Муж, давай обнимемся!

Бах!

В небе прогремел оглушительный удар грома.

Пэй Хэнчжи очнулся и первым делом увидел в свете далекой лампы шкатулку из сандалового дерева, стоящую на столе. В ее крышку была вставлена овальная фотография.

Странно, ведь он так далеко, почему он так уверен, что это фотография?

Где это он? Как он здесь оказался?

Он... он связан!

Руки заведены за спину и привязаны к спинке стула, ноги прикручены к ножкам.

Кто это сделал?

Голова тяжелая, как в тумане, ничего не вспомнить. Лишь смутно помнится, что перед тем, как потерять сознание, он почувствовал запах сандала.

Кажется, он уже где-то встречал этот аромат.

Бам!

Не успел он призадуматься, как покосившуюся дверь ударом ноги распахнули настежь.

В глаза сразу бросились белые волосы, которые были отчетливо видны даже в густой ночной тьме.

Это был мужчина, невысокий, но очень худой. В декабрьскую погоду он был одет лишь в одну рубашку, которая висела на нем, словно тонкий бумажный лист.

Он шел медленно. Когда он проходил мимо разбитого окна, откуда тянуло сквозняком, его на мгновение осветил холодный синий свет, обнажив острые выступы ключиц.

Пэй Хэнчжи разглядел лицо вошедшего.

Ло Юньцин!

Но он был совсем не похож на того человека, которого видели пять лет назад.

Особенно глаза - они напоминали змею, медленно ползущую снизу вверх, с ледяным, пронизывающим до костей взглядом. Казалось, они в любой момент готовы вонзить ядовитые клыки прямо в сердце.

Пэй Хэнчжи инстинктивно дернулся.

- Бесполезно, я завязал мертвый узел, - голос разнесся по пустому дому, отдаваясь эхом.

Сказав это, Ло Юньцин бросил перед ним то, что тащил за собой.

- Сяо Сюэ! Что ты сделал с Сяо Сюэ?!

- Пока что... ничего, а вот что будет дальше... неизвестно, - Ло Юньцин достал из кармана складной нож.

Намек был более чем прозрачен.

Пэй Хэнчжи поспешно спросил: - Что ты хочешь?

- С умными людьми всегда приятно иметь дело, - Ло Юньцин перешагнул через лежащего без сознания Сун Сюэчэня, острием ножа приподнял ему подбородок и без обиняков спросил: - Кто столкнул Пэй Яньли? Ты или он?

- Второй дядя? - Пэй Хэнчжи вгляделся в изменившегося до неузнаваемости человека. - Ты хочешь отомстить за него?

Ло Юньцин не ответил. Вместо этого он схватил нож обратным хватом и вонзил его Пэй Хэнчжи в бедро.

Пэй Хэнчжи не ожидал, что тот действительно перейдет к действиям, и издал истошный крик.

- Я спрашиваю, ты отвечаешь. Остальное мне неинтересно! - Ло Юньцин выдернул нож и приставил его к подбородку Пэй Хэнчжи. - Говори! Кто его столкнул!

Холодный пот градом катился по лицу.

Лицо Пэй Хэнчжи вмиг стало белым, как бумага. Он стиснул зубы и изо всех сил рванулся, но от движений мертвый узел затянулся только туже.

- Спрашиваю еще раз: кто?

- Он сам... случайно оступился... А-а-а!

Еще один удар ножом в другое бедро.

- Ты считаешь меня дураком? - Ло Юньцин, чьи глаза глубоко ввалились, резко подался вперед. Он схватил Пэй Хэнчжи за волосы, оттягивая голову назад, и окровавленным лезвием похлопал по пульсирующей сонной артерии. - Окна на 28-м этаже в «Юаньинь Технолоджи» почти никогда не открываются. А если и открываются, то только вдвоем, и лишь наполовину. Ты мне рассказываешь, что он «случайно» сам упал?

Эту сказку для полиции он не купит.

- В тот день он шел к тебе, верно?

В утренних новостях как раз было сообщение о банкротстве «Юаньинь Технолоджи».

Чэнь Чжао говорил, что «Юаньинь» - главный актив семьи Пэй и место, куда Пэй Яньли вложил больше всего сил. Они украли его акции и разрушили всё, что у него было!

- Приятно тратить деньги? Не заработанные своим трудом, их ведь совсем не жалко, правда?

Даже после банкротства на украденные деньги они могли бы безбедно прожить всю жизнь. А что осталось Пэй Яньли?

Тут до Пэй Хэнчжи наконец дошло, чего добивается этот человек. За те две раны, что он уже получил, можно было догадаться: - Ты хочешь отомстить за него.

Ло Юньцин промолчал.

Пэй Хэнчжи завопил: - Но второй дядя умер пять лет назад!

Зачем спустя пять лет мстить?

- Да, пять лет, - Ло Юньцин на мгновение спрятал ненависть, отпустил его волосы и обернулся к сандаловой шкатулке на столе. - А ведь мы знакомы... уже десять лет.

Он был похож на больного с приступами, который то смеялся, то плакал: - Знаешь, какой завтра день?

Пэй Хэнчжи впал в замешательство. Завтра 22 декабря, что в этом такого?

- А еще называешь себя его племянником. Как можно было забыть день рождения собственного дяди?

22 декабря - день рождения Пэй Яньли.

Ло Юньцин выдохнул облачко пара и посмотрел в окно с мечтательным выражением лица: - Мы договорились, что когда ему станет лучше, мы поедем на море встречать рассвет.

Улыбка постепенно сползла с его губ, и он резко повернулся обратно: - Но его здоровье никогда не могло стать лучше! Знаешь почему? Я водил его к врачам, они сказали, что его ноги получили вторичные повреждения и он никогда больше не встанет! Кто это сделал? Ты или Сун Сюэчэнь?!

Заметив, как у того на мгновение забегали глаза, Ло Юньцин всё понял: - Это... ты!

Хотя Чэнь Чжао говорил, что после того, как Сун Сюэчэнь попал в семью Пэй, Пэй Яньли однажды упал с лестницы, если бы виновником был конкретно он, Чэнь Чжао сказал бы об этом прямо. Стало быть, это Пэй Хэнчжи столкнул его.

- Зачем?! Он же твой родной дядя!

Не дожидаясь объяснений, Ло Юньцин спрятал нож и взял стальной прут, который лежал у колонны. Он поднял его обеими руками над ногами Пэй Хэнчжи.

Ло Юньцин сошел с ума.

Раз он решился на нож, то без колебаний пустит в ход и прут.

Пэй Хэнчжи охватил ужас, он затараторил: - Потому что я завидовал ему! Он во всём был лучше: умнее, способнее. В подростковом возрасте уехал за границу и добился там успеха. Все, кто видел меня, только и говорили о нем. А ведь я тоже не хуже!

- И поэтому ты решил его уничтожить?

- Да! Я хотел посмотреть, как падает великий второй господин Пэй! - стоило начать, как слова полились сами собой. Пэй Хэнчжи невольно усмехнулся: - Оказался обычным человеком, вовсе не таким божественным, как о нем болтали.

Через секунду после его слов стальной прут опустился вниз. Раздался отчетливый хруст ломающейся кости.

В этот момент Пэй Хэнчжи был готов вырвать себе сердце от боли. Его прошиб ледяной пот.

- Посмотрим, на что будешь похож теперь ты.

Одного удара было мало. Ло Юньцин поднял прут снова и под мольбы и крики Пэй Хэнчжи с силой ударил еще раз. Старый стул, на котором он сидел, развалился в щепки.

Ярко-алая кровь потекла по полу.

Пэй Хэнчжи потерял сознание.

- Он не был богом, но ты даже человеком не являешься, - Ло Юньцин отбросил испачканный прут и тяжело задышал, опираясь на колонну.

Подождав полчаса, пока кровь немного утихнет, он подвесил Пэй Хэнчжи за ноги.

- Не бойся, я не убью вас. Если вы умрете, то встретитесь с ним раньше меня, - он снова достал швейцарский нож и, пошатываясь, направился к человеку, привязанному к столбу неподалеку. - Так ведь, старший брат?

Тот молчал, даже глаз не открыл.

- Я знаю, что ты уже проснулся, - он медленно присел на корточки и похлопал его по щекам. - В отличие от других, я распорядился давать тебе меньше лекарств.

Сун Моянь больше не мог притворяться. - Ты хочешь отомстить за Пэй Яньли?

- Думаешь, тебя это не касается?

Сун Моянь стоял на своем: - Я не причинял ему вреда.

- Не причинял? - Ло Юньцин с силой проговорил это слово. - Ты никогда не хотел завладеть его акциями? А кто подначивал Сун Сюэчэня остаться возле Пэй Яньли, чтобы тот был твоим шпионом?

Чэнь Чжао рассказывал: Пэй Яньли планировал дать старому господину Пэю три месяца, чтобы тот понял - «ритуальный брак» бесполезен. Он собирался развестись с Сун Сюэчэнем и даже чувствовал себя виноватым, поэтому прописал в брачном контракте много льгот для него.

Пэй Яньли никому не сделал зла.

А что сделали они?

Воспользовавшись его добротой, они затягивали время, подмешивали ему лекарства в еду, подтачивая его психическое здоровье, а когда он ослаб - будучи законным супругом, украли его акции, переписав всё на себя.

И у них хватает совести говорить, что они не причиняли ему вреда.

- У тебя есть доказательства? - даже сейчас Сун Моянь упрямился. - Нет доказательств - это клевета.

- Плевать, - Ло Юньцину было уже всё равно. - Я долго не мог понять: мы ведь родные братья, почему ты был так жесток ко мне? Ради этой подделки ты готов был уничтожить меня.

Он встал, закинул голову и закрыл глаза. Перед ним стояли многие люди.

Сяо Юй, бабушка...

- Я думал, мы просто не близки, потому что много лет не общались. Если причина в этом, я мог бы понять.

Он был так же чужд этому старшему брату, как и своим «родным» родителям.

Он не мог любить или быть привязанным к тем, кого в его жизни не было первые десять лет. Он всё прекрасно понимал.

Когда он узнал правду и увидел, что они утешают Сун Сюэчэня, первой, о ком он подумал, была бабушка.

Бабушка, Сяо Юй... если бы его семья узнала, они бы обязательно его утешили.

Он не был в печали. Ему не хватало денег, но не любви.

Пусть Сун Сюэчэнь дальше остается «маленьким господином» семьи Сун, живет в достатке и любви, а ему нужно всего пять миллионов, чтобы улучшить жизнь в приюте - это что, так много?

- Ты из кожи вон лез, чтобы подавить меня ради него. Кто бы посмотрел на это, не сказал бы: «Какой замечательный брат, так любит младшего». Действительно ли это так?

Он опустил голову и приблизился к нему: - Знаешь, почему в особняке семьи Сун столько камер, но я всё равно смог тебя схватить? Ты причинил боль не только мне.

В одно мгновение Сун Моянь вспомнил сладкий суп, который Тан Яцзюнь дала ему перед сном.

- Она сказала: «Это так отвратительно!»

Ло Юньцин с улыбкой занес нож и вонзил его в живот Сун Мояню.

В этот момент того затрясло от ужаса.

- Вообще-то, она очень хотела сделать это сама. Но семья Сун и так слишком обидела ее, я не мог позволить ее рукам... испачкаться в вашей крови. - Ло Юньцин медленно провернул нож и вытащил его.

- Ло Юньцин, ты...

- Что хочешь сказать? Что я плохо кончу? - Ло Юньцин перевязал его рану. - Да, такие плохие люди, как я, плохо кончают. А вам нужно жить долго и счастливо.

С ним он поступил так же - подвесил вниз головой.

Руки Ло Юньцина были по локоть в крови.

Он небрежно вытер их грязным бинтом с пола и посмотрел на сандаловую шкатулку: - Скоро всё закончится, подожди еще немного.

Наконец он, пошатываясь, подошел к человеку, который всё еще был без сознания.

Не говоря ни слова, он ударил его ножом в плечо, и от боли тот мгновенно очнулся.

Не успел он сообразить, что происходит, как Ло Юньцин схватил его за подбородок.

- Ло Юньцин! Что ты творишь?!

- Знаешь, я ведь... даже завидовал тебе. В те два года Пэй Яньли хорошо к тебе относился? Должно быть... неплохо.

Он всё узнал от Чэнь Чжао.

Когда Пэй Яньли попал в аварию, у него были сломаны ноги, легкие были повреждены. Он не хотел брака, это была прихоть старого господина Пэя.

Старик, который всегда был рассудительным, в этом вопросе стал суеверным - он верил, что «ритуальный брак» поможет Пэй Яньли поправиться.

Пэй Яньли не мог отказать и не хотел огорчать деда, но и губить человека не желал, поэтому сразу поставил условие: три месяца.

Три месяца - это срок, который он дал себе.

Он хотел медленно переубедить деда, показать, что это бесполезно, и развестись до того, как старик начнет злиться.

Смотри, как он был заботлив.

А что сделали они?

- Позже Пэй Яньли узнал о вашей связи с Пэй Хэнчжи. Он сказал Чэнь Чжао, что хочет помочь вам быть вместе. Он собирался взять всю вину на себя, он даже... проложил для вас путь! Он был так добр к вам, а вы?

- Как вы с ним обошлись!

Если бы они хорошо к нему относились - ладно. Пусть они даже ни разу не виделись, пусть он сам пробивался в этой жизни в одиночку - это было бы лучше, чем сначала обрести, а потом потерять.

- Больше всего я ненавижу тебя.

- Ты ненавидишь меня? Ты сам не хотел идти на этот брак!

- Да. Поэтому я ненавижу и себя тоже.

Все эти пять лет Ло Юньцин не переставал жалеть об этом ни на секунду.

Если бы тогда на брак пошел он, Пэй Яньли не стал бы таким.

Но в этом мире нет лекарства от сожалений.

Он глубоко вздохнул и приставил нож к бледному лицу Сун Сюэчэня.

Снаружи грохотал гром, хлынул ливень.

Крик боли разнесся по пустому дому.

Наконец он положил трубку, сбросив вызов полиции, бросил нож рядом с окровавленным человеком и, волоча тяжелые ноги, подошел к шкатулке.

Он хотел протянуть руку, но увидел, что она снова испачкана кровью, и торопливо вытер ее бинтом.

Но как бы он ни тер, она всё равно оставалась грязной.

Ло Юньцин, словно ребенок, совершивший проступок, робко взглянул на фотографию: - Ты ведь не будешь брезговать мной, правда? Ничего, если брезгуешь - снаружи идет дождь, скоро всё смоет... смоет начисто.

Он набрал последнее сообщение для Чэнь Чжао: «Я пошел с Пэй Яньли встречать рассвет, пока-пока~»

＝^_^=

Отложив телефон, он осторожно, как величайшую драгоценность, прижал шкатулку к груди и вышел за ворота.

- Сяо Ло, идет дождь, рассвета не будет видно, - Пэй Яньли парил рядом с ним, словно понимая, что тот задумал. Голос его дрожал: - Давай вернемся, а?

- Пэй Яньли, я ведь не убил их, - Ло Юньцин протянул руку. - Смотри, дождь пойдет, кровь смоет, будет чисто-чисто.

Он шел к обрыву, бормоча шкатулке: - Сегодня такой хороший день. Спрашиваешь, какой день? Глупый, это же твой день рождения. У меня хорошая память, правда? Вот только... клубники нет. Пойду покажу тебе рассвет.

Короткий путь показался ему бесконечно долгим.

Он был слишком измотан, приходилось останавливаться после каждых нескольких шагов, чтобы перевести дух.

- Не бойся, дома всё заперто, я оставил Чэнь Чжао письмо. Всё, что заработал за эти годы, часть отдал приюту, остальное - ему. Пусть это будет... пусть это будет извинением.

- В последние годы я стал для него обузой.

- Он хороший человек, просто иногда язвит и говорит не то, что думает. Я знаю, он делает это ради меня.

- Я не могу больше тянуть его на дно. Я хочу с тобой... в тишине... посмотреть на рассвет.

Наконец он дошел до края. Волны с ревом разбивались о скалы, вокруг была лишь бескрайняя тьма. Ло Юньцин поджал губы: - Я забыл. В дождь рассвета не видно.

Позади послышался вой полицейских сирен.

Ло Юньцин крепче прижал к себе шкатулку и обернулся.

Сквозь пелену дождя он увидел, как Чэнь Чжао, спотыкаясь, выбегает из полицейской машины. Ло Юньцин отступил на шаг.

Один шаг за край обрыва.

Прости, Чэнь Чжао. Прошло пять лет. Думаю, мне пора идти к Пэй Яньли.

- Пэй Яньли... я иду к тебе.

- Подожди меня.

В тот же миг, как он начал падать, Пэй Яньли полетел следом.

- Сяо Ло, Сяо Ло... я здесь.

Он крепко обнял его, и они вместе упали в морскую пучину.

............

Раздался удар грома.

Пэй Яньли резко открыл глаза и сел в кровати. В темной комнате было слышно лишь его тяжелое, прерывистое дыхание.

Через мгновение рядом послышался стон.

Ло Юньцин протер глаза и тоже сел: - Муж, что с тобой?

Голос спросонья звучал хрипло.

Не успел он открыть глаза, как его крепко обняли: - Что случилось?

Он обнял лицо, зарывшееся в его плечо, и почувствовал на руках слезы. Вмиг проснулся: - С чего бы это? Почему ты плачешь?

Пэй Яньли, не в силах вымолвить слово, снова уткнулся ему в плечо: - Мне приснился кошмар.

- Что за сон такой страшный? - Ло Юньцин невольно улыбнулся.

Взрослый мужчина, а плачет из-за сна.

- Ну всё, всё, - он погладил его по спине и зевнул: - Это всего лишь сон, не принимай близко к сердцу.

Всего лишь сон?

Но ощущение было таким, будто ему живьем разрывали сердце.

- Мне страшно.

- Почему ты становишься таким капризным? - Ло Юньцин снова взял его лицо в ладони и поцеловал: - Теперь не страшно?

- Страшно.

- А так?

Ло Юньцин поцеловал еще пару раз.

Увидев, что тот продолжает кивать, он возмутился: - Пэй Яньли, ты не обнаглел?

- Поцелуй еще немного, - Пэй Яньли обнял его еще крепче.

Ничего не поделаешь, Ло Юньцин придвинулся ближе и зацеловал всё его лицо.

Кто просил его иметь такое мягкое сердце?

- Доволен? Давай спать, завтра ведь собирались в приют, навестить бабушку.

- Да, навестить ее.

- Ложись уже, я умираю от усталости.

Наконец он успокоил его, и Ло Юньцин, измотанный, уснул.

Вскоре его снова крепко прижали к себе. Говорят, кризис семи лет - а тот становится только более привязчивым.

- Жена.

- М? Что еще?

- Где хочешь провести годовщину свадьбы в этом году?

- Не думал об этом. Есть предложения?

Пэй Яньли легонько коснулся его губ и прошептал: - Давай снова поедем на Остров влюбленных. Встретим там рассвет.

- Хорошо.

--------

Дальше будет небольшая IF-линия (альтернативная история). Предупреждаю заранее: некоторые важные второстепенные персонажи исчезнут, в стане антагонистов всё будет иначе.