глава 47
— девочки, встаём, встаём, время уже девять — кричала даша, заходя по очереди в каждую из трёх комнат.
я с трудом поднялась, чувствуя, как тяжёлая, тупая головная боль отдаётся по всему телу и пульсирует где-то внутри, мешая нормально думать и двигаться.
— доброе утро... — пробурчала я виолетте, свесив ноги с кровати и уставившись в пол мутным взглядом.
— мг — ответила она невнятно и из положения сидя вновь легла головой на подушку.
я тяжело вздохнула, чувствуя раздражение от собственного состояния, и пошла в ванную комнату, чтобы сходить в душ, надеясь хоть немного прийти в себя.
в душе я сделала всё, как и обычно, совсем не задумываясь, будто тело само знало, что делать, пока мысли где-то путались и не собирались в одно целое.
стоя у зеркала, я сушила волосы феном, наблюдая за своим отражением, которое выглядело уставшим и каким-то пустым, пока виолетта в этот момент молча чистила зубы, даже не глядя на меня.
выйдя, я собрала волосы в небрежный хвост чёрной резинкой-пружинкой, которая, как всегда, была на моей руке, привычно стягивая волосы и оставляя лицо открытым.
взяв в руку две таблетки, я вышла в кухню, где уже сидело большее количество девочек, ведь время было завтрака, и все были голодны, шум стоял такой, что у нормального человека заболела бы голова. но я уже привыкла к этому, как и остальные.
многие встретили меня громкими возгласами, мол, доброе утро, это говорили и девочки, и дина с наташей.
как только я вошла, кира встретилась со мной глазами и тут же опустила взгляд в сторону.
я почувствовала внутри что-то неприятное, что-то тянущее и колючее, но проигнорировала её жест и подошла к столешнице, где девочки разбирали завтрак.
— лика, твоё — заговорила настя, стоя слева от меня и раздавая всем контейнеры с едой.
— кристина! твой! — крикнула следом настя.
— лик, подай — машинально попросила кристина, стоя правее от меня.
я молча протянула ей завтрак, стараясь не придавать этому значения, но наши руки случайно соприкоснулись, и от этого короткого касания внутри что-то неприятно дёрнулось.
я подняла глаза, и в тот же момент встретилась с её взглядом, который был спокойным, но внимательным, будто она планировала такую мою реакцию.
кристина коротко кивнула в знак благодарности и отошла в сторону, разрывая этот короткий контакт, оставляя после него странное ощущение.
— девчат, все тут? — громко спросила наталья, оглядывая нас.
— сейчас по очереди пойдёте в комнату для интервьюшек и каждая анонимно должна написать один приличный вопрос для любой из пацанок — начала объяснять дина суть следующей съёмки.
— потом на детектере эти вопросы будут вам озвучены, вы должны дать ответ, и после уже будут видны результаты — добавила наташа.
я с удивлением невольно оглянулась на виолетту, которая заулыбалась, явно понимая, на что я намекаю, и этот взгляд между нами был понятен без слов.
взглядом я нашла среди нас юлю, к которой у меня накопилось слишком много вопросов, слишком много недосказанностей, и не только у меня.
— сразу после завтрака идёте переодеваться и на съёмки! — громко сказала дина.
постепенно на кухне стало меньше людей, шум стихал, а остались лишь те, кто разговаривал между собой, разбиваясь на маленькие группы: виолетта с кирой, лера с аминой, кристина с настей, и я, к которой подошла ангелина.
— юля не работала в эскорте, я знаю, что я говорю, блять — говорила мне геля, стоя рядом у столешницы, её голос был уверенным и даже немного истеричным.
— я знаю, знаю... надо написать про это — кивнула я, соглашаясь с ней, хотя внутри всё равно оставались сомнения.
— надо в комнату уйти, обсудить конкретно, что кто пишет — предложила виолетта, оглядев всех, кто находился в кухне, словно собирая нас в одно целое.
— к нам давайте — предложила я.
— да, да — закивала кристина, и в её глазах блеснуло что-то резкое, смесь злости и азарта.
все девять человек, включая меня, скрылись за дверями нашей с виолеттой комнаты, заполняя её шумом, голосами, движением.
мы расселись кто куда, занимая кровати, пол, подоконники, и сразу же достали две наши с виолеттой одноразки, пустив их по кругу, чтобы покурил каждый, воздух быстро наполнился лёгким дымом.
— меня только юля сейчас интересует, это надо несколько разных вопросов — заговорила задумчиво лера, глядя в сторону.
— кто-то пишет один вопрос прямо, типа, правдиво ли всё в её истории, а кто-то отдалённый, про эскорт, наигранность и так далее — начала негромко говорить я, оглядывая комнату, пытаясь собрать мысли в порядок.
— ну вот, сися пишет про эскорт, амина про платок, ты прямой вопрос, и сейчас ещё несколько придумаем — подцепила мою идею виолетта, указывая на каждую из нас рукой.
— про игру на камеру ещё — добавила громко кристина, не глядя ни на кого, но явно вовлечённая в разговор.
— да, вот эмоциональность её напрягает — кивнула вдумчиво кира.
— вот если за хайпом пришла она, я её раздавлю жи есть, прям конкретно — вставая с кровати, заговорила амина, качая головой.
— но в эскорте она не работала, в этом я уверена на все сто, я знаю, что это, я это проходила, а она элементарные вещи не понимает — уверенно заговорила геля, с ехидной улыбкой поднимаясь и собираясь уходить.
— да пока что словами не разбрасывайтесь, может, и не так всё плохо будет — слегка нахмурившись, сказала я, тоже поднявшись на ноги, чувствуя, как внутри нарастает напряжение.
— ты с каких пор её защищать начала? — издав короткий смешок, спросила виолетта, пристально глядя на меня.
— на двух стульях-то удобно сидеть — произнесла кира абсолютно серьёзно и опустила взгляд вниз, прокашлявшись, словно ей самой было тяжело это говорить.
— завязывай нахуй — хрипловатым голосом, от раздражения, прошипела захарова, даже не пытаясь смягчить тон, и в этом голосе чувствовалось что-то резкое, режущее.
— так! рты закрываем и нахуй идём, а это не защита, а надежда на что-то адекватное от неё — взмахнув рукой, произнесла я, чувствуя, как внутри всё закипает, и после сложила руки на груди, глядя, как многие начинают выходить из комнаты, один за другим, оставляя нас с виолеттой наедине, чтобы мы спокойно переоделись.
тишина, что осталась после них, была странной, глухой, будто в комнате резко стало меньше воздуха.
взяв со шкафа брюки, рубашку и жилетку, я начала неспешно переодеваться, полностью игнорируя виолетту, делая вид, что её просто нет рядом.
— ты скажи мне, вы сошлись или нет — спокойно заговорила виолетта первой, стоя ко мне лицом и застёгивая на себе брюки, её голос был ровным, но в нём чувствовалось напряжение.
— я повторюсь, мы и не были вместе, если что — цокнув, ответила я, не оборачиваясь, продолжая заниматься одеждой.
— ну помирились? — закатила глаза виолетта.
я лишь пожала плечами, чувствуя, как внутри поднимается раздражение от этих вопросов.
— не знаю, наверное — ответила я неуверенно, сама не веря в собственные слова.
— пиздишь — усмехнулась виолетта, коротко и беззлобно, но всё равно неприятно.
— сама ещё не определилась — качая головой, ответила я, будто оправдываясь перед ней и перед собой одновременно.
разговор между нами был максимально сухим, холодным, слегка странным, будто мы обе не понимали, как правильно себя вести друг с другом. напряжение буквально висело в воздухе, тяжёлое, ощутимое, и молчать не хотелось, но и говорить было не о чем.
— почему ты так себя ведёшь? — спросила я между делом, складывая свои вещи в шкаф и стоя к виолетте спиной, избегая её взгляда.
— жалко мне её, да и тебя тоже жалко, а крис ведёт себя как чмо — спокойно ответила виолетта, подойдя ко мне, чтобы тоже убрать вещи.
мы не смотрели друг на друга, словно стали чужими, словно между нами появилась какая-то невидимая стена.
я присела на край кровати и начала затягивать в лёгкие сладкий дым, не выпуская его обратно, удерживая внутри, пряча одноразовую сигарету в рукаве пиджака.
— но и медведева тебе тоже не нужна — стоя ко мне спиной, заговорила виолетта после небольшой паузы.
она заправляла кровать и говорила спокойно, но в голосе чувствовалось что-то тяжёлое.
— почему? — слегка удивлённо спросила я, не ожидая услышать это, поднимая на неё взгляд.
виолетта медленно села на край своей кровати, прямо напротив меня, и взглянула мне в глаза, внимательно, пристально.
— ты не знаешь, что было на первых неделях, она тебе не рассказывала, кем позиционирует себя и какое у неё прошлое. и то, что у неё вскользь вырывается о тебе, ты тоже не знаешь — слегка нахмурив брови, загадками говорила виолетта, она не договаривала специально.
я почувствовала, как внутри что-то неприятно сжалось, как будто меня резко выбили из равновесия.
— подробнее... — негромко сказала я, скривив лицо в недоумении, чувствуя, как начинает расти тревога.
— неважно — коротко ответила виолетта, вставая с кровати и направляясь к выходу, будто не хотела продолжать этот разговор.
— вилка, объясни, блять — уже настойчиво попросила я, вскочив следом и зацепив её за рукав, не давая уйти.
— я сказала нет! — громко крикнула виолетта, резко оборачиваясь ко мне, её лицо было перекошено от злости.
— ты неопытная, у тебя даже пацана не было, на что ты рассчитываешь, начиная отношения с кем-то из этих? — говорила она громко, резко, будто пыталась достучаться до меня любым способом.
я стояла, не двигаясь, чувствуя, как слова режут, цепляют, но всё равно не могла ничего ответить.
— они все тут конченые, либо на раз, либо никак, не еби себе голову ими — уже не так эмоционально добавила виолетта, вырывая рукав из моей руки.
она развернулась и вышла, громко хлопнув дверью, оставляя после себя тишину и тяжесть.
я осталась стоять на месте на пару секунд, будто не до конца осознавая, что только что произошло, а затем, спрятав одноразку, не раздумывая долго, вышла на первый этаж.
первый этаж был заполнен съёмочной группой и девочками, шум стоял сильный, громкие разговоры, смех, крики операторов и продюсеров заполняли пространство, создавая хаос, в котором сложно было сосредоточиться.
я присела на окно, панорамное, огромное, почти в пол, прямо у входной двери, и стала наблюдать за всем этим издалека, словно отстранившись от происходящего.
боковым зрением я уловила прямой взгляд на себе и, чуть повернув голову, увидела кристину, стоящую у стены и разговаривающую с юлей.
она смотрела на меня прямо, открыто, без стеснения, её взгляд был прямой, почти вызывающий, и от этого внутри стало ещё более неспокойно.
наблюдая за ними, я не заметила, как с другой стороны от меня присела ангелина.
она молчала, явно не зная, с чего начать разговор, лишь спустя секунду сказала, что устала ждать и вообще ей жарко, просто пытаясь заполнить тишину.
в этот момент у меня в голове резко возникла идея, за которую можно было зацепиться, чтобы отвлечься от всего остального.
— геля, а что у вас на первой неделе было? — спросила медленно я, делая вид, что это меня не особо волнует, будто просто поддерживаю разговор.
— а... ну ты о чём именно? про испытания или драки? — спросила быстро ангелина, сразу же заинтересовавшись.
— ну... может, истории чьи-то, какая самая запоминающаяся была? — спросила я, отводя взгляд в сторону, стараясь выглядеть спокойно.
— да я особо не помню, у захаровой агрессия через край лилась, на всё живое и неживое бросалась так, что не отцепить, там с виолеттой что-то было, её еле откачали, там вообще пиздец, и кира... что-то с абьюзом связано... она там кричала... — начала рассказывать ангелина, постепенно вспоминая детали.
я слушала, не перебивая, но внутри всё постепенно сжималось, потому что каждое её слово будто добавляло новых мыслей, новых вопросов, на которые у меня пока не было ответов.
— что кричала? — тут же спросила я, резко переводя взгляд на неё, чувствуя, как внутри что-то неприятно сжалось.
ангелина чуть качнула головой, вспоминая, и, не спеша, заговорила:
— там голос записанный спрашивал, знаете ли вы что такое абьюз и кто такой абьюзер и кира себе всю глотку сорвала. кричала, что знает и что это она, — она говорила спокойно, даже слишком спокойно, небрежно качая головой, словно рассказывала что-то обычное, незначительное.
я нахмурилась, чуть сильнее, чем хотелось бы, и сразу же задала следующий вопрос, не давая себе времени обдумать услышанное:
— к чему это было?
она мельком взглянула на меня, будто проверяя мою реакцию, и в ту же секунду задала встречный вопрос:
— а что случилось? — ангелина слегка нахмурила брови, её взгляд стал внимательнее.
я сразу отвела глаза в сторону, будто там было что-то важнее, чем её ответ, и отмахнулась:
— ничего, просто интересно, — проговорила я, стараясь звучать равнодушно, будто мне действительно просто любопытно.
не желая больше навязываться, я отвернулась окончательно, позволяя себе утонуть в собственных мыслях, которые начали медленно, но уверенно давить изнутри.
ангелина вздохнула, тяжело, глубоко, и всё же продолжила:
— у неё была девушка, долгие отношения, абьюзивные, она её дома запирала, запрещала общаться с друзьями и семьёй, била, издевалась ужасно, — её голос стал тише, серьёзнее, в нём появилась тяжесть, от которой у меня внутри всё неприятно похолодело.
она сделала короткую паузу и добавила:
— знаю я, к чему ты это.
я медленно обернулась к ней, словно не хотела, но всё же не могла не посмотреть. её взгляд был прямой, слишком понимающий, слишком знающий, будто она уже всё для себя решила.
— вы в отношениях? — спросила она в лоб, без малейшего намёка на осторожность, без попытки смягчить вопрос.
— нет, нет, — быстро замотала головой я, слишком резко, слишком поспешно, сама чувствуя, как это выглядит со стороны.
ангелина чуть прищурилась, но ничего не сказала, а потом наклонилась ближе ко мне, почти к самому уху, и шёпотом добавила:
— она.. часто заходила в комнату психованной, что ты в открытой одежде, ходишь не так, делаешь что-то не то, слова там ужасные были, угрозы жёсткие, девочки её успокаивали и молчали.
её дыхание коснулось моей кожи, и от этого по спине пробежал холод.
я оцепинела.
сначала от непонимания, от внутреннего ступора, потом от страха, который медленно, но верно начал подниматься где-то изнутри, а следом пришло понимание.
резкое, неприятное, как удар.
жесты киры… они не были заботой.
в них было что-то другое.
что-то, от чего становилось не по себе.
— грозарёва! давай, минут через пять иди, ты следующая! — раздался голос дины с другого конца дома, со стороны подвального спуска.
я вздрогнула от резкого крика, кивнула ей, даже не задумываясь, и снова повернулась к ангелине.
боковым зрением я уловила движение.
в окне.
я перевела взгляд и замерла.
мужчина.
я видела его впервые за всё это время. молодой, высокий, с короткими светлыми волосами. он стоял спокойно, но его взгляд… его взгляд был направлен прямо на меня.
и, судя по ощущению, смотрел он уже давно.
я не могла отвести глаза.
— новый охранник, — сказала ангелина, и я словно очнулась, резко прерывая этот зрительный контакт.
— нормальный? — спросила я, переводя взгляд на неё.
она закатила глаза, растягивая слова с явным удовольствием:
— красивый, молодой, накаченный...
я не сдержалась и громко рассмеялась, её реакция была слишком очевидной.
поднимаясь с места, я всё ещё улыбалась.
— всё, давай, иди к своему охраннику, — со смехом бросила я.
— отстань ты, — цокнула ангелина мне вслед, тоже смеясь.
я вошла в комнату для съёмки интервью и сразу остановилась, оглядываясь.
стол.
чёрная коробка.
листы бумаги.
ручка.
в комнате был оператор и дина.
— пиши один или несколько вопросов, на один лист вопросы для одного человека, — сказала дина с лёгкой улыбкой.
я кивнула, подошла ближе, опёрлась одной рукой о низкий стол и взяла ручку.
не думая долго, я написала лишь один вопрос:
"правдивы ли все твои истории, которые ты рассказываешь на проекте?"
ниже добавила:
"для юли михайловой".
— в камеру озвуч вопрос и аргументируй, — сказала дина, заметив, что я закончила.
я подняла лист, показывая его в камеру, и спокойно произнесла:
— вопрос для юли, правдивы ли все её истории, которые она рассказывает на проекте.
дина чуть наклонила голову:
— у тебя есть догадки, что она говорит ложь?
я усмехнулась, качая головой, чувствуя, как внутри поднимается раздражение:
— у всех, у всееех есть мысли, что она врёт, да так неестественно, что блевать все хотят.
— ещё кому ты хочешь написать вопросы? — спросила она.
— всё, — коротко ответила я и отошла.
— пока что не переодевайся, иди на обед и после обеда сразу на четвёртый этаж, там вас будет ждать полиграфолог, — добавила дина мне вслед.
я лишь кивнула и вышла.
зайдя в кухню, я сразу заметила толпучку.
виолетта, настя, кира, юля и кристина.
каждая стояла по-своему, в своей стороне, со своей позой, со своим настроением.
я прислушалась.
и сразу почувствовала напряжение.
виолетта и кира сидели за столом.
кристина, настя и юля стояли у столешницы, с контейнерами в руках.
остальные молчали.
говорили только двое.
— это лицемерие, виолетта, прямое лицемерие, — говорила настя с улыбкой, но по её глазам было ясно, что ей совсем не весело.
я молча взяла контейнер с крупой и овощами и встала чуть поодаль от кристины, опираясь о столешницу, наблюдая.
— я говорю то, что думаю, — ответила виолетта, сжав челюсть.
— я по-твоему нытик? — усмехнулась настя.
виолетта тяжело задышала, отвернулась, прикрыла глаза, и это было слишком явно.
настя её раздражает.
я это чувствовала даже на расстоянии.
— отвечай нахуй, — уже раздражённо сказала настя, всё с той же улыбкой, и двинулась к столу, к виолетте.
я среагировала первой, почти не думая, на каком-то внутреннем рефлексе, который срабатывает быстрее, чем осознание, сделала несколько быстрых шагов вперёд и оказалась почти между ними, прикрывая виолетту в случае чего, хотя сама ещё не до конца понимала, во что именно я влезаю.
кира встала со стула и замерла, наблюдая за ситуацией, её взгляд был напряжённый, настороженный, а крис одновременно с ней сделала несколько шагов вперёд, будто не собиралась оставаться в стороне.
а юля стояла, она улыбалась, скрестив руки на груди, довольная происходящим, и эта её улыбка почему-то особенно раздражала.
— всё, давай полегче, не надо кидаться, — заговорила негромко я, не делая резких движений, не поднимая рук, лишь пытаясь словами сбить накал, успокоить настю, хотя сама стояла прямо перед ней.
— э, э, не лезь вообще сейчас, — сказала мне кристина, качая головой и хмурясь, её взгляд был тяжёлый, прямой.
— я не лезу, — проговорила я медленно, переводя взгляд на кристину, не отступая ни на шаг.
— их проблемы, решают они, — ответила мне захарова, коротко и жёстко.
— вот пусть и решают словами, а не бросаются на сидящего, — жёстко произнесла я каждое слово, не задумываясь вставая на сторону виолетты, которая в этот момент уже начала подниматься, чтобы не быть уязвимой.
— по-твоему по понятиям влезать в стычку чужую? — набычившись, настя резко перекинула свою агрессию на меня, а я в это время абсолютно спокойно продолжала есть обед, стоя рядом, будто происходящее не имело на меня никакого влияния.
захарова протянула руку между нами, толкая настю в сторону, сдерживая её.
— по моему бросаться на сидящего это беспредел настоящий, — ответила я ей без агрессии, но твёрдо, не отводя взгляда.
— всё, завязывай, — сухо сказала кристина насте, кивая в сторону, давая понять, что на этом всё должно закончиться.
настя сделала несколько шагов назад, нехотя, с тем же напряжением в теле, и виолетта встала передо мной, теперь уже она оказалась впереди, словно зеркально повторяя мой жест, вставая на мою защиту.
— иди, сядь, ешь спокойно, — устало произнесла виолетта, обращаясь ко мне негромко, не оборачиваясь полностью, но я чувствовала её напряжение.
— да нормально всё, — сухо усмехнулась я, кивая ей, будто отмахиваясь от всей этой ситуации.
— девочки, разошлись по своим комнатам! на кухне едят, а не выясняют отношения, если вы забыли! — строго крикнула рита, резко заходя в кухню, её голос перекрыл все остальные.
я поставила контейнер на столешницу и подняла руки вверх, с лёгкой ухмылкой глядя на неё.
— страшно, очень страшно, — негромко произнесла я и коротко рассмеялась, и по комнате сразу же раздались едва заметные смешки, кто-то не удержался.
— я сказала разошлись по комнатам! — ещё громче крикнула рита, уже с явным раздражением.
— такая красивая женщина, а так кричит, ужас, где женственность то? — с усмешкой спросила я, проходя рядом с ней, даже не останавливаясь.
— грозарёва, я бы на твоём месте язык бы придержала за зубами, — скрипя зубами процедила мне вслед рита.
я выгнула бровь, кинула на неё многозначительный взгляд, усмехнулась и направилась к лестнице, не останавливаясь.
зайдя в комнату, я сразу же упала на кровать, не раздеваясь, прямо в форме, достала одноразку и затянулась, выпуская дым в потолок, наблюдая, как он медленно растворяется. тело было расслаблено, но внутри всё ещё гудело.
дверь распахнулась, внутрь вошла виолетта, прошла к своей кровати и села на край, достав свою электронку, делая то же самое, что и я.
— абьюзер значит, да? — смотря в потолок, с усмешкой произнесла я, выпуская дым, не глядя на неё.
— кто распиздел? — резко спросила виолетта, качнув головой, её голос стал жёстче.
я повернула голову в её сторону, чуть прищурившись, и хмыкнула:
— своих не сдаю.
виолетта закатила глаза, шумно выдохнула.
— да, есть у неё такое и это совсем не пиздёжь, — качая головой, объяснила она, уже спокойнее.
я положила руку под голову, слегка приподнялась, глядя в потолок, голос мой стал расслабленным, даже чуть насмешливым:
— не, я не понимаю, а сразу сказать нельзя было?
— она просила не говорить, — ответила виолетта, громко вздохнув, будто сама устала от этого разговора.
я резко села и захлопала в ладони, с язвительной улыбкой, почти демонстративно:
— молодец, отлично, подруга!
— да что блять? я ничего не сделала, — громко крикнула виолетта, разводя руками, в её голосе уже звучало раздражение.
я убрала улыбку с лица,поджала губы и покачала головой:
— ничего, вот именно, что ничего.
я закрыла глаза рукой, чувствуя усталость и раздражение одновременно.
— меня это раздражает, если я сказала нет, значит нет и делать меня какой-то вещью я не дам, — громко заговорила я, не убирая руку с лица, голос стал жёстче.
я резко поднялась, скинула ноги с кровати, собираясь продолжить, но дверь распахнулась.
внутрь заглянула лера с аминой.
— бабы, можно мы тут перетянемся у вас по быстрому? — спросила лера, уже заходя внутрь, не дожидаясь ответа.
я коротко кивнула, даже не смотря на них, и снова перевела взгляд на виолетту.
— доброту за слабость вы не принимайте никогда, запомни это и будь умнее своих подружек, которых ты защищаешь с пеной у рта, — договорила я, тыкая пальцем в сторону виолетты.
виолетта промолчала, сдерживая всё, что у неё рвалось наружу, я это видела по её лицу, по сжатой челюсти.
я развернулась, вышла из комнаты и громко захлопнула за собой дверь.
— лика! — окликнула меня даша, шедшая навстречу.
я остановилась, посмотрела на неё.
— поднимайся на четвёртый, полиграфолог приехал, ты уже скоро должна будешь заходить, — сказала она спокойно, но быстро.
я раздражённо вздохнула и провела ладонью по лицу. всё равно пришлось подняться на четвёртый этаж. шаги отдавались глухо, лестница казалась длиннее, чем обычно, а внутри уже заранее было ощущение, что ничего хорошего там не будет.
я остановилась у двери, за которой уже шла съёмка кого-то из девочек. прислонилась плечом к холодной стене, сложив руки на груди, и просто ждала. время тянулось медленно, вязко. я не вслушивалась в то, что происходило за дверью.
дверь резко распахнулась.
я сразу выпрямилась, оттолкнувшись от стены.
из комнаты вышла кристина. она тяжело дышала, грудь поднималась чаще обычного, челюсть была сжата так, что на лице заиграли жевалки. взгляд острый, злой, как будто она сейчас кого-то реально могла разорвать.
— крис, стой — остановила её я, по привычке протянув руку и чуть выше запястья придержав.
она дёрнулась едва заметно, но не вырвала руку.
— что там? нормально? — быстро, почти на автомате спросила я, вглядываясь в её лицо.
она хмыкнула, но в этом звуке не было ничего весёлого.
— это пиздец, а не вопросы, узнаю кто задал, ебало снесу всем по очереди — ответила она хрипло, голос был сорван от злости.
я чуть приподняла брови, понимающе кивнув. внутри даже не удивилась. по ней всё было видно.
я отпустила её руку, развернулась и, не задерживаясь, вошла внутрь.
в комнате было душно. несколько операторов стояли с камерами, кто-то шевелился, кто-то уже ловил ракурс. дина сидела чуть поодаль, наблюдая за происходящим. в центре стол, оборудование, провода, и мужчина, который, собственно, и был полиграфологом.
я подошла ближе, села.
он начал надевать на меня датчики, ремни, провода. на грудь, на руки, на запястья, на пальцы. холодные поверхности неприятно касались кожи, и с каждой секундой становилось всё более некомфортно. хотелось быстрее закончить, быстрее снять это с себя.
первые вопросы были простыми.
— тебя зовут лика? — спокойно спросил он.
— да — ответила я, не задумываясь.
— тебе семнадцать лет?
— да.
но это длилось недолго.
— лика, ты готова воспитывать свою младшую сестру в одиночку?
вопрос ударил неожиданно.
я прикрыла глаза, глубоко вдохнула, задержав дыхание на секунду. губы дрогнули едва заметно, на лице появилась ухмылка.
— да, я готова — ответила я спокойно, ровно.
но внутри всё равно кольнуло раздражение. если бы я не была готова, я бы и не пришла сюда.
— лика, ты простила своего отчима?
я нахмурилась, взгляд стал жёстче.
— откуда я могу знать? мне нужно с ним встретиться, поговорить, блять — ответила я раздражённо, даже не пытаясь сгладить тон.
— да или нет — так же спокойно сказал мужчина.
я зашипела сквозь зубы, чувствуя, как внутри поднимается злость.
— нет.
пауза.
— лика, являешься ли ты стратегом, что окружил себя сильными людьми из-за страха к кому-то?
я даже опешила. брови сами поднялись вверх.
— нет — ответила я с лёгкой усмешкой, вопрос был абсурдным.
— лика, ты испытываешь страх к кристине захаровой, когда у неё начинаются вспышки агрессии?
я замолчала.
вопрос завис в воздухе, как будто его нужно было прожить, а не просто ответить.
я задумалась. боюсь ли я? может быть. иногда. но я ведь знаю, что она ничего мне не сделает. или… надеюсь на это.
я качнула головой.
— нет, не боюсь.
— ты пришла на проект ради выгоды?
я отвела взгляд в сторону.
мысли начали путаться. я пришла не меняться. я пришла за помощью. а это… да, это выгода.
— да — ответила я тихо и снова посмотрела перед собой, не до конца понимая, правильно ли думаю.
— в твоём рассказе о прошлой жизни есть ложь?
— нет — ответила я сразу, уверенно, даже не задумываясь.
— расположив к себе многих сильных и вспыльчивых девушек, ты хотела обезопасить себя?
я нахмурилась сильнее.
— нет, что бред.
— ты искренне готова пойти на путь исправления, бросить запрещённые вещества, отказаться от алкоголя и работы в баре?
я скривила лицо, отведя взгляд в сторону.
вот тут уже было сложнее.
— я готова бросить наркотики, алкоголь и изменить своё поведение, но бросить бар я, наверное, не до конца готова — сказала я честно, чувствуя неприятный укол стыда за собственную слабость.
мужчина кивнул.
— хорошо, можешь быть свободной.
он начал снимать с меня оборудование. я облегчённо выдохнула, когда последний датчик оказался в его руках.
— переодевайся — кивнула мне дина, когда я уже встала.
я коротко кивнула в ответ и вышла.
первым делом в комнату.
хотелось снять с себя эту форму. юбку, которую я вроде бы люблю носить, но она настолько приелась, что начала раздражать. ткань тянула, мешала, ограничивала.
в юбке я чувствовала себя уязвимой. это было странно, но это было так. в юбке сложнее отстоять себя. сложнее двигаться. сложнее драться. а это первое, о чём я думаю.
я быстро переоделась в привычные чёрные спортивные штаны и чёрную кофту с капюшоном. надела чёрные тапочки, закинула в карман одноразку.
стало легче.
я спустилась на второй этаж, в комнату девочек.
ангелина, амина и лера переодевались, переговаривались между собой. виолетта лежала плашмя на кровати амины, уставившись в потолок.
я подошла и присела рядом с ней, прислушиваясь к разговору.
— а чего это не к… — начала виолетта, с той самой колкой интонацией, явно собираясь пошутить.
я резко повернула голову к ней, взгляд стал жёстким.
— замолкни — громко перебила я, не дав ей договорить.
я не хотела этого. не сейчас. не здесь.
виолетта замерла на секунду, а потом со смехом подняла обе руки вверх, будто сдаётся.
и, к моему облегчению, действительно замолчала.
амина резко подсела ко мне ближе, матрас под её весом чуть прогнулся, и я даже не успела среагировать, как её рука уже легла мне на плечи. она уверенно, по-хозяйски подтянула меня к себе, почти вплотную, так, что я почувствовала её дыхание у лица.
— да давай колись да, с кем шуры муры ты крутишь — с насмешкой спросила амина, растягивая слова своим привычным акцентом, от которого мне одновременно становилось смешно и как-то тепло.
я не сдержалась и рассмеялась, откидываясь чуть назад, пытаясь вернуть себе хоть немного пространства.
— да ни с кем, с кем вообще я могу?
смех получился лёгкий, но внутри я чувствовала, как меня уже начинают поджимать.
— да свои все же, че ты мнешься — прищурившись, заговорила лера, не скрывая улыбку, внимательно наблюдая за мной, будто уже всё знала.
— кому то ещё не понятно? любовный треугольник никто не видит? — едко прыснула ангелина со своей кровати, даже не отрываясь толком от зеркала, поправляя макияж.
я закатила глаза, тяжело выдохнув.
— геля ебаный ты в рот…
но, несмотря на это, улыбка всё равно осталась на моём лице. я не могла не улыбаться, даже когда меня поджимали.
— да скажи, нормально всё — кивнула мне виолетта, спокойно, без давления, словно давая понять, что здесь безопасно.
я на секунду замолчала, опуская взгляд, перебирая в голове, что вообще сказать.
— с крис может что-то и было, может и будет, не знаю я — отмахнулась я, не желая углубляться.
в комнате тут же раздался громкий свист.
амина резко отпустила меня и захлопала в ладони, явно довольная услышанным.
— не нравится мне твоя эта кристина, много у нее лицемерия и агрессии жи есть — нахмурившись, сказала она уже серьёзнее, чуть подавшись вперёд.
я опустила взгляд, уперевшись локтями в колени, чувствуя, как внутри всё снова начинает сжиматься.
— я знаю, в этом и есть проблема — устало ответила я, не поднимая головы.
на секунду в комнате повисло какое-то странное, вязкое молчание.
— лика, на кухню со мной сходишь? — резко встала ангелина, будто решив разрядить обстановку.
я сразу кивнула, даже не задумываясь.
мы вышли.
лестница скрипнула под ногами, воздух стал чуть прохладнее, тише.
— заебали тебя, вижу я — усмехнулась ангелина, идя рядом со мной.
я покачала головой, поджав губы.
— не нравится эта тема.
— у вас вообще серьёзно? — спросила она уже спокойнее, без давления, просто чтобы продолжить разговор.
я чуть пожала плечами.
— скорее нет, чем да, ты же знаешь её, она ветренная.
мы вышли на терассу. вечер уже окончательно перешёл в ночь, воздух стал холоднее, тянуло сыростью. мы сели на диванчик друг напротив друга.
— ну она да, это видно, не нравится вообще она мне, она на всех прет без разбора, даже на тебя, это нормально вообще? — эмоционально заговорила ангелина, размахивая руками.
я посмотрела на неё спокойно, хотя внутри всё равно оставалось лёгкое напряжение.
— меня она не ударит, это точно — ответила я уверенно, но где-то глубоко внутри сомнение всё равно шевельнулось.
— хоть на этом спасибо — усмехнулась она.
она на секунду замялась, потом чуть улыбнулась.
— можно покурить?
я хмыкнула, доставая одноразку из кармана, протянула ей.
дым быстро смешался с прохладным воздухом, разговор незаметно ушёл в другую сторону. мы начали говорить о прошлом. о том, что болело. о том, что сидело глубже, чем хотелось признавать.
и мы настолько ушли в это, что даже не заметили, как стало совсем темно, как воздух стал холодным до мурашек.
— я за кофтой, чай захвачу и выйду обратно — быстро сказала ангелина, поёжившись.
— я тут подожду — кивнула я.
она ушла.
я осталась одна.
села глубже в диван, глядя куда-то вперёд, в темноту. мысли медленно растекались, становились тяжёлыми, вязкими.
я даже не заметила, как рядом появился силуэт.
мужчина прокашлялся, достаточно громко, чтобы я обратила внимание.
я резко перевела взгляд на него.
— ты лика, да? — спросил он, остановившись на расстоянии.
я чуть напряглась, но виду не подала.
— да, а что?
— я олег, охранник ваш новый — ответил он спокойно, с серьёзным лицом.
я приподнялась, протянула ему руку.
он пожал её. рукопожатие было крепким, но без лишнего давления.
я села обратно, не отводя от него взгляда.
— че хотел?
он чуть качнул головой, будто собираясь с мыслями.
— да узнать я хочу, с кем дело вообще имею, че тут, да как.
я усмехнулась, чуть откинувшись назад.
— ну садись, не кусаюсь.
я кивнула на место рядом.
он сел, но аккуратно, не приближаясь слишком близко, оставляя дистанцию.
— зато яйца отлично отбиваешь мужикам — пробурчал он себе под нос, поднимая брови.
я сразу рассмеялась.
— хуевая у меня репутация среди вас, охранников.
— зато никто лезть не будет, яйца жалко — усмехнулся он в ответ.
я качнула головой, продолжая рассматривать его.
— ты тут по какой судьбе?
— ничего особого, всё как у всех — ответила я уклончиво.
— а конкретнее?
я вздохнула, отвела взгляд в сторону.
— наркота, бухаловки, работа в баре, друзья не лучшие, да и еще кое что своё.
я слегка качнула головой, не желая продолжать.
он это понял. не стал лезть дальше.
— с запрещёнкой у вас тут как?
я сразу напряглась.
— тяжко.
— а если серьёзно?
я посмотрела на него внимательнее, чуть прищурившись.
— я серьёзно.
я не доверяла. пока что.
— а вам вообще про съёмки что-то сливают?
я отрицательно качнула головой.
— редко, очень редко.
— у вас сегодня часа в четыре утра намечается что-то масштабное — негромко произнес он и тут же отвернулся, будто сам пожалел, что сказал это.
на секунду между нами повисла пауза. он даже не посмотрел на меня.
— но я ничего не говорил — небрежно добавил он, уже не глядя в мою сторону.
я чуть прищурилась, рассматривая его профиль, и уголки губ сами потянулись вверх.
— поняла, прикольно — с лёгкой улыбкой ответила я.
в этот момент дверь на терассу тихо приоткрылась, скрипнув, и наш разговор оборвался сам собой.
— лика, в карты давай с нами — позвала меня амина, кивнув в сторону дома.
я поднялась с дивана, на секунду задержав взгляд на олеге.
— спасибо, от души — кивнула ему я перед тем, как зайти внутрь.
мы с аминой пошли вверх по лестнице.
— че это он? — поинтересовалась она, оглядываясь на меня.
я чуть наклонилась к ней, понижая голос.
— походу птичкой нашей будет, только пока что никому ни слова.
я посмотрела на неё внимательно, чуть с нажимом.
она сразу поняла.
— опа, поняла — коротко кивнула амина.
войдя в комнату, мы с ней опустились на пол рядом с девочками. карты уже были раскиданы, кто-то спорил, кто-то смеялся. я втянулась в игру почти сразу, даже не заметив, как время начало ускользать.
минуты перетекали в часы, разговоры сменялись, смех затихал и снова вспыхивал.
ужин нам не привезли в обычное время. это заметили все, но вслух почти никто не говорил. напряжение было, но какое-то фоновое, не оформленное.
— всё, на перекур давайте — кивнула виолетта, поднимаясь.
остальные отказались. я встала, не раздумывая. за нами поднялась кира.
мы втроём зашли в туалет. воздух там был спертый, тёплый. окно единственный выход.
на втором этаже, как и везде, было окно с широким подоконником.
виолетта, как всегда, подстраховала меня, и я без усилий запрыгнула на него, открыла окно и свесила ноги внутрь комнаты. холодный воздух сразу коснулся кожи.
она протянула сигареты.
мы закурили.
молчание было плотным, тяжёлым, но не давящим. просто каждый был в своих мыслях.
виолетта затушила сигарету раньше, чем мы, даже не докурив.
— не хочу вас смущать, но поговорить вам есть о чем — небрежно бросила она.
я мельком взглянула на неё.
она уже открывала дверь.
и вышла, оставив нас вдвоём.
тишина стала другой.
— еще по одной? — сухо спросила кира.
я кивнула, не отрывая от неё взгляда.
она протянула мне сигарету. пальцы её были напряжённые.
дым снова заполнил пространство.
она тяжело вздохнула.
я начала первой.
— всё, что происходит сейчас, мне не совсем понятно и ты наверное знаешь, что я интересуюсь только…
— знаю — коротко перебила она, отвернувшись.
я заметила, как у неё напряглась челюсть.
— кир, без обид, серьёзно, я не хотела этого — сказала я искренне, чуть тише.
она резко повернулась ко мне.
— без обид? серьёзно нахуй? я блять принеси подай что-ли или че?
она шагнула ближе, набычившись, прямо в открытую.
я спрыгнула с подоконника, затушила сигарету, посмотрела на неё спокойно.
не хотелось отвечать тем же.
— серьёзно, кирюш, ну прости меня, я виновата, знаю — сказала я, чувствуя, как внутри поднимается неприятное чувство вины.
она откинула окурок в раковину, нервно сводя и разводя ладони. руки у неё будто чесались.
я подошла ближе, осторожно протянула руки, взяла её за плечи.
она тут же грубо отстранилась.
— кира, пожалуйста, я не хочу этих недопониманий — я снова положила руки ей на плечи, уже мягче, аккуратнее.
— не надо этих соплей, блять, всё, нахуй — скривилась она, лицо перекосилось от злости.
я всё равно потянулась к ней, обняла.
она не ответила.
но и не оттолкнула.
это было хуже.
она первой вышла.
я почти сразу вышла следом.
не говоря ни слова, я ушла из комнаты и начала спускаться на кухню.
в доме было темно. почти весь свет погасили.
на кухне я не стала включать свет.
на ощупь нашла пластиковый стакан, налила воды.
облокотилась о столешницу.
смотрела куда-то в сторону, не вникая ни во что.
шаги я услышала не сразу.
сначала просто движение, потом звук.
я не обернулась.
но внутри всё неприятно сжалось.
как будто я уже знала, кто это.
она остановилась за спиной.
— одна? — голос кристины прозвучал тихо, с усмешкой, которую я не видела, но чувствовала.
я сделала глоток воды, медленно.
и только потом ответила.
— а ты ожидала кого-то ещё?
она хмыкнула.
шаги приблизились.
слишком близко.
— да нет… просто странно. ты обычно не одна не ходишь.
я повернула голову.
мы встретились взглядами.
она стояла почти вплотную.
её глаза в темноте казались ещё темнее, глубже, внимательнее.
она будто что-то искала во мне.
— тебе какое дело? — спокойно спросила я.
но внутри уже поднималось раздражение.
— большое — коротко ответила она, не отводя взгляда.
её глаза цеплялись за меня, не отпускали, держали на месте. я сжала губы, отвела взгляд в сторону, делая ещё один глоток воды, хотя пить уже не хотелось.
— ты за мной следишь что ли? — усмехнулась я, стараясь увести разговор в привычную иронию.
— если бы следила, ты бы об этом знала — с оскалом сказала она.
её голос был тихий, но в нём чувствовалось что-то острое, колкое, неприятное.
пауза повисла между нами. тяжёлая, плотная, вязкая. я буквально ощущала её рядом, слишком близко, слишком ощутимо. она не отходила. вообще не двигалась. просто стояла.
— че ты с ним забыла? дружок твой новый? — вдруг спросила она, и голос её стал жёстче, холоднее.
я медленно повернула голову обратно, глядя на неё прямо.
— с кем?
кристина чуть наклонила голову, будто ей даже не нужно было ничего уточнять. лицо скривилось от раздражения.
— не прикидывайся.
я коротко усмехнулась.
— а тебя это волнует?
— я задала вопрос.
— а я задала свой.
мы смотрели друг на друга, не мигая. воздух стал густым, тяжёлым, давящим.
она сделала ещё один шаг вперёд. расстояния почти не осталось. я почувствовала, как её плечо едва коснулось моего.
это было слишком близко.
— ты специально меня сейчас выводишь? — тихо спросила захарова, почти шёпотом, но в этом шёпоте уже чувствовалась злость, накатывающая волнами.
— а ты зачем реагируешь? — так же тихо ответила я.
она усмехнулась, но эта усмешка была холодной.
— ты зачем провоцируешь меня сейчас?
— а ты меня нет? — я чуть приподняла бровь.
её взгляд медленно скользнул по моему лицу, спустился ниже, по шее, и задержался там чуть дольше, чем нужно. я это заметила. но не отвернулась.
— не надевай больше это — вдруг сказала она, нахмурившись.
я чуть склонила голову вбок.
— что именно?
она едва заметно кивнула на мою одежду, на кофту, что была вроде бы киры, ведь вещи смешались между собой и уже стало тяжело различать их хозяина.
— это.
— тебе какое дело? — повторила я, но уже тише.
— я сказала не надевай её вещи.
я усмехнулась, качнув головой.
— ты серьёзно сейчас?
она ничего не ответила. просто смотрела. долго, пристально, слишком внимательно.
и в какой-то момент я почувствовала, как её рука коснулась моей. будто случайно, но пальцы не убрались сразу. они задержались. на долю секунды дольше, чем должны были.
я замерла.
она тоже.
и это молчание стало громче любых слов.
— ты ведёшь себя неадекватно — негромко сказала я, но голос предательски стал ниже.
— ты тоже — так же тихо ответила кристина.
её рука медленно скользнула выше. почти невесомо, почти незаметно, но я чувствовала каждое движение, каждое касание. я не отстранилась.
не смогла.
— отпусти — сказала я, но сама не двинулась.
— а тебя никто и не держит — с насмешкой проговорила захарова.
я подняла взгляд на неё.
слишком близко.
её лицо было прямо передо мной. я видела каждую мелочь, каждую деталь, каждую эмоцию.
— ты перегибаешь — сказала я, но голос уже не звучал уверенно.
— правда? — тихо спросила она.
и в следующую секунду всё произошло слишком быстро.
слишком резко.
она наклонилась, и я даже не успела понять, как её губы оказались на моих. резкое, почти грубое прикосновение, от которого по телу прошёл ток. я резко вдохнула, не сдержавшись, пальцы сами сжались на краю столешницы, цепляясь за неё.
я отстранилась.
— крис… — выдохнула я, но это прозвучало не как протест.
она не остановилась.
её губы спустились к моей шее. горячо, резко. её рука сильнее сжала моё запястье, удерживая, не давая отстраниться, хотя я и не пыталась.
ощущение было странное. смешанное. злость, растерянность, притяжение. всё одновременно, всё сразу, всё вперемешку.
и в этот момент я услышала шаги.
звук прорезал тишину, как выстрел.
кристина отстранилась мгновенно. резко, быстро, будто ничего не было. слишком быстро. я даже не сразу поняла, что только что произошло.
на пороге стояла виолетта.
она замерла.
её взгляд скользнул с кристины на меня. вниз. на мою шею.
тишина стала глухой, вязкой, тяжёлой.
я автоматически сделала шаг в сторону, поправляя ворот, будто это могло что-то скрыть, будто это вообще возможно скрыть.
— виолетта? — начала я, но слова повисли в воздухе.
я сама не знала, что сказать.
кристина стояла рядом.
абсолютно спокойная.
словно ничего не произошло.
будто секунду назад она не держала меня.
— что? — коротко спросила захарова, глядя на виолетту невозмутимо.
я всё ещё чувствовала тепло на коже, там, где остались её прикосновения, и от этого внутри неприятно сжималось.
виолетта медленно выдохнула, но взгляд её стал тяжелее, плотнее.
— лика, на пару слов тебя — позвала меня виолетта, потирая ладонью шею и кивая в сторону выхода из кухни.
я уже сделала движение вперёд, но голос кристины остановил.
— она занята — ответила кристина с неприятной интонацией, специально провоцируя.
я сразу почувствовала, как напряжение снова начинает расти.
— с чего это? сама ответить не в состоянии? — набычилась виолетта, и в её голосе уже слышалась усталость, раздражение, накопленное за день.
я отпрянула от столешницы, делая шаг в сторону виолетты, как будто автоматически выбирая сторону, даже не думая.
— со мной то явно поинтереснее ей будет — усмехнулась захарова, отводя взгляд в сторону, будто пытаясь скрыть улыбку, но она всё равно читалась, ощущалась.
— крис — начала раздражённо виолетта.
— алё, хватит! — громко возмутилась я, резко, обрывая начало ссоры, чувствуя, как внутри всё начинает закипать.
не дожидаясь ответа, я прошла мимо виолетты и вышла на улицу, придерживая дверь рукой, ожидая, что она выйдет следом.
ночной воздух ударил в лицо прохладой, освежающей, но не успокаивающей.
она вышла.
— че это такое, а? — нахмурившись, заговорила виолетта, отчитывая меня, словно я что-то натворила.
мы стояли друг напротив друга, на терассе, в полумраке, где лица едва освещались.
— просто поговорили — ответила я, отвела взгляд, положив руку на лицо, скрывая смущение и ту едва заметную улыбку, которая предательски лезла наружу.
виолетта резко дёрнула край моей кофты, оголяя шею.
я даже не успела среагировать.
— нихуя себе у вас разговоры — раздражённо ответила она, взмахивая руками, не отводя взгляда от моей шеи.
я тут же поправила ворот, прикрывая следы.
— ой, виолетта, блять… — отмахнулась я, стараясь сделать вид, что это ничего не значит.
— да что я то? лика, блять, ну как так то? — она сделала несколько шагов назад и закрыла лицо руками, не знала, как реагировать.
— не вижу ничего ужасного — цокнула я, опускаясь в кресло и отталкиваясь ногами от земли, раскачиваясь вперёд-назад.
— а я вижу! ебать как вижу! — громко крикнула малышенко, убрав руки от лица.
я закатила глаза, но ничего не ответила.
— я внатуре тебе говорю, это пиздец, ты себя хоть немного уважаешь? — продолжила она ворчать, стоя рядом.
— девочки, всё нормально? — вмешался охранник, подходя ближе.
я сразу узнала его.
— блять, съебись нахуй — резко ответила ему виолетта, взмахнув рукой.
я невольно усмехнулась.
— э,э, нормальный он, тихо ты — сказала я, поднимая голову и глядя на них, сдерживая смех.
— я сказала съебись! — ещё громче добавила виолетта.
я покачала головой и перевела взгляд на него.
— всё нормально, драки не будет, можешь уходить — уверенно сказала я, поджав губы.
он кивнул и отошёл, но не ушёл далеко, остался стоять поодаль, наблюдая.
виолетта потопталась на месте, будто не знала, что ещё сказать, что ещё добавить.
— кира тебе че сказала? — вдруг спросила она тише, уже без прежней агрессии.
я вздохнула.
— ничего необычного, ушла в отказ, ни поговорить, ни решить не смогли — ответила я, чувствуя тяжесть в голосе.
— ну а ты че хотела? — хмыкнула она, присаживаясь на диван напротив меня.
я уже хотела ответить, но звук машины заставил меня обернуться.
свет фар прорезал темноту.
— опа — медленно протянула я, поднимаясь.
ворота открылись, и с чёрной машины начали выходить учителя.
— девочки, лика, давайте в дом — посоветовал охранник.
мы переглянулись с виолеттой и молча направились внутрь.
внутри было тихо, но напряжение уже витало в воздухе.
мы быстро поднялись на второй этаж.
я распахнула дверь.
— там преподы приехали — предупредила я.
девочки сразу засуетились, начали убирать запрещёнку, прятать всё, что могло вызвать вопросы.
мы расселись по кроватям, делая вид, что всё спокойно, всё нормально.
время тянулось странно.
ночь была уже глубокая, часа три или четыре.
таких съёмок у нас ещё не было.
дверь открылась.
— девочки, выходим на ужин и сразу же переодеваемся в форму, только не юбки, обязательно брюки — заговорила наталья, быстро, суетливо.
мы переглянулись и молча встали.
спустились на кухню.
каждая взяла контейнер с едой.
я стояла, ела, не думая ни о чём конкретном, пока вдруг не почувствовала на себе взгляд.
резкий, цепкий.
я невольно оглянулась.
и встретилась глазами с захаровой.
она стояла чуть поодаль.
смотрела прямо на меня.
не отрываясь.
с ухмылкой.
я не сдержала едва заметной улыбки и чуть выгнула брови.
её взгляд скользнул вниз.
на мою шею.
и улыбка стала ещё шире.
в этот момент я почувствовала, как чьи-то руки потянулись к моей кофте. я даже не сразу поняла, кто это, но уже через секунду виолетта аккуратно, но быстро поправила воротник, закрывая след, что красовался на моей шее.
— позорница — с усмешкой произнесла виолетта, покачав головой.
я подняла взгляд на кристину и увидела, как она, сдерживая смех, прикрыла губы кулаком. её глаза блестели, в них читалось откровенное удовольствие от происходящего.
я прищурилась.
— вот сука, захарова, убью… — прошептала я, не отрывая от неё взгляда.
внутри всё кипело, но не от злости, а от этой странной смеси эмоций, от которой не было покоя.
— девочки, не задерживайтесь, времени мало, нужно успеть всё — говорила лена, торопя нас, её голос дрожал от напряжения, она находилась на пределе своих нерв.
вся съёмочная группа была на взводе. люди бегали, переговаривались на повышенных тонах, кто-то нервничал, кто-то срывался. всё происходило быстро, резко, судорожно.
я выкинула контейнер в мусорку и обернулась к выходу.
— меня подожди — попросила виолетта.
я остановилась у двери. она быстро избавилась от своего контейнера и сразу подошла ко мне.
мы вместе направились в комнату.
поднявшись, я начала переодеваться, снимая с себя вещи, и совершенно случайно бросила взгляд в окно.
и замерла.
— ебать, ещё три машины — сказала я, резко повернувшись к виолетте и указав рукой в сторону улицы.
она тут же подскочила к окну, опёрлась обеими руками о подоконник, вглядываясь в темноту.
— нихуя себе… — медленно протянула она.
и почти сразу резко отпрянула от окна.
движения её стали быстрыми, собранными.
она схватила пиджаки, один кинула мне, второй оставила у себя в руках и быстро кивнула в сторону двери.
— давай быстрее — поторопила она меня.
я на ходу накинула пиджак и вышла следом за ней.
— девчат, на четвёртый! — крикнула наталья из конца коридора.
мы ускорились, почти побежали.
лестница, пролёты, шаги, всё слилось в один поток.
войдя в комнату, мы поздоровались с педагогами, что уже стояли там.
я огляделась.
по комнате были расставлены мольберты. на каждом чёрный силуэт человека с вопросительным знаком вместо лица. снизу процент.
я сразу поняла, о чём это.
мы выстроились, дожидаясь остальных.
за окном уже начинал пробиваться рассвет, слабый свет медленно вытеснял ночь.
— здравствуйте, девушки, проценты на картинах это показатель лжи каждой из вас — первой заговорила лаура альбертовна.
я напряглась.
— девушки, я предлагаю сбросить маски — с улыбкой продолжила мария третьякова.
дворецкий вынес первую картину в центр и по просьбе марии снял плёнку.
сорок процентов лжи.
под ней оказалось лицо амины.
я перевела взгляд на неё. на её лице был заметен стыд, она даже не пыталась его скрыть.
такие же сорок процентов были и у кристины.
я машинально посмотрела на неё.
но на её лице не было ни тени стыда.
только спокойствие. и что-то ещё, что-то своё.
картины сменялись одна за другой.
одна за другой.
пока их не осталось две.
самый высокий показатель.
— осталась юля и грозная — негромко произнесла настя.
я нахмурилась и повернула к ней голову.
— у меня имя есть — шепотом ответила я.
она взглянула на меня, и я, уловив её взгляд, всё же вновь улыбнулась.
— там не лика, братья — негромко произнесла амина, махнув рукой.
я внутренне усмехнулась.
я знала.
я отвечала уверенно. слишком уверенно, чтобы это было моё.
значит юля.
напряжение стало почти осязаемым.
дворецкий медленно стянул плёнку.
и мы увидели лицо.
юля.
я перевела взгляд на неё.
она уже изображала панику, растерянность, будто её оболгали.
я лишь хмыкнула про себя.
последняя картина.
десять процентов лжи.
моё лицо.
в комнате раздались аплодисменты.
сначала от учителей, затем от девочек.
я развела руками.
— этого и требовалось ожидать — негромко произнесла я с самодовольной улыбкой.
внутри всё наполнилось гордостью.
я знала это и без них.
но сейчас доказала.
— как вам результаты, лика? — обратилась ко мне мария третьякова.
я пожала плечами, слегка улыбнувшись.
— хотелось бы идеального результата, но увы, не сегодня.
— у вас есть все шансы это изменить — с такой же улыбкой ответила она, разводя руками.
я кивнула.
гордость била через край.
— девушки, за время учёбы в школе пацанок вы не смогли быть абсолютно честными, поэтому вы сегодня покинете школу полным составом и отправитесь в специальный дом правды — заговорила мария третьякова.
я напряглась.
мы переглянулись.
— в школу пацанок в конце недели вернутся только те, кто пройдёт суровое испытание правды, кто научится быть честной с другими и с собой, настоящей леди нет смысла врать — добавила лаура альбертовна.
в комнате стало тихо.
слишком тихо.
мы начали двигаться к выходу.
и вдруг дверь резко распахнулась.
в комнату ворвались люди в плащах.
шум, смех, кто-то дернулся, кто-то отшатнулся.
но они молчали. лица были скрыты.
и сразу стало понятно, кто это. маникюр был не у всех, но у многих.
один из неизвестных мне людей резко схватил меня за запястье и потянул за собой. я даже не сразу поняла, что происходит, просто машинально пошла следом, ожидая чего-то другого, какого-то аккуратного хвата, аккуратного прикосновения, ожидая увидеть маникюр, длинные ногти, женские руки, какую-то мягкость, какую-то показную нежность.
но вместо этого я увидела мужские руки.
крупные, грубые, забитые татуировками, с тёмными линиями, что тянулись по коже. хват был жёсткий, уверенный, без лишней осторожности, без лишней деликатности.
— ой-ой-ой — засмеялась я от неожиданности, не скрывая удивления, позволяя этому смеху вырваться наружу.
человек в маске ничего не ответил, только сильнее сжал запястье и повёл дальше.
выйдя на улицу, я сразу увидела картину целиком. маленький бобик, вокруг мужчины в масках, во всём чёрном, стоящие почти неподвижно.
но это не выглядело как декорация.
это выглядело слишком реально.
мой человек в плаще, не отпуская меня, начал расталкивать остальных, двигаясь вперёд быстрее, чем все. он буквально расчищал дорогу, обгоняя, толкая плечами, и я шла за ним, не отставая.
и прежде чем я успела что-то понять, он первым толкнул меня в бобик.
я запнулась, но удержалась, села в самый дальний угол, упираясь спиной в холодную стенку.
следом начали залезать остальные.
пространство быстро заполнялось, становилось тесно, тесно до невозможности, до удушья.
многим не хватило места.
кто-то стоял, согнувшись, упираясь руками в потолок, кто-то пытался пристроиться хоть как-то.
дверь резко захлопнулась.
темнота внутри стала плотнее.
машина тронулась.
— это для кадра, да? — усмехнулась я, не веря до конца, не воспринимая это всерьёз.
но ответа не последовало.
и через пару минут стало ясно.
мы ехали.
не просто стояли.
не просто ждали.
мы уезжали всё дальше и дальше.
внутри поднялся шум, голоса, смех, крики, кто-то возмущался, кто-то смеялся, кто-то просто пытался устроиться поудобнее в этом хаосе.
— кто поменьше, давайте вы сядете на колени! — крикнула лера, явно не находя себе места.
я повернула голову.
— садись ко мне — громко ответила я, даже не задумываясь.
— не, давай ты сядешь к кому-то, а я сяду на твоё место — ответила она, быстро оценивая ситуацию.
я усмехнулась.
она была права.
ей было бы неудобно.
мне ещё больше.
в этом тесном, до ужаса тесном пространстве я попыталась развернуться, но это оказалось почти невозможным.
чьи-то руки, плечи, колени, всё перемешалось.
меня толкнули.
резко.
и я оказалась на чьих-то коленях.
— ебала в рот я ваши поездки — громко выругалась я, не сдержавшись, чувствуя, как меня буквально прижали.
и только через секунду я поняла, на чьих именно коленях оказалась.
кристина.
её руки сразу обвили мою талию, крепко, уверенно, удерживая, не давая соскользнуть, не давая упасть.
я замерла на мгновение.
почувствовала её близость слишком явно, слишком ощутимо.
её дыхание, её тепло.
я повернула голову.
на её лице была улыбка.
спокойная, чуть насмешливая, ей всё это нравилось.
внутри бобика стало ещё шумнее.
смех, комментарии, возгласы.
эта ситуация была настолько нелепой, настолько абсурдной, что удержаться от смеха было невозможно.
и я всё же рассмеялась, чувствуя, как её руки по-прежнему лежат на моей талии.
спасибо за прочтение главы до конца! как вам глава? жду ваше мнение в комментариях!)
блять, с десятой попытки смогла выложить главу. я ебала этот ваш ваттпад с его обновлениями. приятного чтения...