Муж, давай обнимемся!

Надо признать, у Ся Линь действительно острый глаз.

После наступления периода полового созревания у Сун Юньцина больше всего изменился не только рост, но и черты лица. В его юношеской незрелости начало проступать нечто более взрослое, из-за чего невольно хотелось увидеть, как он будет выглядеть, когда окончательно повзрослеет.

Президент театрального кружка сейчас думала именно об этом, но...

- Я сошла с ума или ты? - она указала на Ся Линь, осторожно косясь на людей, с любопытством заглядывающих в комнату активности. - Ты хоть знаешь, кто он?

- Знаю, - Ся Линь невинно похлопала ресницами. - Разве это не тот самый гений, который в 13 лет поступил в Пекинский университет?

Он был знаменит на всю страну.

- И ты, зная это, затащила его сюда? - президент тяжело хлопнула себя по лбу, чувствуя невыразимое сожаление.

Ей не стоило поручать набор новых участников Ся Линь. На вид такая серьезная, а в итоге вытворила такое.

- А почему нельзя было затащить? - Ся Линь не согласилась и тут же подтянула парня к ней. - Вы только посмотрите на это лицо.

Едва она с силой притащила его, президент испуганно вскочила со стула. А когда увидела, как Ся Линь сжимает и тискает лицо «великого мастера Суна», у нее сердце чуть не выпрыгнуло из груди.

- Ладно, ладно, хватит уже, - президент поспешно скомандовала «стоп» и почти подобострастно обратилась к Сун Юньцину: - Э-э... мастер, вы не хотите у нас поиграть?

- Я...

Сун Юньцин только собрался отказаться, как увидел, что Ся Линь пристально смотрит на него, глаза у нее начали краснеть - казалось, если он сейчас покачает головой, она тут же расплачется.

Помявшись с ответом, он в конечном итоге согласился.

Больше всех радовалась Ся Линь.

Но очень скоро она была повержена реальностью.

У Сун Юньцина не было никаких актерских способностей, реплики он читал запинаясь, и единственное, на что можно было смотреть во всем его облике - это его лицо.

Разве что использовать его как красивую вазу для украшения.

Ся Линь была глубоко разочарована.

Напротив, президент с облегчением выдохнула и не забыла похлопать ее по плечу, утешая: «Мастеру Суну всего 15, он еще ребенок. Подожди год-два, и он обязательно сможет».

Два года в университете Сун Юньцина могли видеть только студенты компьютерного факультета, а другие факультеты практически с ним не пересекались, не говоря уже об участии в кружках.

В такой ситуации президент даже удивлялась, что он вообще согласился играть в театре.

Но использовать его как «живую вывеску» для кружка было тоже неплохо.

............

Так Сун Юньцин два года подряд пробыл «живой вывеской», обычно отвечая за привлечение новых членов и изредка наблюдая за репетициями.

Лишь Ся Линь, глядя на его лицо, которое с каждым годом становилось все более мужественным, каждый раз досадовала: «Старшекурсник, ты ведь скоро выпускаешься, да?»

Сун Юньцин кивнул и добавил: «Я планирую... остаться в университете, поступать в аспирантуру».

Год назад, еще до выпуска, отец предлагал ему прийти помочь в компании. Но стоило завести об этом речь, как он отчетливо чувствовал настороженность и неприязнь со стороны старшего брата, будто они были не родственниками, а заклятыми врагами.

Он очень устал.

Проще остаться в университете.

После аспирантуры - поехать за границу для продолжения обучения или остаться преподавать в Пекинском университете. Любой из этих путей был выходом.

Ему не обязательно идти в компанию.

- Аспирантура? Это хорошо, аспирантура... Ой, я не то имела в виду, - Ся Линь чуть было не сбилась с мысли, а потом показала два пальца. - Уже два года прошло, я сама стала президентом, неужели у тебя нет ни малейшего желания выступить на сцене?

Нет.

Она никак не могла смириться с тем, что такая внешность пропадает зря.

Она потащила его к Ян Ин: «Младшекурсница, у тебя же буйная фантазия, может, придумаешь для него сценарий?»

- Это не решается просто сценарием, - Ян Ин поправила очки в черной оправе, пробормотала что-то себе под нос, а потом набралась смелости и предложила: - Может, заставим его попробовать сыграть?

- Президент, костюмы, которые шила мама, прибыли! - В этот момент вместе с Ян Ин вошел Ю Цзянань, который пришел в кружок в прошлом году. Он принес две вешалки с костюмами совершенно разных стилей.

Ся Линь автоматически проигнорировала его и сфокусировалась на розовом костюме с длинными рукавами на передвижной вешалке. Он казался идеально подходящим для Сун Юньцина.

- Старшекурсник, как тебе? Если наденешь его и сыграешь, может, появится чувство... - она обернулась, улыбаясь, но парень уже ускользнул к дверям, готовясь сбежать.

Ся Линь в отчаянии закричала: «Чэн Сюй! Поймай его!»

Сильная рука преградила ему путь.

Сун Юньцин посмотрел на парня, который был почти на голову выше него, молча развернулся и столкнулся лицом к лицу с костюмом, накрытым прозрачным чехлом.

- Ся Линь, я...

- Тебе помочь применить силу? - Ся Линь улыбнулась и похрустела костяшками пальцев.

Сун Юньцин поспешно замотал головой и, стиснув зубы, взял костюм.

Когда он переоделся, в шумной комнате воцарилась тишина. Ся Линь и Ян Ин одновременно прикрыли рты руками.

- Президент, - Ян Ин решила отказаться от своих прежних слов, ведь сценарий под него вполне можно написать. - Как насчет сочетания актрисы пекинской оперы времен Китайской Республики и молодого полевого командира?

- Отлично! Просто идеально.

Ся Линь поставила точку в этом вопросе.

Но помимо внешности, самое главное - это актерская игра.

После того как сценарий был готов, Ся Линь почти что вручную, с нуля начала учить его всему: мимике, передвижению по сцене, интонациям...

Хотя у Сун Юньцина не было опыта, в учебе ему не было равных. К тому же Ся Линь оказалась очень ответственной, и всего за месяц появились первые результаты.

Особенно после того, как он надел костюм: пусть не на все сто, но, по крайней мере, он уже был на уровне «сдано».

- Неплохо, очень даже неплохо, - Ся Линь одобрительно кивнула, чувствуя почти материнскую гордость за «выросшего ребенка».

Ян Ин не удержалась и прервала ее: «Репетируем, а где выступать будем? До начала учебного года для первокурсников еще много времени».

- Точно, - Ся Линь очнулась, как ото сна.

Ю Цзянань, проходя мимо, подсказал им: «Через два месяца будет же день основания университета».

............

На празднование дня основания Пекинского университета всегда рассылали приглашения выдающимся выпускникам, приглашая их посетить родной вуз.

От семьи Пэй обычно приходил Пэй Вэньсянь, но в этом году...

- Мать твоей невестки заболела, нам нужно навестить ее, боюсь, к празднику не успеем вернуться, - Пэй Вэньсянь пришел с приглашением к младшему брату. - В этом году пойдешь ты.

Пэй Яньли даже головы не поднял: - Опять подстроили так, чтобы какая-нибудь девица увязалась со мной?

За последние два года подобные ситуации случались часто.

Он не собирался легко попадаться на крючок.

Пэй Вэньсянь не ответил, лишь сказал: - Тебе уже 27, не маленький.

- 27... - Пэй Яньли наконец поднял голову и спросил: - А когда женился старший брат?

Пэй Вэньсянь, который как раз женился в тридцать, замолчал.

- У меня еще полно времени, - закончив эту фразу, Пэй Яньли снова опустил голову.

Пэй Вэньсянь поспешно объяснил: - Но я и твоя невестка были помолвлены давно, а ты?

27 лет, а у него даже симпатии ни к кому нет. Неудивительно, что старик постоянно его донимает.

- Ты вообще кого хочешь найти? - Пэй Вэньсянь не унимался. - Синин тебе столько кандидаток представила, почему ни одна не приглянулась?

Опять за свое.

У Пэй Яньли разболелась голова, он надавил на виски и равнодушно отмахнулся: - Я же говорил, хочу красивую.

- А из тех, кого предлагала невестка, какая из дочерей влиятельных семей некрасивая?

- Нужно самую красивую.

Пэй Вэньсянь: «...»

Говорить с ним было все равно что с пустотой.

Где он ему найдет «самую красивую»? Самая красивая - это Синин.

При этой мысли Пэй Вэньсянь опасно прищурился: - Твоя невестка уже замужем.

- ...

В итоге Пэй Яньли все же взял приглашение.

В мгновение ока наступил день праздника.

Пэй Вэньсянь не стал подсовывать ему девицу на выданье, зато подкинул большую проблему.

- Второй дядя, это и есть Пекинский университет? Ого! Вот это движуха.

Пятнадцатилетний Пэй Няньчу был в том возрасте, когда неугомонности хоть отбавляй. Стоило выйти из машины, как он тут же рванул туда, где было побольше народу.

У Пэй Яньли разболелась голова.

- Чэнь Чжао, немедленно верни его.

Однако спустя десять минут ни самого парня, ни даже его тени не было видно, зато в телефоне пришло совместное фото двоих парней с «маленькой ведьмой».

Он тут же позвонил: - Пэй Няньчу, живо вернись.

- Что? Второй дядя, тут так шумно, я не слышу!

- Где Чэнь Чжао?

- Он... - Пэй Няньчу посмотрел на человека рядом с собой и начал нести чепуху: - Я его не вижу.

- Ты такой взрослый, а уже умеешь врать?

У Пэй Няньчу сердце ушло в пятки, когда он увидел, что второй дядя сам пришел его ловить. Он подумал: «Дело плохо», - схватил Чэнь Чжао и побежал в противоположную сторону.

- Пэй Няньчу!

Пэй Яньли сделал несколько широких шагов, торопясь поймать беглеца и не глядя вперед. Когда он наконец среагировал, уже столкнулся с длинноволосой девушкой в фиолетовом ципао.

- Прошу прощения.

Девушка подняла голову и шокированно моргнула.

Эти глаза были такими знакомыми, словно он где-то их видел. Пэй Яньли непроизвольно протянул руку: - Ты...

- Старшекурсник, не убегай!

В этот момент вдалеке послышался голос Ся Линь.

Сун Юньцин в панике прикрыл рот, опустил голову и, ковыляя на неудобных маленьких каблуках, поспешно удалился.

- Босс, я поймал его. - Через некоторое время Чэнь Чжао притащил Пэй Няньчу за шиворот, но увидел, что босс застыл на месте, глядя на свою правую руку.

Что с рукой?

- Босс? - снова позвал Чэнь Чжао.

Пэй Яньли пришел в себя, повернул голову, увидел Пэй Няньчу, и лицо его мгновенно потемнело: - Сейчас же возвращайся домой!

- А-а-а!!! Не надо, второй дядя, я был неправ! - Пэй Няньчу схватился за Чэнь Чжао, который держал его. - Клянусь, больше не буду убегать.

Словно чтобы доказать, что он действительно раскаивается, следующие несколько часов Пэй Няньчу следовал за Чэнь Чжао по пятам и время от времени шептался с ним.

- Пекинский университет такой красивый, и столовка неплохая. Я тоже хочу здесь учиться.

- Ха! - Чэнь Чжао ответил честно: - С твоими оценками - вряд ли.

- Так есть же ты. Будешь со мной заниматься.

- Боюсь, у меня кровь горлом пойдет.

...

Они вдвоем перешучивались позади, а Пэй Яньли после столкновения с той девушкой все пребывал в прострации.

В тот момент, когда он врезался в нее, он невольно коснулся ее талии. Тонкая талия под ципао - казалось, ее можно было обхватить одной рукой.

И внешность... «Действительно красивая».

- Что? Что? Второй дядя, о чем ты бормочешь? - Пэй Яньли пробормотал что-то себе под нос, и Пэй Няньчу это расслышал. Он догнал его и спросил.

Не дождавшись ответа, он добавил: - Слышал, в половине восьмого будет праздничный концерт.

Пэй Яньли безжалостно напомнил: - Тебе пора домой делать уроки.

- Ой, второй дядя, раз уж родители сегодня не дома, ты... ну проигнорируй разок! Завтра! - Пэй Няньчу снова поклялся: - Завтра я обязательно все напишу.

- Ладно.

- Хороший второй дядя, я прошу... А? - Пэй Няньчу запоздало удивился, не веря своим ушам: - Ты согласился?

- Да.

- Обалдеть, это просто невероятно.

- Что ты сказал?

- Ничего, ничего, - Пэй Няньчу был готов мотать головой как неваляшка. - Я говорю, все-таки второй дядя меня любит.

Он быстро отбросил все странности поведения второго дяди и потащил Чэнь Чжао в актовый зал на второй этаж, чтобы найти отличное место для просмотра.

Ближе к половине девятого он увидел, что человек, сидевший справа от него, достал телефон и включил запись.

- В-второй дядя?

- Что случилось?

- Ты... любишь смотреть спектакли?

- Да.

Пэй Няньчу нахмурился, глядя, как тот двумя пальцами увеличивает изображение на экране, сфокусировавшись только на актере в розовом костюме с жемчужной короной.

Это «любит смотреть спектакли»?

--------

Пэй Яньли: Взрослые дела, детям не стоит вмешиваться.