не доверяешь мне.

— Младший брат, мы — из одной секты. Не нужно подозревать меня. Неужто ты думаешь, что я объединился бы с Линь Хаем против тебя? Мы с тобой — товарищи по секте и должны поддерживать друг друга в Высшей Сфере.

Цзян Чэнь кивнул:

— В таком случае можешь оставить пилюлю на потом. Давай я помогу тебе встать.

Цзян Чэнь подошел к нему, протянув руку. Цзюнь Мобай глубоко вздохнул. Он знал, что это — его единственный шанс. Он уже готовится нанести подходящему к нему Цзян Чэню смертельный удар, как вдруг тот замер и с деланным любопытством произнес:

— Старший брат Цзюнь, есть лишь одна проблема…

— Что такое? — удивленно спросил Цзюнь Мобай.

— Дело вот в чем. На Горе Мерцающий Мираж мне повстречалось несколько людей; истинный ученик Небесной Секты Девяти Солнц, толстяк и король пилюль.

— Гора Мерцающий Мираж? Ученики Небесной Секты Девяти Солнц? — произнес содрогнувшийся Цзюнь Мобай. — Младший брат Цзян Чэнь, почему ты раньше об этом не говорил?

Тот почесал затылок:

— Я не хотел, чтобы прочие секты задавали слишком много вопросов, так что я опустил некоторые подробности.

— Ты не мог ошибиться? Обычным людям проход на гору закрыт. Пожалуй, даже истинный ученик Небесной Секты Девяти Солнц не смог бы вот так взять и проникнуть внутрь.

Цзян Чэнь усмехнулся:

— Тогда, быть может, я с кем-то их перепутал. Но у одного из них я забрал кое-что.

— Что же? — с любопытством спросил Цзюнь Мобай.

Цзян Чэнь достал Лунный Сокрушающий Нож. Сердце сжалось в груди Цзюнь Мобая, когда он увидел это оружие. Хоть он и был шпионом, постоянно живущим в Области Мириады, он знал о том, что происходило в Небесной Секте Девяти Солнц. К тому же он видел, как Цао Цзинь орудовал этим ножом, наведавшись в обитель Королевского Дворца Пилюль. Вид Лунного Сокрушающего Ножа в руках Цзян Чэня на секунду заставил Цзюнь Мобая остолбенеть. Но он быстро взял себя в руки и с деланным удивлением воскликнул:

— Младший брат Цзян Чэнь, этот Цао Цзинь, о котором ты говоришь, — это тот синебровый юноша?

Цзян Чэнь кивнул:

— Старший брат Цзюнь, откуда ты это знаешь?

От страха сердце заколотилось в груди Цзюнь Мобая. Он понял, что могучий старший брат Цао Цзинь был убит Цзян Чэнем!

— Младший брат Цзян Чэнь, ты невероятно силен! Тот синебровый юноша был гением Небесной Секты Девяти Солнц. Однажды он наведался в Королевский Дворец Пилюль с самыми дурными намерениями и использовал это оружие!

Цзян Чэнь радостно произнес:

— Все-таки он был из Небесной Секты Девяти Солнц, ха-ха, отлично!

Цзюнь Мобай поинтересовался:

— Так… что же случилось с Цао Цзинем?

— Я убил его. У него было много полезных предметов, — непринужденно ответил Цзян Чэнь.

Цзюнь Мобай почувствовал, как у него на теле волосы встают дыбом. И в этот момент…

Без предупреждения из глаз Цзян Чэня вырвался луч золотого света, угодивший Цзюнь Мобаю прямо в зрачки. Тот почувствовал, как по его телу и самой душе прошла дрожь. Затем он словно остолбенел. Что происходит?

Цзюнь Мобай чувствовал себя так, словно он вдруг оказался в ледяной пещере. Он что-то понял, но в этот момент второй луч проник в его глаза.

Волна за волной…

Волны золотого света все проникали и проникали в его зрачки; мощь Золотого Ока Зла обрушилась на него.

— Цзян Чэнь… ты! — едва выговорил Цзюнь Мобай. Он понял, что угодил в ловушку Цзян Чэня. Цзюнь Мобай был настороже, но это не помогло.

Линь Хай быстро понял, что к чему: Цзян Чэню все о них было известно. Он перепугался до смерти, все его мысли занимал побег. Но какие у него были шансы сбежать от Цзян Чэня в таком состоянии? Он развернулся, чтобы пуститься наутек, но вдруг понял, что желтые пески сменились бескрайним ледяным царством, а с неба сыпется густой, ослепительно белый снег.

— Цзян Чэнь, ты нас обоих обвел вокруг пальца! — стиснул зубы Линь Хай. Он понял, что оказался в формации Цзян Чэня. Тот лишь тянул время, чтобы одновременно поймать обоих противников в ловушку.

Цзян Чэнь специально тянул время: он не был уверен, что сможет справиться с ними двоими одновременно в случае лобовой атаки. С одним он вполне мог справиться, но вот второй мог бы сбежать с помощью какого-нибудь особенного талисмана, а то и нанести ему исподтишка смертельной удар.

Оттянув время, он не дал врагам возможности сбежать, использовав их желание во что бы то ни стало добраться до наследия Императора Фэйюя против них же самих.

Теперь Линь Хай был заперт в формации, и Цзян Чэнь мог спокойно добить Цзюнь Мобая. Ему нужна была возможность использовать Золотое Око Зла, чтобы нанести смертельный удар. В иных обстоятельствах Цзюнь Мобай мог бы использовать ментальную защиту, чтобы отразить эту атаку, но Цзян Чэнь намеренно упомянул Цао Цзиня, чтобы вывести врага из душевного равновесия. Секундной слабости хватило, чтобы использовать Золотое Око Зла.

Все шло по плану. Цзюнь Мобай среагировал слишком поздно. Изможденный Цзюнь Мобай ничего не мог сделать. Металлическая энергия проникла в его тело, и через несколько мгновений он превратился в металлическую статую. При виде поверженного Цзюнь Мобая, Цзян Чэнь убедился в том, что Золотое Око Зла стало сильнее, чем когда-либо.

Цзян Чэнь запрыгнул в формацию, покончив с Цзюнь Мобаем. Он использовал формацию не для того, чтобы убить Линь Хая, а для того, чтобы не дать ему сбежать. В формации техники для побега не работали. И у Линь Хая явно не было особых техник или артефактов для разрушения формаций.

Линь Хай злобно взглянул на Цзян Чэня, когда тот вошел в формацию.

— Цзян Чэнь, ты не можешь быть учеником Королевского Дворца Пилюль! Можешь больше не морочить мне голову! Скажи, к какой секте первого уровня ты принадлежишь? Насколько я знаю, лишь моя секта и секта Цзюнь Мобая знали о наследии Императора Фэйюя. Какая-то другая секта узнала о нем и смогла ничем не выдать себя? — полным ненависти тоном проскрежетал Линь Хай. Он просто не мог смириться с происходящим.

Глава 682. Останки Императора Фэйюя

Учитывая обстоятельства, понять, почему Линь Хай был уверен, что Цзян Чэнь родом из секты первого уровня было нетрудно. Все-таки этот загадочный юноша смог убить истинного гения Небесной Секты Девяти Солнц, обмануть его самого и Линь Хая и загнать их в ловушку. Ну не мог Линь Хай поверить, что гений Области Мириады был способен на такое.

По меркам Области Мириады Сян Цинь считался сильнейшим гением региона, но Линь Хай был уверен, что и он, и Цзюнь Мобай смогли бы с ним справиться. А Цао Цзинь был куда сильнее этих двух шпионов. Сян Цинь, например, ничего не смог бы противопоставить Цао Цзиню, а вот Цзян Чэнь оказался достаточно силен, чтобы одолеть его!

Неужто он был практиком императорской сферы? Линь Хая одолевали сомнения, им овладел страх. Он хотел добиться от Цзян Чэня правды.

Цзян Чэнь спокойно улыбнулся и уставился на Линь Хая:

— Старший брат Линь Хай, я и не знал, что ты — такой хороший актер.

— Цзян Чэнь, довольно притворства. Скажи, какую секту первого уровня ты представляешь! — гневно произнес Линь Хай.

— Не твое дело, шпион я или нет. Значит, Император Фэйюй, да? Вы пробудили во мне любопытство. Что же за это за практик такой, чье наследие заинтересовало сразу две секты первого уровня? Почему ваши секты веками упорно разыскивали его и даже проникли в Область Мириады?

Линь Хай нахмурился:

— Ты не знаешь?

Цзян Чэнь спокойно улыбнулся:

— Не знаю. Но по вашему разговору я кое-что понял. Ну? Все сам выложишь, или заставишь меня сделать тебя поразговорчивее?

Линь Хай громко рассмеялся:

— Думаешь, я добровольно выдам тебе все секреты? Я — ученик Вечной Небесной Столицы, я скорее умру, чем запятнаю свою честь! Думаешь, я бы испугался тебя, если бы этот идиот Цзюнь Мобай не довел меня до такого состояния?

Цзян Чэнь спокойно улыбнулся:

— Значит, будешь упорствовать до конца?

Линь Хай помрачнел:

— Пфф, тебе придется постараться, чтобы убить меня.

— Да неужели? — произнес Цзян Чэнь, доставая Воинские Четки и призывая одного воина небесной сферы мудрости и трех воинов земной сферы мудрости, которые тут же окружили Линь Хая.

Линь Хай побледнел:

— Цзян Чэнь, ты хоть что-то умеешь без своих грязных уловок? Сразись со мной один на один!

— Сразиться с тобой один на один? Нет уж, не хочу руки марать.

Цзян Чэнь не хотел тратить на него время и приказал воинам атаковать его. Силы Линь Хая были на исходе, и он ничего не смог противопоставить этой атаке. После нескольких мощных ударов он свалился на землю.

Цзян Чэнь подошел к Линь Хаю, который был на последнем издыхании, и забрал его флаг. Этот флаг явно был мощным артефактом, полезным как в защите, так и в обороне. Заодно Цзян Чэнь забрал кольцо-хранилище Линь Хая, а потом и кольцо-хранилище Цзюнь Мобая.

На этих двоих пришлось потратить некоторое время, и Цзян Чэнь не собирался задерживаться. Тем не менее к прекрасному дворцу он подходил осторожно. Это соленое озеро было очень опасным, даже Линь Хай и Цзюнь Мобай опасались его.

Цзян Чэнь хоть и обладал золотым телом Девяти Трансформаций Демонов и Богов, но не хотел проверять, насколько оно устойчиво перед разъедающим эффектом озера. Поэтому для защиты он использовал флаг Линь Хая. Цзян Чэнь понимал, что этот дворец сильно отличался от других мест в Высшей Сфере. Скорее всего, благодаря пространственным техникам этот дворец можно было переносить с собой. Но для того, чтобы сделать его переносным, сперва его нужно было очистить.

Чтобы подчинить себе дворец и сделать его переносным, сперва нужно было найти его ядро. Лишь тогда он сможет получить над ним контроль. Любой другой эксперт Континента Божественной Бездны подумал бы, что это было обычное здание Высшей Сферы. Но взору Цзян Чэня с его опытом прошлой жизни было открыто многое.

Учитывая недостаток жизненной энергии в Высшей Сфере, никто не стал бы строить дворец в таком месте. Более того, для секты такой дворец не подходил. Линь Хай и Цзюнь Мобай, судя по всему, использовали особую тайную технику, чтобы обнаружить следы сознания Императора Фэйюя.

Само собой, у такого способа отслеживания были свои ограничения. Если бы они не вошли в Высшую Сферу или блуждали вокруг этой области, они бы не заметили никаких следов. Из-за этих ограничений и соображений секретности Линь Хаю и Цзюнь Мобаю пришлось влиться в ряды сект Области Мириады и тайно искать следы Императора Фэйюя.

Император Фэйюй явно сбежал сюда от Небесной Секты Девяти Солнц и Вечной Небесной Столицы, так что внутри наверняка множество ловушек. Нужно быть осторожнее.

Император Фэйюй явно не горел желанием отдавать свое наследие врагам, так что Цзян Чэнь был настороже, опасаясь возможных ловушек. Снаружи дворец не казался слишком большим, но внутри там был словно совершенно другой мир.

«Какое величественное место. Не может быть, чтобы Титулованный Великий Император создал такое место. Если это место и впрямь связано с Императором Фэйюем, он явно не в одиночку создал его».

Цзян Чэнь полагал, что Император Фэйюй случайно обрел древнее наследие. Но о его находке стало известно Вечной Небесной Столице и Небесной Секте Девяти Солнц, после чего началась безжалостная охота.

Ступая по каменным ступеням дворца, Цзян Чэнь задействовал всю мощь сознания, чтобы мгновенно заметить любой источник опасности. К удивлению Цзян Чэня, никаких атак не последовало. Он не наскочил ни на одну ловушку.

«Как странно!»

Цзян Чэню с трудом верилось, что все будет во так просто. В этом месте явно находились мощнейшие барьеры, но пока они ничем себя не обнаруживали. Цзян Чэнь обладал обширным опытом прошлой жизни и чувствовал потоки энергии барьеров, которые расходились по дворцу.

Если бы эти барьеры были настроены так, чтобы срабатывать при малейшем признаке враждебной активности, Цзян Чэнь бы это почувствовал. Но барьеры были чрезвычайно пассивны, казалось, они вообще не реагируют на посторонних.

«Быть может, Император Фэйюй не смог подчинить себе это место? Может, поэтому он не сделал так, чтобы барьеры автоматически атаковали посторонних?»

Возможно, Император Фэйюй был убит до того, как сумел очистить древнее наследие этого дворца. Цзян Чэнь прошел через множество коридоров и наконец-то прибыл в дальний зал дворца. Едва он перешагнул порог, как его взору предстал мертвец в позе лотоса.

Издалека казалось, что впереди сидит обычный медитирующий человек. Лицо у него было совсем как у живого. Если бы не полное отсутствие любых следов жизненной энергии вокруг него, Цзян Чэнь мог бы подумать, что этот человек жив. Цвет кожи и лицо его были совсем как у живого.

Человек сидел в позе лотоса с сосредоточенным выражением лица. Казалось, он даже смерти не позволил нарушить свой величественный покой. На лице не было ни следа предсмертной агонии.

«Это — Император Фэйюй?» — подумал Цзян Чэнь. Приглядевшись, он увидел за спиной у практика пару крыльев. Это было удивительное зрелище. Он и вправду был Титулованным Великим Императором, раз его тело не сгнило даже через тысячу лет. Цзян Чэнь не спешил подходить к телу, внимательно изучая его взглядом. Вскоре он понял, что вокруг него нет никаких барьеров или ловушек.

Цзян Чэнь был совсем сбит с толку. Почему же, находясь в бегах, Император Фэйюй выбрал это открытое, незащищенное место в качестве своего последнего пристанища?

Может быть, Император Фэйюй совсем лишился сил перед своей смертью?

Вряд ли. Раз он умер с таким спокойным, умиротворенным видом, он явно не был беспомощен на пороге смерти.

Цзян Чэнь медленно подошел к нему. Затем он увидел несколько слов, выгравированных на полу перед Императором Фэйюем.

Послание тем, кто придет после меня:

«Меня зовут Фэйюй. Я беспрепятственно путешествовал по Континенту Божественной Бездны в течение тысячелетий. Без всяких на то оснований за мной начали охотиться Небесная Секта Девяти Солнц и Вечная Небесная Столица. Мой конец близок, и я решил сделать это место моим местом перерождения. Я отрину свою мощь и жизненную энергию в надежде войти в цикл перерождения. Человек, оказавшийся на пороге смерти, воспринимает все успехи и поражения как нечто преходящее.

Подобно тому, как от деревьев после смерти остаются семена, от человека остается его имя. Было время, когда я был сильнейшим на Континенте Божественной Бездны, я был героем тех времен. Поэтому я оставляю свое наследие в надежде, что мой будущий наследник вновь прославит имя Императора Фэйюя и отомстит за меня.

Мой наследник должен уничтожить Небесную Секту Девяти Солнц и Вечную Небесную Столицу…»

Далее Император Фэйюй описывал то, как укрывался от двух сект, и почему решил спрятаться здесь. Также он рассказал, почему решил спрятаться на дне озера и как ему это удалось.

«Я — титулованный император и никак не связан с Небесной Сектой Девяти Солнц и Вечной Небесной Столицей. Они охотились за мной не ради моего наследия боевого Дао, а потому, что я завладел древним наследием древней тайной области. Это древнее наследие когда-то принадлежало великому эксперту небесной сферы. Оно заключалось не только в небесном эдикте, но и в секретном указе из легендарной тайной области судьбы. Считается, что область судьбы связана с берегами небесного закона. Она позволяет практику напрямую связаться с небесным законом и достичь небесных высот…»

Цзян Чэнь с трудом верил своим глазам, читая послание Императора Фэйюя. Он догадывался, что среди сокровищ окажется нечто невероятно ценное, вроде небесного эдикта, но и подумать не мог, что у Императора Фэйюя окажется секретный указ, открывающий проход в тайную область небесного закона.

Пусть Цзян Чэнь и не слишком хорошо знал Континент Божественной Бездны, но он знал, что в каждом мире материального плана бытия были тайные области, связанные с небесным законом.

Обычно, когда эксперт из материального плана бытия получал признание небесного закона, он переходил в небесный план бытия через обычные пути небесной орбиты. Если же эксперт не получал такое признание, ему нужно было использовать тайные области. Такие области давали практику такой же шанс получить признание небесного закона и достичь небесного плана бытия.

Глава 683. Преобразование обители

В прошлой жизни Цзян Чэнь тщательно изучал самые разные материальные планы бытия. Многие гении, с которыми он был знаком, прибыли из материальных планов бытия, так что Цзян Чэнь немало о них знал. Эта тайная область судьбы была, скорее всего, тайной областью высочайшего уровня по меркам обычного плана бытия, наподобие Континента Божественной Бездны. Такие места редко появлялись просто так. Появление таких мест неизбежно приводило к серьезнейшим изменениям в обычных планах бытия. Все-таки путь к божественному закону порой появлялся даже реже, чем раз в тысячу лет.

Со времени перерождения Цзян Чэнь впервые увидел слова «небесные планы бытия». Пусть автор и не вдавался в подробности, Цзян Чэнь все равно почувствовал, как в его сердце пробуждается надежда.

Пусть вселенная была велика и полна небесных планов бытия, и пусть тот небесный план бытия, который был связан с Континентом Божественной Бездны, мог не иметь никакого отношения к тому, которым когда-то правил его отец, Цзян Чэнь все равно приободрился, увидев слова «небесные планы бытия».

Тайная область судьбы, небесный эдикт и небесные планы бытия… Все эти вещи находились за пределами понимания обычного обитателя Области Мириады.

«Неудивительно, что Вечная Небесная Столица и Небесная Секта Девяти Солнц тысячу лет гонялись за ним. Неудивительно, что они были готовы тысячу лет готовить плацдарм для действий в Области Мириады. Вот ради чего все это делалось».

Цзян Чэнь с самого начала подозревал, что все это затевалось ради чего-то подобного. Секта первого уровня не стала бы проявлять подобного упорства, если бы речь шла лишь о наследии Императора Фэйюя.

Все-таки у сект первого уровня не было недостатка в великих императорах. Да и обычных практиков императорской сферы, пусть и не обретших титула, в таких сектах было много. Ну не стала бы секта первого уровня прикладывать столько усилий ради наследия Фэйюя. В конце послания Фэйюй подчеркивал, что его наследник должен уничтожить Небесную Секту Девяти Солнц и Вечную Небесную Столицу.

По посланию сразу становилось ясно, как сильно Фэйюй ненавидел эти две секты. В этом не было ничего удивительного, ведь он погиб из-за ран, которые получил в ходе непрекращающегося преследования. Но что-то не давало Цзян Чэню покоя.

Что-то в послании Фэйюя было не так.

Если бы эти слова были обращены к обычному наследнику, все написанное было бы вполне разумным и не вызывало бы вопросов. Но Император Фэйюй явно не должен был надеяться на то, что его наследником станет обычный человек. Он должен был отдавать себе отчет в том, что, скорее всего, его последнее пристанище найдет одна из двух ненавистных ему сект. Какой же тогда был бы толк от этого послания?

Если бы сюда заявились люди из Небесной Секты Девяти Солнц или Вечной Небесной Столицы, им было бы плевать на какие-то там выгравированные слова. Его наследие было бы бесцеремонно присвоено! Более того, его тело наверняка был бы осквернено. Ну не мог такой умный человек, как Император Фэйюй, не понимать таких простых вещей.

То, что Фэйюй смог сбежать от двух сект и проникнуть в Высшую Сферу говорило о том, что он был умным, храбрым экспертом. Не мог же он не понимать, что первым, кто найдет его, вполне может оказаться член одной из враждебных сект, и что в таком случае его послание будет просто смешно?

«Будь я на месте Императора Фэйюя, я бы ни за что не допустил такого промаха. Я бы придумал, как заманить преследователей в ловушку».

Цзян Чэнь бы обязательно сделал все возможное, чтобы не дать врагам восторжествовать. Поэтому он и сам не спешил прикасаться к наследию Фэйюя, хотя оно было сразу за покойным практиком.

«Нужно быть осторожным. Император Фэйюй наверняка не просто так поместил туда свое наследие. Возможно, он это сделал специально, чтобы заманить членов двух сект», — подумал Цзян Чэнь. Воображение живо рисовало ему картину мощного взрыва, спровоцированного неосторожным прикосновением к наследию. Судя по мощи местных барьеров, на нынешнем уровне он бы не выдержал их атаки. Более того, даже Титулованный Великий Император вполне мог погибнуть от атаки барьеров, созданных практиком небесной сферы. А этот дворец явно был творением рук именно такого практика. Фэйюй лишь стал его временным хозяином.

Хотя Цзян Чэнь хотел забрать себе эти сокровища, он подавил это желание и решил сперва найти ядро дворца. Фэйюй наверняка преобразовал дворец, чтобы обрести над ним власть, но после его смерти он снова стал ничейным. Если Цзян Чэнь сможет найти его ядро, он сможет преобразовать его, как это некогда сделал Фэйюй, и стать его полноправным хозяином. Тогда он сможет обнаружить все ловушки, подготовленные Фэйюем.

«Хм, поступлю так. Нельзя вести себя так, как предполагаемые враги, которых мог ожидать Император Фэйюй, иначе я непременно угожу в ловушку».

Цзян Чэнь рассуждал здраво. Он знал, что ему нужно следовать собственной логике, а не позволять покойному Фэйюю водить себя за нос. Хотя последнее послание Фэйюя и не содержало конкретного руководства к действию, Цзян Чэнь полагал, что это послание было всего лишь способом заманить членов Небесной Секты Девяти Солнц и Вечной Небесной Столицы в ловушку.

Если бы он был практиком из одной из этих двух сект и не знал, как работают такие переносные жилища, то вполне мог бы неосторожно ломануться вперед. Страшно представить, какие последствия ждали бы его, если Фэйюй и впрямь подготовил здесь ловушку.

Цзян Чэнь четыре раза обошел дворец, внимательно оглядев каждый уголок. Любой другой гений Континента Божественной Бездны, окажись он на месте Цзян Чэня, растерялся бы из-за нехватки знаний об особенностях техник практиков небесной сферы. Цзян Чэнь же по своим познаниям превосходил любого эксперта небесной сферы: в этом заключалось его главное преимущество.

Четыре часа спустя Цзян Чэнь отметил три подозрительных места. На первый взгляд они казались вполне безобидными и едва ли выделялись на фоне убранства дворца. Но Цзян Чэнь был уверен, что одно из этих мест было ядром дворца. Поскольку в прошлой жизни ему довелось не раз видеть, как мастера создают подобные жилища, он хорошо понимал ход мысли практика, создававшего такой дворец. Он не сомневался, что эксперт, воздвигнувший эту обитель, выбрал одно из этих трех мест для ядра.

В первом месте, которое Цзян Чэнь мысленно просканировал, не было признаков ядра. Но вот второе место подходило идеально.

«Это оно!» — обрадовался Цзян Чэнь. Хотя раньше он никогда не испытывал такого чувства, он слышал, как другие люди его описывают. Он понял, что обнаружил ядро дворца. Как он и ожидал, едва он мысленно проник в ядро и попытался его преобразовать, как дворец откликнулся. Благодаря воспоминаниям из прошлой жизни, Цзян Чэнь быстро сообразил, что нужно делать дальше. Продолжая преобразовывать ядро, он чувствовал, как отклик дворца становится все явственнее. В его сознание потоками вливалась информация о дворце. Это был удивительное ощущение.

«Ха-ха, я так и знал, что это — переносная обитель. Хм, как я и думал, создатель этого жилища — эксперт небесной сферы. Более того, это был эксперт небесной сферы среднего уровня… Невероятно, этот эксперт небесной сферы среднего уровня — эксперт родом с Континента Божественной Бездны, живший двести сотен тысяч лет назад?! Так-так, в ту древнюю эпоху творились поистине великие дела», — удивленно думал Цзян Чэнь, продолжая воспринимать информацию.

Также ему в голову пришла догадка о том, что Фэйюй смог преобразовать лишь малую часть дворца. Он не смог полностью преобразовать обитель. В противном случае он смог бы использовать дворец, чтобы отбиться от обеих сект. Он смог бы использовать мощь барьеров, чтобы уничтожить преследователей. Судя по сохранившейся информации, барьеры дворца были невероятно мощными. Никто слабее практика небесной сферы не смог бы пережить их атаку. Впрочем, активировать эти барьеры было непросто.

Учитывая количество сохранившихся ресурсов, энергии хватило бы на три атаки. После трех атак нужно было найти новый источник духовной энергии. Лишь тогда можно было повторно активировать барьеры. Фэйюй явно не знал об этом, преобразовывая дворец.

«Эксперт небесной сферы, создавший этот дворец, был выдающимся практиком. Если бы не мои воспоминания из прошлой жизни, меня постигла бы та же судьба, что и Императора Фэйюя. Я бы не узнал обо всем, что есть в этом дворце».

Чувство удовлетворения овладело Цзян Чэнем. Он понял, что ему крупно повезло. Сам по себе дворец был находкой, а уж его атакующая и оборонительная мощь могла впечатлить даже секту первого уровня Континента Божественной Бездны.

«Жаль, что Императору Фэйюю не хватило времени, чтобы полностью преобразовать дворец. Он обнаружил его атакующий потенциал слишком поздно».

Цзян Чэнь понял это сразу же, как только закончил с преобразованием. Фэйюй овладел барьерами, но лишь под самый конец. Его наследие было тесно связано с ними.

На несколько секунд страх овладел Цзян Чэнем.

«Это и впрямь была ловушка. Если бы я поддался искушению и схватил то сокровище, меня постигла бы судьба, уготованная Императором Фэйюем для членов Небесной Секты Девяти Солнц и Вечной Небесной Столицы», — подумал Цзян Чэнь. Это была бы ужасная смерть. Но теперь дворец был в его распоряжении. Вся информация о нем, включая сведения о печальной участи Фэйюя, стала его достоянием.

— Мои соболезнования, Император Фэйюй. Отныне сей дворец будет принадлежать семье Цзян. Но не беспокойтесь, Небесная Секта Девяти Солнц — мой давний враг. Я отомщу им за вас. Что до Вечной Небесной Столицы, я буду не против мимоходом уничтожить и их, если они будут достаточно глупы, чтобы спровоцировать меня…

Последние события привели Цзян Чэня в хорошее расположение духа.

Этот дворец был прекрасной находкой. К несчастью, предыдущий владелец уже использовал одну из трех барьерных атак, установленных создателем. Осталось только два заряда. Когда они будут использованы, барьеры потеряют свой эффект. Для повторной активации потребуется огромное количество ресурсов. Даже нынешнее богатство Цзян Чэня не составляло и одной двадцатой количества ресурсов, которые требовались для одной атаки. Это было все равно, что пытаться потушить целую повозку горящих дров одной чашкой воды.
Глава 684. Два наследия

Хотя осталось всего два заряда, каждый из них мог спасти жизнь. По мере того, как информация о дворце проникала в сознание Цзян Чэня, он все лучше понимал, как работает жилище; он даже узнал, как звали его создателя. Практика небесной сферы среднего уровня звали Го Жань. Но, само собой, никакой информации, кроме имени, о создателе не было. Кроме небесного эдикта, во дворце хранился секретный указ, который выглядел как серебряный ключ. Его невыразительный внешний вид резко контрастировал с необычайной ценностью этого артефакта.

«Неужели этот секретный указ открывает путь к тайной области судьбы?» — подумал Цзян Чэнь. Он знал, что секретные указы использовали для проникновения в тайные области. Некоторые выглядели как ключи, некоторые — как талисманы, а иные были артефактами, удостоверяющими личность. Если кто-то пытался проникнуть в тайную область без секретного указа, барьеры активировались и атаковали чужака. Цзян Чэнь решил, что ему нужно непременно посетить эту тайную область, если уж она и впрямь настолько великолепна. Она могла привести его прямо к берегам небесного закона. Если он сможет связаться с ним, быть может, ему удастся добраться до небесных планов бытия.

«Вне зависимости от того, существует эта тайная область или нет, я должен сохранить указ. На нынешнем уровне культивирования я не смогу сам проникнуть в тайную область, но с помощью этого предмета мне откроется проход в тайную область, когда она появится».

Для Цзян Чэня секретный указ был даже ценнее, чем небесный эдикт. Хотя даже Титулованные Великие Императоры готовы были ожесточённо сражаться за эдикт, словно бешеные псы, он не шел ни в какое сравнение с настоящим секретным указом.

Пока Цзян Чэнь не знал, существовали ли на Континенте Божественной Бездны практики небесной сферы. По крайней мере, пока они ему не попадались, несмотря на его уникальное положение в Области Мириады. Также ему было неизвестно, имелись ли такие практики в сектах первого уровня. Но даже если они и существовали, они были такой же редкостью, как перья феникса или драконья чешуя. Скорее всего, ни одного такого практика не появлялось за последнюю тысячу лет. Многие Титулованные Великие Императоры не могли рассчитывать на то, чтобы добиться признания небесного Дао путем самостоятельного культивирования, и для них использование чужого небесного эдикта было лучшим способом достичь небесной сферы. Поэтому за небесные эдикты шла ожесточенная борьба. Разумеется, их существование старались держать в секрете.

Секретный указ тайной области судьбы, небесный эдикт и дворец. Таковы были три наследия Го Жаня, и каждое из них было бесценным сокровищем по меркам Континента Божественной Бездны.

«Подумать только: от тысячелетней подготовки Небесной Секты Девяти Солнц в итоге выиграл я!» — подумал Цзян Чэнь, чуть не расхохотавшись от этой мысли. Уж кому-кому, а Небесной Секте, которая стала его заклятым врагом, он ни капли не сочувствовал, поэтому он искренне радовался тому, что плоды их трудов достались ему.

После преобразования ядра Цзян Чэнем связь между дворцом и Фэйюем исчезла, и его защитные барьеры были теперь неопасны. Похоронив Фэйюя, Цзян Чэнь взял его наследие. Было бы расточительством не забрать его. Фэйюй явно был совсем непрост, раз смог самостоятельно достичь уровня Титулованного Великого Императора, будучи вольным практиком вне какой-либо секты.

Слава Фэйюя обусловливалась рядом факторов. Во-первых, у него были крылья. Насыщенные элементами грома и ветра, они позволяли ему летать высоко над облаками с молниеносной скоростью. Он считался самым быстрым практиком среди Титулованных Великих Императоров. Если бы две секты не устилали его путь множеством ловушек, они бы ни за что не смогли так долго преследовать его. И тогда он бы не погиб от полученных ран. Когда ему нанесли серьезные ранения, он смог сбежать с помощью крыльев, из-за которых славился по всему Континенту Божественной Бездны.

Техника под названием «Тактика Полета Пера» использовалась в сочетании с крыльями. Она позволяла практику перемещаться с молниеносной скоростью. Кроме того, Фэйюй (1) владел известной техникой клинка под названием «Клинок Полета Пера», которая отлично сочеталась с Тактикой Полета Пера. Пока практик двигался со скоростью ветра, клинок был практически невесомым, и всего мгновения было достаточно, чтобы сделать из тяжелого клинка легкий или изменить скорость атаки, что делало практика практически непредсказуемым; эта техника считалась одной из самых впечатляющих на Континенте Божественной Бездны.

У Фэйюя было еще одно сокровище: Зеркало Полета Пера. Когда его свет настигал противника, тот сильно замедлялся. Эффект был потрясающим, каким бы быстрым ни был противник. В прошлом Фэйюй не раз сражался с прочими Титулованными Великими Императорами и убил множество врагов своего уровня с помощью сочетания Зеркала и Клинка Полета Пера. Зеркало позволило ему вырываться из окружения Титулованных Великих Императоров, когда за ним началась погоня. Эти артефакты и техники позволили Фэйюю превзойти множество других Титулованных Великих Императоров.

Большинство обычных Титулованных Великих Императоров не могли сравниться с Фэйюем, даже если они были родом из богатых и могущественных сект. Судьба явно была благосклонна к Фэйюю, ведь ему повезло заполучить наследие древнего практика небесной сферы. Такой шанс выпадает раз в жизни! Но была и обратная сторона медали: находка привлекла лишнее внимание. Как минимум десять Титулованных Великих Императоров были отправлены двумя сектами первого уровня на поиски Фэйюя. В ходе битвы Фэйюю пришлось выложиться на полную, чтобы выжить, пусть и с ранениями. Но он сумел уйти от преследователей, скрывшись в Области Мириады.

Преследователям оставалось лишь гадать; они решили, что он пересек Область Мириады и ушел в безлюдную пустошь, куда даже секты первого уровня не смели соваться сгоряча. Они думали и о Высшей Сфере, но решили, что минимальное количество жизненной энергии в этом месте не позволит Титулованному Великому Императору долго протянуть. К тому же в те времена Империя Мириады еще существовала, так что бесцеремонное проникновение в Высшую Сферу могло спровоцировать Империю Мириады, и секрет Фэйюя мог быть раскрыт. Поэтому и Небесная Секта Девяти Солнц, и Вечная Небесная Столица предпочли действовать скрытно и осторожно, чтобы не привлечь внимание властей этого региона.

Лишь сотню лет спустя две секты додумались внедрить своих людей в Область Мириады, чтобы их молодые гении могли обыскать Высшую Сферу. Их шпионы успешно добивались успеха в каждой Великой Церемонии, но всякий раз возвращались из Высшей Сферы с пустыми руками. Лишь спустя много лет Линь Хай и Цзюнь Мобай, опираясь на опыт своих предшественников и избегая изведанных троп, нашли то, что искали.

Но в итоге все досталось Цзян Чэню. Большая часть наследия Фэйюя не вызвала у Цзян Чэня никаких затруднений, но вот для преобразования крыльев потребовалось полдня. Ему едва удалось поставить на них свою метку, а для полноценного очищения, видимо, должно было потребоваться лет пять. Само собой, это было не к спеху. Глупо было бы ожидать, что получится очистить наследие Фэйюя за несколько минут.

Тем временем, прошло уже примерно семь дней с тех пор, как Цзян Чэнь прибыл в Высшую Сферу. Он решил покинуть ее заранее. Ему не терпелось узнать, что творится во внешнем мире. Шестое чувство подсказывало ему, что во время церемонии что-то должно произойти. Он не знал, что именно, но знал, что ничего хорошего ждать не стоит. Поэтому не хотел больше тратить время на поиск наследия.

Когда дворец был преобразован, Цзян Чэнь смог уменьшить его до размеров горчичного зернышка и спрятать. Цзян Чэнь последовал инструкциям, оставленным предыдущим владельцем, и превратил дворец в лучик света, который плавно влился в сознание Цзян Чэня.

Закончив с дворцом, Цзян Чэнь спихнул трупы Линь Хая и Цзюнь Мобая в соленое озеро. Благодаря разъедающим свойствам озерных вод, вскоре их трупам предстояло раствориться без следа. Теперь Небесной Секте Девяти Солнц и Вечной Небесной Столице было не найти ни следа своих учеников в этом месте. Они никогда не узнают, что тысячу лет назад здесь погиб Фэйюй.

Скрыв все следы, Цзян Чэнь пошел прочь. Запредельный регион был огромен. Если бы не нефритовый жетон, указывающий путь, он бы наверняка заблудился. Цзян Чэнь хотел найти портал, чтобы раздавить жетон и перенестись за пределы Высшей Сферы. Ему хотелось побыстрее покинуть это гиблое место.

И вдруг он замер. Кто-то словно звал его по имени. Неужто это были галлюцинации? Обычно в запредельном регионе стояла мертвая, гнетущая тишина, но этот звук становился все отчетливее и отчётливее.

— Цзян Чэнь, трусливый ты ублюдок! Тебе что, плевать на свою любовницу? Так и будешь прятаться, пока эта девка Лин Би’эр находится у меня в плену? Если ты не появишься в ближайшие двадцать четыре часа, сперва я наслажусь ей, а потом и все остальные…

Цзян Чэнь не ослышался: это был Ван Хань! «Как такое возможно? Как он попал в Высшую Сферу?»

____________________________________________________________________

1. Прим. переводчика: имя практика «Фэйюй» в переводе с китайского означает «полет пера».

Глава 685. Столкновение на узкой тропе

«Если я не ошибаюсь, этот паршивец должен был свалить домой», — вдруг Цзян Чэнь понял: — «Как я и ожидал, во внешнем мире началось что-то серьезное. Иначе секты Области Мириады не пустили бы Дворец Священного Меча в Высшую Сферу».

Цзян Чэня охватило волнение и жажда крови. Он был уверен, что Дворец Священного Меча объединился с внешними врагами. Иначе они не смогли бы справиться с Королевским Дворцом Пилюль и Сектой Темного Севера, не говоря уже о Великом Чертоге, и не вели бы себя так нагло в запредельном регионе Высшей Сферы.

— Ха-ха, Цзян Чэнь, эта Лин Би’эр — чертовски привлекательная девка. Какой юноша Области Мириады не хочет ее? Представляешь, что тут начнется, если я раздену ее? Все только и будут говорить о том, какой безотказной стала богиня Области Мириады, которая раньше считалась горделивой недотрогой, — донесся до Цзян Чэня полный ненависти голос Ван Ханя, который вымещал злобу на Лин Би’эр.

Цзян Чэнь был в ярости. Если бы Ван Цзяньюй не вмешался в тот раз на арене, Ван Хань уже был бы мертв. Недобитая гадюка, как известно, — источник опасности.

— Ван Хань, мелкий ублюдок, похоже, ты решил окончательно вывести меня из себя!

Ученик Дворца Священного Меча перешел черту. Больше всего Цзян Чэнь ненавидел тех своих врагов, которые опускались до того, чтобы брать в заложники его близких. Лин Би’эр, его старшая сестра, была для него одним из самых близких людей в Королевском Дворце Пилюль. Пусть они и не были любовниками, как заявлял Ван Хань, Цзян Чэнь знал, что старшая сестра ценит его, и считал, что обязан ее защищать.

Неважно, действительно ли Ван Хань поймал Лин Би’эр или нет, его слов было достаточно, чтобы Цзян Чэнь принял решение: Ван Хань должен умереть! Несмотря на ярость, Цзян Чэнь не потерял самообладания. У Ван Ханя явно были союзники, раз он позволял себе такое дерзкое поведение, причем кто-то куда сильнее Ван Цзяньюя.

«Неужели… Небесная Секта Девяти Солнц выступила в открытую?»

Цзян Чэнь не знал, что и думать. Такой вариант был маловероятен, ведь эта секта явно хотела сохранить всю эту историю с Фэйюем в секрете, не привлекая внимания прочих сект первого уровня.

«Если не Небесная Секта Девяти Солнц, тогда… это — Вечная Небесная Столица?» — подумал Цзян Чэнь, но тут же покачал головой. Обе секты были в одинаковом положении. Обеим было нужно действовать в тайне, полномасштабное вторжение явно не входило в их планы.

До Цзян Чэня все время доносились пошлые, насмешливые комментарии Ван Ханя. Вдруг Цзян Чэнь отчётливо услышал ледяной голос Лин Би’эр:

— Ван Хань, ты лишь позоришь себя своими словами; кто бы мог подумать, что первый гений Дворца Священного Меча окажется способным на такую низость. Какой позор! Пусть у тебя и появился покровитель императорской сферы, ты все равно остался ничтожеством. Даже если признаешь Великого Алого Императора своим владыкой, для Цзян Чэня ты всегда останешься ничтожеством.

Цзян Чэнь помрачнел, услышав голос Лин Би’эр. Значит, Ван Хань действительно схватил ее! Цзян Чэнь окончательно рассвирепел.

— Ван Хань! Ван Хань! — с небывалой ненавистью в голосе прокричал Цзян Чэнь. Этот ублюдок сам напросился!

С трудом Цзян Чэнь взял себя в руки. Он знал, что слова Лин Би’эр были предупреждением. Великий Алый Срединный Регион, практики императорской сферы…

Цзян Чэнь проняла дрожь; он и подумать не мог, что врагом окажется Великий Алый Срединный Регион. Неужели спустя шестьсот лет история повторялась? Это вторжение сильно все усложняло.

«Великий Алый Срединный Регион… Великий Алый Срединный Регион».

Пламя ярости еще пылало в душе Цзян Чэня, но он уже пришел в себя; самообладание вернулось к нему. Теперь он знал, кто бы его врагом, и что из этого следовало. Великий Алый Срединный Регион был соседним регионом, враждебно настроенным по отношению к Области Мириады. Открытое вторжение не было неожиданностью.

Но какой предлог они нашли на этот раз? В тот раз они вторглись под надуманным предлогом мести за поруганную честь святой девы, но какой повод они нашли на сей раз? Еще один вопрос тут же пришел на ум Цзян Чэню: — «Если Великий Алый Срединный Регион действительно вторгся, неудивительно, что Дворец Священного Меча бессовестно переметнулся на их сторону. Но почему же эксперт императорской сферы стал покровителем Ван Ханя и позволил ему бесчинствовать? Быть может, они пришли сюда, чтобы найти меня?»

Цзян Чэнь не верил, что Ван Хань сам по себе представлял особый интерес для такого сильного практика.

Скорее всего, эксперт императорской сферы пришел сюда ради него. Ван Хань был здесь просто в качестве пушечного мяса. Цзян Чэнь подозревал, что он нужен практикам Алого Региона, но подозревал, что это как-то связано с травами небесного уровня или Пилюлей Долголетия.

Они наверняка самостоятельно прознали о его сокровищах, а о том, что он был в Высшей Сфере, они узнали от Дворца Священного Меча. Цзян Чэнь чувствовал, что Ван Хань и остальные приближаются; их разделяло километров пять, не больше.

Не получив никакого ответа на свои едкие комментарии, Ван Хань гневно взглянул на Лин Би’эр:

— Дешевка, думаешь, мы не заметили, что ты предупредила Цзян Чэня? Как мило! К несчастью, этот ублюдок от страха сбежал, поджав хвост, и забился в самый дальний угол, забыв о своей любовнице. Ему плевать на тебя!

Лин Би’эр презрительно фыркнула:

— Говорить с таким бессовестным человеком — ниже моего достоинства.

Ван Хань пришел в бешенство:

— Ах ты, сучка! Все еще мнишь себя невесть кем? Подожди сутки, ты у меня не так запоешь: выдрессирую тебя так, что сама будешь хотеть, чтобы я взял тебя силой! Ха-ха, жду не дождусь!

Хотя внутри у Лин Би’эр все сжалось от ужаса, она не подала виду. Она равнодушно посмотрела на Цинь Мо:

— Господин, я согласилась идти с вами при условии, что меня не будут унижать. Если вы не сдержите свое слово, мне не останется ничего другого, кроме как взорвать свой духовный океан.

Цинь Мо мягко усмехнулся:

— Девка, ты что, угрожаешь мне? Запомни: если мы не поймаем Цзян Чэня, можешь не ждать от меня легкой смерти, а уж Ван Хань точно тебя не пожалеет!

Цинь Мо долго блуждал по запредельному региону, но Цзян Чэня не было и следа, отчего старик становился все более и более раздраженным. Он смог сдержать скорость расходования жизненной энергии до уровня практика сферы мудрости, но времени все равно было не слишком много. Если поиски не увенчаются успехом, получится, что он просто так пожертвовал возможностью забрать травы земного уровня у сбежавших практиков Королевского Дворца Пилюль.

Он отправился за Цзян Чэнем ради потенциальной выгоды. Великий Алый Император подчеркивал важность поимки Цзян Чэня, но пока Цинь Мо так и не смог до него добраться. Неудивительно, что старик был удручен.

По пути он воздерживался от того, чтобы давить на Лин Би’эр, потому что был уверен, что в случае чего запросто сможет совладать с ней. Поэтому он и не торопился нарушать свое слово. Но когда Цзян Чэнь окажется в плену, клятвы не будут играть никакой роли. Учитывая жестокость Цинь Мо, Лин Би’эр точно могла не рассчитывать на снисхождение.

Лин Би’эр слегка помрачнела, услышав эти слова. Но ее решимость никуда не делась. Он была процентов на семьдесят уверена, что талисманы госпожи Шао Инь позволят ей сбежать, но она хотела сбежать вместе с Цзян Чэнем, когда найдет его. Поэтому она была готова рискнуть и ждать, пока Высшая Сфера не закроется.

— Мастер, эта низкая девка предупредила Цзян Чэня. Почему бы нам не заткнуть ей рот? — произнес расстроенный Ван Хань, желая подлить масла в огонь.

Цинь Мо махнул рукой:

— В это нет нужды. Пусть кричит, сколько влезет. Судя по твоим словам, Цзян Чэнь ценит дружбу и предан своим близким. Он не сбежит, услышав ее голос.

Ван Хань испытал прилив неловкости, услышав эти слова, и немудрено: он-то предал свою родину, чтобы спасти свою шкуру. Слова Лин Би’эр о том, что для Цзян Чэня он всегда будет ничтожеством, не давали ему покоя. Стыд Ван Ханя перерастал в ярость.

Ван Хань открыл рот, словно желая что-то сказать, но вдруг Цинь Мо переменился в лице, и его губы растянулись в странной улыбке:

— Ван Хань, Ван Цзяньюй, приглядывайте за этой девкой и продвигайтесь на запад.

Едва старик произнес эти слова, как его охватило золотистое сияние, и он унесся вдаль.

Ван Цзяньюй зловеще усмехнулся, подходя к Лин Би’эр, чтобы схватить ее. Вдруг она переменилась в лице, раздавив в руке талисман. Ван Цзяньюй увидел лишь вспышку света, после которой Лин Би’эр и след простыл.

Глава 686. Отважная Лин Би’эр

Черт возьми! Увидев, что произошло, Ван Цзяньюй тут же устремился за исчезающим лучиком света. Ван Хань тоже побледнел; если бы Ван Цзяньюй не был его дедом, он бы разразился ругательствами.

— За ней! — воскликнул Ван Хань. Члены Дворца Священного Меча тут же повиновались, ведь теперь Ван Хань занимал даже более высокое положение, чем Ван Цзяньюй, поскольку он был учеником Цинь Мо. Кто бы посмел ослушаться его?

Они преодолели пять километров, и вдруг их взорам предстал величественный дворец. Он возвышался над желтыми песками и занимал площадь более чем в сотню акров. Примерно в километре от дворца остановился удивленный Цинь Мо. Такого он не ожидал. Зачем возводить такой дворец в месте, где отсутствует жизненная энергия? Еще больше старик удивился, увидев перед дворцом силуэт человека. Он явно был молод, но было в его облике что-то особенное.

— Цзян Чэнь? — удивленно воскликнул Цинь Мо.

Цзян Чэнь холодно ответил:

— А ты кто такой? Если не ошибаюсь, в Области Мириады нет практиков твоего уровня.

Цинь Мо громко рассмеялся:

— Славно, славно, славно… Я не ожидал, что среди молодых гениев Области Мириады окажется кто-то настолько храбрый. Интересно, твоя храбрость от слепоты или излишней самоуверенности?

Вскоре прибыла свита Ван Цзяньюя. Тот перепуганным тоном произнес:

— Господин… девчонка… девчонка…

Цинь Мо обратил на него ледяной взор:

— Где она?

— Достопочтенный мастер, эта хитрая девка использовала талисман побега исчезла со вспышкой света, — удрученно произнес Ван Хань.

Цинь Мо гневно зыркнул в его сторону:

— Бесполезное ничтожество!

Ван Цзяньюю осталось лишь смиренно склонить голову, но про себя он подумал: — «Ты же сам был уверен, что она не сбежит от тебя, и даже не стал ее связывать! Чего удивительного в том, что она сбежала?»

Впрочем, затем Цинь Мо ухмыльнулся:

— Плевать. Девчонка больше не нужна, ведь виновник торжества уже здесь.

Ван Хань резко перевел взгляд на Цзян Чэня, стоявшего у дворца, и радостно воскликнул:

— Цзян Чэнь, ублюдок! Похоже, ты любишь строить из себя защитника попавших в беду девиц.

Цзян Чэнь равнодушным тоном ответил:

— Ван Хань, я бы на твоем месте поджал хвост и помалкивал. Кажется, я был о тебе слишком хорошего мнения. Я не ожидал, что ты переметнешься на сторону врага и признаешь разбойника своим отцом. Вот только родственные отношения получаются какие-то странные. Раз Ван Цзяньюй — твой дед, а Великий Алый Император — твой крестный отец, получается, Ван Цзяньюй — отец императора?

Ван Цзяньюй тут же переменился в лице. Он испытывал страх. Цзян Чэнь явно пытался подставить его. Хотя его слова о том, что Ван Хань признал Великого Алого Императора своим крестным отцом, были чушью, он действительно признал Цинь Мо своим господином, в некотором роде — своим крестным отцом. Раз Ван Цзяньюй был дедом Ван Ханя, получалось, он и вправду был как бы старше Цинь Мо. Холодный пот тут же пробил Ван Цзяньюя.

Цинь Мо же совершенно не задели эти слова. Он холодно взглянул на Цзян Чэня, а затем угрожающе усмехнулся:

— Паршивец, а ты остер на язык.

Затем он взмахнул рукой, и к небу устремились семь струн цитры, подобно созвездию. Из струн вырвались лучи яркого света, которые быстро образовали непробиваемую клетку, опустившуюся на окрестности.

— А ну спускайся сюда! — воскликнул Цинь Мо и опустил руку. Вдруг высоко в небе луч света врезался в стену, образованную переплетенными струнами цитры.

Поток света рассеялся, и из него выпала Лин Би’эр.

Цинь Мо расхохотался, подхватывая Лин Би’эр огромной ладонью из духовной энергии. Все произошло с молниеносной скоростью. Даже Ван Цзяньюй не успел понять, кого пытается поймать Цинь Мо. Все были поражены мощью и способностями эксперта императорской сферы.

Цзян Чэнь тут же предпринял меры предосторожности, когда Цинь Мо использовал свою технику, но вскоре понял, что его целью был не он. К сожалению, Лин Би’эр снова оказалась в руках врага.

— Ха-ха, эта девка просто беззаветно предана ему. Ты могла бы сбежать, но вернулась, чтобы умереть. Неужто ты хотела сбежать с этим паршивцам, чтобы улететь, словно пара уток? — смеялся Цинь Мо, гордясь своей силой.

Теперь Цинь Мо было плевать на то, что у Цзян Чэня мог оказаться мощный талисман побега, ведь заложница была у него в руках.

— Цзян Чэнь, преданностью этой девчонки нельзя не восхищаться. Она пришла сюда, несмотря на опасность. Скажи-ка, хочешь, чтобы я выполнил ваши желания и дал вам умереть вместе? — расхохотался Цинь Мо, глядя на Цзян Чэня.

Лин Би’эр хотела тайком вернуться и сбежать с Цзян Чэнем, но в итоге оказалась в плену. Она воскликнула:

— Младший брат, забудь обо мне, убегай! Великий Алый Срединный Регион начал полномасштабное вторжение, судьба Области Мириады под угрозой. Спасись, чтобы потом отомстить за всех нас!

Лин Би’эр не думала о себе, ей даже было стыдно, что из лучших побуждений она поставила Цзян Чэня в такое положение.

Ван Хань боялся, что Цзян Чэнь и впрямь мог бросить ее с и сбежать. Он холодно рассмеялся:

— Цзян Чэнь, куда же делось твое красноречие? Эта шлюха так преданна тебе. Неужто ты ее оставишь?

В его голове мигом созрел план.

— Ван Хань, ты, готовый признать разбойника своим покровителем, не стоишь того, чтобы говорить с тобой, — произнес Цзян Чэнь, переводя взгляд на Цинь Мо. — Какое положение ты занимаешь в Великом Алом Срединном Регионе?

Цинь Мо рассмеялся:

— Паршивец, хочешь вытянуть из меня сведения? Что ж, я подыграю тебе: я — глава Секты Цитры.

— Секта Цитры… — равнодушно кивнул Цзян Чэнь. — Я это запомню. Теперь говори, чего хочешь.

Цзян Чэнь не мог использовать силу, пока Лин Би’эр была в руках врага. Цинь Мо спокойно посмотрел на Цзян Чэня, подбирая слова. Но тут встрял Ван Хань:

— Во-первых, отдай моему мастеру все травы небесного и земного уровня, а также Пилюлю Долголетия!

Цзян Чэнь холодно ухмыльнулся. Он вскинул брови и обратился к Цинь Мо:

— Неужто в Секте Цитры совсем забыли о субординации, и какая-то мелкая сошка имеет право говорить от лица главы секты?

Цинь Мо равнодушно улыбнулся:

— Мальчишка, не пытайся разжечь между нами вражду, у тебя ничего не получится. Слова Ван Ханя — мои слова; отдавай предметы.

Старик был хитер и опытен. Ван Хань обрадовался, услышав его слова.

Теперь настал черед Цзян Чэня подумать. Старик был хитер, переиграть его будет непросто. Цзян Чэнь впервые столкнулся с практиком императорской сферы. Но он не потерял самообладания и спокойно улыбнулся:

— Думаешь, раз я моложе, то совсем глуп? Если я отдам тебе все, то просто подпишу себе смертный приговор.

Цинь Мо усмехнулся:

— Хочешь, чтобы я лично занялся твоей прелестной старшей сестрой?

Цзян Чэнь холодно ответил:

— Теперь мне уже нечего терять. Ты — практик императорской сферы, нам нечего тебе противопоставить. Если ты навредишь моей старшей сестре, я уничтожу травы и умру в схватке. Раз моя старшая сестра предпочла верность жизни, я поступлю так же. Не рассчитывай получить травы просто так!

Цзян Чэнь ясно давал понять, что в крайнем случае просто постарается забрать с собой побольше врагов. Каким бы жестоким ты ни был, кроме наших жизней, ты ничего не получишь, даже и думать забудь о травах!

Цинь Мо застыл на месте. Этого он боялся больше всего. Если Цзян Чэнь действительно уничтожит все травы, путешествие в Высшую Сферу окажется бессмысленным: ни трав, ни пилюль. Унижение Лин Би’эр само по себе ему было не нужно; люди вроде Ван Ханя хотели выместить на ней злобу, но ему от этого было мало толку.

Глава 687. Ужасающая мощь барьеров

Цинь Мо помрачнел:

— Что ж ты собираешься делать, Цзян Чэнь?

Тот не ответил, лишь достал растение небесного уровня и холодно усмехнулся. Затем он непринужденно произнес:

— Это — первое растение небесного уровня. Если к тому моменту, как я досчитаю до пяти, моя старшая сестра не будет стоять рядом со мной целой и невредимой, я уничтожу его.

Цинь Мо нахмурился:

— Что за чушь ты несешь, мальчишка? Думаешь, я дам твоей старшей сестре просто так подойти к тебе, чтобы вы сбежали с помощью талисмана?

Ван Хань согласно кивнул:

— Достопочтенный мастер, этот мальчишка чертовски коварен, не ведитесь на его уловки!

Цзян Чэнь больше не собирался попусту трепать языком. Он усмехнулся и, сжав ладони, стер растение в труху. Затем он тут же достал еще одно и ледяным тоном произнес:

— Я снова досчитаю до пяти.

Цинь Мо пробила дрожь. Цзян Чэнь уничтожил растение небесного уровня и даже бровью не повел! На это было просто больно смотреть. Даже Ван Хань не ожидал такого. Все тут же переменились в лице. Все внимательно прислушивались к каждому слову Цзян Чэня; всякий раз, когда тот произносил следующую цифру, лицо Цинь Мо искажала все более уродливая гримаса. Наконец, он резко поднял руку вверх и крикнул:

— Стой!

Цзян Чэнь слегка улыбнулся:

— Хочешь поговорить? Отпусти мою старшую сестру. И никаких уловок. Если я обнаружу на ней какие-нибудь энергетические барьеры, ты не получишь ни одного растения небесного уровня.

Он словно читал мысли Цинь Мо; тот как раз хотел наложить на нее энергетические барьеры. Он стиснул зубы и толкнул Лин Би’эр в сторону Цзян Чэня, прошипев:

— Забирай ее!

Затем Цинь Мо активировал струны цитры, чтобы с их помощью окончательно отрезать этот участок региона от остального мира, и не дать Цзян Чэню сбежать даже с помощью талисмана. Цинь Мо был уверен, что мощь практика третьего уровня императорской сферы позволит ему поймать Цзян Чэня, пусть и с небольшой задержкой.

Увидев, как Лин Би’эр летит к нему, Цзян Чэнь тут же сложил ручную печать и призвал Малую Формацию Обмана:

— Старшая сестра, сюда!

Эта формация была призвана с помощью диска формации, так что все произошло мгновенно. Цзян Чэнь затащил Лин Би’эр прямо во дворец.

— Младший брат, я потянула тебя за собой на дно… — виновато произнесла Лин Би’эр. — Тебе даже пришлось уничтожить растение небесного уровня… Я все тебе возмещу!

— Хе, не беспокойся об этом, старшая сестра. Это был просто трюк, — усмехнулся Цзян Чэнь. — Пойдем со мной. Этот старый ублюдок силен, формация не сможет долго удерживать его снаружи.

Малая Формация Обмана соединяла в себе настоящее и иллюзорное, суть ее заключалась в психологической борьбе. Цзян Чэнь не рассчитывал на то, что она сдержит врага, он лишь хотел выиграть время, чтобы подготовить следующий шаг. Все-таки Цзян Чэнь смог найти основание формации, будучи практиком небесной сферы истока, а его противник был экспертом императорской сферы, так что по ментальной подготовке он явно не уступал Цзян Чэню тех времен.

Тем временем Лин Би’эр, которую Цзян Чэнь тащил за собой за руку, дрожала от волнения. На ее лбу выступила испарина, она не выдержала и спросила:

— Младший брат, это — очень странное место… Мы и впрямь отправимся внутрь? У меня есть мощный талисман побега, он поможет нам сбежать.

Цзян Чэнь покачал головой:

— Тут он бесполезен. Тот старик создал энергетический барьер вокруг ближайших окрестностей. Талисман хорош, но без чего-то, что поможет разрушить печать старика, его не хватит, чтобы пробиться.

Глиф побега был пространственным талисманом, позволявшим уйти от преследователей, не оставляя следов, но он оказывался бесполезен, если вокруг был воздвигнут мощный энергетический барьер. Цзян Чэнь умел пробивать печати, и в его распоряжении было мощное оружие, вроде Лунного Сокрушающего Ножа Цао Цзиня, но он не хотел рисковать, не будучи на сто процентов уверенным в успехе. К тому же пока он не собирался сбегать.

Глава Секты Цитры из Великого Алого Срединного Региона и члены Дворца Священного Меча пересекли последнюю черту. Цзян Чэнь был готов расправиться с ними. Видя его решимость и уверенность, Лин Би’эр успокоилась; пока он был рядом, она не боялась и Титулованных Великих Императоров, что уж говорить об эксперте третьего уровня императорской сферы.

Вдвоем они шли по дворцу, направляясь к его ядру. Лишь там они могли рассчитывать на полную безопасность.

— Младший брат, ты здесь уже был? — спросила Лин Би’эр, удивленная тем, как хорошо Цзян Чэнь ориентировался в этом месте.

Он кивнул и холодно посмотрел в сторону выхода:

— Старшая сестра, что происходит во внешнем мире?

— Точно не знаю, но я слышала, что прибыло множество экспертов из Великого Алого Срединного Региона. Секта Цитры — лишь одна из вторгнувшихся сект. Судя по их словам, Королевский Дворец Пилюль был предупрежден и смог прорваться через окружение. Прочие секты были окружены, и положение их незавидно, — с волнением в голосе произнесла обычно спокойная Лин Би’эр. Учитывая то, что даже в дни былой славы Империи Мириады регион пал под натиском войск Великого Алого Срединного Региона, страшно было представить, что могло случиться теперь.

Немного помолчав, Цзян Чэнь произнес:

— Глава дворца Дань Чи ожидал, что в Области Мириады произойдут большие перемены. Он планировал распустить Королевский Дворец Пилюль и залечь на дно. Надеюсь, он успел осуществить свой план. Боюсь лишь, что в обители секты враги уже могут поджидать главу дворца.

Лин Би’эр встревоженно произнесла:

— Надеюсь, с нашими братьями и сестрами все в порядке.

— Давай пока разберемся с нашими проблемами перед тем, как волноваться о них, — взметнув брови, ответил Цзян Чэнь. Затем его глаза засияли, и он устремил взор на окрестности дворца. Он почувствовал, что практик императорской сферы уже близко.

— Цзян Чэнь, паршивец, я недооценил тебя, — раздался зловещий смех прибывшего Цинь Мо. Вскоре за его спиной собрались члены Дворца Священного Меча, устремившие на Цзян Чэня злобные взгляды.

— Достопочтенный мастер, берегитесь уловок этого паршивца! — раболепно напомнил Ван Хань.

Цинь Мо махнул рукой, оглядевшись, и слегка улыбнулся:

— Кто бы мог подумать, что в запредельном регионе окажется такой дворец. Цзян Чэнь, похоже, тебе улыбнулась удача. В этом дворце явно есть чертовски ценное наследие.

Тон старика был непринужденным, но он внимательно сканировал пространство вокруг.

Цзян Чэнь насмешливо взглянул на него:

— Что, тебе тоже это место пришлось по нраву?

Цинь Мо расхохотался:

— Мальчишка, даже в безвыходной ситуации ты продолжаешь дерзить. Я даже восхищаюсь твоей храбростью.

Ван Цзяньюй и Ван Хань начали зловеще посмеиваться. Все явно считали, что Цзян Чэнь и Лин Би’эр были загнаны в угол. Выхода отсюда не было.

Не обращая на них внимания, Цзян Чэнь обернулся к Лин Би’эр:

— Старшая сестра, здесь собрались все из них?

Лин Би’эр удивилась, но все же сосчитала присутствующих:

— Да. Все здесь.

Цзян Чэнь кивнул и непринужденно улыбнулся:

— Раз уж все здесь…

Цинь Мо стало не по себе от его улыбки. Что-то было не так, но он не мог понять, что именно. Он обернулся к своим людям и сказал:

— Ван Цзяньюй, нападай первым. Он нужен мне живым!

Он был крайне осторожен. Поскольку Дворец Священного Меча решил предать свою родину и переметнуться на его сторону, лучшего применения им найти было нельзя. Ван Цзяньюй усмехнулся: только об этом он и мечтал. Он обнажил меч со словами:

— Цзян Чэнь, приготовься встретить свою судьбу!

Цзян Чэнь усмехнулся:

— Погляди-ка на себя в зеркало: думаешь, ты достоин того, чтобы одолеть меня в схватке? Я уже давно готовился к этой встрече. Путь на тот свет неблизкий, и сопровождать тебя туда я не намерен!

Затем он тут же активировал барьеры дворца силой мысли. Дворец внял его приказу. Бесчисленное количество барьеров тут же активировалось, подобно пробудившемуся вулкану, чьи потоки лавы сносят все на своем пути.

— Что?! Уходим! — воскликнул запаниковавший Цинь Мо. Но было поздно. Ван Цзяньюй и почти все члены Дворца Священного Меча оказались измельчены в прах в мгновение ока. Остался Цинь Мо.

Глава секты был в шоке; он призвал цитру, пытаясь защититься от барьеров. Но все было тщетно.

У него была внутренняя броня, но даже она не защитила его от ранений, едва его защита была сломлена. Цинь Мо перепугался насмерть:

— Цзян Чэнь… Цзян Чэнь… мы можем все обсудить. Я сдаюсь, у меня есть ценные сведения…

Но едва он договорил, как его внутренняя защита была сломлена, и от практика ничего не осталось. Даже душа не успела покинуть бренное тело и была развеяна мощной волной энергии. Такой стала участь могучего практика третьего уровня императорской сферы.

Остался лишь Ван Хань, который спрятался за Цинь Мо. Атаки задели и его, но раны были несмертельными. Цзян Чэнь сложил ручную печать и деактивировал барьеры. Дворец вернулся в прежнее, мирное состояние; ничто не напоминало о недавней бойне. Ван Хань был один, рядом не валялось ни единого трупа. Он был бледен, как мертвец. Хотя ему хотелось лишь сбежать как можно дальше отсюда, Ван Хань понимал, что бежать некуда. Он не смел даже пошевелиться.