Глава 6. Тебе придётся уйти
Раскалённое масло продолжало шкварчать в глубокой сковороде. На светлой кухне с ажурными занавесками на окне витал слабый запах корицы, молока и шоколада. Над рядами пухлых пончиков всё ещё поднимался почти невидимый пар, когда Влад посыпал их сахарной пудрой.
— Влад, как там у тебя дела? — донёсся из зала мелодичный голос Савы.
— Сейчас. Я почти закончил, — ответил он, раскладывая пончики по тарелкам.
Стоило объявить, что готовка почти окончена, как на кухню маленьким ураганом влетел Ярик. Младший брат подбежал к столу, громко топая по ламинату, и, по всё ещё сохранившейся детской привычке, дёрнул Влада за подол рубашки.
— Влад, дай мне пышку.
Влад с раздражением вырвал край одежды из рук мальчика. Большущие чёрные глаза Ярика с самым жалостным взглядом смотрели на него из-под густых ресниц.
Влад хмыкнул и отвернулся:
— Волшебное слово, сопляк.
— Пожалуйста, — ответил тот, улыбаясь во все двадцать зубов.
«Умеешь же ты быть вежливым, когда надо».
Влад взял в руки тарелку с горкой пончиков и отдал верхний. Заполучив желаемое, Ярик без промедления улетел в сторону зала, а Влад последовал за ним.
Из всех трёх комнат их квартиры гостиная была самой большой. Утром и днём её занимал Ярик, который любил часами смотреть мультфильмы, а вечером уже отец разваливался на диване перед широкой плазмой и включал свои старые боевики с Жан-Клод Ван Даммом и Сильвестром Сталлоне на главных ролях. Влад же занимал телевизор реже остальных членов семьи и в основном посвящал это время игре на приставке.
Сава сидел на мягком, расстеленном на полу пледе, и неотрывно смотрел на светящийся экран. Его пальцы агрессивно бегали по кнопкам джойстика, пока два персонажа с криками сражались друг с другом.
— К.О. — объявил закадровый голос, и Сава скривился, бессильно опуская руки.
— Чёртова Лаки Хлоя, — вздохнул он, взъерошив коротко остриженные, выкрашенные в тёмно-красный цвет, волосы.
— Чего ты так остро реагируешь? — Влад молча присел рядом и поставил тарелку с пончиками между собой и Савой. — Расслабься, это всего лишь игра.
Сава всё ещё балансировал на разочаровании и злости, как сёрфер на морской волне.
— Нет, всё отлично, — он отложил джойстик в сторону, и, когда взгляд его опустился на пончики, на губах заиграла довольная улыбка. Его эмоции сменились так быстро, словно вовсе не он злился каких-то пару мгновений назад. — С чем?
— Шоколад и заварной крем, — Влад взял свободный джойстик.
— Класс, — промурчал Сава. — И давно ты стал поваром?
Влад сделал вид, что сосредоточен на выборе персонажа, и с наигранным безразличием дёрнул плечами:
— Мне просто нравится готовить, что тут такого?
Сава ничего не ответил, хотя Влад уже готовился услышать заявление, что готовка — не мужское занятие. За многие годы эта фраза уже успела стать привычной для его ушей. Выращивать деревья и цветы в горшках — не мужское занятие. Нянчиться с детьми — не мужское занятие. Варить борщи и печь пирожные — не мужское занятие. Быть учтивым и скромным тоже не круто. Быть Владом не круто.
«Может, ты ещё платьице напялишь и мамины каблуки? Ну, знаешь, чтоб полная картинка сложилась», — пронеслось в мыслях, но Влад тут же встряхнул головой, прогоняя до смерти надоевший мужской голос.
Сава вытер руку о тёмно-синюю футболку и потянулся к пончикам.
— Подожди, пока остынут, — Влад успел одёрнуть его, — только со сковородки.
Сава вздохнул и, вынужденный отложить перекус, вернулся к джойстику.
— Влад! — Ярик выглянул из их общей комнаты.
— Что?
— Я не хочу с заварным кремом, — ответил мелкий, — дай с клубникой. Я видел, что они есть.
«А пинка под зад случайно не хочешь? И как ты только уследил, какие начинки были?»
— Нельзя! — отрезал Влад. — Их мало, и вообще я их не для тебя делал.
Ярик утёр нос рукой, и лицо его скривилось в том уникальном выражении, какое бывает только у детей — ни то умоляющем, ни то злобном.
— Жадина! Я всё расскажу маме!
Влад только усмехнулся:
— Как страшно!
Мелкий ещё несколько мгновений стоял в дверях, бессильно раскрывая и закрывая рот, но, в конце концов, юркнул обратно в комнату и принялся отрабатывать удары по воздуху, недавно разученные в школе карате. Влад и Сава же начали виртуальный бой.
Влад был полностью сосредоточен на игре и комбинациях, в тот момент, когда Сава вдруг спросил:
— А для кого с клубничкой? Для твоей невесты?
Тело на мгновение онемело, а щёки объяло жаром.
— Чего? Не понимаю, о чём ты, — он постарался сохранить безразличие в голосе, но всё равно вышло плохо.
— Я о той рыженькой с хвостиками, — сказал Сава и тут же взмахнул ладонью. — Не вздумай оправдываться, я всё знаю, брат. Ты ей уже который день пончики таскаешь. Сразу видно, что она тебе нравится.
Руки дрогнули. Его Казуми Мисима не успела поставить блок, и Сава не упустил возможности использовать специальный приём. Влад крепко стиснул зубы и джойстик, переходя в отступление.
— И чего ты пристал ко мне? — сказал он каменным голосом. — Давай играть, ОК?
Сава послушно замолчал, но его сдержанности хватило секунд на десять.
— Я видел тебя в столовке вчера. К ней тогда ещё старшеклассник подошёл. Она прямо раскраснелась вся.
Влад больше не мог сдерживаться. Не нужно было иметь много ума, чтобы понять, насколько ему не нравился этот разговор, однако Сава всё равно гнул свою линию. Воспользовавшись ослабленным во время болтовни вниманием друга, Влад выполнил два специальных приёма подряд и отправил чемпиона Савы в нокаут, а затем с едва скрываемым раздражением опустил джойстик.
— К чему этот разговор?
Сава глубоко вздохнул:
— Да так, хочу предупредить, что девчонка твоя может другого выбрать. По части девичьих чувств я, конечно, не спец, но и не такое полено, как ты — что-то, да понимаю. Так вот тебе на заметку — она на него запала.
Влад невольно вспомнил о разговоре, что случился несколько дней назад. Вспомнил, с какой мягкостью и трепетом в голосе Рита сообщила о симпатии к красавцу старшекласснику. Руки сами собой крепко впились в гладкий пластик.
— Я уже и так это знаю, капитан очевидность... — выдохнул он и, отложив джойстик в сторону, запустил тонкие пальцы в спадающую на лицо длинную чёлку. — И почему девчонки всегда выбирают таких парней?
— Каких? — живо спросил Сава. — Таких, как тот парень из старших классов? Ну, не знаю, он высокий, держится, как сын президента, мордашка у него красивая. Может, в этом всё дело? Ну, или в том, что он ещё и популярный, и если крутиться рядом с ним, то и тебя заметят и начнут за популярного считать? А что, если он ещё и широкой души человек? Тогда это вообще! Будь я девкой, сам бы на такого запал.
Влад мысленно представил себя рядом со Стасом. У старшеклассника и лицо поприятнее и почище, и фигура помужественней, а про рост и говорить не стоило. Стас возвышался над Владом на целую голову.
«Да уж. Ответ, как говорится, налицо».
— А ты как думаешь, — Влад закусил губу, — у меня шансы ещё есть?
Сава взял в руки пончик и коротко усмехнулся:
— Какие шансы, брат? Извини, но тут уже всё ясно.
— Спасибо за дружескую поддержку.
Сава впился зубами в мягкий бок пончика.
— Не, ну а сего ты хотев? — проговорил он с полным ртом. — Пончики — это, конечно, хорошо, но ими девчонку можно добиться только тогда, когда она такая же странная, как и ты. Насколько знаю, ты с ней знаком дольше, чем со мной, а до сих пор даже за жо... в щёчку не чмокал. А знаешь почему, сладенький мой? Потому что она в тебе парня не видит. Ты для этой рыжей... как её, кстати, звать?
— Рита, — тихо ответил Влад.
Сава дёрнул плечами и развёл руки в стороны.
— Видишь? Я бы даже имени её не знал, если бы сам её не увидел и сам бы о твоих взглядах на неё не спросил. А девчонка? Думаешь, она подойдёт к тебе и спросит: «Владик, я тебе нравлюсь?» Да чёрта с два! Даже если заметит и поймёт, всё равно будет отмалчиваться. Потому что какими бы эмансипе они не хотели казаться, всё равно ожидают от парней уверенности и первого шага. Но знаешь, на твоём месте я бы не стал отчаиваться. Может, ты и упустил всё, что можно, но надежда умирает последней.
Влад горько усмехнулся. Когда не остаётся ничего, кроме надежды, она умирает в агонии. Если ты стараешься изо всех сил и при этом не добиваешься поставленной цели, горечь поражения бьёт по тебе больнее, чем если бы ты даже не пытался.
— Думаешь, что я ещё могу завоевать её?
— А почему бы и нет, — Сава отправил в рот последний кусочек пончика и облизнул пудру с пальцев. — Она, конечно, может дать тебе от ворот поворот, но, кто не рискует, тот остаётся на обочине жизни, брат.
Влад окинул Саву долгим взглядом. Вот уж кто никогда не боялся риска, с достоинством и без сожалений принимал неизбежные неудачи и несправедливость, а затем поднимался отряхивался и шёл себе дальше.
— Да. Наверное, ты прав, — ответил он и на душе отчего-то стало темно и горько.
«Почему-то мне кажется, что я уже давно заглох на этой чёртовой обочине».
***
Рита взлетела по лестнице и направилась в библиотеку.
Времени оставалось мало. Она и так задержалась из-за того, что учительница попросила помочь перенести пособия в другой кабинет, а теперь нужно торопиться, чтобы воплотить задуманное. Ирина сдержала своё обещание, и в течение нескольких дней они вместе разведывали обстановку, собирали информацию и составляли подробный план действий.
Сегодня время пришло.
— В учебное время Стас никогда не ходит один, — заявила Ирина после пары дней слежки. — Он всегда рядом с одноклассниками или с другими приятелями. После занятий иногда остаётся играть в футбол и тоже в чьей-нибудь компании. Вообще, это не такая уж проблема — подойти к нему, когда он не один, но тебе будет сложновато. Стопудово застесняешься, разнервничаешься, и ничего хорошего не выйдет. Поэтому варианты заговорить с ним в учебное время отпадают. Однако, есть два случая, когда Стас всё же остаётся один. Первый случай — когда возвращается домой, и второй — когда на большой перемене идёт в библиотеку. Стас добирается домой в одиночестве, потому что ездит на мотоцикле, но ты же не погонишься за ним. Так что остаётся последний вариант — библиотека на большой перемене».
В глубине коридора показались высокие деревянные двери, покрытые тёмным лаком. Чем меньше оставалось шагов до библиотеки, тем громче и чаще колотилось сердце. Дойдя до дверного проёма, Рита остановилась, сунула трясущуюся руку в рюкзак. Достала цветочную туалетную воду, что дала ей Ирина, и быстро распылила на запястья.
Она чувствовала сухость во рту и тяжесть в ногах, но собралась, легонько хлопнула себя по щекам, сделала глубокий вдох и заглянула в библиотеку.
Объект тут же оказался в зоне видимости. Стас сидел в старом, потёртом кресле прямо у окна, и подушечки его пальцев быстро скакали по экрану смартфона. Лицо парня скрывалось за густой, блестящей на солнце листвой крупного гибискуса, усеянного алыми цветами. Из-за дальних стеллажей рядом со столом библиотекарши доносились тихие голоса и, когда Рита присмотрелась, смогла заметить мелькающие между полками лица каких-то мальчишек. Интересно, чего это они решили прийти сюда целой компанией?
Присутствие посторонних заставило и без того с трудом успокоившуюся Риту снова занервничать. Она уже чувствовала, как начинает смущаться, хотя ещё даже не начала говорить со Стасом. Глубоко вздохнула, стараясь привести чувства и мысли в порядок, вспомнить рекомендации Ирины и свой план действий.
«Когда увидишь его, подойди, мило улыбнись, спроси что-нибудь о книгах или попроси достать тебе одну с верхних полок. И хотя пока твоя цель просто переключить его внимание на себя, всё равно не забывай улыбаться. И держи спину прямо, сутулость никого не красит».
— Сейчас. Да. Я сейчас подойду к нему... — шептала Рита, расчёсывая пальцами кудрявые хвостики. — Вдохнуть глубже и смелее вперёд.
Стоило перешагнуть порог библиотеки, как Стас вдруг поднялся с кресла и направился к центральному проходу. Рита вовремя спохватилась и скользнула за ближайший стеллаж. Парень шёл к одному из пролётов между шкафами, прямо туда, где за журнальным столиком с книгой в руках сидела ОНА.
Лиля была сосредоточена на чтении, но, тем не менее, взгляд её то и дело падал на Стаса. Парень никуда не спешил, шаг за шагом приближался к Оленберг.
Увидев эту картину, Рита окончательно стушевалась. Она не заметила, что Лиля тоже находилась здесь. К чему-к чему, а к прямой встрече с противницей она была не готова. Только не сегодня.
«Что же делать? Нужно что-то сделать, пока он не...»
Рита собрала всю свою решимость. Одна мысль о том, что она может провалить то, к чему так долго готовилась, заставляла злиться на себя. Хватит сидеть в укрытии!
Страх опустошил голову от мыслей и опасений. Рита выскочила из-за стеллажа прямо на центральный проход.
— Стас, — сказала она.
Парень не остановился.
Не получив от него никакой реакции, Рита поражённо распахнула рот и тут до неё дошло — голос подвёл её. Она произнесла его имя слишком тихо. Вероятно, он её просто не услышал.
«Дурочка. Теперь точно ничего не получится», — подумала она, стиснув зубы от досады. — «Влад был прав. Это всё плохая затея».
— Рита?
Рита содрогнулась, услышав своё имя, подняла голову и встретилась со взглядом тёмных глаз.
Стас смотрел на неё с едва скрываемым удивлением, но не растерялся.
— Привет. Звала меня, — он дружелюбно улыбнулся и повернулся к Лиле спиной.
Рита мельком взглянула на Оленберг и заметила, как та напряглась, гордо вскинула подбородок и отвернулась.
— Ой, я... ты меня услышал? — она натянула улыбку и убрала прядку волос за ухо. — Э-э, привет.
Едва слышный скрип заставил снова заглянуть за спину Стаса. Стул Оленберг опустел, а кончики серебристых волос скрылись за стеллажом. Девушка направлялась в сторону выхода из библиотеки.
Должно быть, Рита молчала слишком долго — Стас недоумённо вскинул бровь и продолжил беседу вместо неё.
— Ты что-то хотела?
Она нервно сглотнула, судорожно пытаясь подобрать слова, ведь мгновенно забыла всё, что готовилась ему сказать.
— Э-э, я просто увидела тебя и решила узнать, что ты тут делаешь. Эм. Ты любишь читать?
Наблюдать за происходящим из-за стеллажа было неудобно и даже в какой-то степени унизительно. Лиля бы никогда не подумала, что станет шпионить, но не смогла так просто взять и выйти из библиотеки. Только не сейчас. Не когда этот парень повернулся к ней спиной ради какой-то странной замухрышки.
«Что за чушь она несёт?», — думала Лиля, придерживаясь ладонью за ряды книг и поглядывая на пару в центральном пролёте. — «О чём эта девчонка только думает? Ты же не будешь говорить с ней, верно, Стас?»
Она не сомневалась в том, что парень не станет терять время. Он должен был заметить её отсутствие и решить, что она покинула зал. После этого Стас бы точно отделался от приставучей девчонки и последовал бы за Лилей. Он ведь хотел подойти к ней и не станет отказываться от планов. Ведь так?
— Не особо, — ответил Стас, глядя на рыжую. Он сделал несколько шагов в сторону, чтобы уйти с главного прохода, и девочка последовала за ним. — Я больше люблю аудиокниги или подкасты.
Взгляд тёмных глаз неуловимо скользнул вправо, как раз к опустевшему журнальному столику, и вдруг метнулся прямо к укрытию Лили.
Сердце замерло. Она тут же скрылась за стеллажом, но не могла быть уверена, что Стас не заметил её. Нервно сглотнула, и взгляд её уцепился за маленькую щель между книгами. Благо отсюда можно было разглядеть лицо парня. Губы Стаса тронула едва заметная улыбка.
— Хотя книги тоже иногда читаю, — он выпрямился и вынул руки из карманов. — А ты, Рита...
В следующее мгновение произошло то, что заставило Лилю содрогнуться всем телом, а рыжую девчонку вскрикнуть от неожиданности. Стас приблизился к ней почти вплотную и с резким хлопком поставил руку на полку стеллажа, вынудив рыжую прижаться к рядам книжек и перекрыв ей все пути к отступлению.
— ... какие книги любишь?
От тона его голоса по спине Лиле невольно побежали мурашки. А рыжая, наверное, и вовсе чуть не свалилась в обморок.
«Неужели ты серьёзно?» — подумала Лиля, чувствуя раздражение не только от действий Стаса, но и от собственной реакции на них. — «Ещё ни один парень не менял меня на малолетку. То, что произошло в столовой, показалось мне обычным совпадением или дружеским жестом, но это...»
Рита с трудом вернула контроль над подкосившимися ногами. Она чуть не умерла от шока и смущения, когда Стас так резко набросился на неё. Лицо и уши пылали, сердце бешено колотилось, ударами отдаваясь в висках. Ей стало душно. Парень стоял настолько близко, что она могла почувствовать цитрусовые ноты его одеколона и тонкий запах мятной жвачки, а может, даже тепло его тела.
— А... английскую классику читаю, — с трудом складывая буквы в слова, промямлила она.
Стас молчал. Рита старалась не смотреть ему прямо в глаза, но следила за всеми движениями. Взгляд парня медленно скользил по ней, от туфель и до кончиков её резинок.
— Да, у тебя хороший вкус, — наконец, ответил он, немного отстраняясь.
Его фигура перестала загораживать солнечный свет, и лучи ударили прямо в лицо, заставив зажмуриться.
— Ах, да так ничего особенно, — ответила Рита хоть что-нибудь, лишь бы не дать беседе заглохнуть. — А ты что обычно... слушаешь?
— Нон-фикшн и биографии известных людей, — ответил Стас, убирая руку с книжного шкафа.
— Вот как, — Рита искренне улыбнулась. — Это классно.
До её слуха донёсся звук шагов. Компания из трёх ребят, что всё это время стояла у стеллажей в глубине зала, направилась к выходу из библиотеки.
— Наверное, — ответил Стас, провожая процессию взглядом. — Слушай, уже скоро начнутся уроки, а мне ещё нужно кое-куда зайти, так что увидимся.
Смысл его слов дошёл до Риты с опозданием.
— О да, конечно, — растерянно ответила она. — Не буду тебя задерживать.
— Тогда до встречи, — сказал он с улыбкой.
— Да, до встречи.
Стас одарил её долгим, будто изучающим взглядом, развернулся и направился к выходу из библиотеки, и через несколько мгновений скрылся за дверью. Стук мужских туфель о паркет удалялся пока совсем не утих.
И тогда Рита, наконец, смогла вздохнуть спокойно.
Она отступила к книжному стеллажу, оперлась о гладкую деревянную стенку и сползла по ней на пол, позволив себе расслабиться. И так, сидя на корточках, оплетая колени руками, пыталась прийти в чувства.
У неё получилось! Удивительно, но это правда. Она смогла поговорить с ним. И как поговорить! Те ощущения, что она испытала в момент, когда Стас так близко приблизился к ней, до сих пор кружили голову и заставляли кровь быстрее бежать по венам.
От радости и ликования Рита тихонько запищала.
Хлоп.
Она обернулась в сторону странного звука.
Хлоп.
Из-за самого первого к выходу стеллажа показались две ладони, а затем и их владелица. Лиля Оленберг медленно выплыла в главный проход, чему-то аплодируя. Вид у неё был странноватый — на фарфоровом лице застыла самодовольная усмешка, но взгляд казался встревоженным.
— Я сразу поняла, что ты та ещё глупышка, но чтобы быть настолько наивной. Аплодирую стоя.
При виде Оленберг, глаза Риты на секунду расширились, но лишь на секунду. Она поднялась на ноги и оправила длинный подол платья:
— А я и не знала, что ты всё ещё здесь. Мне казалось, что ты вышла, Лиля.
Лиля слегка сощурила глаза.
— Я отошла, чтобы лучше видеть это шоу. Думаешь, Стас действительно был в тебе заинтересован? Как бы не так.
— А почему ты так реагируешь? — прямо спросила Рита. — Наш с ним разговор задел тебя?
— Совсем нет, — Лиля усмехнулась . — Меня эта ситуация скорее смешит. Думаю, ты даже представить не можешь, насколько неумело со стороны выглядят твои попытки. Наверное, ты с парнями никогда в жизни не общалась. Дам совет: не влезай во всё это. Хорошо?
Рита поджала губы. Её совсем не устраивал тот снисходительный тон, который и на этот раз пропитывал речь Оленберг.
— Это угроза?
— Говорю же, просто совет, — Лиля улыбнулась, совсем незлобно, даже весьма мило. — Ты мне не соперница. Я об этом уже говорила, не так ли? Просто не путайся под ногами и спокойно уйди с дороги, ладно?
— Нет.
Рита замешкалась, но всё же решилась сказать это. Хоть и тихо, но она ответила именно так, как ей хотелось. Возможно, впервые в жизни.
— Что ты там шепчешь?
Рита оторвала взгляд от пола и резко подняла голову, посмотрела прямо в синие глаза.
— Нет! — чуть ли не крикнула она, а Лиля быстро заморгала. — Я... я никуда не уйду. Мои попытки жалкие? Может быть. Да, я никогда раньше не общалась с парнями вот так. Но несмотря на это, я... делаю хоть что-то. Я пытаюсь. И сегодня Стас обратил на меня внимание и поговорил со мной, вместо того чтобы подойти к тебе, а это значит, что у меня получилось. Мои жалкие попытки не напрасны, и сегодня я выиграла.
Рита не заметила, как во время своей пылкой речи всё ближе подходила к Лиле. Сейчас их разделяло всего пару шагов.
Лиля молчала. Синие глаза смиряли Риту и будто пронзали своим холодом. Но было в них ещё что-то, кроме гордыни и неприязни. Два маленьких белых огонька трепетали, как затухающие спички на водной глади. Они появились лишь на мгновение, но Рита успела уловить их до того, как взгляд Лили снова стал уверенным.
Оленберг едва слышно усмехнулась.
— Ладно, — ответила она без капли гнева или раздражения. — Думай, как хочешь. Не знаю почему, но разговоры с тобой меня особенно утомляют.
С этими словами Лиля отвернулась и, стуча каблуками, не оборачиваясь, направилась к дверям библиотеки.
— Удачи тебе.
Оленберг уже переступала порог, когда Рита догнала её.
— Это тебе придётся уйти, — сказала она, оказавшись в считанных сантиметрах от плеча Лили и могла поклясться, что та вздрогнула.
Рита пошла вперёд, однако не услышала стука каблуков позади. Светловолосая девушка замерла на месте, и на лице Риты невольно появилась самодовольная улыбка.
Следующие дни для Оленберг стали не самыми приятными. Обычно Лиля часто натыкалась на Стаса в коридорах. Они почти никогда не разговаривали и лишь изредка обменивались приветствиями, но теперь она лишилась и этого. Рыжая девчонка, чьё имя Лиля так и не запомнила, ходила за Стасом, как собачка на поводке. Следовала за ним, куда бы он ни пошёл.
В один день Лиля случайно или неслучайно столкнулась с Воронцовым в дверях столовой. Парень извинился, как всегда учтиво улыбнулся и хотел заговорить с ней. Лиля была уверена, что хотел. Однако... Рыжая девчонка тут же подлетела к нему, поздоровалась и начала что-то спрашивать о его делах и предстоящих контрольных. Стас отвлёкся, а Наташа потянула Лилю на улицу к остальным одноклассницам.
Вторая встреча со Стасом оказалась ещё более спонтанной, чем первая. Учительница географии неожиданно для всех слегла, и между занятиями образовалось окно. Лиля в сопровождении одноклассниц весь урок просидела в актовом зале, а когда вышла в коридор, взгляд её тут же наткнулся на знакомую фигуру.
Стас стоял в тени, облокотившись на стену и с наушниками в ушах, но стоило Лиле показаться в дверях, как тут же оживился и сложил наушники в карман. Затем улыбнулся уголками губ и посмотрел прямо на неё. У Лили почти не оставалось сомнений, что Стас намеренно стоял у актового зала и ждал её. Но и на этот раз разговора не вышло. Девчонка снова появилась в самое неподходящее время.
Эта растяпа вышла из-за поворота с высокой стопкой пособий в руках и, о удивительное совпадение, упала и уронила все книжки прямо неподалёку от Стаса. А он, не раздумывая, бросился помогать ей подняться. Само милосердие. Лиля не поняла, что именно задело больше — то, что Стас мгновенное позабыл о ней, стоило даме в беде появиться на горизонте, или же осознание того, что она сама себе всё напридумывала, а Воронцов на самом деле даже не думал говорить с ней.
Она хранила молчаливое недовольство два дня, после чего не выдержала. Когда уроки закончились, пошла к спортивной площадке на заднем дворе школы. Все девятиклассницы знали о том, что Стас часто оставался там после уроков, чтобы сыграть в футбол. И, хотя на улице уже было слишком холодно для того, чтобы увидеть чуть ли не самого привлекательного парня гимназии без рубашки, девчонки всё равно бегали на трибуны и наблюдали за игрой. Лиля никогда не ходила с ними. Она же не пустоголовая девица с гормональными всплесками. По крайней мере, не хотела такой быть. Или казаться. Её поход к футбольному полю стал исключительным случаем и нужен был только для собственного... успокоения?
Её снова ждал сюрприз. Глаза широко распахнулись, когда на краю поля мелькнули рыжие кудри. Эта девчонка стояла у сетчатой ограды и мило беседовала со Стасом, пока Лиля наблюдала за ними издалека. Разумеется, Воронцов не заметил её, и, как только закончил разговор с девчонкой, вернулся к игре.
Лиле же осталось только развернуться и пойти к воротам в ожидании машины семейного шофёра.
«Эта девочка уже не просто раздражает — она начинает меня бесить», — думал Лиля, топча сухие листья под каблуком сапога. — «Куда бы я не пошла — она уже там. За всю неделю Стас ни разу мне даже «привет» не сказал. Что за бред».
Нет. Она абсолютно точно нравится Стасу. Он точно не променяет её... он.
Перед внутренним взором невольно всплыли блёклые, будто покрытые туманной дымкой, образы конфет в красных и розовых обёртках, радостный смех маленьких детей и подол синего платья.
Лиля фыркнула и встряхнула головой.
— Ещё ничего не произошло, — тихо произнесла она самой себе. — Я зря беспокоюсь об этой девчонке. Пусть радуется, пока может. Я найду способ избавиться от этих глупых уловок. Ты больше не посмеешь мне помешать.
