26 глава
Маша решила вечером прийти к Дане без предупреждения. Она хотела сделать ему сюрприз своим неожиданным появлением. А еще она хотела увидеть его маму. Светлана Алексеевна всегда очень хорошо относилась к ней, и девушке хотелось узнать ее мнение насчет этой глупой свадьбы. Ей хотелось посплетничать с будущей свекровью, хотелось, чтоб женщина поделилась с ней впечатлениями о невестке.
А потом ей хотелось, как обычно закрыться с Даней в его комнате и целовать-целовать его губы. Дразнить его, зная, что при маме он вряд ли станет заваливать ее на диван. Хотя она никогда не мешала им, сколько Маша помнила. Но все же предаваться греху, когда она сидела у телевизора в соседней комнате, не хватало совести даже у Дани.
У девушки было такое хорошее настроение, она была опьянена своими чувствами и мечтами и так спешила к своей цели, что пролетела мимо Юлиного автомобиля, неуклюже припаркованного во дворе, даже не заметив его и не заподозрив неладного. Хотя где-то мелькнула тревожная мысль о том, что она что-то упустила. Что-то раздражающее, нервирующее, тревожное. Но Маша списала этот душевный дискомфорт на всплывшие из глубин подсознания воспоминания о Данином семейном положении, о котором она дала себе обещание специально не думать. Отмахнулась от грустных мыслей и скоро звонила в дверь его квартиры.
— Я открою! — послышался из-за двери знакомый голос, от которого у Маши в груди разлился холод.
А потом дверь распахнулась и Юлия Гаврилина, собственной персоной, возникла на пороге. Маша скользнула по ней взглядом, открыв рот и собираясь с мыслями, отмечая, тем не менее, ее домашний наряд и Данину майку на плечах.
— Машаа, — протянула девушка и посторонилась, — проходи. Дорогой, — отвернувшись, крикнула она, — это к тебе.
Девушка ушла, а к изумленной Маше вышел Даня.
— Это как понимать? Что Гаврилина делает у тебя дома?
— Я Милохина теперь! — Послышался откуда-то Юлин голос.
Маша, развернувшись, хотела уйти, но Даня поймал ее за локоть, разворачивая к себе.
— Постой. Погоди минуту, я сейчас.
Он ушел, а потом из зала раздался его голос:
— Еще раз напомнишь мне, что ты теперь носишь мою фамилию… Еще раз назовешь меня так…
— Как? — В голосе Юли слышался едва сдерживаемый смех.
— Дорогим… Я с тобой знаешь, что сделаю?
— Данечка, извини, я пошутила. Твоя Маша, она что, шуток не понимает? Погоди…
Послышались шаги, а потом к девушке вышла Юля.
— Слушай, извини, ладно. Он мне не дорогой, я неудачно пошутила. В общем, он сам тебе все объяснит. Доволен? — Она повернулась к Дане, который стоял за ее спиной.
Тот молча прошел мимо и, обняв Машу за плечо, вышел вон, захлопнув за собой дверь.
— Я ничего не понимаю, Даня. Может, ты мне объяснишь?
- А что тут непонятно, Маш? Юля — моя жена и теперь она живет со мной, как и положено жене. — Даня смотрел в сторону, и в словах его явственно слышалась горечь. — Давай присядем?
— Но почему ты позволяешь все это, Дань?
— А что я могу сделать? Меня напрягает вся эта ситуация, Маш, если и ты сейчас начнешь капать мне на мозг… — Он замолчал, боясь наговорить лишнего.
— Лучше бы ты отслужил два года.
— Лучше? — Парень посмотрел на нее внимательно, словно хотел в глазах ее прочесть, действительно она так считает или нет. — Кому лучше, Маш? Я устрою этой выскочке такую райскую жизнь, она сама от меня сбежит, а других вариантов я не вижу. Вот только мама…
— А как мама, кстати, отнеслась к этому браку? — Маше так важно было услышать, что Светлана Алексеевна была возмущена происходящим. Что она искренне переживала за нее. Что враждебно настроена к невестке. Маша очень хотела, чтоб все было именно так.
— Мама? — Даня вздохнул. — Мама боится, что если я буду Юлю обижать, ее отец рассердится, и меня отчислят — сессия-то еще не закончилась. Вот и сама пытается найти с Юлей общий язык, в общем… Все против меня.
— Данечка, — Маша повернулась к нему и взяла за руку, — Я не понимаю, чего ты так зациклился на том, что твоя мама не переживет твой уход в армию? Ну, неужели ваши будущие семейные баталии с Юлей — это лучший вариант?
— Нет, конечно. Я не думал, что дело дойдет до совместного проживания, думал Михаил Сергеевич удовлетворится браком. Маш, понимаешь… как бы тебе объяснить? В общем, я просто сейчас расскажу тебе одну историю из моего детства. Мне ее когда-то давно рассказала бабушка. В общем, когда мне было лет пять, в маминой жизни появился мужчина. Бабушка говорила, он был серьезный такой, работящий, с деньгами мужик. В общем, бабушка подозревала, что мама с ним из-за того, что устала одна тянуть эту лямку, потому что мне нужен был отец, потому что в доме некому было гвоздь забить. Вот. А потом случился такой инцидент, в общем, этот мужик, придя однажды к нам в гости, подарил мне игрушку — дорогую машинку. Я, естественно ее разобрал, потом собрал, конечно, не совсем так, как было изначально. Потом еще раз разобрал, чтоб вообще иначе собрать, естественно ничего не получилось и машинку пришлось выбросить. Но суть не в этом. Суть в том, что этот дяденька, увидев свой подарок сломанным, накричал на меня и даже попытался меня наказать ремнем. Мама увидела и прогнала его. И больше в нашем доме мужчины не появлялись.Маш, она ради меня всем пожертвовала. Теперь я ее надежда и опора. Единственная. Ну скажи, как я могу пренебречь всем и оставить ее одну. А кто ей будет помогать, пока меня нет рядом, кто?
— Я. — Как само собой разумеющееся ответила Маша.
— Ты? И с болезнью сердца тоже ты справишься?
— Твоя мама больна? — Маша не знала. Подозревала, что женщина уж слишком часто пьет какие-то капли, да и Даня всячески берег ее от любых расстройств. Но конкретного ей Даня о болезнях матери не говорил ничего.
— Больна. Теперь ты все знаешь. Тебе и решать. Но Маш, до конца сессии два экзамена, две недели, а там — каникулы. Помнишь, мы с тобой хотели поехать к моей бабушке в другой город и провести там все лето? Помнишь? Мы поедем. Обещаю тебе и никакие Юли мне не смогут помешать. Да она и сама скорее всего куда-нибудь укатит, к морю. А мы будет одни, свободны. А там… Кто его знает, как все обернется? Просто нужно немного потерпеть.
— Да, — Маша уронила свою голову на его плечо, — наверное, ты прав. Давай больше не будем ругаться из-за нее.
— Согласен. Пойдем лучше, сходим куда-нибудь. Достала она меня за сегодняшний день, чтоб еще и весь вечер с тобой об этом разговаривать. И Маш, прошу, не пили меня по этому поводу больше, ты прекрасно знаешь, что мы с ней независимо от моих желаний.
— Хорошо, я поняла. — Девушка натянуто улыбнулась и поцеловала его в щеку.