🤍Глава 9.🤍
Амелия проснулась в половине девятого с железным ощущением, что спала она часа три. Может, четыре. Тело ломило, голос сипел, но внутри горел тот странный огонь, который всегда появляется после удачного концерта — смесь эйфории и опустошения.
— Вставай, — раздался голос Элли из соседней комнаты. — Через час выезжаем на «Knowing Bros».
— Я помню, — простонала Амелия, зарываясь лицом в подушку.
Она помнила. Это шоу она согласилась посетить ещё месяц назад, когда тур только начинался. «Knowing Bros» — легендарное корейское комедийное шоу, куда приходят айдолы и знаменитости, чтобы их… ну, мягко говоря, троллили. Неожиданные вопросы, импровизация, задания, от которых хочется провалиться сквозь землю. И одновременно — невероятная популярность. Если ты выжил в «Knowing Bros», ты выживешь везде.
— Кофе будет ждать в машине, — добавила Элли. — И поешь. Я серьёзно.
Амелия вздохнула, села на кровати и посмотрела на себя в зеркало. Мешки под глазами. Волосы — гнездо. Но это ничего. Визажисты творят чудеса.
— Хорошо, — сказала она. — Я поем.
Встав с ватным телом Амелия пошла в душ взбодрилась и проснулась. Она натянула на себя чёрный спортивный костюм и сделала хвост. После чего они спустились в ресторан. Выбрали для завтрака это:
Ты принялась его уплетать.
Элли же ограничилась кашей овсяной и фруктами.
Завтрак прошёл в тише и уже после него вы поехали на съёмку.
Часть первая. За кулисами корейского юмора
Студия JTBC встретила вас прохладным кондиционированным воздухом и запахом краски — декорации меняли каждый день. Амелию провели в гримёрку, где её уже ждала команда.
— Сегодня делаем образ попроще, — объявила стилистка, доставая вешалку с одеждой. — Но с изюминкой.
На Амелию надели белый укороченный свитер с широкими рукавами, высокие джинсы оверсайз с ремнём и белые кроссовки. Волосы собрали в высокий хвост, оставив несколько прядей у лица. Макияж — свежий, почти незаметный, только акцент на глаза: лёгкая дымка и блеск в уголках.
— Ты выглядишь как старшеклассница, — заметила Элли.
— Скажи это моей спине после вчерашних каблуков, — усмехнулась Амелия.
За полчаса до начала её пригласили в комнату для брифинга. Там уже сидели продюсеры и сценаристы — быстрые, энергичные корейцы с планшетами в руках.
— Доброе утро, Ксила-сси, — сказал главный продюсер, женщина лет сорока с острым взглядом. — Мы знаем, что ты говоришь по-корейски, но если будут сложные моменты — рядом будет переводчик. Расслабься. Главное здесь — честность и реакция. Не бойся выглядеть глупо. Это шоу.
— Я поняла, — кивнула Амелия. — Буду собой.
— Этого достаточно, — улыбнулась продюсер.
Амелию провели в закулисную зону, откуда она могла смотреть на съёмочную площадку через небольшой монитор. Декорации «Knowing Bros» были ей знакомы по YouTube: школьный класс, парты, доска, и семь ведущих в одинаковых синих пижамах с надписью «Knowing Bros». Каждый из них был звездой в своей области — комики, певцы, актёры.
— Они будут задавать вопросы, — объяснил ассистент. — Ты сидишь за партой. Отвечаешь. Иногда они просят показать что-то — спеть, станцевать, изобразить. Если шутка обидная — не обижайся, это у них любовь такая.
— Я в порядке, — сказала Амелия. — Я русская. Нас сложно обидеть.
Ассистент засмеялся.
— Тогда удачи.
Часть вторая. Выход и первый шок.
— А сейчас, — голос диктора разнёсся по студии, — звезда, которую вы ждали! Певица, актриса, модель, бизнес-леди, девушка, чьи песни знает весь мир! Встречайте — КСИЛА!
Дверь в «класс» открылась.
Амелия вошла под аплодисменты ведущих и зрителей — их было около двухсот человек, сидящих полукругом за стеклянной перегородкой. Она улыбнулась, помахала рукой и села за парту, на которой уже лежала табличка с её именем и маленький микрофон.
— Ого, — сказал главный ведущий Кан Хо Дон, огромный мужчина с громовым голосом. — Она реально пришла. Я думал, это розыгрыш.
— Почему розыгрыш? — спросила Амелия на корейском, и зал ахнул.
— Ты говоришь по-корейски? — вытаращил глаза Ли Су Гын, ведущий с вечно хитрой улыбкой.
— Немного, — скромно ответила Амелия. — Но могу ошибаться. Не бейте.
Студия засмеялась. Первая шутка засчитана.
— Ты вчера дала концерт в Сеуле, — сказал Ким Хи Чхоль, самый яркий и эксцентричный из ведущих. — Как прошло?
— Хорошо, — кивнула Амелия. — Я выжила. Фанаты выжили. Все счастливы.
— Мы слышали, — вступил Кан Хо Дон, — что на твоём концерте были особенные гости. Можешь назвать их?
Амелия на секунду замерла. Семь парней в вип-зоне. Она знала, что эта новость уже разлетелась по сети.
— Может быть, — сказала она уклончиво, и зал заулюлюкал.
— Это были BTS, да? — спросил Хи Чхоль безжалостно. — Мы знаем. Фанаты видели.
Амелия вздохнула и улыбнулась.
— Да. Они пришли. Я была удивлена. И очень благодарна.
— А откуда вы знакомы? — не унимался Хи Чхоль. — Ты же только вчера прилетела в Корею?
— Это долгая история, — ответила Амелия. — Но если коротко... они спасли меня от моих же фанатов. Это лучшая метафора моей жизни. И прилетела я не вчера, а позавчера)
Ведущие переглянулись.
— Мы это обсудим позже, — сказал Кан Хо Дон. — А сейчас — первый вопрос.
Часть третья. Вопросы — как выстрелы.
На доске зажёгся текст: «КСИЛА, ЧЕСТНОЕ ИНТЕРВЬЮ»
— Правила простые, — объяснил Ли Су Гын. — Мы задаём вопросы. Ты отвечаешь. Если не хочешь отвечать — говоришь «пас». Но лучше отвечай.
— Договорились, — кивнула Амелия.
Первый вопрос появился на экране:
«Правда ли, что ты сама шьёшь свою сценическую одежду?»
— Не совсем, — ответила Амелия. — Я придумываю концепцию, рисую эскизы. А шьют профессионалы из моего бренда. Но иногда я могу пришить пуговицу. Если сильно надо.
— А можешь показать? — спросил Ким Ён Чхоль, один из старших ведущих. — У меня на пиджаке пуговица оторвалась.
— Вы шьёте? — спросила Амелия с притворным ужасом. — Я думала, вы только шутите!
Зал засмеялся. Ён Чхоль сделал обиженное лицо.
Второй вопрос:
«Правда, что у тебя дома живёт три кошки?»
— Откуда вы знаете? — искренне удивилась Амелия.
— Мы всё знаем, — зловеще произнёс Кан Хо Дон.
— Вообще, их четыре, — поправила Амелия. — Но четвертая — моя младшая сестра Алисия. Ей три года. Она ведёт себя как кошка. Так что почти четыре.
— А имена? — спросил Хи Чхоль.
— Моих кошек? — Амелия задумалась. — Чарли, Сникерс, Тень.
— Сникерс? — переспросил Ли Су Гын. — Кошку зовут Сникерс?
— Она себя так назвала, — серьёзно ответила Амелия. — Я не спорила.
Третий вопрос — и тут стало жарко:
«Почему у тебя нет парня?»
Амелия выдохнула. Вот оно.
— Потому что я занята, — сказала она спокойно. — И потому что дважды обжигалась. Сейчас моё сердце закрыто на ремонт.
— Надолго? — спросил Хи Чхоль тише обычного.
— Не знаю, — честно ответила Амелия. — Может, навсегда. Может, до завтра. Жизнь непредсказуема.
Ведущие закивали, и кто-то из зрителей всхлипнул.
— А какой твой тип? — не унимался Ли Су Гын. — Просто для статистики.
Амелия засмеялась.
— Если я скажу — вы мне найдёте?
— Обещаем, — хором ответили ведущие.
— Хорошо. — Она задумалась. — Умный. С чувством юмора. Не боится, что я зарабатываю больше. И чтобы умел готовить. Я — нет.
— Я умею готовить! — закричал Кан Хо Дон, поднимая руку.
— Рамен не считается, — отрезал Хи Чхоль.
Студия утонула в хохоте.
Часть четвёртая. Импровизация.
— Теперь задание, — объявил Кан Хо Дон. — Ты актриса. Ты снималась в фильмах. Мы дадим тебе ситуацию, а ты должна сыграть.
— Какую ситуацию? — спросила Амелия настороженно.
— Ты — учительница. А мы — хулиганы. И ты нас отчитываешь.
Амелия встала, поправила хвост и вышла к доске.
— Садитесь, — сказала она строгим голосом, указывая на парты.
Ведущие расселись, изображая провинившихся школьников. Ким Хи Чхоль положил ноги на парту. Кан Хо Дон жевал жвачку с открытым ртом.
— Так, — начала Амелия, скрещивая руки на груди. — Кто съел мой обед из холодильника?
— Я, — сказал Ли Су Гын, поднимая руку. — Но я не виноват. Там было написано «еда для слабаков». А я сильный.
Амелия сделала паузу, глядя на него с прищуром.
— Во-первых, — сказала она ледяным тоном, — моя еда не для слабаков. Она для голодных женщин. Во-вторых, завтра ты приносишь мне новый обед. С десертом. Иначе я расскажу твоей маме, что ты прогуливаешь английский.
— Откуда вы знаете про английский? — вытаращил глаза Ли Су Гын.
— Я всё знаю, — ответила Амелия голосом, полным зловещей тайны.
Ведущие зааплодировали.
— А теперь, — продолжил Кан Хо Дон, — второй раунд. Ты — продавец в рыбном магазине. А мы — клиенты, которые хотят купить рыбу, но не знают какую.
Амелия не растерялась.
— Добро пожаловать в «Рыбный рай», — сказала она, встав за воображаемую стойку. — Что желаете?
— Мне нужна рыба, которая умеет танцевать, — сказал Хи Чхоль.
— Сэр, рыбы не танцуют. Но у нас есть сом, который делает грустные глаза. Хотите?
— Нет. А есть рыба, которая поёт?
Амелия посмотрела на него как на умалишённого.
— Сэр, петь умею я. А рыбы умеют быть вкусными. Может, возьмёте лосося и не будем усложнять?
— А скидка есть? — встрял Кан Хо Дон.
— Скидка будет, — ответила Амелия, — если вы назовёте столицу России.
— Москва! — выкрикнул Ким Ён Чхоль.
— Правильно. Скидка пять процентов, — кивнула Амелия. — Но только потому, что вы симпатичный.
Кан Хо Дон покраснел.
Часть пятая. Музыкальный момент.
— А теперь, — объявил ведущий, — самое главное. Ты певица. Спой нам что-нибудь. Но не свою песню. Корейскую.
Амелия растерянно моргнула.
— Какую?
— Любую, — улыбнулся Хи Чхоль. — Ты же знаешь корейские песни.
Она задумалась на секунду. А потом запела — тихо, без музыки, почти шёпотом. Это была «Spring Day» BTS.
> «Bogoshipda, iyagi nae ane sumgyeodun…»
Зал замер. Амелия пела негромко, но так пронзительно, что у зрителей побежали мурашки. Когда она закончила, в студии стояла абсолютная тишина.
— Ты... ты фанат BTS? — спросил наконец Кан Хо Дон.
— Я фанат хорошей музыки, — ответила Амелия. — А эта песня — шедевр.
— Ты знаешь их лично, — сказал Хи Чхоль. — Они тебе ничего не говорили про эту песню?
— Они сказали, что я хорошо спела, — улыбнулась Амелия. — Но, может, они просто вежливые.
— Они корейцы, — заметил Ли Су Гын. — Мы не вежливые. Мы просто хитрые.
Студия снова рассмеялась.
Часть шестая. Финальный вопрос.
— Последний вопрос, — сказал Кан Хо Дон, становясь серьёзным. — Чего ты боишься больше всего?
Амелия задумалась. Не наигранно, а по-настоящему.
— Остаться одной, — сказала она тихо. — Не на сцене. Там я всегда не одна. А в жизни. Чтобы не было никого, кто скажет: «Амелия, поешь уже нормально, а не эти твои салаты». Или: «Ты устала, ложись спать». Я боюсь, что однажды я проснусь и пойму, что вокруг только работа. А людей, которым я нужна не как Ксила, а как просто Амелия... их нет.
В студии стало очень тихо.
— Но это не значит, что я сдаюсь, — добавила она, улыбнувшись. — Просто... я в процессе. Как говорил один мудрый человек, «завтра будет новый день». И кто знает, что он принесёт.
Ведущие зааплодировали. Зрители — тоже.
— Ты сильная, — сказал Ким Хи Чхоль. — И не одна. У тебя есть мы. Ну, по крайней мере сегодня.
— Спасибо, — ответила Амелия. — Сегодня — это уже много.
Часть седьмая. После съёмок.
Съёмка закончилась через час. Амелия раздала автографы, сфотографировалась с ведущими, получила от них в подарок смешную маску с лицом Кана Хо Дона («Надень, когда будешь прятаться от фанатов в следующий раз») и вышла на улицу, где её ждала машина.
— Как прошло? — спросила Элли.
— Я не умерла, — ответила Амелия, падая на сиденье. — И, кажется, даже пошутила пару раз.
— Ты плакала? — спросила Элли, вглядываясь в её глаза.
— Нет, — соврала Амелия. — Аллергия на юмор.
Элли закатила глаза.
— Ладно. Завтра последняя съёмка рекламы в Сеуле. А послезавтра — самолёт в Лос-Анджелес.
— В Америку, — мечтательно повторила Амелия, глядя в окно на проплывающие неоновые вывески.
Она достала телефон и увидела сообщение. От Чонгука.
«Смотрел твой выпуск в прямом эфире. Ты сказала, что боишься остаться одна. Не бойся. У тебя есть мы. Все семеро. И это не для камер. Честно.»
Амелия прочитала сообщение три раза. Потом убрала телефон и улыбнулась.
— Элли, — сказала она.
— М?
— Кажется, я начинаю верить, что не всё потеряно.
— В смысле?
— В смысле, — Амелия повернулась к окну, — может, ремонт моего сердца займёт меньше времени, чем я думала.
Машина ехала в ночной Сеул, и на душе у Амелии было тепло. Впервые за очень, очень долгое время.
💗💗💗💗💗💗💗💗💗💗💗💗💗💗💗