25 глава
Юля резко поднялась со стула, на котором сидела, и, пройдя мимо замершей и в течение всего разговора не произнесшей ни слова мамы, прошла в свою комнату. Вытащила из шкафа объемную сумку и задумалась — что взять с собой, а что оставить. Из вещей девушка решила взять с собой только самое необходимое — в конце концов, не в другой город переезжает, в любой момент можно прийти сюда и взять то, что ей нужно.
Она скидывала в сумку вещи на автомате. Пока руки укладывали кофточки, юбочки и брючки, мозг лихорадочно соображал, и от обилия мыслей голова готова была лопнуть.
Итак, отец сам того не понимая, показал ей выход из сложившейся ситуации. Как там он сказал, что она сама может отвратить от себя парня окончательно? А что это обозначает? Если она постарается и Даня прогонит ее, родители не придерутся — ведь она вроде все делала, как сказал ей отец, а парень оказался упрям. В итоге он пойдет в армию, а она вернется домой.
О том, чтоб постараться наладить с парнем отношения Юля и не подумала — вот еще не хватало! Чтоб она стелилась перед каким-то идиотом. Оно ей надо? А уж Даня-то непременно воспользуется ее смирением и с удовольствием выместит на ней все недовольство ее отцом. Ему-то параллельно, что она свадьбы не хотела еще сильнее, чем он.
Ну что ж, она сами виноваты. Главное, чтоб отец потом ее не раскусил, и в его глазах она осталась правой, а Даня оказался виноватым.
Всю дорогу до Даниного дома Юля репетировала в зеркало заднего вида дружелюбную улыбку, которой она встретит свекровь. Светлана Алексеевна была женщина добрая и наверняка не раскусит фальши. А если она не заручится поддержкой свекрови, парень может и, не раздумывая выкинуть ее из дома. Было бы неплохо, но еще слишком рано — она должна показать отцу, что он не прав. Должна доказать, что вся проблема не в ней и есть вещи, на которые он влиять не может и к которым не имеет права ее принуждать. И тогда отец признает, что был не прав и она, на правах потерпевшей от его диктатуры стороны, сможет просить у него все что угодно (летний отдых на островах, например). Он не откажет.
* * *
Даня шел домой в прекрасном настроении — с Машей помирился, ночь провел просто прекрасно, к тому же выспался и утром получил заряд позитива на целый день. Мысли о свадьбе, Юле и прочих неприятностях его покинули, и все казалось просто и легко. Непонятно, чего он так переживал — с «женушкой» им предстоит встретиться еще всего пару раз на оставшихся до каникул экзаменах. А там, впереди два месяца лета. И кто его знает, как все изменится за это время. К сентябрю, возможно, все его проблемы рассосутся — Юлин папа может понять, наконец, всю глупость своих условий. Он может перестать быть ректором, Юлю может переехать поезд. Мысли о вероятном вдовстве как альтернативном варианте его семейной жизни вызвали улыбку. Даня принялся с удовольствием размышлять об этом.
Если бы парень знал, как на самом деле изменится его жизнь за два коротких летних месяца, он вряд ли так радовался бы неизвестному будущему. Но он не знал и сейчас наслаждался ясным днем, отсутствием похмелья и с удовольствием подпинывал кончиком туфли мелкие камешки.
Войдя во двор, Даня споткнулся от неожиданности, словно на стену налетел, улыбка сползла с лица, и он, матернувшись ускорил шаги.
У подъезда стоял припаркованный Юлин автомобиль. Тот самый красный автомобиль, который он не спутал бы ни с одним другим. Чего этой стерве понадобилось у него дома? Даня на секунду представил, как Юля сейчас закатывает скандалы его маме и бегом бросился к подъезду.
Взлетев на второй этаж, перепрыгивая через две ступеньки, Даня распахнул дверь квартиры, ожидая услышать шум и крики, но вместо этого до его ушей донесся… смех? Парень, не веря своим ушам, медленно прошел на кухню и увидел, как его мама и Юля мило беседуя, пьют чай с печенюшками. Причем Юля почему-то была одета в его любимую майку.
— Что происходит? — Он вошел на кухню и остановился у стола. — Ты что здесь делаешь? Почему опять мою майку на себя нацепила? Тебе что, нечего больше надеть?
— Сынок, Юленька теперь с нами живет.
— Что? — Даня решил, что ослышался. — Ты адрес не перепутала? Проваливай к себе домой, слышишь? И переодеться не забудь.
— Данила, — мама встала из-за стола и попыталась его успокоить, обняв за плечи, — Юля твоя жена теперь и поэтому будет жить с нами. Ну, по крайней мере, пока.
— И кто так решил? Хотя, о чем я? — Парень скривился. — Дай телефон.
— Зачем?
— Дай сейчас же, Юль.
Девушка протянула ему сотовый.
— Решишь разбить, вспомни сначала сколько он стоит, окей?
— Да не собираюсь я его разбивать, не переживай. — Бормотал он, выбирая из списка контактов нужный. Замолчал на несколько секунд, прислушиваясь к длинным гудкам. — А это не доченька, Михаил Сергеевич… — Проговорил он уже в трубку и, смерив Юлю презрительным взглядом, удалился из кухни.
— Папа меня обратно домой не примет, он может сколько угодно сейчас с ним разговаривать. — Вздохнув и скромно потупив глаза, пожаловалась Юля свекрови. — Да я бы и сама не стала бы ему навязываться, я же знаю про него… и про Машу… но что мне делать, Светлана Алексеевна? У меня выбора нет — прислушаться к вашему совету и попытаться подружиться с ним. Чтоб это время, что нам необходимо прожить вместе, прошло наиболее безболезненно и для него и для меня. А он… Он же мне не поверит. Он же считает меня каким-то ужасным человеком, который только и думает, как отравить его жизнь. А я… — голос девушки дрогнул, словно она готова была расплакаться, — я же, как и он не хотела, чтоб все так получилось.
Юля картинно уронила голову на руку, ладонью прикрывая свои глаза так, чтоб казалось, словно она плачет.
— Да вы что?! — Юля вздрогнула и обернулась, услышав донесшийся до них из комнаты Данин голос. — Может, вы меня заставите супружеский долг выполнять, а? И еще и тут будете мне условия ставить!
Девушка виновато посмотрела на свекровь и снова опустила глаза. Хотя никакой вины она за собой не чувствовала сейчас, расположить к себе Светлану Алексеевну можно только таким путем. А в том, что это необходимо, Юля была уверена. Да, вчера она пребывала в такой ярости, что планировала заниматься только тем, что доводить их обоих — и Даню и эту добрую-предобрую тетеньку до белого каления, но обдумав ситуацию, девушка поняла, что таким образом она сделает хуже только себе. Раз уж ей придется пожить здесь какое-то время, значит, стоит сделать свое пребывание комфортным. А иметь хоть одного дружелюбно настроенного к ней человека уже что-то значит.
Через несколько минут Даня вошел на кухню, и устало прислонился к косяку.
— Твой отец выжил из ума.
— Я бы с этим утверждением поспорила. — Не смогла промолчать девушка. Да, папа не прав, но оскорблять его в ее присутствии она не позволит.
— Видимо, придется нам пожить вместе. — Подытожил он очевидное.
— Мне этого, как и тебе не хочется, но что я могу поделать?
— Я себе не представляю, как это будет выглядеть… — Он усмехнулся. — Ты про Машу помнишь?
— Помню. Мешать не буду.
— Что происходит? — Даня вдруг склонился над ней и внимательно вглядывался в ее глаза. — Чего ты добиваешься? Откуда вдруг такое понимание и спокойствие?
— Ничего… — девушка, заморгав, отвела взгляд — смотреть в его глаза она не смогла, и так понятно, кто выиграет в «гляделки», — я ничего не добиваюсь, просто хочу сделать нашу жизнь проще…
— Проще? — Он выпрямился, отшатнувшись от Юли. — Сначала сама все усложнила, а теперь хочешь сделать проще?
— Даня!, — Юля не выдержала, — я не расклеивала те фотографии по институту.
— А кто?! — Выкрикнул парень, и Юля вздрогнула от его резкого голоса. — Кто кроме тебя мог совершить подобную глупость? Покажи мне этого идиота, я ему сам лично руки оторву.
Он выдохнул. Успокаиваясь, и уже ровным голосом добавил:
— Хочешь сделать нашу жизнь проще — собирай вещички и вали отсюда. А иначе, будет только хуже. Тебе.
Он резко развернулся и вышел. Через несколько секунд хлопнула дверь в его комнату.
Светлана Алексеевна, молчавшая все это время, погладила Юлину руку.
— Он успокоится, вот увидишь. Только я не знаю, как ему сказать, что ты поживешь пока в его комнате…
— Это что?! — Раздался в этот момент разъяренный Данин голос.
— Вещи мои нашел. — Юля вздохнула, и умоляюще сложив руки, попросила свекровь. — Может вы ему скажете? Меня он убьет.
Женщина тяжело поднялась со стула, на котором сидела и пошла к сыну. Юля как не прислушивалась, так и не смогла разобрать, о чем они говорили — ничего не было слышно, даже бормотания и отдельных слов. А потом Даня вышел и театрально поклонившись с издевкой произнес:
— Прошу, принцесса, Ваши апартаменты свободны.
— Спасибо. — Юля встала, намереваясь пройти в комнату и разобрать вещи.
— На здоровье. Надеюсь, вам будет удобно. Если что, Вы не стесняйтесь, говорите сразу, мы мигом все исправим.
— Данила, хватит кривляться. — Мама вышла следом. — Юля — наша гостья. Ей неудобно будет в зале на диване.
— А мне удобно? Нет, конечно, мне удобно. Я менее притязателен.
Даня замолчал, и всем своим видом демонстрируя раздражение, развалился на диване, о котором только что шла речь, нервно переключая каналы на телевизоре.
Юля с удобством расположилась на Даниной жилплощади. Брезгливо выставила за дверь все предметы его гардероба, как чистые, так и не очень. Наладила пинка наглому кошаку, который фыркая и недовольно поглядывая на девушку, все же убрался восвояси. После она проветрила комнату, расстелила диван и растянулась на нем, найдя на телевизоре канал, по которому передавали ее излюбленное и не слишком интеллектуальное реалити-шоу.