Закат на двоих

Адвокат по имени Логан довёз меня до дома, где меня уже ждала Зиаля. Увидев машину, она сразу бросилась ко мне и крепко обняла.

– Что случилось? – спросила она, с тревогой в голосе. Затем, заметив Логана, добавила: – Кто он?

– Я адвокат вашего брата, Логан. Не переживайте, его отпустили, – ответил Логан, пытаясь успокоить её.

– А где он тогда?

– У него были срочные дела, – ответил Логан, снова садясь в машину. Я поблагодарила его за поездку, а Зиаля, попросила его остаться.

– В следующий раз, – отказал Логан, на ходу закрывая дверь.

– Я сказала – останься, адвокат! Брату не понравится, если узнает о твоём отказе, – Зиаля уставилась на него, положив руку на бока. Её взгляд был твёрдым и уверенным.

Логан вздохнул, сдался и вышел из машины. Закрыв дверь, он направился к нам.

– А ты умеешь шантажировать, снежинка, – улыбнулся он, показывая ямочки на щеках. Его выражение лица изменилось, когда он заметил мой взгляд. Он поперхнулся, как будто немного растерявшись.

– У вас снежинка на волосах, – он быстрым движением взмахнул невидимую снежинку с её волос. Я толкнула Зиалю локтем, чтобы та очнулась. По её коварной улыбке было видно, что она с ним закрутит.

– Можете говорить со мной неформально,– она протянула руку Логану, тот не теряя секунды пожал её —Я Зиаля.

– Логан,– ответил он, улыбаясь.

– Обожаю фильм «Росомаха», – он засмеялся, с трудом высвободив руку.

– Рад знакомству, Зиаля.

– Рада знакомству, Логан.

Я не хотела портить романтику их первой встречи, поэтому не дождавшись их, зашла в дом. Дом был на удивление холодным. Я сняла обувь и, отчего-то, начала поглажывать пальто на моих руках, присев на прихожей, вспоминая лицо озадаченного брата и его злость, когда я назвала Томиана своим парнем. Я не задумалась, как это воспримет Томиан, но когда я была в холле ожидания и увидела жену брата с его детьми, злость начала меня контролировать. Я возненавидела своего брата ещё сильнее. Когда придёт Томиан, я объясню ему свои слова, чтобы он не подыграл мне как после суда, подарив мне первое объятие. Объятие Томиана. Когда он прижал меня к себе, все мои мысли улетучились. Мне было невыносимо жарко, сердце так сильно билось, аж на миг я подумала, что все это слышат. В тот миг я не хотела с ним расставаться. Я до сих пор помню, как мурашки пробежались по моему телу.Впервые за столько дней я почувствовала себя защищенной, под опекой.

Я закрыла лицо руками, когда в голове всплыло видео, что я показала суду. Наверное, он подумает обо мне, как об извращенке.

– Ты что тут уселась?– пожаловала наконец Зиаля, уже с пальтом адваката, а тот лишь в белой рубашке. Я торопливо встала с места.

– Ноги начали жжение, – отчасти это было правдой. Я подошла к лифту.

– Я переоденусь, потом спущусь.

Когда вошла в комнату Зиали, мне пришло от неё уведомление:

"Можешь не спускаться"

Швырнув телефон на кровать, я улеглась на полу. Смотрела на потолок, раздумывая, как там сёстры в холодной земле, покрытой сугробами. Мне было стыдно, что не присутствовала на их похоронах, что по словам Зиали, устроили товарищи Томиана. Моё место рядом с ними. Не здесь. Но надежда на жизнь родителей давала мне сил.

Я и не заметила, как сон взял надо мной вверх. Проснулась я от крика. Мгновение я смотрела на потолок, затем услышала ещё один крик Зиали. Я выбежала вниз, в прихожей не было никогда, я побежала в гостиную.

Томиан яростной хваткой держит Логана за шею, тот без рубашки старается высвободиться. Зиаля с растрёпанными волосами старается успокоить Томиана, но тот не обращает на её внимания.

– Дерьмо, – я спустилась к Зиале.

– Брат, пожалуйста, отпусти его!

– Он посмел домогаться до тебя, смерть для него будет жалостью.

– Он не домогался! – возразила Зиаля, уже начав плакать. Вот уж шалунишка, знает как пользоваться слезами— Я первая к нему приставала, брат!

Томиан бросил на неё грозный взгляд, прорычав:

– Ты его не знаешь, Зиаля!– но всё же отпустил Логана, тот начал глотать воздух. Зиаля подошла к нему, преградив собой.

– Я .. я успею с ним познакомиться! Если ты сейчас его убьёшь, значит я тоже должна умереть, чтобы познакомиться с ним поближе? —она несла бред, но Томиан озадачился.

– Не неси чушь, Зиаля!

– Я...– Логан подал голос схватив за руку Зиалю, спрятал её за своей спиной. Спина у него была широкой, тело было накаченным, явно был из тех, кто предпочитает здоровую насыщенную жизнь. Не успела сделать полный анализ, как Томиан преградил взор своей спиной, не отрывая взгляда от Логана— У меня нет плохих намерений по отношению к твоей сестре Томиан, я понимаю твоё беспокойство, но я знаю её несколько лет, хоть она меня не помнит.

– Что ты несёшь?– закричал Томиан, сбив часы с полки.

– Я был преподавателем по обмену, в их университете – пропыхттел он, стараясь быстрее всё доложить – и тогда я заметил её, но совесть не позволила подкатить к студентке.

– Ого— тихо восхитилась Зиаля, но тут же замолкла, увидев как Томиан сильно сжал кулаки.

– Но совесть позволила закрутит с той, кто меньше тебя на несколько лет? Или же совесть покинула тебя?

– Томиан,– он слегка повернул голову ко мне – Зиаля уже не маленькая, она сама вправе решать с кем общаться,– я тут же пожалела что влезла. Томиан схватил меня за горло и поднял с земли, он не сильно сжимал горло, было видно, что он лишь поднимал меня, но его сильной руки было на моём горле, было достаточно, чтобы перекрыть мне воздух. Лёгкие уже начали жечь. Может он сможет отправить меня к сёстрам?

– Не тебе меня учить малявка!—зарявкал он. Зиаля начала стучать кулаками по его бетонной спине.

– Брат не трогай её, разве ты поднимал руку на девушек?

Он отпустил меня, я упала и начала вдыхать воздух. Он сел передо мной на корточки:

– Не суй свой маленький нос, в большие дела, мелкая.

Он повернулся к Логану:

– А ты адвокат, смотри не поменяйся ролями с жертвой в суде,– он встал направляясь к выходу.

Зиаля подошла ко мне, обняла спрашивая моё состояние, я же оттолкнула её и встала, направилась к Томиану.

– Эй!

Он повернулся ко мне. И я сделала то что давно хотела сделать.

Я дала ему пощёчину. Я вложила всю ненависть, обиду, горечь в этот удар, звук которого отразился стенами гостиной. Я услышала как ахнули Зиаля и Логан от удивления.

Томиан стоял с полу повернутым лицом. Облизнув губу, засмеялся во весь голос и лишь потом взглянул на меня:

– Мелкая, знаешь, что делают злодеи, когда очень—очень злятся?– спросил он медленно, словно доносил каждое слово в мой мозг. Я ожидала ответный удар, или хуже этого, но не вопрос. Я молчала, наблюдая, как он сделал ко мне шаг, затем большим пальцем взял мой подбородок, заставляя смотреть ему прямо в глаза.

– Ну же, ответь, мелкая,– его палец медленно двигался по моей нижней губе.

– Разрушают,– выдохнула я с трудом.

Отпустив моё лицо, он грубо взял меня за талию. Это движение не было похожим на тот после суда, оно не было нежным, оно было жестким, угрожающим, вызывающим.

– Правильный ответ, мелкая,– он начал дышать прямо над моим ухом, отчего кровь в венах застыла, а тело гудело на его зов. Он поднял меня с земли и проворно, без затруднений, закинул на плечо.

– Брат..

– Отпусти меня! – я начала кричать, пока он нёс меня в прихожую— Отпусти на землю!—он пробирался по лестнице на второй этаж— Это стало твоим хобби, поднимать меня?– Томиан зашёл в свою комнату. Закрыл дверь и лишь тогда бросил меня на кровать. Я резко встала принимая защитную позу, которой учили в детстве.

–На этот раз не убежишь, мелкая,– фирменно усмехнулся он.

– Я и не собиралась. – Ложь. Я очень сильно хотела сбежать с его комнаты. Я никогда не оставалась с парнем наедине. В тот раз, мне Зиаля сказала, что Томиан брал мои ключи байка. Я хотела их вернуть, когда я зашла в комнату, но боялась, что он проснётся и поймёт всё по другому—Кажется ты не так понял то видео.

Он приблизился ко мне.

– И что же было на самом деле?

Он схватил мои запястья, убирая их от моего лица, вынуждено приблизил к себе. Мы были лишь в миллиметрах друг от друга.

– Я..я пришла за.. ключами мото,– сказала я играя зрачком, всячески пытаясь избежать его лица.

– Да? Так почему ты так трясёшься?– моё сердце чуть не выпрыгнуло из груди, когда внезапно его губы коснулись мочку моего уха. Он был слишком быстрым, слишком наглым.

– Что ты делаешь?! Отпусти!

– Разве ты не моя девушка?– прошептал он мне на ухо.

– Я была зла на брата,– я двинулась, точнее хотела двинуться, но сделала совсем хуже. Он рывком прижал меня к стене. Да так яростно что , спина начала болеть, от чего я зашипела.

– Это не то,– выдохнул он.

– Что? Что не-то? – Он выставил руки по обеим сторонам моего тела. Когда я смотрела такие моменты в дорамах, я визжала от этого, но сейчас, мне не было весело, я хотела убежать. Он и вправду может разрушить этот дом об мою голову. Всегда делала, а потом жалела, этот характер, я никак не могла забросить.

– Это не тот звук, что я хочу от тебя услышать.– усмехнулся он.

– Ты свихнулся!? Думай прежде чем говорить!

– Это тебе нужно думать, мелкая, кстати,– он неожиданно отстранился— где твой брат сейчас?

– Что?

– Не в моих принципах причинять девушке физическую боль, но моральную, я могу себе позволить,– он скрестил руки, сново широко улыбаясь. Постепенно, меня начала бесить это самодовольная улыбка.

Я выбежала с его комнаты, в комнату Зиали, моя стопа начала проявлять боль, но я не стала обращать на неё внимание. Чем больше обращаешь внимание на боль, тем упорнее она даёт о себе знать. Зиали там не было, я взяла телефон и набрала брата. Гудок.. не отвечает. Я набрала сново.. не отвечает.

–Да ответь ты! – но он не поднимал.

Я нашла номер невесты. Я никогда ей не звонила, после того как брат предпочёл её вместо семьи. Я позвонила ей, она тут же взяла трубку.

– Ал..алло— её голос был обычным.

– Где брат? – она не ответила— где мой брат!?

– Он.. он мёртв.– бред, стала бы она так спокойно это говорить? Она ведь даже не плачет.

– Мразь, как ты смеешь так говорить?– заорала я, впустив руки в волосы от волнения.

– Он мёртв, Рена!

– Хах, не сомневаюсь, у него пищевое отравление!

Я сбросила трубку, ворвалась в комнату Томиана, он сидел играя с хаски.

– Дай мои ключи.

– Нет, ты разобьёшься насмерть,– он не посмотрел на меня.

– Хорошо, дай ключи одной из своих машин,– он погладил хаски и лишь потом удостоился поднять на меня взгляд. Встал, открыл комод и дал ключи.

– Это ключи Бугатти. Не теряй, они дорогие.

– Хочешь напоминание, что ты не нищий?

Он хитро улыбнулся.

– И ещё...

Он хотел сесть, но продолжил стоять, когда я заговорила.

– Дай мне своё ружьё.

– При моей смерти, богатство тебе всё равно не достанется,– он притвориливо нахмурился.

– Дай мне грёбанное ружьё, Томиан.– я приподняла брови, взяла ключи машины.

– Зачем тебе?

– Сделать то, что давно хотела сделать.

– Самоубийство? – он наклонил голову.

Мне сейчас не до его сарказма.

– Взорвать невестке башку.

Он расхохотался, но взял с пояса пистолет и протянул мне. Не замешкаясь, я взяла его и спрятала в карманах куртки, которую не успела даже снять. Когда я вышла с его комнаты, он прокричал мне вслед:

– Ты им не можешь пользоваться.

– Могу, дорогой. – бросила через плечо, и побежала к входной двери, чтобы Зиаля не увидела меня.

Я села в машину, не дождавшись когда она станет тёплой выехала, когда Эмин открыл ворота.

Я старалась не мчаться, ведь разбить машину я и вправду не хотела. Дорога к дому брата, возле Прокуратуры от самого аэропорта было далеко. И поэтому же этот богач не купил дом в центре? Меньше времени заняло бы на передвижение. Когда я остановилась у светафора, какая—та машина начала не переставая гудеть. Отпустив окно я увидела Томиана за рулём Бмв, за ним троя чёрных машин Range Rover. Томиан одетый в белое застёгнутое пальто, подмигнул мне:

– Переживал за свою малышку,– он лукаво улыбнулся,когда я нахмурилась— я говорю о машине, – сказал он, наклонив голову.

– И правильно,– когда светофор показал зелёный, я помчалась на максимум, Томиан слева от меня не отставал.

– Закрой окно, простудишься! – сново. Эта широкая улыбка с клыками. Видимо забыл, что буквально пару минут назад, мог меня убить.

Я сильнее сдавила на газ. И смогла оторваться от него. Бугатти на то и есть Бугатти. Томиан больше не старался быть наравне со мной. Он и сам отлично понимал разницу.

Наконец доехав до дома брата, я поднялась на второй этаж, не обернувшись на Томиана, но судя по шагам он был буквально за моей спиной и не один. Вспомнив нужную квартиру я не стала стучаться. У меня не было ни капельки уважения к этому дому или к его владельцам.

– Выбей дверь,– бросила я через плечо. Томиан не стал ничего спрашивать. Один из его товарищей в маске начал выбивать дверь. Мы услышали визги ребёнка и невестки от страха.

Галиана обнимала своего сына перед дверью. Когда один из соседей вышел на шум, другой в маске закрыл обратно его дверь. Я не стала отвлекаться. Зашла внутрь, за мной Томиан с довольной ухмылкой. Я впервые зашла в дом брата. Дом был просторный, хотя в особняке Томиана, этот размер был схож с размером ванны.

Брата не было дома.

– Ты с ума сошла? Могла постучаться,– заорала Галиана выпрямив осанку. Я подняла на неё глаза. Меня стошнило. У неё был яркий макияж. Меня начало тошнить от неё уже когда она начала проявлять неуважение к матери. Она была красивой, но омерзительной, блеск на её лице давно затух.

Племянник крепко обнимал её ноги.

– Где брат?

– Он умер! Мне позвонили с его работы! Сказали, что его убили его враги!

– Не неси чушь!– я направила на неё ружьё. Ребёнок начал плакать, Томиану не пришлось говорить, он сделал лёгкий кивок в сторону, когда Самуэль, с которым я успела познакомиться до суда, силой оттащил дитя. Затем сам схватил невестку, держа её руки за спиной.

– Где твой муж?– спросила я тихо.

– Умер! Сдох! Нету его больше.– заорала она.

– Не смей говорить о моём брате так! Ты дрянь!

– Иначе что? Убьёшь меня!?– Моё ухо уже оглохло от её истерик. Терпеть не могу таких.

– Нет...– растянуто произнесла я, когда подошла к Амиру. Старший сын брата, о существовании которого мы узнали лишь после три года с его рождения. Я направила на него пистолет:

– Будешь ли ты так говорить о своём сыне? Скажешь умер? Сдох? Что его нет больше в живых ?

– Не трогай его, прошу, он ведь маленький,– она села на колени, Самуэль отпустил её.

Тут влез Томиан:

– Рена, успокойся. Малыш тут не виноват...– он поднял брови – Делай, что хочешь, я разберусь. Но, прошу тебя, не трогай ребёнка.

Я пропустила его слова мимо. Пережил бы он, что и я, не стал бы так говорить. Ненависть внутри меня слишком большая. Ничто не исправит меня. Я стала чёртовым человеком. Ребёнок... детство... у меня его отняли, тогда почему я не имею права? Почему он должен жить счастливой жизнью, когда я жила в вечном страхе и тревоге? Этот мир несправедлив, я знаю, но не смогу простить. Все, кто узнают о сегодняшнем дне, могут считать меня психопаткой или сумашедшой, но они даже в душе не чаят всю глубину моей боли. Осуждать кого-то довольно легко, но представить себя на его месте, пережить то же самое, почувствовать себя такой бесполезной, отвергнутой – это трудно. Когда другие проходя такие жизненные трудности, хотят улучшить мир и остаються добрыми, я выбираю месть.

Я улыбнулась Галиане:

– И кто же "убил" моего брата?

– Я.. я не знаю.. мне так сказали,– она взяла со стола свой телефон—вот.. позвони.. если не .. веришь,– я вскинула бровь с недоверием но взяла телефон не отводя ружье с Амира у которого текли слёзы.

Трубку подняли через минуту.

– Слушаю.– раздался голос мужчины.

– Где Прокурор Мерат?

– Извините, вы кто?

– Я его сестра.– ответа не последовало.

– Мы думали вам уже сообщили мэм, примите наши соболезнования. Прокурора Мерата жестоко убили сегодня после его проигрыша.

Телефон упал с моих рук. Я не верила в это. Этого не может быть.

– Этот дьявол не должен был умереть!– закричала я во весь голос. Томиан показывал рукой успокоиться и медленно шагал ко мне. Он ожидал, что я заплачу. Все ждали этого. Нет. Плачут, когда умирает близкий тебе человек. А когда умирает твой враг, ты только жалеешь, что не с твоих рук. Именно об этом – жалела я. Я давно поклялась себе, что его гнусную жизнь прерву сама.

Я услышала всхлипы Амира. Мои губы сами по себе расплылись в улыбке. Я наклонила голову на бок.

– Амир, иди к тёте,– я помахала ружьём в его сторону. Самуэль отодвинулся. Когда Амир подошёл ко мне, я села на корточки рядом с ним. Раз Мерат погиб, то он должен исчезнуть навсегда. Его остатки лишь портят воздух.

– Эй.. невестка... смотри внимательно,– тихо промурлыкала я – Как умирает частичка твоей души.

Как смотрела я, когда брат каждый раз выбирал тебя. Каждый раз, когда он бил меня в живот коленом, а ты и твой сын смеялись. Говорить вслух этого я не стала. Направила дуло на сердце малыша. Теперь, тебе смешно брат?

– Нет.. ты не сделаешь это.. Рена.

Но я сделала это. Даже с большим удовольствием. Я быстро зарядила пистолет. Нажала на курок. Выстрелила ему в сердце. Его тело глухим стуком пало на пол.

– Нет! – закричала невестка, но парень в маске сильно держал её, я обернулась на её крик.

– Больно, да? Мир тебе кажется жестоким..

– Да что ты за человек!?– она начала рыдать – Он ведь ещё совсем малыш...

Я быстро преодолела расстояние между нами, схватила её за волосы, смотря прямо в её глаза.

– Малыш? Мой брат тоже казался матери малышом! И какого ей было, когда Мерат был жив, но не с ней! Какого ей было, когда её живой сын выбрал девушку, вместо родной матери, которая растила её вопреки тяжестям!?– наконец. Я смогла сказать вслух то, что хотела столько лет. Хоть и поздно, но я излила свои мысли, что душили меня – Какого это когда твой сын жив, но ты его потеряла!? Жив, но потерян! Ты не знаешь ничего про боль, дерьмо! Ты лишь подлая мразь, омерзительная жалкая тварь, которая пользовалась любовью моего брата! Все мы знаем, что ты ничего не испытывала к нему. Мой брат расплатился за свои ошибки.

Тяжело выдохнув, я выпустила её волосы и встретилась с глазами Томиана. Он смотрел на меня с... с восторгом? Восхищением? Он сидел на диване, скрестив ноги по турецки, подперев лицо рукой, словно думал о чём—то.

Закатив на его обнажённые клыки глаза, я сделала шаг к Амиру.

Галиана перестала рыдать, она просто сжала колени к груди и смотрела на меня испугавшимся взглядом. Я подошла к ней.

– Рена..

Как же я ненавидела как звучит моё имя с её уст.

– Ликуй. Вы умерли в один день,– я прицелилась ей в сердце. Запустила курок. Минуту и она лежала на полу мёртвой. Со своим сыном, вся в крови.

Сильные руки сжали моё плечо и повернули. Томиан с платком начал чистить моё лицо. Я тяжело дыша уголком глаза заметила что платок окрасился красным. Будучи в эйфории и не заметила, как кровь разбрызгалась по лицу, но не только, одежда, обувь. Я была разбрызгана кровью. Томиан заглянул мне в глаза:

– Как ты себя чувствуешь?

– Потрясающе,– кровь будоражило в моих венах, адреналин так и ждал момента высвобождения. В такие моменты,я катаюсь на байке, но на этот раз я обрела другое утешение.

– Кажется, это тебе понадобиться.

– Что?– он не ответил, молча вытирая капли крови с меня, но после нескольких минут ему это надоело, он отдал платок одному парню.

– В темноте не будет видно,– он оглянулся, я последовала его примеру, два трупа образовали речку алой крови. Я не могла рассудить правильно, гнев пульсировал в моей голове, в моём теле. Гнев целиком поглотил меня.

– Томиан, что... я их убила...

Он взял моё лицо в свои огромные ладони:

– Рена.– впервые он назвал меня по имени, не малявкой, не мелкой. Одним произношением моего имени, он отогнал мою дрожь, я начала дышать ровно. Видимо он тоже это осознал, но не придал этому значения. Видимо только я думаю о таких мелочах.

– Не имеет значения, правильно ли ты поступила, ответь на мой вопрос, ты чувствуешь угрызение совести? Жалость? Стыд? Грусть за то что лишила их жизни?– ответ был простым.

– Нет.– он начал гладить меня по волосам.

– Другие в место тебя почувствовали бы, даже я. Когда я впервые пустил курок, лишил жизни человека, при исполнении, этот кошмар преследовал меня.

– Кошмар был тогда, когда они были живы. Я не другие Томиан.– прошептала я на его ладонь, скользящий по моему лицу. Я никогда не думала, что убить кого-то является трудной задачей, после гибели сестёр, я поверила в это больше.

– Мелкая, я скажу тебе один секрет,– за секунду, он принял облик холодного капитана, отстранился от меня.

– Какой?

– Мерат жив.

– Прости?

– Прощаю,– хмыкнул он

Я подошла к нему вплотную.

– Мерат жив?

– Да,я хотел припадать ему урок, чтобы не лез в мои дела, но в итоге решил всё через связи, чтобы абсолютно никто не лез ко мне. После, я вовсе забыл, что он у меня.

Я направила на него пистолет, когда он закончил своё предложение. В ту же минуту Самуэль прорычал:

– Босс!

– Если я умру, отвези мои машины домой, Самуэль,—с сарказмом проговорил он, занеся руки за голову, а сам подошёл ко мне. – Ну же, стреляй. Если от этого тебе станет легче, стреляй хоть тысяча раз.

Очевидная провокация, на которую я попалась. Я выстрелила в него. Но ничего не произошло, я снова нажала на курок, ничего.

Томиан засмеялся выхватив ружьё у меня.

– Мелкая, поэтому я выбрал тебя.

Я думала мне конец. Слишком многое я позволила себе по отношению к нему. Он ведь ясно дал мне понять, что с ним лучше не связываться, я не хотела, чтобы мой язык стал кормом его хаски.

– Сначала приведи мне брата, затем сделай то, что вздумается.

– Босс?

Томиан выставил руки перед собой, защищаясь.

– Ты слышал её Самуэль, иначе она и тебя прикончит.

Тот коротко и кивнул и вышел. Я обошла Томиана, села на его место:

– Теперь меня посадят за решётку?

– Для того, кто убил впервые, без истерик, ты слишком наивна.

Я недоуменно посмотрела на него:

– Это,– я показала на трупы— не получится не заметить. – Образ плыл в моём подсознании. Мозг отказывался думать. Он был выключен как и моя совесть и моя доброта.

– Доверься мне, мелкая.

Он присел на стол напротив меня, заправляя прядь моих волос за ухо.

– Ты убивал людей вне задания?

– Конечно нет, я же не такой монстр как ты.

Я оттолкнула его руку, после чего он легко приподнял губу:

– Монстр— слишком мягкое слово для меня.