глава 579 - 581
Глава 579. Цзян Чэнь, ах ты волк в овечьей шкуре!
После волшебного воскрешения Ду Лихуана пропал Му Гаоци. Даже дурак понял бы, что кто-то подстроил оба события.
— Кто это, чьих это рук дело?!
Всегда собранный Вэй Цин поддался панике. Стоя посреди прогалины, он тщетно пытался разглядеть виновника.
И вдруг…
До него донесся свистящий звук.
В него с огромной скоростью летели несколько кинжалов. Кто-то в лесу источал ауру убийственной ненависти. Вэй Цин собрался с силами и увернулся от кинжалов. Затем он метнул несколько стрел в ту сторону, из которой прилетели кинжалы.
Пытаясь встать в более удобную стойку, он вдруг заметил, что не может пошевелить ногами. Взглянув вниз, он увидел, как его ноги оплели стебли, которые поднимались все выше и выше.
Это он! — промелькнуло в голове Вэй Цина. Он в страхе занес меч над головой, собираясь разрубить стебли. Но в следующую секунду его тело полностью оплели стебли.
— Цзян Чэнь, Цзян Чэнь!
Вэй Цин чуть не сошел с ума. Он хорошо помнил, как в первый раз гонялся за Цзян Чэнем и пал жертвой его стеблей. Он снова попался на этот трюк! Вэй Цин с горечью вспомнил слова У Хэня, советовавшего бежать, что есть мочи, при следующей встрече с Цзян Чэнем.
Вэй Цин думал, что У Хэнь лишь издевается над ним и срывает на нем злобу. Он надеялся поймать Му Гаоци, добраться с его помощью до Цзян Чэня, убить его и забрать траву небесного уровня, чтобы доказать У Хэню, что тот был неправ и недооценивал его!
Лишь теперь он понял, что У Хэнь дал ему абсолютно искренний совет. Он чувствовал себя дураком, попавшимся дважды на один и тот же прием. Вэй Цин знал, что вскоре он умрет.
В тот раз ему повезло, ведь рядом был У Хэнь. Теперь же он был один, и никто не успеет прийти к нему на помощь.
Еще недавно он был уверен в своих силах. Ни Му Гаоци, ни Ду Лихуан ничего не могли ему противопоставить. За последние несколько дней Вэй Цин стал слишком самоуверенным.
Но теперь он был абсолютно беспомощен. Из этого Лотоса не каждый гений первого уровня сферы мудрости мог вырваться Теперь он жалел о том, что не послушался У Хэня.
В пятидесяти метрах от себя он увидел чей-то силуэт. Это был Цзян Чэнь!
Вэй Цин яростно уставился на него.
— Цзян Чэнь, это все, на что ты способен: прятаться и нападать исподтишка? Дерись со мной в открытую, если осмелишься?
Цзян Чэнь непринужденно рассмеялся, с насмешкой глядя на противника:
— Уж не твоя бы корова мычала, Вэй Цин! Ты сам-то хоть раз сражался в открытую, без трюков и уловок? Хочешь сказать, что Ду Лихуан погиб в честном поединке?
Вэй Цин то бледнел, то краснел, но возразить ему было нечего.
— Что ты собираешься делать? — прохрипел он.
— А ты как думаешь? — с улыбкой произнес Цзян Чэнь.
Вэй Цин судорожно соображал. Он установил ядовитую формацию радиусом примерно в тридцать метров вокруг себя. Если Цзян Чэнь зайдет в формацию, у Вэй Цина будет шанс склонить чашу весов в свою сторону. Надеясь заманить Цзян Чэня в свою формацию и стараясь не выдать своих мыслей, он скорчил мрачную гримасу и произнес: — Только не говори, что тебе жаль Ду Лихуана.
— Да какое мне дело до него? Ты ведь из-за меня преследовал Му Гаоци, не так ли? Не мог же я не уважить тебя, правда?
От улыбки Цзян Чэня по телу Вэй Цина пробежала дрожь. Он всегда считал себя очень умным, но теперь понял, что до Цзян Чэня ему было далеко.
Охотник в мгновение ока стал дичью.
Он-то думал, что представляет из себя что-то особенное, раз смог так легко разделаться с Ду Лихуаном и схватить Му Гаоци. Но Цзян Чэнь все это время держал ситуацию под контролем. А Вэй Цин его даже не заметил!
От его былой уверенности не осталось и следа. Ему оставалось лишь молиться, что Цзян Чэнь зайдет в радиус поражения ядовитой формации. Тогда Вэй Цин, быть может, сможет опередить Цзян Чэня и убить его.
Насмешливо скриви губы, Цзян Чэнь произнес:
— Думаешь, сможешь в корне изменить ситуацию, если я зайду в ядовитую формацию? Он словно читал мысли Вэй Цина.
Эти слова ранили Вэй Цина в самое сердце.
— Ты… — изумленно выдавил Вэй Цин. Он чувствовал себя так, словно его ударили молотом прямо в грудь. Он так тщательно скрывал формацию, а Цзян Чэнь с первого взгляда смог ее распознать! Вэй Цин был мертвецки бледен, от его былой заносчивости не осталось и следа. Но он продолжал упорно твердить:
— Цзян Чэнь, ты не можешь убить меня! Не можешь!
— Назови хоть одну причину.
— Если убьешь меня, ты развяжешь войну сект! — выпалил Вэй Цин первое, что пришло ему на ум.
Цзян Чэнь расхохотался:
— Кажется, и Му Гаоци, и Ду Лихуан говорили то же самое. И что же ты им ответил?
И Му Гаоци, и Ду Лихуан приводили тот же довод, но надменный Вэй Цин не придал ему никакого значения. Карма настигла злодея. Теперь его слова звучали как плохая шутка.
— Ты… Если ты убьешь меня, моя секта непременно узнает, что это был ты! Вэй Цин явно паниковал.
— Кто-то, кажется, насмехался над жалким червем пятого уровень изначальной сферы. Да никто не поверит, что я смог убить тебя!
Цзян Чэнь с презрительной улыбкой насмехался над доводами Вэй Цина.
Тот завопил:
— Цзян Чэнь, ах ты волк в овечьей шкуре! У Хэнь предупреждал меня о том, что тебя следует остерегаться! Если ты убьешь меня, У Хэнь непременно заподозрит тебя!
— И что с того? — гневно ответил Цзян Чэнь. — Хочешь сказать, этот старый лис оставит меня в покое, если я не убью тебя? Думаешь, он перестанет охотиться за моей духовной травой небесного уровня?
Вэй Цин был ошеломлен. Он судорожно пытался найти хоть какие-нибудь доводы:
— Если ты убьешь меня, никто не сможет вылечить Му Гаоци от моего яда! Убьешь меня — убьешь и его!
— Да неужели? — улыбнулся Цзян Чэнь и достал склянку. — Ой, а что это у нас тут? Кажется, у меня есть противоядие от твоего порошка! Какой приятный сюрприз!
Это противоядие он забрал у Вэй Удао; одну дозу он отдал Лун Сяосюаню. Цзян Чэнь всегда чувствовал, что настанет день, когда это противоядие понадобится, и носил его с собой. Кто бы мог подумать, что оно понадобится в ближайшее время?
— Откуда ты достал его?
Вэй Цин был в отчаянии. Противоядие было его последним аргументом. Теперь ему точно было не отвертеться.
— Кое-кто по имени Вэй Удао подарил мне его.
Вэй Цин задрожал:
— Ты… ты смог убить даже Вэй Удао?! Неудивительно, неудивительно…
Он всем сердцем сожалел о том, что не послушался У Хэня.
Цзян Чэнь сложил ручную печать, и вдруг из-под земли выросли несколько огненных лотосов. Из ни вырвались языки пламени, которые мгновенно превратили Вэй Цина в кучку пепла. Благодаря звуконепроницаемым барьерам этого места предсмертный крик Вэй Цина не был услышан никем в округе.
Цзян Чэнь не собирался нападать на Вэй Цина, ведь он и так был отравлен смертельным ядом. Но его безжалостность и амбициозность окончательно вывели Цзян Чэня из себя.
Му Гаоци издалека наблюдал за происходящим, переживая кучу эмоций одновременно. Еще недавно он был уверен, что ему пришел конец. И вдруг его снова спас Брат Чэнь! Этот самоуверенный Вэй Цин был просто младенцем по сравнению с Цзян Чэнем, и теперь от него осталась лишь груда пепла. Вот это была истинная мощь!
— Тебе лучше, Гаоци?
Цзян Чэнь разделался с Вэй Цином, словно с комаром, без особых эмоций. Он выглядел так, словно не сделал ничего особенного.
— Брат Чэнь, я в порядке.
Лекарство нужно был принять внутренне и нанести на тело снаружи. Противоядие Вэй Удао сработало на славу.
— Так, тебе нужно присесть. Я пока посмотрю, есть ли тут что-нибудь ценное.
Цзян Чэнь подошел к останкам Вэй Цина и забрал его кольца-хранилища.
— Осторожнее, Брат Чэнь! На них яд! — спешно напомнил ему Му Гаоци.
Цзян Чэнь уверенно улыбнулся и успокоил товарища:
— Не беспокойся, такие слабые яды ничего мне не сделают.
Благодаря родословной Золотой Цикады он мог не бояться практически никаких ядов. Цзян Чэнь забрал и кольца Ду Лихуана, и кольца Вэй Цина. В кольце Ду Лихуана было немного предметов, но вот два растения земного уровня он забрал.
— Время для подарков. Гаоци, возьми вот это. Можешь использовать Ганодерму Пурпурного Облака, чтобы выплавить Бессмертную Пилюлю, которая исцеляет практически от любых ядов.
Му Гаоци расчувствовался:
— Брат Чэнь, сперва ты меня спасаешь, а теперь еще и отдаешь добычу. Я…
Му Гаоци всхлипнул и к его глазам подкатили слезы. Не каждый кровный брат так заботлив, как Брат Чэнь. С тех пор, как они постелили древесный духовный родник, Брат Чэнь защищал его, помогал ему и спасал его в критических ситуациях. Если бы не он, Му Гаоци уже давным-давно был бы мертв.
Глава 580. Очередная встреча с Ван Ханем
Ганодерма Пурпурного Облака высокого качества была панацеей от большинства ядов, крайне ценным сокровищем. Она была практически травой небесного уровня. Но Цзян Чэнь и так обладал иммунитетом от большинства ядов.
— Возьми ее, Гаоци. Пусть она станет напоминанием о выученном сегодня уроке.
Цзян Чэнь отдал Ганодерму Му Гаоци и переключил внимание на кольцо Ду Лихуана. В нем он нашел Траву Крыла Феникса, еще одно редкое духовное растение земного уровня, используемое для обработки ран. За пилюлю, изготовленную из такой травы, многие отдали бы целые города.
Помимо этих растений в кольце оказалось несколько книг о фехтовании и несколько мечей. Книги эти не заинтересовали Цзян Чэня, но вот мечи были весьма неплохи. Еще там хранились несколько десятков тысяч духовных камней высокого уровня и несколько пилюль. Эти пилюли не представляли собой ничего особенного. В плане пилюль Дворцу Священного Меча действительно было куда расти. Он переключил внимание на кольцо Вэй Цина.
Там было куда больше интересных вещей. Куча ядовитых трав, ядов и свитков с различными техниками использования ядов. Вэй Цин был настоящим мастером ядов. Также в его кольце нашлось множество пилюль. Секта Кочевников была основана на дао пилюль, так что пилюли у Вэй Цина были весьма неплохие. Но даже они были слишком низкого уровня, чтобы заинтересовать Цзян Чэня.
Вэй Цин явно неплохо поживился в саду трав. В его кольце среди множества духовных трав нашлось два растения земного уровня! Да и трав истинного святого и святого уровней у него было в три раза больше, чем у Ду Лихуана. Вэй Цин явно отлично умел находить духовные травы.
Цзян Чэню были нужны лишь две травы земного уровня. Он опустошил кольцо и вернулся к Му Гаоци:
— Гаоци, нам нужно найти укромное место. Тебе нужно избавиться от старой одежды, чтобы никто не напал на наш след.
Они быстро покинули прогалину. Ду Лихуан и Вэй Цин были одними из лучших гениев Области Мириады. После их смерти и Дворец Священного Меча, и Секта Кочевников будут в смятении. Хотя Цзян Чэнь позаботился о том, чтобы не осталось никаких улик, он не хотел напрасно тратить здесь время.
Вскоре они нашли укромное место. Му Гаоци потребовался день, чтобы полностью прийти в себя и избавиться от отметки Вэй Цина. Когда оба товарища были готовы, они переоделись и отправились в путь.
— Гаоци, запомни: те двое нам не попадались. Ничего не было, — снова напомнил Цзян Чэнь.
— Не беспокойся, Брат Чэнь, я все понял.
После того, как Му Гаоци несколько раз оказывался на волоске от смерти, он стал куда более зрелой личностью. Болтая, два товарища пробирались вглубь горы. Нужно было торопиться, ведь оставалось всего три дня.
— Гаоци, тебе не встречались члены нашей секты? — спросил Цзян Чэнь.
Му Гаоци покачал головой, и тут он кое-что вспомнил:
— Брат Чэнь, я слышал, что несколько дней назад несколько старейшин отправились в самую отдаленную часть древнего сада трав. Кажется, они кое-что там нашли.
— Неужели? — заинтересованно произнес Цзян Чэнь. — Тогда нужно непременно отправиться туда! Они ускорились и отправились вглубь сада.
Хоть он и был широк, он не дотягивал до сотен километров, на которые раскинулась Гора Мерцающий Мираж. По площади сад равнялся примерно сотне квадратных километров, совсем немного в сравнении. Хотя два товарища столкнулись с некоторыми неприятностями, через шесть часов они быстро приближались к внутренней территории древнего сада трав.
Порой им попадались гении из других сект, но все они спешили и не горели желанием ввязываться в конфликты.
— Гаоци, похоже, ты был прав. Иначе я не могу объяснить наплыв людей. Нужно ускориться!
Цзян Чэнь собирался набрать скорость, и вдруг на склоне слева он увидел кое-что:
— Плод Багрового Сердца?
Пусть это было всего лишь растение истинного святого уровня, оно было крайне редким. Полупрозрачный Плод был ярко-красным внутри и снаружи и выглядел крайне заманчиво. Это был Плод крайне высокого качества.
В иных обстоятельствах Цзян Чэнь не обратил бы на него особенного внимания, но дело было в том, что этот Плод был одним из ингредиентов, необходимых для лечения отца Лин Би-эр.
— Гаоци, подожди немного, пока я сорву Плод Багрового Сердца.
Он резко метнулся в сторону и приземлился рядом с растением. Цзян Чэнь уже собирался сорвать, и вдруг спереди замаячил быстро приближающийся силуэт. Вскоре Цзян Чэнь узнал его: это был Ван Хань из Дворца Священного Меча.
Выглядел он ужасно: бледное лицо, грязь на белой рубахе. Из его волос торчали травинки и веточки. Цзян Чэнь был удивлен растрепанным видом Ван Ханя. Он тут же отправил Му Гаоци мысленное послание:
«Гаоци, уходи отсюда быстрее! Найди Старейшину Юнь Не и остальных».
Му Гаоци был застигнут врасплох; он колебался, и тут до него донесся крик Цзян Чэня; тот скомандовал:
— Не стой на месте, беги!
Му Гаоци понял, что Цзян Чэнь не шутит. Мельком взглянув на него, Му Гаоци помчался прочь.
Цзян Чэнь поместил Плод Багрового Сердца в кольцо и уже собирался скрыться, когда его заметил Ван Хань. Тот тут же замер на месте, с небывалой ненавистью уставившись на Цзян Чэня.
Цзян Чэнь!
Ван Хань не ожидал, что Цзян Чэнь все еще будет жив; мало того, судя по всему, чувствовал он себя весьма вольготно. Он был просто в ярости, и неудивительно. Две виверны без перерыва гнались за ним несколько дней, доведя его ужасного состояния. А виновником был Цзян Чэнь!
Увидев, что Цзян Чэнь был цел и невредим, Ван Хань вперил в него взор горящих огнем ненависти глаз. Он уже собирался занести меч и напасть на Цзян Чэня, но вдруг ему в голову пришла коварная мысль. Ван Хань рубанул мечом и с порывом ветра направил свою личную отметку прямо в Цзян Чэня.
Цзян Чэнь был опытен в таких делах и уже видел, как тот же трюк использует Секта Кочевников. Его было не провести такими фокусами. Он презрительно фыркнул и ушел под землю.
Ван Хань пришел в неописуемую ярость, он, словно обезумевший, махал мечом, оставляя в земле кучу трещин.
— Снова забился в нору, Цзян Чэнь?! — громко выругался Ван Хань. Он день и ночь скрывался от виверн. Измотанный и нервный, он был на пределе своих сил.
Он хотел, чтобы виверны переключили внимание на Цзян Чэня. Но тот снова скрылся!
От ярости он затопал ногами, но долго оставаться на месте было нельзя, не то виверны настигнут его. Ван Хань был удручен. Почему виверны так взъелись на него? Ван Ханю оставалось лишь устремиться вглубь древнего сада. Ему оставалось рассчитывать лишь на старейшин своей секты. Они с легкостью защитят его от виверн.
Издалека донесся протяжный свист, громом прокатившийся по склону. Ван Хань задрожал и пустился наутек. Он раздавил еще одну руну перемещения и исчез. Пусть руна и не могла перенести его слишком далеко, она могла помочь хоть немного замедлить виверн.
Каждая секунда была на счету.
Свет от руны Ван Ханя исчез в тот момент, когда на склон прилетели пронзительно взвизгивающие виверны. Они явно привыкли к рунам Ван Ханя, так как не выглядели сбитыми с толку. Переговорив друг с другом, они направились в разные стороны. Они решили окружить Ван Ханя, зажать его в тиски.
Цзян Чэнь вылез лишь тогда, когда виверны отлетели на приличное расстояние. С едва заметной улыбкой он глядел им вслед, пока они не исчезли вдали. Сама карма преследовала Ван Ханя.
«Все-таки этот паренек весьма неплох. Он все еще держится даже после столь долгой погони. Похоже, Дворец Священного Меча вложил немало средств в своего лучшего гения!»
Цзян Чэнь знал, что по скорости Ван Хань уступает вивернам. Сбежать он мог только с помощью артефактов вроде рун перемещения. Судя по всему, он их тратил так, словно их у него куры не клюют!
Дворец Священного Меча был весьма состоятелен, и они вкладывали немало ресурсов в Ван Ханя.
Цзян Чэнь решил не медлить. По его прикидкам он был неподалеку от места сбора и решил, что, скорее всего, Ван Хань направился к своим старейшинам. Если он доберется до своих покровителей, вивернам будет трудно убить его. Цзян Чэнь переживал за Му Гаоци и устремился вслед за ним.
Хотя виверны были сильны, он их не боялся. Они были куда слабее Лун Сяосюаня. Впрочем, Цзян Чэню и не нужно было призывать дракона. Он мог одолеть виверн с помощью драконьей крови, которую ему дал Лун Сяосюань.
Примерно через час до Цзян Чэня донеслись звуки битвы. Приглядевшись, Цзян Чэнь увидел, как группа культиваторов сферы мудрости кружатся в воздухе, ожесточенно сражаясь с вивернами. Численное преимущество явно было на стороне шести великих сект, у которых было достаточно культиваторов сферы мудрости. Но вот в воздухе им было не сравниться с вивернами. Так что, хоть виверны и были окружены, их жизням ничто не угрожало.
Цзян Чэнь быстро двигался вперед и вдруг заметил, что Му Гаоци и Лин Би-эр уже ждут его. Когда товарищи увидели его, они замахали ему руками.
Глава 581. Божественный Остров
Цзян Чэнь оглядел территорию и заметил, что большинство участников уже были на месте. Всего было примерно пятьдесят культиваторов, включая семерых из Королевского Дворца Пилюль. Вице-глава Зала Юэ пришел с третьей партией культиваторов и встретился с Юнь Не.
Юнь Не и три других старейшины заняли стратегические позиции, прикрывая молодых гениев с четырех сторон. Они опасались, что виверны переключатся на другие цели и спикируют вниз.
Увидев Цзян Чэня, Юнь Не позвал его к себе.
Хотя Цзян Чэнь не боялся виверн, сейчас было не время для демонстративного героизма. Вскоре он оказался в пределах защитной формации.
Му Гаоци сквозь зубы процедил:
— Ван Хань замыслил недоброе, заманив сюда этих двух монстров!
Цзян Чэнь лишь улыбнулся. В общем-то, Ван Хань поступил весьма разумно; если бы он не заманил виверн сюда, рано или поздно эти твари непременно настигли бы его.
Цзян Чэнь огляделся вокруг. В самом низу долины раскинулось озеро, и все собирались на восточном берегу. Озеро переполняла духовная энергия, принимающая форму прозрачного тумана. Здесь царила загадочная, сказочная атмосфера, от которой разыгрывалось воображение. Озеро было подобно спящей красавице, от которой трудно было отвести взгляд.
Посреди водных просторов Цзян Чэнь заметил архипелаг. Он источал бесконечные, густые потоки духовной энергии. Она просто переполняла острова и пронизывала сам воздух; в лучах солнца эти земли казались благословенной, процветающей обителью бессмертных небожителей, краем, где царит вечный покой.
Цзян Чэнь понял, что это и есть самое сердце Горы Мерцающий Мираж, центр древнего сада трав! Пусть острова, которые были источником обильной духовной энергии, были довольно далеко, но даже на расстоянии он чувствовал, как к нему возвращаются его физические и умственные силы. По одному этому можно было понять, насколько мощной была концентрации духовной энергии на островах.
«Такое чувство, словно ближайшие три дня все споры будут связаны именно с островами».
Цзян Чэнь переключил внимание на битву в небесах. Он заметил, что, хотя представители всех сект активно сражались с вивернами, они то и дело обращали в сторону островов жадные взоры.
Все больше и больше культиваторов сферы мудрости вступали в бой, не был исключением и Королевский Дворец Пилюль в лице Юнь Не и Вице-главы Зала Юэ.
Хотя виверны сражались ожесточенно, им трудно было бороться с таким количеством культиваторов сферы мудрости. Наиболее сильные гении Области Мириады тоже рвались в бой. Ван Хань пришел в себя после погони и, переодевшись в чистые белые одежды, горделиво подошел к культиваторам Королевского Дворца Пилюль. Гневно взглянув на Цзян Чэня, он произнес:
— Это еще не конец, мальчишка!
Цзян Чэнь пожал плечами и слегка улыбнулся, не придав его словам никакого значения. Он бы не прислушался даже к словам Ван Цзяньюя, что уж говорить о каком-то там Ван Хане.
Ван Хань взбесился, когда Цзян Чэнь полностью проигнорировал его. Вдруг ему на глаза попался Шэнь Цинхун. Он холодно усмехнулся:
— Старина Шэнь, ты же гений Области Мириады, а потому должен помогать старейшинам и взять на себя часть бремени. Ты что, просто собираешься смотреть на бой со стороны?
Юнь Не обратил на него гневный взор:
— Ван Хань, если хочешь сражаться, вперед. Чего ты попусту треплешь языком?
Ван Хань громко рассмеялся:
— Неужели титул первого гения Королевского Дворца так мало значит? Неужели это просто пустые слова? Раз так, смотрите, как настоящий гений Области Мириады сражается с этими монстрами!
Он взлетел вверх, выхватив меч, засветившийся от духовной энергии. Ван Хань очертил мечом ледяную дугу, яркую, словно Млечный Путь, и нанес удар одной из виверн.
Внимание виверн отвлекали сразу несколько культиваторов сферы мудрости, так что Ван Хань просто воспользовался ситуацией. Удар выглядел мощно, но не нанес особого урона. И все же это зрелище повергло Шэнь Цинхуна в уныние.
Ван Хань был культиватором сферы мудрости и уже овладел базовыми техниками полета, а он, Шэнь Цинхун, застыл в полушаге от сферы мудрости. Поэтому он не мог принять участие в такой битве, даже если бы и захотел. Ван Хань просто насмехался над ним. Унижения, которые Шэнь Цинхун пережил на Горе Мерцающий Мираж, сильно ударили по его самооценке.
И тут загадочно улыбающийся Цзян Чэнь произнес: — Сейчас Ван Ханю достанется!
Едва остальные услышали его слова, как вторая виверна вдруг учуяла Ван Ханя и издала протяжный, яростный рев. Она начала ожесточенно размахивать крыльями, двигаясь в бок, отчего культиваторам, нападавшим на нее сбоку, пришлось ретироваться. Виверна раскрыла пасть и изрыгнула в сторону Ван Ханя нескончаемый поток фиолетовых молний.
Взорвавшись, молнии превратились в мириады фиолетовых грозовых змей, которые заполонили небо. Хотя у старейшин была хорошая реакция, они не успели отразить молнии, с устрашающей скоростью мчащиеся на Ван Ханя.
От спеси Ван Ханя не было и следа; он побледнел и, спикировав, на полной скорости понесся к земле. Мгновение спустя он ударился прямо о землю.
Понимая, сколь мощными были эти молнии, он решил, что падение будет меньшим из двух зол; попытка увернуться в воздухе была обречена на провал.
Два старейшины его секты быстро среагировали и использовали несколько талисманов, из которых вырвались зеленые воздушные потоки, отразившие фиолетовые молнии.
От столкновения молний и зеленых потоков по воздуху с громким гулом прошла мощная энергетическая рябь.
Хоть Ван Хань и был не в лучшей форме после падения, физически он особо не пострадал. Весь в грязи, он встал и бросился к защитной формации.
Шэнь Цинхун расхохотался:
— Это так-то ты сражаешься с монстрами, Шэнь Цинхун?
Многих наблюдателей повеселило комичное падение Ван Ханя. Он всегда вел себя так высокомерно, претендуя на звание первого ученика Области Мириады. Теперь же его репутации был нанесен серьезный урон. Он был взбешен, но ему оставалось лишь смерить Шэнь Цинхуна злобным взглядом.
После случившегося Шэнь Цинхуну полегчало. Он уже не так сильно стыдился того, что Ван Хань достиг сферы мудрости раньше него. Посмотрев на Цзян Чэня, Шэнь Цинхун понял, что его вид уже не раздражает его как раньше. Входе путешествия на Гору Мерцающий Мираж прочие гении не раз унижали его, но каждый раз его товарищи приходили ему на помощь. Шэнь Цинхун значительно изменился за это путешествие и узнал о себе и окружающих много нового.
Му Гаоци с любопытством спросил:
— Брат Чэнь, откуда ты знал, что Ван Ханю не поздоровится?
Цзян Чэнь слегка улыбнулся, но ничего не ответил. Он-то знал, что дело в том, что виверны считали Ван Ханя похитителем их заветной травы. Неудивительно, что они тут же переключили на него внимание! Дерзкий удар Ван Ханя лишь выдал его, но не нанес вивернам никакого вреда. Впрочем, Цзян Чэнь пришел к выводу, что Ван Ханю было нечего ловить в бою с вивернами после внимательных наблюдений за ним в ходе их последней стычки. Ему было бы трудно вкратце объяснить, Му Гаоци, в чем тут было дело.
Старейшина Дворца Священного Меча тоже удивился случившемуся:
— Ван Хань, эти виверны слишком быстро переключили на тебя внимание. Чем ты их так разозлил?
Ван Хань злобно уставился на Цзян Чэня и громко произнес:
— Старейшина, все дело в том, что этот мелкий ублюдок Цзян Чэнь украл несколько тысяч стеблей Молодой Травы Мудрости и свалил все на меня!
Ван Хань специально повысил голос, чтобы все, даже культиваторы, сражавшиеся в воздухе с вивернами, услышали его. И он не ошибся; слова произвели ошеломляющий эффект.
Несколько тысяч стеблей Молодой Травы Мудрости?
Сперва все подумали, что ослышались. Десять стеблей были небольшим состоянием, а сотню можно было продать за баснословные деньги. Но несколько тысяч? Разве такое возможно?
Даже если бы все шесть великих сект сложили свои стебли в кучу, у них и тогда не набралось бы столько, а у Цзян Чэня было несколько тысяч? В воздухе повисла неловкая атмосфера. Все уставились на Цзян Чэня, словно пытаясь прочесть его мысли.
Хорошо, что Цзян Чэнь был готов к тому, что в порыве ярости Ван Хань все расскажет. Поэтому он не растерялся под пристальными взглядами окружающих и, скривив губы в насмешке, посмотрел на Ван Ханя как на идиота.
Му Гаоци тут же воскликнул:
— Ван Хань, не разбрасывайся обвинениями! Несколько тысяч стеблей Молодой Травы Мудрости? Ты что, видишь сон наяву?
Ван Хань заливисто расхохотался:
— Что такое Цзян Чэнь, хватило смелости натворить дел, а вот как расхлебывать, так тут же прикидываешься дурачком?
Ван Хань был рад, что все с алчностью во взоре смотрели на Цзян Чэня.
Возомнил себя невесть кем, Цзян Чэнь? Уж не сомневайся, я тебя ославлю перед всеми, неважно, есть у тебя Трава или нет!
Мнения окружающих по этому поводу были примерно одинаковые. Все были склонны верить подобным обвинениям. Поэтому все смотрели на Цзян Чэня несколько осуждающе.
Юнь Не холодно фыркнул, видя, как все смотрят на его подопечного, и ехидно произнес:
— Ван Хань, твой Дворец Священного Меча уже не в первый раз безосновательно обвиняет Цзян Чэня. Когда он вышел вперед в Состязаниях по Дао Пилюль, твоя секта заявила, что у него что-то не так с родословной, и потребовала провести проверку. Снова решили выкинуть подобный фокус? Ты — достойный наследник Ван Цзяньюя, ничего не скажешь.