Сокровенные мысли

Я расположилась на работе в своем кабинете, взяла газету и открыла ее на «Файнэншл таймс». Бегло пролистав страницы, задержала внимание на фото Брайана. Я сидела со скрещенными ногами в черном кожаном кресле, одетая в белый брючный костюм. Сегодня определенно был не лучший день, и я в сотый раз прокручивала обручальное кольцо, разрабатывая план.

Я всегда думала, что нахожусь в опасности. Но теперь страх преследовал меня. Страх за жизнь мужчины. Я стала им. Я знала, что буду рядом. Защищу ценой собственной совести и прикрою телом. Еще недавно я разрушала все, к чему прикасалась. Внешняя красота замечательна. Но внутренняя — то, от чего я не в силах оторваться. Я стала зависеть от натуры и улыбки. От умения украсить мой день. Мой мужчина делает это: разжигает, украшает и становится миром. Я всегда буду в неоплатном долгу перед таким созданием, ведь он слишком уникален, чтобы его называли просто «человек».

Зазвонил телефон, и, подняв трубку, я услышала Стейси.

— Представляешь, вчера я осталась у Майкла, и секса не было.

— Возможно, ты взрослеешь, — улыбнулась я.

— Или наши отношения заканчиваются.

— По поводу взросления я поторопилась.

— Эм, это не смешно!

— Ладно, рассказывай, — улыбалась я.

— Майкл сказал, что любит меня, — я почти видела, как она поднимает глаза к небу.

— А ты? — пыталась я снова не засмеяться.

— А я что? Это было неожиданно, и я не знала, что ответить.

— Но что-то же ты сказала?

— Я сказала, что разделяю его чувства. И знаешь, что он сделал?

— Что?

— Он скрестил руки на груди и спросил, какие чувства. Я ответила, что нежные и положительные. А затем направилась к выходу и уехала домой.

— Дорогая, первое, чем ты жертвуешь на пути к вершине карьерного роста — любовь. Но не становись мной. Ведь в конечном пути я все равно вернулась к тому, чего хотела с самого начала — желанию быть любимой.

— Ты как всегда взяла и все испортила, — отключила она звонок.

Я взвешивала «за» и «против». Я не палач. В конце концов, если человек должен ответить за свои поступки, я не буду способствовать этому. Но как мне защитить близких? От меня хотят слишком многого — вырвать сердце другому человеку. Пусть я всегда справлялась, но теперь мне тяжело причинить боль. Сначала ты отвыкаешь от своих слез, а потом тебя начинают ранить чужие. Все, что говорят многие — блажь и блеф. Люди не отдают ничего взамен и не делают одолжений, как бы не хотели, чтобы мир менялся. Все, что растет в душах — стремление уничтожить. Засыпая ночью, мы все равно открываем глаза утром. Разводит людей в этом мире не цвет кожи, а стремление любить и ненавидеть. Слезы — иллюзия. Никто не отдает свою душу просто так. И вода течет, когда мы мало-помалу ничего не меняем.

— Эмили, посмотри, — бросила мне папку на стол Тиффани, войдя в кабинет. — Наша свидетельница путается в показаниях.

— Так сделай так, чтобы не путалась! — со злостью посмотрела я на нее.

— Ты ей не нравишься.

— Такое невозможно, — посмотрела я на документы. — Я всем нравлюсь. А теперь закрой дверь с другой стороны и никого ко мне не пускай.

Она покачала головой и вышла. Девушка все еще понимала, когда я бываю не в духе, то веду себя, как полнейшая стерва. Я открыла папку, которую оставило мне ФБР, и взглянула в глаза мужчины, который, кажется, был счастлив. Он смотрел и видел, что являлось такой редкостью в наше время, и я имею ввиду не часы. Я всегда пыталась все держать под контролем. Планирование и расчет предотвращают разочарования и неготовность к ситуации. Не будет риска и боли. Только как спланировать побег своей души на некоторое количество времени? Наверное, дело не из легких. Я предпочитаю любить людей, которые являются моим отражением. Которые понимают меня с полуслова. Я не позволю разрушить себя даже всемирному потопу. Я подниму глаза и увижу утопленников. Если что-то ищу, обязательно найду. Пусть даже сначала буду одна посередине мира.

Вскоре я взяла бумаги, уходя из офиса, и села в машину, направляясь к месту работы Марка Рассела. Находясь в своем автомобиле, я не знала, что собираюсь делать, но знала, чего точно не буду — причинять боль. Я направилась в небольшой магазинчик, который выглядел до неприличия старым и до изумления уютным.

— Мистер Рассел, — сказала я, подойдя к кассе. — Я Эмили Харисон.

— Вы адвокат, — ответил он, выходя из-за стойки. — Тот самый герой, который взялся за меня.

— Я не герой, мистер Рассел. Я сумасшедшая женщина, в лучшем случае, — присели мы на диван. — Большинство людей, к которым я прихожу, страдают, но, знаете, периодически я спасаю.

— Думаете, я так глуп, чтобы поверить вам?

— Пускай, я не герой, но и не монстр. Я не могу вернуться в прошлое, но сейчас я другой человек.

— Знаете, я не безгрешен, но я не совершал то, за что пытается привлечь меня ФБР.

— Расскажите мне, — подперла я подбородок.

— У всех есть дорогие люди, и порой мы совершаем ужасные поступки. Некоторых я всегда буду защищать.

— Всем нужно хобби.

— Во всех есть что-то хорошее и плохое, мисс Харисон. Выберете свою сторону.

— Я выбрала мужчину, а значит, и его образ жизни. Он ожидает от меня чистоты души, и я не хочу подвести.

— Я вам тут не помощник, — прошел он опять к кассе. — Вы потеряете свою чистоту, если будете защищать меня.

— Но потеряю еще больше, если сдамся.

Я вышла из здания, села в машину и, заводя мотор Mustang, направилась домой. Как только въехала на парковку, увидела Брайана. На улице была метель, и я любила это время года. Свежий воздух и снег, который делал день почти идеальным. Я верила сердцу. Среди прохожих терять себя — легче всего. Я далеко ушла, но меня остановили. Больная уверенность, что я могу все контролировать, забрала столько прекрасных моментов. Я искренне тронута любовью своего мужа и умению заставить забыть меня о мире. Как один взгляд человека может зажигать кровь настолько, что я готова перейти планету пешком, чтобы только сделать великое свершение.

— Я соскучился по тебе, — поцеловал мой муж меня в губы. — И с самого утра хотел видеть.

— Надо же. Потому что я не хотела тебя видеть.

— У меня для тебя подарок, — засмеялся Брайан, взяв за руку.

Мы прошли в гараж, и я остановилась в оцепенении. Новый Mustang. Этой модели еще даже не было в продаже, а шикарный красный цвет придавал ему величества.

— Что это? — прошептала я, не двигаясь.

— Это мой тебе подарок. Свадебный, если тебе нужен повод, — обнял меня за плечи муж. — Это самая новая модель. Дизайн сильно отличается от предыдущих поколений этих машин из-за использования новой платформы и уменьшения размеров кузова. Это кабриолет, и мотор может работать в паре с шестиступенчатой механикой или автоматом.

Брайан ожидал моей реакции, но я почувствовала ничто иное, как растерянность.

— Я... мне нравится, — натянуто улыбнулась. — Просто это неожиданно.

— Я рад, — сильно сжал меня в объятьях мужчина. — Я чертовски рад, что тебе нравится.

Мы поднимались в дом, и я улыбнулась, увидев Томми. Мне было некомфортно от такого подарка. Приехав в этот город, я долго пыталась выйти из статуса «дочки-содержанки», и вот теперь, когда сама могу позволить покупать такие игрушки, их дарит муж. Я приобрела мужчину и потерю себя одновременно.

— Нам нужно сходить к семейному адвокату и заключить контракт, — сказала я, входя за Брайаном в гардеробную.

— Что? — удивленно посмотрел он меня.

— Я думаю, нужно расставить границы, Брайан. Я не смогу перенести потерю независимости, понимаешь?

— Нет, Эмили, не понимаю. Что случилось?

— Для тебя ничего не изменится теперь, а для меня все. Ты будешь сам покупать машины, оплачивать постройку дома и все счета, не говоря мне об этом. Сначала один раз, а потом перестанешь даже вспоминать. Или будешь все оплачивать через управляющего.

— Все, что я понял, так это то, что у меня появился управляющий.

— А потом ты умрешь, — продолжала я, расхаживая по комнате. — И мне отключат электричество из-за того, что я не оплатила счета, потому что забуду, как это делается.

— Эмили, дело в машине?

— Да! То есть нет, просто давай заключим контракт.

— Ты упускаешь самое главное, милая, — улыбнулся он. — Я хочу о тебе заботиться. И нет, не будет никакого контракта. Я не собираюсь, только женившись на тебе, готовиться к смерти или разводу. В твоей семье так не принято, и я этого не приемлю. Брак — это священный союз, и жениться я собираюсь только единожды, кстати говоря, сделал это несколько дней назад. Если ты не готова идти со мной до конца, то ничем хорошим это не закончится.

Когда вступаешь в брак, вся жизнь меняется, кто бы что не говорил. Теперь твоим лучшим другом является не брат или подруга, с которой вы знакомы с детства, а муж, который спит рядом, каждое утро целует и готовит кофе. Этот друг никогда не даст в обиду и нежно обнимет, когда ты делаешь утренний макияж. Не разбудит, когда спишь, пусть даже лежит до боли неудобно, и его рука занемела час назад. Мой муж заботится обо мне. Я знаю, что я самое дорогое, что есть в его жизни. Он всегда выслушает и скажет правду. Обнимет, когда слова не нужны. И самое главное — я факт того, что он бессилен, но в то же время я его самая большая сила.

Я отправилась на кухню, открывая холодильник, и думала, что приготовить. Точнее это было единственное, чем я могла себя занять, и думать только о том, как бы не отравить окружающих. Лидия сидела за ноутбуком, и, войдя, я поцеловала ее в лоб.

— Чем занимаешься?

— Думаю, почему парни меня боятся.

— Это уже диагноз. Но я тебе скажу, ты можешь унизить, кастрировать, а потом, как бонус, поломать жизнь.

— Всего-то. Я как пациентка психиатрической клиники, — захлопнула она крышку. — Я решила стать адвокатом.

— Что?

— Правда, я бы сидела вместе с тобой в кабинете, и мы бы занимались грязными делишками.

— Я не занимаюсь таким, Лидия, — слишком резко ответила я. — Подумай серьезно о том, чего хочешь. Очень трудно потом что-либо изменить.

— Эм, я же шучу, — хмыкнула девушка. — Ты меня бесишь.

— Можешь пойти порыдать, — пожала я плечами. — Куриное филе или рыба?

— Курица, — улыбнулась она. — Ты мне нравишься.

— Только что ты сказала, что я тебя бешу, но я всем нравлюсь, — развернулась я к ней, — расставляй приборы, будем обедать.

— Знаешь, я подумал, — вошел в кухню Брайан. — Хорошо, я согласен на границы.

— Ладно. Едем к адвокату?

— Нет, Эм, мы заключим контракт тут и сейчас в устной форме. Что ты хочешь оплачивать?

— Во-первых, я сама хочу покупать себе машины и туфли. Готова оплачивать кабельное и буду также вкладывать деньги в наш дом.

— Последнее исключено, — покачал он головой, обнимая за талию. — Но я позволю тебе заплатить за постельное белье.

— Идет, — обняла мужа за шею.

— Секс как минимум два раза в неделю.

— Что? Не бывать этому. Как минимум пять раз в неделю и один на выходных.

— Ладно, красотка. И да, дети не будут иметь двойных фамилий.

— Дети?

— Ну да. Шестеро, — поцеловал муж меня с улыбкой на лице.

— Один.

— Шестеро.

— Двое.

— По рукам.

— И еще ты мне будешь говорить каждый день, хотя бы раз, что любишь.

— Я еще не подписывал контакта лучше.

Брайан поцеловал меня, и я ответила с такой же страстью и любовью. Всякий раз после присутствия его рядом со мной я была счастлива. Ощущение его горячих губ и влажного грубого языка сводили с ума. Я чувствовала вибрации на коже и не смогла сдержать стон, который вырвался из моих приоткрытых губ.

— Вот поэтому я хочу съехать от вас, — сказала Лидия. — Вы самое отвратительное зрелище, за которым мне приходится наблюдать каждый день.

— Мы тебя позовем, — ответил Брайан, все еще целуя меня. — Иди в свою комнату.

— Разве все это не волшебство? — сильно сжала его в объятьях.

— Смотря, что считать волшебством.

Брайан зарычал, садя меня на кухонный стол, уткнувшись в шею. Он шире развел мои бедра, и его ладонь оказалась у меня между ног. Прижимая пальцы через ткань, он стал массировать мой клитор. Невероятные ощущения проносились по моим венам, и сердце колотилось, как сумасшедшее. Мое тело всегда отвечало на его прикосновения быстрее разума.

— Ты моя.

— Я твоя. У нас не будет прелюдии?

— Я так скучал по тебе, Эмили, — облизал он мочку моего уха. — Я хочу, чтобы ты кричала мое имя. Я хочу быть глубоко в тебе. Ты сводишь меня с ума. Боже, до сих пор не могу поверить, что ты моя жена.

— Забудь к черту о прелюдии, — улыбнулась я, снимая с него рубашку.

Руки Брайана лежали на моих бедрах. Он поглаживал мое тело и накрыл грудь своим влажным ртом. Мой муж дразнил меня, пока соски не стали твердыми от его прикосновений. Я обхватила руками его ягодницы, сильнее прижимая к себе.

— Лидия может войти, — сказала я ему в губы.

— Мы теперь ее тут не увидим долгое время.

Брайан приблизил снова свои губы к моим, и я застонала. Мне нравилось, как мой муж целовал меня. Он был уверенным и полностью покорившим мое сердце. Я едва удержалась от восхищенного вздоха, каждый раз сходя с ума от чувств, которые переполняли. Он плотнее прижал меня к своему телу, и я расстегнула молнию на его джинсах.

—Эмили, я могу сделать тебе больно.

— Нет, черт возьми, Брайан. Не порти процесс.

Он улыбнулся и слегка зубами ухватил мою губу, посасывая. Его язык облизывал мои губы, а зубы прикусывали шею, когда он спустился к ней поцелуями. Затем резким движением Брайан снял с меня брюки вместе с трусиками, и я ахнула, когда его палец вошел в меня. Брайан положил свою руку мне на затылок, властно удерживая. Я чувствовала его язык повсюду. Его твердый член упирался в мое бедро, и он каждый раз дарил наслаждение, перед которым я не могла устоять.

— Нахрен прелюдию, — задыхалась я. — Войди в меня. Сейчас же.

Я прижалась носом в изгиб его шеи, вдыхая запах, и Брайан резким движением заполнил меня своим членом. От него пахло удивительно, как и всегда. Мой муж был таким теплым и полным энергии, а я вместе с ним чувствовала себя живой. Я громко вскрикнула, утоляя жажду, которую чувствовала почти болезненно. Мое тело было сделано специально для него. Специально для этих чудесных ощущений.

— Ты мне нужна, — сказал Брайан, когда его руки оторвались от моих бедер.

— Я чувствую.

Я почти задыхалась. Он покусывал и посасывал мою грудь, впиваясь в кожу на талии мертвой хваткой. Каждый раз было единственное впечатление — существуем только мы. Когда этот мужчина двигался во мне, это было все, что я чувствовала. Я ждала его. Только его.

Брайан резко вышел и так же заполнил меня снова. Я попыталась толкнуться ему навстречу, но он удерживал меня на месте. Он двигался все быстрее и жестче, а я вцепилась пальцами за руки мужа, словно только так могла удержаться на месте. Он вонзился зубами мне в плечо. Мне было наплевать, что останется след. В этот момент так уж точно. Трахая меня, Брайан затрагивал все нервные окончания и мою душу. Сместившись, он вошел под новым углом, и я задрожала. Я запрокинула голову, и рычание сорвалось с губ Брайана. Я не отводила взгляда от великолепных глаз моего мужа, которые потемнели. Волна удовольствия накрыла меня, и кончиками пальцев я прошлась по его соскам, падая на грудь. Я улыбалась, а он не переставал одаривать меня поцелуями.

— Ты лучший дьявол, которого я встречал. Ты мое проклятие и мой дар.

После этого мы заказали пиццу, сидя в гостиной за просмотром сериала. Что бы не происходило вначале, мы должны были найти друг друга, чтобы понять, что не все в этом мире поддается контролю. Со мной был воистину потрясающий мужчина. Расчеты, предположения и принципы — иллюзия. Любовь сама по себе неконтролируема и непреодолима, но самое главное — настоящая. Меня интересовала его личность. Его взгляды на жизнь. Мнение о погоде и моей работе. Во сколько лет он впервые понял, кем хочет быть, и в каком цвете он видит жизнь. Я не знала всего его прошлого, да и не хотела этого. Я любила его настоящего и видела лучшие стороны. Не пыталась перекричать демонов или побороть страхи за него. Но я всегда ждала и была готова взять за руку. Готова была быть рядом, несмотря на поступки.

Мы смотрели «Теорию большого взрыва». Леонард как раз задавал Шелдону вопрос, находясь в квартире девушки, которая ему нравилась.

«Ты когда-нибудь слышал, что не все имеют навязчивую потребность сортировки организации всего вокруг?»

«Нет».

— Эмили, я прям вижу тебя, — засмеялась Лидия. — У тебя тоже всё идеально чисто.

— Ли, — сильнее прижал к себе меня Брайан. — Ты просто не видела ее шкаф и рабочий стол экрана. Это ужас.

— Если ты не заткнешься, Прайсон, — налила я бокал вина, — спать будешь возле камина.

— Если...

— Нет, — перебила я. — Без меня.

— Ты манипулируешь моим братом, — смеялась Лидия. — И у тебя это чертовски хорошо получается.

— Я не манипулирую.

— Манипулируешь. Я ведь тоже девушка.

— До тех пор, пока не посмотрю на его лицо, — пробормотала я. — У него тело, по которому плачут ангелы.

Спустя какое-то время я уснула. Звонок телефона разбудил, когда на часах было четыре утра. Рассел звонил, чтобы сказать о том, что ФБР заставило его участвовать в сговоре, чтобы поймать наркодиллера. Я сказала, пусть делает, что они скажут, за исключением утаивать правду от того человека. Потом, если Аливас узнает это, он убьет всех, кто причастен. И пусть я даю согласие на убийство от передозировки для остальных, но защищу свою семью. Брайан мирно спал, а я пошла в кухню, налила бокал вина и включила камин.

Мимо проходили дни, а вмести с ними правда, которую я должна была рассказать. Люди, которые меня окружали, имели право знать. Я помню все. Какой я была и какой стала со временем. Я пыталась все сделать сама и даже до сих пор в толпе искала не родной взгляд, а собственное «оружие», о действии которого бы забыла, пройдя очередной поворот. Потом будет потом, а сейчас я пыталась что-либо исправить. Но разве всегда ошибалась только я? В конце концов, я просто человек. Я говорила сама с собой, не поднимая глаз в зеркало. И в любом случае, птицы летают, чтобы потом разбиться.

— Тебя не хватает в постели, — услышала я голос за спиной.

— Я видела сон, Брайан.

— Какой?

— Там были наши дети, я знаю это. И я вышла к ним, когда они меня звали. Чем сильнее я пыталась быть ближе, тем дальше они оказывались. Им было страшно, и я нужна была им, я чувствовала.

— Все в порядке, Эмили?

— Да, — прошептала я, смотря на него, когда он сел на стул рядом. — Не может быть по-другому.

— Ты мне расскажешь, что у тебя за дела с ФБР?

— Нет, — ответила я, словно это и так было ясно. — Тайна следствия и все такое.

— Эмили.

— Нет, Брайан. Я сама разберусь. Давай лучше поговорим.

— Если интересно мое мнение, — слышала я улыбку в его голосе. — Я считаю, что этих мерзавцев нужно проучить.

— А как насчет тебя? — засмеялась я. — Ничего, что ты был одним из них?

— Я убил прошлого капитана.

— Я знаю, — наблюдала я за огнем. — Но не надо было. Тебя ведь могли убить.

— Пусть радуются, что я их не поубивал, — поцеловал он мою руку. — Я никому не позволю тебя обидеть и сам не обижу. Ты злишься на того идиота?

— Нельзя злиться на человека, который отсутствует в твоей жизни.

— Ты всегда была такой особенной, Эм, — пересадил Брайан меня к себе на колени, забирая бокал. — Особенно в нашу первую встречу.

— В нашу первую встречу, милый, — поцеловал я его в уголок рта, — я была не особенная, а просто одинока.

Спустя какое-то время мы вернулись в постель. В суете я не замечала, как с каждой минутой Брайан становился мне еще родней. Он веселый и по-доброму смешной. Я редко говорила ему об этом, но слова были не так нужны спустя это время. Мы понимали друг друга без слов. Я разговаривала с ним молча и слышала слова его сердца.

Первое, о чем я подумала, когда проснулась: «Как же я счастлива». Я улыбнулась тому, как было потрясающе просыпаться в объятьях Брайана, тело которого прижималось к моей спине. Он прикусил мое плечо и сразу облизал место укуса. Я улыбнулась и вздрогнула от его теплого дыхания, и эротический импульс прошелся по моей коже. Его рука скользнула между моих бедер, и он раздвинул мои ноги. Я застонала от удовольствия, выгнувшись, когда твердый член прижался к моему входу, и Брайан медленно вошел. Я улыбнулась, и он скользнул глубже. Мой муж медленно двигался во мне, и я вскрикнула громче. Брайан удерживал мою ногу, поднимая выше, а я запрокинула голову на грудь мужа, чтобы двигаться с ним в унисон. Одной рукой я вцепилась в его плечо, а другой в шелковые простыни. Я не могла ничего поделать с чувствами и током, который всегда проходил по моему телу. Эти ощущения были слишком потрясающими, чтобы быть реальными. Мои соски затвердели, и дыхание стало прерывистым.

— Брайан, пожалуйста!

Я сильнее толкнулась бедрами навстречу, и он стал еще жестче вдалбливаться в меня. Я закрыла глаза от удовольствия. Брайан был нежен, но в то же время я не знала пощады от его прикосновений. Я прогнулась, чтобы он вошел в меня под новым углом. Ощущения убивали. Они были настолько сильными, когда он вбивался в меня, что все что я могла — дышать.

Он был моим чудом. Мой муж был поразительным и невероятно соблазнительным. Брайан вышел и резко перевернул меня на спину. Припадая к моей груди, он посасывал твердый бугорок, и я вцепилась ногтями в его спину. Он не отстранился, а вместо этого подался вперед, резко войдя в меня. Страсть искажала его лицо, и он зарычал, уткнувшись головой в мою шею. Его тело напряглось, и Брайан стал массировать мой клитор. Ощущения были настолько сильными, что почти причиняли боль. Я громко застонала, вытесняя все чувства, кроме удовольствия. Меня накрыл мощный оргазм, и я содрогалась всем телом. Брайан последовал за мной, выкрикивая мое имя.

— Я люблю тебя, Эмили, — сказал он, целуя мою шею и все еще находясь во мне.

— И я люблю тебя, — улыбнулась я. — Нужно почаще вместе просыпаться.

После этого мы стояли в душе под струями воды, не отрывая друг от друга взгляда и губ. Мы брали все от нашей «свободы», пусть даже ценой собственного заточения.

— Я хочу съехать от вас, — сказала Лидия, уже попивая кофе, когда я вошла в кухню.

— Мы уже это обсуждали. Это глупо и не продумано. Чего тебе не хватает?

— Тишины, Эм. Я просто хочу, чтобы вы наслаждались с моим братом друг другом подальше от меня и дали мне поспать.

— Мы будем потише, — улыбнулась я, вспоминая утро.

— Ага, потише, — фыркнула девушка. — Вы наверное-то дома не видите, не считая спальни, кухни и комнаты с камином.

— Возможно, через парочку дней глянем, — улыбнулся Брайан, входя в кухню. — Кто готовит завтрак?

— Я готовлю.

— Кажись кто-то сегодня умрет, — слышала я улыбку в голосе Лидии.

— Тише, сестренка. Не зли мою жену. У нее есть свои достоинства, кроме готовки.

— Ага, я слышу их через стенку.

Как только я вытащила из холодильника мясо, прозвучал звонок в дверь. Брайан открыл, и я засмеялась.

— Здорова, — просияли улыбкой Адам и Майкл.

— Тащите свои задницы в дом, — кивнул Брайан, пропуская друзей.

— Привет, девочки, — поцеловали меня в щеку парни по очереди. — Что будем есть?

— Я буду готовить, — обнял муж меня за плечи. — Эта женщина должна быть в моей постели, а не на кухне.

— Это самое сумасшедшее дерьмо, которое я слышал, — засмеялся Адам. — Никогда бы не поверил, что ты это скажешь даже через сотню лет.

Когда Рассел все-таки рассказал дилеру о том, что случилось, его арестовали. Я пришла к нему в камеру и выслушала. На следующий день переговоры с ФБР проходили в моем кабинете, и я находилась рядом с подзащитным. Я сжала его руку, прежде чем обратить внимание на обоих мужчин сидящих передо мной.

— Я не понимаю, чего вы хотите.

— Бюро считает мистера Рассела ответственным за это убийство и за то, что он участвовал в сговоре с Аливасом при перевозке наркотиков.

— И? — улыбнулась я.

— И? — удивленно посмотрел на меня ФБР-овец.

— Вам не привлечь его за создание помех правосудию, поскольку вы сами не смогли ничего найти. А также убийство не доказано. А насчет участия тоже ложно, так как у вас есть записи. Так чего вы хотите от моего подзащитного? Извинений? Извинитесь мистер Рассел.

— Извините, — сказал он.

— Ах ты стерва, — выругался мужчина. — Твой подзащитный является косвенным соучастником.

— Он не знал, что опять может затеять любой другой человек, с которым он хотя бы однажды разговаривал. И Аливас ничего не говорил мистеру Расселу. Вы ведь сами слушаете свои записи?

— Мы сказали ему ранее.

— Это предлог, — хмыкнула я. — Что-то ведь надо было сказать, чтобы выйти на того, кого нужно, через моего клиента.

— Вы правы. Нам стоит прекратить расследование. Но знаете, с чем связан ваш подзащитный? С этими жертвами! — бросил мужчина мне фото убитых женщин.

— Наша встреча окончена, — поднялась я с кресла. — Я подам иск за запугивание и преследование моего клиента. Вон из моего кабинета! Живо!

— Не надо со мной ссориться. Я не всегда играю честно, мисс Харисон, — сказал один из них прежде чем выйти.

— Мисс Харисон, мне нужно, наверное, рассказать кому-то, что я чувствую, — смотрел на меня Рассел.

— Поделитесь со своей женой.

— Увы, она не слушает меня.

— Зато можно не переживать, что произойдет утечка информации.

Вскоре Рассел ушел, и Тиффани зашла в кабинет.

— Теперь все в руках Божьих, — сказала она, наливая бокал содовой. — Верно?

— Я думала, я и есть Бог.

— Тогда я тебя разочарую, — улыбнулась она. — Ты выиграла, Эмили. Теперь и дальше можешь быть адвокатом.

— Я знаю, — покачала я головой. — Но я больше не хочу этого. Доказать, что я лучше, было моим желанием и долгом перед дипломом юриста, но это больше не моя жизнь.

— Что ты решила делать дальше?

— Столько человек потерялось из-за моей работы. Но знаешь, я рада, пусть даже упреки многих справедливы. Я отдала этой работе столько лет жизни, но теперь не болею этим. С меня хватит. Я предложу место Кристоферу, он заслужил испытательный строк. Тебя сделаю партнером, и может быть, когда-нибудь мой ребенок продолжит это дело.

— И чем ты собираешься заниматься? — присела она на край стола.

— Я открою место для мыслей. Там будет кофе, вино и сладкие пончики. Мягкие диваны и уютные стены, — улыбнулась я.

— А что насчет Макса? Он не хочет быть адвокатом?

—Я не позволю ему стать мной. У него должен быть другой пример.

— То есть ты не против, чтобы адвокатом был твой ребенок, но против, если брат?

— Мой ребенок не будет дьяволом. Кроме меня у него или нее будет отец, который добр душой. Гораздо добрее, чем я. Он будет любимчиком семьи, но не падшим ангелом. Когда ты собираешься замуж?

— О нет, дорогая, — засмеялась девушка. — Только из-за того, что ты вышла замуж в тридцать, не значит, что я тоже из ума выжила.

— Вообще-то мне двадцать девять.

— Встреча с тобой изменила меня, Эмили, — исчезла улыбка с лица девушки. — Ты сделала меня той, кто я сейчас. Есть много людей, которые тебя уважают и благодарны, но у меня эти чувства по-особенному сильны. Когда жизнь довела меня до самой тупой боли, я встретила тебя. Или ты встретила меня. Где-то между нашими делами, спорами, шутками и криками я полюбила тебя. Я больше не найду такой, как ты, да и не хочу. Но ты научила меня самому важному: если ты что-то чувствуешь, то об этом нужно говорить. И я чертовски люблю тебя за все, что ты сделала.

— Я тоже люблю тебя, моя девочка, — подошла я к Тиффани, сжимая ее в объятьях. — Ты единственная, кому я доверю дело своей жизни.

Я сидела в кабинете и смотрела на Нью-Йорк, понимая, что это последние мои часы как адвоката. В дверь постучали, и вошел мой муж. Он стоял с огромным букетом красных роз и улыбался.

— Прости, — положил их на стол, подойдя ко мне. — Пионов не было.

— Я тебя прощаю, — улыбнулась я. — Ты по делу или соскучился?

— Соскучился, — присел напротив меня. — Что это за дело Рассела?

Я не успела ответить, как один из офицеров влетел в мой кабинет.

— Что ты, черт возьми, себе позволяешь? — прорычал он, смотря на Брайана.

— Это ты, черт возьми, что позволяешь? — слышала я злость в голосе мужа. — Ты почему тут?

— Я не собираюсь спускать этой стерве манипуляцию.

— Если ты сейчас же не уберешься отсюда, я сломаю тебе череп, Маркус.

— Мальчики, — обратилась я к обоим. — Вы не могли бы устроить побоище на улице? Я и так много мебели выкинула после некоторых своих клиентов, но сейчас мой кабинет мне нравится.

— Оставь их, Эм, — вошла с улыбкой на лице Тиффани. — Им не терпится помахать кулаками. Не хочешь попкорна?

— Люблю хороший бой, — улыбнулась я ей, скучающе скрестив руки на груди.

— Я принесу, — проворчала она, уходя.

— Прекратите, — вздохнула, смотря на мужа. — Никаких боев.

— Поцелуй меня в задницу, Прайсон, — рявкнул Маркус. — Она меня подставила.

— Сам поцелуй меня в задницу.

— А затем поцелуйте еще мою, — поднялась со стула. — И заткнитесь уже наконец.

Маркус стрельнул на меня злым взглядом и ушел, хлопнув дверью. Я рассказала Брайану о том, что не хочу больше сидеть в этом кресле и носить свою самую большую победу — удостоверение адвоката.

— Я никогда не строил планы на будущее, — сказал муж. — Пока не встретил тебя, Эмили. Ты изменила всю мою жизнь. То, что происходит с нами, превосходно. Это лучше, чем все мечты и ожидания.

— Я стала другой, когда встретила тебя, — легко дотронулась я своими губами к его. — Лучше.

— Просто встретив меня, ты перестала играть роль мужчины.

Брайан открыл мой ноутбук и включил песню Toto Cutugno – Buonanotte. Я засмеялась, когда он подал мне руку, и мы стали двигаться под музыку в танце. Муж сильно держал мою талию, прижимая к себе.

— Я все думал, почему ты полюбила меня?

— Ты задел меня за живое. Я думала о тебе, а потом стала говорить. И однажды, когда в очередной раз ты приехал, я поняла, что выйду за тебя замуж.

— Я поверил в любовь с первого взгляда, — поцеловал Брайан мою руку. — Я влюбился в тебя в тот самый момент, когда ты вышла из такси и откинула волосы назад. Через пару дней после нашей встречи я заглянул к тебе в кабинет. Ты спала на своих ладонях, которые лежали на столе, и тогда я сказал себе, что женюсь только на тебе.

— Так ты знал меня? — удивленно посмотрела я на улыбающегося мужа. — Ты следил? Знаешь, что это противозаконно?

— Серьезно? Нужно было остановить меня.

Его слова зажигают мою кровь. Он мне нужен. Брайан нужен мне целиком и полностью. Мне не стыдно за любовь. Не стыдно, что я предана ему. Пусть в нем было чуть-чуть грубости, но даже она была чертовски милой. Никто не умеет так целовать меня. Целовать жестко и нежно в то же время. Я полюбила его. Действительно полюбила. И с такой любовью со стороны мужчины в ответ этот процесс необратим.

— Ты бы изменила что-либо?

— От себя в тридцать не убежишь, Брайан.

Вскоре мы вышли из офиса, когда улицу заполнила темнота и свет фонарей. Я решила, что завтра заберу вещи и подпишу бумаги. Брайан сел за руль машины, и мы двинулись в сторону Бруклина. Я говорила о том, каким хочу видеть ресторан и что обязательно на днях этим займусь. Брайан улыбался, переводя взгляд с меня на дорогу. И я была счастлива. Очередной раз.

— Я люблю тебя, Брайан, — смотрела я на него. — Какие у нас планы на завтра?

— Милая, не нервничай, — смотрел он в зеркало заднего вида. — Как только мы доедем домой, я тоже буду любить тебя, при чем несколько раз подряд, но сейчас у нас хвост.

За нами гнался внедорожник, быстро набирая скорость. Я видела только старые здания и деревья. Брайан резко крутанул руль и съехал на подъездную дорогу. Мы видели, как нас преследовала машина, и Брайан снова добавил газу, направляясь прямо в стену старого здания. Я вытащила телефон и разослала экстренные сообщения всем друзьям, ведь от страха не могла вымолвить ни слова. Машина резко врезалась в стену и развалила ее.

— Черт возьми, новая машина, — смотрела я по сторонам, когда Брайан с испугом смотрел на меня.

— Ты в порядке?

— В полном. Что будем делать?

— Дай мне свое оружие.

— Оно в бардачке, — ответила я, выходя с машины. — Я посмотрю обстановку.

— Эмили, не смей!

Я открыла дверь и, завернув за дом, увидела перед собой мужчину.

— Издашь хоть звук, и я снесу тебе голову, — прошептал он. — Шагай.

Я сделала, как он говорил. Он толкнул меня в помещение, взяв кисти моих рук и связывая их.

— Ты знала, что когда-нибудь тебе придет конец, да? — смотрел он с ненавистью на меня.

Затем ударил по лицу, и я упала. Он вышел из комнаты, захлопнув дверь. В комнате не было никого. Ни признаков жизни, лишь стул, стоящий в центре, и запах крови и страха. Я отмечала обстановку. Будь тут хоть какая-то мебель, я смогла бы укрыться и быть меньшей мишенью. Пнув ногой в дверь, я услышала глухой звук. Я нахмурилась и снова сделала это. Ждать — отстойно. Так продолжалось минут десять, пока я не подошла к окну и не разбила его двумя ударами ноги.

— Эмили! — крикнул Брайан.

— Я тут!

Он открыл дверь и кинулся ко мне.

— Твою мать, Эмили, я говорил тебе сидеть со мной.

— Заткнись. Тут где-то есть этот козел.

— Что у тебя на лице? — провел он кончиками пальцев.

— Царапина.

— Сукин сын! Он ударил тебя. Я выпущу из него кишки. Перережу к чертовой матери артерию и...

— Тише, ковбой. Нужно выбираться.

Брайан выглядел напряженным, и я не могла его винить. Он изучал мое лицо, а затем взял за руку, и мы вышли из здания. Прозвучал звук выстрела, и, увидев двух мужчин, приближавшихся к нам, Брайан выстрелил. Я двинулась в темноту, чтобы прикрыть его с другой стороны дома.

— Беги в лес, — сказал он. — Позови на помощь.

— Я не брошу тебя! — закричала я. — Никогда.

— Эмили, беги. Иначе мы оба умрем.

Я направилась в сторону леса, услышав звук выстрела, и спустя мгновение началась перестрелка. Несколько пуль вонзились в деревья рядом со мной, и я старалась бежать, не врезаясь в них. Позади услышала крик мужчины. Он был полон боли и злости. Я врезалась плечом в ветку дерева и упала на землю от удара. С трудом поднявшись на ноги, вымучено прислонилась, пытаясь восстановить дыхание. Я дергала запястье, чтобы развязать руки, но они не поддавались. Я боролась с отчаяньем и страхом. Хотела подальше убраться от пуль и пыталась приучить свои глаза к темноте.

Из-за всех этих выстрелов и криков казалось, что шла война. И мой муж был в центре этих событий. Я не успела выйти на шоссе, как что-то преградило мне путь. Огромная фигура появилась из ниоткуда. И кто бы это ни был, он шел прямо на меня. Я рванула в обратную сторону леса в безумном отчаянье, пытаясь найти глазами Брайана. Я свято верила в него. Мой муж умный и сильный. Было столько вещей, которые я не успела сказать ему. Именно через это мы не можем умереть. Только не сегодня.

— Эмили, уходи! — закричал он, когда я увидела его фигуру в темноте.

— Там еще один.

— Черт!

— Брайан, мы умрем? — слезы лились с моих глаз.

— Не сегодня, — стал он развязывать мои запястья. — Я сейчас убью того, что позади тебя, а затем мы убежим, поняла?

—Да, — покачала я головой, не веря ему. — Я все сделаю. Что я должна делать, Брайан?

— Ты должна выжить, Эмили. Пообещай мне, что выживешь.

— Я обещаю, — прошептала я.

Брайан убил, как и говорил, того ублюдка, затем взял меня за руку, и мы двинулись вглубь леса. Я не боялась за себя в этот момент, только за него. За тех людей, которые, узнав о нашей смерти, впадут в отчаянье. Очередной звук выстрела, и я почувствовала боль в спине, падая на землю. Я пыталась подняться, несмотря на то, что не могла нормально вздохнуть.

Брайан взял меня на руки и пытался бежать быстрее. Я сомневалась, что мы останемся живы, но его лицо будет последним, что я увижу. Мы спрятались за деревом, и мой муж взял в руки мое лицо.

— Осталось совсем немного. Я попытаюсь снять хотя бы одного, а затем мы снова побежим, хорошо?

Я качнула головой, и он снял с себя рубашку, обматывая вокруг моей спины, чтобы остановить кровь. Затем я стала рядом с ним, держа за талию.

— Эмили, отойди! Стань за мной.

Откуда-то появился один из ублюдков и ударил Брайана по лицу. Мой муж сверкнул взглядом на меня и нанес тому первый удар. Он впечатал его в дерево рядом со мной, и тот зашипел от боли. Он пытался ответить ударом в бедро, но Брайан нанес еще один, и тот приземлился на задницу. Он бросился на моего мужа, и они стали наносить удары по телам друг друга. Брайан откинулся на спину, и он напал на него. Когда его кулак достиг лица моего мужа, я сильнее сжала зубы и ногой в спину сбила кретина с ног. Он потерял хватку, и Брайан как раз вовремя взял урода за шею и свернул ее, тяжело дыша.

Он повалился на землю, и Брайан смотрел на меня, наблюдая за реакцией. То, что я видела, ужасало. Большой мужчина растянулся, лежа на спине. Кожа в ранах и крови. Рубашка разодрана, и я едва подавила тошноту, смотря на тело. Кровь была повсюду, и я сглотнула, понимая, что мы до сих пор живы благодаря умению Брайана был хладнокровным. В следующее мгновение я услышала шаги и заметила, как еще одна тень нацелила оружие на Брайана. Я кинулась прикрывать его собой и закричала в ужасе от очередной боли, увидев кровь, вытекающую из своей груди. Жар разлился от лопатки до затылка, и все потемнело. Я больше не чувствовала страха, и отчаянье на лице моего мужа было последним, что я видела.