Глава 23. Свои дороги - это не значит врозь.
Зима пришла в город тихо, с тонким снегом. В ангаре было тепло - Том поставил старую печку, которую сам починил. Он сидел на ящике, его руки чистили старый карбюратор, а взгляд был задумчивым. Мастерская процветала: клиенты шли потоком, помощники справлялись, и в кармане уже лежали деньги на выкуп ангара в полную собственность.
Амалия сидела напротив, её ноги были поджаты, а в руках - кружка с горячим чаем, пар от которого поднимался в холодный воздух. Её кружки в библиотеке стали популярны - дети приходили каждую неделю, а родители благодарили за её рассказы и уроки рисования. Она даже начала писать небольшую книгу - сборник историй о море, что слышала от рыбаков и находила в архивах. Их жизнь была полной: работа, дом в посёлке, что они почти закончили чинить, и тепло, что росло между ними.
Но этим вечером тишина была другой - тяжёлой, словно перед важным выбором. Том отложил карбюратор, вытер руки тряпкой и посмотрел на неё, его глаза были серьёзными, без привычной ухмылки.
- Слушай, Амалия, - начал он, его голос был низким, но твёрдым. - Мы всё сделали. Тени ушли, Лукасу камень поставили, мастерская стоит, ты свою жизнь наладила. Всё есть. Что дальше?
Амалия замерла, её пальцы сжали кружку, и она подняла взгляд, её брови нахмурились.
- Что дальше? - переспросила она.
- Ты о чём, Том?
Он кашлянул, его рука потёрла шею - жест, что выдавал его неуверенность.
- О нас, - сказал он. - Мы вместе прошли ад. Вытащили друг друга. Но теперь. У тебя свои дела - библиотека, книга, дети. У меня - мастерская, клиенты. Всё есть. Может... пора разойтись? По своим дорогам?
Он замолчал, его взгляд упал на пол, и тишина стала гуще. Амалия поставила кружку на ящик, её руки сжались в кулаки, и она шагнула к нему.
- Разойтись? - сказала она, её голос стал резче. - Ты сейчас серьёзно? После всего? Ты думаешь, я тебя просто так тащила из ямы, из огня? Что это было... временно?
Том поднял голову, его глаза встретились с её, и в них мелькнуло сомнение.
- Я не привык к такому, - сказал он, его голос стал тише. - Три года я был один, потом мы... вместе. Но у тебя своя жизнь, у меня - своя. Я не хочу держать тебя, если ты хочешь идти дальше сама.
Она сжала губы, её кулаки разжались, и она опустилась рядом, её рука легла на его - не сжимая, а просто касаясь.
- Том... Ты не держишь меня. Я сама осталась. Да, у меня библиотека, книга. У тебя мастерская. Но это не значит, что мы должны разойтись. Мы... не просто выжили вместе. Мы стали чем-то большим. Или ты этого не видишь?
Он посмотрел на неё, его пальцы дрогнули под её ладонью, и он кашлянул.
- Вижу, - сказал он, его голос был хриплым. - Но я не знаю, как это работает. Я мастер по железу, а не по людям. А ты... Ты заслуживаешь больше, чем я могу дать.
Амалия покачала головой, её взгляд стал теплее, и она сжала его руку.
- Я не ищу "больше", - сказала она. - Я ищу нас. То, что есть. Мы не обязаны жить в одном кармане - у тебя своя работа, у меня своя. Но разойтись? Нет. Я не хочу. А ты?
Том молчал, его взгляд скользнул к печке, где огонь гудел, и он вздохнул.
- Я тоже не хочу, - сказал он наконец, его голос был тихим, но честным. - Я привык к тебе и к тому, что у нас есть. Но думал, вдруг тебе надоело вести меня за собой.
Она засмеялась, и её рука хлопнула его по плечу.
- Дурак, - сказала она, её голос был тёплым. - Я не веду тебя за собой. Мы идём рядом и будем идти дальше. Если хочешь - вместе строим дальше. Мастерскую, дом, жизнь.
Он посмотрел на неё, его ухмылка вернулась.
- Я настроен на нас. Просто дай мне немного времени. Слова - не моя сильная сторона, но дела всё скажут за меня.
Амалия кивнула, её улыбка стала шире.
- Я останусь рядом, - сказала она, её голос был мягким. - Свои дороги - это не значит врозь.