Так получилось
Можно сколько угодно твердить «я не виноват, так получилось». Но это никак тебе не поможет, если ты закапываешь на пустыре труп. Конечно, ты, может, и не виноват, и он первый начал. Но ты закапываешь, а не тебя, и выводы общество будет делать соответствующие.
Всё происходит как в дурном сне. Ты входишь в квартиру к другу, которого не видел уже месяц. Раньше вы были очень дружны, с детства знакомы. Но потом происходит некое событие, и всё меняется.
Серёгу бросила девушка. Ну бросила и бросила, говоришь ты: «Подумаешь, так получилось, будут и другие, а эта дура тебе зачем?» Но Серёга лишь злобно скрипит зубами, отталкивает тебя и уходит, но перед этим выплёвывает в пространство:
- Она считает меня слабаком, но я докажу ей, что это не так. Я добуду такую силу, которой ни у кого нет. Она пожалеет, все пожалеют.
И ты сумрачно думаешь, что пройдёт пара дней и друга отпустит. Прошла неделя, он не берёт трубку, не отвечает на сообщения ВКонтакте, не открывает двери и на учёбе не появляется. Родителей у твоего друга нет, а баб Нина, которая воспитывала его, померла в прошлом году. В тот единственный раз, когда тебе удалось подстеречь его у подъезда спустя пять часов ожидания (да, ты очень упорный), он тебя напугал. Что-то изменилось в Серёге, сломалось и криво срослось. Он смотрел, почти не мигая, и белки его воспалённых глаз покрывала сеть сосудов. На кистях рук появились татуировки с какими-то стрёмными символами. Да, ты далёк от всей этой мистической лабуды, но когда на поблёкшей коже серёгиных рук чернеют пятиконечные звёзды, рогатые головы козлоподобных демонов и луны, то сложно не понять, что у человека поехала крыша. И эту свою «особенную» силу он собрался искать в магии и колдовстве.
Разговор не задался.
- Серёг, хватит. Ты на себя уже не похож. Может, смотаемся к моим родакам на недельку, они на даче щас? Речка, рыбалка. Ты же любишь рыбалку?
И без того скудный ручей твоего красноречия иссяк под его немигающим взглядом, он положил холодную руку тебе на плечо и внезапно эта самая рука оказалась тяжёлой:
- А пойдём ко мне, - невпопад сказал он, словно и не слышал тебя. Склонил голову набок и улыбается, ждёт. Ты вывернулся из ледяной хватки и бормоча какие-то невнятные оправдания:
- Не, Серёг, так получилось, не могу... - сбежал.
Но вот теперь ты готов к серьёзному разговору и у тебя с собой шприц с мощным снотворным. Дозу ты рассчитал правильно, чтоб только усыпить друга, а не навредить ему. План прост как пять копеек: Серёга получает дозу, засыпает, ты его связываешь, тащишь до машины и везёшь в местную психбольницу. Потому как даже не очень умному типу ясно, что нормальный человек не будет жрать кошачий труп и мазать кровью детей. Что, не верится? Вот и тебе сначала не верилось, когда милейшая бабулька-одуванчик, встретив тебя в городе, стала такое о друге рассказывать. Но врать Марь Иванне незачем, да и странные слухи по району ползут, прямо скажем, дурные. Бомжей неизвестный порезал, ребёнка из коляски украл. Лица этого неизвестного не видел никто, но вот татухи на руках заметили.
Приметные такие татухи - звёзды да луны.
И вот ты входишь в квартиру друга. Дверь оказалась открыта, запах витающий в полутёмной прихожей тебе не понравился, да и кому вообще может понравится гнилостная вонь? Заготовив шприц и верёвку, ты крадёшься в направлении серёгиной комнаты. Отчего-то шуметь не хочется, тебе страшно, и тонкий голосок в голове кричит:
- Уходи!!
Но уйти ты не можешь, уйти - значит бросить товарища, который сам себе помочь явно не может.
Он появляется за твоей спиной бесшумно, ты просто ощутил затылком движение воздуха и успел развернуться. Лицо Серёги покрывают татуировки и порезы, в скудном свете, пробивающимся сквозь задёрнутые шторы, ты с трудом его узнаёшь. В руке он держит нож.
- Серёг, ты чего?!
Чудовище, которое подменило твоего товарища, улыбнулось. Ты понял - пощады не будет.
Это уже не был тот мальчишка, что защищал тебя от дворовых шалопаев. Это не был подросток, что всегда делился с тобой вкусным и пускал ночевать, если отношения с родителями накалялись. Его больше нет. Тот, кто стоит сейчас в полумраке - вообще не должен называться человеком.
- Верное сердце. Мне оно нужно, у тебя оно есть. Хозяин сказал: достань верное сердце, и я дам тебе великую силу! - Прошипело чудовище и нанесло быстрый удар ножом. Серёга всегда был сильнее, но у тебя козырь - снотворное. Тварь он или нет, но если живой, значит, оно должно подействовать.
Поднырнув под нож, ты встал лицом к лицу и вонзил иглу в незащищённую шею.
Какого эффекта ты ожидал? Что он моментально свалится и захрапит? Нет, дружок, такое бывает только в американских боевиках. В жизни для всего нужно время. Гортанно вскрикнув, Серёга опять занёс кухонный тесак, но ты успел перехватить руку, и вы закружили в узком пространстве коридора, пытаясь одолеть друг друга. Длинное лезвие неумолимо приближалось к твоему животу, ты понимал, что сил уже не хватает, и в отчаянии заглянул в глаза друга.
На мгновение тебе показалось, что это прежний Серёга, и во взгляде его плещутся вина и ужас, рука сжимавшая рукоять ножа ослабла, и он прошептал едва слышно:
- Прости.
Схватившись за лезвие, ты вырываешь нож и инстинктивно выставляешь его перед собой, не обращая внимания на рассечённые пальцы и капающую кровь.
- Друг, послуша...
Договорить ты не успеваешь, он делает шаг и насаживается на нож, обнимая тебя, глаза его закатываться и он оседает на пол. А ты продолжаешь стоять, сжимая в руках нож, запятнанный своей и чужой кровью.
- Я... я не виноват. Я не хотел.
***
Болезненный нарыв луны изуродовал тёмные небеса, рваные облака, похожие на обрывки истлевшего савана, мчали по небу. А ты словно в трансе работал лопатой, засыпая тело того, кого так хотел спасти. Устав, отвернулся от ямы и, вонзив лопату в мягкий грунт замер, безучастно глядя под ноги. Что делать и как жить дальше ты не знал. Не нужно было тащить сюда Серёгу, глупость какая-то, вызвал бы ментов, объяснил бы всё, рассказал, что защищался. Но уже поздно, не спускаться же в яму и не тащить страшную ношу в тёмную, пропахшую гнилью квартиру, где со всех сторон тебе мерещился шёпот.
Внезапный рывок опрокинул тебя навзничь, холодные и цепкие руки потащили вниз, в ту самую могилу, которую ты вырыл для друга. Перевернувшись на спину увидел, как труп, хватаясь за твои ноги, подтягивает своё тело к тебе. Ты бы и хотел закричать,но что-то случилось с голосом, свободной ногой дважды ударил нежить в лицо и, ломая ногти о землю, пополз от всего этого прочь. Встать ты не успел, он настиг тебя слишком быстро, придавил к земле и смрадное дыханье ударило в лицо, когда он наклонился к уху, разинув пасть.
Раздался выстрел, и нежить всем весом рухнула на тебя. Скинув с себя то, что было когда-то Серёгой, ты вскочил на ноги, безумно озираясь и размазывая текущие по лицу слёзы и кровь.
- Отличный выстрел, доминиканец, я даже не ожидал. Темень хоть глаз коли, а ты ему прямо в лобешник засандалил, ай молодец.
- Спасибо, Михаэль, мне очень приятно это слышать.
По пустырю к тебе приближались двое. Впереди шёл невысокий мужчина, в опущенной руке которого был пистолет. А за ним бесшумно двигался гигант варварского вида. Тебя пошатывало, накатывала дурнота. Мертвец на земле пытался встать, скрёб землю пальцами. Мужчина с пистолетом ногой перевернул тело и заглянул ему в лицо:
- Изыди, злой дух, именем Господ, я изгоняю тебя.
Громыхнул ещё один выстрел, и пуля вошла в глаз нежити, навеки её успокоив.
- Нормальные у вас в Ватикане методы изгнания, я смотрю.
Здоровяк крепкой ладонью хлопнул доминиканца по плечу и того качнуло.
- Так парень, не дрейфи, самое страшное уже позади. Ты не виноват, что так получилось.