Глава 16. Новогодний бал
Трёхметровая ветвистая ёлка, увешанная большими золотыми шарами и серебристыми звёздами, яркими огнями сверкала в углу спортзала, куда её установили, чтобы в центре осталось достаточно места для танцев.
Те, кто занимались украшениями, постарались на славу — привычный зал было не узнать. Высокие окна задёрнули тёмными шторами и увешали слоем светящихся гирлянд вперемешку с мишурой-дождиком, чтобы усилить сияние сотен лампочек, прожекторы перенесли из актового зала и закрепили на стенах, а музыкальную установку и колонки поставили на деревянный помост в конце зала. Как минимум десять столиков из столовой выстроились в двух противоположных углах и были накрыты белоснежными скатертями, и на каждом стояли бутылки с водой и соком и подносы с перекусами.
«Интересно, так каждый год или только в этот раз?», — подумал Влад.
В зале уже было полно народу, когда они с Савой переступили порог. Сегодняшний вечерний банкет устраивался для четырёх старших классов. Влад не бывал на подобных праздниках с одиннадцати лет, и увиденное им сегодня отличалось от того, как отмечали Новый год в классах помладше — музыкальные биты нещадно били по ушам и слышались даже с улицы, а вокруг царил полумрак, разрываемый только яркими вспышками прожекторов и гирлянд. Влад уже на входе осознал, что обстановка ему совершенно не нравится. Казалось, здесь не было ни одного хоть сколько спокойного местечка, и ни одного знакомого человека кроме Савы, хотя Рита и Ирина тоже должны были прийти. Может, затерялись где-то в толпе?
За спиной послышался знакомый голос и, когда Влад обернулся, увидел Оленберг в окружении подружек-одноклассниц. Выглядела она как всегда прекрасно и элегантно: тёмно-красное, почти чёрное платье подолом чуть не касалось пола, полностью прикрывало ноги, зато обнажало спину, белые плечи и ключицы потому как держалось на тонких бретелях. Перчатки до локтей подчёркивали стройность рук, а собранные на затылке волосы и сверкающие длинные серьги — изгиб шеи. Среди подруг она держалась скромно и достойно и больше походила на взрослую девушку, чем на школьницу. По крайней мере Влад бы дал ей двадцать, а не шестнадцать лет.
Лиля тоже взглянула на него, но мельком и тут же отвернулась, растворяясь в толпе.
— Ну что, погнали? — Сава толкнул его в плечо.
Живот тут же скрутило. Влад мигом понял, что друг собирается уйти, а значит, придётся остаться одному среди толпы незнакомцев.
— Удачи, — выдавил он через силу.
— У-ух, так… — По видимому, не он один разволновался. Сава весь взмок и слегка задыхался. — Мне нужно сначала успокоиться, а потом взбодриться.
— Дружеский пинок?
— Спасибо, пока не надо.
— Что ж, если что я буду здесь, ближе к выходу.
— ОК. Только не вздумай сбежать.
Влад нервно усмехнулся. Как бы ему ни хотелось, но сегодня сбежать не выйдет.
— Иди уже!
Сава ещё пару раз глубоко вздохнул перед тем как нырнуть в двигающуюся под музыку толпу. Влад же решил пока остаться на месте и попытаться выловить Риту или Ирину отсюда, не толкаясь в центре зала с остальными учениками. Да и не место ему на танцполе — танцевать он не умеет, расслабляться тоже, а разговаривать с незнакомцами нет никакого желания.
Совершенно случайно ему на глаза попалась смутно знакомая фигура. У стены рядом со столиком, держа в руках стакан с соком, стояла Ирина. Ага и вправду она, только как и Лиля, в нарядном образе. Девушка надела светлое платье с длинными рукавами и летящей юбкой, а волосы собрала в косы и причудливо скрепила между собой — с причёской ей явно кто-то помогал.
Влад легонько улыбнулся, пробираясь к Ирине и радуясь тому, что девочки всё же здесь. Откажись они от своих планов в последний момент, и он бы пришёл сюда зря.
— Привет, — сказал он погромче, чтобы перебить грохот музыки.
Ирина, которая поглядывала по сторонам с явным напряжением, то и дело стуча ногтями по стеклянному стакану, вздрогнула от такого резкого обращения и широко распахнула глаза.
— Влад? — воскликнула она с искренним удивлением. Не сразу узнала его? Значит, он не зря постарался приодеться как можно приличнее и уложил волосы. — Ты… ты что здесь делаешь?
А вот в последних словах Влад уловил нотки растерянности и даже возмущения или ему просто почудилось.
— Тебе не кажется, что это грубо? — ответил он вопросом на вопрос. — Мне что запрещено посещать школьные праздники?
Ирина хохотнула и небрежно взмахнула рукой.
— Вовсе нет конечно, извини, — она спешно приложила стакан с соком к губам. — Просто не ожидала увидеть тебя здесь. Ты же считаешь, что все эти вечеринки полная ерунда.
Не то чтобы он отказался от своего мнения, скорее только больше в нём укрепился.
— Ну… — Влад дёрнул плечами и перевёл тему. — А ты почему стоишь здесь одна? Вы же с Ритой вроде вместе собирались идти, она… отказалась?
— Эм… — глаза Ирины тревожно забегали. — Я просто жду её. Она пошла… э-э, носик попудрить.
Влад долго смотрел на неё со смутным чувством сомнения. Какая-то она слишком нервная. Может, ей тоже не комфортно в тёмном, набитом людьми зале? Зато Ирина то уж точно не собирается сегодня признаваться в любви своему лучшему другу. Влад проглотил ком в горле. Страх шептал, что нужно уйти, пока Рита ещё не вернулась и не стало поздно, но он взял себя в руки и твёрдо решил стоять на своём до конца и ждать, пока она не придёт.
Он здесь не для того чтобы прятаться. Пора принять на себя ответственность и взглянуть страху в лицо.
***
В центре зала творился полный хаос. Лиля чувствовала себя совершенно спокойно под взглядами десятков парней и девушек, но как же раздражало то, как все они двигались. И это танцы? Беспорядочные подпрыгивания и дерганье конечностями да и только. «Ни грамма грации!» — как бы сказала её преподавательница гимнастики. Лиля себе такого не позволяла, использовала лишь те движения, которые со стороны смотрелись подобающе и красиво.
— Вы видели его? Виссарионов сегодня такой милашка! — Одноклассницы снова принялись обсуждать парней, но она думала только об одном из них.
«Где же он?»
Удивительно, но Воронцов был чуть ли не единственным знакомым лицом, что ещё не успело попасться ей на глаза.
Да как он смеет опаздывать?! Она потратила целый день на выбор вечернего платья и продумывание образа, а затем ещё полдня на сборы, чтобы сейчас быть самой неотразимой девушкой в этом зале! Если Стас остался дома, все усилия и время ушли в никуда. Пусть только попробует не прийти!
И тут… да это определённо был он. В просветах между движущимися в подобии танцев телами, Лиля заметила высокую фигуру. И Стас приближался к ней. Совершенно точно шёл в её сторону.
Она невольно напряглась, но мигом взяла себя в руки, не позволила дыханию сбиться с ритма. Спешно заправила выбившуюся из причёски прядку, готовясь заполучить желанное внимание.
С каждым шагом Стас подходил всё ближе. Он уже должен был заметить её, если вдруг не сделал этого раньше, но по какой-то причине даже не смотрел в её сторону, а затем развернулся и направился к той части зала, где стояла ёлка. В абсолютно противоположном направлении.
«Что?»
Лиля с недоумением глядела ему в след. Не заметил? Да нет, не может быть! Она сделала всё, чтобы её было невозможно потерять среди других. Тогда в чём же дело?
***
Отпускать Ирину оказалось ошибкой. Нужно было войти в зал с ней вдвоём вместо того, чтобы запираться в туалетной комнате, пытаясь привести себя в чувства и вернуть растворяющуюся решимость. Если и прыгать со скалы, то с разбегом и без сомнений, а теперь, когда Рита оказалась одна, с трудом могла найти в себе смелость, чтобы заглянуть в зал.
Толпа! Целая мать его толпа людей. То самое, чего она обычно всеми силами старалась избегать. И, что самое худшее, Рита не была уверена, что сможет пройти незамеченной — Ирина постаралась на славу, помогая нарядиться так, чтобы её заметили если не все, то большинство. Кудрявые волосы они распустили и украсили леской со сверкающими камешками, а светло-лазурное с золотистыми крапинками платье из летящей ткани подчеркнуло стройность фигуры, Ирина ещё поделилась своей косметикой и показала, как накраситься так, чтобы сделать образ ещё более гармоничным. Рита старалась лишний раз не касаться лица и не отвлекаться на слой туши на ресницах, чтобы не испортить макияж. Это тоже было для неё непривычным.
«Так, тихо. Успокойся и выпрями спину!»
Она сделала глубокий вдох и шагнула в зал, заранее понимая, что просто войти туда будет мало, нужно ещё найти Ирину.
На неё смотрели. Рита уже научилась лучше кого бы то ни было чувствовать на себе чужие взгляды. Сердце глухо колотилось в груди, а дыхание стало поверхностным. Нет, хватит волноваться об этом! Она должна выглядеть уверенной и, для начала, нужно заставить себя смело смотреть на тех, кто её окружал. Так она и сделала, повернула голову в сторону того, кто смотрел на неё, и, к великому удивлению, не обнаружила на лице незнакомой девушки ни единого признака презрения или нахальной улыбки. Собравшиеся на вечеринку люди улыбались дружелюбно и весело проводили время, и ни один из обращённых к Рите взглядов не переполнялся коварством или злобной насмешки. В какой то момент, на один короткий миг, ей даже показалось, что они смотрят на неё с восхищением, и тогда она наконец смогла расправить плечи и почувствовать настоящее облегчение, а не разыгрывать его.
В толпе у столиков мелькнуло золотистое платье Ирины, и Рита поспешила к ней.
— Ох вот и ты, — выдохнула она с улыбкой, — уже пробуешь закуски?
Ирина мгновенно поджала губы и коротко кивнула в сторону. Недоумевая, в чём дело, Рита перевела взгляд правее. А там стоял Влад. В очень странном для себя виде: с зачёсанными назад, аккуратно уложенными волосами и в костюме. В костюме, да ещё и в таком, из-под которого не торчало рубашки! Да он ни в жизнь не заправлял её в брюки!
«Стоп. Что он вообще здесь делает?!»
— Привет, — выдавила она, собрав всю волю, чтобы не отвести взгляд.
— Ага, и тебе добрый вечер, — пробормотал он и живо отвернулся. — Эх-эм я… сейчас вернусь.
Не успев договорить, Влад бросился прочь, теряясь среди толпы, а Рита только выдохнула с облегчением и досадой.
«Чёрт возьми, ну почему?»
— Ирина…
— Да я сама удивилась, — поспешила ответить та. — Ты только не волнуйся, ещё ничего не случилось. Я видела Саву, наверное, тот просто вытащил Влада потусить за компанию. Кстати Стас прошёл к помосту, так что вперёд. Ты же помнишь, о чём я тебе говорила? Уверенность. Держи спину ровно и повторяй себе, что ты самая прекрасная девушка в этом зале.
Рита ещё раз украдкой взглянула туда, где исчез Клёнов, нервно сглотнула и откашлялась:
— Да, я помню. Спасибо тебе.
— Удачи, — Ирина широко улыбнулась. — Если что, ищи меня где-то здесь.
С этими словами она подмигнула и двинулась по залу в поисках девочек из театрального кружка. А Рита осталась одна и не смогла больше противиться воспоминаниям. Влад… ну зачем?
«Влад он… любит тебя».
«Забавная шутка, Ирина».
«Я не шучу! Совсем не шучу, это правда. Разве ты сама никогда не замечала? Он влюблён в тебя и уже давно».
Нет, это не могло быть правдой. Сказанное Ириной казалось бредом. Рита была слепа, но лучше бы она ещё и была полной тупицей. Раскрытая тайна живо собрала по кусочкам полную картину. Эти странные взгляды, постоянные предложения помощи, когда надо и когда не надо, пончики, которые он приносил ей почти каждую неделю, неловкие прикосновения на прогулке и в кафе и вообще везде даже на уроках, его отчаянные объятия, которых она не ждала и не хотела. Всё встало на свои места. Оказалось Влад вёл себя так не просто потому, что считал её другом. Всё это время он был влюблён в неё.
Почему? Как это произошло? Рита не могла понять, что именно он нашёл в ней такого, чего можно не найти в друге? Как вообще понять испытываешь ли ты к человеку только дружескую привязанность или влюблённость? Разве это не одно и тоже? Тогда в чём разница между парнем и близким другом? В свиданиях? Но даже на них можно ходить по дружбе, люди даже спят по дружбе!
Рита совершенно запуталась, но одно знала наверняка — больше ей не удастся заговорить с ним так, как раньше. И она оказалась права, когда на следующий день они встретились перед первым уроком, у неё не вышло начать разговор. Ожидание того, что в один момент, который наверняка окажется самым неподходящим, Влад откроет рот и скажет три заветных слова, приводило в ужас. Ведь она не смогла бы сказать того же в ответ…
Рита не могла представить, что именно он чувствовал к ней. Что это было? Она просто нравилась ему внешне, он, так же как и она, хотел попробовать встречаться с кем-нибудь, но не смог найти кандидатуры лучше, или же это было что-то другое? Что-то такое как в книжках, где любовь — по-настоящему великое, непобедимое, схожее с одержимостью чувство, которое длится вечность? Если его чувства были именно такими, она бы точно не смогла дать что-то взамен просто потому, что не любила его так же.
Влад не был ей противен, даже наоборот. Она чувствовала к нему привязанность, ценила как друга и человека, с которым выросла, но не испытывала того опьянения, что вызывал в ней Стас.
Поэтому Рита стала избегать его, и делала это вплоть до сегодняшнего вечера. Теперь же бежать было некуда.
«Не верится, что он пришёл сюда просто так. Но если Влад подойдёт ко мне и попытается сказать… Что же тогда делать?»
Из размышлений её вырвала знакомая высокая фигура, мелькнувшая впереди. Стас прошёл по залу совсем неподалёку от Риты. Она даже не успела испугаться, настолько внезапно он оказался в поле зрения.
Воронцов всё время смотрел по сторонам, но, когда она уже подумала, что он собирается подойти к ней, вдруг прошёл мимо.
Похоже не заметил её…
***
Люди сами расступались, видя как он, сломя голову, нёсся прямо на них, а затем оборачивались с возмущёнными возгласами или с молчаливым недовольством. Влад не обращал на них внимания, а если и краснел от стыда, то уж точно не из-за них.
Зачем? Почему Господь бог, если он есть, создал женщин настолько красивыми?
В душе Влад уже колотил себя за собственную слабость. Всё казалось элементарно простым ровно до момента, когда он увидел её — Рита была даже прекраснее, чем можно представить. Платье из слоёв тонкой ткани идеально сидело на ней, а воздушные рукава оголяли хрупкие плечики и шею, синеватый цвет подчёркивал рыжину волос, и сами её локоны смотрелись так же шикарно как и её лицо, и поблескивающие губы.
«Чёрт…»
А вот и Сава! Как и ожидалось, стоит у помоста с музыкальной установкой. Он о чём-то болтал с парнем, который включал музыку, а рядом с ними Влад заметил физика и химичку, преподавателей, которые в этом году следили за тем, чтобы вечеринка прошла без неприятностей.
Сава увидел его почти сразу же.
— Влад?
— Я тебя не отвлекаю? — Влад попытался скрыть дрожь в голосе.
— Не, а чё такое? Боже, ты весь белый, как будто смерть увидел!
— Сава, я… я не могу успокоиться.
— А чего ты так разволновался?
— Я… — Влад дёргал галстук, чувствуя, что воздуха не хватает. — Сава, я пришёл сюда не только, чтобы помочь тебе. Рита… я хотел признаться ей сегодня.
Сава аж просиял.
— Да ну! Серьёзно? Это же круто! Ну так в чём проблема? Руки в ноги и вперёд. Она ж где-то здесь? — он быстро окинул взглядом зал, на секунду замер, видимо обнаружив Риту, а затем довольно усмехнулся.
— Сава… я.
Сава мигом перевёл взгляд на него, шлёпнул по спине, а затем начал толкать в зал.
— Да не ссы, всё будет зашибись. Иди, нет… Лети, орёл. А я сразу после тебя. Скоро начнётся медляк, смотри не прозевай.
Влад напряг ноги, но у Савы хватало дури, чтобы сдвинуть с места даже то, что никогда не двигалось. И как сдвинуть? Прямиком туда, где виднелись горящие рыжим пламенем волосы.
«Сава, ну ты и скотина…»
«Только решительность поможет узнать правду», — вдруг прозвучал в мыслях голос старика. — «Не рассказать о своих чувствах, значит, не узнать о чужих. И никто не позаботится о твоей жизни лучше, чем ты сам».
Влад раздражённо вздохнул. У него и правда нет выбора. Пора кончать с этим.
Она не смотрела в его сторону и пока ещё не заметила, что он совсем рядом. Влад вдохнул поглубже и шагнул к ней. Если успеть раскрыть рот до того как янтарные глаза обернутся к нему, есть шанс, что он не проглотит язык.
— Рита.
— Укху, — она кашлянула прежде чем взглянуть на него с улыбкой, раскрыла рот, видимо собираясь сказать что-то, но тут же передумала. На короткий миг Владу показалось, что её лицо сильно побледнело, но он не мог быть в этом уверен — пятнистое освещение зала безбожно искажало краски.
«И всё равно как-то странно».
— Всё хорошо? — спросил он с напряжением. — Ты чем-то взволнована?
— Вовсе нет! — встрепенулась Рита. — Может, мне немного некомфортно, всё-таки тут так шумно, и темно, и люди… Но я не волнуюсь.
Стоило ей заикнуться о шуме, как гремящая музыка вдруг отключилась, а вместо неё заиграло вступление чего-то спокойного и лирического.
А вот и медляк...
Рита как могла пыталась удержать маску спокойствия и добродушия, но пальцы своей мелкой дрожью выдавали её с головой. Она мысленно умоляла, чтобы Влад прямо сейчас нашёл что-нибудь поинтереснее её компании. Ей бы не пришлось находиться здесь в одиночестве, ведь наступило самое подходящее время, чтобы найти Стаса. Медленный танец. Разве может быть более идеальный повод прикоснуться к тому, кто нравится, и потанцевать только вдвоём?
Взгляд напряжённо выискивал высокую фигуру в толпе, и, уже через считанные мгновенья, Рита увидела его. Стас находился ближе к центру, но был не один. Совсем рядом с ним стояла светловолосая девушка в бордовом платье. Лиля. Оленберг танцевала с ним. Или же это сам Стас танцевал с Оленберг. Но это уже было не важно.
В груди неприятно кольнуло, а в горле встал ком. Рита кусала губы, чтобы отвлечься от непрошенных слёз, что уже подступали к глазам. Нельзя плакать, иначе тушь потечёт.
— Рита?
О нет, Влад же всё ещё стоит здесь…
— А? — ответила она, спешно проглатывая разочарование.
А в ответ тишина. Рита не сдержалась и всё-таки оглянулась на него. Влад странно дышал, то и дело облизывая губы и перебирая пальцами, а его взгляд беспокойно метался от её лица к залу, в пол и снова не неё, пока не замер на её глазах. Рита собрала всю решимость, чтобы не отвернуться.
— Может, мы… это… тоже потанцуем?
«Ну вот и всё».
Рита застыла, чувствуя, как ловушка захлопывается. Это должно было произойти, она чувствовала, что должно было. Не зря же он пришёл сюда. Неужели и правда ради неё?
Она вдруг ощутила, как кровь приливает к щекам. Что же делать?
— Эм… Что?! — Она затараторила, пытаясь скрыть панику: — Я… извини, я не расслышала, тут так громко. Давай поговорим позже, ладно?
Да, она не смогла придумать ничего лучше и просто сбежала, пока Влад не успел опомниться и попытаться остановить её. К счастью, он не бросился за ней даже чуть позже, когда Рита уже скрылась среди танцующих пар. Чёрт.
«Влад, что же ты делаешь?»
Почему именно он оказался первым парнем, которого ей приходилось отвергнуть? Будь на его месте кто-то другой, и это бы не стало такой проблемой. Рита знала, что смогла бы вежливо и прямо сказать правду, признаться в том, что симпатия безответна. Это лучше, чем давать надежду, и уж тем более лучше, чем трусливо убежать так, как она сделала только что. Но Влад другой, особенный парень. Лучший друг, человек, рядом с которым она выросла, нельзя так просто взять и сказать ему: «Извини, я не люблю тебя так же, как ты меня. Мы всё ещё близки, и ты дорог мне, но только как друг». Услышать такое даже больнее, чем услышать, что к тебе не чувствуют вообще ничего. Ни чужой, но и не самый близкий, где-то посередине, как и многие другие. Это не то, на что рассчитывает влюблённый человек. Она-то знала…
Музыка всё ещё играла, и Стас с Оленберг всё ещё мелькали среди танцующих пар, а Рита не могла не наблюдать за ними. Да, только наблюдать. Опять.
«Это я хотела потанцевать с ним сегодня, но он даже не заметил меня».
Когда медленная музыка, наконец, закончилась, Рита отвернулась к стене и отошла в сторону, всё чаще поглядывая на двери зала. Неужели всё оказалось ошибкой? Она не потанцевала со Стасом, чуть не наткнулась на разговор, которого избегала, так может и вовсе не стоило сюда приходить? Может быть, ей не место на вечеринках?
— Рита?
Ожидая, что Влад всё же снова пришёл по её душу, она нервно сглотнула и обернулась. Но то был не он.
— Привет. Давно ты здесь?
Как она могла ошибиться? Конечно же это был Воронцов! Стас стоял рядом и улыбаясь смотрел на неё.
— Привет, да, — Рита всё ещё ощущала растерянность, но смогла найти для него ответную улыбку.
— А я тебя сразу не узнал, — признался он. — Выглядишь совсем по-другому, но тебе очень идёт.
Улыбка Риты стала шире, а щёки загорелись, но она постаралась, чтобы речь звучала без той неловкости, какая всегда бывала раньше.
— Спасибо.
— Ты одна?
— Нет, мои друзья тоже пришли.
— Вот как! Тогда почему стоишь в стороне? Расслабься, веселись, попробуй пообщаться с другими ребятами. Для этого вечеринки и созданы.
— Я знаю, — сказала она и посмотрела прямо на него, — просто я искала тебя, Стас. Хотела поговорить с тобой и провести время вместе. Что думаешь?
Казалось, Воронцов на секунду растерялся, но тут же снова улыбнулся, только собрался что-то сказать, как вдруг опять заиграла спокойная музыка.
— Ничего себе, второй медляк? — сказал один из парней, что стояли поблизости.
— Кто-то захотел продолжения, — хохотнул другой.
Рита отвлеклась на разговоры незнакомцев и потому не сразу заметила устремившуюся к ней ладонь.
— Рита, ты не против? — Стас протянул ей руку, не оставляя сомнений в том, что это приглашение.
Он позвал её на танец! В душе Рита визжала от радости, но ничем этого не выдала и лишь с улыбкой ответила:
— Я только «за».
— Отлично, — Стас улыбнулся ей в ответ и уверенно взял за руку. Теперь маленькая ладонь Риты оказалась в его большой руке. — Пошли.
И он вывел её ближе к центру, проходя сквозь расступающуюся толпу. Рита даже опомниться не успела, как оказалась в ярком свете одного из прожекторов, и Стас опустил руку на её талию, а его пальцы крепко переплелись с её. Музыка уже играла, пары двигались в танце, и Рита вдруг осознала, что теперь она тоже в их числе. Они танцуют, она танцует со Стасом!
И в отличие от других, Воронцов двигался как в настоящем вальсе. Не просто переставлял ноги, кружась на одном месте, а действительно танцевал. Вперёд, вправо, назад, влево.
— Ого, я… Я не знала, что ты умеешь танцевать вальс, — сказала Рита не скрывая удивления.
— На самом деле я научился этому недавно, понадобилось для съёмок, — объяснил Стас со скромной улыбкой. — Если ты не умеешь — ничего страшного. Я помогу, просто следуй за мной и увидишь, что это не сложно.
— Хорошо, — Рита оторвала глаза от своих туфель, чтобы посмотреть прямо на Стаса и улыбнуться, как вдруг заметила за его плечом знакомые лица в толпе.
Она не могла отчётливо видеть их, но их черты были выжжены в её памяти как клеймо. Те три девочки. Рита не знала их имён, зато знала силу их ударов. Какими жёсткими они были в тот день и какими тихими скромницами казались сейчас, когда стояли у стены не мешая другим танцевать и с завистью поглядывая по сторонам. А что случилось? Неужели не нашлось ни одного желающего пригласить их на танец? Какая жалость.
— Рита. Что-то не так?
Она отвлеклась от старых знакомых, перевела взгляд на Стаса и позаботилась о том, чтобы на губах появилась самая счастливая улыбка.
— Нет.
«Теперь всё в порядке».
***
— Лиля, это было так круто! Воронцов пригласил тебя на танец!
— Так завидно…
Одноклассницы столпились вокруг неё, но Лиля не обращала на них внимания. Всё, о чём она заботилась сейчас — как бы напиться воды. Давно не приходилось так волноваться. Если она не улыбалась всем направо и налево, а её лицо не краснело и ладони не потели, это ещё не значило, что она ничего не чувствовала, когда Стас пригласил её.
Конечно, Лиля знала, что так и будет. А разве могло быть иначе? Разумеется нет. Он должен был подойти к ней рано или поздно, но боже, как же у неё тогда затряслись руки.
«Надеюсь, он не заметил».
Лиля в очередной раз натянуто улыбнулась собравшимся девушкам и, поднеся стакан с водой к губам, бегло окинула взглядом зал. И тут она увидела то, что хотелось видеть меньше всего.
«Какого чёрта?»
Она слышала, как включился второй вальс, но даже не предполагала, что Стас собирается танцевать ещё раз. Да, танцевать ещё один медленный танец, но не с ней, а с другой девушкой. И кто стал этой другой девушкой? Тростникова!
Лиля не знала, на кого ей следует злиться больше, на саму Риту или же на Воронцова. Кто был инициатором? Впрочем, ей не очень хотелось знать. Она сжала губы, с напряжением выдыхая воздух, пальцы обхватили стакан так крепко, что чуть не расплющили стеклянные стенки.
— Эгхм, привет!
Она была сосредоточена на собственном разочаровании и на увиденном и не сразу поняла, что обращались к ней. Только когда «привет» повторилось во второй раз, Лиля обернулась. И не смогла скрыть удивления, когда обнаружила за спиной паренька с красными волосами. Немного пухлый, а ростом на полголовы ниже её, но не урод, с приятной белой улыбкой и ямочками на щеках. Где-то она его уже видела.
Кажется, только то, что она обернулась и взглянула на него, уже его осчастливило, а может, он просто всегда улыбается как дурак.
— Я давно хотел познакомиться с тобой, Лиля, — выдал он чуть ли не самое стандартное, что ей приходилось слышать, — а тут медляк как раз попался, может потанцуем.
Парень проговорил предложение на одном духу, видимо, опасаясь запнуться. Забавно, может даже немного мило, но всё это уже было бессчётное количество раз. Абсолютно ничего примечательного.
Продолжать разговор не особо хотелось, и Лиля уже собиралась отказать ему, но перед этим всё же хорошенько подумала. С другой стороны, разве это не прекрасная возможность…
— Знаешь, а это хорошо идея, — она улыбнулась ему и вполне искренне, опустила стакан на стол. — Давай танцевать!
Красноволосый парень с шумом выдохнул.
— Серьёзно? Класс! Кстати, я Савелий, но все зовут меня Сава, и ты тоже можешь.
— Ага, конечно… — ответила Лиля, не особо вслушиваясь в то, что он говорил, спеша, наконец, присоединиться к другим танцующим.
«Смотри внимательно, Стас. Ты тоже не единственный парень в этом зале. Как и ты, я могу танцевать с кем угодно».
***
Вот это и случилось. Он смог пригласить её, предложил потанцевать вместе, хоть это и оказалось вовсе не так просто, как хотелось бы. И что же получил в ответ? «Извини, я не расслышала…»
Но он то знал, что Рита прекрасно слышала каждое его слово.
А потом она убежала.
«Что происходит? Что я сделал не так?»
Влад отошёл к стене чтобы чуть успокоиться, но всё равно не находил себе места. Не просто же так она его шугается. Именно шугается. Это уже не избегание, на которое можно было закрыть глаза, что он и делал в течении всех этих дней, только для того, чтобы в итоге пришлось уткнуться в это носом.
И что теперь делать? Бежать за ней? Это уже было. Очевидно же, что она не хочет с ним говорить, а Риту можно догнать только если она сама это позволит. И она не зверёк, чтобы выслеживать и ловить её из-за угла, чёрт возьми.
А решимость тем временем убавлялась. Влад уже истратил почти всё.
Так и не придя ни к какому решению, он остался у стены, дожидаясь, когда этот дурацкий медляк закончится, но стоило первому треку, наконец, оборваться, как сразу же за ним заиграл следующий, второй медляк. Да они что издеваются? Лучше бы музыка снова грохотала по ушам.
Влад с раздражением провёл рукой по уложенным волосам и в который раз оглянулся на ёлку, что стояла совсем рядом, а затем осмотрел зал. Может, это неправильно, но не зря же он пришёл сюда. Больше никаких недомолвок. Рита должна ответить ему. Что угодно, но твёрдо и однозначно. На самом деле мысль об её отказе крутилась в голове настолько часто, что уже стала вполне привычной, и, быть может, реальный отказ даже не расстроит так сильно, как мог бы ещё пару месяцев назад.
Мрачные размышления захватили сознание почти целиком и тем не менее, Влад не смог пропустить красную шевелюру Савы в толпе, снова устремил на неё взгляд и в этот момент вдруг заметил его партнёршу. Кто угодно, это мог бы быть кто угодно, но ею оказалась Лилия Оленберг.
Влад так и замер с приоткрытым ртом, не понимая, удивляться ему или злиться.
«Что? Сава? Он танцует с Лилей? Она и есть та самая девушка? Он… он же знает, что она сделала с Ритой… как он…»
Влад бы предпочёл поверить, что Сава просто забыл об этом, но он слишком хорошо помнил их разговоры и то, как несколько раз упоминал роль Оленберг в испорченной жизни Риты. Лиля была не просто участницей или молчаливой наблюдательницей, а прямой зачинщицей всего. Это по её милости у Риты начались неприятности, из-за неё она была так несчастна. Сава знал об этом и уж точно никак не мог этого забыть. И всё равно…
Так он и пришёл исключительно для того, чтобы… познакомиться с одной девушкой. И вот, кто ею оказался. Вовсе не Огарёва.
Влад почти не сводил с Оленберг напряжённого взгляда и только потому заметил, что та тоже постоянно смотрит на кого-то в противоположной стороне зала. Тогда он с любопытством обернулся туда. Конечно… Воронцов. И Рита с ним.
Не произошло ничего необычного. Он всего лишь в который раз увидел их вместе и всё равно не смог не почувствовать, как сжалась грудная клетка. Нет, на этот раз всё было иначе. Было намного больнее.
А затем стало пусто.
Совсем. В мире не осталось ни единого звука, и даже сверкающие гирлянды и слепящие прожекторы потускнели, а чёткие контуры расплылись пятнами — это непрошенные слёзы подступили к глазам.
Бред! Какой же бред! Каким же надо быть дураком, чтобы закрыть глаза на очевидное и положиться на надежду! Попытаться признаться в чувствах ей и ждать положительного ответа с самого начала было вещью не более реалистичной, чем увидеть русалку: прийти на берег с надежной, что хвостатая тварь появиться только потому, что тебе этого хочется. Когда такое было, чтобы реальности считалась с человеческими желаниями?!
Воздух в зале становился всё более тяжёлым и вязким, Влад понял, что начинает задыхаться. Казалось, останься он здесь ещё хотя бы на минуты и тогда точно упадёт в обморок или сойдёт с ума. Свежий воздух. Нужен свежий прохладный воздух.
Он уже пробирался к дверям спортивного зала, когда кто-то вдруг схватил его за руку. Влад не сразу распознал, кто это мог быть, глаза с заторможенностью сфокусировались на знакомом лице.
— Ты совсем не слышишь меня? — возмутилась Ирина.
— Слышу, — с трудом соображая ответил он и вырвал руку. — Тут слишком душно, я пойду…
Ирина не стала удерживать его, только отчего-то посмотрела так странно, словно на голодного бездомного щенка.
— Я видела, как вы с Ритой говорили. Как ты? Она рассказала тебе?
Влад уставился на неё, не совсем понимая, имеет ли она ввиду именно то, о чём он думает или же нет.
— О чём?
Лицо Ирины обратилось в белый камень.
— Значит, нет…
Воздуха становилось всё меньше, Влад дышал всё тяжелее, и её слова делали ему только хуже.
— Я не пойму, что происходит, Ирина? Почему Рита бегает от меня?
Огарёва обняла себя руками и резко опустила голову в пол.
— Думаю, это из-за того, что я ей рассказала, — наконец, выдавила она, так и не взглянув на него. — Прости, Влад я… я не выдержала. Рита теперь знает… о твоих чувствах. Это я рассказала ей.
Он едва не отшатнулся к стене, с трудом удержался на ногах. Что-что она только что сказала? До него доходило медленно, но когда мозг окончательно усвоил смысл, Влад не смог подобрать слов.
— Ты… что?! — задохнулся он, чувствуя, как напряжение в голове растёт словно в раздутом воздушном шаре. — Зачем ты влезла? Тебя кто-то просил?!
— Я думала, ты никогда не расскажешь ей и хотела помочь! — беспомощно воскликнула Ирина и снова схватила его за руку, быстро поглаживая ладонь и пальцы. — Она сказала, что будет добиваться Стаса до последнего, мне нужно было попытаться отговорить её хоть как-то, понимаешь? Я хотела, как лучше! Что я ещё должна была сделать?
— Помочь? Это по-твоему помощь?
Все медляки закончились, и музыка снова гремела по ушам. Проклятая вечеринка, проклятая толпа! Чёртов Воронцов вместе с Оленберг, и Сава, и Ирина, и Рита. Что б их!
Влад вырвал руку из цепких пальцев:
— Да… да пошли вы все!
— Влад, прости…
— Отъебись от меня!
Его крик приковал к ним взгляды всех ближайших незнакомцев, но Владу уже было плевать. Он бросился прочь из длинного зала, едва не сшибая всех, кто попадался на пути, и преодолев коридоры, вырвался на порог гимназии.
***
Когда второй вальс закончился, танцы продолжились в прежней форме — люди снова столпились на танцплощадке. Воронцов же отвёл свою партнёршу в сторону, к столикам у дальней стены. Они о чём-то болтали, улыбаясь друг другу, а затем Лиля увидела, как Стас направился к другому столику и подошёл к компании каких-то ребят.
«Не понимаю. Всё же было просто замечательно. Мы так хорошо поговорили с ним во время танца, успели обсудить и его работу, и мои будни на занятиях по гимнастике. Он был доволен, нет, счастлив. Я видела. Так какого чёрта он делает то, что делает?»
А парень, с которым она танцевала всё ещё стоял рядом и болтал, болтал и болтал:
— … о чём я и говорил изначально. В общем я кайфую от того, как же это всё устроено, копаться в коде сложно, но увлекательно.
Лиля почти не слушала его. Чьи бы то ни было слова сейчас значили для неё не больше комариного писка, но как же это раздражало.
— Ах, слушай… — она резко обернулась, и парень замер под её взглядом. — Что ты хочешь?
Он на секунду растерялся:
— Что я хочу? Вообще мне хотелось попросить у тебя «вк» или «инстаграм» или можно номер…
Лиля вздохнула с облегчением. На этот банальный запрос у неё уже был заготовленный ответ.
— Хорошо, «Лилия Морозова» — мой ник в ВК.
— Лилия Морозова? — переспросил он с неким сомнением, но тут же улыбнулся. — Хорошо. Я запомню.
— Всё, ты доволен? А теперь не мог бы ты уйти, ладно? Я хочу побыть одна.
— Ладно, — с лёгкостью ответил парень и, с явным трудом сдерживая широкую улыбку, пожелал приятного вечера после чего удалился.
Отлично. Хотя бы навязываться не стал, как это любили делать некоторые. Наконец, Лиля осталась одна и смогла чуть расслабиться, но только для того, чтобы потом снова сосредоточиться на Стасе.
Ох, Воронцов, что же ты делаешь? Что за идиотские выходки: сначала говорить, что не испытываешь к девушке ничего, кроме жалости и дружелюбия, а затем снова выделять её среди остальных? Приглашать на танцы и беззаботно болтать с этой «подружкой», чтобы… чтобы потом что? Снова лгать, что она совсем тебе не интересна?
Лиля пыталась сохранить остатки хладнокровия, но оно всё равно утекало как вода сквозь сито.
«Да он что, за идиотку меня держит?»
Воронцов уже успел потрепать ей нервы за этот вечер и постарался настолько, что Лиля больше не выдержала. Отбросила всё смущение вместе с благоразумием и шагнула к группе ребят, среди которых стоял Стас.
Ей казалось, она была готова сорваться на гневный крик, но отчего-то, стоило только приблизиться к Воронцову, и весь жар улетучился, к столикам Лиля подошла уже совершенно с другим чувством. И когда она заговорила, в голосе прорывалось лишь разочарование и сожаление.
— Воронцов…
Он сразу же обратил на неё внимание. Улыбнулся товарищам и отстранился от них, последовал за ней, когда Лиля дала понять, что хочет отойти подальше.
— Что такое? — спросил Стас без единой нотки удивления.
Лиля нервно сглотнула. А с чего начать этот разговор да так, чтобы не ошибиться? Она уже говорила с ним однажды на заднем дворе — если оступиться при Стасе, он это заметит. Нужно было лучше подготовиться, придумать обходной путь, но Лиля будто бы за один вечер лишилась всей своей хитрости. А может ей больше не хотелось хитрить с ним? Вообще.
— Почему ты танцевал с ней?
Стас удивлённо изогнул бровь. Он медлил с ответом.
— С Ритой? Она стояла одна, и я поступил так, как должен был — пригласил одинокую девушку на танец. Только вот не понимаю, почему мне нужно перед тобой отчитываться? Или тебя задело, что я танцевал с кем-то ещё кроме тебя?
На секунду Лиля лишилась дара речи. Задело? Чёрт возьми, неужели он не понял её выходку с вторым танцем? Или же он всё понял, но ему совершенно наплевать, что она выбрала ещё кого-то кроме него?
— Не неси чепухи, — сухо ответила она. — Мне всё равно.
— Тогда зачем ты подходишь ко мне, и задаёшь такие вопросы, Лиля? — выдохнул Стас, шагнув к ней почти вплотную так быстро, что она не успела отшатнуться. — Что ты хочешь услышать, что тебе от меня нужно? Если есть, что сказать, говори, потому что я не понимаю твоих претензий.
Лиля словно застыла на месте, не смогла отвести от него взгляд. Она перестала что-либо понимать. Разве он не флиртовал с ней сегодня во время танца и при каждой их редкой случайной встрече и тогда, в самый первый раз, когда отдал свою куртку, не позволив замёрзнуть на холодном ветру? Разве раньше не он смотрел на неё с теплотой и озорными искрами в глазах? Разве, когда она не оттолкнула его, позволила ему больше, чем кому-либо другому, он совершенно не догадался почему?
«Потому что… ты нужен мне».
До сегодняшнего вечера она думала, что он уже знает. Тогда почему Стас говорит, что не понимает? Как он может не понимать?
Лиля не успела подобрать ни слова — Стас не дал и шанса ответить, когда резко отстранился, развернулся и ушёл прочь, оставляя её одну.
***
На тёмной улице заметно похолодало. Снег блестел в полосках пробивающегося через стеклянные двери света, а мелкие редкие хлопья сыпались из черноты неба и мягко ложились на белый покров. Здесь было спокойно и тихо, только трое подвыпивших старшеклассников, что кучковались у самого края порога, нарушали тишину своими бредовыми разговорами и тихим хихиканьем. Двое парней и одна девушка курили и, наверное, пропитались алкоголем достаточно, чтобы не особо тревожиться о морозе. Влад их устойчивости не разделял.
Он топтался у порога, совсем не зная, что делать дальше, и никак не мог успокоиться. Голова всё ещё горела, а в висках стучал гнев.
Соблазн бросить всё и убежать домой был велик, а разговаривать с Савой после всего увиденного совершенно не хотелось, и всё же Влад не смог уйти. Нет уж, не раньше, чем получит объяснения! Хотя бы от кого-нибудь, хотя бы от Савы он сегодня добьётся правды и откровенности.
— О, Влад. Вот и ты! А я тебя по всему залу искал.
К тому моменту, как Сава пришёл к порогу, щёки Влада онемели и, когда он оскалился, будто покрылись трещинами. Он обернулся и бросился к Саве, схватил за воротник наброшенной на плечи куртки. Только лишь потому, что Сава не ожидал такого, Владу удалось прижать его к стене. Позади раздались вздохи и тихий вскрик — компания ребят всполошилась.
Влад тяжело дышал. Сава не пытался вырваться, лишь смотрел на него с раскрытым ртом и выпученными от изумления глазами.
— Эй, братишка, ты чего?
— Какого хрена? — Влад встряхнул его, дёрнув за воротник. Он слишком долго стоял на холоде — голос совсем охрип.
— Что?
— Та девушка, что тебе нравится — Лиля? Ты подкатываешь к Лиле?
— Послушай…
— После всех проблем, что она принесла Рите? — выплюнул Влад, едва сдерживая призрение. — Даже после этого?
Лицо Савы вмиг стало твёрдым. Он вырвался из хватки и отшатнулся.
— И что с того? — начал он и, когда Влад, не сдержавшись, чуть было не бросился на него снова, вытянул руки вперёд и затараторил. — Слушай, то, что они с Ритой воюют, это не моё дело, ясно? Это ничего не значит. Или ты думаешь, что из-за бед девушки, которой я даже не знаю, мне нельзя общаться с тем, с кем хочу? Расслабься.
Влад больше не собирался трогать его, внезапно ощутив такое отвращение, будто перед ним стоял не друг, а какой-нибудь пропахший мочой наркоман.
— Я даже предположить не мог, что ты… Всё что я тебе рассказывал, всё что она сделала, это не имеет значения?
Сава выпрямился, а его глаза сверкнули упрямством.
— Один плохой поступок не делает из человека злодея, как и одно доброе дело не превращает в святого. Что бы между ними ни произошло, это не делает Лилю плохим человеком.
— По твоему она не виновата?
— Я сказал, что она не виновата? Виновата. Она поступила не правильно. И всё равно она не плохой человек. Люди всегда ошибаются, но не всегда со зла.
— Ты слишком сильно веришь в людей!
Влад понял, что перешёл черту, когда чуть не оглох от своего крика, а Сава содрогнулся и зажмурился, а затем посмотрел на него с таким напряжением, с каким смотрят на огрызающегося уличного пса. Он и руку на плечо опустил с тем же чувством, совсем нерешительно.
— Ты не в себе, — медленно произнёс Сава. — Тебе надо успокоиться. Поговорим завтра, ладно.
Хоть слова и дошли до него чётко, а злоба немного сбилась, Влад отшвырнул его руку почти сразу.
— Проваливай нахрен…
Сава больше ничего не сказал, прошёл мимо и сбежал по ступеням, а затем исчез в тихой тьме улицы за воротами.
Влад снова остался один, прислонился к стене, закрыв лицо руками. Злость лишила его сил, и руки и губы всё ещё дрожали то ли от приступа ярости, то ли от холода.
— Эй, чел, — низкий голос резко ворвался в сознание и заставил оторвать ладони от закрытых глаз.
Он и не заметил, как те трое успели взгромоздиться на ступени и подойти к нему. Один стоял совсем рядом, девушка чуть позади него куталась в пуховик и одно шмыгала носом, пока второй парень с густыми, непокрытыми шапкой, волосами обнимал её за плечи и одновременно придерживал самого себя на ногах.
— Ну ты и жёсткий, — заплетаясь сказал он и прыснул со смеху, а спутница поддержала его сбивчивым смехом.
Влад презрительно зыркнул на них. Только этого ему сегодня и не хватало.
— Отцепитесь, — прошипел он, ясно давая понять, что в таких собеседниках не нуждается, как вдруг парень, что стоял ближе всех, сунул руку в карман и достал пачку, а затем протянул ему сигарету.
— На вот, затянись и полегчает, — сказал он с улыбкой. — Последняя, как от сердца отрываю. Чё там у тебя случилось, не знаю, но ты расслабься.
Это была плохая идея. Чтобы понять это, не нужно было много думать, но Влад не думал совсем. Выхватил сигарету и зажал между губ, а новый приятель любезно щёлкнул зажигалкой и поднёс к кончику трубочки обжигающе приятный язычёк пламени.
Сигарета задымилась, и Влад сделал вдох. Один единственный короткий глоток дыма и этого оказалось достаточно. Он подавился и закашлялся так сильно, будто горло разрывали когтями, ещё не представляя, что это только начало.
— Ты в первый раз что ли? — кто-то засмеялся над ним, но Влад не смог понять, кто именно. Он едва слышал.
Кашель не оставлял его в покое, беспощадно, до боли драл горло. Казалось, ещё немного, и Влад выплюнет свои лёгкие, а потом он вдруг понял, что не может вдохнуть. Он задыхался. Задыхался и всё продолжал кашлять.
Похоже, больным бронхам табак совсем не понравился.
Случись приступ в любой другой момент, и Влад бы испугался, живо метнулся к ингалятору, удивительно, но сейчас было совсем не страшно. Ноги перестали держать его, и он съехал по стене.
Перед помутневшим взором задрожало испуганное лицо.
— Эй ты чё? Всё нормально? — лепетали словно откуда-то издалека, из другого мира, пока его пальцы шарили по карманам в поисках ингалятора.
Влад использовал его сразу же, как нашёл. Кашель мешал держать лекарство как надо, и всё равно оно помогло успокоить дыхательные пути. Казалось, прошла целая вечность, когда приступ, наконец, отступил. Всё ещё ощущая боль в горле, не в силах сказать ни слова перепугавшимся старшеклассникам, Влад поднялся, опираясь рукой о стену, спустился по ступеням и, ощущая себя самым жалким человеком во всём этом чёртовом огромном городе, нетвердо зашагал к воротам.
***
Пока остальные девушки из актёрского кружка, уже успевшие натанцеваться, собирались у стола, чтобы перекусить и обсудить интригующие вопросы, Ирина с трудом сдерживала подступающие к глазам слёзы, чувствуя, как всё внутри будто выворачивается наизнанку. Прихлёбывая уже который по счёту стакан сока за вечер, стараясь слушать обсуждения и хотя бы кивать, она даже не осознавала всю глубину испытываемого к себе отвращения.
— Представляете? Это было просто потрясающе, — Алла завершила свой рассказ и расхохоталась.
— Да, это уж точно, — Даша ответила ей улыбкой, и Ирина бы не обратила ни на неё, ни на её интонацию никакого внимания, если б глава драмкружка вдруг не покачнулась и чуть не завалилась на бок. От падения её уберегло только крепкое плечо Аллы.
— Осторожнее, — расхохоталась та, толкая Дашу и помогая вернуть равновесие. Алла сегодня смеялась слишком много.
Ирина поймала себя на одной мысли, но тут же отмахнулась от неё. Никто не мог пронести сюда алкоголь, во-первых это против правил, и за этим следят учителя-наблюдатели, во-вторых все напитки собраны администрацией гимназии. Хотя перелить какое-нибудь вино в пластиковую бутылку из-под газировки и пронести это добро с собой, наверное, не такая уж большая проблема. Ограничения существуют для безынициативного большинства, но никогда особо не мешают настоящим энтузиастам.
— Таня, тебе долить? — Олеся со своим сбивчивым предложением ворвалась в сознание так резко, что Ирина вздрогнула, обернулась и увидела наполненный стакан в её подрагивающей руке. — Ой, Ира. Я обозналась.
— Дурочка, — Алла опять засмеялась, — Таня дома осталась.
— Ой, точно, — глаза Олеси так распахнулись, будто она только сейчас впервые в жизни узнала, что Земля вращается вокруг Солнца, а не наоборот, а остальные девчонки тут же расхохотались, глядя на её изумлённое лицо.
Не смеялась только Ирина.
— Девочки, это же не сок, да?
Все девчонки встрепенулись как по команде, а Алла живо обернулась к ней.
— Конечно сок! Не волнуйся.
Ирина поджала губы.
— Вы понимаете, что если учителя узнают, вас накажут?
В один момент все разговоры оборвались, а Даша и Олеся посмотрели на неё в то время как Алла и Катя опустили взгляд в свои стаканы.
Олеся оживилась первой. Её глаза недобро сверкнули, а затем она вдруг сказала:
— И как они узнают? Снова донесёшь, как донесла на Таню?
— Олеся потише, — ещё не успевшая опьянеть Алла попыталась унять подругу, но та оборвала её, со звоном стукнув стаканом о стол.
— Что тише? Я думала, она вас тоже уже заебала со своей правильностью! Что? Никто ничего не скажет? Тогда я скажу. Ирина, ты бесишь меня, постоянно ведёшь себя как мамочка, всем указываешь, что делать. Думаешь, что ты обо всё знаешь лучше всех, но на самом деле ты просто бездарная скучная и уродливая жируха, понятно?
Олеся запиналась, когда пыталась излить всё негодование своим заплетающимся языком, а алкоголь сделал её речь ещё грубее, чем если бы она сказала это в здравом уме. И как бы предсказуемы к этому времени ни были её слова, такая откровенность резанула больнее любого лезвия.
Ирина почувствовала горечь во рту, и без того едва сдерживаемые слёзы уже подобрались к уголкам глаз. Она пыталась держаться, отвернулась, делая вид, что ничего не расслышала, но её состояние уже заметили и, когда Алла тронула её локоть, стало совсем паршиво.
— Ирина, не обращай на неё внимания, хорошо? Она просто пьяная.
«Что у трезвого в голове, то у пьяного на языке!»
Ирина облизнула пересохшие губы:
— Ага, я так и поняла.
Она не представляла, чем бы это могло продолжиться, если б в разговор не вклинилась Даша:
— Девочки, давайте не будем портить веселье. Я сейчас такое расскажу…
Ещё никогда прежде глава кружка не помогала Ирине так, как сегодня, когда своими бреднями приковала внимание всех и дала шанс улизнуть незаметно, насколько это было возможно. Ирина в очередной раз пожалела, что решила прийти сюда, и ещё больше пожалела о том, что сделала за несколько дней до этого. Это будет не последним сожалением в её жизни, но может стать последним за этот вечер.
Она нашла Риту в противоположном конце зала в компании Стаса, убедилась, что подруга забыла о её существовании, и отправила ей смс, а затем чуть ли не выбежала из зала, покинула стены гимназии. Оказавшись на морозном воздухе, Ирина наконец позволила себе заплакать.
***
Когда медленная музыка стихла и вместо неё снова зазвучали ритмичные треки, они отошли в сторонку, ближе к столикам, а затем Стас сообщил, что ему нужно ненадолго отойти поздороваться со знакомыми. Наливая себе стакан сока, Рита видела, как он и правда подходит к компании ребят, что стояли неподалёку, и говорит с ними, но она не особо задумывалась о том, что сейчас происходило вокруг. Её собственные чувства увлекали куда больше, Риту опьянял успех.
Наконец-то получилось! Она победила. И победила не только Оленберг или других соперниц — она справилась с собой, одолела свою слабость, поговорила со Стасом без дурацкой зажатости и потанцевала с ним на глазах у целой толпы. Теперь-то никто не подумает выставить её жалким посмешищем, у них просто язык не повернётся сказать такое о смелом человеке. А Рита наконец смогла позволить себе быть смелой и гордилась этим.
Да, она гордилась собой и чуть не взвизгнула от радости, стоило Стасу чуть отойти от стола, но было ещё что-то кроме этого. Что-то будто бы тяготило её. Это чувство появлялось каждый раз, когда мысли мимолётно возвращались к Владу, и каждый раз, когда она задумывалась о том, как бы поступила, что бы сделала или сказала, если бы не пообещала себе быть бесстрашной и самоуверенной. Конечно, то, чего удалось достигнуть сегодня просто прекрасно, и она бы не добилась этого, если бы в нужный момент поступила бы как обычная Рита, и всё же…
«Почему мне как-то не по себе?»
— Эй! Ты Рита Тростникова?
Незнакомый голос прозвучал так резко, что Рита растерялась, с неосознанной опаской обернулась. Какая-то девушка в длинном светло-зелёном платье уже приближалась к ней, как вдруг за её спиной появился Воронцов.
— Да, это она. А что?
Настал черёд незнакомки испуганно оглянуться. А она правда испугалась, наверное, не ожидала, что кто-то обратится к ней.
— Да так, ничего, — протараторила она и, одарив Стаса широкой улыбкой, быстренько отошла к толпе и скрылась, будто её тут и вовсе не было.
Стас проводил её взглядом и обернулся к Рите:
— Кто это был?
— Понятия не имею, — призналась она, чувствуя облегчение, будто Воронцов спас её от какой-то страшной опасности, что возможно было не так уж далеко от правды. Та девушка выглядела совсем не дружелюбной. Рита встряхнула головой, решая, что не станет больше думать о ней.
Она заметила бутылку газировки в руках Стаса только когда тот начал наливать шипящую жидкость в стакан.
— Как тебе вечер? — беззаботно спросил он со своей лучезарной улыбкой.
Рита задумалась. Всё было бы просто прекрасно, если бы Влад не встревожил её в самом начале, и если б Ирина не ушла с такой поспешностью, фактически бросив её одну посреди заполненного незнакомцами зала. Лишь благодаря компании Воронцова она могла хотя бы попытаться сделать вид, что всё и вправду чудесно.
— Веселее, чем я думала, — сказала Рита и улыбнулась, но сразу же поняла, что улыбка вышла вымученной.
Стас тоже это понял.
— Правда? Ты какая-то грустная.
Рита припала губами к стакану с яблочным соком. Нет, если ещё раз дать слабину, стена, оберегающая её от собственных сомнений и страхов, может рухнуть, а ей нужно играть избранную роль убедительно и до самого конца.
— Нет, я… — она уже приняла беззаботный вид и отмахнулась, собираясь сказать, что всё и вправду в порядке, как вдруг Стас протянул ей стакан с газировкой.
И зачем он ей, когда есть сок?
— Держи, — Стас забрал стакан сока из её руки и настойчиво протянул другой, тот который наполнил сам.
Рита рассеянно улыбнулась и обвила стакан пальцами. Странный, едва ощутимый запах пощекотал нос, и она поняла, что уже чувствовала его раньше, просто этот аромат был более сильным, когда ей приходилось сталкиваться с ним на семейных обедах.
— Это алкоголь?
Губы Стаса растянулись в озорной улыбке.
— Хей у нас же праздник, а пить на праздник сок — это слишком скучно. Согласись. Да и это же просто шампанское.
Рита снова посмотрела на стакан и невольно сморщила нос. Сам алкоголь не пугал, пугало то, что она ещё ни разу его не пробовала и не знала, как именно это может на неё подействовать. А вдруг она перестанет соображать и начнёт нести бред, совсем как папа, когда «перебирал лишнего»?
— Но…
Тем временем Стас уже наполнил ещё один стакан на этот раз для себя, и поднял его, как поднимают перед тем, как предложить тост:
— Давай. От половины стакана ничего не случится. Зато ты сможешь расслабиться.
«Да ни за что! Хотя…»
Рита смотрела на Стаса и колебалась. Неужели правда придётся выпить это? Может, стоит честно признаться ему, что она в свои пятнадцать ещё ни разу не брала в рот и капли алкоголя? Нет уж, только не сейчас. Она пообещала, что не будет сомневаться и не позволит другим сомневаться в ней. Только не этим вечером.
И Рита обхватила стакан крепче, легонько стукнула им о стакан Воронцова и одним махом вылила шампанское в рот, надеясь, что спирт не успеет обжечь язык своим вкусом. В первую секунду она чуть не закашлялась, но в конце концов, это оказалось не так уж плохо, как ожидалось. Терпко и странно, но не противно.
— Ну как тебе? — поинтересовался Стас, когда она осушила стакан до самого дна.
— Неплохо, — выдохнула Рита, чувствуя как горло ещё жжёт, но в груди разливается приятное тепло. — Расслабляет.
Стас добродушно хохотнул и погладил её по плечу. Его тёплые пальцы так приятно скользнули по её обнажённой коже… Рита почувствовала, как по спине побежали мурашки.
— Видишь? Я же говорил, всё будет в порядке.
Кто бы знал, что это только начало. Позже Рита с содроганием и стыдом вспоминала момент, когда что-то дёрнуло её выпить ещё один стакан, а затем ещё и ещё. В одном Воронцов уж точно не обманул — шампанское, а точнее алкоголь в нём и правда действовал расслабляюще. Да так, что Рита впервые за все эти долгие ужасные месяцы наконец перестала волноваться о том, что было или о том, что могло бы быть. Алкоголь туманил рассудок, скрывал всё то неприглядное уродство мира, что окружало её все эти дни, не давал задуматься ни над чем, и не давал вспомнить. И больше не нужно было напрягаться, старательно держать маску того, кем Рита никогда по-настоящему не являлась. Может, в этом и заключалась магия? Когда ты выпиваешь, становишься настоящим собой, но тебя это совершенно не волнует и не волнует, кто и чем тебе на это ответит.
И когда она вместе со Стасом и со всей безликой толпой прыгала на танцплощадке, ничто не помешало ей сказать то, что хотелось.
— Стас…
Он шатался, или весь мир шатался или шаталась сама Рита — она не особо понимала, что именно происходило, главное, что в плывущих чертах действительно угадывалось лицо Воронцова.
— А?
— Я тебя люблю! — крикнула она так, чтобы он слышал.
— Что?
— Говорю, я люблю тебя, — повторила она с широкой улыбкой.
Похоже, он прекратил танцевать. Тогда она тоже остановилась, правда, ей казалось, что ноги всё ещё двигаются.
— Да? — снова спросил он. — Это… как-то неожиданно.
— А ты?
Стас тянул с ответом. Это немного расстроило.
— Рита… Ты же меня совсем не знаешь.
Она фыркнула. Вот ещё проблемы! Конечно она его знает. Он тот самый парень, который оказался единственным во всём актовом зале, кто помог ей подняться на ноги, когда она упала, он тот самый парень, который подвёз её до дома просто так, только потому, что она показалась ему милой. Да, чёрт возьми. он был замечательным! И что, что она мало знает о нём? Знай больше, и это бы ничего не изменило — всё равно идеальных людей не бывает, так что какая разница, что у него тоже могут быть недостатки.
— Это не важно! Я знаю, что ты хороший человек… Ты мне нравишься!
Судя по тёплым ощущения, Стас опустил ладони на её плечи. Как здорово, это так мило.
— Мне нравится, когда ты гладишь меня, — проговорила она, хотя это больше походило на бормотание.
— Ладно, — выдохнул Стас. — Но, может, давай для начала узнаем друг друга получше. Я не могу сейчас ответить на твои чувства, но… нужно немного времени, понимаешь?
Она не понимала. Она уже вообще мало что понимала из того, что он ей говорил и забывала почти сразу же, стоило только словам сорваться с его губ.
— Ладно, — с улыбкой ответила она.
— Согласна?
— Да, — ответила, не понимая с чем согласилась, но главное, что Стас улыбнулся ей. Это она видела чётко.
— Отлично.
Последним, что Рита помнила за тот вечер, стала поездка в такси. Это всплывало в памяти более чётко, наверное потому, что к тому времени она уже немного протрезвела, а, может, это морозная улица привела её в чувства и заставила ярче ощущать всё, что с ней происходило.
Стас настоял на том, что проводит её до дома, вызвал машину и назвал адрес, а когда помог Рите вылезти из салона, она увидела, что стоит перед своим домом.
— Если что пиши мне, хорошо? — сказал он.
— Ага.
И в этот момент она вдруг ощутила горячее и мягкое прикосновение — Стас поцеловал её в лоб и крепко обнял.
— Рита, ты такая хорошая. Даже не представляешь насколько…
Какими же тёплыми были его слова и его объятия. В крепких руках Рита словно стала маленькой девочкой, и даже сквозь пелену опьянения ощутила себя защищённой. Должно быть, она так смутилась, что стала краснее помидора — лицо её жутко горело, а язык заплетался, когда пытался связать слова в неловкую благодарность… за всё.
А потом они попрощались. Стас вернулся в машину, и та понесла его по чёрным улицам, а Рита кое-как добралась до подъезда и нашла дверь своей квартиры.
Внутри было темно и тихо. Мама спала, папа тоже, если сегодня был дома. Рита старалась вести себя как можно тише, но не смогла не зацепить туалетный столик в прихожей и не смахнуть оттуда парочку стеклянных или пластиковых флакончиков. Впрочем, если её кто и услышал, встречать не стал, и она, стряхнув куртку, потихоньку пробралась к своей комнате, закрыла двери и рухнула на не расстеленную кровать прямо в вечернем платье.
Закрыла глаза и сразу же погрузилась в спокойный сон. Сегодня она больше ни о чём не думала.