6
-Ты так и будешь молчать? -спросилп Аля.
Гриша до сих пор стоял в дверях, после слов девушки он медленно обернулся. Расстояние между ними сократилось до опасного минимума. В полумраке коридора его глаза казались совсем темными, почти черными.
— Аль... — тихо позвал он.
Аля не успела ничего ответить. Он подался вперед, сокращая последние сантиметры, и накрыл её губы своими. Это был поцелуй, в котором смешалось всё: три года ожидания, адреналин сегодняшней Арены и тот самый «шум», о котором он говорил в машине. На секунду Аля замерла, её пальцы непроизвольно сжали ткань его куртки, а в голове вспыхнули воспоминания, которые она так долго прятала под замок.
Но уже через мгновение она резко уперлась ладонями в его грудь и с силой оттолкнула его.
— Нет! — выдохнула она, отступая назад к стене. Её дыхание было прерывистым, а взгляд — испуганным и злым одновременно. — Нет, Гриша.
Гриша замер, тяжело дыша. Он выглядел так, будто его только что окатили ледяной водой.
— Аль, прости, я...
— Это слишком быстро, — перебила она его, и голос её задрожал. — Ты что, правда думал, что можно просто привезти кофе, спеть одну песню и всё? Думал, я растаю и забуду, как ты ушел три года назад? Я не простила тебя, Гриш. Ни за ту осень, ни за это молчание. Один вечер ничего не меняет.
В прихожей повисла тяжелая, удушливая тишина. Гриша смотрел на неё и видел, как дрожат её руки, которые она пыталась спрятать в рукава худи. В этот момент он остро ощутил, какой он идиот. Он снова всё испортил, попытавшись взять нахрапом то, что нужно было восстанавливать по крупицам.
— Да... — он глухо кашлянул и отвел взгляд в пол. — Да, ты права. Прости. Я дебил, поспешил. Реально... идиот.
Он быстро потянулся к тумбочке, забрал свой телефон и ключи от машины. Вид у него был потерянный, весь тот сценический драйв и уверенность Буды испарились, оставив только усталого парня, который совершил очередную ошибку.
— Я пойду, — он взялся за ручку двери. — Хорошего дня, Аль. Отдыхай. Тебе завтра на съемку... извини еще раз.
Он вышел, не оглядываясь. Щелчок замка прозвучал как приговор.
Аля осталась стоять в пустой прихожей. Она прикоснулась пальцами к губам, которые всё еще горели от его поцелуя, и медленно сползла по стене на пол. На кухне остывал кофе, в пабликах продолжали обсуждать их «триумфальное возвращение», а здесь, на тридцать четвертом этаже, она снова осталась один на один со своей тишиной. Только на этот раз тишина была горькой.
Гриша, спустившись на парковку, не сразу завел мотор. Он ударил кулаком по рулю, проклиная себя за несдержанность. Он понимал: завтра он напишет ей, как и обещал. Но теперь он знал — путь к её прощению будет гораздо длиннее, чем он себе представлял.
Продолжение следует...