Король пепла

Впервые за долгое время Мистфейл заиграл в лучах солнца. Спарк стояла перед зеркалом и никак не могла понять, почему такой хороший день предназначен для такого грустного события…

Платье, которое любезно предоставил Люсьен, сдавливало грудь. Оно казалось ей слишком нарядным, не подходящим для Спарк. Шлейф розового платья превращал ее в сладкую иллюзию, неуместную в день, когда прощаются с мечтами.

- Я не зверь. – говорил Артур, когда накануне Вивьен пригласила подругу выпить с ними ромашковый чай.

- А кто же ты? – громко отхлебывая, будто издеваясь над безупречностью Равенхольта, сказала Спарк.

Артур рассмеялся. Его до жути аристократичные манеры раздражали Спарк. Даже сейчас, когда она собиралась на их бракосочетание, в душе у нее был скорее ветер, чем радостное предчувствие.

Волосы непривычно были забраны в низкий пучок. Кожа сияла от какого-то масла. Это масло ей подарила Вивьен на праздник первой розы. В этот день все девушки дарили друг другу подарки, ходили в салоны красоты или просто устраивали посиделки дома, сплетничая и делая друг другу макияж.

- Все не то… - пробормотала Спарк, натягивая на руки сатиновые розовые перчатки. – Слишком все спокойно.

Она желала подруге другой жизни. Однако, отдать должное, Артур потакал каждой выходке Вивьен. Даже эти ванильные цвета, в какие сегодня будут одеты все гости, - это каприз именно Виви. Он, как истинный джентльмен, не мог ей отказать. Но Спарк все же чувствовала от него некую пошлость и опасность. Она знала, что такие, как Равенхольт, не сделаю что-то просто так. Было в этом некое послевкусие игры. Он играет с ней, как с куклой, которое, что страшно, могла ему быстро надоесть.

Спарк выдохнула, и направилась вниз по лестнице. В Собор Девы Завесы она должна была отправиться со своей семьей. Notre-Dame du Voile, как его называл Арканум и сам Суммарион, главный служитель, располагался на возвышенности. Его окружал сад бордовых роз, издалека напоминавший сгустки крови. Очень живописное место. Своды собора похожи на крылья какого-то существа, а стены покрыты камнем, впитывающим свет. В солнечные дни он кажется почти прозрачным – как сама Завеса между мирами. Вокруг собора располагался небольшой сквер, где каждый гость мог уединиться и подумать о высоком. При этом, если кто-то не хочет, чтобы его нашли, то так и будет. Во век не найдешь, сидящего в этом маленьком сквере. Каждый Суммарион исправно ухаживает за этим местом. Однако отдать себя на служение силам природы – это некая самоотверженность. Суммарион лишается имени, чтобы не стать тщеславным, а также лишается глаз – во имя справедливости и отказа от каких-либо земных удовольствий.

Спарк, схватив юбку руками, спускалась по лестнице. Она поняла, что родители уже были готовы, когда услышала ворчливый голос матери.

- Как жаль, - говорила Рея, - что есть вещи, которые я не могу изменить…

Она была одета в белое платье, которое волочилось по полу. Белый цвет был Рее непривычен, поэтому она скованно вертелась перед зеркалом у выхода.

- Церемонию будет вести Тенекроп! Уму непостижимо.

- Да ладно тебе… - Люмин появился из-за угла в голубом вельветовом костюме. – Зато они беспристрастны. В этом их преимущество.

Он встал позади жены и поправил свои белые волосы. Спарк, засмотревшись на родителей, споткнулась и чуть не слетела с лестницы. Все внимание домочадцев было приковано к ней.

- Детка, осторожнее. – Люмин подбежал к дочери и подал ей руку. – Какая ты у нас красавица… Жалко только… - он осекся.

Все поняли, что он имел ввиду отсутствие Фейи. В комнате повисло молчание.

- Вы чего тут? – в комнату неспеша, ковыляя, вошел Морвис. Он был в таком же костюме, что и Люмин, отчего казалось, что в зале два одинаковых человека из разных времен. Выдавали разность происхождения - налитые тьмой глаза старика. Но все же они так сильно были похожи, отец с сыном.

Рея закатила глаза от этой семейной сцены и вышла из дома, давая понять всем, что они уже опаздывают.  

Семья Фростхарт вошла в зал церемоний. Внутри царил вечный сумрак, наполненный пламенем свечей, стоявших вдоль стен, и ароматом горьких трав. Каждый прихожанин, в чаше мог испепелить пучок полыни в дар духам леса. Стены были украшены извилистыми ветвями деревьев и множеством Кристаллинов, а из-под купола свисали тонкие нити из застывшего света. В конце зала стоял алтарь душ, высеченный из полупрозрачного обсидиана. На Алтаре лежали две красные нити, которыми Суммарион должен был связать души брачующихся.

Зал уже был полон народу. Все уважаемые семья собрались в одном месте. Кажется, в городе остались только Тенекропы. Спарк все искала в толпе Блейза. Мысль о нем заставиляла ее сердце ударяться о ребра чуть сильнее. Она до сих пор до конца не понимала, почему в последнюю их встречу он так холодно себя с ней повел.

Она обвела зал глазами и увидела его, стоящего рядом с Дарреном. Они о чем-то спорили. Спарк затаила дыхание. Сейчас она старалась посылать все импульсы в сторону этого рыжего юноши в черном костюме. Спарк желала, чтобы тот посмотрел на нее, хоть разок, увидел, как она сегодня необычно выглядит. И вот, как по заказу, Блейз одарил ее взглядом. Он смотрел на нее дольше, чем это было позволительно, но, не дав никакой ответной реакции, все же отвернулся.

Вивьен стояла возле отца и наигранно улыбалась. Ее платье было цвета глубокого изумруда, усыпанное тысячами ярких камней. Ткань струилась по телу, будто живая, играя светом при каждом движении. Корсет был высокой работы – не сдавливающий, а подчеркивающий хрупкость талии, украшенный крошечными красными цветами. Юбка расходилась мягкими волнами, где шелковая ткань постепенно темнела до почти черного оттенка. На голове – венец из серебряных ветвей, украшенных маленькими бусинами-полумесяцами. Образ был величественен и невероятно красив.

- Давайте подойдем, поздороваемся. – сказал Люмин, кивая в сторону семьи Д`Аркур.

- После. – шикнула Рея, - церемония вот-вот начнется.

Они прошли вглубь зала и встали в первой линии, возле алтаря. Все гости расположились в порядке их значимости в городе. После просительницы пошли судья, затем – работники Зеленой лаборатории и далее.

Зал затих и через мгновенье в дверь вошел Артур Равенхольт. Его замшевый черный костюм, аккуратно уложенные волосы и надменное лицо немного пугали. Никто не смел даже шевельнуться, когда он подходил к алтарю. Вивьен начала учащенно дышать, грудь вздымалась все чаще и чаще. В ее голове проскальзывала мысль: «А может сбежать?». Но куда она побежит. От себя не скроешься.

Служитель заговорил на Ледверте. Рея поморщилась. Она считала, что Тенекроп не должен знать язык магии. Люмин понимающе сжал руку жены.

- Aelyr`th menai… Si verae corae… (Да соединятся сердца, если чиста их суть) – каждый из гостей повторил и поклонился Суммариону.

Жених протянул руку невесте. Вивьен посмотрела на длинные пальцы Артура. Даже от одного взгляда ей стало холодно. Очень странно чувствовать холод Фрейке, которая от роду не чувствовала никакого мороза. Невеста неохотно вложила свою ладонь в его и вздохнула.

- Я приношу ей лед, чтобы охладить боль. Я приношу ей вечность, чтобы остановить угасание. – В зале поднялся небольшой ветер.

- Я приношу ему огонь, чтобы растопить тьму. – Вивьен сглотнула. – Я приношу ему жизнь, чтобы он вспомнил, каково это – дышать… - после этих слов свечи, стоящие в зале вспыхнули неистовым пламенем.

Тишина. Мир будто замер. Сейчас все ждали звонкое дрожание Хрусталлинов. Но его не было. По залу прошелся шепот. Артур не сводил глаз с жены. Она тоже не смогла отвести глаза. Сердце застучало быстро-быстро. И вдруг все услышали звон, похожий на плач. Спарк подняла голову и заметила, что некоторые цветы у основания залились красным цветом, будто их окропили кровью.

Суммарион повязал красную нить вокруг запястий молодоженов, она тут же исчезла, и объявил:

- Да будет союз признан Мистфейлом. Aveoum!

По залу эхом раздалось: «Aveoum!».

Зал выдохнул. Хрусталлины продолжали звенеть тихо-тихо – будто предупреждали.  А Вивьен стояла, ощущая, как часть ее пламени уходит, растворяясь в холоде Артура.

Гости начали подходить поздравлять «счастливую» пару. Вивьен должна была каждой семье, пришедшей на свадьбу, подарить изумруд, в знак признательности и пожелания иметь такое же счастье, как она. Артур взял приготовленную корзинку и потянул жену прочь от алтаря.

Семья Фростхарт подошла первой. Рея говорила очень сдержанно:

- Очень неожиданно… Поздравляем. – Она протянула Вивьен в качестве подарка золотую нить, какую мог позволить не каждый. Тем самым она показывала значимость и богатство своей семьи.

Спарк взяла подругу за руку и шепнула:

- Не пожалеешь? – невеста пожала плечами. Спарк понимающе кивнула. Вивьен вручила ей изумруд.

- Надеюсь, - вкрадчивым голосом начала она. – У тебя все сложиться хорошо…

Они отошли, давая возможность поздравить другим.

- Так, - властным голосом сказала Рея. – Мы пойдем с Люмином поздороваемся с другими семьями, а ты можешь пока нас подождать в саду, если тебе здесь неуютно.

- Спасибо. – Ответила Спарк. Рея похлопала дочь по плечу и направилась к семье Фрейз.

Лоу подошел к Спарк.

- Красиво выглядишь… - Он опустил глаза, будто смущаясь. – Хочешь, прогуляемся в саду? Пока наши родители отдают дань знати? – Спарк кивнула.

Сквер вокруг Собора был похож на мир в мире: тихий, словно дышащий солнечным светом и благовониями. Красные лепестки ложились на дорожки, а птички в колючих кустах свиристели так радостно, что казалось счастливее их нет на свете.

Спарк и Лоу шли рядом – медленно, почти неслышно, будто и вовсе они ничего не весили.  

Лоу, как всегда, был безупречен: бордовый бархатный костюм, прямая осанка, руки за спиной… Сейчас он был похож больше на прекрасное изваяние, нежели чем на простого Хламори.

- Ты сегодня… напряжена – произнес он, даже не повернув головы.

- А ты, как обычно, все замечаешь. – Тихо ответила Спарк.

Они свернули на аллею, где бордовые розы росли арками и источали невероятный аромат. Присели на деревянную лавочку, стоящую как раз напротив статуи Девы Завесы – первой невесты, произнесшей клятву в стенах этого Собора.                  

- Спарк, как ты себя чувствуешь? – Лоу повернулся к ней.

В его ледяных глазах появилась едва ощутимая глубина – как будто сейчас он позволил Спарк на секунду заглянуть в глубину его чувств.

- Даже не знаю, что и чувствовать… - она рассматривала свои руки. – Все это так странно и… отвратительно.

- В Мистфейле все всегда странно… - Он слегка наклонил голову. – Главное, под каким углом ТЫ на это смотришь.

- Прости. Просто все так запутанно. Кажется, что никто не живет сейчас по-настоящему. Вечная игра. – она пнула лежащий перед ней камешек.

- Знаешь, - выдохнув, начал Лоу,  - многие выбирают простой путь в жизни. Иными словами, живут, как умеют. Вот и все.

Он встал и развернулся к девушке. Таким она его видела впервые. Сейчас казалось, что Лоу – единственный, кто способен понять ее боль… Откуда взялось это чувство.

- Спарк, я знаю тебя много лет. И мой тебе совет… Не усложняй себе существование. Будь с кем хочешь, смотри как хочешь. Пусть все это – он скромно развел руками. – Будет только твой выбор.

- Но Вивьен… - начала она. Лоу вздохнул.

- Это выбор Вивьен. Ты не в праве судить ее. Наделай сначала своих ошибок. А то ты жить боишься.

Он посмотрел вдаль. Многие гости уже разошлись. Увидев сына, Летиция Фрейз помахала ему рукой.

На ней было светло-зеленое платье, выбивающееся из общего дресс-кода, однако она могла себе это позволить. Такова уж она была, и за это ее любил отец Лоу – грозный и властный мужчина. Она прекрасно дополняла его своей легкостью и грацией.

- Мне пора… Пока, мисс Фростхарт. – Лоу впервые за долгое время улыбнулся. И эта улыбка, Спарк чувствовала, была совершенно искренней.

Она еще долго сидела на лавочке, вдыхая приятный аромат цветов. И вдруг ей захотелось найти Блейза и попросить у него прошение.

Она встала и подошла вплотную к статуе.

- Лоу прав… - прошептала она. – Пора начинать делать ошибки.

И, подняв подол платья, она помчалась ко входу в Собор.

Спарк бежала, еще чувствуя в груди теплое эхо разговора. Она застала родителей, выходящих из дверей.

- О, дочка, где ты была? – начал Люмин. – Мы уже тебя искать собрались.

- Пап, а Синдерсы уже уехали? – голос дрожал.

Рея удивленно приподняла бровь.

- Да, Спарк, все уже уехали. А зачем они тебе?

- Да так, забудь… - разочарованно произнесла Спарк.

Фростхарты зашли домой. Люмин сразу же отправился на кухню, чтобы приготовить для семьи ужин. Морвис сел на диван и начал читать книгу, некогда начатую Фейей.

- Мам, - сказала вдруг Спарк, - давай на Пир Возвращения позовем Синдерсов? Ну, пожалуйста.

- Не придумывай. – бросила Рея, не останавливаясь, и скрылась за дверью своего кабинета.

Люмин выглянул из кухни и тихо произнес:

- Позовем, милая, не волнуйся. Я с мамой поговорю. Может вообще прием устроим, как мама любит. – Он подмигнул.

Спарк подбежала к отцу и поцеловала его в щеку. Люмин почувствовал жаркую вспышку на лице.

- Спасибо, папочка, - прошептала радостно она.