глава 27
Глава 27
Утро второго дня Седмицы Искр для мужской части руководства Кибертрона началось с коллективного желания дезактивироваться. Мегатрон и Орион Пакс, пошатываясь и держась за гудящие шлемы, побрели в сторону ремблока. Их системы балансировки выдавали критические ошибки, а суставы жалобно скрипели, напоминая о каждом неудачном па де де в силовых кабелях.
В это же время в жилом секторе Эклипса и Элита, бодрые и сияющие, уже вовсю обсуждали планы по связи.
- Если я ещё раз увижу Мегатрона в попытке изобразить грацию, я лично перепишу его программный код, - смеялась Эклипса. - Встречаемся у фонтанов? Нокаут уже ждёт.
По дороге к Нокауту они встретили Арси. Синяя фемка выглядела так, будто собиралась на особо важный патруль, но Элита, не тратя слов на объяснения, просто подхватила её под манипулятор.
- Арси, отставить патруль. Мы идем к Нокауту. Это приказ по внутреннему совету фемок, - заявила Элита.
- Но я должна проверить периметр... - попыталась возразить Арси.
- Периметр подождет, пока твои наплечники не будут сиять так же, как твоя харизма, - подмигнула Эклипса. - Идём, Нокаут уже выставил лучший очиститель.
В мастерской Нокаута царило блаженство. Мастер эстетики уже ждал их, вооружившись целым арсеналом полировочных дисков и редких присадок.
- Леди, - Нокаут галантно поклонился. - Я уже подготовил состав для черного хрома, Эклипса. Арси, присаживайся сюда, твой лазурный корпус требует немедленного обновления после вчерашнего погрома.
-Наконец-то работа, приносящая эстетическое удовольствие, а не просто починка вмятин, - он галантно пригласил их к платформам. - Эклипса, твой чёрный хром требует особого состава, я подготовил его специально для тебя.
Разговор шёл легко. Они сплетничали о вчерашнем банкете, обсуждали нелепые лица Мегатрона и Ориона в момент их падения и просто наслаждались тишиной. Но идиллия была нарушена шипением дверей.
В мастерскую, едва не спотыкаясь о собственные крылья, ввалился Старскрим. Его вид был крайне удручающим: поникшие стабилизаторы и кислая мина.
- Нокаут! - заныл он, не глядя на присутствующих. - Моя жизнь - это череда унижений! Эти неблагодарные сикеры, этот невыносимый Мегатрон с его замашками... Я чувствую, как мои системы окисляются от стресса!
Он замолчал, наконец заметив три пары насмешливых окуляров и самодовольного Нокаута. Старскрим замер, его крылья испуганно дернулись вверх, а лицо залила краска смущения.
- О... - он начал пятиться к выходу. - Я, кажется, ошибся... отсеком. Или циклом. Прошу прощения.
- Куда же ты, Старскрим? - весело окликнула его Эклипса. - Присоединяйся! Нам как раз не хватало кого-то, кто знает все новости из стратосферы.
- Да, Старси, присаживайся, - добавила Элита с лукавой улыбкой. - Нокаут как раз собирался открыть канистру того самого некрепкого «Искристого» из Иакона.
Старскрим замер. Его гордость боролась с желанием выпить и пожаловаться на жизнь благодарным слушателям. Вторая сторона победила. Он с достоинством прошел к креслу.
- Ну, раз уж вы так настаиваете... - он высокомерно фыркнул, усаживаясь рядом с Арси. - Вчерашние фейерверки оставили на моих закрылках ужасный налет. Это совершенно недопустимо для командира авиации.
Вечер прошел на удивление тепло. Они пили легкое розовое масло, которое приятно щекотало сенсоры, шутили и смеялись. Даже Арси расслабилась, слушая, как Старскрим в лицах пародирует ворчливого Рэтчета.
В этой мастерской, среди запаха полироли и звона кубков, они на мгновение забыли о войнах и кастах. Здесь были просто друзья, наслаждающиеся редким мигом покоя, пока их лидеры где-то за стеной пытались вспомнить, как ходить по прямой.
***
В центральном медицинском отсеке Иакона стояла тяжелая, гнетущая тишина. Мегатрон и Орион Пакс сидели на соседних ремонтных платформах, стараясь не шевелиться и, что еще важнее, не смотреть друг другу в окуляры.
Рэтчет, скрестив манипуляторы на груди, сверлил их взглядом, полным глубокого подозрения. Рядом с ним, заложив руки за спину, возвышался Шоквейв. Его единственный окуляр мерно пульсировал, анализируя данные.
- Итак, - начал Рэтчет подозрительно вкрадчиво. - Кто-нибудь из вас, «героев освобождения», соизволит объяснить, как вы умудрились получить эти повреждения в пустом и заблокированном зале?
Мегатрон откашлялся, стараясь придать голосу суровость, которая сейчас звучала жалко.
- Я уже говорил, Рэтчет. Это была... внезапная системная ошибка. Коллективный сбой гироскопов из-за... э-э... резкого перепада давления в вентиляции.
- Логическое обоснование отсутствует, - отчеканил Шоквейв, делая шаг к Мегатрону. - Давление в Цитадели стабильно. Однако характер вмятины на твоем нагруднике, Мегатронус, идеально совпадает с формой колена Ориона Пакса. Причем удар был нанесен не в бою, а под углом, характерным для... - Шоквейв на секунду замолк, обрабатывая варианты, - ...несанкционированного сближения на высокой скорости.
Орион Пакс виновато опустил голову, изучая пол.
- Мы просто... споткнулись. Одновременно. Друг об друга.
- Споткнулись?! - Рэтчет наконец взорвался, грохнув гаечным ключом по инструментальному столику. - Пакс, у тебя вывернут коленный сустав так, будто ты пытался закинуть ногу себе за затылок! А у Мегатрона в логах зафиксирован «ритмичный перегрев сервоприводов». Вы что там, в чехарду играли?! Или решили проверить, чья броня громче лязгает при падении?
Мегатрон попытался выпрямиться, но в бедре что-то предательски щелкнуло.
- Рэтчет, хватит. Мы просто... праздновали. В тишине.
- Праздновали они! - ворчал медик, накладывая фиксирующую шину на колено Ориона. - Шоквейв, посмотри на эти микротрещины в шейных позвонках Мегатрона. Такое бывает, только если резко запрокинуть голову назад во время... - Рэтчет нахмурился, - ...Даже не знаю... попытки взлета без крыльев?
- Вероятность того, что данные субъекты скрывают истинную причину инцидента, составляет 99.9%, - монотонно произнес Шоквейв. - Однако логика бессильна перед фактом: повреждения есть, а разумного объяснения - нет. Это... иррационально.
Мегатрон и Орион переглянулись с нескрываемым облегчением. Если уж великий логик Шоквейв зашел в тупик, значит, тайна их «вальса» в безопасности. Ни один бот на Кибертроне в здравом уме не догадается, что Лорд Каона и будущий Прайм устроили танцевальный баттл.
- Просто залатайте нас, - буркнул Мегатрон. - И ни слова больше об этом.
- Конечно, - язвительно хмыкнул Рэтчет, затягивая крепление на его плече. - Но если вы еще раз «споткнетесь» так, что мне придется пересобирать ваши тазовые суставы, я лично выставлю ваши логи повреждений на общую трансляцию Иакона. Пусть весь мир гадает, что это за новый стиль боя - «пьяный скраплет в посудной лавке».
Мегатрон и Орион покорно затихли, мечтая только об одном: чтобы Эклипса и Элита никогда не рассказали врачам правду.
***
Двери медблока с шипением разъехались, и в стерильную тишину ворвался аромат дорогой полироли и свежего лака. Эклипса, Элита и Арси вошли в зал с таким видом, будто они только что сошли с обложки журнала «Кибертрон Сегодня». За ними, всё ещё немного смущённый, но явно довольный своим блеском, семенил Старскрим.
Мегатрон и Орион, пристёгнутые к платформам, выглядели на их фоне как два куска ржавого лома.
- О, вы только посмотрите на них! - Элита всплеснула манипуляторами, подходя к Ориону. - Рэтчет, ну как наши «пострадавшие от диверсантов»?
Рэтчет сердито хмыкнул, не отрываясь от монитора.
- Твои герои, Элита, утверждают, что на них напали в пустом зале. Хотя характер вмятин говорит о том, что они пытались... - он запнулся, подбирая слово, - ...взаимодействовать друг с другом крайне нелогичным способом.
Эклипса подошла к Мегатрону и, наклонившись к самому его шлему, провела пальцем по его свежезалатанному плечу.
- Надо же, какие серьёзные травмы, - прошептала она так, чтобы слышал только он. - Наверное, это был очень сложный ритм атаки. Раз-два-три, раз-два-три... Главное - не сбиться с шага, правда, дорогой?
Мегатрон издал звук, похожий на сдавленный стон, и сильнее зажмурился.
- Ну всё, хватит мучить их, - Элита с трудом сдерживала смех, глядя на пунцового от стыда Ориона. - Пойдёмте, нам ещё нужно обсудить «план обороны» на завтра. Главное, чтобы никто не... споткнулся.
Когда компания начала расходиться, Шоквейв, до этого хранивший молчание, сделал шаг к Эклипсе.
- Эклипса. Твоё присутствие требуется для уточнения некоторых данных в архиве. Пойдём со мной.
Она с удивлением посмотрела на него, но кивнула друзьям и последовала за учёным. Они вышли на одну из тихих террас, выходящую на сторону Каона. Ветер обдувал её новую полировку, а в небе уже загорались первые искры далёких звёзд.
Шоквейв остановился и повернулся к ней. В его манипуляторе был небольшой контейнер.
- Логический анализ твоего текущего состояния показал нехватку личных идентификаторов прошлого, - произнёс он своим монотонным голосом. - Во время твоего заключения, твоё личное имущество было конфисковано. Я изъял этот объект из хранилища до того, как оно было уничтожено.
Он открыл контейнер. Внутри, на мягкой подложке, лежал её моховик - изящный аксессуар, который он сам подарил ей ворны назад. Он сиял, идеально вычищенный, словно и не было тех лет унижений и тюрем.
Эклипса ахнула, бережно принимая подарок. Её окуляры наполнились светом искренней радости.
- Шоквейв... Ты сохранил его? Даже тогда, когда всё рушилось?
- Сентиментальность иррациональна, - ответил он, хотя его окуляр на мгновение вспыхнул ярче. - Но этот объект принадлежит тебе по праву. Его отсутствие нарушало твою целостность.
Эклипса порывисто обняла холодную, массивную броню учёного.
- Спасибо. Ты даже не представляешь, что это значит для меня. Это - моё возвращение.
Шоквейв замер, не зная, что делать с её объятиями, но не отстранился. Для него это была логика. А для неё - величайшее проявление заботы.
***
Эклипса шла по коридорам Цитадели, чувствуя приятную тяжесть возвращенного моховика на своем корпусе. После разговора с Шоквейвом на душе было удивительно спокойно. Она мягко коснулась сенсорной панели своих покоев, и двери с тихим шипением разъехались.
В комнате царил уютный полумрак.
Мегатрон, уже отпущенный Рэтчетом под «честное слово», полулежал на платформе. Выглядел он так, будто только что проиграл битву с целым батальоном, которых еще не существовало. Он прижимал к шлему охлаждающий блок, а его плечевой сустав был плотно забинтован медицинской лентой.
Услышав шаги, он тяжело повернул голову и приоткрыл один окуляр.
- Наконец-то, - пророкотал он тихим, слегка охрипшим голосом. - Я уж думал, Рэтчет решит разобрать меня на запчасти в профилактических целях.
Эклипса подошла ближе, едва сдерживая улыбку. Она присела на край платформы, и свет от её идеально отполированной брони на мгновение ослепил «страдальца».
- Ну как ты, мой герой «диверсионных войн»? - ласково спросила она, поправляя охлаждающий блок на его лбу.
Мегатрон издал звук, средний между вздохом и рычанием.
- Всё болит. Рэтчет читал мне нотации три часа. Шоквейв вообще заявил, что моё поведение «не поддается математическому анализу».
Он перевел взгляд на неё, и его окуляры замерли, заметив перемену. Она сияла - и дело было не только в полировке Нокаута. Его взгляд скользнул по её корпусу и остановился на старом, знакомом аксессуаре.
- Это... - Мегатрон чуть приподнялся, забыв о боли в плече. - Моховик? Шоквейв всё-таки нашел его?
- Да, - Эклипса коснулась украшения пальцами. - Он сохранил его для меня.
Мегатрон мягко перехватил её руку, притягивая к себе.
- Ну расскажи... как прошел твой день, пока я тут «подыхал» под взглядом врачей? Ты выглядишь так, будто заново родилась.
Эклипса рассмеялась и, наклонившись, прижалась своим лбом к его шлему.
- Мой день был полон искристого масла, сплетен Старскрима и девичьих секретов. Но знаешь... - она хитро прищурилась, - лучшим моментом было видеть твоё лицо, когда Рэтчет спросил, почему у тебя на броне отпечаток колена Ориона.
Мегатрон закрыл окуляры и потянул её на себя, заставляя лечь рядом.
- Отомстила, значит... - проворчал он, обнимая её здоровым манипулятором. - Ладно. Считай, что ты победила в этом раунде. Главное, что ты снова улыбаешься так, как в Иаконе до войны.
В покоях воцарилась тишина. Праздник продолжался где-то там, за окнами, но здесь, в объятиях друг друга, им не нужны были танцы или речи. Им было достаточно того, что они просто есть друг у друга - живые, свободные и наконец-то нашедшие частички своего прошлого.