глава 10.
Прошло ещё восемь месяцев. Жизнь во дворце стала казаться совсем иной. Здешние традиции и правила уже стали обыденными, хотя со многими Мерьем всё ещё была не согласна. Совсем скоро настанет год их разлуки с Хасаном, из-за чего та каждый день не находила себе места, думая об этом. Падишах так и не ответил на её письмо, и девушка ощущала себя отвергнутой, хотя понимала о том, насколько тяжела ситуация. В последнее время дворец совсем потерял свои краски, и стал казаться куда более серым и унылым. Все - без исключений - ходили либо поникшими, либо раздраженными, а иногда и всё вместе. Разие султан больше не наведывалась в гарем, стала очень молчаливой, и сосредоточилась на делах государства - помогала своей матери с фондами и приютами, хотя всё ещё не имела огромного желания с ней говорить. Валиде же, наоборот, стала более оживлённой и внимательной, часто отсутствовала во дворце. Её не покидали мысли о замужестве дочери, и они не раз ссорились из за этого. Фидан калфа стала более вспыльчивой, ибо работы в гареме было не мало. Пришлось даже разослать по разным санджакам десятки гаремных юниц. Муса только и делал, что бегал подле Армаан султан, не отдыхая ни минуты. Ну а Мерьем стала больше читать, и даже попробовала написать несколько стихов. Деве нечего было делать, ибо её подруга стала всё реже появляться в гареме, что не на шутку ту напугало. Она часто пыталась узнать, куда ходила Мелена, но девица постоянно уходила от ответа, не желая разговаривать на эту тему.
К слову, не смотря на унылый образ жизни, во дворце произошли кое-какие перемены. Бахар султан родила первенца падишаха. Суматохи было не мало, ибо родился шехзаде. Так как султан Хасан был далеко от столицы, а посол, который должен был передать весть, оказался не в том направлении, ребенка назвала валиде сутан. Армаан выбрала старое и могущественное имя, которое носили многие османские правители - Осман. Бахар будто и вовсе не волновало имя родившегося сына - она уже предвкушала жизнь в роли матери наследника. Этот момент создал огромный переполох, и новость быстро разлетелась за окраины Стамбула, а радости валиде султан не было предела, ибо теперь у династии есть тот, кто сможет продолжить род.
Мерьем отреагировала на рождение Османа очень спокойно, и была одной из первых, кто увидела новорожденного. Ей показалось, что ребенок был очень светлым, и явно принесет не мало радости окружающим. От шехзаде веяло чем то хорошим и приятным, и при одном лишь взгляде на него сердце начинало биться быстрее. Конечно все эти детали в маленьком мальчике Мерьем стала замечать со временем, ибо до этого её волновали лишь сухи о войне и письмо, которое пришло Армаан султан прямо из места, где находились падишах и ещё несколько важных особ. В письме сообщалось о том, что персы захватили сельскую местность, у которой был выход к морю. У этого поселения почти не было солдат, поэтому военные без проблем сошли с корабля на берег, а местные жители не оказывали сопротивления. Но в месте с этой новостью, пришла и весть о том, что османы дали персам отпор на восточной границе, и в Стамбуле вновь всё ожило.
Вместе со всеми этими событиями, до дворца спонтанно прибыло оповещение о том, что в столицу доставили раненого Юсуфа пашу. Мужчина быстро оказался в дворцовом лазарете, ибо именно там были одни из лучших врачей во всей Османской империи.
Оказалось, что Юсуф был ранен в плечо, и рана была достаточно глубокой, так что лекарям пришлось приложить не мало усилий, дабы помочь паше. Обитатели дворца на это реагировали по разному: валиде султан относилась с очевидным безразличием, Муса и Фидан долго обсуждали ситуацию, Мерьем была шокирована, ну а Разие султан выглядела скорее встревоженной и напуганной. Она ни на шаг не отходила от мужчины, с тех пор как ему велели отдыхать. Когда султанша сидела рядом с больным, было видно лишь её спокойное и задумчивое лицо, но никто не знал, что действительно творилось в её душе в тот момент.
Однажды, спустя два дня после случившегося, Мерьем хатун решила проведать пашу, дабы узнать, как сейчас Хасан и скоро ли он вернётся. Уже подойдя к лазарету, девушка заметила сидящую подле Юсуфа госпожу, которая молча смотрела на него, накрыв его руку своей. Не смотря на своё состояние Разие выглядела сегодня как никогда прекрасно: на ней было желтое длинное платье с широкими рукавами и узорчастым поясом, который идеально дополнял лёгкий шифоновый платок. Волосы её были аккуратно собраны сзади, и хорошо подчеркивали величие и статус девицы. Рядом со входом, оперевшись на стену, стоял молодой паренёк, скрестив руки на груди. Как выяснилось позже, он был помощником паши, и звали его Искандер. Лицо и тело юноши были покрыты ссадинами и царапинами, что свидетельствовало про то, что он приехал вместе с Юсуфом пашой. Он глянул на подошедшую хатун, после чего поджал губы.
-Вы тоже пришли к паше? Боюсь у него сейчас занято.. -Сказал тот, кивнув на дверь.
-Да, я заметила. -Мерьем немного помолчала, ища подходящие слова. -Разие султан каждый день сюда приходит. Неужели между ней, и Юсуфом пашой что то есть?
Искандер лишь пожал плечами, немного задумавшись.
-Одному всевышнему известно. Но Юсуф взволновал своим появлением всю столицу. Может, именно поэтому она здесь. Пытается что то выяснить.
Дева не стала упоминать то, что пришла разузнать о падишахе, ибо видела, с каким раздражением парень говорил об этом. Её собеседник был уставшим, скорее даже истощенным. Его глаза раз за разом опускались на пол, и монотонно закрывались. Было видно, что в мыслях он был где то очень далеко. Искандер был очень юным, и ему едва можно дать лет семнадцать. Мерьем молча окинула его грустным взглядом.
В это время Разие, сидящая возле мужчины, и заметившая стоящую у двери юницу, кивнула служанке, дабы та закрыла дверь. Ей не хотелось, что бы рядом находились лишние уши, в особенности тогда, когда больной проснулся.
-Юсуф.. -С тяжестью проговорила султанша.
-Разие.. моя Разие.. -Паша сонно окинул комнату взглядом, после чего глянул на девушку. На его лице вдруг заиграла легкая улыбка, которая, очевидно, далась ему нелегко. Он сжал руку девы, снова закрыв глаза.
-Как ты? -Среди всех слов, которые ей хотелось сказать, Разие вымолвила лишь эти.
В комнате на короткое время повисло молчание. Оба смотрели на друг друга, будто делясь мыслями, не желая их озвучивать. Из уст мужчины послышался тяжелый вздох. Ему вновь не давала покоя головная боль, но показывать он того точно не хотел.
-Пока держусь. Плечо побаливает, но лекарь сказал что это пройдет. -Юсуф поджал губы, будто думая, о чем ещё сказать, подбирая нужные слова. -Я скучал по тебе..
Султанша слегка улыбнулась, проглатывая подступивший к горлу ком. Её яркие, сияющие изумрудные глаза вдруг обрели новый вид - более усталый, чем был до этого. Было видно, насколько вымученной за последние несколько дней оказалась Разие. Ей хотелось ещё много чего рассказать мужчине, но та понимала, что ему сейчас необходимо отдыхать, от чего задала лишь один вопрос:
-Юсуф, что с моим братом?
Паша какое то время молчал, обдумывая вопрос девушки, сомневаясь, стоит ли отвечать.
-С ним всё нормально. Падишах не пострадал.
-Хорошо. -Прошептала дева, тяжело вздохнув.
Ещё какое то время они разговаривали, но напряжение, возрастающее с каждым разом всё больше, вдруг стало давать о себе знать. Султанша решила больше не беспокоить мужчину, и молча ушла, заметив как он прикрыл глаза. Конечно, ей мало чего удалось узнать, ибо по виду паши было понятно, что он не особо хочет о чём либо говорить, но для Разие счастьем было то, что она хотя бы смогла его увидеть, удостовериться, что паша в добром здравии. Весь оставшийся день девица провела в раздумьях о том, что на самом деле случилось в походе. Её не оставляла мысль о том, что с братом также могло что то случиться, однако лишний раз тревожить Юсуфа та не стала. Им обоим не помешало бы хорошенько отдохнуть.
Совсем скоро в столице настал новый день. Время близилось к полудню, и многие обитатели дворца к этому моменту уже погрязли в обыденные дела. Гаремные юницы уже отправились на занятия, ну а Мерьем помогала Фидан калфе - относила книги в библиотеку, где должна была передавать их Гюрхану Аге. За этот год в гареме девушка очень полюбила читать книги, а в особенности поэзию. Её воодушевляли и подбадривали слова османских поэтов, в которых они умело сочетали сильных дух народа и послания к вечной любви. Именно стихи подталкивали её к изучению Османской империи.
Проходя мимо покоев валиде султан, дева услышала шёпот, доносившийся прямо из её комнаты. Мерьем остановилась у небольшого окна, которое прямо входило в покои султанши. Тихо положив стопку книг на подоконник, она подметила, что не смотря на решётки, окно также было чем то прикрыто - как показалось девушке, куском ткани. В правом углу эта ткань была немного приподнята, и хатун, краем глаза увидела сидевшую на тахте Армаан султан, а рядом с ней стоял встревоженный Муса Ага. Валиде спокойно сложила руки пере собой, подняв голову к мужчине, а тот проговаривал что то, и голос его сменился на шёпот:
-Госпожа, вот видите, она не сошла с ума.. -Он нервно теребил перстень на пальце.
-Но какова вероятность что так будет и дальше, Муса? Я не доверяю этой девчонке. Кто знает, как повлияла на неё мать.
Мерьем молча перевела взгляд в сторону, думая о словах женщины. Валиде точно говорила о ней, и следующие её слова это подтвердили:
-Мерьем не должна узнать о своей семье. Ты ведь понимаешь, чем это кончится?
Удивлению девушки не было предела. Армаан говорила о ней и о её матери! Но больше всего её шокировало то, с какой легкостью госпожа говорила о матери девы, так, будто они давно знакомы. Сердце забилось быстрее, и той стало намного тяжелее разбирать слова Аги.
-Мерьем - славная девушка, и я очень хотел бы, что бы у неё было славное будущее.
-Не знаю, Муса, не знаю.. я всё ещё не могу подпустить эту хатун к своему сыну. Мало ли, что случиться. Мы не знаем, какие мысли скрываются в её хорошенькой головке. -Женщина вздохнула.
Девица удивленно вскинула брови, отвернувшись от окна. Её насторожили слова валиде, а в особенности о её семье. Кто эти люди? Знают ли они о том, что их Элиз здесь? Но самое главное, что тревожило её - что с её матерью? Ждать она не стала. Мерьем надоело жить в неизвестности, ничего о себе не зная. Та захотела наконец выяснить все подробности, раз уж на то пошло. Её разумом вдруг овладели злость и раздражение.
Девушка резко развернулась в сторону покоев султанши, без проблем обойдя стражников - те и опомниться не успели, как она распахнула дверь, влетев в комнату. Оба собеседника глянули на неё в недоумении. Армаан нахмурилась, приподняла голову.
-Что за наглость, хатун?..
-Голубка?.. -Муса всё ещё смотрел на неё, хотя женщина, расположившаяся рядом с ним, уже давно вернула прежнее самообладание.
-Что вы скрываете, госпожа?! -Начала дева. -Почему вы не оставите меня в покое?! Расспрашиваете обо мне, шепчитесь за моей спиной. Возможно, здесь, в этом дворце, я всё ещё пленник, но, помимо этого, я - человек.
-Что ты себе позволяешь?! -Со злостью проговорила валиде султан. -Знай с кем говоришь, и опомнись! Стража, немедленно задержите хатун..
Женщина не успела договорить - её прервал тихий, но настойчивый голос Муса Аги:
-Госпожа..
Армаан сразу же обернулась к нему, и следующие слова он сказал гораздо увереннее.
-Мерьем хатун права. Она - человек, и имеет право знать о своей семье. Прошу, разрешите ей всё рассказать.
Валиде утомленно потёрла переносицу, сделав глубокий вдох, а затем выдох. Было видно, что ей трудно что либо сказать.
-Ладно.. -Сказала та, после небольшой паузы. По её выражению лица было вполне понятно, что госпоже от чего то стало жалко девушку, и та это подметила. -Об этом в гареме никто не должен знать, уяснили?
Оба радостно кивнули.
-И учти, голубка.. -Дама глянула на юницу. -Как ты сама и сказала, ты - пленник. И ты всё ещё остаёшься жительницей гарема. Так что сбежать у тебя не выйдет.
Мерьем на то лишь кивнула, поджав губы. Что то тревожило султаншу, и это было видно невооруженным глазом. В такой же суровой тишине дева и мужчина вышли, оставив валиде и её раздумья. Выйдя из покоев, Муса Ага вдруг резко напрягся, будто вспомнил что то не очень хорошее. Девица, заметив это, насторожилась.
-Муса, что это с тобой? Что с Армаан султан? Почему она спонтанно изменила своё решение? Что вообще происходит?
-Ох, Мерьем, ты и вправду хочешь знать, что случилось?.. -Ага не на шутку разволновался.
-Что за вопрос? Конечно хочу! Я ждала этого момента все свои двадцать лет! -Беспокойство собеседника отразилось и на самой девушке.
Муса немного помолчал, о чём то задумавшись. Облизав нижнюю губу, он продолжил:
-Но то, что ты узнаешь, может хорошенько изменить тебя. Ты правда согласна?..
-Конечно!
Мужчина выдохнул, боясь сказать что то лишнее.
-Хорошо.. раз уж сама валиде султан разрешила нам пойти на такую авантюру, я прикажу немедленно подготовить карету. Ты собирайся, путь нам предстоит долгий.
Мерьем напряжённо кивнула, пытаясь осознать всю важность ситуации. Вопросов в голове не убавилось.
-Куда мы поедем?
-Потом всё узнаешь, собирайся скорее!
Спустя какое то время они уже выехали из дворца. Девушка была как никогда взволнована. На ней было тёмно-синее платье и накидка того же цвета, украшенная серебристыми узорами. Не смотря на её вид, внутри девы образовалась просто таки буря эмоций, и теперь та даже не знала, какая из них ей вылезет боком. Муса стал подозрительно молчаливым, взгляд - задумчивым. Агу будто что то беспокоило, и он часто от нервов теребил в руках свой перстень. Всю дорогу он всячески избегал разговора, поэтому Мерьем приходилось лишь молча смотреть в окно, следя за дорогой. К слову, ей в первый раз удосужилось ехать в карете, словно она - статная госпожа, но почему то юницу это не сильно волновало, ибо в мыслях та была где то очень далеко. С каждым моментом ей становилось тяжелее дышать, голова разрывалась от раздумий и волнения: что ждёт её там, куда они едут? Что случилось с её матерью? От одного лишь осознания того, что у неё есть семья, сердце начинало биться быстрее.
Вечер быстро сменял яркий день, но последние солнечные лучики всё ещё мелькали где то вдалеке. Мерьем тяжело вздохнула, когда карета наконец остановилась, после чего Муса повторил её жест. Какое то время оба всё ещё сидели на местах, будто не имея возможности пошевельнуться. Мужчина вышел первым, кивнул девушке, и та также выглянула из кареты. Остановившись, дева осмотрелась: вокруг было много деревьев, неподалёку расположился лес, а впереди мелькали небольшие деревянные домики, у которых суетились люди.
-Мерьем, лучше накинь капюшон. -Ага повернулся к ней, так же осматриваясь по сторонам.
-Что это за место? -Хатун послушала собеседника, и быстро накинула капюшон накидки.
-Мы на окраине Стамбула. Как видишь, здесь лесистая местность. Тут живут люди, которым надоела городская смута.
Дева молча выслушала Мусу, глянув на стайку детишек, пробежавшую возле них. Мужчина кивнул стражнику, который приехал с ними, после чего все они двинулись в сторону небольшого домика, расположившегося немного поодаль от поселения. Многие люди окидывали их заинтересованными взглядами, а многие смотрели с безразличием - как будто не впервые видят подобную картину.
Уже подойдя к дому, Мерьем немного задумалась, подметив, что здание показалось ей знакомым. Что то в нём было такое, чего не описать словами. Муса подошёл к двери и постучал, спустя несколько секунд на пороге появилась низкая женщина, лицо который было покрыто морщинами.
-Здоровья тебе, Филиз хатун. -Ага немного улыбнулся.
-И тебе того же, господин. -Женщина ответила такой же легкой улыбкой.
-Прости, что потревожили тебя в столь поздний час.. но есть у нас важное дело. -Он вздохнул, поджав губы.
Хатун, видимо, поняла сразу, о чём идёт речь, ибо быстро глянула сначала на Мерьем, а затем и на стражника, после чего отступила, пропуская их в дом. Внутри девушки всё развивалось чувство тревоги. Тело от чего то напряглось, а, зайдя в здание, по спине пробежал холодок. Муса указал ей на стул, приглашая сесть вместе с ним. Филиз хатун тем временем заварила кофе, и, спустя несколько минут тишины, втроём они уселись напротив друг друга, держа в руках стаканчики с горячей жидкостью.
Молчание продлилось её какое о время. Казалось, будто никто не знает, с чего лучше начать разговор. Муса уставился куда то в глубь своего стакана, женщина задумчиво опустила взгляд в пол, а дева сидела в ожидании, глядя на сидящих напротив с волнением.
-Что ж.. -Первым заговорил Ага. -Филиз хатун, стоит тебя наверное познакомить.. это Мерьем. Наложница султана.
Женщина кивнула, осмотрев юницу.
-Это ведь она, да?
Муса слегка хмыкнул, уводя взгляд в сторону.
-Да.
-Что происходит? Откуда вы знаете обо мне?
-Кхм, Элизабет, твоя мать.. она была здесь.. -Мужчина глянул на даму, затем вздохнул.
-Правда? -Мерьем также глянула на неё. -А где она сейчас, не знаете?
Муса Ага поджал губы, проглотив подступивший к горлу ком. Тяжело было подобрать слова в столь ответственный момент, от чего дышать становилось тяжелее.
-М-Мерьем, твоя мать была служанкой Армаан султан. -Он выдохнул, будто от этих слов стало легче.
Девушка удивленно вскинула брови. Она не ожидала такой правды, ведь всё время считала, что её мать жила далеко отсюда, и вела тихую и спокойную жизнь.
-Ч-что?.. Как это, Муса?
-Вот так. Валиде была очень близка с ней, и доверяла только ей. -Тот немного помолчал, будто вновь увидев перед глазами ту яркую и улыбчивую деву, с чёрными волнистыми волосами и серыми глазами. -Однажды Нармин стала часто пропадать, и Армаан не на шутку стала переживать. Как оказалось, твоя мать влюбилась в какого то стражника, и они в тайне ото всех встречались за пределами дворца. Затем.. кхм, Нармин забеременела. Твой отец сразу же скрылся из виду, оставив мать одну.
Мерьем застыла на месте. Удивления на её лице не убавилось, и она выдохнула, пытаясь прийти в себя. Нармин.. её мать звали именно так. На душе стало тяжелее, будто в неё вонзили кинжал. Руки девушки задрожали, а глаза наполнились слезами. За всю свою жизнь та никогда не могла бы представить себе, что на самом деле пережила её мама. Было больно узнать правду о себе, и вопросов в голове стало ещё больше.
-Н-но.. мой отец, он.. жил со мной. Он растил меня.. любил.. -Прошептала дева.
Ага, глянув на поникший взгляд девицы, сочувствующе поджал губы.
-Где она? Где сейчас моя мать? -Юница решительно приподняла голову.
-Мне жаль..
Мерьем сразу всё поняла, и быстро прикрыла лицо руками, сделав глубокий вдох, затем выдох. Нармин была мертва. Немного успокоившись и стряхнув подступившую слезу, девица глянула на Мусу, который опустил глаза в пол, о чём то задумавшись. А думать ему было о чём, ибо он сам когда-то видел ту сероглазую юницу, наполненную жизнерадостностью и миролюбием. Прикрыв глаза, мужчина погрузился в воспоминание, будто перед ним вновь предстал её облик.
Воспоминание. Стамбул. Дворец Топкапы. 1709 год.
На улице темнело. Вечер быстро окутал город, и вместе с ним подходила и вечерняя прохлада. Низкий мужчина брёл вдоль тропинки, ведущей в освещённый фонарями сад. На его лице читалась усталость, вперемешку с сосредоточенностью. Он был напряжён, а звук собственных шагов больно давил на голову. Внезапно тот резко поторопился, и, быстрым шагом подошёл к девушке, сидящей у дерева. Дева была чем то очень расстроена - это было заметно по её взгляду. Завидев подошедшего, она испуганно приподняла голову.
-Нармин, ты чего здесь сидишь то? На дворе похолодало, простудишься ещё! -Мужчина подал ей руку, но та не отреагировала.
-Ступай во дворец, Муса, со мной всё хорошо.
-Ну уж нет. Тем более Армаан султан ждёт тебя. -Ага поджал губы.
Нехотя дева встала, тяжело вздохнув. Что то её знатно тревожило. Зашагав по улице, она, краем глаза, увидела как мужчина плетётся за ней.
-Что с тобой, хатун? Что тебя беспокоит?
Нармин не ответила, шагая по той же тропинке, не оборачиваясь. Казалось, будто в мыслях девушка где то очень далеко, а ноги сами несут её в самый центр пекла. Зайдя во дворец, на неё нахлынула волна мурашек. Лишь зайдя в покои своей госпожи, та немного расслабилась.
Армаан сидела на широком бархатном диване, держа в руках стакан с чаем. Её каштановые волосы аккуратно сползали на плечи, дополняя тёмно-красное платье. Какое то время султанша молчала, глядя куда то вдаль. Затем, поставив стакан на стол, она перевела взгляд на свою служанку.
-В чём дело, Нармин? Где ты снова пропадаешь? -Её голос был спокойным, а глаза наполнены любопытством.
Хатун вновь молчала, глядя себе под ноги, будто не могла найти подходящих слов.
-Пойми, он не вернётся. Надим - подлый и неверный человек. Да и не смогли бы вы быть вместе. Ты - служанка, а он - стражник. Ни одна подобная пара не имела хорошего конца. Может, оно и к лучшему, что тот скрылся.
Было видно, как затронули юницу слова госпожи. Она прикрыла глаза, выдохнув. Армаан, подметив это, склонила голову набок.
-Ну скажи уже, что случилось?
-Я беременна. -Нармин подняла голову, однако всё ещё не насмеливалась взглянуть на султаншу.
Её собеседница удивленно уставилась на хатун, вскинув брови. Муса Ага, кажется, был поражён не меньше. Госпожа какое то время молчала, стараясь подобрать нужные слова.
-Ну.. ничего. Не переживай, мы не оставим тебя в беде. Твой ребенок родится в нормальных условиях. Всё будет хорошо.
Нармин хатун утомлённо прикрыла глаза, тяжело вздохнув. Было видно, что разговор та продолжать не хотела.
-Можно мне уже пойти, Армаан?
-Конечно. Пожалуйста, не волнуйся. -Женщина всё ещё удивлённо смотрела на служанку, изредка переводя взгляд на Агу.
Девушка молча вышла из покоев, оставив собеседников ещё долго размышлять о случившимся. Султанша всю ночь после этого не могла сомкнуть глаз. Её очень расстроило произошедшее с подругой, и она долго думала, как могла бы ей помочь. Заснуть той удалось лишь под утро, и то не на долго, ибо с самого утра к ней в покои ворвался взволнованный Муса, который сообщил ужасную новость. Нармин сбежала из дворца.
Спустя два месяца после этой ситуации женщина оставила надежды найти подругу. Стражники искали её по всему городу, но найти юницу так и не удалось.
Лишь спустя ещё какое то время, Муса Ага, блуждая по центральному рынку, подметил сероглазую деву, идущую ему на встречу. На Нармин была коричневая накидка, капюшон которой прикрывал её волосы и лицо. Чуть приподняв голову, она крепче сжала державшую в руках корзинку. На её лице читался отчётливый страх. Мужчина же, встретившись с ней взглядом улыбнулся, кивнув.
-Слава всевышнему, я наконец нашёл тебя, хатун! -Он быстро окинул девушку взглядом, подметив её уже округлившийся живот.
Девица молча смотрела куда то за него, не поднимая глаз.
-Как ты, Нармин? Куда пропала?
-Оставь меня, Ага. -Прошептала та, после чего быстрым шагом, не оборачиваясь, помчала вперёд.
Мужчина удивлённо смотрел ей в след. Он не хотел снова потерять из виду юницу, поэтому поплелся за ней, в надежде узнать где она теперь живёт. После этой встречи Муса ещё не раз наведывался к девушке, принося деньги и различные вещи, которые ей требовались для жизни. Сначала Нармин была против его помощи, но после быстро поменяла своё мнение, ибо тот поклялся, что не расскажет ничего Армаан султан. Ага сдержал свою клятву. Однажды он даже стал свидетелем рождения Мерьем, и после этого не отходил от девы ни на шаг.
-Моя дорога, прекрасная Элизабет.. -Хатун держала девочку на руках, умиляясь её сонному личику.
-Нармин, может стоит дать ребёнку мусульманское имя?.. Ты ведь всё таки много лет уже исповедуешь ислам.. -Муса глянул на девочку, а затем и на её мать.
-Пусть простит меня всевышний, Ага. Я хочу что бы у дочери было имя, подходящее моей семье.
Мужчина задумчиво перевёл взгляд в сторону, потерев переносицу. Малышка родилась здоровой и славной, и была такой же красивой, как и её мама.
Прошло ещё четыре года. Муса Ага стал всё реже посещать хатун, ибо у него с появлением новых шехзаде работы не убавилось, а наоборот, стало намного больше. Часто он отправлял девушке письма, однако та ни разу на них не отвечала. Работа в гареме на какое то время заставила его позабыть о Нармин и Элизабет.
Когда дел стало поменьше, тот решил наконец наведаться к подруге, и у знать, как у неё обстоят дела. Подходя к её дому, Муса подметил двух женщин и троих мужчин, которые столпились около здания. Вид у всех был встревоженным: женщины грустно махали головой, смотря куда то в пол, а мужчины о чём то тихо разговаривали. Ага подметил среди них и Филиз хатун - соседку Нармин, которая уже давно успела с ним познакомиться.
-Добрый день, хатун. -Он кивнул, остановившись у дома.
-Здравствуй, Ага. -Женщина тяжело вздохнула, поджав губы.
-А что случилось то? От чего собрались здесь?
Филиз молча увела взгляд в сторону, затем повела мужчину во внутрь здания. Зайдя за ней, Муса ужаснулся от увиденного: его знакомая, та, мысли о которой тревожили его на протяжении нескольких лет, лежала на полу, с головой накрытая белой простынёй. Ага резко выдохнул оперевшись о стену, дабы не упасть.
-Повесилась, бедная. -Начала женщина, с болью в голосе. -Сегодня утром нашла её, когда пришла проведать.
Мужчина, не поверив собеседнице, подошёл к телу, и, склонившись, чуть приподнял простынь. Это была она. На шее виднелись следы от верёвки, а лицо было бледным, как никогда ранее. Дышать стало тяжелее. Тот встал, вновь глянув на Филиз.
-Где девочка?
-На улице. Она не видела. -Голос хатун стал подрагивать, а глаза наполнились слезами.
Мужчина отошёл, протерев лицо руками. Долго думать он не стал, и быстро направился на улицу, забрав Элизабет с собой во дворец. Другого выхода у него не было, поэтому тот рассказал обо всём Армаан султан, и та занялась поисками нового дома для девочки. Ещё несколько дней малышка провела во дворце. Её не пускали в гарем, дабы не распространять ложные слухи. Затем её забрал к себе местный рыбак - Фаиз, который увёз юницу на окраину Османской империи, ближе к Крымскому ханству. Армаан позаботилась обо всём, ибо если бы слухи о сбежавшей служанке разлетелись по всей столице, то об этом узнала бы и семья Нармин, что лишь усугубило бы ситуацию государства в то время. Муса Ага ещё долго после этого вспоминал об Элиз, молясь, что бы с ней всё было хорошо.
Конец воспоминания.
-Пойдем. -Из воспоминаний Мусу резко вытащил голос Филиз хатун, которая обращалась к девушке.
Мерьем, приподняв голову, последовала за ней. Женщина вышла на улицу, и, завидев юницу рядом, поплелась вдоль тропинки. Там, у большого дерева, виднелась небольшая могилка, на которой лежали свежие цветы. Подойдя ближе, дева вытерла подступившую у самого уголка глаза слезу. На надгробии виднелась надпись:
«Нармин хатун. 1713 год»
Дева выдохнула, присев прямо на землю, около могилы. Вглядываясь в надгробный памятник, она вдруг припомнила тёплый взгляд матери, её приятный голосок.. мысли о ней разбивали сердце девы. Подошедший Муса тут же присел рядом с ней, а Филиз ушла обратно в здание. Мерьем глянула на небольшую деревянную коробочку, которая стояла рядом с могилой, после чего взяла её, рассматривая. Коробочка была расписана различными узорами и линиями, а, открыв её, девица достала листочек, на котором была нарисована роза. Рисунок показался ей знакомым, и та вспомнила синий кулон, который всегда носила с собой - единственная вещь, оставшаяся от матери. На нём был тот же цветок, что и на листке. Девушка слегка улыбнулась, положив рисунок обратно в коробочку, и поставив её на место. Мужчина глянул на неё, скрестив руки на груди.
-Она дала тебе европейское имя, пойдя против правил. Ей хотелось, что бы оно подходило семье, в которой та росла.
Девица молчала, смотря куда то вдаль.
-Я практически ничего не знаю о её семье. Мне лишь известно, что до гарема твою мать звали Эмма. -Продолжал Ага, пытаясь перебороть боль, подступившую к самому горлу.
Глубоко в душе что то вздрогнуло, и Мерьем тяжело вздохнула. По рукам и ногам пробежала волна мурашек. Эмма. это имя такое статное и великое. Кто знает, как и где она жила до попадания в гарем. Важнее было то, что эта страна и этот город навсегда испортили её жизнь. Деве вдруг стало не по себе - неужели ей также было суждено попасть в руки османов, и провести всю жизнь в плену этой империи?.. Собственные мысли начали её пугать. Но делать было нечего. Всё зашло уже слишком далеко. Вмиг девушка вдруг всем сердцем возненавидела эти земли. Этот народ, их правила настолько губительны, что им позволено просто таки утопать в крови.
«Я изменю эту империю. Заставлю её стать лучше.» -Подумала девица, решительно приподняв голову.
На улице уже совсем стемнело, и Муса принял решение срочно отправляться обратно во дворец, пока не настала глубокая ночь. Мерьем без лишних слов села в карету, перед этим поблагодарив за всё Филиз хатун, которая вызвалась их проводить. Вопросов в голове юницы стало меньше, однако боль от правды, которую та узнала, всё ещё давала о себе знать.
Большую часть дороги они молчали. Муса Ага, прикрыв лицо рукой, смотрел в пол, а дева задумчиво вглядывалась в пейзажи за окном. У них обоих выдался трудный день. Каждый сейчас думал о своём горе. Потеря близкого человека отчетливо отразилось на обоих.
-Поговаривали, будто она сошла с ума.. -Прошептал мужчина, обращаясь будто бы к самому себе. -Но я в это не верю.
Но девушка ничего не сказала ему в ответ. Казалось, та вообще его не услышала.
-Расскажи о той женщине. Хатун там живёт? -Проговорила девица спустя несколько минут тишины.
-Филиз? О, она давно живёт в том поселении. Её муж скончался лет десять назад, и та должна была поехать к сыну. в Манису, кажется. Но решила остаться, и захотела помочь мне следить за домом. Да благословит её всевышний.
Мерьем молча кивнула, вновь развернувшись к окну. Весь оставшийся путь они ехали молча.
По прибытию во дворец, юница сразу же ушла к себе в комнату, ссылаясь на усталость. Ей и вправду ужасно хотелось отдохнуть, но больше всего - побыть одной. Зайдя в свои покои, та прикрыла дверь, сев прямо у порога, после чего положила голову на колени. Слёзы рекой потекли по её щекам, а лицо опухло от столь большого наплыва. Руки дрожали. Было тяжело сделать какое либо движение, поэтому она застыла, пытаясь перевести дыхание. Не так девушка представляла себе свою жизнь. Раньше ей всегда хотелось верить, что мать покинула её, и дева непременно должна была её найти. И уж лучше бы было именно так, нежели то, что ей пришлось узнать. Теперь пазл в голове сложился: валиде султан следила за ней, ибо сразу узнала в деве ту самую маленькую Элизабет. Вот почему Армаан была против того, что бы Мерьем стала наложницей султана - ибо та была дочерью её сбежавшей подруги, о которой после поговаривали, как о сумасшедшей. Сил для раздумий больше не было, и дева, переместившись на кровать, быстро заснула, оставив всю боль в прошедшем дне.
Очередное утро встретило её яркими солнечными лучиками. На улице всё ещё было прохладно, но это не мешало слугам в суматохе выполнять свою работу. Проснувшись, девушка выглянула в окно, где открывался вид нас сад, в котором Разие султан уже болтала о чём то со своей служанкой. Султанша сегодня была явно в хорошем расположении духа - видимо, Юсуф паша окончательно встал на ноги.
Умывшись, Мерьем надела тёмно-синее узорчастое платье с широкими рукавами. К нему дева подобрала серебряную подвеску и кольцо. Собрав волосы в аккуратную причёску, та вышла из комнаты, осматриваясь. Гарем был полон юниц, что уже во всю вели беседы, распуская слухи. По ту сторону второго этажа стояла Бахар, глядя на своих служанок. Влияние, теперь уже султанши, стало куда большим, чем было ранее, поэтому и служанок у неё теперь было не две, а четыре. Спустившись по лестнице, Мерьем поплелась вдоль по коридору, находившийся прямо у прохода на второй этаж. Обходя гарем, девица заметила стоящих чуть поодаль Фидан калфу и Мелену. Обе выглядели раздражёнными - видимо, беседа у них была не из приятных. Остановившись у ближайшей стены, юница спряталась за ней, прислушавшись.
-Опомнись, хатун! Это не шутки, правду тебе говорю. Ни чем хорошим это не закончится. -Сказала Фидан, махая перед собеседницей руками.
Мелена закатила глаза, совсем не придавая значения словам калфы.
-А что мне ещё делать, скажи? Всю жизнь потратить на то, что бы бороться за падишаха? К тому же, я не хочу портить их отношения с Мерьем.
-Но, пойми, со стражником ты быть не сможешь! Вы оба - пленники, вам не удастся жить счастливо!
И тут девушка застыла, тихо выдохнув. Не ожидала она услышать такого, а в особенности о подруге. Ей вдруг вспомнилось, как в последнее время Мелена часто куда то пропадала.
«Этого только не хватало»
-Я жить хочу, Фидан. Не для того я на свет родилась, что бы тут гнить. -Раздумья девы прервал голос подруги.
-О, всевышний. -Женщина вздохнула. -Моё дело - предупредить. Дальше сама решай. Но мои слава не забывай.
Калфа быстрым шагом направилась дальше по коридору, не оборачиваясь. Мерьем, завидев что та ушла, вышла из укрытия, подойдя к подруге. Юница удивленно окинула её взглядом, после чего кивнула, вновь смотря вслед Фидан.
-Что произошло, Мелена?
-О.. а ты где пропадала? Я вчера тебя искала. -Дева глянула на неё, желая перевести тему.
-Не важно. Скажи, что случилось?
Её собеседница резко выдохнула. Она понимала, что умолчать не выйдет, поэтому долго раздумывала, подбирая слова.
-Я.. познакомилась с одним стражником.. он в саду работает. И.. ох, голубка, я кажется влюбилась..
Мерьем тяжело вздохнула. От слов девы ей вдруг стало тяжелее дышать. Девушке очень не хотелось, что бы та повторила судьбу её матери. Присмотревшись, дева подметила, насколько бледным стало лицо подруги. Впрочем, в последнее время она и так имела достаточно болезненный вид.
-Ты же понимаешь, чем это кончится?
-И ты туда же.. -Мелена перевела взгляд в сторону, цокнув языком.
-Это действительно важно. Знаю я один подобный случай..
-И что же мне делать? Сидеть всю жизнь взаперти?
-Ну.. нет. Однако это не лучший вариант. Я могла бы сделать так, что бы тебя отпустили.
-Не могла бы. -Юница скрестила руки на груди. -Ты - не султанша.
-И что? Я сделаю всё ради тебя.
Между ними вдруг повисло молчание. Тишина давила в голову, а напряжение лишь возрастало.
-Лучше не вмешивайся, прошу. -Мелена вновь глянула на подругу. Взгляд у неё был вымученным.
-Но..
-Пожалуйста, Мерьем.
Девица замолчала. Ей тяжело было что либо сказать, ибо в глазах собеседницы уже мелькали огоньки злости, и добром это точно не закончилось бы. Развернуться и просто уйти также не хотелось.
Их разговор резко прервал возглас Мусы, бежавшего к ним.
-Ну что вы тут стоите? Радостная весть дошла до дворца, слава всевышнему! -Он улыбнулся.
Обе девы озадачено глянули на него.
-О чём речь, Ага? -Начала Мерьем.
-Повелитель вернулся! Жив и здоров!
Обе хатун удивленно переглянулись, после чего девица так же радостно улыбнулась.
-Ты не шутишь? Это правда?!
Мужчина кивнул. Долго медлить они не стали: Мелена побежала в гарем, а её подруга, вместе с Мусой, побежала к Башне Справедливости - самому высокому месту во дворце, из которого хорошо было видно центральный вход во дворец. Открыв дверь, девушка быстрым шагом метнулась по лестнице на самый верхний этаж. На удивление, в комнате не было ни единой души, что слегка смутило ту, однако, подойдя к окну, на котором вместо стекла было узорчастое ограждение, она увидела стоящих вряд янычар, что непоколебимо держали перед собой свои мечи. Прямо между двумя рядами воинов прошёл сам падишах, и на мгновение он встретился с девой взглядом, от чего у той по телу пробежала волна мурашек. На душе сразу же стало спокойнее, ибо вот он - её возлюбленный, прямо перед ней - гордый и невредимый.
Вскоре Хасан скрылся из виду, и Мерьем перевела взгляд на Юсуфа пашу, который стоял рядом с другими пашами и беями. За последние несколько дней ему стало значительно лучше, и сейчас он выглядел достаточно бодро. Немного задумавшись, юница и не заметила подошедшего Агу.
-Думаю, стоит тебе поспешить в покои повелителя.
-Разве он там? Хасан ведь только приехал.
-Такая традиция. Султана в первую очередь встречает его семья. И наложницы.
Девушка молча поплелась обратно во дворец, немного ускорившись, проходя гарем. Ей хотелось поскорее поговорить с Хасаном, выговориться о том, что терзало её всё это время.
Подойдя к покоям султана, юница, без каких либо сомнений, открыла дверь, войдя внутрь. Её взгляд сразу же привлекли особы, стоящие перед ней: валиде султан, чью руку целовал юноша, следом шла Разие, а подле неё - Бахар. Все резко глянули в сторону хатун, и та быстро сделала лёгкий поклон. Армаан султан удивлённо скинула брови, а её дочь лишь слегка улыбнулась. Хасан, наконец повернувшись, не смог сдержать улыбки.
-Мерьем! -Он кивнул, сложив руки за спиной. Было видно, что парень хотел было подбежать к ней, крепко обнять, однако традиции не позволяли сделать этого в данный момент.
Дева поджала губы, кивнув. В комнате повисло молчание. Напряжению, казалось, не было предела.
Тишину решила прервать Разие:
-Кхм, полагаю, мой брат устал. Не пора ли оставить его в спокойствии?
Валиде, прогоняя мысли прочь, согласно покачала головой.
-Хвала всевышнему, что с тобой всё хорошо, мой лев. Вечером мы устроим праздник в честь победы. -С этими словами женщина поплелась к выходу, а за ней и все остальные. Проходя мимо девушки, Бахар пристально глянула ей в глаза. Мерьем лишь сглотнула стоящий в горле ком.
Когда дверь за ушедшими закрылась, парень резко, в несколько шагов, оказался рядом с хатун и ласково обнял её, не переставая улыбаться. Девица с облегчением вздохнула, прижавшись к нему.
-Я писала тебе.. -Прошептала она, прикрыв глаза.
-Я знаю. Читал твоё письмо. -Он мягко отстранился, выдохнув. -Прости, времени ответить совсем не было. После ранения Юсуфа стало ещё тяжелее.
-Понимаю. В любом случае я скучала за тобой. -Её улыбка стала ярче.
-Я тоже, госпожа. -Падишах аккуратно убрал за ухо непослушный локон волос возлюбленной, после чего нежно поцеловал ту в губы. -Каждый день думал о тебе.. -Его голос сошел на шёпот.
Ещё какое то время они болтали, сидя у окна в обнимку. Хасан без умолку рассказывал о том, как прошел поход, а Мерьем с радостью слушала его, не открывая взгляд от его лица. На какое то время ей удалось позабыть о всех тех мыслях, что мучали её, о всех проблемах. Мир вдруг стал казаться иным. Впервые за долгое время ей стало легче дышать. Когда тот закончил свой рассказ, стал расспрашивать девушку о том, что происходило с ней за этот период, и каковы дела во дворце.
-Всё вполне хорошо. Я узнала много нового. -Эту фразу дева говорила каждый раз, когда ей задавали подобный вопрос. Конечно, ей хотелось бы поведать о том, что она узнала про свою мать, однако та не хотела своими переживаниями испортить радостный для султана день, поэтому решила умолчать. Ей совсем не довелось втягивать кого-то в свои же проблемы.
Ближе к вечеру валиде султан сдержала своё слово, и в гареме устроили роскошный праздник в честь первого похода султана Хасана. Однако ни падишах, ни его возлюбленная на празднике не появились. Они слишком тосковали друг за другом, что бы тратить время на кого то ещё. Вечером Мерьем снова вернулась в покои султана, и провела с ним всю ночь, которую оба точно не скоро забудут. Их страсти не было предела. Им предстояло ещё много чего обсудить, но больше всего паре хотелось просто быть рядом с друг другом, ибо именно так они могли позабыть о всём, что тревожило их за пределами покоев султана.
Своем скоро настало холодное весеннее утро. Солнце только показалось из под горизонта, но его лучи уже освещали дороги Стамбула. Дверь, ведущая на балкон, была слегка приоткрыта, от чего время от времени был слышен лёгкий ветерок.
Лёжа на кровати, дева слегка приподнялась на локтях, глянув в сторону сидящего за столом Хасана. Тот задумчиво что то писал на маленьком листе бумаги, иногда поднимая голову на окно.
-Только рассветает, а ты уже не спишь. -Вздохнула девушка.
-Не спиться. -Он улыбнулся, после чего подошёл к ней, присев на край кровати.
Мерьем, встав, провела рукой по золотистым волосам юноши, накрыв его губы своими. Оба на минуту прикрыли глаза, наслаждаясь моментом.
-Утро сегодня холодное. -Сказала дева, оторвавшись от возлюбленного, и отойдя к тахте, где уже лежала подготовленная для неё одежда. Сегодня это было тёмно-красное платье с узкими рукавами и серебряным поясом, красовавшимся на талии.
-Скоро наверное спуститься дождь. -Хасан проследил за юницей, слегка улыбнувшись.
-Жаль. Я хотела сегодня прогуляться с тобой в саду. -Ответила та, пытаясь застегнуть платье.
-Мы ещё успеем прогуляться. -Парень подошёл к ней, помогая справиться с одеждой.
Мерьем тоже не смогла сдержать улыбки. На душе стало так тепло, что даже утренняя прохлада перестала обращать на себя какое либо внимание. Собрав волосы в аккуратный пучок, та ещё раз глянула в зеркало, убедившись в том, что образ получился удачным.
В дверь кратко постучали. Хасан глянул в ту сторону, поправляя кафтан. Его уже совсем не удивляло, что кто то стучится к нему в такую рань. Казалось бы, это вошло в привычку.
-Войдите!
На пороге появилась Фидан калфа. Женщина выглядела взволнованной, и, поклонившись, тут же глянула на падишаха. Юница обернулась к ним, одевая серёжки.
-Повелитель, валиде попросила меня срочно оповестить вас..
-Что вновь произошло, Фидан?
Калфа какое то время молча переводила взгляд с султана на хатун.
-Во дворец прибыл неожиданный гость.
Парень нахмурился, вопросительно глядя на собеседницу. Новость о неожиданном госте была последним, что он ожидал услышать сейчас. Мерьем также застыла на месте - ей было не менее любопытно.
-Что за гость? -Хасан скрестил руки на груди, ожидая ответа.
Женщина тяжело вздохнула, глянув ему прямо в глаза.
-Атике султан, повелитель.