7
Рассвет застал Алю на подоконнике. Она так и не легла в кровать, просто сидела, глядя, как тёмное небо медленно светлеет, окрашиваясь в нежно-розовые и сиреневые тона. Кофе остыл, оставив на дне приторно-сладкое послевкусие, а в голове всё ещё крутились обрывки их разговора. «Я дебил, поспешил. Реально... идиот». Эти слова Гриши, сказанные с такой неподдельной искренностью, почему-то задели больше, чем все его бравады и попытки пробить её защиту.
Она знала, что не простила. И дело было не только в той осени, когда он ушел, не оглядываясь. Дело было в годах, которые она провела, собирая себя по кусочкам, отстраивая свою жизнь в этой самой «тишине», которую Гриша сейчас так хотел нарушить.
В девять утра зазвонил будильник, напоминая о съёмках. Аля натянула спортивный костюм, заварила крепкий чёрный чай, стараясь выбить остатки сна и воспоминаний о прошедшей ночи.
Съемки шли тяжело. Камера, обычно покорная и привычная, сегодня казалась чужой. Аля постоянно ловила себя на мысли, что отвлекается, вспоминая то его взгляд на сцене, то его слова в машине, то то, как горели её губы после его поцелуя, который она так резко прервала.
Около полудня телефон завибрировал. Аля машинально взглянула на экран — неизвестный номер. Она проигнорировала. Через минуту пришло СМС:
«Это Гриша. Насчет соли. У Артёма нет моего номера, а я не могу вспомнить, в каком он подъезде. Я в 341. У тебя в доме, если что. За солью не пойду. Просто... привет. Без лишнего, как договаривались».
Аля замерла. 341 квартира — это была квартира Артема. И он действительно был у него. Скривив губы, она представила, как Гриша, вместо того чтобы отсыпаться, сидит в гостях у друга, обдумывая, что ей написать, и как бы выдержать этот дурацкий «просто так» и «без лишнего».
Она положила телефон на стол, не отвечая. Ей хотелось позвонить ему, накричать за то, что он нарушает её личное пространство, что он снова пытается влезть в её жизнь через такие дурацкие уловки. Но вместо этого она почувствовала, как внутри что-то ослабло. Наверное, это была та самая стена, которую она так тщательно выстраивала.
«341. В твоем же доме». Эта мысль не давала покоя. Гриша был не где-то там, за горизонтом, а всего лишь на пару этажей выше. Она посмотрела на свои руки. Они больше не дрожали.
Вечером, после съемок, Аля возвращалась домой. Она зашла в подъезд, нажала кнопку лифта. На тридцать втором этаже дверь открылась, и из лифта вышел Гриша. Он явно её ждал.
— Привет, — его голос был тихим, почти неуверенным. Он не делал никаких лишних движений, просто стоял, держа в руках небольшой пакет. — Я... я тебе. Забыл вчера отдать.
Он протянул ей пакет. В нём лежала небольшая коробочка с логотипом элитной кофейни. И маленький флакончик морской соли.
— Ты серьезно? — Аля не смогла сдержать улыбку.
— Я же обещал, — Гриша ответил ей такой же, слегка неловкой улыбкой. — Съемки прошли хорошо? Ты выглядишь уставшей.
Аля открыла лифт и вошла внутрь.
— Прошли.
— Я тебя не задерживаю, — он сделал шаг назад. — Просто... хотел отдать. А то на СМС ты не отвечаешь.
Двери лифта начали закрываться. Аля задержала их ногой.
— Напиши мне, когда закончишь у Артёма, — тихо сказала она. — Я тебе перезвоню.
В его глазах вспыхнул огонёк.
— Напишу. Обязательно.
Двери лифта окончательно закрылись, унося Алю на её этаж. Гриша остался стоять в холле, глядя на табло, где высвечивались цифры. Он сделал глубокий вдох, сжимая в руке свой телефон.
Он был идиотом. Но, похоже, этот идиот только что получил еще один, совсем маленький, но очень важный шанс.
Продолжение следует...