Глава 19
Кайрос Валграви
Я не ожидал увидеть Лею. Моё сердце пропустило удар, а в груди разлился холодный гнев. Я понимал, что ей сейчас невыносимо тяжко находиться здесь. Ведь по её утренним словам, по тому, как она трепетно ловила каждый мой жест, было ясно: в своем воображении она уже давно построила наш общий мир, где мы — пара.
Нет, хорошая моя, всё не так просто. Пока я сам не объявлю на тебя права перед лицом всех этих хищников, пока не впечатаю в сознание каждой корпорации и каждого дельца в этом мире, что ты принадлежишь мне, — ты остаешься под прицелом.
— Виктория. Подожди меня здесь.
Я оставил свою спутницу, не оборачиваясь. Внутри всё клокотало. Я готов был придушить Ренцо собственными руками за то, что он притащил Лею в это место. Ей нельзя было здесь светиться, это было слишком опасно для неё.
— Ренцо! — мой голос прозвучал как щелчок хлыста.
Он обернулся, а вместе с ним и Лея. Вид его руки, по-хозяйски лежащей на её бедре, вызвал во мне первобытное желание свернуть ему шею.
— На два слова.
Тот лишь вальяжно ухмыльнулся, напоследок похлопал Лею по бедру и направился ко мне. Я дождался, пока он подойдет вплотную, и прошептал так, чтобы каждое слово впилось ему в мозг:
— Я тебе эти руки по суставам переломаю, если еще раз увижу их на ней.
Ренцо оскалился в ответ, ничуть не испугавшись. Он наслаждался моментом.
— Поменяемся спутницами?
— К сожалению для тебя — нет.
— Ренцо, — мой голос стал тихим и угрожающим, предвещая бурю.
— Ладно, ладно... — он сделал театральную паузу. — Новый «Мерседес», и я уступлю тебе твою куколку.
— Ты совсем с ума сошел, псина? Решил торговаться со мной?
— Ставка будет только расти, Кайрос. Ты же знаешь, как она хороша.
Я сжал кулаки, чувствуя, как ярость застилает глаза, но разум взял верх. Сейчас было важнее забрать её.
— Хорошо. Будет тебе машина. Считай, что договорились.
— С тобой всегда приятно иметь дело, — хохотнул он и отошел в сторону, уступая мне дорогу.
Я подошел к Лее сзади. Она стояла напряженная, как струна. Я мягко обхватил её за талию, прижимая к себе, и положил подбородок на её хрупкое плечо.
— Отойди от меня! — вспыхнула она, пытаясь вырваться.
— Постой так немного. Прошу тебя, просто замри на секунду.
— Нет!
Она была вне себя от злости. Её маленькие кулачки сжались, а дыхание стало прерывистым. Я понял, что пришло время для моих «запрещенных приемов», против которых она никогда не могла устоять.
— Моя радость... ну ты чего? Почему ты так сердишься?
Я заглянул в её глаза, и она вдруг сделала вид невинного, обиженного песика, хотя в глубине взгляда всё еще плясали искры гнева.
— Моя красавица. Ты сегодня просто ослепительна. Настоящее чудо, которое я не заслужил.
— Правда? — её голос дрогнул, а гнев начал понемногу таять под моим напором.
— Чистая правда. Ты затмеваешь всех в этом зале.
Она окончательно оттаяла, хотя всё еще пыталась казаться суровой.
— Иди ко мне ближе. Обиделась, надулась... маленькая моя.
Лея наконец улыбнулась — той самой искренней улыбкой, которая заставляла моё сердце биться чаще — и сама прижалась ко мне.
— Почему ты с ней? — прошептала она, и в её голосе было столько боли, что мне захотелось уничтожить всё вокруг. — Мне так больно видеть тебя с другой.
Я ничего не ответил, лишь нежно поцеловал её в макушку, вдыхая неповторимый аромат её волос, который дурманил лучше любого вина. Я медленно гладил её по спине, стараясь передать ей всё то, что не мог сказать словами.
— Кайрос! Неужели ты наконец нашел невесту!
Голос прозвучал как гром среди ясного неба. О боже, это было хуже всего. К нам приближались моя мама и её сестра Эмма.
Я заставил себя улыбнуться. Конечно же, я поцеловал маму в щеку, а Эмме вежливо пожал руку, стараясь сохранять невозмутимый вид.
— А что за девочка хорошенькая возле тебя? — тут же спросила мама, буквально сканируя Лею взглядом.
— Я — Лея, — пролепетала она, чуть прячась за моей спиной, словно искала там защиту.
— А почему ты нас не знакомишь? Кайрос, это не вежливо!
Они тут же засыпали меня вопросами: кто она, откуда, как мы познакомились. Я вертелся как уж на сковородке, выдавая минимум информации. Вскоре, к моему великому облегчению, они оставили нас двоих, решив переключиться на других гостей.
— Они хорошие у тебя, — тихо сказала Лея, глядя им вслед.
— Еще бы. По маме сразу видно, что ты ей очень понравилась. Она редко на кого так смотрит.
Лея искренне удивилась, и в её глазах зажегся огонек радости.
— Пошли уже, нам пора занять свои места.
Вся церемония проходила в старинном поместье тетушки Эммы. Она была главным организатором, и всё здесь — от скатертей до цветов — кричало о её безупречном вкусе. Мы сели за стол, где собралась вся верхушка моей семьи: от матери до самых дальних родственников и крестников.
— У тебя очень много родственников, — шепнула Лея, оглядывая бесконечные ряды лиц.
— Здесь собрались представители пяти семей, — пояснил я.
— Пяти?
— Ага. И у каждой — своя роль в нашем общем деле.
Моя семья, а если быть точным — я сам, занималась контрабандой и производством фальшивых купюр высокого качества. Кроме этого, у меня были легальные офисы по всему городу, доставшиеся мне в наследство от отца как прикрытие для основных операций.
— Кайрос...
— М? — я лениво накрыл её плечо своей рукой, чувствуя её нежную кожу.
— Пошли прогуляемся? Здесь слишком душно.
Я молча кивнул, и мы поднялись из-за стола, ускользая от любопытных взглядов. Я повел её в сад, к тому самому месту, где проводил всё свое одинокое детство, прячась от семейных драм.
— Кайрос.
— Что, маленькая?
Она прикусила губу, явно борясь с каким-то вопросом, который мучил её весь вечер.
— Ну? Говори, что на уме.
Я встал прямо перед ней, не давая ей отвести взгляд. Мои пальцы коснулись её щеки, бережно поглаживая нежную кожу.
— Говори, я ведь не кусаюсь. По крайней мере, сейчас.
— Я... Ну, в общем... Скажи честно, я тебе нравлюсь? Хоть немного?
Я невольно улыбнулся этому вопросу, такому по-детски прямому и искреннему. Я наклонился к её уху, обжигая дыханием, и прошептал:
— Ты мне очень нравишься, Лея. Больше, чем ты можешь себе представить.
Её глазки мгновенно засияли от чистого, незамутненного счастья. Я не выдержал, наклонился и увлек её в поцелуй. Было чувствуется, что она совсем не умела целоваться: её движения были робкими, неуклюжими.
То зубами случайно стукнет, то прикусит мне губу. Но именно в этой детской непосредственности и была её особенная прелесть.
— Даже в поцелуе ты ухитряешься бить и кусать меня, — усмехнулся я, слегка отстранившись.
Она густо покраснела и отвела взгляд. Мы медленно направились обратно в сторону поместья, так как вечерняя прохлада начала давать о себе знать — Лея ежилась и поглаживала свои руки от холода.
Больше вопросов она не задавала, весь остаток вечера просидела тихо, как мышка, прислушиваясь к разговорам за столом.
В какой-то момент она осторожно положила руку мне на колено, привлекая внимание.
— М? Чего ты хочешь?
— Я домой хочу. Можно нам уйти?
Честно говоря, я и сам мечтал поскорее сорвать этот официальный галстук и оказаться подальше отсюда.
— Для тебя — всё можно.
— Ты поедешь со мной?
— Куда же я теперь от тебя денусь, — хмыкнул я, сжимая её ладонь под столом.
Мы коротко попрощались с хозяевами и быстро вышли из поместья. Ночной воздух ворвался в легкие, принося облегчение.
— Спасительница моя, — выдохнул я, когда мы отошли на приличное расстояние.
Она лишь загадочно улыбнулась. Сами того не замечая, мы шли к машине, крепко держась за руки. Дорога домой вышла невероятно веселой.
Напряжение вечера спало, и Лея преобразилась: она пела песни во весь голос под радио, дурачилась, громко смеялась над моими шутками — в общем, наконец-то показала себя настоящую.
Я смотрел на неё через зеркало заднего вида и чувствовал, как внутри что-то щелкает. Я будто заново начинал влюбляться в неё, в каждую её черточку.
— Вот в такую Лею я и влюбился.— пробормотал я, не сводя глаз с дороги.
— Что ты говоришь? Я не расслышала! — крикнула она сквозь музыку.
Я лишь махнул головой, давая понять, что это не важно. Просто мысли вслух, которые пока должны были остаться при мне. Я доставил её к самому порогу целой и невредимой.
— Зайдешь ко мне? — спросила она, когда я заглушил мотор.
— Ты хочешь, чтобы твой отец наконец-то нашел повод меня пристрелить?
— Перестань, он будет искренне рад тебя видеть.
Я посмотрел в её сияющие глаза и понял, что не смогу отказать.
— Тогда зайду.
Она просияла и уже потянулась к ручке двери, но я придержал её за локоть.
— Но знай, красавица, приставать я буду всерьез.
Лея лишь вызывающе ухмыльнулась, словно именно это и было её изначальным планом.
______________________________
Следующая глава будет секси)
Телеграмм канал: @norafaire