Я помню нашу смерть

Прошло два месяца.

Два месяца с того дня, как я выпила зелье и начала пить травы, отключающие эмоции. Два месяца спокойствия. Два месяца вакуума.

Я жила как в толще воды – всё вокруг было, но не касалось меня. Учёба, экзамены, библиотека, сон. Кайл, война, Ильва – всё это стало фоном, который я перестала замечать.

Я сфокусировалась на одном: сдать экзамены. Хорошо сдать. И уйти.

Правда, была проблема. Зелье не давало мне делать сложные заклинания. Тётя лишь разводила руками – она не знала, как это исправить. Я отставала от других белых, и это было… досадно. Не больно. Не страшно. Просто ещё одна головоломка, к которой я не подобрала ключ.

– Я больше не могу выписывать тебе рецепт, Алиса, – сказала лекарь сегодня утром. – Я и так шла на уступки, понимая твоё состояние. Но ты здорова. Пора принять реальность.

Никакие уговоры не помогли. В конце я лишь кивнула, поблагодарила и вышла.

Внутри не похолодело. Внутри было пусто. Я смотрела на календарь – прошло чуть больше половины времени до экзаменов. Нужно продержаться ещё столько же. Скоро травы перестанут работать, и эмоции вернутся. Я не знала, что с ними делать. Не знала, как справлюсь. Это была просто проблема, у которой я не видела решения, и это раздражало.

Но деваться было некуда.

Травы пока ещё работали. И я делала вид, что ничего не изменилось.

---

На биологии мы изучали растения.

Преподаватель – женщина с изумрудными глазами – рассказывала о корнях, листьях, свойствах. А потом объявила:

– На следующем занятии вы будете смешивать составы. Ваша задача – приготовить укрепляющее зелье. Оно не лечит, но помогает телу восстановиться после физических нагрузок. У красных оно называется «жидкая выносливость». У белых – «второе дыхание».

Я записала рецепт в тетрадь и подумала, что это зелье могло бы пригодиться мне после тренировок по магии. Если бы я могла тренироваться так же, как другие белые.

---

На магии мы учились новым заклинаниям.

Простые – искра, малая сфера – у меня выходили. Но чем сложнее становилась задача, тем быстрее я упиралась в потолок.

Прочный щит. Нужно было создать барьер, который выдержит удар малой сферы другого студента. У меня щит получался, но он рассыпался от первого же прикосновения.

Отрыв от земли. Базовый полёт – зависнуть на несколько секунд. Я не могла подняться даже на палец. Просто стояла и смотрела, как другие белые отрываются от земли, как листья над костром.

Левитация нескольких предметов одновременно. Я с трудом удерживала один. Два падали сразу.

Я не расстраивалась. Не злилась. Я просто делала пометки в тетради: «не получается», «нужна дополнительная практика», «возможно, дело в концентрации, а не в силе».

Это была игра ума. И я пока проигрывала.

---

Ильва пыталась привести меня в чувство.

Ей нужен был помощник. Война с красными не закончилась – просто перешла в другую фазу. Красные не умели колдовать, у них была только физическая сила. Они портили вещи, закрывали в подсобках, ломали, прятали.

Утром я не находила ботинки – они оказывались в общем коридоре, залитые чернилами. На химии моя пробирка разбивалась «случайно». Учебник по магии исчезал из комнаты, а через день появлялся в мусорном ведре. Форма оказывалась порванной перед самым выходом.

Я просто брала новое. Зашивала. Игнорировала.

Это бесило красных ещё больше – я не давала им той реакции, которой они добивались.

Ильву моё безразличие обидело. Сначала она пыталась, потом сдалась и начала игнорировать меня. Мы жили в одной комнате, но почти не разговаривали. Стелла была обеспокоена, но не лезла. Она вообще никогда не лезла не в своё дело.

Через месяц преподаватели заметили напряжение. Вместо выговоров они завалили нас учёбой и дополнительными заданиями. У студентов не оставалось сил на скандалы. Конфликт затих, но не умер.

---

Кайл перестал быть центром моего внимания.

Я не смотрела на него. Не следила. Не ждала. Он был просто частью фона – как стены, как парты, как осеннее небо за окном.

Но я всё равно замечала некоторые вещи. Например, что он часто пропускал уроки фехтования. Вернее, он иногда приходил, но когда доходила его очередь выходить на спарринг, всегда находилась причина. Погода портилась – прямо перед его выходом. Меч оказывался непригодным. Соперник вдруг начинал плохо себя чувствовать.

«Очередное совпадение», – думала я. Без сарказма. Без злорадства. Просто констатация факта.

Викторию я не замечала вовсе. Я знала, что это девушка Кайла – как-то услышала её имя и то, что они встречаются больше года. Всё. Мне не было больно. Мне было всё равно.

---

Учёба шла своим чередом.

Лекции сменялись практикой, экзамены приближались. Я стабильно навещала тётю, советовалась с ней. Она замечала, что я не изменилась – всё такая же спокойная, сосредоточенная. И ей это нравилось. Тётя говорила, что рада, что я наконец перестала переживать о ерунде.

Родители писали письма. Мама скучала, отец гордился. Они были заняты работой и не могли приехать. Я отвечала коротко – что всё хорошо, что учусь, что волноваться не о чем.

Ложь давалась легко. Потому что мне было всё равно.

---

На одном из занятий объявили новость.

– В конце осени, – сказал преподаватель, – состоится охота на магических животных. Кто победит, получит автомат по любому предмету. Участвовать могут все.

Я замерла.

Автомат по любому предмету.

Я посмотрела на свою ладонь – ту самую, где два месяца назад вспыхнула первая искра. Сложные заклинания у меня всё ещё не получались. Но если я выиграю охоту… мне не придётся сдавать экзамен по магии.

Это был мой шанс. Шанс на лучшее будущее.

---

На биологии, где мы изучали растения, ко мне подселили Кайла.

Преподаватель рассаживала на пары, чтобы на следующем занятии мы вместе готовили укрепляющее зелье. Кайл слишком шумно вёл себя с Лиамом, и его решили отсадить. Ко мне.

Он не спорил. Только пожал плечами и пересел.

Я смотрела в конспект, делая вид, что не замечаю его.

– До сих пор любишь подглядывать? – спросил он тихо, чтобы никто не слышал.

Я подняла голову.

– Наблюдать, – поправила я. – Это полезно. Узнаёшь слабые места. Понимаешь, когда стоит бить.

Он удивлённо приподнял бровь. Я видела, как он закипает.

– Этому учат на уроках фехтования, – добавила я спокойно. – Вы бы знали, если бы посещали занятия.

Он усмехнулся – холодно, без веселья.

– Раз такая умная, скажи, когда стоит ожидать удара.

Я пожала плечами и снова уставилась в конспект. Но он продолжал смотреть на меня – я видела боковым зрением, как он прожигает меня взглядом.

– Что-то ещё, Ваше Высочество? – сдалась я.

– У тебя отвратительные глаза.

Я посмотрела на него. Долго. Спокойно. Так, что ему стало неуютно.

– Тогда почему Вы с таким интересом смотрите в них? – спросила я.

И отвернулась первой.

Но краем глаза я заметила, как он отвернулся тоже. Дальше занятие прошло в тишине.