глава шестая.
Аделина
ночь в академии всегда казалась мне слишком стерильной, но сегодня в нашей комнате было непривычно шумно. мы с ирой решили, что спать на разных кроватях — это скучно, и общими усилиями сдвинули их в одну огромную двуспальную «аэродромную» кровать. теперь мы лежали на животах, болтая о всякой чепухе, а наши крылья — мои серые и её белоснежные — переплелись в каком-то хаотичном беспорядке.
— слушай, адель, — ира подперла подбородок ладонями, — ты видела, как сегодня винцест на тебя смотрел после твоего полета? по-моему, он в шоке, что ты всё еще жива после тренировки с ляховым.
— я сама в шоке, — пробурчала я, чувствуя, как до сих пор ноют мышцы. — гриша — это просто ходячая катастрофа, а не наставник.
не успела я договорить, как дверь нашей комнаты распахнулась без стука. я вздрогнула и инстинктивно натянула одеяло повыше, но на пороге стоял артем. он выглядел максимально расслабленно: руки в карманах, на губах — та самая шальная улыбка.
— как дела, девчонки? — он прошел вглубь комнаты, как к себе домой, и присел на край нашей импровизированной кровати. — не спится?
ира даже не шелохнулась, только лукаво прищурилась.
— артемий, ты страх потерял? зачем пожаловал в девичью обитель в такой час?
— есть предложение, от которого невозможно отказаться, — он наклонился ближе, понизив голос. — давайте сгоняем на землю? чисто проветриться.
я резко села, во все глаза уставившись на него.
— подожди... а разве можно так делать? без задания? без разрешения? нас же поймают!
ира звонко рассмеялась и легонько щелкнула меня по носу.
— боже, адель, какая ты еще глупышка. на небесах есть только одно правило: пока никто не видит — можно всё. думаешь, мы тут только псалмы поем?
артем одобрительно кивнул.
— именно. ангелы тоже умеют отдыхать, поверь мне.
ира вскочила с кровати, её глаза загорелись азартным огнем.
— о-о-о, я в деле! куда отправимся в этот раз? только не говори, что опять в ту скучную оперу в вене.
— нет, — усмехнулся артем. — сегодня идем в клуб. шум, свет, нормальная музыка и никакой морали.
— а за шмотками сходим? — ира уже начала лихорадочно перерывать шкаф. — мне решительно нечего надеть для земного разврата.
— ладно, — вздохнул артем, — но недолго. у нас ограниченное время, пока патруль на пересменке.
ира радостно захлопала в ладоши.
— двадцать минут — и мы будем готовы! адель, подъем!
она выудила из самых недр гардероба нечто, что сложно было назвать платьем. это был короткий кусок черной мерцающей ткани с таким глубоким вырезом, что я невольно покраснела. ира швырнула его в меня.
— на, надевай. сегодня ты должна удивить своего демона.
я поймала платье, озадаченно нахмурившись.
— в смысле? какого еще демона?
— ну адель, не тупи, — ира подмигнула мне, натягивая на себя облегающий топ. — я о грише. он же твой наставник, твоя «тень».
у меня внутри всё похолодело и одновременно вспыхнуло.
— он... он тоже идет?
— ну конечно, — вставил артем, уже выходя за дверь, чтобы дать нам переодеться. — ляхов не пропускает такие вылазки. он уже ждет у водоворота.
я стояла с платьем в руках, пытаясь осознать происходящее. ангелы — артем, ира — они не были святошами из книжек. они нарушали законы, сбегали на землю, пили и танцевали. и это было... чертовски интересно. во мне проснулось какое-то дикое, запретное любопытство.
через двадцать минут мы, накрашенные и наряженные, крались по коридорам академии. каблуки стучали по мрамору, и каждый звук казался мне громом среди ясного неба. у водоворота — той самой пульсирующей воронки — уже стоял он.
гриша.
на нем была черная рубашка, расстегнутая на пару пуговиц, и черные джинсы. в тусклом свете перехода он выглядел чертовски маняще и опасно. алые крылья были скрыты, но от него всё равно веяло той самой властью, от которой подкашивались ноги. он обернулся, окинув нас скучающим взглядом, который задержался на мне на секунду дольше положенного.
— че, её тоже берем? — спросил он своим низким, хриплым голосом, кивнув в мою сторону.
— да, берем, — твердо отрезала ира, подталкивая меня вперед. — ей полезно увидеть мир без твоих пинков.
гриша лишь хмыкнул, его глаза блеснули в темноте. он подошел к самому краю воронки.
— ну, тогда держитесь крепче, святоши.
мы вчетвером шагнули в водоворот. для артема, иры и гриши это было привычным делом, обычным нарушением будничной рутины. а для меня... для меня это был первый осознанный нарушенный закон на небесах. и, летя сквозь пространство к огням ночного города, я чувствовала не страх, а сумасшедшее, пьянящее чувство свободы.
водоворот выплюнул нас прямо посреди какого-то элитного бутика в центре лондона или парижа — я даже не успела разобрать вывеску. запах дорогой кожи, парфюма и тишина, которую нарушало только гудение кондиционеров. охраны не было видно, а на манекенах красовались вещи, за которые в моей прошлой жизни пришлось бы продать почку.
ира, не теряя ни секунды, бросилась к вешалкам. её ангельские глаза горели потребительским азартом.
— так, адель, хватай вон то шелковое изумрудное и те туфли на шпильке! — командовала она, нагребая в охапку гору платьев.
я последовала её примеру, поддаваясь какому-то безумному импульсу. я хватала кружевное белье, кожаные брюки, топы, которые на небесах сочли бы верхом неприличия. спустя минут двадцать мы вывалились из магазина, обвешанные пакетами так, что крылья невидимые для смертных, но ощутимые для нас едва не задевали дверной проем.
я в шоке замерла на тротуаре, оглядываясь.
— и что, мы просто уходим? за это не надо платить? нас же копы повяжут!
ира лишь звонко рассмеялась, поправляя выбившуюся прядь блондинистых волос.
— адель, детка, мы существа высшего порядка. для системы нас здесь нет. чеки — это для тех, кто ограничен временем и налогами.
парни стояли неподалеку, прислонившись к стене соседнего здания. артем выглядел скучающим, а гриша... гриша был воплощением недовольства. он скрестил руки на груди, и его взгляд обещал нам медленную и мучительную смерть, если мы не поторапливаемся.
— вы еще долго будете тряпки свои пересчитывать? — прорычал ляхов, отпихивая ногой какой-то пустой стакан на асфальте. — мы сюда не за покупками пришли.
ира, ничуть не испугавшись, подошла к артему и сложила руки в умоляющем жесте.
— тёмочка, ну пожалуйста... мы же не потащим всё это в клуб. отправь наши сокровища домой своей силой. ну пожа-а-алуйста.
— будешь должна мне, ангелочек.
артем закатил глаза с таким видом, будто совершает величайшее одолжение в истории вселенной. он лениво щелкнул пальцами, и в ту же секунду все пакеты в наших руках просто растворились в воздухе, оставив после себя лишь легкий запах озона.
— и теперь они... ждут нас в комнате? — спросила я, недоверчиво разглядывая пустые ладони.
— ну да, — бросила ира, уже подмигивая грише. — лежат на кровати и ждут, когда мы вернемся.
— всё, давайте уже реще, — гриша не стал дожидаться нашего одобрения.
он сделал резкий жест рукой, и прямо перед нами, в темном переулке, образовался новый водоворот. он пульсировал неоновым фиолетовым светом, сливаясь с огнями ночного города. мы шагнули внутрь, и реальность на мгновение схлопнулась, чтобы выплюнуть нас в самый эпицентр безумия.
клуб встретил нас ударом басов прямо в грудную клетку. толпа людей, пропитанная запахом пота, алкоголя и дешевого парфюма, колыхалась под вспышки стробоскопов. здесь было темно, душно и до одури весело. адель, которую я знала раньше, испугалась бы этой грязи, но адель с серыми крыльями почувствовала себя здесь как рыба в воде.
мы сразу прорвались к бару. артем каким-то чудом или внушением достал нам бутылку ледяной водки и кучу шотов. алкоголь на земле действовал на нас иначе — он не туманил мозг окончательно, но давал ту самую легкость, которая позволяла забыть о законах небес.
спустя час я уже плохо понимала, где верх, а где низ. ира была уже изрядно навеселе. она танцевала прямо на диване в вип-зоне, а её движения были настолько провокационными, что даже у меня перехватило дыхание.
внезапно она спрыгнула ко мне, обхватила мое лицо руками и, не давая опомниться, поцеловала меня в засос.
вкус клубничного блеска и водки. её губы были горячими, а поцелуй — жадным и совершенно бездумным. я замерла, но не оттолкнула её. в этом месте никто не собирался нас осуждать. артем и гриша, сидевшие неподалеку, лишь громко присвистнули.
я оторвалась от иры, тяжело дыша, и мой взгляд невольно метнулся к грише. он не смотрел на нас. точнее, ему было не до того. какая-то официантка в экстремально короткой юбке уже буквально висела на нем.
я увидела, как он медленно, с вызывающей наглостью слизывает пролитую водку с её шеи, а его рука по-хозяйски лежит на её бедре.
в груди кольнуло что-то похожее на чистую, демоническую ревность. этот мудак учит меня летать и бьет по рукам, а сам здесь развлекается с первой встречной смертной, нарушая всё, что только можно.
ира тем временем уже вовсю крутилась рядом с артемом. она шептала ему что-то на ухо, запуская пальцы в его светлые волосы, а тот лишь плотоядно улыбался, прижимая её к себе за талию.
— эй, непризнанная! — крикнул мне ляхов, оторвавшись от официантки. его глаза блестели от азарта и выпивки. — че застыла? иди танцуй, пока я добрый! или тебе нужно личное приглашение?
я схватила со стола очередной шот и выпила его залпом, чувствуя, как огонь обжигает горло.
— обойдусь, ляхов! — крикнула я в ответ, пытаясь перекричать музыку.
я пошла в самую гущу толпы. мне хотелось забыться. хотелось, чтобы эти серые крылья за спиной которые сейчас казались мне тяжелее обычного просто исчезли. я танцевала, чувствуя на себе жадные взгляды мужчин, и впервые в жизни мне было плевать на последствия.
но гриша... гриша не спускал с меня глаз, даже когда обнимал ту девушку. я чувствовала его взгляд как физическое прикосновение. он наблюдал за мной, как хищник за добычей, выжидая момента, когда я окончательно потеряю контроль.
ночь только начиналась. и я знала, что этот первый нарушенный закон — лишь начало долгого пути вниз. в тот самый ад, который я видела на экскурсии, и который теперь манил меня сильнее любого рая.
ира и артем уже куда-то исчезли из поля зрения — скорее всего, нашли более уединенное место в глубине клуба.
музыка в клубе превратилась в сплошной низкочастотный гул, который вибрировал где-то в районе солнечного сплетения. я вывалилась из толпы, задыхаясь от жара и собственного адреналина. пот стекал по спине, а короткое черное платье, которое ира заставила меня надеть, казалось теперь второй кожей — слишком тесной, слишком вызывающей.
я огляделась. ира и артем окончательно растворились в неоновом мареве, оставив после себя лишь пустые шоты на столе. а вот он никуда не делся.
ляхов сидел в углу кожаного дивана, развалившись так, будто этот клуб — его личная преисподняя, а все эти люди — просто тени, существующие для его развлечения. официантки рядом уже не было. он был один, и его взгляд, темный и тягучий, как смола, пригвоздил меня к месту еще за пять метров до стола.
я подошла и бессильно рухнула на диван рядом с ним. ноги гудели от каблуков, голова кружилась.
— натанцевалась, непризнанная? — его голос прозвучал тише музыки, но я услышала его отчетливо, прямо внутри черепной коробки.
я не ответила, откинув голову на спинку дивана и закрыв глаза. «боже, адель, что ты творишь? ты в самоволке на земле, пьешь водку с сыном сатаны и только что целовалась со своей подругой-ангелом. мама бы в обморок упала». но мысль о маме была какой-то далекой, выцветшей, как старое фото. здесь и сейчас был только запах табака, дорогого парфюма и опасности, исходящей от парня рядом.
я почувствовала легкое прикосновение к волосам. приоткрыв один глаз, я увидела, как гриша медленно, почти лениво, наматывает локон моих волос на свой палец. его костяшки, всё еще багровые от ссадин, контрастировали с моими светлыми прядями.
— у тебя волосы пахнут дождем и чем-то... сладким, — прошептал он, подаваясь ближе.
— странно для той, кто так рвется в ад.
он не заигрывал так, как это делают смертные. в его движениях не было неуверенности. он просто забирал пространство, дюйм за дюймом, пока я не оказалась зажата между его телом и спинкой дивана. его пальцы выпустили локон и скользнули по моей щеке к шее.
моё дыхание сбилось. «оттолкни его, адель. он же издевается. он демон, он питается твоими эмоциями», — кричал здравый смысл. но тело предательски обмякло. от гриши исходил жар, тот самый, который я чувствовала в цитадели, но здесь он был концентрированным, интимным.
— ты так дрожишь, — его губы коснулись моей кожи чуть ниже уха. — это страх? или тебе наконец-то стало тепло?
он начал медленно покрывать мою шею невесомыми поцелуями, спускаясь к ключице. я закусила губу, чтобы не застонать вслух.
каждое прикосновение отзывалось электрическим разрядом, который прошивал меня насквозь, до самых кончиков серых крыльев. я чувствовала, как внутри всё плавится. барьеры, которые я строила годами, психотерапевтические установки, нормы морали — всё это рушилось под натиском его губ.
я повернула голову, ища его губы своими. я была готова. мне было плевать, что мы в клубе, что вокруг сотни людей, что артем или ира могут вернуться в любой момент. в этот миг я хотела только одного — чтобы этот невыносимый демон наконец-то перестал меня мучить и просто забрал то, что я так глупо пыталась защитить.
мои пальцы запутались в его волосах, притягивая его ближе. я чувствовала его усмешку кожей своей шеи. он вел себя так, будто я — самая ценная добыча в его коллекции, будто этот момент — кульминация всей его вечности.
я закрыла глаза, полностью отдаваясь этому чувству. «пусть мои крылья станут алыми. пусть я никогда не вернусь в рай. если ад — это он, то я согласна на вечные муки». я подалась навстречу его рукам, которые уже уверенно скользили по моей талии, приподнимая край платья...
и в этот момент всё прекратилось.
ляхов резко отстранился. так внезапно, что я едва не упала вперед, потеряв опору. я открыла глаза, тяжело дыша, с затуманенным взглядом и распухшими губами.
он сидел на прежнем месте, поправляя манжеты своей черной рубашки. на его лице не было ни капли той страсти, которую я только что, как мне казалось, чувствовала. вместо этого там играла легкая, почти снисходительная улыбка.
он издал короткий, сухой смешок, глядя на меня так, будто я была забавным зверьком, выполнившим несложный трюк.
— какие же вы все, непризнанные, податливые, — произнес он, и в его голосе не осталось ни капли той хриплой нежности. только лед и бесконечное превосходство. — достаточно немного подогреть, чуть-чуть погладить по шерстке — и вы уже готовы сбросить крылья к моим ногам.
я замерла, чувствуя, как жар мгновенно сменяется ледяным оцепенением. стыд обжег лицо сильнее, чем любой огонь ада.
— что? — мой голос прозвучал жалко, надтреснуто.
— ты думала, это любовь? — гриша наклонился вперед, заглядывая мне в глаза с жестоким любопытством. — или «химия»? адель, я демон. я знаю каждую вашу слабую точку. я знаю, как нажать, чтобы вы потекли, как воск. ты только что была готова отдаться мне на этом диване при всех, просто потому что я подышал тебе в шею.
он поднялся, сверху вниз глядя на мою растрепанную фигуру.
— урок номер три, непризнанная: никогда не доверяй тому, кто обещает тебе наслаждение в обмен на твою волю. ты была легкой целью. скучно даже.
я сидела, не в силах пошевелиться. слова били больнее, чем его пинки на обрыве. я чувствовала себя грязной, использованной и бесконечно глупой. «как ты могла повестись? он же сын сатаны. он вчера бил стену от ненависти, а сегодня решил развлечься за твой счет».
— поправь платье, — бросил он, уже отворачиваясь. — артем и ира скоро будут. не позорься.
он зашагал к бару, даже не оглянувшись. его походка была уверенной, расслабленной, как у победителя. а я осталась сидеть на этом диване, чувствуя, как кончики моих серых крыльев зудят от ярости и унижения.
в этот момент я поняла: он не просто мой наставник. он мой личный палач. и самое страшное было в том, что даже сейчас, после всего, что он сказал, я всё еще чувствовала жар его губ на своей шее.
я ненавидела его. но себя я ненавидела в сто раз сильнее.
я сидела на этом проклятом диване, чувствуя, как внутри всё выгорает до пепла. музыка продолжала долбить по вискам, вспышки стробоскопа резали глаза, а я всё никак не могла поправить лямку платья — руки дрожали так, будто я только что вышла из ледяной воды. унижение имело горький привкус дешевой водки и дорогого парфюма ляхова.
через пару минут из толпы вынырнули ира и артем. ира выглядела так, будто только что выиграла в лотерею: помада размазана, глаза сияют, а волосы превратились в живописный беспорядок. артем шел следом, довольно щурясь и поправляя воротник рубашки. они светились — буквально, от них исходило мягкое ангельское тепло, которое сейчас казалось мне издевательским.
— о-о-о, вы чего такие кислые? — ира плюхнулась рядом со мной, обдав запахом шампанского. — адель, ты чего как на похоронах? гриша тебя обидел?
я открыла рот, чтобы что-нибудь соврать, но ляхов опередил меня. он подошел к нам, засунув руки в карманы джинсов, и на его лице не осталось и следа той издевательской ухмылки, которой он наградил меня минуту назад. снова маска ледяного безразличия.
— время вышло, святоши, — бросил он, кивнув в сторону выхода. — патруль скоро будет у западных ворот. если не хотите объяснять совету, почему от ваших крыльев несет перегаром и дешевым клубом, советую шевелить копытами.
артем вздохнул, но спорить не стал. мы потянулись к выходу, пробираясь сквозь потную толпу. на улице было прохладно, ночной воздух немного привел меня в чувство, хотя обида всё еще стояла комом в горле. я шла чуть позади всех, глядя в широкую спину ляхова. мне хотелось ударить его. чем-нибудь тяжелым.
мы зашли в тот же темный переулок, где нас ждал вход в наш мир. гриша привычным, почти ленивым жестом руки разорвал пространство. фиолетовая воронка закрутилась, жадно втягивая в себя обрывки газет и пыль.
— ну, до встречи в общаге! — ира весело подмигнула мне и, схватив артема за руку, первой шагнула в водоворот. они исчезли мгновенно, оставив нас двоих в тишине подворотни.
я сделала шаг вперед, собираясь прыгнуть следом, даже не глядя на гришу. я хотела просто оказаться в своей кровати, зарыться в одеяло и забыть этот вечер как страшный сон. но его рука мертвой хваткой вцепилась в мое плечо, останавливая.
— постой, — негромко сказал он.
я резко обернулась, сверкнув глазами.
— чего тебе еще? мало посмеялся? иди вон, к
своей официантке вернись, она наверняка еще там!
ляхов не отпустил меня. он подошел ближе, заставляя меня снова почувствовать его пугающий жар. его взгляд был серьезным, почти поучительным, без той секундной похоти, что была в клубе.
— не дуйся, непризнанная, — произнес он, и в его голосе проскользнула странная, жесткая нотка. — ты же сама рвешься на сторону ада. хочешь стать демоном? привыкай.
я дернула плечом, пытаясь высвободиться.
— привыкать к чему? к тому, что ты ведешь себя как последний подонок?
— привыкай к тому, что здесь чувства — это валюта, — отрезал он, наклоняясь к самому моему лицу. — демоны не любят, адель. они искушают. они находят твою нужду и используют её против тебя. сегодня я показал тебе, как легко тебя сломать. если бы на моем месте был кто-то другой, ты бы уже потеряла не только гордость, но и душу.
он замолчал на секунду, вглядываясь в мои глаза, будто искал там остатки той девчонки, которая боялась прыгать с обрыва.
— ад — это не только огонь и власть. это умение быть холодным, когда внутри всё горит. запомни этот урок.
он резко оттолкнул меня в сторону воронки и шагнул следом. нас затянуло в вихрь, и через мгновение мои ноги коснулись холодного мрамора академии. ляхов не обернулся. он просто пошел прочь по темному коридору, скрываясь в тенях, а я осталась стоять, глядя ему в спину.
мои крылья зудели. и я знала, что алые пятна на них стали еще ярче. я не просто хотела стать демоном. я хотела стать сильнее него.
———————————————————————
ставьте свои звёздочки и пишите свое мнение, для меня оно важно, а также не забудьте поддержать автора своей подпиской!!