Глава 4
Лея Минтар
— Да вы знаете, кто я?! Я вам такое устрою! Мама родная не узнает! — Я не переставала кричать, пока меня не вынесли.
Два огромных мужчины, похожих на шкафы, без лишних слов выставили меня на улицу. Прямо перед моим лицом, с глухим стуком, закрыли тяжелые двери ресторана. Унижение. Абсолютное, публичное унижение.
Я гордо подняла голову, словно иду по красной дорожке, а не по тротуару в мокрой одежде. Я ещё не унижалась так в своей жизни. Дочь мэра идёт домой пешком, а не на дорогой машине. Это был позор.
Я дальше бубнила себе под нос, отчаянно ища, куда выплеснуть гнев.
— Ублюдки. Я вам ещё покажу, как это выгонять меня! Я вам устрою...
— Да заткнись уже, — прозвучал низкий, угрожающий голос прямо за моей спиной.
Я вздрогнула от его голоса. Он не просто стоял там. Он шёл за мной.
— Всю дорогу материться, — протянул он с насмешкой, которая заставила меня сжать зубы. — Ай-ай, как некрасиво.
Я тут же закатила глаза, всем своим видом показывая презрение, и резко обернулась. Он стоял в нескольких шагах, идеальный в своем костюме.
— Чего тебе? — прошипела я. — Добавки хочется?
Он не разозлился. Он лишь ухмыльнулся, и эта улыбка была хищной и холодной.
— Ну а как же. Ради этого и иду за тобой.
Он сделал еще один шаг и потянул мне свой пиджак. Идеально сшитый, дорогой, пахнущий чем-то очень дорогим и, вероятно, властью.
— Заболеешь ещё, — его голос был ровным, без эмоций, — умрешь, а мне потом на совести будет.
Я, конечно, не поверила ни единому его слову о совести, но меня начинало пробирать холодом. Я выхватила пиджак из его рук и надела. Он был на меня велик, и, естественно, тут же чуть намок от моих мокрых волос.
— Ну спасибо, кретин, — буркнула я, пряча лицо в воротнике.
— Так значит, Лея Минтар? — На моей фамилии он сделал такой акцент, что это прозвучало как приговор.
— Да. А твоё я до сих пор не знаю, — я бросила это ему через плечо. — Уверена, идиотское имя.
Он лишь усмехнулся. Но ничего не ответил, словно это было совершенно не важно. Он уже знал всё, что ему нужно.
— Ты куда так? — спросил он, идя рядом.
Я закатила глаза. А куда ещё я могу идти, кретин?
— Домой. У меня выбора больше нет.
Я осмотрела его, вспоминая, как легко он сорвался с места.
— А ты на ужине должен быть, нет?
Он остановился и посмотрел на меня с тем же хищным прищуром.
— Нет, — передразнил он меня, и я поняла, что ужин теперь для него не существует.
Существовала только я.
Мы шли с ним в тишине, и эта тишина была тяжелой, наполненной невысказанными угрозами.
Я рассматривала улицу, пытаясь отвлечься. Она кипела жизнью: смехом, огнями, людьми, которые просто наслаждались вечером. Я смотрела на эту красоту, на эту свободу, которую только что потеряла.
А он... я чувствовала это каждой клеточкой, не смотрел ни на улицу, ни на огни, ни на красоты Рима. Он смотрел на меня. И от этого взгляда было невыносимо холодно.
Я не выдержала. Его немигающий взгляд был тяжелым, как физическое прикосновение.
— Хватит пялиться, — резко сказала я. — Дыру во мне сделаешь.
Но стоило мне это сказать, как в нос мне закрутил резкий, едкий запах табака. Я обернулась и увидела, как он, невозмутимый, курит сигарету, которую, видимо, достал, пока я смотрела на дома.
Я усмехнулась, возвращая ему его же тон.
— Ай-ай. Плохо курить, — передразнила я его слова о моих ругательствах. В конце концов, кто тут на самом деле «плохой»?
Я решила добить его. Если он такой идеальный контрол-фрик, посмотрим, как он отреагирует на эту грязь.
— И вообще, — добавила я, глядя на тлеющий огонек сигареты, — если курить, то член маленьким будет.
Это была грязная, намеренная провокация. Но он даже не вздрогнул. Он лишь сделал медленную, хищную затяжку, а затем ухмыльнулся. Не зло. Уверенно. И ничего не сказал. Он не собирался защищаться, и это бесило меня еще больше.
Этот идиот шел за мной, не нарушая дистанции, больше километра. Километр молчаливого преследования!
Только когда я наконец остановилась у ворот нашего семейного поместья, я поняла, насколько он меня достал. Я резко обернулась лицом к нему. Гнев душил меня.
— Ты реально ебанутый, если шел за мной до самого дома! — Я даже не пыталась сдерживаться. Это было прямое вторжение.
Он докурил сигарету, бросил окурок и наступил на него ногой. Его глаза не отрывались от моих.
— Ну как я такую красавицу могу отпустить одну? — протянул он с той же хищной улыбкой. — Ещё украдут.
Я игнорировала его комплимент-угрозу. Моё внимание переключилось на окурок, который он небрежно раздавил ногой у моих ворот. Это была идеальная, маленькая мишень.
— Подними, — приказала я, не понижая голоса. — Такой интеллигентный, такой важный, а окурок на землю бросаешь. Не позорь свой стату.
Я ждала, когда он взорвется или просто рассмеется мне в лицо. Но он просто смотрел.
Он не стал поднимать окурок. Он лишь ухмыльнулся, бросил свой последний, издевательский взгляд и сказал:
— Иди уже домой, принцеска, а то жопку отморозишь.
Я покрывилась ему, всем видом показывая, что его "забота" мне отвратительна. Я сделала два нарочито медленных шага, затем обернулась и, не глядя на него, прошла за ворота.
Но как только я отошла на достаточно дальнее расстояние, чтобы он меня не видел, я остановилась. И, не веря себе, прыгала от счастья, словно маленькая девчонка. Принцеска.
Он назвал меня принцессой.
Чёрт бы его побрал, этого самоуверенного кретина! Но он мне понравился.
И дело было не в его статусе или дорогих машинах, о которых я могла только догадываться. Он притягивал меня своей абсолютной стрессоустойчивостью.
Он делал то, что хотел, а не слушал других. Он был абсолютно свободен от этих дурацких правил, которыми было опутано моё собственное существование. Он готов был рискнуть всем.
Даже если ему придется упасть лицом в грязь, он это сделает. И это было невероятно.
_______________________________
Чуть милашная глава)
Телеграмм канал: @norafaire