Pretending // Calum Hood [russian]

— Мы пришли.

Я и Калум остановились перед домом кремового цвета. Он был довольно большим и необычным. В каждом углу были расставлены горшки с красными цветами, составленные в прекрасные букеты. Это говорило о том, что здесь живет еще одна счастливая семья. И мне не нужно спрашивать Калума о том, что он живет здесь, потому что это очевидно. Я посмотрела вверх и пробежалась по дому глазами еще раз. Это было нечто, по сравнению с тем, что я называю домом. Мой дом, может, был большим и выглядел так, будто в нем живут чудесные люди, но, к сожалению, это было не так. С уверенностью можно было сказать, что этот дом давно покинуло счастье и больше никогда туда не вернется. Я закусила губу и пожала плечами. Я ненавижу, что когда я с Калумом, то начинаю думать о подобном.

Он открыл дверь и жестом пригласил меня войти. Я медленно зашла во внутрь и старалась держаться как можно спокойнее. Это мой второй раз, когда я прихожу к кому-то домой. Первый был у Эштона. Я молчала и осматривалась, неся в руках две коробки пиццы. Калум исчез, а я этого даже не заметила, так что просто встала в углу и ждала его. Через несколько секунд он вернулся, ведя за собой улыбающуюся женщину. Я не знала, что делать, поэтому просто улыбнулась в ответ. Прежде, чем я успела поздороваться, женщина потянула меня в свои объятья, что было весьма неожиданно.

Это было немного странно, но я почувствовала облегчение. Я никогда ни с кем не обнималась. Я вдруг поймала себя на мысли, что улыбаюсь. Я никогда не подумала бы, что буду чувствовать себя так хорошо. У меня ощущение, что я уже знаю этих людей. Я впускаю их в свой мир, и они делают то же самое. Я еще не знаю того человека, в объятиях которого нахожусь, но чувствую себя в них, как дома. Это было тем, чего я всегда хотела.

— Ох, милая, — она мило мне улыбнулась. — Как тебя зовут?

— Кстати, да. Мама, это Кристен, моя хм… эм-м-м де…

— Это безумно приятно наконец таки познакомится с тобой! Я Джой, мама Калума, — его мама оборвала его.

Я усмехнулась и его мама сделала тоже самое, а Калум смотрел на нас, почесывая свой затылок.

Тут она обратила внимание на коробки с пиццей.

— Калум, почему вы купили пиццу, — она повернулась и посмотрела на своего сына, — сегодня пятница, и я готовлю!

— Я совсем забыл, мам, — он высунул язык, — извини.

— Давай отнесем это на кухню, дорогая, — она взяла коробки из моих рук и пошла на кухню. Мои руки, наконец таки, могут отдохнуть.

— Что насчет небольшой экскурсии? — спросил Калум, и я кивнула. 

Его мама была на кухне, а мы пошли наверх. Я не могла перестать осматриваться вокруг, пока мы шли. Джой, должно быть, доставляет большое удовольствие постоянно дополнять интерьер. И каждый элемент, очевидно, был выполнен с большим трудом. Когда мы, наконец, поднялись наверх, Калум пригласил меня зайти в его комнату. Вдруг я вспомнила то, что было на вечеринке у Эштона. Вспомнил ли он что-нибудь? Я очень сомневаюсь.

Мы вошли в комнату, Калум включил свет, и я могла видеть его комнату намного лучше. Он раздвинул шторы, демонстрируя свой шикарный вид на город. Я прошла дальше и смотрела по сторонам. Мне нравились цвета, что были в его комнате. Они подходили Калуму. Это немного странно, но мне так кажется. Тут синий, белый и немного черного. Его кровать заправлена, что странно для парня. Она показалась мне действительно большой, но Калум высокий, так что, я думаю, ему в самый раз. Я повернулась, чтобы рассмотреть плакаты на стене. Я улыбнулась при мысли о том, что наши музыкальные вкусы схожи. Там были «All Time Low», «McFly», «Busted», «Sleeping With Sirens», «Pierce The Veil», «We Are The In Crowd», «The Maine», «A Rocket To The Moon», «Man Overboard», «The Summer Set», «Tonight Alive», «Mayday Parade», и многое другое. Я не могла перестать смотреть на все эти плакаты. Все эти люди были моим спасением, были теми, на кого я могла положиться. Я понимаю, что они меня даже не знают, но их музыка спасла меня. Это действительно странно и сложно объяснить, но это так. Музыка спасла мою жизнь.

— Тебе ведь они тоже нравятся, да? — спросил он, и я улыбнулась. Он смотрел на меня, а я на стены в его комнате. Это было неловко.

Я пробежалась по комнате глазами еще раз, и рядом со столом увидела полку с книгами. Некоторые из них я знала, некоторые — нет, но видеть их тут было немного неожиданно. Никогда не думала, что Калум читает. После этого я поменяла свое мнение о нем.

На столе стоял ноутбук. У Калума своя небольшая студия: несколько обычных гитар и совсем новая белая бас-гитара. Я вспомнила, как он сказал мне, что она тяжелее, чем я. Я улыбнулся при мысли об этом. Он нес меня на руках. 

Я закончила свое маленькое наблюдение и села на край кровати. Я обернулась, чтобы проверить, не спит ли Калум, потому что он лег сюда около минуты назад.

— Твоя комната клевая, — признала я.

— Лучше, чем твоя? — ответил он, давая мне понять, что не спит.

— Нет, — я усмехнулась.

— Ты просто завидуешь, — ответил он с усмешкой.

Я схватила подушку и начала бить его, а он начал смеяться. Он тоже взял подушку и ударил меня так, что я ударилась об изголовье. Он был немного шокирован. Но что он хотел, ударив того, кто не имеет горы мышц и длинных ног. Когда мои силы вернулись ко мне, то я кинула в него подушку.

— Ты такой идиот! — я начала бить его подушкой без остановки, и он упал с кровати. Я била его, а ему нечем было отбиваться, тогда он начал меня щекотать.

— Нет, Калум, перестань! — я отползла от него. — Неужели я еще не выбила из тебя все дерьмо!

Он ничего не сказал и продолжил смеяться. Он залез на кровать и укрылся своим толстым одеялом. Я продолжала смеяться и бить его подушкой. Я должна признать, что люблю, когда он ведет себя так. Я хочу всегда видеть его таким, но постоянно вспоминаю, что совсем скоро это закончится.

Стук в дверь прервал нас, я перестала смеяться, а Калум нет, тогда я снова рассмеялась. Дверь открылась, и в комнату зашла мама Калума. В течении минуты она просто стояла и смотрела на нас. Я закрыла лицо подушкой и продолжила смеяться в нее. Она подошла к Калуму, который продолжал смеяться, и стянула с него одеяло. 

— Нет, Кристен, пожалуйста! О мой Бог, я все равно хотел… О привет, мам, — он перестал смеяться и застенчиво улыбнулся своей маме. Мы обе рассмеялись от того, как у глупо и, в то же время, мило выглядел Кэл. Я не могла перестать думать об этом. Я не хочу забывать об этом. Не хочу забывать о недостатке воздуха от непрекращаемого смеха. Все это просто идеально.

— Ты нужен мне на кухне, — произнесла она с улыбкой, — вы оба мне там нужны. Это не займет слишком много времени.

— Мы сейчас спустимся, Миссис Худ, — ответила я и улыбнулась. Я знаю, что могу называть ее просто Джой, но, мне кажется, это как-то неправильно. Я должна произвести на них хорошее впечатление, не знаю зачем, но должна.

— Эй, вставай, — я подошла к кровати и села рядом с Калумом, — идем, поможем твоей маме. 

Он нахмурился и закрыл лицо подушкой. Не знаю, что случилось с ним. Мне хочется ударить его подушкой, но должна признать, таким он мне нравится тоже. Он такой милый и очаровательный.

— Давай, не будь таким злюкой.

— Не хочу-у, — ответил он, толкнув меня.

— Но твоя мама попросила.

— Нет, — настаивал он.

— Отлично, — я встала, — я пойду, а ты оставайся тут и голодай.

Он сразу же откинул подушку, что была в его руках и встал. Он продолжал улыбаться, пока мы шли по лестнице. Он ведет себя очень странно, но, я думаю, это часть его игривой стороны. И мне, отчасти, нравится это, потому что мне тоже весело.

Мы пришли на кухню, и мой желудок начал издавать действительно странные звуки. Я закрыла глаза и сделала вздох, пахло так приятно. Я не привыкла чему-то подобному, я бываю на кухне только ночью, чтобы сделать себе кашу, если голодна. Никто в нашей семье не проводит там слишком много времени. А здесь — наоборот. На кухне пахло, как дома. Я не могла перестать улыбаться. Мне так нравилось это.

— Что нам делать? — спросил Калум, подойдя ближе к своей маме.

— Сегодня на ужин спагетти. Я займусь макаронами, а вы соусом. Ингредиенты готовы, вам лишь нужно их смешать, — сказала она и указала на стол. — Калум, я рассчитываю на тебя, постарайся ничего не испортить.

Мама вернулась к своей лапше, а я осталась наедине с Калумом Худом, который хмуро смотрел на все, что лежало на столе. Мне хотелось рассмеяться от того, как глупо он выглядел, но, думаю, культурнее будет спросить, почему он так себя ведет.

— Что не так? — я слегка толкнула его, — Это же просто соус, да?

— Я не умею готовить, — признался он, а старалась сдержать свой смех.

— Тебе повезло, я умею, — сказала я и подмигнула, его лицо вдруг засияло.

— Не шутишь? — улыбка сияла на его лице. О мой Бог, Калум.

— Нет, — я улыбнулась, — я иногда шеф-повар.

— Значит, ты можешь тут и сама справиться?

— Твоя мама сказала, что мы будем работать вместе, так что ты остаешься здесь, — я подошла к столу и начала раздавать ингредиенты. — Начни с этого. Перелей это вот сюда.

Мы оба были сосредоточены на готовке. Я видела, что он действительно серьезно относится ко всему этому. Он больше не улыбался и не выглядел счастливым. Ему не хотела разочаровать свою маму и, мне кажется, меня тоже. Он сказал, что не умеет готовить, так что я пыталась научить его. Это не так просто, как могло показаться. Тут я вспомнила, как учила его кататься на скейте. Но, я надеюсь, что на этот раз все закончится хорошо. Хоть я и не уверена, что мы не разведем беспорядок. На самом деле не такой уж я и шеф-повар, но готовлю явно лучше него.

Когда мы закончили с соусом Калум дал своей маме попробовать его. Она облизала ложку, и мы ждали, что она скажет. Это выглядело, как кулинарное шоу по телеку. Калум не отрывал глаз от мамы и ждал. Она положила ложку на стол, посмотрела на меня, потом на своего сына, потом на соус. Я проглотила большой ком, что застрял в моем горле. Я надеюсь, что это не так ужасно.

— О Боже, сынок, — она ахнула, — думаю, ты теперь готовишь лучше меня!

Калум вдруг улыбнулся после этих слов и обнял нас обеих. Его мама тоже обняла нас. Мы все были счастливы. Казалось, будто Калум только что прошел какой-то тест, в котором очень долго терпел неудачи. Я знаю, что это очень много значит для него. Об этом говорит то, как он обнял нас. Я не могла сдержать улыбку из-за всего этого. Глаза мамы Кэла сияли, а ее улыбка буквально грела мое сердце. Мне нравится, все эти объятия. Мне нравится, что я чувствую себя в этом доме в полной безопасности. Мне нравится, что я так счастлива здесь. Я люблю всех и все в этом доме.