18 глава
Девушка чувствовала в душе горечь от обиды на подругу и от бессилия изменить такой порядок вещей. Такова Юля и она никогда не признает себя в чем-то виноватой. Она никогда, никого не обижает, о нет! Во всем виноваты магнитные бури и окружающие, создающие ей проблемы и вынуждающие ее психовать и тратить нервы. Сейчас будет усердно делать вид, что все нормально (ну, она же решила, что все хорошо), разговаривать с ней словно ничего не произошло и рано или поздно она ей ответит. Так и не дождавшись извинений с Юлиной стороны.
И Ди придется пока смириться. Сейчас лучше не нервировать Юлю лишний раз.
***
Даня без стука вошел в кабинет ректора. Плюхнулся в кресло и закинул ноги на его стол.
— Парень, ты не оборзел? — Михаил Сергеевич толкнул рукой его скрещенные щиколотки, сталкивая его ноги на пол.
— Я бы вам тот же вопрос задал, да нельзя — наверное, это будет перебор.
— Наверное. Думаю не совсем мудро открыто хамить. Ты подумал?
— Подумал.
— И? — Мужчина постукивал ручкой по поверхности стола, ожидая ответ.
— Слушайте, — Даня придвинулся к нему ближе, — вы что, свою дочь совсем не любите?
— Ты о чем?
— Так, — парень откинулся на спинку кресла, закинул руки за голову, — ни о чем… Я согласен. Когда?
— Через пару недель. Хватит тебе времени приобрести соответствующий случаю костюм?
— Конечно. Я ж не невеста — мне с нарядом проще. До свиданья.
Он вышел из кабинета, хлопнув дверью. В коридоре прислонился к стене и, откинув голову, стукнулся об нее затылком.
— Черт. — Ругнулся сквозь зубы и бессильно сжал руки в кулаки. Зря он тогда Юлю не придушил. Ведь хотел же…
— О, Милохин! — Он повернулся и увидел перед собой Юлю. Как всегда высокомерно поглядывающую на него. Ей видимо ничто настроения не испортит. — Разговор есть…
— Чего тебе? Достала…
— О нашей общей проблеме. Слушай, Даня, если ты откажешься на мне жениться, то ничего не будет.
— Правда? — Парень удивленно поднял брови. — Надо же… как я сам не догадался? Как все просто!
Юля смотрела на него, понимая, что он ерничает сейчас, издевается над ней. Только она причины не понимала.
— Ты чего?
— Ничего, я уже согласился. Только что с твоим отцом разговаривал. Так что готовься, суженая моя, скоро праздник жизни.
— Как это согласился? — Вот этого Юля не ожидала. Она уже успокоилась и поверила, что гроза над ее головой миновала. Ведь если Даня откажется жениться, папе нечего будет ей предъявить. И все будет как раньше. — Как это? Но почему? Трус ты Даня! Трус настоящий!
— А почему я из-за тебя должен два года в армии служить, пока ты здесь будешь наслаждаться жизнью, а? Мне проще на два года в паспорт штамп поставить. К тому же он меня ни к чему не обязывает. И ты не переживай — доучимся и тут же разведемся. Все просто.
— Но я не хочу замуж! Я не хочу за тебя замуж и штамп о разводе в паспорт я ставить тоже не хочу! Я сама хочу решать, когда и за кого я выйду замуж! — Девушка топнула ножкой. — Ты не должен был соглашаться. Иди, откажись, пока не поздно.
— А ты думаешь, я хочу? Да я даже в страшном сне не представлял тебя своей женой. У меня Маша… Как я ей сейчас сообщу столь приятную новость. Может мне ее еще и на свадьбу пригласить? Как думаешь? —
Даня закипал — эгоистичные рассуждения девушки бесили его. Она не хочет, она не может, ей нужно, а все остальные должны свою жизнь подстраивать под ее расписание!
— Да плевать мне на твою Машу! Вот черт! — Юля еще несколько секунд смотрела на него, нервно поджимая губки и порываясь что-то сказать. А потом обиженно хмыкнула и убежала.
Даня задумчиво посмотрел ей в след, скривился и, повернувшись в другую сторону, направился к дальней лестнице. Он собирался выйти на крыльцо и дождаться Машу, а топать вслед за Юлей, еще и не дай Бог, опять с ней столкнуться, ему совсем не хотелось — боялся не сдержаться в этот раз и покалечить стерву.
Парень был убежден, что проклятые фотографии появились в институте не без участия этой дамочки. Наверняка сама себя сфотографировала или подружек попросила. Только вот зачем? Да кто их разберет, этих ненормальных избалованных девиц! Может ей адреналина не хватает, вот и решила развлечься таким оригинальным способом — выставить себя на посмешище. Беда одна, когда девушка настолько самоуверенна, что не понимает, когда выглядит смешной.
Выйдя за двери, он увидел отъезжающий со стоянки красный автомобиль Гаврилиной. Пожелав ей всех благ, Даня прикурил сигарету и присел на парапет крыльца. Приготовился ждать Машу и набрасывал в уме предстоящий разговор.
Как объяснить ей, что он женится на Юле? Сначала эти фото, он только-только вроде бы оправдался за них, и Маша его простила и тут…
— Привет! — Он поднял глаза и увидел перед собой Машу. Девушка присела рядом. — А ты что на лекции не был? На следующую пойдешь?
— Нет, не пойду.
— А почему? — Улыбка постепенно сползала с лица девушки. — Что случилось?
— Маш, нам поговорить нужно. Пойдем?
— Куда? Сегодня последняя лекция и говорят, преподаватель всем присутствующим автоматы ставить будет.
— Отдай подружке зачетку, если что пусть проставит тебе зачет. Разговор очень серьезный и ждать не может.
— Ладно. — Маша подозрительно посмотрела на него и повернулась к двери. — Подождешь, я вещи заберу?
Даня, глядя в сторону, кивнул.
Маша, волнуясь, чуть не бегом поднималась на второй этаж. Она чувствовала — что-то случилось. Она часто улавливала оттенки настроения любимого. Может, потому что настроена была с ним на одну волну. И сейчас рядом с ним витало настолько сильное ощущение печали, что ее казалось, можно было рукой потрогать. Как жаль, что нельзя махнув рукой развеять все огорчения!
Дрожащими руками, собрав свои тетради, и не слыша, что говорила ей соседка по парте, Маша направилась было к выходу, но вспомнив, вернулась. Она отдала девушке свою «зачетку» и, сбиваясь и путаясь в причинах, попросила ее при удобном случае проставить в нее «автомат». Та молча покивала головой, принимая книжку и косо поглядывая на взволнованную девушку, заверила ее, что постарается помочь.
Маша, наконец, покинула душную аудиторию и поспешила к выходу. У нее было такое странное чувство, что она Даню потеряла и вполне очевидна возможность не встретиться сейчас с ним на улице. Выскочив в распахнувшиеся двери, она с облегчением перевела дух — парень сидел на том же месте, где она его оставила и, хмуро глядя перед собой, затягивался очередной сигаретой.
— Ты все? — Он поднял на нее глаза. — Идем?
Маша в ответ кивнула. Потом испытывая непонятное смущение от его холодности, она спросила, кивнув на сигарету в его пальцах:
— Ты стал часто курить. Что происходит?
— Закуришь тут… — Коротко бросил и снова замолчал.
Они шли по улице, не говоря друг другу ни слова. Навстречу спешили многочисленные прохожие, иногда раздавались гудки автомобилей, иногда чей-то звонкий смех — город жил, лето вступало в свою пору, а у Маши на душе было так мрачно, словно все эти радости и предстоящие каникулы, которые они с Даней мечтали провести вместе, все это осталось в другой жизни. В той, что кипела сейчас за границами ее сознания и к ней не имела никакого отношения. Девушка понимала, чувствовала, что предстоящий разговор что-то изменит и боялась загадывать, как отразятся на ней эти изменения. Она мечтала о том, чтоб все поскорее закончилось, и в то же время ужасно боялась и не хотела слышать то, что он хотел ей сказать.
Остановившись у какой-то лавке в старом сквере с полуразрушенным фонтаном, Даня предложил Маше сесть. Спросил, не хочется ли ей чего-нибудь.
— Говори уже, — глядя себе под ноги, взмолилась девушка, — нет сил больше ждать и думать, что тебя на самом деле гложет.
— Маш, тут такое дело… — Даня уселся рядом и протянул ноги, откинувшись на спинку. — В общем, из-за тех фотографий, помнишь?… Из-за всей этой истории с Гаврилиной, я теперь должен на ней жениться.
— Что? — девушка подумала, что ослышалась. — Жениться? Как это?
— Я сам думал, что это шутка неудачная, но ректор стоит на своем. Или свадьба или армия.
— И ты выбрал свадьбу? — Маша повернулась к нему. — А отслужить было не проще?
— А как ты думаешь? — Даня ждал от Маши понимания. А она сейчас смотрела на него так, словно выбор был очевиден и он сделал его не правильно.
— Проще? Малыш, а ты знаешь, что такое армия? Ну, я имею не те сведения, которые ты могла почерпнуть из фильмов и телесериалов. Ты новости посмотри.
— Ничего страшного Дань, — Маша упрямо мотнула головой, — все служат. Кому-то нужно родину защищать. Я бы ждала тебя, писала тебе письма…
— Ага, одновременно встречалась бы с подругами, с парнями, пока я сапоги топтал.
— Причем здесь это? Ты мне что, не доверяешь?
— Да дело не в доверии… — Парень задумался. Он начинал нервничать, ведь его загнали в тупик с этой свадьбой, которой он не хотел, а Маша, единственная, от кого он ждал поддержки, не хочет его понять.
— Слушай, — Он взял ее за руку, — это будет фиктивный брак, понимаешь? Он ограничится печатью в паспорте, между нами ничего не изменится…
— Но Дань… — девушка моргнула, и глаза ее медленно заполнялись слезами. — Как же так? Откажись. Я тебя прошу, откажись. Даня, ты, что не понимаешь, что все это значит? Ты женишься на этой выскочке, а я? Что буду делать я? Смотреть, как все смеются надо мной?
— Маш, это ведь ненадолго, всего два года до окончания учебы. А потом мы разведемся. Но, — он отстранился вдруг, — конечно, требовать от тебя чего-то я не могу. Хотя не понимаю, из чего ты пытаешься раздуть проблему. Вспомни, в каком веке мы живем, сейчас все гораздо проще и брак это не приговор. Все изменчиво… Я не хочу тебя терять… — Добавил, не поворачивая головы.
— Даня, — Маша встала, — я не могу так, понимаешь? Не могу. Или ты мой, а я твоя или…
Девушка не смогла договорить. Она всегда боялась что-то от него требовать и ставить перед выбором. Боялась что его выбор будет сделан не в ее пользу. Но сейчас пришло видимо то время, когда ей необходимы были доказательства его чувств к ней. Те доказательства, которые поняли бы и оценили все их друзья и знакомые. Все те, кто с самого начала сомневался в искренности его чувств и в продолжительности их отношений. Если сейчас Даня выберет свадьбу, она превратится в посмешище. Над ней хохотать будет весь институт. А если он уйдет в армию, ни у кого не останется сомнений в том кого он любит. Ведь он пойдет на такие жертвы ради ее спокойствия.
Но Даня твердо ответил ей:
— Маш, я принял решение и я женюсь на ней. Тебе остается либо довериться мне, либо… — Он не закончил и отвернулся.
Маша поняла, что он не договорил. Ей оставалось либо проглотить подобную новость и смириться, либо остаться без него. Что ж… значит так тому и быть. Девушка больше ничего не стала говорить и объяснять. Просто развернулась и ушла. Даня долго смотрел ей в след, пока она не скрылась из вида.