Глава 5. Знак внимания
Подвешенный над сценой прожектор ослеплял, мешал отчётливо разглядеть девушек, занявших места на первом и втором рядах. Несмотря на то, что участницы драмкружка скрывались в тени, Ирина чувствовала на себе их цепкие взгляды, и руки её сами собой начинали дрожать. Голова потяжелела, сердце замерло. Она снова забыла часть текста. Что там шло дальше? Обращение к сёстрам или к матери? Или ни то, ни другое?
— Мне противна мысль, что я взрослею, — наконец вспомнила Ирина, — что должна превратиться в мисс Марч, носить длинные платья и выглядеть чопорной и прилизанной, как китайская...
— Стоп! — раздался звонкий голос с середины ряда, и Даша, глава драмкружка, поднялась с места, шурша стопкой листов с текстом сценария. Она резко откинула за спину длинные чёрные локоны, и браслеты на её руке тихо звякнули. — Ты могла бы сыграть это с большим пылом, Ира?
Услышав нелюбимый вариант сокращения имени, Ирина внутренне скривилась. «Ира» для неё всегда звучало слишком по-простецки и ассоциировалось с тётей-продавщицей из ларька у дома, поэтому Ирина просила всех называть её полным именем, но девочки из кружка, казалось, совсем не помнили об этой просьбе.
— Ты девочка с мальчишеским поведением, — продолжала Даша. — Ты не хочешь взрослеть и становиться скучной тёткой, и тебе всё равно, что об этом думают другие. Это убеждения Джо, и она эмоционально отстаивает их. Вот что ты должна показать.
— Я стараюсь...
— Недостаточно! Ира, ты не совсем соответствуешь роли Джо из-за особенностей своей... — Даша на секунду запнулась, — комплекции.
Ирина увидела, как две девочки на левом краю ряда хихикнули, когда глава сделала замечание её внешности.
— Поэтому тебе нужно стараться в два раза больше других, чтобы выглядеть достоверно. Понимаешь? — Даша обернулась к учительнице по теории искусств и по совместительству куратору кружка. — Элла Аркадьевна, как по-вашему?
Ирина перевела взгляд на куратора.
— Ирина, Даша в чём-то права. Эта роль не совсем подходит тебе, даже если не сравнивать тебя с другими Джо, — учительница говорила неспешно, подбирая слова. — На сцене ты как актриса должна выглядеть непринуждённо, но твоё напряжение заметно даже на репетициях, и это не очень хорошо влияет на общее впечатление. Может, будет лучше сменить роль и выбрать другую сестру? Ты бы хорошо подошла на роль Мэг.
— Нет, — ответила Ирина более нервно, чем хотела. Роль «традиционной» женщины была последним, на что она могла согласиться. Своевольная импульсивная Джо нравилась ей гораздо сильнее. — Я... я буду стараться ещё больше.
Элла Аркадьевна окинула её долгим взглядом.
— Хорошо, — ответила она и поставила отметку в своём журнале. — До финального прослушивания ещё два месяца. Постарайся за это время поглубже вжиться в роль, ладно?
Ирина кивнула.
— Спасибо. Я постараюсь.
Элла Аркадьевна дружелюбно улыбнулась, а Даша пригласила следующую девушку.
— Саша Фролова, на сцену.
Ирина как можно быстрее спустилась со сцены по невысокой лестнице и пролетела к пустому креслу на самом краю ряда. В горле встал ком, а глаза жгло.
«Плохо, Ирина. Ты можешь гораздо лучше. Вспомни, как всё гладко было дома перед зеркалом».
Сравнив уверенную речь во время домашнего выступления с дрожащими фразами, сказанными со сцены, Ирина в полной мере осознала собственную слабость и ещё раз отругала себя.
Она присела на своё кресло, и взгляд вдруг сам собой устремился к сидящей на соседнем месте Лиле Оленберг. Сегодня эта девушка, как и на каждой репетиции, читала какую-то книгу с таким отрешённым видом, будто происходящее её совсем не интересовало. Возможно, ей действительно было скучно, ведь даже без долгой подготовки и зубрёжки сценария Лиля держалась на сцене свободнее кого-либо. Она с завидной скоростью менялась до неузнаваемости. С лёгкостью примеряла на себя любую роль, от страстной Беатриче до гордой принцессы Кагуи, и всегда вызывала именно то впечатление, которое нужно.
«Не удивлюсь, если и на этот раз главная роль в спектакле достанется ей», — с завистью подумала Ирина, заранее переживая своё поражение.
— Это просто смешно, — вдруг послышался шёпот со второго ряда. — Я считаю, тут ничего не поможет.
— Согласна. Все актрисы, что играли Джо в кино, были худенькими и артистичными.
Ирине хватило двух первых фраз, чтобы понять — речь идёт о ней. Из-за пышности фигуры многие девочки относились к ней с неким пренебрежением. В классе никто не смел назвать старосту Ирину жирухой, но в драмкружке собирались не только одноклассницы, а, значит, ничто не мешало местным девочкам высказываться более открыто. Хоть они и не делали этого вслух, Ирина не сомневалась — про себя допускали и более обидные замечания. Но она старалась не унывать и пропускать мимо любую хоть малость колючую фразу.
Протяжный скрип двери нарушил относительное спокойствие актового зала и заставил Ирину обернуться. Она сразу заметила мелькнувшие в узкой щели рыжие хвостики.
«Рита?» — невольно удивилась Ирина. Она была уверена, что подруга уже ушла домой.
Поймав её взгляд, Рита заулыбалась и жестом позвала Ирину к себе.
— Иди сюда, — беззвучно прошептала она.
«Ну, что у неё на этот раз?»
Ирина вздохнула, бросила быстрый взгляд на Эллу Аркадьевну и драмкружок и всё-таки решилась подойти к Рите. В конце концов, этот разговор не должен занять много времени. Так ведь?
Она медленно встала с кресла и, стараясь быть как можно тише, направилась к выходу, затем тихо выскочила за дверь.
Стоило Ирине оказаться в коридоре, Рита тут же начала изливать на неё бурные потоки эмоционального рассказа о своих приключениях на большой перемене. Это при том, что она весь день ни слова не говорила ни о разговоре с Таней, ни о случае в библиотеке. Наверное, Рита сама только к концу уроков осознала, что натворила.
— Чего?! — только и могла воскликнуть Ирина, после всего услышанного. — Я всё правильно поняла? Ты поспорила с Лилей о Стасе? С Лилей?
Рита опустила взгляд в пол и кивнула.
— Офигеть. Это шутка, да? — Ирина схватилась за кончик толстой косы, нервно перебирая волосы пальцами.
Рита и Лиля. Они ведь ни разу в жизни не разговаривали друг с другом. Как их беседа вообще могла зайти в такие дебри? Как Рита осмелилась говорить мисс Совершенству такие вещи?
— Нет. Всё так и было, — ответила подруга, постукивая носком туфли по паркету коридора.
— Нет, — выдохнула Ирина. — Это просто немыслимо. Я чувствовала, что ты выкинешь какую-то глупость, но такого не ожидала. Ты хоть понимаешь, что сделала?
Рита резко подняла голову и прямо посмотрела на Ирину:
— По-твоему, я должна была молчать, когда она так говорила о Стасе, да и не только о нём?
— Уж точно не играть из себя судью, — отрезала Ирина и попыталась успокоиться. Рита явно не до конца понимала, во что влипла. — Ладно. Я объясню тебе ситуацию, а ты слушай внимательно. Лиля — самая популярная девочка в школе. За ней парни толпами бегают и ножки облизывают. Думаешь, это всё просто так? Её наигранная незаинтересованность — просто уловка, часть игры, чтобы привлекать их. Понимаешь?
— Это странно... — начала Рита, но Ирина подняла руку, прерывая её.
— Возможно, но тем не менее у неё это работает. Видишь, ты понятия не имеешь о том, как общаться с парнями, Рита. Вероятность, что ты действительно нравишься Стасу, слишком мала, чтобы спорить об этом, да ещё и с Лилей.
Рита молчала. Она ещё не высказала то, ради чего пришла, но Ирине не требовалось лишних слов, чтобы понять — Рита хотела попросить совета или помощи. Но чем тут поможешь? Очевидно же, что этот спор с Лилей — несусветная глупость. Если Оленберг действительно восприняла сказанное всерьёз, ничем хорошим это не кончится.
Ирина сделала глубокий вдох и опустила ладони на плечи Риты, чтобы та точно сосредоточилась на ней и её словах.
— Рита, пойми одну простую вещь: Лиля никогда не упустит своего. Я ни разу не видела, чтобы она кому-то в чём-то проигрывала. Эта девушка всегда получает то, чего хочет. Я каждую неделю вижу её в нашем кружке и уверяю тебя, она только кажется безобидной и милой. С ней лучше не шутить.
Ирина вспоминала один нехороший случай, что произошёл в драмкружке прямо перед тем, как она туда вступила. Одна из участниц кружка смогла заполучить главную роль в постановке Щелкунчика, хотя основной претенденткой в течение долгого времени была Оленберг. А на следующий день по гимназии поползли странные слухи, якобы актриса, играющая роль «Мари», была замечена на вписке сразу с двумя парнями в постели. Завистники и злые языки тут же окрестили девушку «шлюхой» и начали шептаться за спиной. Вот так участница драмкружка за какие-то считаные дни стала всеобщим посмешищем. Спустя неделю после распределения ролей была намечена первая репетиция спектакля полным составом, но главная актриса не смогла прийти. Неудачно спустилась с порога своего дома, поскользнувшись на ступенях — так она оправдала сломанную ногу и отказ от роли в пользу Оленберг. Поверили ли ей? Да, но далеко не все. А после своего выздоровления девушка покинула гимназию, и о ней больше никто не слышал. Произошло это два года назад, но стены гимназии хранят всё.
Рита внимательно смотрела на Ирину, во взгляде янтарных глаз зародилось сомнение.
— Прости, — ответила она, закусив губу. — Я уже сто раз пожалела.
Ирина вздохнула и отстранилась от неё:
— О чём ты только думала, когда говорила подобное Лиле?
— Что мне делать теперь?
— Ничего.
— А? — Рита растерянно выпучила глаза.
— Ничего не делать, — повторила Ирина. — Забыть о сказанном и держаться подальше от Стаса. Залечь на дно и не высовываться. Глядишь, Лиля забудет о твоих словах, всё обойдётся, и ты не станешь посмешищем.
Рита опустила взгляд в пол.
— Но... но Стас.
— Лучше вообще забудь о нём.
Ирина наконец высказала то, о чём действительно думала. Рите незачем иметь дела с этим парнем. Они слишком разные, чтобы стать парой — вот о чём нужно было сказать тогда на лавочке, вместо того, чтобы идти на поводу у наивной подруги и давать ей повод для соблазнительной, но ложной надежды.
Какое-то время Рита стояла молча, глядя в пол и опустив плечи, но когда, наконец, подняла голову, на её лице появилась лёгкая улыбка.
— Ладно, — ответила она ровным голосом. — Я поняла, Ирина. Извини, что отвлекла тебя. И спасибо, за то, что выслушала.
Ирина окинула подругу внимательным взглядом, но так и не смогла определить, услышала ли та её слова и поняла ли их смысл.
— Не за что, — протянула она. — Просто в следующий раз думай перед тем, как что-то говорить, и держись подальше от неприятностей.
Ирина оглянулась на актовый зал. На сцене уже выступала другая девочка, значит, она отсутствовала приличное время.
— Ладно. Мне пора возвращаться, — она отступила к дверям зала.
Рита кивнула, пожелала удачной репетиции и быстро направилась к холлу. Ирина посмотрела ей вслед с надеждой, что подруга больше не влипнет в неудобную ситуацию, и поспешила вернуться на своё место.
После встречи с Лилей и разговора с Ириной Рита несколько дней вела себя особенно тихо, размышляя обо всём произошедшем. Будни Риты всегда были скучны и однообразны. Время текло вечной горной рекой, одинаковые дни сменяли друг друга, не принося ничего нового. Утренний подъём, дорога в гимназию, уроки, перемены, путь домой, снова уроки, немного свободного и зря потраченного времени, сон и снова утренний подъём. Ничего не менялось до той самой церемонии в актовом зале. Именно тогда, после встречи со Стасом, всё пришло в движение, будто в душное помещение впустили поток прохладного, свежего воздуха. Именно тогда Рита вдргу ощутила — в жизни, наконец, что-то изменилось. Или же могло измениться, если бы она не прошла мимо библиотеки в тот день. Если бы не стала говорить с Лилией Оленберг.
«Кто только потянул меня за язык?» — думала Рита, проходя по коридору мимо высоких окон. Несмотря на то, что она только изредка видела Лилю после их единственного разговора, хорошо помнила о предостережении Ирины и каждый раз сожалела о своих необдуманных словах. Правда сожалела или всё же...
«Я никогда раньше не была такой решительной...»
Рита вздохнула, оперлась локтями о прохладный подоконник и посмотрела в окно. Полуобнажённые ветви вишнёвого дерева покачивались на осеннем ветру, роняя последнюю оранжево-багряную листву.
«Я никогда не была любимицей школы, даже в начальных классах. Мне уже четырнадцать, а с парнями я не то что не встречалась, даже ни разу не переписывалась. Многие мои одноклассницы уже встречаются, а я... Неужели я никому не интересна? Почему?»
На тонкую ветку вдруг приземлился воробей. Встряхнул крылышками и распушил перья, пытаясь согреться. Следом прилетел ещё один. Подпрыгнул, шагнул ближе к соседу и прильнул к его пушистому брюшку. Обе птички раскрыли клювики, что-то прочирикали друг другу и потёрлись сложенными крыльями.
Рита вздохнула.
«Даже у воробьёв отношения лучше, чем у меня».
На перемене перед последним уроком она решила выйти на улицу, чтобы сфотографировать осенние деревья. Ветер крепчал день ото дня, становилось всё холоднее и прогноз обещал на днях шквалистый ураган. После такого деревья точно сбросят последнюю листву, и от их красоты ничего не останется.
Рита стояла под ещё золотисто-оранжевым молодым дубом у ограды футбольной площадки. Уже остывшие солнечные лучи пробивались сквозь поредевшую листву, как сквозь витражи на стёклах католического собора, создавая прекрасное зрелище, достойное кадра.
«Может, я никому не интересна потому, что веду себя тихо?» — Рита фотографировала ветви и слушала, как шумят парни, гоняя мяч по футбольному полю.
«Но как иначе? В гимназии я всегда чувствовала себя не на своём месте. Большинство ребят здесь — дети из богатых семей. А те, что не из богатых, всё равно стараются не отставать, они часто пытаются понравиться «местным».
Она обернулась к покрытой зелёным газоном площадке и в этот момент увидела, как один игрок поставил подсечку другому, уводя мяч.
«Редко когда это заканчивалось чем-то хорошим. Потому я всегда сторонилась богатых ребят».
Парень в синей спортивной футболке решительно вёл мяч к воротам соперников.
«Только Влад и Ирина всегда общались со мной. Они тоже ведут себя тихо и лишний раз не выделяются. Такое поведение помогает избегать проблем с крутыми ребятами. Но что если... Что если...»
Бах! Мяч проскочил мимо ног вратаря и ударился о сетку ворот. Послышались радостные визги и мат.
«Что если всё неспроста?» — Рита резко развернулась на каблуках. — «Ирина говорит, что мой вызов Лиле — глупость, но что, если она не права? Что, если этот спор поможет мне измениться? Поможет изменить мою жизнь? Я всегда пряталась, избегала проблем, но я... не хочу жить в тени. Лиля действительно знает об общении с парнями больше, но сдаваться рано. У меня точно должно быть что-то, чего нет у неё, свои сильные стороны. Если я смогу доказать, что не хуже Лили... Что если тогда Стас действительно влюбится в меня? Это правда всё изменит?»
Рита представила, как заходит в холл гимназии в сопровождении Стаса, а встречные девушки провожают её долгим взглядом. Точно таким же, каким они всегда смотрели на Оленберг.
«Это возможно. Правда, возможно? Если это действительно сможет что-то изменить, нужно постараться. Да. Мне нужно просто...»
— Привет, Рита, — знакомый голос раздался прямо за спиной. Рита чуть ли не подпрыгнула на месте и нерешительно обернуться.
Он стоял сзади. Она так глубоко ушла в свои мысли, что не заметила его приближения.
— Чем это ты тут занимаешься? — спросил Стас, дружелюбно улыбаясь.
Рита нервно сглотнула. Парень будто почуял, что она всё это время думала о нём, и решил подойти как раз в тот момент, когда она начала продумывать план действий по завоеванию его сердца. В своём воображении Рита была полна решимости, но, столкнувшись со Стасом лицом к лицу, тут же растеряла весь пыл и... снова стала застенчивой мямлей.
— Эм, э-э. Ничем, — ответила она. — Просто фотографирую.
Стас обернулся к дубу и поднял голову, рассматривая осеннюю листву. Солнечные лучи яркими отблесками плясали на золотистых волосах.
— Здорово, — сказал он, и на секунду закрыл глаза, будто наслаждаясь светом и свежим ветерком.
Рита почувствовала неприятное напряжение. Ей хотелось остаться здесь рядом с ним, но нарастающее волнение так и побуждало поскорее убежать подальше отсюда.
Стас открыл глаза, вздохнул и перевёл взгляд на неё:
— Мы давно не виделись. Как твои...
— А-а... извини, мне пора бежать, — она нервно затараторила и тут же придумала оправдание. — Уже звонок совсем скоро. Уроки... Так что я пойду. Да.
Ей не хватило духа даже для того, чтобы дождаться ответа. Она сунула камеру в чехол и чуть ли не бегом бросилась к дорожке на передний двор.
— Эм, ну ладно... Пока! — кричал ей вслед Стас, но Рита даже не обернулась.
Ускорила шаг, скрылась за поворотом. Оказавшись вдали от Стаса и чужих взглядов, с облегчением вздохнула и прислонилась к холодной стене здания.
«Дурочка. Упустила шанс поговорить с ним».
Рита закусила губу от разочарования и заставила себя выглянуть из-за угла. Стас уже развернулся и направился к футбольной площадке, но его высокую фигуру было видно даже издалека.
«Ладно. Может, Ирина действительно не зря опасается. Мне нужно немного подождать. Если Стас ещё раз подойдёт ко мне, тогда это точно неспроста. Ещё один знак внимания, и я начну действовать. Обещаю. Я обещаю».
На следующий день столовая на большой перемене была набита под завязку. Десятки учеников и учениц плотно сидели за столиками, длинный белый зал гудел, как пчелиный улей. Ирине повезло урвать последнюю куриную котлету, но получить на гарнир пюре не удалось, и ей достались две ложки тушёной капусты.
— Фе, — сказала она, присаживаясь на стул рядом с Ритой. — Не люблю такое.
— Тогда отдай мне, — ответила подруга, в чьей тарелке лежал начинённый фаршем перец и маленькая ложка макарон-спиралек.
— Нет, — фыркнула Ирина. — Я ж тогда за день с голоду помру!
— Тогда ешь и не жалуйся, — пробубнил Влад, доставая из рюкзака контейнер с обедом. Сегодня он решил сесть к ним, хотя обычно выбирал компанию Савы.
Ирина бросила взгляд на его прямоугольный ланчбокс, наполненный белым рисом и тушёной говядиной. И чего это вдруг Влад принёс обед из дома? В последний раз такое случалось почти два месяца назад — в начале сентября.
— Опять таскаешь коробки? — спросила она, стараясь не выдать заинтересованности.
— А? — Влад медлил с ответом. — Да. Сегодня решил взять домашней еды.
Ирина продолжала наблюдать за парнем, пока тот доставал из рюкзака вилку. Домашняя еда в коробочке. Вроде ничего необычного, но в то же время странно. Может быть, дело в чём-то другом, и у него по какой-то причине просто нет денег на обед?
Влад поймал её взгляд и дёрнул плечами, как будто пытаясь сбросить с себя подозрения:
— В столовке в последнее время невкусно.
Ирина опустила глаза в тарелку и взяла вилку, делая вид, что поверила его словам, и, когда Влад отвернулся, разглядела странное пятно на его плече, прямо под воротником джемпера. Серовато-синий участок кожи. Синяк?
Влад наколол кусочек говядины на вилку, и тогда Ирина увидела ещё и покрасневшие костяшки пальцев.
«Он что, подрался?» — она попыталась вспомнить, участвовал ли Влад в последних разборках между одноклассниками или другими учениками, и поняла, что тот не нарывался на неприятности. Тогда с кем он дрался?
Ирина уже открыла рот, чтобы расспросить его, но остановилась. Если Влад не захочет рассказывать о случившемся, то хоть револьвер к его виску приставь, из него и слова не вытащишь. Она только зря потратит время и нервы.
«Что ж, может, сам расскажет», — решила Ирина и сменила тему:
— Идёшь домой с нами?
— Сегодня не выйдет, — ответил Влад, пережёвывая горстку риса. — К четырём на работу.
— Чем займёшься на этот раз?
— Наверное, опять нянькой подрабатываешь? — спросила Рита, выковыривая фарш из перца.
— Э-э, — Влад замялся и вдруг раскраснелся. — Ну да. Мамины друзья попросили посидеть с детьми, пока они будут в театре.
— Понятно, — ответила Рита.
Ирина хотела промолчать, но не удержалась:
— Насколько безвыходной должна быть ситуация, чтобы доверить детей такому социопату, как ты?
— Вообще-то, я хорошо с этим справляюсь, — возмутился Влад. — Дети меня почему-то любят.
— Да? — усмехнулась она. — Надо будет как-нибудь тебя нанять. У меня дома для тебя целых три работы. Кстати, как там поживает твой брат?
Влад нервно защёлкал кнопкой на брелоке-лампочке, что висел на ремешке его рюкзака, и безразлично ответил:
— Всё как обычно. Ест, спит и играет. В жизни пятилеток ничего интересного.
Пока Влад и Ирина вели разговор, Рита слушала их в полуха и то и дело бросала взгляд на столик в глубине зала. Лиля Оленберг сидела в окружении своих подружек-одноклассниц и поедала обед. Девочки болтали, шумели и смеялись, однако Лиля, кажется, не обращала на них внимания. Она вдруг оторвала взгляд от тарелки и посмотрела на Риту, заставив отвести взгляд.
«Неужели следит за мной?»
Рита надеялась, что популярная девочка уже успела забыть о её существовании, но, похоже, ошибалась.
— Рита.
Услышав своё имя, она вернулась в реальность:
— Да.
Влад с непроницаемым лицом протянул ей что-то завёрнутое в хрустящий целлофановый пакет. Рита не думая взяла свёрток. Под прозрачной плёнкой оказался пухленький, посыпанный сахарной пудрой, пончик.
— Принёс тебе пончик с клубничной начинкой, — сказал Влад и вдруг опустил глаза. — М-мама напекла.
«С клубничкой? Это же мои любимые», — подумала Рита, улыбаясь.
— Спасибо, — поблагодарила она и отложила пончик в сторонку. Теперь у неё появилась мотивация скорее съесть противный фаршированный перец, чтобы приступить к десерту.
— А мне не принёс, — с досадой сказала Ирина.
— У тебя же аллергия на клубнику, — ответил Влад.
Рита с новой силой принялась за еду, но не перестала бросать взгляды на беловолосую девушку за дальним столиком, и вдруг увидела, как с соседнего от Лили стола поднимается высокий парень.
Стас со своей привычной добродушной улыбкой, прямо на глазах у всех, подошёл к Лиле. Сидящие рядом с ней девушки начали шептаться, в то время, как сама Оленберг не только не смутилась, даже не обернулась к парню. Она сохраняла невозмутимое и спокойное выражение на лице даже когда Стас пододвинул к ней стеклянный стаканчик, в каких продают десерты в столовой.
Губы Лили разомкнулись. Она что-то коротко ответила и равнодушно отвернулась к подружкам. Стас медленно, но всё же развернулся к столику, за которым сидел с приятелями, уже сделал несколько шагов к своему месту, как вдруг повернул голову. Рита поймала на себе его взгляд и тут же сделала вид, что вовсе не следила за ним и Лилей. Она схватилась за вилку и начала поедать фарш прямо вместе с противным варёным перцем. Ей казалось, что Стас не обратит на неё внимания и вернётся на своё место, однако до слуха донёсся звук стучащих о плитку столовой мужских туфель.
— Привет всем, — сказал Стас, оказавшись рядом с их столиком.
Рита увидела, как широко распахнулись глаза Ирины, но подруга сразу взяла себя в руки.
— Привет, — ответила она с натянуто-спокойной улыбкой.
Влад посмотрел на Стаса с долгим молчанием так, будто видел его впервые в жизни. Возможно, так оно и было.
— Привет, — наконец ответил он равнодушно.
Рита услышала протяжный стеклянный звон, а затем увидела, как Стас пододвигает к ней бокал на короткой ножке. Это был самый вкусный десерт из всех, что продавались в столовой гимназии — творожно-сливочный нежный мусс, щедро политый растопленным шоколадом.
— Это тебе, Рита, — сказал Стас. — Надеюсь, ты любишь шоколад?
— Да. Мне нравится, — растерянно выдохнула она. — Спасибо...
Стас улыбнулся:
— Приятного аппетита, — затем обратился к её друзьям. — И вам тоже, ребята.
— Спасибочки, — улыбнулась Ирина.
Влад одарил Стаса долгим напряжённым взглядом и ответил угрюмым молчанием.
Рита застыла на своём стуле. Она смотрела на десерт и не могла поверить глазам. Стас подошёл к ней. Ещё раз. Да, первой, кому он предлагал шоколадный мусс, была Лиля, но какое это имеет значение? Стас мог вручить десерт кому угодно — в столовой сидело несколько десятков девушек, но он всё равно выбрал Риту. Прошёл через весь зал и отдал десерт именно ей.
— Хах, ничего себе, — выдохнула Ирина. Кажется, она была удивлена не меньше самой Риты. — Мои глаза меня не обманывают? К нашему столику реально только что подходил Стас?
— Кто этот парень? — вдруг с несвойственной твёрдостью спросил Влад.
— Потом расскажу, — отмахнулась Ирина. Она прямо искрилась от радости — Рита, похоже, я ошибалась. Вот так смело взять и подойти на глазах у половины гимназии. На такое ещё решиться надо. Это же прямо как в каком-нибудь романтическом фильме!
Рита растерянно улыбнулась, и её взгляд сам собой устремился к Лиле. Светловолосая дива не отвернулась, когда их взгляды встретились. Её лицо по-прежнему оставалось спокойным и равнодушным, но Рита могла поклясться, что кожей почувствовала холод синих глаз.
«Ну и пусть», — подумала она, отворачиваясь. — «Теперь я уверена, что у меня точно есть шанс начать встречаться со Стасом. И на этот раз я его не упущу».
***
Прямо перед звонком с последнего урока Влад всё-таки решил пойти с ними. Ирина удивилась резкой смене его планов, он же говорил, что сразу после занятий пойдёт на работу, однако тот ответил, что забыл дома важную вещь.
«Пустая отговорка», — думала она, изредка поглядывая на молча шагающего чуть позади Влад. — «Знаю я, что дело вовсе не в этом».
От неё не укрылось то, с каким выражением Влад смотрел на Стаса, когда тот протянул Рите десерт. Таким взглядом смотрят на человека, который без очереди лезет в кабинет врача в государственной поликлинике. Действие старшеклассника явно возмутило и задело Влада. Ирина могла только представить, каких усилий стоило застенчивому парню вот так прямо обратиться к симпатичной девушке. Всё-таки он пытался сделать Рите приятно, когда вручал пончик с её любимой начинкой. Вот только... Шоколад Рита любила не меньше клубники. На фоне дорогого десерта домашний пончик смотрелся простовато.
— Ирина, — вдруг обратилась к ней Рита.
— Да.
Подруга смущённо поправила волнистые хвостики:
— Ну, как ты теперь оцениваешь мои шансы?
— Думаю, они возросли, — честно призналась Ирина. — Но...
— Но?
— Я всё ещё не уверена стоит ли тебе что-то с этим делать, — Ирина быстро оглянулась на Влада и понизила голос. Парень внимательно наблюдал за ними. — Если ты начнёшь к нему приставать, Лиле это может не понравиться. Кто знает, как она тогда будет действовать...
— Рита...
Голос друга заставил напрячься. Это должно было произойти не сегодня так завтра. Влад бывает не догадливым, но он не слепой и не глупый.
— Что? — Рита обернулась к нему.
Влад выглядел настолько серьёзным, насколько это вообще было возможно.
— Я спрошу прямо. Что связывает тебя с тем парнем?
— Со Стасом?
«Ну вот и всё».
— Ну... — Рита смущённо улыбнулась. — Он мне нравится. Кажется, я ему тоже.
Ирина внимательно следила за другом. Она заметила опустившуюся на побледневшее лицо тень и затаившуюся печаль в глубине зелёных глаз, но парень мгновенно взял себя в руки и вернул маску невозмутимости.
— Ясно, — тихо ответил он с едва различимым, но всё же уловимым разочарованием.
Ирина поспешила вмешаться. В противном случае этот разговор мог в любой момент обернуться неожиданным образом.
— Но есть кое-кто, кто им мешает, — она старалась, чтобы её слова не звучали как утешение. — Знаешь Лилю Оленберг?
Глаза Влада странно расширились.
— Как её можно не знать?
Перед внутренним взором Влада тут же возникла картина, свидетелем которой он стал в прошлом учебном году. То был день в конце февраля. Солнце клонилось к закату, оставался последний урок. Влад стоял у окна на лестнице между третьим и четвёртым этажом и готовился рассказывать доклад по биологии. Обычно на переменах он надевал наушники, но в этот раз забыл их в классе. Перерыв уже заканчивался, когда вдруг послышались странные для элитной гимназии, но до дрожи знакомые, леденящие кровь звуки. Владу стоило развернуться и уйти, но он не стал. Вместо этого поддался любопытству и заглянул в обычно пустующий в такой час коридор четвёртого этажа. В глубине коридора одна девушка прижимала к стене другую и отвешивала жертве пощёчины, а чуть поодаль от них стояла она. В свете заходящего солнца серебристые волосы Лилии Оленберг горели словно языки пламени.
— Хотя лучше бы я её не знал, — едва слышно произнёс Влад.
Ирина пристально посмотрела на него, пытаясь понять, что же именно он имел ввиду.
— Ирина, я решила, что хочу общаться со Стасом, — вдруг сказала Рита, — несмотря на Лилю и её игры.
Ирина едва успела открыть рот, чтобы ответить, как Влад вдруг вмешался в разговор:
— Это плохая идея.
Он остановился прямо посреди пешеходной полосы и смотрел только на спину Риты. Подруга тоже остановилась и обернулась к нему. В её глазах читалась растерянность.
— Почему?
— Не пойми меня неправильно, Рита, — решительно начал он, — как я понял, Стас приглянулся не только тебе, но и Лиле. Не нравится мне всё это. — Влад перевёл взгляд с Риты на Ирину и снова обратно. — Разве вы забыли, что позволяло нам спокойно жить в этой гимназии? Не провоцировать популярных ребят и вести себя тихо. Считаю, если в этом замешана Лиля, то тебе, Рита, стоит уйти с дороги. Эта девушка может просто...
— Нет.
Голос Риты прозвучал тихо, но настолько твёрдо, что стало не по себе. Она нервно сглотнула. Судя по взволнованному выражению лица, Влад тоже не ожидал такой реакции на свои слова.
— Что?
— Нет! — повторила Рита. — В этот раз я не стану сидеть тихо! Мне надоело постоянно отмалчиваться и быть невидимкой, чтобы не попасть в конфликт! Я ничуть не хуже Лили!
Влад сжал губы.
— Не хуже. Ты просто другая.
— Я уже приняла решение.
Друг долго молчал, а затем тяжко вздохнул.
— Что ж, будь по-твоему, — его голос звучал так холодно, как никогда прежде. — Потом не говори, что я тебя не предупреждал.
Он развернулся и быстро зашагал прочь от подруг.
— Пока, — бросил он, не оборачиваясь.
Ирина тут же устремилась за ним:
— Влад, подожди.
Ей пришлось пройти не меньше тридцати шагов, чтобы он, наконец, остановился и обернулся. И в этот момент Ирина совсем не знала, что ему сказать.
— Ты не расстраивайся из-за этого, хорошо? — выдавила она.
— Тебе-то какая разница? — возмутился он, но не слишком громко, чтобы Рита не услышала. — Сама говорила, что не будешь помогать мне, значит, не считаешь, что я и Рита можем... встречаться.
— Да, не считаю. Но всё равно не хочу, чтобы ты расстраивался.
А что ещё она могла сказать? Соврать, что у него есть все шансы, и что они отличная пара? Влад был слишком пессимистичен и проницателен, чтобы поверить в сладкую ложь.
— Не беспокойся, — холодно ответил он. — Переживу как-нибудь и без твоей жалости.
Он отвернулся и продолжил путь. Наверное, решил поймать свой автобус на другой остановке.
«Мне жаль, Влад. Правда, жаль. Но рано или поздно ты бы всё равно узнал об этом».
Ирина вздохнула и обернулась к Рите. Подруга стояла далеко впереди.
— Рита, — аккуратно начала Ирина сразу как подошла к ней, — он в чём-то...
Она не успела закончить фразу. Бантики-бабочки за спиной Риты вздрогнули, а затем и сама подруга задрожала всем телом. Она всхлипывала.
— Рита, ты что? — Ирина подошла к ней и опустила руку на хрупкое плечо.
— Мы с Владом дружим с первого класса, — сказала Рита сквозь слёзы. — И от него я... ожидаю поддержки... Мне и дома... замечаний... хватает.
Ирина на мгновение замерла, не находя нужных слов.
— Ну-ну, всё в порядке Рита. Всё наладится, — она неловко погладила плечо подруги и взяла её руку в свои.
Рита вытерла заплаканные покрасневшие глаза рукавом кардигана:
— Ты говорила, что я совсем не умею общаться с парнями? А ты умеешь?
Ирина не спешила с ответом. Она уже понимала, к чему идёт этот разговор.
— Не хочу хвастаться, но да. Пусть не так хорошо, как некоторые, но всё же.
Рита всхлипнула, и её глаза сверкнули:
— Тогда научи меня. Пожалуйста.
Ирина вздохнула:
— Переубеждать тебя нет смысла?
Рита молча смотрела на неё и тяжело дышала. Ирине не хотелось вмешиваться во всё это. Поддержать Риту означало перейти дорогу Лиле. Но не только Оленберг тревожила воображение. Печальное лицо Влада не меньше заставляло колебаться в решении.
— Похоже, ты действительно этого хочешь, — Ирина ещё раз вздохнула. — Ладно. Так и быть. Я научу тебя тому, что знаю. Можешь рассчитывать на мою помощь.
«И всё же. Если она правда влюблена в Стаса, моя помощь станет хорошим делом. Глядишь, и парень действительно влюбится, и это сделает Риту счастливой».
Услышав утвердительный ответ на свою просьбу, подруга кивнула и благодарно улыбнулась:
— Спасибо, Ирина. Большое тебе спасибо.
