глава 26.
Утром следующего дня во дворец прибыли Юсуф паша и Разие султан. Мерьем, вместе с Атике встретилась с ними в саду.
-Мерьем, Атике, что у вас тут происходит? -Сразу же спросила Разие, осмотрев обоих заботливым взглядом.
-Что то неладное, госпожа. Видимо, мятежники, воспользовавшись положением Хасана восстали.
-А где повелитель? С ним всё нормально? -Вмешался Юсуф паша.
-Он в добром здравии, хвала всевышнему.
-До сих пор не могу прийти в себя.. Бахар действительно мертва? -Спросила Разие, поглядывая то на сестру, то на Хасеки.
-К сожалению это правда. -Сухо ответила Мерьем.
Атике стыдно было говорить. Всю ночь она размышляла о произошедшем, перекручивая в голове последние события. Нурай султан обманула её, за что девушка не могла себя не винить.
Со стороны дворца к ним вышли Топал паша и Явуз Ага. Оба были как никогда хмурыми. Мерьем первая пошла к ним на встречу.
-Ну, как там?
-Восстание подавлено. -Коротко ответил Топал.
-Всех бунтующих разогнали, но.. найти тех людей, в чёрном, не удалось. -Докинул Явуз.
-В Совете наверняка обо всём уже знают. Нам нужно придумать как избавиться от лишних вопросов.
-Ну так займитесь этим, паша. -Раздраженно проговорила Мерьем. -У нас и так во дворце слишком много дел, что бы думать о Совете. Явуз паша, вы обыскали порт?
-Несколько раз, госпожа. Ни шехзаде, ни Нурай султан нигде нет.
-Бедный Осман.. неизвестно где он сейчас и что эта ведьма сделала с ним. -С грустью сказала Разие.
Атике внезапно попросила Мерьем отойти, тихо прошептав просьбу ей на ухо. Когда они отошли, султанша заметила на лице подруги непонятную для неё смесь страха и волнения.
-Это я во всём виновата, Мерьем..
-Нет, совсем нет. Ты вообще не причем, Атике. Почему ты так переживаешь?
-Я.. просто.. ну.. не могу этого терпеть.
Сославшись на простую панику, женщина мягко погладила девушку по плечу.
-Всё будет хорошо, слышишь? Нурай султан обвела всех нас вокруг пальца, и она поплатится за это.
Вскоре к ним подошёл Муса Ага, обратившись к Хасеки:
-Госпожа, повелитель желает вас видеть.
-Хорошо, иду.
Попрощавшись с собеседниками, Мерьем зашла во дворец. Ночью ей удалось поспать всего несколько часов, из за чего та испытывала слабое головокружение.
Оказавшись на пороге комнаты султана, женщина тут же подметила невероятный холод, исходивший от открытого балкона. Обеспокоенно глянув на лежавшего на кровати падишаха, она поспешила закрыть балконную дверь.
-Почему дверь была открыта? Здесь же невероятно холодно.
Хасан не ответил. Было слышно лишь его тяжёлое дыхание. Мерьем подошла к нему, сев на край кровати.
-Как ты себя чувствуешь?
-Плохо. Всё тело зудит.
Сочувствующие поджав губы, султанша накрыла его руку своей.
-Хасан, что произошло вчера?
-Не знаю. Помню только, что живот резко разболелся и дышать стало тяжело. Я начал задыхаться, в глазах темнело. Потом валиде позвала лекарей.
Мерьем перевела взгляд в сторону, затем и вовсе опустила глаза вниз, задумавшись. Мужчина, заметив её беспокойство, спустя несколько минут молчания сказал:
-А где была ты? Не помню что бы ты вчера приходила.
-Я ездила в Шиле. Как только узнала о твоём состоянии - тут же сорвалась обратно во дворец.. -Женщина помолчала, словно борясь с самой собой, прежде чем наконец сказать. -Хасан, вчера произошло восстание. Не знаю кто и как узнал о твоей болезни, но этим явно решили воспользоваться. Мятежники собрали немалую толпу, подняли на уши весь город.
-Надеюсь ты всё удалила?
-Да, янычары подавили восстание. Однако.. Хасан.. есть ещё кое что..
Падишах вопросительно глянул на жену.
-Бахар султан.. нашли в порту. В неё стреляли из лука, валиде говорит что стрелы были отправлены, и она.. не выжила. Скорее всего, Бахар хотела сбежать вместе с шехзаде, однако кто то им помешал. Явуз Ага со своими людьми обыскал всю столицу, но шехзаде так и не нашли.
-Что?! -Воскликнул мужчина, резко поднявшись. -Как такое могло произойти?!
Удивлённая его резкостью, Мерьем постаралась его успокоить:
-Шехзаде точно жив, Хасан. Я в этом уверена.. к тому же, Нурай султан тоже пропала. Не сомневаюсь что всё это - её рук дело.
-Как ты могла допустить такое?! -Кричал Хасан.
Голос женщины слегка задрожал:
-Я..
-Зачем ты вообще здесь, если ничего не делаешь?!
Султанша не на шутку испугалась, увидев в глазах мужа настоящую ярость. Она медленно встала, сложив перед собой руки.
-Я виновата, Хасан, знаю. Я пытаюсь что то делать, но без тебя принять какие то меры тяжело.
Падишах удивительно быстро успокоился, снова опустившись на подушку. Его глаза потускнели, будто тот потерял интерес к разговору.
-Найди моего сына, Мерьем. Наладь всё это.
-Я не смогу ничего сделать без тебя.
-Ты всё сможешь. Постарайся.
Мерьем сильно удивило поведение мужчины. Его реакция всё ещё оставалась неоднозначной, и, будто бы недосказанной. Как бы сильно не старалась, она не могла понять его спокойствие, ведь произошло слишком многое чтобы оставаться равнодушным. Может, дело было в его болезни, которая заметно меняла султана как физически, так и психически. С каждым новым днём женщина переставала узнавать в лице падишаха того Хасана, которого знала ещё давным-давно.
***
Вскоре во дворце прошли похороны Бахар султан. Весь гарем собрался что бы почтить память о бывшей наложнице султана и матери его первого наследника. Кто то плакал, кто то - просто стоял в стороне. Не обошлось и без сплетен: всем не терпелось узнать причину её столь внезапной кончины, однако правды никто так и не знал.
У входа в гарем стояли валиде, Разие и Атике, а неподалеку от них - Филан, Муса и Мерьем, все в чёрной одежде, как того требуют традиции. Служанкам умершей султанши также разрешили выйти немного вперёд, и когда пронесли гроб, почти все они упали на пол, захлёбываясь слезами.
Валиде слегка пошатнулась, почувствовав тошноту. Достав заранее приготовленный платок, она закашляла. Ощущение того, что что то застряло в горле не давало покоя до того момента, как женщина не увидела на белоснежном платке красные пятна.
Фидан, похоже, единственная кто заметил состояние валиде. Чуть позже, когда церемония закончилась, калфа подошла к покоям валиде, и, получив позволение зайди, тут же передала ей стакан с теплым напитком.
-Госпожа, возьмите, я приказала сделать вам молоко с медом. Вы так кашляли во время похорон..
-Спасибо, Фидан. -Женщина, переняв стакан, тут же сделала небольшой глоток.
-Может позвать лекаря, госпожа? Такой кашель, да ещё и с коровью это ведь не нормально.
-От тебя ничего не утаишь. Но, нет, пожалуй, лекаря не нужно. Такое уже не впервые, так что я знаю что делать. Пусть врачи лучше занимаются повелителем.
-Как же так, госпожа моя. Пожалуйста, не закрывайте на подобные приступы.
-Всё нормально, Фидан, ступай. Позаботься лучше о гареме. Служанок Бахар нужно отправить в старый дворец.
Кивнув, калфа поспешила выполнять поручения.
-
Юсуф паша зашёл в небольшую комнату, где его уже ждала Хасеки султан. Он быстро поклонился, тут же спросив:
-Что то случилось, госпожа?
-Да, паша. Кое что есть.
Подойдя к ней, мужчина озадаченно нахмурился. Мерьем, глянув сначала на него, затем в окно, тяжело вздохнула, затем рассказала о встрече с Бейрамом пашой, его словах и людях в чёрном. Выслушав, Юсуф скрестил руки на груди, также посмотрев куда то вдаль.
-Н-да, всё складывается не наилучшим образом. -Сказал тот, после нескольких минут молчания.
-Паша сказал что ему просто нужно потянуть время. Подозреваю, всё это было для того что бы помочь Нурай султан сбежать из дворца.
-А Бахар султан и шехзаде Осман? Что то мне подсказывает что Нурай связана с ними. Может, она манипулировала султаншей, что бы выманить и получить в свои руки шехзаде?
-Если всё так и есть, то мы в ужасном положении. Нурай не станет долго ждать - она захочет посадить шехзаде на трон как можно быстрее.
-Пока повелитель во дворце это не возможно. К тому же, я показал янычарам не покидать территорию дворца.
-Этого мало, паша. Нам нужно готовиться к войне как можно быстрее.
Юсуф уже собирался что то ответить, как вдруг дверь отворилась и в комнату зашёл Топал паша.
-Проходите, паша. -Мерьем кивнула, подозвав мужчину к ним.
-Юсуф паша, госпожа? Что происходит?
-У меня тот же вопрос. -Ответил слегка растерянный мужчина.
-Я позвала вас, Топал паша, что бы обсудить произошедшее, скажем так, без лишних ушей.
-Вам не кажется что это слишком резкий поступок? Во дворце много людей.
-Не переживайте, паша. Нас никто не потревожит, ведь дело чрезвычайной важности. Вы задаётесь вопросом почему я позвала именно вас обоих, но, как по мне, это очевидно. Юсуф паша - великий визирь, его уважают в совете, а вас, Топал паша, все слышат. Вы умеете вести толпу, настраивать их на нужный лад. Именно поэтому всем нам пора объединится, что бы вместе победить общего врага.
-Вы ведь прекрасно знаете что больше не участвую в подобных делах. К тому же, без ведома валиде султан.
-Это смешно. Вы уже ступили на дорогу борьбы когда женились на Атике султан. Как её муж вы должны понимать что она - будучи предателем династии - находится в огромнейшей опасности. А валиде? Она утратила былое могущество. Разве не видите? Валиде не справляется. Ей нужна помощь, ибо во второй раз в одиночку ей уже не победить.
-Госпожа права. -Вдруг обращался Юсуф паша. -Мы должны сделать всё, что бы навсегда избавиться от Нурай султан. Ведь она причина боль всем нам, паша.
Топал стиснул зубы, погрузившись в раздумья, во время которых Мерьем и Юсуф переглянулись. Последний, хоть не о чем и не догадывался, но, всё таки решил её поддержать, потому что понимал на сколько султанше тяжело держать под контролем буквально всё.
-Что же вы собираетесь делать, госпожа? -Вдруг спросил Топал.
-Для начала нужно позаботиться о воинах. Войска уже готовы, и, если понадобится, хоть в эту секунду готовы вести бой, однако нашим приоритетом всё ещё должен оставаться Корпус Янычар. Нам нужно быть уверенными, что все до единого воины султана поддержат именно нас, ведь Нурай султан несомненно попытается переманить их на свою сторону.
-Хорошо. А дальше? Будете ждать пока она нападёт?
-Если понадобится - нападём первыми. Но это в крайнем случае, а пока достаточно просто быть готовыми.
-Ну нет, извините, однако вы совершаете огромнейшую ошибку. С Нурай нельзя воевать. Она не знает пощады и не видит жертв. Эта шайтанка готова по головам идти ради своей цели.
-Что же вы предлагаете? Нам взять её под руку и торжественно подвести к трону?
-Ты сам себя слышишь, паша? -Юсуф глянул прямо на него. -Да, Нурай жестокая, именно поэтому с ней нельзя по другому. Нужно отвечать ей тем же.
-Тогда история повторится. Не тебе ли знать, какого это, Юсуф, когда умирают невинные люди и твои друзья?
Мужчина знатно нахмурился.
-Давайте примем тот факт что всё, что было в прошлом - уже пережито. Это абсолютно другая война. И если уж снова придется идти на жертвы - я готова. Всё ради того, что бы избавится от Нурай султан и закончить всю эту историю. -Отозвалась Мерьем.
Никто не ответил. Все, казалось бы, погрузились в свои мысли. У каждого в голове было своё представление событий, и похоже, найти общий язык было куда тяжелее, чем предполагала Хасеки.
***
Вечером, когда во дворе снова стало относительно спокойно, почти все его жители разошлись кто куда. Атике, желая найти уединение, зашла в Зал Ожидания, где неожиданно для себя встретила Разие султан, Муса Агу и Фидан калфу. Все выглядели уставшими, даже истощенными. Поняв, что уже не выкрутиться, девушка подошла к ним.
-О, Атике. А мы тут как раз обсуждаем произошедшее. -Начала Разие. -Недавно я навещала Хасана, и, честно говоря, была сильно удивлена его состоянием. Он такой.. каменный, абсолютно безэмоциональный.
-Болезнь выжила из повелителя все соки, госпожа. -Докинула Фидан.
-После такого приступа за ним нужен глаз да глаз. Кто знает, вдруг подобное произойдет снова.
Атикее почувствовала как всё тело сжимается, перекрывая ей дыхание. Говорить на подобную тему для неё было мукой. Деву вновь охватила паника. Перед глазами снова был образ брата, который мучается от боли, и тот самый ненавистный пузырёк, что она сжимала в руке.
-Атике, ты как? Совсем уж в себя ушла в последнее время. -Вырвал из раздумий голос сестры.
-В-всё н-нормально. -Выдавила из себя девушка, опустив голову.
-Ты сама не своя. Тебе плохо?
-Нет. Я вполне здорова.
Собственные слова вызвали у юницы отвращение. Как она могла чувствовать себя здоровой, когда погубила жизнь собственного брата? Вот, девушка стоит прямо здесь, на месте, в то время как Хасан лежит, прикованный к постели смертельной болезнью, постепенно убивавшей его. Как бы не пыталась, Атике не могла простить себя за подобный поступок. Её же разум не давал сделать подобного.
-Надеюсь, шехзаде в скором времени найдут. -Муса попытался перевести тему.
-Это да. Он слишком мал что бы впутываться в интриги взрослых. -Кивнула калфа.
-Хасан тоже был маленьким. Но о нем тогда никто не переживал, все думали только как бы поскорее закончить войну. Не хотелось бы, что бы у Османа была похожая судьба. -Проговорила Разие.
Не выдержав, Атике внезапно поплелась к выходу.
-Атике, ты куда?
-Мне нужно отдохнуть. -Ровным голосом ответила девушка, поспешив выйти.
-Что то она какая то странная.. -Не успокаивалась султанша.
-Если позволите, я пойду за ней. Разузнаю, в чем дело. -Фидан быстро кивнула, последовав за девушкой.
Разие и Муса, переглянувшись, также вышли за ними. Атике не шла, а просто таки бежала вдоль коридора, с опасением оглядываясь назад, где никого не было. Забежав в свои покои, дева плотно закрыла дверь, опустившись прямо рядом с ней на пол. По её бледным щекам вдруг полились слёзы. Она прикрыла лицо, однако успокоится так и не удалось. Хасан, Бахар, Осман - все они пострадали, как ей казалось, исключительно из за неё. Девушка оказалась слишком слаба что бы сопротивляться влиянию своей тети, которая, похоже, добилась своего.
«Зачем я только слушала её.. для чего сделала всё это. По моей вине теперь все страдают.. я всех подвела»
Боль и грусть сменялись злостью. Атике злилась, ненавидела себя саму. Тело ре слушалось, а голова прокручивала лишь один сценарий.
Прикрыв глаза, юница снова сдалась, увидев перед собой брата, наливавшего себе вина из того злосчастного кувшина, вспомнила страдающее лицо валиде, и то, как мать страдала при виде гроба Бахар султан.
В дверь постучали, после чего послышался голос Фидан калфы:
-Госпожа, вам плохо? Можно зайти?
В тот момент что то в ней произошло. Резко став, девушка подбежала к столу, высунув верхний его ящик. Дрожащими руками она перебирала в руках всё содержимое ящика, пока не набрела на серебряный перстень с выгравированным на нём тюльпаном. Однажды его дала ей Нурай султан. Это произошло ещё до того, как Атике впервые за долгое время приехала во дворец. Тогда женщина сказала ей:
-Воспользуйся им, когда почувствуешь себя слишком плохо.
Нащупав небольшую дырку, дева приложила немного усилий что бы открыть крышку перстня. Внутри лежал едва сероватый порошок. Атике налила в стакан воды, сразу же высыпав туда яд.
Что то в ней сопротивлялось, заставляя поставить стакан на стол. Но девушка понимала - это и есть тот самый случай, о котором говорила тётя. Сейчас она чувствовала себя невероятно плохо.
Фидан снова постучала.
Борясь с собственным телом, юница вымучено хмыкнула, схватив стакан и жадно выпив всё его содержимое. Яд подействовал мгновенно.
Несколько минут спустя Атике почувствовала резкую боль в области живота, которая потом, казалось, пронзила и всё её тело. Опустив руки, та выронила стакан, из за чего тот с грохотом опустила на пол.
-Госпожа! Вы меня слышите? -Не утихала калфа.
Дева схватилась за складки платья, пытаясь пошевелиться, пока всё вокруг неё помутилось. Постаравшись сделать пару шагов, Атике вдруг замерла. Её всю трясло изнутри, а сердце буквально вырвалось из груди.
Фидан, опасаясь её молчания, вдруг забежала в комнату, и шокировано охнула, увидив в каком та состоянии. Женщина подбежала к ней, осмотрев живот, за которой дева держалась, корчась от боли.
-Госпожа, что случилось? Что с вами?
-Простите.. -Прохрипела Атике, упав на пол.
Калфа испуганно осмотрелась. Заметив стакан, та вдруг широко распахнула глаза.
-Что же вы наделали, госпожа! Как.. зачем..
-Я не хотела.. -Голос Атике дрожал.
-Срочно! Зовите лекаря! Быстрее! -Кричала Фидан уже подошедшим Разие и Мусе.
Муса Ага тут же побежал за помощью, а Разие застыла на пороге не имея возможности пошевельнуться. Она прикрыла рукой рот, наблюдая как сестра судорожно вздрагивала.
-Разие, я не хотела..
-Всё будет хорошо, госпожа. Держитесь, скоро придёт лекарь!
Атике схватилась за горло, начав задыхаться. Девушка пыталась сопротивляться конвульсиям, однако тело будто отказывало ей подчиняться. Всё перед глазами начало расплываться, а веки медленно опускались вниз.
-Держитесь, госпожа, пожалуйста.
-Простите.. -Последнее, что прошептала юница.
Откинув голову, дева подняла глаза к потолку. Фидан заметила как расширились её зрачки. Дрогнув губой, словно собираясь сказать что-то ещё, Атике выдохнула в последний раз.
Разие медленно соскользнула по стене на пол, зарывшись руками в волосы. По щекам женщины уже лились горькие слезы.
***
Мерьем качала на руках внезапно разрыдавшуюся Дияр. Девочка тёрла красные от слёз глаза, иногда всхлипывая и крича. Рядом с султаншей крутились служанки, пытаясь хоть как то помочь, однако юницу так ничего и не успокаивало.
Послышался краткий стук в дверь.
-Зайдите! -Воскликнула Хасеки, качая маленькую султаншу на руках.
Муса Ага плавно зашёл в комнату, слегка пошатнувшись.
-Ох, Муса, Дияр плачет уже два часа. Не понимаю что на неё нашло.
-Госпожа, есть одна прискорбная новость.
От вида Аги, его поникшего голоса и опущенного взгляда женщина слегка напряглась.
-Что произошло? -Поинтересовалась та, передавая девочку в руки служанки.
-Атике султан.. она приняла яд. -Муса говорил прерывисто, тяжело вздыхая.
-Где она? Что с ней?
-Госпожа.. отошла в мир иной.. она не смогла выдержать такой боли.
Мир Мерьем мгновенно перевернулся. Плачь дочери и прочий посторонний шум словно исчез. Она подозрительно уставилась мужчине прямо в глаза, ища в них что то, за что можно было зацепиться. От наступившей тишины в ушах неприятно зазвенело.
-Ты.. ты уверен? Это правда?
-К сожалению, госпожа. Я не вру, султанша сейчас в лазарете..
Он не успел договорить. Женщина выбежала из комнаты, со всех ног побежав в лазарет. В голове вдруг стало удивительно пусто. Она бежала, видя только каменные стены перед собой. Все остальные люди словно просто пропали.
Чуть не снеся дверь, Мерьем влетела в комнату, где возле низкой кровати, на которой лежала её подруга, сидела Разие султан. Рядом расположилась Фидан калфа и лекарша. Султанша чуть не упав на колени, села у подножья кровати, внимательно осмотрев бездыханное тело девушки.
-Выйдете все. -Услышала та слова Разие.
Глаза Мерьем быстро пробежались по бледному лицу юницы: она выглядела на удивление спокойной, даже, как будто бы счастливой. Уголки её губ едва приподнимались, очерчивая лёгкую улыбку, вместе с тем на глазах и щеках всё ещё виднелись следы от слёз. Взяв подругу за руку, она выдохнула подступившую к горлу боль.
-Я сожалею, Мерьем. Этого не должно было произойти. -Обратилась к ней султанша, на что никак не отреагировала.
Сжав печально холодную руку, Хасеки покачала головой.
-Нет. Нет. Атике, очнись. Вставай, Атике. -Проговорила та, склонившись над телом. -Вставай, ну, давай. Атике, пожалуйста.
-Мерьем.. она мертва.
-Нет! Нет! -Со всей силы закричала Мерьем, хватаясь за ожерелье, которое вдруг начало её душить.
Разие тут же кинулась к ней, пытаясь отодвинуть, но султанша вцепилась в перила кровати, даже не пытаясь остановить стекающие по шее слезы.
-Нет.. нет.. нет! Пожалуйста, очнись!
Женщина кричала так громко, что в её ушах едва не лопнули перепонки. В комнату вскоре влетели Муса Ага и Фидан, которые помогли поднять ту на ноги, однако сразу после этого Мерьем потеряла сознание.
Первые несколько секунд после того, как открыла глаза, она пялилась в потолок, затем резко попыталась встать. Хасан быстро поддержал её, не дав снова упасть. Мерьем вцепилась в мужа, сжимая его кафтан.
-Хасан.. Атике..
-Я знаю, знаю. Тише.
Мужчина без лишних слов прижал Хасеки к себе, пряча её в своих объятиях. Женщина снова заплакала, уткнувшись носом в его плечо. Только сейчас она заметила что всё это время лежала в своей комнате.
-Как.. я не могу поверить..
-Я тоже.
-Я всё ещё виду её перед собой.
-Знаю.
Хасан мягко погладил её по голове.
-Как ты?
-Голова болит. Где она?
-В лазарете. Лекари пытаются выяснить причину. Разие сказала что на полу рядом с ней валялся стакан и какой то перстень.
Сжавшись, Мерьем медленно выдохнула.
-Валиде знает?
-Да. Ей стало плохо, она, как и ты, потеряла сознание.
-Сколько я здесь уже лежу?
-Около трёх часов. И полежишь ещё если понадобится. Тебе нужно прийти в себя.
Женщина отрицательно покачала головой.
-Нет, ты не понимаешь, Хасан, я должна быть рядом с ней.
Падишах положил руки на её плечи, серьезным тоном проговорив:
-Мерьем, Атике больше нет. Пойми это. Тебе нужно позаботиться о себе. Посмотри на себя: у тебя жар, ты вот вот снова уснёшь.
Султанша не нашла слов для ответа. Мужчина обвил её руки своими, с нежностью осмотрев уставшее лицо женщины.
-Атике вела себя странно в последнее время. Может, отъезд из дворца и замужество так повлияли на неё. -Задумчиво проговорил Хасан, затем вымученно добавил: -Даже не знаю что могло заставить её совершить такое..
Мерьем без лишних слов понимала, что тот тоже страдает, хоть того и не показывает. Смерть Атике султан сказалась на каждом, хоть все приняли это по разному.
-Тебе лучше немного поспать. Решать проблемы будем завтра. Хорошо?
Хасеки кивнула. Мужчина помог ей снова лечь, после чего поцеловал в щеку.
-Хасан..
-М?
-Останься со мной, пожалуйста. Я не хочу снова быть одной.
Опустив голову, падишах прилёг рядом с женой, укутав её в свои объятия.
-
Утро в гареме началось непривычно спонтанно. Все его жители бегали в суматохе, готовясь к очередным похоронам. Слухи про смерть султанши не умолкали ещё долго.
Две юницы шли вдоль коридора, неся корзинки с вещами.
-Что же это за несчастье то такое попало на династию? Сначала Бахар султан, потом Атике султан. Пропажа госпожи и шехзаде.. ох, не нравится мне всё это! -Заговорила одна.
-Вечно ты болтаешь не подумав, Лале.
-А что? Я просто рассуждаю. Сама подумай: разве случается что то просто так? Здесь явно замешаны высшие силы. Всевышний карает падишаха и его семью за их грехи.
-Ты нарываешься на большие проблемы. А если Муса Ага или кто другой тебя услышит? Не наберёшься тогда своих грехов!
-Эсма! Это же только между нами.
Повернув за угол, девушки наткнулись на Фидан калфу. Та раздражённо цокнула языком.
-Ну что вы так долго?! Идёте, болтаете без толку, как будто работы нет!
-Извини, Фидан калфа. -Ответила Эсма.
-Шагайте быстрее! У нас ещё куча дел.
***
Когда похороны закончились, все представители династии собрались в Зале Ожидания.
Пришло не мало писем с соболезнованиями от местных аристократов и богатых семей, кто то даже собирался приехать, однако дворец на весь день закрыли для въездов и выездов. Падишаха среди присутствующих не было - он уехал что бы провести неплановое заседание Совета. Юсуф и Топал паша отправились вместе с ним.
Разие сидела рядом с Мерьем, пялясь в пол. В комнате было слишком тихо. Повернув голову Хасеки заметила сидевшую у камина валиде. Та вытирала платком едва появившиеся слёзы, иногда страдая от приступов кашля.
-Интересно, где Искандер. -Вдруг спросила Разие. -Я не видела его со вчерашнего дня.
Женщина не ответила. Она следила за тем, как Армаан султан неспешно, с помощью служанки, поднялась на ноги и поплелась к выходу. Мерьем резко встала, последовав за ней.
Валиде обернулась, когда султанша обратилась к ней:
-Вот он - итог ваших интриг, валиде. Вы, вместе с Нурай султан превратили жизнь Атике в ад, а всё ради чего? Что бы продолжить контролировать её, использовать в своих целях. -На глаза ей навернулись слёзы, из за чего та сделала небольшую паузу. -Посмотрите, к чему всё привело. Во всей этой истории только два виновных - вы и ваша гордыня. Вам было мало разлучить Атике с семьёй, вы решили лишить её той единой радости, что была в её жизни, потому что эту самую радость подарили ей не вы. Она могла бы прожить долгую счастливую жизнь в кругу людей, которые искренне любили её. Но вас это не устраивало. Чего вы добивались? Что вообще было у вас на уме, когда вы, ещё вовремя войны оставили свою маленькую дочь одну среди врагов?! Вы не можете назвать себя матерью после такого.
-Мерьем! Что ты несёшь? Перед тобой валиде султан, перестань говорить с ней в таком тоне. -Вмешалась Разие.
-Иначе что? Она и мне жизнь испортит? Можете не утруждаться, госпожа, вы давно сделали это. Надеюсь когда-нибудь вы поймёте что совершили ошибку, начав всё это из за своей гордости.
Валиде ничего не ответила. Лишь смотрела в глаза невестки, не находя в них ни капли сочувствия. Мерьем горела только гневом - внутри неё разгорался настоящий пожар.
-Я уничтожу Нурай султан, но не думайте что вас обойдёт правосудие. Вы поплатитесь за свои поступки.
-Я уже поплатилась, Мерьем. Отдав всевышнему свою дочь.
-Нет, госпожа, не думайте что для вас всё закончится так просто. Вы этот огонь разожгли, вы же в нем и сгорите.
-Мерьем! -Не довольно воскликнула Разие султан.
Хасеки развернулась, быстро выйдя из комнаты. Вытирая слёзы, она направилась к выходу из дворца.
Карета, заранее подготовленная по её приказу уже стояла у ворот. Сев, Мерьем закрыла лицо руками, не переставая плакать. Ей хотелось исчезнуть, пропасть навсегда из этого гнилого мира. В памяти всё ещё всплывали лица валиде, Разие, Хасана и других. Закрывая глаза, женщина смотрела на них и не могла простить им того, с каким безразличием они продолжают жить без Атике. В тот самый момент когда Мерьем узнала о её смерти, она больше не могла смотреть на всё прежними глазами. Мозг сопротивлялся негативным мыслям, защищая её от очередной боли, но сердце кричало: как? Как ты можешь жить с этой потерей? И ответов на многочисленные вопросы просто не было.
Карета остановилась у Голубой мечети, на территории которой находился тюрбе (мавзолей). Атике похоронили рядом с её отцом - султаном Асланом I. Тюрбе представляло из себя каменное здание с купольной крышей.
Мерьем не стала заходить внутрь. Покрыв голову черным платком, она присела на деревянную скамью неподалёку здания. Закрыв глаза, женщина прочитала молитву. Почти бесшумно рядом с ней присел Искандер Ага. Нельзя было не заметить как померкло лицо парня, как слегка нахмурились его брови и посерели глаза.
Первое время оба сидели молча. Хасеки размышляла, а Искандеру, видимо, просто не хотелось говорить. По спине пробежал холодок, от чего женщина слегка вздрогнула.
-Вам лучше не оставаться на холоде, госпожа. -Неохотно проговорил Ага.
-Должно быть, вы здесь уже давно.
Искандер молча кивнул. Отвернувшись, Мерьем укуталась в свою накидку, стараясь хоть намного согреться.
-Атике долго будет жить в наших сердцах. Она не даст просто так забыть о себе.
-Она была такой сильной. Ей пришлось пережить немало боли и потерь. Кто же знал, что собственная жизнь когда-нибудь сломает её.
-Мне жаль, Искандер. Ты был для неё очень дорог, я в этом уверена.
-Вы тоже, госпожа. Только благодаря вам она держалась до последнего.
Мерьем вытерла мокрые от слёз щеки рукавом своего платья, не сдержав тихого всхлипа. Искандер, будто что то вдалеке, среди деревьев и цветов, резко глянул на собеседницу.
-Вы должны это закончить. Пора раз и навсегда победить Нурай султан. Из за этой женщины нам пришлось пережить немало горя. В этот раз она не увериться от наказания.
-Я с вами согласна. Мы заставим Нурай страдать.
Ещё некоторое время они просидели в тишине, после чего разошлись.
***
-Ты уверена, Фидан?
-Да, госпожа. Я сама лично видела смерть Атике султан.
Нурай поджала губы, отойдя к окну. На несколько секунд говорить ей стало тяжелее.
-Как.. это произошло?
-Она выпила яд. Из того перстня.
Женщина вымученно вздохнула.
-Тебя кто то видел? Кто то знает что ты покинула дворец?
-Нет. Я сказала что иду на рынок.
-Хорошо, ступай, если будут ещё кое-какие то новости - ты знаешь как сообщить.
Кивнув, калфа ушла, оставив султаншу наедине. Нурай медленно опустилась в кресло, закрыв рукой рот. Дыхание женщины спонтанно сбилось. Она отрицательно покачала головой, так, будто отказывалась верить у слышанное.
***
Месяц спустя Мерьем нашла в комнате Атике письмо. На столе, под свечой, та заметила маленький конверт с печатью. На задней стороне была надпись:
«Для Мерьем»
Поначалу женщина не осмелилась его открыть. Она долго крутила послание в руке, уже собираясь отложить его на место, однако в последний момент передумала.
Открыв письмо, султанша медленно пробежалась по строкам:
«Дорогая Мерьем. Если ты читаешь это письмо, значит всё произошло так, как я и предполагала. Знаешь, когда я впервые зашла во дворец уже во взрослом возрасте, то не могла и предположить, что всё сложится именно так.
Моя жизнь всегда была спонтанной. Однажды мать оставила меня с тетей, и я росла рядом с человеком, совершившим немало ужасных преступлений. И, заходя во дворец спустя какое то время я понимала, что здесь - моя семья, но при этом, чувствовала себя слишком одиноко. Пока не подружилась с тобой. Ты помогла мне привыкнуть к новой жизни. Ты поддержала меня. Рядом с тобой я впервые почувствовала какого это - быть дома. Спасибо, что помогла мне пережить всё это.
Наверное, от уважения к тебе я не могла сказать этого ранее. Нурай султан шантажировала меня. Говорила, если не помогу ей то пострадают все, кто мне дорог. Надеюсь, ты поймёшь что я не могла рисковать. Не тогда, когда дело касалось тебя, Разие, Искандера, и других.
Нурай заставила меня отравить Хасана, что бы его болезнь усилилась. С того дня, как это произошло, я винила себя каждую минуту, и, поверь, даже спустя годы это чувство не составляло меня. Я поняла, что совершила ошибку только когда узнала о приступе Хасана. Потом, увидев тело Бахар, услышав о том, что шехзаде Осман и Нурай пропали, совесть начала съедать меня изнутри.
Думаю, теперь ты понимаешь что у меня не было выбора. Простить мой поступок, без сомнений, не возможно. Так что надеюсь когда всё закончится, и ты будешь жить счастливо, ты просто отпустишь эту ситуацию и забудешь о ней, словно её никогда и не было.
Не сдавайся, Мерьем, ты только в начале своего пути. Я верю что тебя ждёт потрясающая, наполненная радостью жизнь. Ты, пожалуйста, только позаботься о родных. Не упускай свой шанс, как это сделала я, ведь все они полагаются на тебя. Ты для них опора, и если тебе всё надоело, помни что кто то нуждается в тебе, поэтому тебе просто необходимо оставаться сильной. Я рада, что встретила тебя. Прощай, Мерьем»
Хасеки опустила письмо, подняв глаза к стене. Она не злилась - после произошедшего ни эмоций, ни сил на них не оставалось. Женщина в какой то степени была рада узнать правду, которая стала фактически ответом на все вопросы, но признание Атике не дало желаемой свободы.
Аккуратно сложив письмо обратно в конверт, Мерьем поднесла его к догорающей в подсвечнике свечи, затем выкинула в камин, мысленно прощаясь с подругой и всем, что было с ней связано. На мгновение вспомнился её смех, беззаботный взгляд и долгие разговоры, которых теперь, к сожалению не вернуть. Они останутся в памяти как некое напоминание: что бы в жизни не происходило, сколько бы зла и бед не случалось с человеком, всегда будет цель, ради кого он пойдёт вперёд, преодолевая любые трудности на пути к победе. Мерьем знала, что теперь у неё лишь одна цель - заставить Нурай султан заплатить. За Хасана, шехзаде Османа, Бахар и Атике.