Прощайте, мистер Бэк.

Дверь резко открывается от удара уже знакомого парня, обладающего возмутительно разрушающей силой. В комнате, среди находившихся там людей, проскакивает нечто общее – страх и недоумение. Все они резко переводят взгляды на громилу Пак Чанёля, а Лингвей и вовсе, бросив свою сигаретку, отбегает к окну, делая вид, что его вообще ничего не касается.

— Что ж, как я рад, что вы все вместе, — вслед за Паком входит Бэкхён, оглядывая всех присутствующих насмешливым взглядом.

Увидев главаря ганпхэ, Хан Трэй испуганно присаживается на кушетку. Она вновь встретилась с тем, кто принес в её жизнь кучу проблем.

Последним в комнату входит Сехун и запирает дверь на ключ. Он садится на диван рядом с Юби, единственной, кто, кажется, не подаёт виду своего испуга, скрывая его за маской невозмутимости. Женщина смахивает с брюк невидимые соринки, обращая свой взгляд к Хан и Кёнсу. Чанёль в это время становится около дверей,удосужив лишь Юби своим пристальным взглядом.

По губам Бёна скользит улыбка, когда он медленно присаживается на стул, который до этого занимал Кёнсу. Парень оглядывает всех, останавливая свой взгляд на Хан. Он поддергивает подбородок, ухмыляясь.

— Должно быть, вы слышали историю про китайца, который прожег себе дыру в желудке? — прерывая тишину, спрашивает Бэкхён спокойным тоном.

Все в ожидании молчат и Бэк продолжает:

— Так вот, этот китаец работал дегустатором в ресторанах. Ну, чем они занимаются вы все знаете. Этот парень очень сильно любил свою работу, точно так же, как и наша знакомая Хан Трэй. Его очередным блюдом на пробу стал сверхострый и очень горячий суп «мала». Этот суп делается из перца чили и особого сычуанского перца, известного тем, что вызывает онемение рта. Китаец понимал, что сильно рискует, но также он думал, что за это получит выговор от начальства. Будучи слишком уверенным в наказании, он съел всю тарелку и прожег себе дыру в желудке. Доктора, конечно, были в шоке, ведь кто, как ни сумасшедший, пойдет на такое?

Бён пристально оглядывает своих слушателей, ища в их глазах ответ. Он его не находит и улыбается:

— Улавливаете схожесть сюжетов?

Кёнсу сердито сводит брови, оборачиваясь к лидеру:

— К чему весь этот глупый рассказ?

— К чему? — улыбается Бэк. — Мораль здесь одна: работа не должна приводить к могиле. Знай свои силы и возможности, — он особенно выделяет последнее предложение, смотря на Хан.

— Да что вам от меня нужно?! — вскакивает с места Трэй, обращаясь к Бэку. — Я же обещала, что оставлю свою идею и вас в покое. Никто про вас не узнает.

— Ты противоречишь сама себе, милая, — ухмыляется Бэкхён, поднимаясь с места. — До этого ты кричала, вот ему, — он подходит к Кёнсу, кладя свою руку ему на плечо, — что пойдёшь и расскажешь все полиции, чтобы нас, таких ублюдков, посадили, а теперь что?

Трэй смотрит в глаза Бэкхёну, не зная теперь, что и сказать. Он все слышал, так почему же не убьёт её? Почему он до сих пор ничего серьезного не предпринимает, а тупо играет. Да потому, что у Бэкхёна есть свои планы на её счет.

— Прости, конечно, что вмешиваюсь во все это, но я хочу кое-что сказать, — проговорила Юби, обращаясь к Бэку. — На самом деле, Кёнсу и я старались тебе помочь, ведь эта девчонка в таком ужасном виде шастала по улице рядом с «Тейо». Многие люди начали обращать на неё внимание. Ты же сам понимаешь, что она могла принести не очень хорошую известность твоему казино. Видимо, один из твоих шакалов слабо постарался.

Бэкхён задумчиво смотрит на неё.

— Так всё и было, — женщина уверенно глядит на Кёнсу.

До в нерешительности кивает.

— Эта сутенёрша не лжёт? — пристально смотрит на него Бэкхён.

— Нет, всё так и было, — тихо говорит Кёнсу. — Она сбежала.

— Что?! — резко отзывается Чанёль. — Да она даже встать не смогла бы, не то, что сбежать!

— Интересно, — медленно произносит Бэкхён, не отходя от Кёнсу. Парень вопросительно смотрит на него. — Каково это так наивно врать? Ты что думал, у нас тут шоу на лучшего лжеца?

— Но... — растерянно вырывается у Кёнсу.

— Лжец на дуде игрец, — с усмешкой говорит Бён.

Бэкхён с какой-то мучительной улыбкой отходит от Кёнсу, останавливаясь буквально в шаге.

— Я не вру, — неуверенно говорит До.

— Я тебе верю, — кивает Бэк и со всей силы дает кулаком поддых парню, наблюдая за тем, как тот сгибается от боли, шумно выдыхая.

Сквозь стон Кёнсу пытается что-то сказать, но Бэк больше не обращает своего внимания на него, двигаясь в сторону Трэй.

Девушка смотрит на него в тупом страхе, отступая назад. Бэкхён вновь улыбается. Жуткой улыбкой, которая, как казалось Хан, могла принадлежать лишь какому-нибудь психопату. Она окидывает взглядом комнату и бежит к дверям, желая вырваться наружу.

— Что за идиотка?! — рявкает Чанёль, схватив её в свои тиски из крепких и сильных рук. Парень устало вздыхает, когда Трэй пытается выбраться.

— Пусти меня! Чёртовы убийцы! Жалкие скоты! Пустите меня! — кричит Хан, краснея от злости.

— Какая ты наивная. Ужас, — улыбается Бэк, подходя к девушке, он протягивает руку к её лицу.

— Убери свою руку, — шипит Трэй, мотнув головой, чтобы убрать с лица мокрые волосы.

— А что? Укусишь? На такой этап я не согласен, — мурлычет Бэк.

— Это все, конечно, весело, Бэкхён, но... Но у нас и так много проблем и развлекаться с этой девкой – последнее, о чем ты должен думать, — говорит Сехун, поднимаясь с места.

Бэкхён поворачивает голову к нему, придавая своему лицу опять холодную невозмутимость, и говорит спокойным тоном:

— Ты, О Сехун, не будешь диктовать мне, что делать, верно? Кто из нас лидер, забыл? Вон Кёнсу тоже забыл, — Бэк переводит взгляд на До, но парень лишь скрипит челюстью, сжав кулаки.

Сехун поджимает губы и молчит.

— Девчонку вы отвезете ко мне, а то второй побег она не переживёт. Это я ей гарантирую. А вот Кёнсу, — Бэк хмурится. — Его запрете в подвале «Тейо». Потом я разберусь с ним. Я вам дал понятные указания?

— Да, — говорит Сехун, подходя к Кёнсу и хватая его за руку.

— Сам пойду, — со злостью отвечает До, отталкивая от себя Сехуна.

— Действительно, — ухмыляется Бэк. — Придёт сам туда, где был много раз.

Позже в комнате остаются Юби и Бэкхён, прогнав доктора Лингвея. Теперь женщина заметно нервничает, не сводя глаз с парня.

— Чего вам не хватает? Тебе, Кёнсу, всем вам?! — рычит Бэкхён, устало оглядывая комнату. — Ты же со мной была от самого начала ещё и при моём жалком отце. Одна девчонка... Что в ней такого? Чего вы с ней возитесь?

Юби опускает глаза, извлекая из сумочки портсигар и зажигалку. Она вдруг снисходительно улыбается, вставляя сигаретку в идеально белые зубы.

— Не против, если я...

— Да мне плевать, — отвечает Бэк и женщина подкуривает, нервно затягиваясь.

— Знаешь, Бэкхён, — после недолгого молчание говорит Юби, выпуская струю дыма в потолок, — когда ты был маленьким, твой отец учил тебя играть в шахматы. Да ты и сам помнишь об этом, не так ли?

Парень бесстрастно глядит на неё, присев на кушетку.

— Даже тогда ты не давал никому себя обыграть. Знаешь, что изменилось? Ничего. В целом ты остался тем же капризным мальчишкой, который швырял коней и пешек, когда был недоволен. Да вот только игровые фигуры сменили люди.

— Я король этой игры, разве это так сложно понять? Умеют выигрывать лишь те люди, кто не сидит на своей заднице и не даёт себя загубить. Либо ты на вершине, либо ты у подножья. Эта девчонка случайно оказалась на моей шахматной доске. И увы, она здесь не королева, — твёрдо и спокойно поясняет Бэкхён.

— А что, если она, будучи пешкой, уберет тебя с этой доски? — наклоняется вперёд Юби, круто щурясь.

— А это уже другая игра, — ухмыляется Бэк. — Бунт пешек и старых сутенёрш. Какое веселье, чёрт возьми. Я не прикончу тебя лишь по одной причине: клиенты к тебе привыкли и девочки. А так, буду драть с тебя теперь три шкуры, поняла?

Женщина кивает, устало закрывая глаза.

— Знаешь, Бэк, ты ещё вспомнишь мои слова, — напоследок говорит Юби, уронив пепел сигаретки на пол.

— Не строй из себя предсказательницу. Ты же не такая дешёвка, набитая философией, верно? — с усмешкой смотрит на неё Бён, направляясь к дверям.

«Но что, если она права? Вдруг правила сменят за спиной короля?», — думает Бэк, покидая «Нефрит».