Пламя для того,кто выбрал тьму/ Айзек Найт

Прошло пять дней.

Т/и и Ксавье до сих пор оставались в напряжении и почти не общались. Это давило на неё сильнее, чем она ожидала: Т/и привыкла быть рядом с ним в академии, к его присутствию, взглядам, редким фразам. Теперь же между ними будто выросла невидимая стена.
Ксавье чувствовал себя не лучше - даже хуже, чем в тот день, когда узнал об её отношениях с Айзеком. Тишина между ними была тяжёлой и болезненной для обоих.

Зато с Айзеком всё было иначе. Их отношения, наоборот, стали только крепче, глубже, теплее, словно каждый день они учились доверять друг другу ещё больше.

Настоящее время.

Айзек стоял в своей старой лаборатории, просматривая чертежи и исписанные от руки записи. Бумаги лежали повсюду, храня следы его мыслей и идей.
Т/и медленно ходила по лаборатории, с лёгким удивлением осматриваясь по сторонам. Она была здесь впервые за последние полтора месяца своего пребывания в Неверморе, и помещение казалось ей одновременно знакомым и новым.

Она подошла к столу, возле которого стоял Айзек. Он поднял взгляд, не отрываясь полностью от чертежей, и мягко улыбнулся. Т/и ответила ему тем же. Взяв небольшой лист бумаги, она обошла стол и остановилась напротив него.

- И это всё ты когда-то придумал? - спокойно спросила она, разглядывая записи.

- Да. А не веришь? - Айзек отложил один из листов и посмотрел на неё внимательнее.

- Верю, - тихо ответила Т/и.

Она положила лист на стол и подошла ближе. Между ними осталось всего несколько шагов. Т/и подняла взгляд, встречаясь с его карими глазами, и улыбнулась.

Приподняв руку, она осторожно провела подушечкой пальца по его шее. Айзек повернулся к ней полностью, обнял за талию и, слегка наклонив голову, посмотрел на неё мягко и тепло, словно в этом взгляде было сказано больше, чем в любых словах.

Айзек не спешил. Его руки лежали на её талии уверенно, но бережно, словно он боялся спугнуть этот момент. Т/и почувствовала, как тепло от его прикосновений разливается по телу, заставляя дыхание стать чуть глубже.

Он склонился ближе, его лоб почти коснулся её, а взгляд медленно скользнул с глаз на губы.

Т/и слегка наклонила голову, позволяя расстоянию между ними сократиться ещё больше. Её пальцы задержались на его шее, ощущая под кожей спокойное, уверенное биение пульса.

Айзек провёл большим пальцем по её боку, почти невесомо, но этого было достаточно, чтобы по спине Т/и пробежала дрожь.

Он выдохнул ей в щёку, тёпло и медленно.

Она сделала шаг ближе, прижимаясь к нему. Их дыхание смешалось, а губы оказались опасно близко друг к другу, обещая продолжение, от которого было невозможно отказаться.

Лаборатория вокруг будто исчезла. Остались только они - тепло рук, тихие вдохи и напряжение, медленно превращающееся в нежность.

Айзек наклонился к её уху, его голос был низким и спокойным:

- Ты даже не представляешь... как много ты для меня значишь.

Эти слова прозвучали просто, но от них перехватило дыхание. Т/и обхватила его шею, прижимаясь ближе, чувствуя, как он отвечает тем же - не резко, не требовательно, а бережно, словно доверял ей что-то очень личное.

Он коснулся её губ, уже не торопясь, позволяя поцелую быть долгим, тёплым, почти откровенным. В этом поцелуе не было спешки - только желание быть ближе, чувствовать, делиться теплом.

Её сердце билось быстро, но спокойно, будто она наконец оказалась там, где должна быть.

Айзек прижался лбом к её лбу, закрыв глаза, и на мгновение просто держал её в объятиях.
Он снова поцеловал её, но уже более углублено и страстно.

Он осторожно провёл язком по её губам и переплел их языки в мягком и нежном прикосновении. Т/и лишь углубила поцелуй опиревшись задом об старый деверяный стол. Её руки скользнули ниже растёгивая рубашку парня, медленно но ловко.

Айзек не мешал её действиям всё также целуя,его руки скользили по её телу.

Растёгнув рубашку Т/и осторожно провела ладонью от шеи до пресса, она задержала руку на его прессе ещё несколько секунд. Айзек притянул её ближе за затылок, его язык изредка переплетался с её.

Т/и ощущала своё возбуждение уже невозможно ясно. Тепло внизу живота становилось плотнее, тянуще, заставляя её невольно прижиматься к Айзеку ближе, чем она планировала. Каждое его движение отзывалось в ней дрожью
Её дыхание сбилось, стало прерывистым, грудь поднималась чаще. Она чувствовала, как тело будто само подстраивается под него, ищет опоры, контакта, близости.

Айзек заметил это сразу. Его собственная реакция накрыла его тяжёлой волной: напряжение в теле стало явным, почти болезненным от сдерживания.

Он сжал её талию чуть сильнее, чем раньше, и Т/и почувствовала, как его контроль даётся ему с трудом.

Т/и первой отстранилась от поцелуя, её дыхание было неровным. Она посмотрела ему в глаза и едва слышно прошептала:

- Да... я хочу...

Айзек больше не сдерживался. Он снова жадно впился в её губы, углубляя поцелуй, словно боялся потерять этот момент. Его ладонь уверенно скользнула по её бедру, медленно приподнимая край юбки выше. От этого прикосновения по телу Т/и прошла тёплая волна.

Не прерывая поцелуя, она опустила руки к ремню его брюк. Ловкими, но слегка дрожащими пальцами расстегнула его, после чего вновь вернулась ладонями к его животу, мягко проводя по напряжённому прессу, чувствуя, как под кожей перекатываются мышцы.

Айзек стянул с неё фиолетовый пиджак и небрежно бросил его на другой край стола. Его руки тут же принялись расстёгивать её рубашку, пуговица за пуговицей. Оторвавшись от губ, он медленно провёл носом по её щеке, спускаясь к шее, оставляя влажные, горячие следы. Т/и чуть откинула голову назад, позволяя ему больше, доверяясь каждому движению.

Он снял с неё рубашку и отправил её туда же, к пиджаку. Его взгляд задержался на оголённом теле Т/и - на мгновение он будто замер, словно не до конца веря, что она действительно перед ним и принадлежит этому моменту.

Айзек целовал её ключицы, медленно, чувственно, а затем лёгким движением снял с неё лифчик и отбросил к остальным вещам. Его ладони легли на её грудь, сжимая осторожно, но уверенно, прежде чем он снова нашёл её губы в поцелуе.

Его рука скользнула под её нижнее бельё. От этого прикосновения Т/и вздрогнула - по коже пробежала дрожь, выступили мурашки, а дыхание окончательно сбилось. Айзек мягко провёл большим пальцем по клитору, прислушиваясь к её реакции, и осторожно ввёл два пальца внутрь. Возбуждение сделало движения плавными, скольжение - лёгким. Т/и тихо стонала прямо ему в губы, судорожно сжимая край столешницы.

Айзек слегка усилил давление на клитор и, оторвавшись от поцелуя, снова переключился на её шею. Стоны Т/и стали громче, отчётливее, а его тяжёлое, горячее дыхание оставляло шлейф на её коже.

Она расстегнула ширинку его брюк, отодвинула ткань и резинку белья, просунув руку глубже. Осторожно обхватив его, она начала двигать рукой, чувствуя, как он напрягается под её прикосновениями.

Желание Айзека вспыхнуло с новой силой. Он вытащил пальцы, спустил одежду ниже и освободил себя. Раздвинув её ноги шире, он отодвинул бельё в сторону и провёл головкой по клитору, медленно, дразняще, спускаясь ниже. Т/и прикусила губу, ощущая, как напряжение в теле нарастает всё сильнее.

Айзек вошёл в неё нежно и плавно. Т/и невольно прогнулась в спине, запрокинув голову назад, и сорвавшийся стон эхом разнёсся по лаборатории. Он начал двигаться, притягивая её ближе к себе, задавая ритм.

Из его груди вырывались тихие, протяжные стоны, выдающие, насколько ему хорошо. Он снова нашёл её губы, целуя жадно, но всё ещё бережно, ускоряя движения, не теряя контакта ни на секунду.

Т/и обвила его шею руками, отвечая на поцелуй. Одна ладонь мягко сжимала его волосы, притягивая ближе. Нежность постепенно сменялась чем-то более грубым и страстным - интим между ними становился глубже, насыщеннее, оставляя за собой лишь сбитое дыхание и глухие стоны, растворяющиеся в тишине.

***

Тишина медленно вернулась в лабораторию, словно укутывая их после бури. Айзек всё ещё держал Т/и рядом, не спеша отпускать, будто боялся, что стоит разомкнуть руки - и момент рассыплется. Их дыхание постепенно выравнивалось, сердца всё ещё стучали слишком быстро, но уже в унисон.

Т/и уткнулась лбом ему в плечо, закрыв глаза. В теле разливалась приятная усталость и тепло, а внутри - странное, тихое спокойствие.

Айзек осторожно провёл ладонью по её спине, медленно, успокаивающе, словно запоминал каждую линию, каждое движение.

Он наклонился и оставил лёгкий поцелуй у её виска, затем ещё один - в волосах.

Эти прикосновения были совсем другими: не требующими, не жадными, а бережными и искренними. Т/и слабо улыбнулась, прижимаясь к нему ближе, чувствуя, как он отвечает тем же.

- Ты в порядке? - тихо спросил он, почти шёпотом.

Она кивнула и подняла на него взгляд. В её глазах больше не было напряжения - только тепло и доверие.

- Да... - так же тихо ответила она.

Айзек мягко убрал прядь волос с её лица, задержав пальцы у щеки . Он смотрел на неё внимательно, будто впервые по-настоящему видел, и в этом взгляде было больше чувств, чем в любых словах.

Он помог ей привести себя в порядок, подал рубашку, накинул пиджак на плечи, словно это было самым естественным жестом заботы.

Т/и не отводила взгляда, наслаждаясь этой спокойной близостью не меньше, чем тем, что было раньше.

Они остались рядом ещё на несколько минут - без слов, просто деля тишину и ощущение, что между ними стало что-то глубже. И в этот момент не было ни спешки, ни сомнений - только они двое и тихое послевкусие близости, которое хотелось сохранить как можно дольше.