Прощайте, мистер Бэк.

Открыв глаза, Хан обнаруживает, что находится в новом месте, заполненным темнотой и сырым запахом, исходящим от стен, на которые опирается девушка. Трэй поднимается с пола, ощущая ужасную боль во всем теле. Ей кажется, что миллион игл до безобразия больно проникают под каждый её орган и кости в целом,  разрывая оболочку. Она плотно сжимает губы, чтобы не закричать от этой боли и пытается рассмотреть хоть что-нибудь в этой кромешной тьме маленькой комнаты.

Девушка лишь помнит как этот здоровяк Пак Чанёль наносил ей последний удар, который пришёлся прямо в живот, и на этом все. Все погружается в болезненный мрак. Где она теперь? Что будет дальше? А, может, она уже умерла? Ведь Пак не жалел своих сил, исполняя просьбу лидера по полной. Трэй хочется упасть на колени и от бессилия зарыдать.

«А на что ты надеялась, глупая дура, — думает Трэй, приземляясь на холодный бетонной пол. — Что одна сможешь сокрушить эту гидру мафии?»

Она начинает плакать, уткнувшись в свои раскрытые ладони, как вдруг слышит женский недовольный голос, исходящий извне комнаты:

— Кёнсу, надеюсь, да, черт возьми, я до последнего надеюсь, что ты пошутил! Сразу говорю, что доктор моих девочек тоже служит Бэку, поэтому при первой же возможности сдаст нас.

— Я сам это знаю,— слышит Трэй уже голос самого парня — До Кёнсу.

Железные тяжёлые двери открываются, освещая комнату неприятным красным светом, исходящим из какого-то узкого уличного коридора. В дверях появляется Кёнсу, проходя в комнату, и оставляя в этом коридоре незнакомую женщину средних лет. Она стоит и обеспокоенно глядит на него, прижав небольшую сумочку к бёдрами. У этой женщины короткая стрижка и слишком серьёзное лицо с незаметными морщинками.

— Кёнсу? — осипшим голосом спрашивает Хан,в глядываясь в фигуру парня.

— Да, это я, Трэй, не бойся, — мягко говорит До, подходя к девушке, и помогая подняться с пола.

В коридоре мимо женщины проходит весёленькая троица: две ярко одетые девицы, известной профессии, и пьяный мужчина, буквально повисший на них.

— Жизнь – шлюха! — кричит этот мужчина. — Я больше ни во что не верю, и буду веселиться до тех пор, пока не сдохну!

Женщина презрительно смотрит на него, вынимая блестящий портсигар из своей сумочки и в тон к нему зажигалку. Ловко поджигая сигаретку, она круто щурится, затягиваясь, и снова смотрит в комнату.
Эту женщину зовут Юби и она отвечает за всю секс-индустрию, которая принадлежит Бэкхёну: всевозможные бордели, массажные салоны, бани и тому подобное. Она занималась этим делом ещё при отце Бёна, да так и не бросила. Нельзя просто так покинуть этот круг и оставить дело. Да и сейчас ей это зачем? Ни семьи, ни детей, даже собаки и той нет. Для чего ей жить, как не для свой маленькой «извращенной семейки», где есть проститутки, для которых она мать. Да и женщина она не глупая, понимает, что с ней будет, покинь она круг ганпхэ.

Обессиленная Трэй старается держаться за Кёнсу, оглядывая эту странную улочку и Юби, которая тут же отбрасывает окурок в сторону.

— Это с ней поработал наш Чанёль? — интересуется Юби, поджав губы.

Кёнсу кивает и Трэй пытается отойти от него, используя все силы. Попытка у неё не выходит и она валится на парня, хватаясь за его футболку.

— Черт! Да возьми ты эту бедняжку на руки, Кёнсу. Сам ведь знаешь, какой силой обладает Пак, — просит Юби, качая головой от возмущение, и Кёнсу подхватывает Трэй на руки, слегка улыбаясь.

— Хэй, только не умри по дороге, а то я не собираюсь труп тащить, — с усмешкой говорит Кёнсу и женщина укоризненно смотрит на него.

Бордель «Нефрит» такое же престижное и известное заведение, как и «Тейо». Здание борделя находится буквально в двух улицах от самого клуба-казино, что очень даже выгодно хозяину этих заведений. Из одного — разочарованные игроки выходят и попадают в другое, где его утешают молоденькие девушки, несмотря на то, что дома их ждет жена, желая проломить череп за очередную украденную заначку. В двух этих местах ты отдаешь свои деньги, но иногда и жизнь.

Как и в любое другое дорогое заведения, в «Нефрит» нельзя просто так войти какому-нибудь мужику с улицы. Здесь нужно кодовое имя, про которое знают только сами клиенты и охранники, стоящие около стеклянных дверей. Сегодня «Нефрит» охраняет молодой парень с козлиной бородкой и привычным для него подозрительным прищуром. Завидя, что сама хозяйка борделя — Юби ведёт с собой знакомого парня, который тащит на руках девушку, охранник расплывается в учтивой улыбке, обращаясь к женщине:

— Добрый вечер, госпожа Бон! А это... Это к нам?

— Да, это к нам. Двери открой, — просит Юби надзирательным тоном.

Охранник исполняет приказ, открывая стеклянные двери и пропуская Кёнсу с Хан на руках в бордель. Женщина устало смотрит на них и останавливается напротив охранника, хватая его за галстук:

— Друзья этого парнишки ни в коем случае не должны знать, что он здесь. Ты меня понял? — шипит Юби, смотря бесстрастным взглядом в лицо охраннику.

— Да, — кивает парень и Юби его отпускает, уверенная в том, что охранник не так глуп и не осмелится сдать её Бэкхёну.

Внутри борделя расположен ознакомительный стол, схожий с регистратурой. За этим столиком сидит миловидная девица, глядящая через линзы своих черных в роговой оправе очков на яркий монитор компьютера, листая ленту клиентуры.

— Опять бездельничаешь?— раздается слегка грубый для женщины голос, принадлежащий Юби, и эта девица испуганно поднимает голову.

Женщина кивает Кёнсу на лестницу, чтобы тот поспешил подняться на верх, а сама обращается к этой девушке, устало потирая шею:

— Лингвей на месте?

— Да, где ж ему быть? — вздыхает девушка, смотря вслед Кёнсу любопытным взглядом. — Сегодня опять какой-то мужик разбил одной из девчонок губу. Не мужики, а звери! — заявляет она, оборачиваясь к хозяйке борделя.

— Ну, с этим я позже разберусь. А пока: ты ничего не видела и не слышала, поняла? — шёпотом говорит Юби, намекая на Кёнсу. Сотрудница кивает и опускает глаза, ожидая, когда начальница покинет фойе борделя.

Когда стук каблуков Юби становится еле слышим на первом этаже, эта девушка тянет руку к рабочему телефону, оглядываясь на лестницу и дверь.

Комната, отведенная под медицинский кабинет ни чем не отличается от других комнат борделя, если не учитывать кое-каких вещей, установленных специально для этого кабинета. Стены цвета фиолетового бархата, настенные лампы, уныло освещающие коридоры не ярким, но приятным красным цветом. Однако кабинет Лингвея отличает стерильность, какую устраивает сам доктор. Что ж, думаю такое понятие, как «доктор» мало подходит этому человеку, но все же, будем именовать его так. Доктор Лингвей – плечистый, худой, со смуглой кожей, мужчина средних лет, обладающий недельной щетиной и коренастым лицом. Чёрная майка и белый халат совсем не скрывают его татуировок. Более того, то, что этот человек – доктор, мало кто подумает, но тем не менее, это не мешает ему обладать сей профессией.

Кёнсу сидит в кресле рядом с дверью и смотрит обеспокоенно в окно, находящиеся напротив. Шторы Лингвей соизволил открыть, чтобы не испугать ещё больше Хан, и так очнувшуюся в полной тьме. Юби сидит на диване, закинув одну ногу на другую, и бесстрастно смотрит на свои руки.

— Кости, что удивительно, целы, но как я вижу, били её намеренно, судя по гематомам по всему телу, — задумчиво говорит Лингвей, убирая в сторону толстовку Хан, и оставляя девушку в майке.

Трэй до сих пор находится в бессознательном состоянии, потеряв слишком много сил за эту ужасную ночь. Девушка лежит на устроенной кушетке.

— Кто ж её так? — спрашивает Лингвей, извлекая из кармана халата пачку сигарет.

— А ты догадайся, кто у Бэка такой агрессор? — ухмыляется Юби.

Лингвей затягивается сигаретой и щурится, задумываясь.

— Может, Чанёль? — предполагает доктор и Юби кивает.

Когда Трэй открывает глаза, видя перед собой курящего доктора. Глаза девушки резко увеличиваются от испуга и она оглядывается.

— Очнулась наконец-то, милочка, — кривит губы в ухмылке доктор Лингвей, и Трэй приподнимается на кушетке, оглядывая странную комнату.

— Вы... Вы кто? — растерянно спрашивает Хан.

— Ты память, что ли, потеряла? — раздается насмешливый тон Кёнсу, и девушка оборачивается к нему, кажется, немного расслабляясь, увидев знакомое лицо.

— Что это за место, Кёнсу? — Трэй аккуратно поднимается с кушетки под удивленный взгляд доктора. До молчит, склав руки на груди.

— Бордель, — спокойно отвечает Юби, привлекая внимание девушки к себе. Трэй ещё более тревожно смотрит на Кёнсу и глазами ищет свою толстовку.

— Выпустите меня отсюда. Все, что здесь происходит  — незаконно, Кёнсу! — заявляет девушка и До резко поднимается со своего места.

— Да ладно! Ты мне это говоришь? — язвительно спрашивает Кёнсу, хватая Трэй за руку под укоризненный взгляд доктора. — Ты сама вляпалась в это, а теперь из-за тебя я подставляю себя и этих людей, но ты же у нас такая умная!

Трэй дергает бледными губами, болезненно смотря на Кёнсу, видя как тот рассержен и серьезен.

— Я знаю, что сама втянула себя в эти проблемы, — тихим, но твёрдым тоном говорит Трэй, убирая руку Кёнсу. — Я от них же и избавлюсь, просто выпусти меня! Я пойду в полицию! Там меня выслушают.

— Да что ты...

В коридоре раздаются звуки тяжёлых шагов, принадлежащих точно не обитательницам сия публичного дома, и уж тем более не сотрудникам. Все, кто находится в комнате, замирают, глядя на дверь.