Король пепла

Фейя шла босиком по промозглой земле. Под ногами хрустела опавшая листва. Она чувствовала в ногах легкое покалывание, будто землю пронизывало дыхание древних.  Ни тени паники, ни страха не было в ее глазах, только фиолетовое свечение, струящееся из ее глаз. Она шла, завороженная по узкой тропинке среди густого елового леса. Моросил дождь, но впервые в жизни Фейя не боялась холода, она его не чувствовала. Ей нравилось это ощущение. «Вот какого это… Быть неуязвимой к холоду» - подумала Фейя.

Вдруг дорожка засветилась тысячами зеленых огоньков, освещая путь девушке. Она поняла – лес не спит. Он дышит ею, ведет ее.  Вдали, как сердце самой земли, виднелось большое фиолетовое дерево, оно раскинулось на всю поляну. "Как я тут оказалась" - пронеслось в голове у Тенекропки.

Но чем ближе Фейя подходила к дереву, тем отчетливее слышала, как ее кто-то звал. Этот голос выходил из самого чрева и манил Фейю. Она подошла к самому основанию и прикоснулась к мощной коре. Под ней в секунду выросли десятки фиолетовый ярких цветков.

- Ну здравствуй, дочь Трисов… - прошелестело в листве.

Фейя присела у мощного корневища, сорвала цветы – и мир словно потускнел. Она вдохнула сладковатый запах этих цветов. Он показался ей таким знакомым и родным, что из глаз сразу же полились теплые слезы. А лепестки были настолько чистыми, что через них она могла увидеть свое отражение.

Как же она изменилась. Волосы ее стали изумрудными, а глаза пылали зеленым ярким пламенем. В ней дышала магия леса. Она впустила ее в себя с благодарностью. Еще никогда она не чувствовала себя такой живой.

Вокруг нее все зашевелилось, будто ждало именно ее присутствия. Фейя увидела вокруг себя бабочек, но их крылья были прозрачными, будто цвет кто-то нарочито стер. Рядом заплясали зеленые светлячки, а вдалеке показались уши любопытных белых зайцев.

Фейя чувствовала себя частью леса, желанной дочерью природы. Она улыбнулась и обмякла под кронами матери-дерева. Оно же склонило ветви, заботливо укрыв Фейю своими большими фиолетовыми листьями, словно над гробом и колыбелью одновременно.

Из леса начали выглядывать странные существа, похожие на старичков и старух. Они были одеты в черные мантии, с глазами, светящимися зеленым огнем. Похожими на Дарков… а может, это и были они... Существа тихо обошли дерево и заглянули в колыбель Фейи. Они ждали ее. «Скоро все начнется…» - послышался шепот.

Вдруг поднялся холодный ветер и Спарк почувствовала, что она присутствует там, в моменте воссоединения Фейи с лесом, будто с семьей. Она поняла, вот ее шанс вернуть сестру домой. «Фейя» – закричала, но ее голос утонул в свисте ветра. Она побежала к дереву, но чем ближе она подходила, тем сильнее становился ветер. Вдруг кто-то из Дарков, направил руку в сторону Спарк, будто отгоняя. Ветер поднял девушку, как пушинку, и понес прочь от деревянной колыбели сестры.

Спарк проснулась в холодном поту. Она задыхалась, хватая воздух, будто после падения в ледяную воду.

***

Спарк долго не могла понять, где находится. Комната казалась ей чужой – будто стены еще хранили отзвуки ветра, что вырвал ее из сна. В груди жгло, дыхание сбивалось. На подушке еще виднелись следы от слез. Все это стирало грани реальности. Фрейям никогда не снятся сны просто так. Они не чувствительны к этому. Но что это могло быть: предзнаменование чего-то? Подсказка, где находится ее сестра? – все эти вопросы кружились в голове Спарк до самого входа в академию. Она остановилась в просторном коридоре, украшенным живыми растениями, и уставилась в окно. Зеленое поле перед школой замело снегом. Он все не прекращался, будто хотел утопить город.

- Спа-а-а-арк – послышалось на другом конце коридора.

Фейя бежала к ней, улыбаясь. Ее косички весело развевались от бега. В груди у Спарк защемило, вот она, ее сестра. Она развернулась к ней и сделала шаг. Вдруг волосы Фейи оказались того жуткого зеленного цвета, а из глаз текли черные слезы. Стало совсем тесно в коридоре, будто вместо учеников академии на Спарк смотрели те жуткие зеленые глаза. Все казалось таким нереальным. Она качнула головой и закрыла лицо руками.

- Спарк, ты чего. – Перед ней стояла Вивьен в новом костюме белого цвета. Теперь она походила на большую пушистую снежинку.

- С тобой все нормально? – Вивьен взяла подругу за руки.

- Сегодня белые шелковые? – Спросила Спарк, не поднимая головы.

- Ты о чем?

- Перчатки… никогда не повторяются… - она улыбнулась.

Вивьен дотронулась до подбородка подруги и подняла ей голову.

- Может пойдем, выпьем горячий шоколад в столовой? А? – Спарк кивнула.

Они вошли в просторное помещение. В нос ударил сладкий запах выпечки. Они прошли за самый дальний стол возле окна. Из столовой открывался вид на поле для магических поединков. Среди занимающихся Фреев Спарк заметила и Блейза, который старательно отбывал атаку своего оппонента. Жители Мистфейла нечасто пользовались магией в обычной жизни, однако Даррен считал, что уметь пользоваться магией должны все. Уроки по магическому воздействию проходили раз в неделю на специальном поле возле школы.

Будто почувствовав на себе взгляд девушки, Блейз посмотрел наверх. Увидев Спарк, он улыбнулся и махнул ей рукой. Тут в него прилетел сгусток энергии, от которого Блейза откинуло в сторону.

- Расслабился, друг – крикнул Форт, подбегая к Блейзу. – На что засмотрелся?

Блейз поднял голову и жестом показал испуганной Спарк, что все с ним нормально.

- А-а-а-а... Амур-тужур.... - поиздевался Форт, за что получил огнем в спину от Блейза.

Спарк смотрела на это с замиранием сердца.

- Я надеюсь, именно это причина твоего расстройства -  Вивьен кивнула в сторону Блейза.

Спарк удивленно посмотрела на подругу.

- Ну ты провела с ним ночь на Фестивале первого снега, а это да что-то значит. - Вив улыбнулась и отхлебнула горячую жидкость из чашки.

- Я была с ним лишь потому, что ты не смогла… Да и ты, помню, была против... - Пора перевести тему. - Как, кстати, прошел показ?

- Ты знаешь, как всегда, на высоте – она оторвала кусочек от свежеиспеченного Кирнеля – традиционное лакомство старого города: тесто смешивают с корицей и каплей лавриного масла – растения уюта, сок которого напоминает дикую грушу.

- Что-то непохоже, что ты в восторге.

- Да… - Вивьен медлила – Артур опять приставал, подарил мне цветы смерти…

- Тот жуткий тип? У меня от него мурашки по коже. От него за километр несет смертью. – Вивьен потупила взгляд. Спарк продолжила – А что отец?

- А что отец… Отцу бы лишь бы не Фейк. Он готов меня уже отдать в коллекцию этого Артура, чем принять тот факт, что его дочь влюбилась в Тенекропа.

Вивьен бросила булку на стол и посмотрела в окно. После недолгого молчания она продолжила.

- Знаешь, последнее время я все чаще думаю о Фейе. Мы так мало уделяли ей внимания. – Спарк кивнула. – Помнишь, как в детстве, пока мы играли у дома, она уходила к ручью и часами могла просто сидеть и разговаривать с цветами…

- Да, помню – поддержала Спарк, - от нее всегда пахло землей и сыростью, и нам она всегда приносила какие-то странные растения, говоря, что они нам помогут…

- И ведь они помогали – подхватила Вивьен. – Фейя будто чувствовала, что мы вот-вот упадем и поранимся. Она шептала что-то чудное цветам, а те в мгновение затягивали все наши раны и забирали боль.

- Да… - мечтательно произнесла Спарк. – Еще так искренне их благодарила за это, будто они все понимают… А мы все думали, что это наша регенерация.

Девушки засмеялись. Но в голове Спарк будто складывался пазл. Сестра всегда была странным ребенком. Не в плохом смысле – просто другой. В ее волосах всегда находились какие-то семена или листья, а она просто их не замечала, будто была частью всего этого. Фейя умела слушать, наблюдать и мечтать – экзотическое сочетание для Тенекропа.  За все свои 19 лет Спарк еще не встречала Тенекропа, который надеялся на что-то большое и волшебное. Система Мистфейла казалась такой устоявшейся, что места для надежды найти почти невозможно, но сестренка умела отыскивать свет в непробудной тьме. За это она раздражала маму, за это ею восхищалась Спарк.

Из размышлений ее вырвал голос Вивьен:

- Фейк научил меня искать хорошее в любом существе. Раньше я смотрела только на себя и себе подобных. Честно признаться, мы с тобой начали дружить только потому, что наши родители занимают не последние места в городе. И мы подходили друг другу. Сейчас же я не могу представить жизни без тебя, подружка… - она взяла Спарк за руку и улыбнулась.

В столовую влетел Кай – младший брат Вивьен. Он остановился возле столика девочек, глотая ртом воздух.

- Кай, - настороженно начала Вивьен – что случилось?

***

Рея сидела в своем кабинете, всматриваясь в пустоту. Она стучала пальцами по столу, судорожно пытаясь понять, все ли довольны праздником. От того, как прошел праздник будет зависеть уважение к Рее.

В дверь постучались. Не дожидаясь ответа, в комнату вошла Олиан Грин. Она села напротив Реи.

- О чем думаешь? – спросила Олиан.

- Думаешь, никто не заметил? – Рея заломила свои руки.

- Звезды оставили много трещин на куполе, сожгли часть леса, это не к добру… Природа злится, что будем делать?

- Думаешь, это как-то связано с исчезновением Фейи? – Рея прочистила горло. Было очевидно, что ее это задевает. – Все сыпется из рук. Я все чаще вижу во снах Беготтен.

- Рея… - Олиан понимающе накрыла рукой ладонь подруги.

- Кажется я схожу с ума – прошептала Рея и опять закашляла фиолетовыми лепестками.

Когда просительница откашлялась, в воздухе повис тяжелый аромат гари и цветочного тлена – как напоминание о Беготтен.

***

Белые волосы Кая намокли от бега. Он залпом выпил чай Вивьен и протянул к ней свои бледные тонкие руки. Семье Д`Аркур, по мнению Витры, очень повезло: старшая дочь – наследница империи – прекрасная Фрейка, а младший сын – подающий надежды Хламори. Идеальное сочетание. 

Но сейчас Вивьен сама удивилась внешнему виду брата. Она никогда не видела Кая таким потерянным. Брат и сестра редко, когда проявляли явные признаки любви, но сейчас мальчику хотелось подарить сестре хоть толику тепла. Он все мешкался, пытался не смотреть сестре в глаза. Молчание угнетало.

Вдруг он коротко обнял сестру и проронил:

- Сестренка, только не волнуйся – сейчас он казался таким взрослым, девочки напряглись.

- Кай, я тебя испепелю, говори, что произошло?! С родителями что-то?

- Фейк… - Кай сглотнул. – Он… мертв. Говорят, его отец принял такое решение…

Мир Вивьен рухнул в одночасье. Ничего не спрашивая и ничего не уточняя, она сорвалась с места и помчалась вон, как будто могла догнать судьбу, если будет достаточно быстрой.

Спарк кинулась к Каю тряхнула его за плечи.

- Откуда ты узнал? А?

- Олиан позвонила отцу. Она… она плачет. Он сейчас в «Виридисе». Я прибежал, как только отец отъехал от дома.

- Вот же…пепел. – Спарк ринулась вслед за Вивьен.

Вивьен летела по улице, как обезумевшая. Снег лип к платью, элегантные туфельки тонули в снегу, но холод был несравним с пожаром, который творился внутри Вивьен. Ее глаза пылали неистовым огнем, а все тело бросало в жар. «Это и есть ненависть» - пронеслось в голове у девушки. Пока она неслась к центру, лентой воспоминаний проносились в голове самые теплые моменты, которые она испытала рядом с Фейком. Она видела его лицо, такое светлое. В нем было больше света, чем во всем Мистфейле.  И теперь этот свет погас. Ненависть к его отцу росла с каждым шагом, она становилась плотнее воздуха. «Только крупица отчаяния, мне нужна только толика отчаяния в его глазах» - говорила она себе.

Вивьен просто влетела в здание «Виридиса», поднялась на второй этаж и распахнула дверь палаты номер 13, в которой пахло смертью. Возле кровати стоял отец Фейка, ни тени скорби на его лице не было. Фейк лежал на кровати весь белый. Вивьен первый раз в жизни видела мертвого так близко. Она тихо подплелась к кровати и коснулась холодной шеки возлюбленного. Раньше он всегда реагировал на ее прикосновения.

- Вставай… - прошептала девушка. Сначала тихо, но потом ее голос набрал силу. – Вставай, прошу тебя…

Вивьен начала трясти Фейка с такой силой, что на пол попадали все больничные плоские подушки.

- Я прошу тебя, хватит так шутить… - из ее глаз капали крупные слезы прямо на лицо Фейка. Она коротко и сильно целовала его. На губах оставался лишь жуткий холод. Вдруг Фейя почувствовала на своих плечах толстые потные руки. Отец Фейка начал оттаскивать ее от тела.

- Он больше не жилец, дорогая… - Это не было актом поддержки. Скорее страх, что их услышат.

Вивьен стало от него отвратительно. Холод проснулся под кожей, прошелся по венам. Мистер Оглин повернулся к ней.

- О, Виви… - Оглин противно улыбнулся.

В руках ее вырос большой острый кристалл. Она не создавала этот неистовый огонь – он сам проснулся в ней. Воздух звенел, будто каждая пылинка откликалась на ее нарастающий гнев.  Тенекроп, почувствовав опасность, попятился и, сбив стол, ударился об стену.

Вивьен одним движением повалила Оглина на пол и угрожающе нависла над ним. Она дрожала. Ее слезы, вперемешку со слюнями, падали на покрасневшее от недостатка кислорода лицо Тенекропа. Вивьен почувствовала, что от него разит алкоголем…

- Ты не страдаешь… - шептала Вивьен. – Ты должен был умереть…

- А…а-а что я мог сделать – давясь от кашля ответил мистер Оглин. – Он бы все равно не выжил.

- Ты должен был сделать все, чтобы он очнулся – она надавила на горло еще больше. – Сердце отдать, легкие, почки, глаза в конце концов… Он был лучше…

- Я… я… кхм-кхм… я тоже люблю жить – он начал упираться в девушку руками и отталкивать ее от себя.

- Ты… мерзавец, УБИЙЦА – Вивьен кричала так, что ее голос эхом раздавался на весь центр.

- Ты-ты-ты-ты ч-ч-что дел-л-лаеш-ш-шь – Оглина затрясло. Его голос тут же осип.

Вивьен совсем обезумела. Она начала одним большим пальцем надавливать на глаз мужчины, второй же рукой замахнулась ледяным оружием.

- Я не виноват… я не виноват – дрожащим голосом продолжил отец Фейка – это все твой отец…

- Что? – не ослабляя хватку, спросила девушка.

- Да-а-а-а, это все твой отец… - он перешел на шепот. – Это его идея была… Я лишь хотел заработать…

- Заработать? – из глаз Вивьен полились слезы, она еле сдерживала гнев – ты все врешь… Ты хуже Дарков.

Кристалл в руке вспыхнул – и в следующее мгновенье погас, погрузившись в чужую плоть. Она вонзила в горло Тенекропа горящее оружие. Во все стороны брызнула кровь. Вивьен испугалась, но остановиться уже не могла. Выдернув оружие, она повторила движение. Вивьен слышала свой голос, но уже не узнавала его. Слова сами вырывались из груди, будто кто-то другой говорил за нее. Раз за разом, кромсая Оглина, крича при этом «УБИЙЦА, УБИЙЦА. Ты будешь страдать, как страдал Фейк. Ты пройдешь все эти муки… Ты должен!». С каждым ударом боль выходила наружу. Она чувствовала липкую кровь на руках и огненном кристалле, от этого ей становилось противно и накатывала тошнота. Дыхание сбилось. Теперь, ей было трудно не только мыслить, но и дышать.

Сзади послышались шаги. Прибежал отец Вивьен, он застал обезумевшую дочь, разрывающую плоть Тенекропа буквально на куски. Люсьен подбежал к дочери и начал оттаскивать ее. Оглин обмяк. Было понятно, что врачи не смогут помочь, даже применив сильную магию. Вивьен потеряла сознание. Они осели в луже крови. Отец обнял дочь, приговаривая: «Тише, тише, все будет хорошо. Я все сделаю, я все решу», но Вивьен уже не слышала. Глаза закрылись, и тело стало мягким, как снег. Кровь растекалась по палате, как лава в раскаленном вулкане.

Спарк прибежала последней. Только завернув за угол, ей в нос ударил запах крови и медикаментов.

- Арканум побери… - прошептала она, зажимая рот ладонью.  - Что же ты натворила, Вивьен…

В палату проникла гробовая тишина. Было слышно лишь, как капли крови текут по холодному полу.

Сзади послышался торопливый стул каблуков. К открытой двери подлетела Олиан Грин. Она озабоченным взглядом оглядела эту ужасающую картину. Было слышно, насколько сильно она торопилась. Дыхание сбилось. Вдруг она отошла от палаты и крикнула, казалось, в пустоту:

- Несите два мешка…