Химера

Кейси кралась по дому, как мышка, стараясь не задеть ни одну скрипучую половицу. На каждый шорох в темноте она замирала, прислушиваясь, не шевелится ли кто. Наконец добралась до двери комнаты, приоткрыла её и проскользнула внутрь.

— Ну, и где ты была? — строгий голос брата заставил мурашки пробежать по её спине.

Кейси медленно обернулась. Карл сидел на своём матрасе, прислонившись к стене, и смотрел на неё без обычной братской легкости.

— Мы… мы довезли Эллисон до дома.

— Её другой парень довёз до дома, — поправил он холодно. — С каких пор ты начала мне врать?

Кейси вздохнула, опуская голову. Обманывать его было бесполезно.

— Сегодня полнолуние. Скотт… у него началось превращение. Мы со Стайлзом поехали проверить, всё ли с ним в порядке. А потом выяснилось, что его обратил Дерек Хейл, и это именно он отвёз Эллисон. Мы помчались к её дому, чтобы убедиться, что она в безопасности.

— И почему ты не сказала мне? — в его голосе сквозил не столько гнев, сколько уколотая боль. — Я же твой брат. Я мог помочь. Или хотя бы быть рядом.

— Времени просто не было, Карл. Каждая секунда была на счету. Могла случиться беда…

— Ложись спать. Завтра рано вставать. — он резко встал.

Он отвернулся и лёг на матрас, спиной к ней.

— Карл… — Кейси шагнула к нему, но он уже не шевелился, притворяясь спящим. Только чуть напряжённая линия плеч выдавала его. — Прости…

В ответ донёсся лишь ровный, нарочито громкий звук дыхания. Кейси сдалась. Она вышла в ванную, машинально переоделась в пижаму и упала на кровать.

Темнота комнаты не принесла успокоения. Чувство вины сдавило гортонь. «Он впервые по-настоящему обиделся на меня», — пронеслось в голове. Но разве это не пустяк? Он же из-за ерунды.

Для Карла, который всегда был её щитом, её опорой с самого детства, это было не просто обидой — это было предательством их негласного договора: «Мы всегда вместе против всего».

«Он думает, что я ему не доверяю, — подумала Кейси, уставившись в потолок.

Она перевернулась на бок, глядя на его силуэт в темноте. Ей было не по себе. Их ссоры раньше всегда были быстрыми, шумными и такими же быстро заканчивающимися. Эта тихая обида была куда страшнее. Она разверзла между ними пропасть молчания, которую Кейси не знала, как преодолеть. Как объяснить, что её ложь и умалчивание были не из-за недоверия, а из-за паники и желания всё контролировать самой? Признает ли он эти извинения? Или теперь между ними всегда будет эта тень — знание, что она способна его оттолкнуть, когда станет трудно?

Мысли кружились, не давая уснуть. За окном давно прошла полночь, а Кейси всё лежала без сна, слушая, как брат на полу пытается дышать ровно, словно спит, и понимая, что оба они лишь притворяются, чтобы не быть первыми, кто нарушит это тяжёлое, ранящее молчание.

Утро было таким же холодным и молчаливым, как и вечер накануне. Джексон отпускал свои обычные колкости в адрес Кейси, но она смотрела куда угодно, не удостаивая его вниманием. Карл, сидевший рядом, тоже молчал, уткнувшись в телефон, хотя на экране уже давно погас заставка.

По дороге в школу они заехали за Лидией. Та, как всегда безупречная и свежая, с лёгкостью заняла место рядом с Джексоном на переднем сиденье и чмокнула его в губы.

— Привет, Кейси, — обернувшись, Лидия сияла улыбкой. — Привет, Карл. Ну как вам вечеринка? Полагаю, вы никогда не видели ничего подобного.

— Всё было потрясающе, Лидс, — Кейси выдавила улыбку, первую за это утро, и то лишь из вежливости, чтобы не обидеть подругу.

Когда машина остановилась у школы, Карл и Кейси вышли практически одновременно, но тут же разошлись в разные стороны, не обменявшись ни словом. Кейси, опустив глаза и уставившись себе под ноги, медленно побрела к своему шкафчику. Шумная толпа одноклассников казалась ей сейчас чем-то далёким и нереальным.

— Доброе утро, Кейси.

Голос заставил её вздрогнуть и поднять голову. Перед ней стоял Айзек, смущённо улыбаясь и крепко прижимая к груди стопку тетрадей.

— Я вчера всё переписал, — он протянул её конспекты. — Возвращаю. И ещё раз огромное спасибо.

— Не за что. На сегодня нужно что-то объяснить? — спросила Кейси, с лёгким усилием разглаживая хмурость на лице.

— А… да, если ты, конечно, свободна.

— Давай сразу после уроков. У меня будет окно перед тренировкой.

— Отлично! Тогда буду ждать тебя в библиотеке, на том же месте, — его улыбка стала чуть увереннее и шире. — И вот… — он начал рыться в рюкзаке. — Это тебе.

Он протянул ей аккуратно завёрнутую шоколадку.

— Шоколадка? — губы Кейси невольно дрогнули в искренней, крошечной улыбке.

— Не любишь? Извини, я просто хотел как-то отблагодарить и… порадовать тебя, — он замялся.

— Нет-нет, я очень люблю, — она взяла подарок, и её пальцы на миг коснулись его. — Спасибо, Айзек. Это очень мило.

Не думая, движимая порывом благодарности за этот лучик простой человеческой доброты в её мрачном утре, Кейси обняла его. Кратко, по-дружески, но тепло. Айзек на секунду замер, потом осторожно ответил на объятие.

Кейси отступила на шаг, развернула фольгу, надломила первую дольку и протянула её ему.

— Угощайся. На пару.

— Спасибо, Кей, — сказал он, принимая шоколад. — Я… я могу тебя так называть?

Она кивнула, положив кусочек шоколада в рот. Сладкий вкус казался невероятно ярким на фоне её общего онемения.

— Можно.

— Тогда до встречи, — он улыбнулся, и в его глазах светилась неподдельная радость.

— До встречи, — ответила Кейси, и на мгновение тяжёлый груз ссоры с братом отступил, сменившись лёгким, почти невесомым чувством.

Она закрыла шкафчик, сжимая в руке шоколадку, и почувствовала, как уголки её губ снова потянулись вверх. Ненадолго, но этого хватило, чтобы сделать следующий шаг по коридору чуть легче.

Почти весь учебный день Кейси провела в компании Лидии и Эллисон. С ними общение текло легко и непринуждённо, как долгожданный глоток воздуха после напряжённого молчания с братом. Они болтали обо всём на свете, перескакивая с темы на тему: от новых тенденций в моде, которые Лидия знала вдоль и поперёк, до обсуждения парней в школе, где Эллисон делилась своими свежими и немного растерянными впечатлениями о Скотте, а Кейси с улыбкой слушала, умалчивая о том, что знала. Говорили и о лакроссе — Эллисон искренне восхищалась тем, как Кейси и Карл играют на поле, а Лидия с притворной драматичностью закатывала глаза, заявляя, что беготня за мячом — это «ужасно пафосно, но почему-то все смотрят».

На уроке химии им с Эллисон пришлось разойтись по разным урокам, и Кейси неожиданно для себя обнаружила, как сильно она уже успела привыкнуть к их общему смеху и шёпоту за спиной. Но самым большим открытием стала Лидия. С первых минут знакомства, Кейси она показалась, этакой королевой бала, красивой, но поверхностной. Сегодня же картинка начала трещать по швам.

Лидия лишь притворялась глупой — но на самом деле она была умна по-своему, стратегически и остро. И, что важнее, она оказалась неожиданно чуткой подругой.

Это проявилось во время теста. Кейси, всё ещё мысленно возвращаясь к вчерашним событиям и холодному молчанию Карла, застряла на одной из цепных реакций. Цифры и формулы расплывались перед глазами, не складываясь в логичную картину. Она уже готова была сдаться, когда сбоку её пихнули, Лидия кивнула на листок. В ней не было ответов — это было против её принципов. Вместо этого там красовалась лёгкая карикатура на мистера Харриса и стрелочка, указывающая на конкретный коэффициент в уравнении Кейси с подписью:

«Ты перемудрила. Здесь всё проще.

P.S. Он смотрит, так что сожги это».

Кейси взглянула на указанное место — и всё встало на свои места. Одна малейшая ошибка в степенях окисления, и вся цепочка пошла под откос. Она быстро исправила описку, и остальное решение выстроилось почти само собой. Мартин, едва заметно подмигнула. Кейси в ответ кивнула, и в её душе потеплело. Это была не помощь «отличницы», это был жест настоящей подруги, которая видит, что ты тонешь, и незаметно подаёт тебе спасательный круг.

На большой перемене они втроём устроились на скамейке в школьном дворе, греясь под редким солнцем. Эллисон, достав из сумки домашнее печенье, угощала всех.

— Я вчера пыталась повторить рецепт бабушки, — призналась она, смущённо наблюдая за их реакцией.

— Эллисон, это божественно, — с набитым ртом заявила Лидия, что было высшей похвалой. — Ты должна открыть пекарню и разорить все эти приторные кафешки в центре.

Кейси молча соглашалась, наслаждаясь моментом простого женского общения. Лидия рассказывала забавную сплетню о школьном совете, Эллисон делилась своими опасениями насчёт завтрашней игры. Они смеялись, и в этом смехе, в этом лёгком, ничего не значащем разговоре, Кейси на время забыла о тяжёлом взгляде брата, о следах когтей на стуле и о том, что в лесу за городом может скрываться целая стая существ, которых не должно существовать.

Именно в такие моменты она понимала, почему люди так цепляются за обычную жизнь. В ней была своя, простая и понятная магия — шёпот подруг, вкус домашнего печенья, смех на школьном дворе. Это был её якорь в реальности, который не позволял ей полностью погрузиться в пугающий мир секретов и превращений. По крайней мере, до конца учебного дня.

Звонок на последний урок застал их за бурным обсуждением предстоящего школьного танца. Лидия, конечно же, уже составила список «подходящих» кандидатов для каждой из них, щедро раздавая советы с видом генерала, планирующего сражение.

— И не смей даже думать о ком-то вроде Гринберга, — строго сказала она Эллисон, поправляя невидимую пылинку на своём рукаве. — С твоей внешностью это будет просто преступление против эстетики. МакКолл, конечно, тёмная лошадка, но в нём есть… потенциал.

Кейси лишь улыбалась, пока они шли по коридору. Перед дверью в кабинет физики их пути снова разошлись: Эллисон — на историю, Лидия — на испанский.

— Не забывай, сегодня после тренировки смотрим те платья, что я нашла онлайн! — бросила на прощание Лидия, уже скрываясь за поворотом. — Без оправданий!

Оставшись одна, Кейси почувствовала, как привычная школьная суета снова накатывает на неё, но уже без той гнетущей тяжести, что была с утра. День с девчонками словно перезарядил её батарейки.

Перед самой тренировкой она заскочила в библиотеку. Айзек уже сидел за их столом, окружённый учебниками и с видом глубокого концентра. Увидев её, его лицо осветилось.

— Я начал без тебя, — признался он, указывая на исписанные листы. — Попробовал разобраться с электронными конфигурациями, но тут… — он беспомощно ткнул пальцем в таблицу, — …у меня снова каша.

— Ничего страшного, — Кейси присела рядом, отодвигая в сторону свою спортивную сумку. — Здесь главное — понять логику заполнения орбиталей. Смотри…

Кейси взяла чистый лист бумаги и начала аккуратно выписывать правила, стараясь расписать всё в мельчайших подробностях.

— В общем виде: при образовании катионов электроны уходят с внешнего уровня, а при образовании анионов — добавляются на него. Но есть важные исключения, — её ручка чётко выводила символы. — Например, «провал» или «проскок» электрона. Это когда атому выгоднее иметь наполовину или полностью заполненный d-подуровень, даже если для этого нужно «пожертвовать» s-орбиталью. Так происходит у хрома (Cr) и меди (Cu).

Она привела пример углерода, и Айзек кивал, но в его глазах читалась лёгкая неуверенность.

— А как составить алгоритм для любой конфигурации? Чтобы не запутаться, — спросил он.

— Давай по шагам, на примере фосфора (P), — предложила Кейси. — Его порядковый номер — 15. Значит, у него 15 электронов. Заполняем уровни по порядку, соблюдая принцип Паули и правило Хунда. Первый уровень: 1s². Занимаем 2 электрона, осталось 13. Второй уровень: 2s², а затем 2p⁶. Всего на втором уровне 2+6=8 электронов. Осталось 15 - (2+8) = 5. Третий уровень: сначала 3s² (забираем 2), и последние три идут на 3p-орбиталь: 3p³. Итоговая запись: 1s² 2s² 2p⁶ 3s² 3p³. Понятно?

— Вроде бы да, — Айзек переписал схему в свою тетрадь, медленно проговаривая шаги. — Сначала номер, потом заполняем по порядку: s, потом p, на своём уровне... Да, логично.

— Отлично! — Кейси ободряюще улыбнулась. — А теперь знаешь, как здорово сократить эту длинную запись?

Айзек прищурился, пытаясь вспомнить.

— Если ты не знаешь или не помнишь, говори мне, я объясню.

— Не помню, хоть убей.

— Убивать не нужно, — хмыкнула она, — просто запоминай. Чтобы не писать всё каждый раз, используют элементы восьмой группы. Берёшь ближайший благородный газ, который идёт перед твоим элементом в таблице, и записываешь его в квадратных скобках. Остальное — это конфигурация внешних электронов после этого газа. Например, для фосфора предыдущий благородный газ — неон (Ne). У неона 10 электронов, конфигурация 1s²2s²2p⁶. А у фосфора после неона идут 3s²3p³. Значит, сокращённая запись будет [Ne] 3s² 3p³. Видишь, как компактно?

— Кажется, да, — Айзек потянулся к таблице Менделеева в учебнике. — Давай попробуем с другим... например, с кальцием (Ca). Его номер 20. Значит, электронов 20.

— Верно.

— Первый уровень: 1s². Второй: 2s²2p⁶. Третий: 3s²3p⁶... и тогда остаётся... 20 - (2+8+8) = 2? И они идут на 4s²?

— Абсолютно верно! Полная конфигурация: 1s² 2s² 2p⁶ 3s² 3p⁶ 4s². А теперь сократи.

Айзек провёл пальцем по таблице. — Перед кальцием... аргон (Ar). Его номер 18. Значит... [Ar] и потом... 4s²?

— Бинго! — Кейси сияла. — [Ar] 4s². Видишь, как легко?

— Да, это действительно проще, — лицо Айзека прояснилось, но почти сразу снова нахмурилось. — Подожди, а что с теми исключениями? С медью? Ты сказала, у неё проскок. Как тогда выглядит конфигурация и как её сокращать?

— Отличный вопрос, лови! — Кейси с энтузиазмом развернула лист. — Медь (Cu), номер 29. Если бы мы шли по порядку, после аргона ([Ar]) у нас было бы... 4s², а затем 3d⁹, потому что на 4s орбитали энергия заполнения ниже, она заполняется раньше 3d. Но у атома меди выгоднее, чтобы d-подуровень был полностью заполнен — десять электронов. Поэтому один электрон «перескакивает» с 4s-орбитали на 3d. Итоговая конфигурация: [Ar] 4s¹ 3d¹⁰. Запись всё равно ведём по порядку возрастания энергии, поэтому правильно: [Ar] 4s¹ 3d¹⁰.

— То есть, мы сначала пишем то, что после благородного газа, по уровням... 4s, потом 3d, даже если 3d заполняется позже по энергии, но в номере уровня он ниже?

— Да, именно по возрастанию главного квантового числа. Сначала 4s (главное n=4), потом 3d (n=3). В сокращённой записи порядок именно такой. Главное — помнить про эти хитрые элементы, где происходит перескок для устойчивости.

Айзек что-то быстро помечал в тетради, его брови были сдвинуты от сосредоточения.

— А как понять, когда будет проскок? Только у хрома и меди?

— В основном да, в школьном курсе — именно они классические примеры. У хрома (Cr, номер 24) вместо ожидаемого [Ar] 4s² 3d⁴, получается [Ar] 4s¹ 3d⁵, потому что наполовину заполненный d-подуровень (d⁵) тоже очень устойчив. Запомни эту парочку: Cr и Cu — «особенные».

— Понял, — Айзек откинулся на спинку стула, обдумывая. — Спасибо, Кей. Ты... ты гений объяснений. Серьёзно. Мистер Харрис никогда так не разжёвывает.

Кейси слегка покраснела от комплимента.

— Просто, когда сама разбираешься, учишься объяснять для других. Ещё вопросы есть?

— Пока нет, но они обязательно появятся, — он улыбнулся. — Когда я начну делать домашку.

— Всегда пожалуйста, — Кейси улыбнулась в ответ, собирая вещи. — Просто постарайся не зубрить, а именно разжувать и вникнуться в тему. На самом деле, она лёгкая, просто нужно еë понять. Подойти с правильной стороны, так сказать.

— Понял.

— Значит, до завтра?

— До завтра, — кивнул Айзек, Кейси на прощание обняла Лейхи и побежала в раздевалку.

Пробегая по коридору, Кейси поймала себя на мысли, что улыбается. Этот день, начавшийся с ледяного молчания, преподнёс ей два неожиданных дара: понимание, что у неё есть настоящие подруги, и… приятное, тёплое чувство от простого человеческого внимания.

Раздевалка гудела, как улей, от грохота железных дверок и громких голосов. Карл уже переодевался у своего шкафчика. Их взгляды встретились на секунду — он ничего не сказал, лишь коротко, почти незаметно кивнул. Сухо, но без утренней ледяной отстранённости. Хрупкое перемирие.

Переодевшись, Кейси нашла Скотта и Стайлза у скамеек.

— Слушай, ты всё же поговорил с Эллисон? — допытывался Стайлз, завязывая шнурки.

— Да.

— Да? Значит, всё хорошо! — лицо Стайлза расплылось в облегчённой улыбке, и он уже собрался идти дальше.

— Нет.

— Нет? — удивление отразилось не только на лице Стайлза, но и на лице Кейси. Они переглянулись.

— Помнишь про охотников? — голос Скотта прозвучал приглушённо.

— И… что? — Кейси нахмурилась. Про охотников ей пока ничего известно не было.

— Её отец — один из них, — Скотт поднял на них потерянный, наполненный грустью и страхом взгляд. — Отец Эллисон.

— Отец Эллисон? — не веря своим ушам, переспросила Кейси.

— Он стрелял в меня… из арбалета.

— Отец Эллисон?! — эхом отозвался Стайлз, его лицо выражало полное недоверие.

— Да! Её отец! — сорвался Скотт, и тут же его голос задрожал, став жалобным. Он выглядел совершенно разбитым. — Боже, Господи…

— Эй, нет, Скотт, остынь! — засуетился Стайлз, пытаясь успокоить друга широкими жестами.

— Эй, но в итоге-то всё нормально? Он же тебя не узнал? — уточнила Кейси, беспокойно осматривая Скотта.

— Н-н… нет. Наверное, — пробормотал он в полной растерянности.

— А Эллисон про это знает? — встрял Стайлз, и этот вопрос, казалось, добил Скотта окончательно.

— Я не знаю! — вскрикнул он, и всё его тело затряслось от паники. Глаза расширились, словно у загнанного зверя. — А вдруг знает?! Это же меня убьёт, чуваки!

Он буквально взвыл от отчаяния. Казалось, ещё секунда — и он разрыдается прямо здесь, на полу раздевалки, от этой смеси страха, боли и беспомощности. Он выглядел как испуганный ребёнок, а они — как растерянные няньки, не знающие, что предпринять. Кейси смотрела на него, чувствуя, как сжимается сердце, но не находя слов. Стайлз тоже застыл в нерешительности.

— Так, спокойно! — Кейси встряхнула Скотта за плечо, пытаясь взять себя в руки. — Сосредоточься на лакроссе! Только на лакроссе, — предложил Стайлз самый логичный, на его взгляд, исход.

Кейси подняла с пола форму Скотта и судорожно сунула ему в руки своими дрожащими пальцами. Стайлз развернулся, чтобы выйти, и по пути чуть не споткнулся о собственную клюшку. Кейси покачала головой, с трудом сдерживая нервную усмешку.

Друзья выбежали на поле. Кейси надела шлем, пытаясь перевести дух, как раздался резкий свисток тренера. Впереди были изнурительные упражнения, выжимающие все соки. «Ладно, только лакросс… Только лакросс», — твердила она про себя.

— Так, в пары! Друг против друга! — прокричал тренер Финсток. — Джексон, бери клюшку длиннее! — он указал на стойку с инвентарём. — Так-то лучше!

Тренировка началась. Джексон, как обычно, нёсся по полю, снося всех на своём пути. И вот очередь дошла до Скотта.

— Эй, МакКолл, чего встал? Вперёд! — тренер кивнул в сторону Уиттмора.

Скотт рванул навстречу Джексону, но тот легко выбил у него клюшку и отправил его самого кувырком на землю. Кейси тяжело выдохнула. Стайлз на трибуне айкнул, словно боль была его собственной.

— Эй, МакКолл, МакКолл… — тренер подошёл к Скотту, и его улыбка не сулила ничего хорошего — только очередную порцию сарказма.

Скотт встал и повторил попытку. И… о чудо! Он не просто устоял — он с силой столкнул Джексона и сам рухнул на колени. Мгновенная радость сменилась леденящим беспокойством. Кейси и Карл нервно переглянулись и бросились к нему.

— Эй, Скотт, ты как? — Кейси присела рядом с одной стороны, а Стайлз, сбежавший с трибун, — с другой. Карл подбежал следом.

— Что случилось?

— Я не могу это контролировать! — прохрипел Скотт сквозь стиснутые зубы, и в его голосе слышался дикий, нечеловеческий отзвук.

— Прямо сейчас? Ладно, пошли, — скомандовал Карл, помогая Стайлзу подхватить друга под руки. Они почти понесли его обратно к раздевалке.

Едва забежав внутрь, Скотт вырвался и осел на пол, дыша тяжело и прерывисто. Стайлз засыпал его вопросами:

— Эй, Скотт. Ты в порядке? Всё нормально?

— Отойдите от меня! — рёв, вырвавшийся из груди Скотта, был полон животной ярости.

Карл инстинктивно шагнул вперёд, закрыв собой Кейси. Из-за его спины она увидела, как глаза Скотта вспыхнули ярким золотисто-янтарным светом. Она схватила Стайлза за руку, и втроём они начали медленно, осторожно отступать к выходу.

Скотт поднялся, его поза была угрожающей, а взгляд обещал разорвать их в клочья. Они двигались вдоль стены, стараясь не спускать с него глаз.

Правее Кейси заметила красный огнетушитель. Резко выскочив из-за спины брата, она сорвала его со стены, выдернула чеку и направила шланг на Скотта. Белая пена хлынула ему прямо в лицо, ослепив и отбросив назад. Швырнув пустой баллон, Кейси вернулась к остальным.

— Что произошло? — прошептал Скотт.

Осторожно выглянув из-за угла, они увидели, как Скотт, отплёвываясь и вытирая пену с лица, медленно приходит в себя. Его глаза снова стали обычными, карими и полными ужаса от содеянного. Они одновременно выдохнули.

— Ты пытался нас прикончить! — крикнул Стайлз, в бессильной злости швырнув свои перчатки об пол. — А мы тебя предупреждали! — он присел на корточки перед Скоттом.

— Вам, дорогие мои друзья, предстоит всё мне рассказать. В мельчайших подробностях, — тихо, но твёрдо сказал Карл, его взгляд перешёл с Кейси на Стайлза.

— Я всё тебе расскажу, Карл. Только позже, — вздохнула Кейси.

— Из-за злости повышается пульс. Такова природа! — прокомментировал Стайлз, с трудом сдерживаясь. — Твоя новая природа.

— Но это же лакросс! Это довольно жёсткий вид спорта, — начал оправдываться Скотт, его голос дрожал.

— Мы в курсе, но… — Кейси прикрыла глаза рукой, чувствуя, как подкашиваются ноги.

— Будет ещё больше жестокости, если ты убьёшь кого-то на поле! — закончил за неё Стайлз.

— Тебе нельзя играть в субботу, — сказал Карл, скрестив руки на груди. Его голос не оставлял места для споров. — Тебе нужно уйти из команды. Других вариантов нет.

— Но я же… нападающий, — пробормотал Скотт, и в его словах звучала невыносимая тоска.

— Уже нет, — безжалостно констатировал Стайлз, глядя в пол.

«Уже нет». Эти два слова прозвучали как приговор, перечёркивающий всё, чего Скотт так отчаянно добивался. В тишине раздевалки они отозвались особенно громко.

lada_aberfort - мой тгК где вы сможете найти новости по поводу новых фанфиков и спойлеры к новым главам.
Также, не забывайте ставить ⭐ и комментарий, мне очень важно знать, что вы думаете))