глава седьмая.
Аделина
новый день в академии начался не с пения ангелов, а с очередного вызова на ковер к винцесту. я стояла у края водоворота, который пульсировал серым маревом, и тупо смотрела в бездну. ноги до сих пор гудели после вчерашних танцев и беготни по бутику, а в голове набатом била мысль о том унижении, которое устроил мне ляхов на диване. «податливая... легкая цель... скучно». эти слова выжигали меня изнутри сильнее, чем адский пламень.
я замерла на мгновение, и мысли невольно унеслись на землю. там, за этой гранью, сейчас, наверное, уже устроили мои похороны. мама рыдает над закрытым гробом, папа постарел на десять лет за эти несколько дней, друзья шепотом обсуждают, как нелепо оборвалась жизнь перспективного психолога. им всем тяжело смириться. а мне? мне до сих пор не верится, что я больше не часть того мира. что я теперь — существо с серыми крыльями, которое учится искушать и летать в экстремальных условиях.
— ты долго собираться будешь,
непризнанная? — раздался за спиной этот невыносимый, хриплый голос. — у нас время идет, а ты тут сопли жуешь.
я обернулась. ляхов стоял, скрестив руки на груди, и в его глазах не было ни капли того тепла, которое я, как дура, навоображала себе в клубе. снова лед, снова превосходство.
— заткнись, ляхов, — отрезала ира, появляясь из тумана. на ней были обтягивающие джинсы и топ, и она выглядела так, будто готова свернуть горы. — дай ей минуту. она, в отличие от тебя, еще помнит, что такое человеческие чувства.
гриша лишь закатил глаза с таким видом, будто мы обе — пустая трата его драгоценного времени. он сделал шаг к водовороту, собираясь прыгнуть первым.
я посмотрела на него. на его самоуверенную позу, на эти алые крылья, которые он даже не скрывал, на его сбитые костяшки. злость, которая копилась во мне всю ночь, вдруг вспыхнула с новой силой.
— да пошел ты... — прошептала я, глядя ему прямо в глаза.
я развернулась спиной к водовороту. это было безумием. я никогда этого не делала. но в этот момент мне было плевать. я сделала глубокий вдох и, точно так же, как он когда-то, просто упала спиной назад, в серую бездну. и в самую последнюю секунду, перед тем как марево затянуло меня окончательно, я подняла руку и адресовала ему средний палец. от души.
я успела заметить, как на его лице промелькнула ухмылка — не та издевательская, а какая-то... одобрительная? и он прыгнул за мной.
реальность схлопнулась и выплюнула нас на асфальт, раскаленный солнцем. запах бензина, паленой резины и рев моторов — мы оказались прямо на гоночной трассе. трибуны ревели, а в боксах механики суетились вокруг двух болидов.
я огляделась, пытаясь прийти в себя после прыжка. голова немного кружилась, но адреналин уже бурлил в крови.
— какая наша задача теперь, наставник? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал твердо.
ляхов подошел к краю трассы, щурясь от яркого света. он кивнул на две машины, которые готовились к старту.
— есть два гонщика, две машины. одна — для честной игры, вторая — для победы любой ценой. если садишься с ирой и артемием, — он кивнул в сторону ангелов, которые уже о чем-то спорили с водителем первого болида, — будешь играть по правилам. подсказывать, как правильно обыграть соперника, используя тактику и мастерство. скукотища.
он перевел взгляд на меня, и в его глазах вспыхнул опасный огонек.
— садишься со мной — это скорость, шалость и нечестная игра. мы сделаем всё, чтобы они проиграли, и получим от этого кайф. так какой путь ты выберешь сегодня, непризнанная?
я посмотрела на ангелов. ира махала мне рукой, призывая присоединиться. там было безопасно, там было «правильно». там я могла бы немного отмыть свои серые крылья от алых пятен.
потом я посмотрела на второй болид. он был черным, агрессивным, с хищными обводами. и рядом с ним стоял гриша — воплощение всего, от чего я должна была бежать, но к чему меня тянуло с непреодолимой силой.
я сделала свой выбор еще в тот момент, когда показала ему средний палец у водоворота.
я зашагала к черной машине и, не дожидаясь приглашения, села на переднее пассажирское сиденье. гриша лишь хмыкнул и запрыгнул сзади. гонщик — парень с татуировкой на всю руку — удивленно уставился на нас.
— эй, вы кто такие? — спросил он, сжимая руль. — как вы вообще сюда попали?
я напустила на себя самый деловой вид, вспоминая уроки психологии.
— мы из комиссии по фиксации скоростных показателей. будем фиксировать все твои подсчеты по скорости и тому подобное. так что заводи мотор и поехали.
гонщик пожал плечами и завел двигатель. рев мотора заглушил все остальные звуки. мы выехали на стартовую решетку. рядом с нами встал болид ангелов. я увидела иру, которая погрозила мне пальцем, и артема, который лишь покачал головой.
старт!
машину рвануло вперед с такой силой, что меня вдавило в сиденье. мир превратился в сплошную полосу размытых красок. я вцепилась в ручку двери, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. я не знала, что делать. я никогда не была на гонках.
— да блять, адель, — раздался над ухом голос гриши, перекрывая рев мотора. — жми на газ! советуй ему, как обыграть этих святош!
я посмотрела в боковое зеркало. болид ангелов шел вровень с нами. и тут во мне проснулось то самое чувство, которое я испытала на диване в клубе. гнев, унижение и безумное желание победить. победить любой ценой.
— прижми его к левому борту! — заорала я гонщику, перекрикивая музыку и мотор. — не давай ему обойти нас на повороте!
гонщик, на удивление, послушался. он резко крутанул руль, и наша машина дернулась влево, преграждая путь ангелам. я увидела испуганное лицо иры, когда они вынуждены были затормозить, чтобы не врезаться в нас.
темная сторона во мне ликовала. это было так легко. так неправильно. и так чертовски весело.
— тарань его! — выкрикнула я, чувствуя, как мои серые крылья невидимые для смертных, но ощутимые для нас наливаются тяжелым, горячим свинцом. — не жалей машину, мы выиграем эту гонку!
я чувствовала, как алые пятна на кончиках моих перьев становятся ярче с каждой секундой. это была не просто гонка. это было мое первое настоящее падение. и, видит сатана, я получала от этого кайф.
рев мотора оглушал, а запах жженой резины забивался в легкие, смешиваясь с едким адреналином. мы неслись по прямой, и черный капот нашего болида дрожал от безумной скорости. боковым зрением я видела машину ангелов — они шли бампер в бампер, и я видела решительное лицо артема за стеклом. они пытались обойти нас чисто, на технике, но в этой игре правила диктовали не они.
гриша подался вперед, его горячее дыхание коснулось моего затылка, перекрывая свист ветра.
— видишь тот поворот впереди? — прорычал он, указывая пальцем на крутую петлю над обрывом. — когда начнете входить в него, скажи этому идиоту, чтобы он не тормозил. пусть подрежет их и ударит в заднее левое колесо. их вышвырнет с трассы прямиком в кювет.
я похолодела. скорость была за двести. на таком повороте любой удар означал только одно — страшную аварию.
— гриша, они же разобьются! — крикнула я, оборачиваясь к нему. — я... я не смогу. это уже не просто шалость, это убийство!
ляхов сузил глаза, и в их глубине вспыхнуло багровое пламя, холодное и беспощадное. он схватил меня за плечо, впиваясь пальцами в ткань куртки.
— не будь занудой, адель! — рявкнул он. — ты уже выбрала эту машину. ты выбрала этот путь, когда села рядом со мной. так продолжай его в таком же темпе! в аду нет места для «ой, мне жалко». либо ты ломаешь, либо ломают тебя. выбирай: или ты сейчас ставишь точку в этой гонке, или завтра я найду тебе наставника из самых низов, который научит тебя жестокости по-настоящему.
я посмотрела на водителя. его руки дрожали на руле, он был во власти нашего влияния, как марионетка. потом я взглянула в боковое зеркало — ира смеялась, что-то крича артему, они верили в честную борьбу.
внутри меня что-то щелкнуло. то самое
чувство унижения в клубе, злость на собственную слабость и дикое, порочное желание доказать ляхову, что я не «податливая».
— не тормози! — заорала я гонщику, перекрывая визг шин. — бей их! сейчас!
парень за рулем, словно в трансе, резко крутанул руль вправо. глухой удар металла о металл прозвучал как выстрел. наш болид тряхнуло, но мы удержались. а вот машину ангелов занесло. я в ужасе смотрела, как их болид делает несколько оборотов, вылетает за ограждение и, сминая железные столбы, кубарем катится вниз по склону, превращаясь в груду искореженного хлама.
вспышка огня. тишина в моих ушах.
наш водитель с безумным оскалом пересек финишную черту первым. трибуны взрывались криками, но я их не слышала. я смотрела на свои руки. они не дрожали.
мы вышли из машины, когда она еще дымилась. гриша спрыгнул с заднего сиденья, потягиваясь, будто мы просто вернулись с приятной прогулки. неподалеку, у подножия склона, суетились спасатели. гонщик святош... там было понятно без слов. груда металла не оставляет шансов смертным. он больше был не жилец.
я обернулась и увидела свое отражение в полированном боку нашего черного болида. мои крылья. серый цвет почти исчез. теперь они были густого, багрового оттенка, словно пропитанные той самой кровью, что сейчас пролилась на трассе. алый цвет горел так ярко, что казалось, от перьев исходит жар.
ляхов подошел ко мне вплотную. он медленно обошел меня кругом, рассматривая мои новые крылья с каким-то странным, почти собственническим удовлетворением. он протянул руку и коснулся кончика моего пера. оно вспыхнуло под его пальцами.
— ну вот, — негромко произнес он, и в его голосе впервые не было издевки. — теперь ты начинаешь выглядеть как надо.
он заглянул мне в глаза. я ждала насмешки, ждала слов о том, как легко я сломалась. но он лишь едва заметно ухмыльнулся.
— если продолжишь в таком духе, адель... я буду совсем не против видеть тебя в наших рядах. в адской иерархии всегда не хватает тех, кто умеет переступать через себя ради победы.
я промолчала, чувствуя, как эта новая, тяжелая сила внутри меня пускает корни. я больше не была той девчонкой, которая плакала по своей земной жизни. я была той, кто только что уничтожил человека ради одобрения демона.
— возвращаемся, — бросил гриша, вызывая водоворот. — винцест будет в восторге от твоего «прогресса».
я шагнула в воронку первой. на этот раз я не падала спиной. я шла туда с высоко поднятой головой, чувствуя, как мои алые крылья тяжело бьют по воздуху, требуя новой добычи.
дорога обратно к замку академии не была похожа на траурную процессию. вопреки моим страхам, артем и ира не выглядели как покойники — в нашем мире ангелы умели восстанавливаться быстро, хотя их одежда была в клочьях, а на лицах застыло выражение крайнего недоумения. они догнали нас уже у самых ворот, тяжело дыша и отряхивая пыль с измятых светлых крыльев.
мы шли вчетвером по широкой аллее, ведущей к кабинету винцеста. гравий хрустел под каблуками, и этот звук казался мне на удивление правильным.
— жестко ты нас, адель, — артем вытер полосу копоти со лба и коротко усмехнулся. — я, конечно, ожидал подвоха, но чтобы прямо в кювет... у гонщика теперь вместо костей пазл, медикам на земле будет чем заняться.
я почувствовала, как щеки обдало жаром, но это не был стыд. это был остаточный огонь той гонки.
— без наставника я бы вряд ли на такое решилась, — я мельком взглянула на ляхова. он шел чуть впереди, засунув руки в карманы, и его алые крылья лениво покачивались в такт шагам.
— сама выбрала такой путь, — бросил он через плечо, даже не обернувшись. в его голосе не было похвалы, только сухая констатация факта. — я лишь предложил варианты. на педаль газа жала ты.
ира подлетела ко мне и легонько толкнула плечом, заставив улыбнуться.
— ну, зато это было эффектно! видела бы ты лицо артемия, когда нас занесло. он выкрикнул такое ругательство, за которое на небесах мыли бы рот с мылом целый век.
мы шли и болтали, перебивая друг друга. я слушала их смех, подколы ляхова, возмущения артема и понимала одну странную вещь: я чувствую себя своей. да, это не та уютная земля, не посиделки с земными подружками за кофе и обсуждением парней.
это было нечто другое — опасное, острое, пропитанное запахом серы и озона. и эта компания мне нравилась даже больше. здесь не нужно было притворяться «хорошей девочкой». здесь тебя принимали такой, какая ты есть — способной столкнуть друга в пропасть ради победы.
когда мы вошли в кабинет винцеста, в комнате воцарилась тишина. учитель сидел за своим столом, перебирая какие-то свитки. он поднял голову и внимательно осмотрел нашу помятую компанию. его взгляд задержался на моих крыльях.
серый цвет почти полностью отступил к основанию. перья налились густым, глубоким багрянцем, который, казалось, вибрировал в полумраке кабинета.
— доклад, — коротко бросил винцест.
ляхов сделал шаг вперед, его фигура заслонила собой свет из окна.
— задание выполнено. аделина решила выбрать темный путь. причем сделала это с особым... энтузиазмом. гонщик противника выбыл из игры окончательно.
винцест встал и медленно подошел ко мне. я выпрямилась, не отводя взгляда.
— впечатляющая трансформация, — произнес он, касаясь длинным пальцем алого кончика моего крыла. — еще пара таких выборов в сторону тьмы, аделина, и ты официально сможешь считаться одной из них. твой потенциал демона раскрывается быстрее, чем я ожидал.
я почувствовала, как по спине пробежал холодок, но это было приятно. я посмотрела на гришу. он стоял у стены, прищурившись, и в его взгляде больше не было того презрения, с которым он встретил меня в первый день.
я больше не была «податливой непризнанной».
я становилась частью этого мира. их мира.
————————————————————————
ставьте ваши звёздочки и пишите свое мнение, оно для меня важно, а также не забудьте поддержать автора своей подпиской!!