Ты моя проблема

Ярослав.
– Прямо так и сказал, что она тебя не раздражает и терпеть ее можешь? – поступает мне неприятный вопрос.
Юлиан не сдерживается и ржет в трубку, оглушая меня своим лошадиным смехом. Кретин. Почему мы все ещё дружим, ведь у него явно с головой не все в порядке. Хотя другой реакции я по сути и не ожидал.
– Ага, – ворчливо выдаю в ответ, пиная рядом стоящую мусорку.
Мимо проходящая бабка ругается на меня, бубня что-то о том, какая сейчас пошла молодёжь и что раньше такого не было, а я докуриваю и кидаю под ноги бычок, не слушая ее нотаций.
Курение – моя вредная привычка, сопровождающая меня уже порядка трёх лет, от которой я так и не могу отказаться.
Кто-то скажет, что я спортсмен и мне не положено таким баловаться, но я покажу им средний палец, потому что срать я хотел на чужое мнение.
Есть только один человек, перед которым мне немного стыдно, и это мой тренер, он бы без проблем настучал по моей голове. Я говорю не об этом колхозном мужичке из этого Мухосранска, а о своём постоянном тренере, он сделал из меня лучшего, его я уважаю.
– И она тебя отшила? – продолжает допрос друг и я уже пожалел, что ляпнул ему о нашем с Савушкиной разговоре.
Это только наше дело, но мне так хотелось хоть с кем-то поделиться, получить дельный совет, тем более за Юлианом тянется слава бывалого Казановы, он может влюбить в себя любую, у нас даже споры были на разных девок и каждая попадается на его крючок. Везунчик по жизни.
Я не завидую, мне всегда хватало женского внимания, но мой послужной список разбитых сердец далеко не такой длинный, как у этого придурка.
– Да, отшила, – отвечаю раздраженно. – Напрямую дала понять, чтобы я шёл лесом.
– Вот это ты лох! – орет мне в ухо. – Пацаны узнают – засмеют.
Дальше идёт один сплошной мат, он явно огорчен моим промахом. Да я сам в шоке и нахожусь в полном недоумении. Я ее защитил от бабки-тирана, домой привел, накормил, обогрел, а она все о своём Сашке. Бесит.
Ведь ответила на мой поцелуй со всей страстью и чувствами, я же вижу, что она на мне залипла, но все равно говорит мне твёрдое «нет».
Какого дьявола? Что я делаю не так? Кем она себя возомнила? Я перед ней весь такой открытый, а она и слушать не хочет, словно играет мной, шаг вперед и два назад.
А последние дни и вовсе абсолютно игнорирует. Ни на звонки, ни на сообщения не отвечает, в школе ее не было около недели, сообщили, что заболела. Но когда она все же появилась, то даже не поздоровалась, глаза в пол опустила и быстро от меня убежала.
Хочется ее прибить, или поцеловать, я ещё не решил. Я тоже парень гордый, за девушками не бегаю, для меня это будет означать, что я через себя перешагнул. Но разве я заслужил такой холод с ее стороны? Разве недостаточно я показал, что она мне интересна. Хотя девчонка как девчонка. Не топ и не стрем.
Но дело же не во внешности, Яр! Дело в том, как ты на нее реагируешь, а реагируешь ты словно она самая привлекательная девушка на планете. Абсурд. Ничего не понимаю.
– Юль, не начинай, прошу, – говорю другу вспыльчиво. – Я итак на волоске от того, чтобы расфигачить все на своём пути. Клянусь, ещё немного и я за себя не отвечаю.
В последнее время я чересчур нервный и постоянно недоволен происходящим. Я не планировал влюбляться, не планировал заводить долгосрочные отношения, но Янку не хочется отдавать другому, а я же ещё не нагулялся, мне также нравятся другие девушки, чисто внешне и Савушкина мелкая еще, ее трогать не положено, да и она не дастся.
Сейчас, как дурак, гуляю по стоянке, специально из машины вышел, чтобы водила не слышал разговор, еще мне нужно охладиться, потому что Савушкина это для меня, как оказалось, больная тема.
– Именно поэтому у тебя с бабами вечные проблемы, потому что ты общаться не умеешь, словно не знаешь, что надо было лапши на уши навешать, она бы и растеклась.
Не факт. Она не такая, как другие девушки. Ей плевать на деньги, на внешность, она даже не смотрит на поступки, у неё же есть любимый одноклассник, который ей походу уже хорошенько лапши на уши навешал.
Переехать его что ли, чтобы Янка о нем забыла. Чем я хуже этого сопляка. Ничем. Только она этого не видит, а я чувствую себя ненужным той, что нужна мне!
Все очень сложно. Мне самому нельзя, а хочется, но при мысли, что она с ним… прибить хочется. Обоих.
Ненавижу этот город, эту школу и девушку, что свела меня с ума.
– Я сказал ей правду, я дал ей шанс, она его потеряла, – рычу озлобленно в трубку. – Стерва! А на вид и не скажешь, такая вся миленькая, добренькая. Манипулятор! Главное, встречаться она не хочет, а как выгибаться и жопой крутить передо мной, это она не постеснялась. Не верю я ей, Юль, кажется, за нос меня водит, причем профессионально.
– Какая разница манипулирует или нет, если ты хочешь ее, то получи. Она же тебе нравится, – даже не спрашивает, а утверждает, ещё сильнее раздражая своей правотой, которая мне поперёк горла. – Знаю, что ты залип, если реагируешь так остро, даже через трубку слышу, как часто ты дышишь.
– Нравятся мне многие, – ухмыляюсь я, стараясь больше не пыхтеть в телефон. – Тут другое, не сказал бы что любовь, скорее я хочу ее получить и успокоится. Завершить ранее задуманное. У меня внутри появился зуд, чешется и чешется, ни спать этот зуд не даёт, ни тренироваться, ни думать о той же учебе. И я не могу себя контролировать. Хочется ее за волосы и в берлогу, но потом я смотрю на ее невинное детское лицо и у меня все падает, – слышу, как друг прыскает со смеху, – ну, не в том смысле, ну, ты понял… Она ещё дитё.
– Влюбился, что ещё тут можно сказать. Поздравляю, ты первый из нас, который в этом признался, – хмыкает задорно Юлиан.
Влюбился, ага. Не нравится мне это слово. Я заболел. Ужасное ощущение, давящее, сжигающее все изнутри, а приступы ревности – самое неприятное во всем этом. Никогда не подумал бы, что такой собственник. До жути, до скрежета зубов. Я вижу свою цель и хочу, чтобы моей была, больше ничьей. Но не все так просто.
Мне уже плевать на ее косоглазие, на худобу, на стремные шмотки эти, я же знаю какая она конфетка внутри. Я многое успел разглядеть, когда малышка танцевала. Мне все понравилось. Мне это подходит.
Чего удумала! Соблазнить меня решила. Ей ещё нельзя, но мой друг тот, что находится в штанах, так не считает. Я всячески пытался не думать о ее теле, да у неё даже лицо ещё детское, я же не из этих… Но, черт, какая притягательная. На нее хочется смотреть, вот. Ей бы набрать несколько килограмм, чтобы в области груди побольше было и задницу бы побольше и вообще бы огонь стала.
У меня ощущение такое, что если ее нормально кормить, чуть подождать и будет бомба. А может это лишь пелена перед моими глазами так застелила реальность.
– Бегом за букетом шикарных цветов и говорить какая она особенная и необыкновенная! Главное больше комплиментов, касаний, будь джентльменом, придерживай ей дверь, а сам посмотри на ее зад. Ну, ты понял.
– Пошёл ты, ничего такого я делать не буду, – отрезаю его тупой совет.
Чтобы Яр Бесов веники дарил? Смешно. Очень смешно.
– Не подведи, пошли к черту этого сопляка и докажи ей, что ты лучший, хотя так оно и есть. Не лучше чем я, конечно, но все же.
Прыскаю от смеха. Правда, мне с ним не тягаться, ему нет равных.
– Ладно, давай, созвонимся.
Сбрасываю и снова погружаюсь в свои пугающие мысли. Сажусь в машину и прошу водилу отвезти меня в бар, сегодня мне нужен отдых.
В конце недели будет зимняя вечеринка, обычно я на такие скучные мероприятия не хожу, а вместо этого сразу иду в клуб, но Янка будет танцевать и я хочу посмотреть. Конечно, это будет не то, что она вытворяла у меня дома, но ее движения профессиональные, она порвёт всех на этом вечере, сомнений нет.
А я буду стоять в первых рядах.
Смотрю на загоревшийся экран телефона и на моем лице вырисовывается недовольная гримаса.
Сонька. Целый день названивает и названивает, не давая мне покоя. На ее сообщения отвечаю, но разговаривать нет ни сил, ни желания, хотя и знаю, что она так просто сегодня не отвяжется, поэтому с раздражением беру трубку.
– Надеюсь это что-то очень важное, ведь это десятый по счету звонок, – говорю грубо, чтобы сразу поняла, что она попала под горячую руку.
– Сладенький! – ни капли не разочарованная, мурлычет в трубку. – Уже почти поверила в то, что ты меня игнорируешь.
Тру переносицу и смотрю на время, скорее всего, придётся опоздать.
– Сонь, я реально занят.
Решаю не терять время и параллельно с разговором перебираю вещи, размышляя, в чем сегодня заявиться на школьную тусовку.
– Наслышана. Юлиан сказал, что ты пойдёшь на школьную вечеринку, а ты разве не староват для такого мероприятия?
Ну и трепло мой лучший друг, впрочем так всегда и было, поэтому я нисколько не удивлён, что до Белинской все дошло, возможно, она даже знает о Янке, странно, что не спрашивает.
Сонька – девка ревнивая, была бы она здесь, то не постеснялась бы и в драку полезть и покалечить крошку. Я за неё естественно ни разу не дрался, а вот она делала это не единожды.
Слава Богу, ее здесь нет и мой мозг отдыхает от этой чокнутой. Никто и представить себе не может сколько нервов она мне потрепала. Я бы ее послал, но дед мне весь кислород перекроет, уж слишком он сильно повязан с ее родственниками. Он все надеется, что я воспылаю к ней чувствами, но этого не произойдёт, как и в жены эту шкуру я брать не собираюсь. Боже упаси от такой участи.
– Я же просто старшеклассник, получается не такой и старый, – бурчу в трубку.
Она права, ведь вместо таких мероприятий я обычно хожу в рестораны или клубы.
Отвязаться бы от Белинской, даже сосредоточиться на выборе вещи не могу.
– Дай угадаю. Подбираешь рубашку?
Усмехаюсь.
– Ты ведьма? Как поняла?
– Я слишком хорошо тебя знаю, – отвечает елейным, слишком приторным, голоском. – Чёрную, которую я тебе дарила, она тебе очень идёт.
Как раз натыкаюсь на нее взглядом. Вещь и правда хорошая, качество отменное, кажется она покупала ее за границей. Времени на выбор у меня нет, поэтому решаю надеть именно ее.
– Спасибо. Тогда давай, потом созвонимся.
Хотя лучше, чтобы ты и вовсе забыла номер моего телефона.
Уже хочу скинуть, но девушка останавливает.
– Яр?
– Да.
Молчит и я уже думаю ее окликнуть, но она удивляет, когда понижает тон до шепота и говорит:
– Жду не дождусь нашей скорейшей встречи.
– Что? – переспрашиваю, но Соня отключается.
Звучало, как угроза, но сейчас мне не до ее дурачеств, поэтому быстро заканчиваю собираться и выхожу из своей комнаты, перед этим неосознанно кидаю взгляд на кровать.
Савушкина здесь спала, я теперь заснуть нормально не могу, все вспоминаю ту ночь, когда не послушал ее и остался. Обнял, пока она сопела в подушку, даже не проснулась, очень крепко заснула. Мне тогда понравилось так лежать, раньше никогда и ни с кем, а с ней прямо зашло.
Я представлял, что мы могли бы быть вместе, она бы приходила на ночёвку, а я бы обязательно развёл ее на что-нибудь…
Так, куда-то мысли не туда снова заходят, пора прекращать, а то напряжение не отпускает и клуб не помог, и красивая девушка, с которой я там познакомился тоже.
Я выхожу из дома как раз в тот момент, когда к воротам подъезжает курьер, он отдаёт мне цветы и желает хорошего вечера. Держу в руках букет из белых роз и меня чуть ли не подташнивает от самого себя.
– Тупизм. Смотри во что ты превращаешься из-за телки. Идиот!
Юлиан подогнал идею, которая за целую неделю так и не вышла из головы.
Девушки же любят цветы, подарки, внимание, так что если я на что-то надеюсь, то можно разок пойти на хитрость.
Один лишь раз, не больше. Я же не сопля.
– Сынок? С кем ты там ругаешься?
От неожиданности чуть не роняю букет, поворачиваюсь, смотрю на маму, которая выглядит, как обычно, слишком шикарно.
– Ни с кем, мам, поехали уже, – бормочу раздраженно под нос.
Мама смотрит на меня, оглядывает мою одежду и довольно кивает, показывая пальчиком на букет, от которого так и хочется избавиться.
– Это ты кому? Яночке?
Думаю, что должен соврать.
– Нет.
Мама морщится, ее взгляд потухает, она снова становится серьезной, такой, как на работе. Женщина-сталь, женщина, которая может любого мужика переиграть, не просто же так дед доверил именно ей фирму, а не моему отцу.
У него кишка тонка справится что с компанией, что с женой.
Я открываю для мамы заднюю дверь и пропускаю ее вперёд, сегодня в школу нас везёт водитель, который ненадолго отошёл.
– И правильно, она ещё не выросла для отношений. Не вздумай портить девушке жизнь.
Застываю, так и не сев на место рядом с ней.
Во мне моментально вскипает ярость от ее слов, я еле сдерживаюсь, чтобы не накричать или же не хлопнуть со злости дверью.
– То есть? Объясни, чем это я могу ее испортить? – все же сажусь рядом и поворачиваю к ней голову. – Неужели, я такой же конченый урод, как и отец.
– Ярослав! – смотрит на меня удивлённо. – Что ты такое говоришь. Я совсем не это имела в виду.
Она кладёт на плечо руку, но я ее убираю. Настроение поганое. Не понимаю в чем конкретно дело.
– А показалось, что это.
В машину садится водила и мы трогаемся с места. Я залипаю в телефоне, ощущая как мама елозит на сидении, явно нервничает.
– Понимаешь, сынок, – начинает она очередную ненужную мне нотацию, – она такая милая и хорошая. Чистая. Яночка в тебя влюбится, а нам все равно уезжать, ты об этом подумал? Ты так просто оставишь ее? Будешь ей верен, все то время пока она будет учиться в школе? А если она поступит в университет не в нашем городе, что тогда? Не разбивай девочке сердце.
Я об этом не задумывался. Серьезно. Я не смотрел так далеко, ведь у нас осталось всего несколько месяцев. Я не планировал с ней так долго быть, или уже планировал?
– Я тебя услышал, – говорю и нервно провожу рукой по волосам. – Ты уверена, что тоже хочешь поехать?
Перевожу тему. Не хочу больше говорить о Яне. Не хочу думать о том, что нам не по пути.
– Да, хочется походить по школьным коридорам, вспомнить времена, когда я там училась. Поностальгировать.
Не понимаю ее, школа как школа, я бы сказал отстойная, единственный яркий лучик, там Савушкина, единственное мое развлечение. Так бы я сдох от скуки.
Ну, раз мама так хочет, то пускай идёт, не могу же я решать за нее.
Прибываем мы как раз в тот момент, когда народ уже собрался это понятно по количеству машин на стоянке. Заходим в школу и проходим до актового зала. Меня немного раздражает, что все буквально пялятся, особенно на мой «веник» и у меня разгорается неимоверное желание от него избавится чем быстрее, тем лучше. Но я всегда делаю все до конца, плевать, что они все думают, я хочу порадовать Яну до выступления. Именно до, чтобы она улыбнулась, чтобы танцевала с мыслью обо мне.
Жду некоторое время, здороваюсь с разными ребятами, пока праздник не начинается.
Я ищу ее взглядом, но девушки нигде нет, скорее всего, она уже за кулисами. Иду в сторону от сцены и мне навстречу идёт Ира, с улыбкой до ушей, с микрофоном в руках, кажется она сегодня будет ведущей.
– Яр, дорогой, это мне?!
Она хочет выхватить букет, но я отвожу ее руку в сторону.
– Когда Яна выступает?
Вижу как меняется лицо девушки, как она возмущена и расстроена.
Неужели подумала, что я решил наладить с ней отношения? Вроде повода не давал, сказал ей, что мы друг другу больше никто, просто знакомые, которые раньше приятно проводили время вместе.
– Минут через двадцать, а что запал на эту чмошницу? – спрашивает с ядовитыми нотками в голосе.
Ревность – опасная штука, но она здесь ни к чему, я Ире сразу обозначил, что между нами только близость.
Уж не знаю, что на меня находит, но я хватаю эту девку за щеки, достаточно сильно сжимаю и наклоняюсь к ее шокированному и напуганному лицу.
– Послушай меня внимательно, чмошница здесь только ты. Ещё раз я услышу, что ты ее оскорбляешь, я не посмотрю на то, что ты девушка…
Прикусываю язык, останавливая себя, ведь то, что происходит не похоже на меня, я всегда держу эмоции в себе, независимо от того кто что говорит.
– Ярик, ну ты чего? Я же пошутила! – отшатывается от меня, как от прокаженного. – Нормальная она.
Настроение мое портится окончательно. Я на взводе и если как можно скорее не увижу Яну и ее танец, то буду агрессировать на каждого встречного.
– Тогда принеси ей букет и передай, что от меня, – пихаю его ей в руки и толкаю в сторону.
Меня вряд ли пустят в бабскую раздевалку.
– Без проблем. Ещё увидимся!
Перепуганная Ира убегает за кулисы. Стоящие рядом ученики неотрывно смотрят на меня, но когда я в ответ ловлю их взгляды, они тут же отворачиваются.
Я обещал себе, что буду в первых рядах и расталкиваю всех на своём пути, выгоняю с кресла кажется Яниного одноклассника. Прости, пацан, я в фиговом настроении.
Выжидаю порядка двадцати минут и понимаю почему не хожу на такие вот мероприятия. Колхоз. Но когда на сцену выходит Яночка, то все мое внимание обращается только к ней, мир рядом исчезает, я смотрю на то, как уверенно она выглядит, любуюсь ее плавными движениями, ее серьёзным, накрашенным личиком.
Савушкина правда отлично танцует, словно создана для этого, танцует проникновенно, с душой. Я мало в этом разбираюсь, но то, что я вижу определённо мне нравится, даже сильно заполненный актовый зал замолкает и я уверен, что все взгляды направлены на нее. Неудивительно. Оказывается, она не такая тихоня, как раньше казалась, она симпатичная девушка, умеет себя показать.
В груди что-то сжимается от ее вида. Я даже песню не слышу, потому что залип конкретно, в сознание вторгаются определённые образы, воспоминания о том, как она танцевала только для меня и в чем она это делала. Теперь я понимаю, что это был контрольный удар, что сразил меня окончательно, поменял ход моих мыслей о ней.
Я хотел, чтобы она попала в мою ловушку, хотел, чтобы ходила за мной по пятам и в рот заглядывала, а угодил в ловушку сам. И что делать со всем этим я не имею ни малейшего представления, как быть с ней, не поступившись своими принципами, что сделать, чтобы она сама этого захотела.
Я смотрю на неё, а мысленно ругаю себя за слабость к этой мелкой косоглазой девчонке.
Как так получилось? Где я просчитался? Нужно решать эту проблему и причем немедленно, пока я не наделал глупостей, не совершил ошибку.
Танец заканчивается, и она с блеском в глазах убегает обратно за кулисы, я сижу не двигаясь, меня до сих пор не отпускает.
Выдыхаю, понимая, что все это время сидел в напряжении, только она может сделать со мной такое.
Моя карамелька, моя нежная девочка. Сегодня же скажу, что она мне нравится, что я готов ждать столько, сколько она скажет.