Глава 31
***
Прошёл месяц. Месяц беремености.
Тэхён больше не был тем измождённым, бледным призраком, который несколько недель назад едва доходил до ванной и падал в обморок на прогулке. Беременность, которую он так не хотел, меняла его тело медленно, но неумолимо. Щёки округлились, под глазами исчезли синие тени, исхудавшие руки налились здоровой плотью. Он больше не выглядел как скелет, обтянутый кожей. Он выглядел почти нормально если бы не небольшой, едва заметный живот, который уже прощупывался под мягкой тканью домашней футболки.
Госпожа Ю кормила его по расписанию пять раз в день, небольшими порциями, чтобы не провоцировать тошноту. Тэхён больше не сопротивлялся. Он понял, что голодовкой ничего не добьётся, а ребёнок внутри него нуждался в еде. Даже если он не хотел этого ребёнка он не мог позволить себе убить его медленным голодом.
- Вы сегодня хорошо выглядите, - заметила госпожа Ю, когда Тэхён вышел в коридор. Впервые за долгое время он шёл сам, без поддержки, держась за стену только для страховки.
- Я выгляжу как беременный тюлень, - буркнул Тэхён, но в его голосе не было привычной горечи.
- Вы выглядите как будущий папа, - мягко поправила госпожа Ю. - И это прекрасно.
Тэхён не ответил. Он не был готов слышать слова «папа» и «прекрасно» в одном предложении.
Чонгук, увидев, что Тэхён может передвигаться по дому, пришёл в ужас. Не потому, что боялся побега нет, охрана стояла на каждом углу, камеры следили за каждым шагом. Он боялся, что Тэхёну станет плохо. Что он упадёт. Что потеряет сознание. Что с ребёнком что-то случится.
- Ты не можешь ходить один - сказал он, когда Тэхён заявил, что хочет спуститься в столовую. - Я приставлю к тебе охрану.
- Я не хочу охрану, - Тэхён скрестил руки на груди. - Я хочу нормально поесть за нормальным столом, а не в своей комнате, как собака.
Чонгук сжал челюсти. Он не умел проигрывать в спорах, но с Тэхёном каждый раз был готов уступить. Однако безопасность Омеги и ребёнка была важнее.
- Госпожа Ю пойдёт с тобой, - сказал он. - Она будет рядом. Если почувствуешь головокружение - сразу садись. Не геройствуй.
- Я никогда не геройствую, - Тэхён усмехнулся. - Я просто хочу жить как человек.
Чонгук хотел сказать, что в этом доме Тэхён больше чем человек. Что он центр вселенной, ради которого Чонгук готов уничтожить любого. Но не сказал. Потому что знал: Тэхён не оценит.
- Договорились, - кивнул Чонгук. - Но только с госпожой Ю. И чтобы я знал, где ты.
- Ты и так знаешь, - Тэхён махнул рукой в сторону потолка, где в углах коридора висели камеры. Ты всегда знаешь, где я.
- Это для твоей безопасности.
- Это для твоего контроля, - Тэхён развернулся и пошёл к лестнице, опираясь на перила. - Но сегодня я выбираю не спорить. Сегодня я хочу есть. Госпожа Ю поспешила за ним, подхватывая под локоть.
- Осторожнее на ступеньках, - сказала она. - Спускайтесь медленно.
- Я не стеклянный, - проворчал Тэхён, но послушался.
Они спустились в столовую большую, светлую, с панорамными окнами, выходящими в сад. Тэхён сел за стол, огляделся. В этой комнате он не был с тех пор, как его привезли в особняк. Тогда он был пленником, которого кормили силой. Теперь он сидел здесь сам, по собственной воле, и это было странное, почти пугающее чувство.
- Что бы вы хотели? - спросила госпожа Ю, стоя у него за спиной.
- Что дадите, -Тэхён пожал плечами. - Всё равно не чувствую вкуса.
- Это пройдёт. Ближе к четвёртому месяцу.
- Вы всё время так говорите. «Пройдёт», «пройдёт». А когда пройдёт моя жизнь? - Тэхён посмотрел в окно, на заснеженный сад. - Когда я перестану быть пленником?
Госпожа Ю не ответила. Она молча поставила перед ним тарелку с супом и отошла к стене.
Через десять минут в столовую вошёл Чонгук. Он сел напротив, не спросив разрешения. Тэхён не возражал - привык.
- Ешь, - сказал Чонгук, кивнув на тарелку.
- Сам знаю, - Тэхён отправил ложку в рот.
Они ели молча. Только звон палочек и редкие глотки чая нарушали тишину. Чонгук смотрел на Тэхёна на его округлившиеся щёки, на более живые глаза, на то, как двигаются его руки, уже не такие худые, как месяц назад.
- Ты стал красивее, - неожиданно сказал Чонгук. - Беременность тебе идёт.
- Не говори так, - Тэхён отставил чашку. - Я не хочу это слышать.
- Почему? Это правда.
- Потому что это заставляет меня думать, что я нравлюсь тебе. Не как вещь, не как замена, а как... - он запнулся, подбирая слова. - Как человек. А это опасно.
- Почему опасно?
- Потому что если я поверю, что ты меня любишь - мне придётся простить тебя. А я не готов.
Чонгук замолчал. Он понимал. Он всегда понимал.
- Ты не должен меня прощать, - сказал он наконец. - Я не заслуживаю.
- Тогда зачем ты это делаешь? - Тэхён посмотрел ему в глаза. - Зачем ты говоришь мне такие вещи? Зачем сидишь со мной за столом? Зачем приходишь по ночам, когда я сплю, и сидишь на ы рядом, - сказал он. - Чтобы тебе было спокойнее.
- Мне спокойнее, - признал Тэхён. - И это бесит. Я не хочу, чтобы мне было спокойно рядом с тобой. Я хочу ненавидеть тебя. Я хочу мечтать о побеге. Но вместо этого я думаю о том, что суп сегодня вкусный, и что живот растёт, и что внутри живой человек, который скоро начнёт пинаться. И я не знаю, что с этим делать.
- Ничего не делай, - повторил Чонгук свои слова из прошлого разговора. - Просто живи.
Тэхён отвернулся к окну. За стеклом падал снег крупный, белый, укрывающий сад.
- Я устал, - сказал он. - Не физически. Морально. Я устал бороться с тобой. С собой. С этой беременностью. Может быть, если я перестану бороться станет легче.
- Станет, - пообещал Чонгук. - Не сразу. Но станет.
Тэхён кивнул. Доел суп, выпил чай, отодвинул тарелку.
- Я хочу в библиотеку, - сказал он. - Госпожа Ю, проводите меня. И пусть никто не ходит за мной по пятам. Я не собираюсь бежать.
Чонгук хотел возразить, но передумал.
- Иди, - разрешил он. - Но если почувствуешь себя плохо...
- Позову, - закончил за него Тэхён. - Знаю. Твоя забота начинает меня душить, Чонгук.
- Это любовь, - тихо сказал Чонгук.
Тэхён посмотрел на него долгим, тяжёлым взглядом.
- Нет, - ответил он. - Это контроль. Но сегодня я выбираю называть это заботой. Потому что устал от правды.
Он вышел, опираясь на руку госпожи Ю. Чонгук остался сидеть за столом, глядя на пустую тарелку Тэхёна.
- Он прав, - сказал он пустоте. - Это контроль. Но я не знаю, как иначе. Я никогда не знал, как иначе.
В библиотеке Тэхён устроился в кресле у камина. Госпожа Ю принесла плед, подушку под спину, стакан тёплого молока.
- Вы стали разумнее, - заметила она, укутывая его ноги. - Раньше вы спорили из-за каждой мелочи.
- Я устал спорить, - Тэхён взял книгу с журнального столика какой-то старый роман, который он не собирался читать. - И потом, вы не дадите мне умереть с голоду или замерзнуть. Вы слишком хороший человек, госпожа Ю.
- Спасибо, - женщина склонила голову. - Я просто делаю свою работу.
- Вы делаете больше. Вы единственная, кто разговаривает со мной как с человеком. Не как с вещью. Не как с проблемой. Как с... - он запнулся. - Как с сыном.
Госпожа Ю опустила глаза. Она никогда не говорила об этом, но в глубине души действительно считала Тэхёна почти членом семьи. Тем, кому нужна забота. Тем, кто не заслужил той жизни, которую ему навязали.
- Я присмотрю за вами, - сказала она. - Всегда.
Тэхён кивнул и уткнулся в книгу.
Он читал до вечера, пока за окном не стемнело. Госпожа Ю сидела в углу, вязала что-то маленькое детское, хотя Тэхён делал вид, что не замечает. Чонгук не заходил. Слышно было только потрескивание дров в камине и тихий шелест страниц. В какой-то момент Тэхён положил книгу на колени, прижал ладонь к животу.
- Что ты там делаешь? - прошептал он. - Спишь? Или уже слушаешь?
Внутри было тихо. Но Тэхён знал кто-то там есть. Маленький, ещё не родившийся, но уже живущий своей жизнью.
- Я не знаю, кто ты, - продолжил он шёпот. - Мальчик или девочка. Но я уже начинаю привыкать к тебе. Это страшно. Я не должен привыкать. Ты не должен был случиться. Но ты случился. И теперь я не могу тебя убить. Не потому, что он запретил. Потому что не могу.
Он замолчал. Внутри, под ладонью, что-то дрогнуло слабо, почти неуловимо. Тэхён замер.
- Это ты? - спросил он.
Ответа не было. Но тепло стало чуть сильнее. Вечером, когда Тэхёна уложили в постель, в комнату зашёл Чонгук. Он сел на пол у кровати, как делал это уже много ночей подряд.
- Ты сегодня хорошо поел, - сказал он.
- Я сегодня хорошо поел, - эхом повторил Тэхён, не открывая глаз. - Ты поэтому пришёл? Сделать мне комплимент?
- Я пришёл сказать, что горжусь тобой.
Тэхён открыл глаза.
- Чем? - удивился он.
- Тем, что ты не сдался. Тем, что ты ешь. Тем, что ты встаёшь с постели. Тем, что ты носишь моего ребёнка, хотя ненавидишь меня. Это требует силы. Огромной силы.
- У меня нет выбора, - Тэхён отвернулся к стене.
- Выбор есть всегда. Ты мог бы не есть. Ты мог бы лежать и ждать смерти. Ты мог бы попытаться сбежать. Но ты выбрал жить. Не для меня для себя. И для ребёнка. Это и есть выбор, Тэхён.
Тэхён молчал. Потом тихо сказал: - Ложись. На полу холодно.
Чонгук не заставил себя просить. Он лёг на кровать, поверх одеяла, не касаясь Тэхёна. Просто рядом.
- Спокойной ночи, - сказал он.
- Спокойной ночи, - ответил Тэхён.
Они лежали в темноте, слушая дыхание друг друга. Внутри, под сердцем, теплилась маленькая жизнь. И впервые за долгое время Тэхён не хотел, чтобы она исчезла.
Продолжение следует...