глава 23
— отдай, — потребовала я, подходя к ней ближе.
кристина лишь подняла руку выше, так, чтобы я не смогла вырвать у неё пачку таблеток. феназепам.
— ты серьёзно сейчас, блять? — спросила она, переводя взгляд с пачки на меня.
я закатила глаза, цокнула языком и громко вздохнула. раздражение подступало медленно, вязко.
— блять, захарова… — процедила я сквозь зубы, отводя взгляд в сторону.
— ты хоть побочки читала? ты знаешь, что от него может быть? ты, блять, психоз хочешь заработать? — кричала она на меня.
я медленно перевела взгляд со стены на её лицо. посмотрела в метающиеся по мне глаза. злые, напряжённые, слишком живые.
— зачем ты лезешь туда, куда не следует? — спросила я уже спокойно.
— потому что не хочу, чтобы тебя отвезли в психушку. или ты этого и добиваешься? — снова спросила она, повышая голос.
— захарова, тон сбавь, не ори, полный дом людей, — зашипела я.
— а как тут не орать, сука? — произнесла она уже не так громко, но всё так же на взводе.
я сложила руки на груди, нахмурив брови.
— это моё здоровье, не твоё, поэтому как раз-таки ты орать не должна, — пыталась донести до неё я. — и вообще, с какого хуя ты в моих вещах роешься?
она немного помолчала.
— проверить хотела, — ответила уже без крика.
она кинула пачку на мою кровать и снова взглянула мне в глаза.
— захарова, не лезь туда, не надо, — покачала я головой, приговаривая это.
она молчала, сжимая челюсть от злости.
— порезы. теперь таблетки. что потом? — спросила она спокойно, но с издёвкой.
— наглотаюсь таблеток и вскрою вены, — без единой эмоции проговорила я, с вызовом посмотрев на неё.
моё спокойствие её воротило. в ней бушевали эмоции, я это видела. она хотела рвать и метать. а я в этот момент желала только одного, лечь на кровать и уснуть.
веки медленно открывались и закрывались. я покачивалась, еле заметно гладила себя руками, чтобы хоть как-то успокоиться.
— тебе пиздануть? — ошарашенно спросила захарова, явно недовольная моим ответом.
— что ты всё угрожаешь да угрожаешь. пиздани уже один раз да иди себе спокойно, — немного хмуро, с огромной усталостью ответила ей я.
— тебя шатает, лика. ты выпила четыре за раз, а нужно половину в день, — перевела тему кристина.
— думаешь, я не чувствую этого? — с трудом ответила я.
с каждым мгновением говорить становилось тяжелее.
— ты совсем конченая, а? — не унималась захарова.
я прикрыла глаза от бессилия и просто слушала её ругательства. в какой-то момент в темноте закрытых век появились разноцветные самолётики, те самые, которые обычно возникали, когда я могла очень сильно перепить. губы начали неметь, ноги стали ватными.
открыв глаза, я начала падать прямо на кристину.
— лика, сука… — прошипела она, но поймала меня.
усадила на кровать, спиной облокачивая о стену. сама осталась стоять надо мной, рядом не села.
— нормально всё, — буркнула я, подняв одну руку в воздух.
я попыталась встать, но не смогла, тело повело вперёд, и я лишь ровнее села.
захарова оказалась у моих ног, села на корточки и положила руки мне на колени.
— на меня смотри. взгляд не уводи, — велела она. — зрачки широкие, блять… сука… — прошипела она и резко поднялась на ноги.
а следом подняла и меня.
— эээ, захарова, куда? — медленно протянула я.
— умываться, блять! — крикнула она на меня.
— зачем ты кричишь? — закатила глаза я.
я погрузилась в полное отсутствие каких-либо эмоций. тело обмякло, я висела на ней, пока она наклоняла моё лицо к умывальнику и плескала в меня холодную воду.
по телу разлилось приятное, мягкое тепло, снимая напряжение последних дней. тревога, которая ещё какое-то время назад сжимала сердце ледяными тисками, отступила, оставив после себя лишь лёгкое, блаженное безразличие. голова стала невесомой, мысли медленными и тягучими, словно карамель. мне хотелось улыбнуться.
но от температуры воды становилось холодно, а захарова не переставала меня умывать.
я попыталась отстраниться от неё, но ноги подвели. они стали ватными, непослушными, поэтому мне пришлось схватить её за плечи, чтобы не упасть.
комната вокруг поплыла. очертания лица кристины я уже не видела, лишь её серьёзные глаза светились для меня.
она что-то говорила, похоже, отчитывала меня. а я глядела ей в глаза, и от её вида становилось смешно.
такая злая. кричит. прожигает взглядом. и при этом держит так мягко и аккуратно.
— ну не смотри ты на меня так, — сорвалось с моих губ неожиданно.
я ведь всего лишь хотела подумать об этом. прокрутить в голове. оставить внутри. но слова вырвались сами.
её руки на секунду ослабли, и меня тут же повело немного в бок. мир качнулся, как плохо закреплённая декорация. после этого она будто пришла в себя: резко отвернулась, вытерла мне лицо полотенцем. аккуратно, почти бережно. и потащила к кровати.
голова закружилась ещё сильнее. я рухнула на мягкий матрас, не удержав равновесия. веки сами собой стали тяжёлыми, неподъёмными, словно к ним привязали груз. я лишь следила за расплывающимся силуэтом захаровой, которая металась по комнате, быстрая, резкая, злая.
— переодевайся, — велела она, кинув мне на колени мою кофту и спортивные штаны.
я медленно покачала головой из стороны в сторону.
— не хочу, — выдала я еле-еле.
— переоденься, ты мокрая вся, — громче повторила захарова.
— не хочууу, — отмахивалась я, протягивая каждое слово, будто тянула его из вязкой пустоты.
она резко остановилась и метнула на меня острый взгляд.
— мне тебя что ли переодеть?
— ладнооо, хочууу, — цокнула я.
— я даю тебе десять минут. когда я приду, чтобы ты была уже в сухих вещах, — произнесла она и вышла из комнаты.
я откинула вещи в сторону и прикрыла глаза. сидела на кровати, свесив ноги на пол, головой и спиной облокотившись о стену. время перестало существовать. прошло пять минут или весь день, я не знала.
когда дверь снова открылась, я поняла, что это вернулась кристина. но не одна. по бокам от неё стояли два силуэта, с разными эмоциями, разными позами. они были уже переодеты в тусклые вещи, не в красивые, как я. от этого стало смешно.
— и чё делаем? — спрашивала кира у тех двух.
— переодеть её надо, воды, может, дать… не знаю. я, блять, чё ты у меня спрашиваешь? — раздражённо ответила захарова.
лиц я не видела. только слышала голоса, резкие и напряжённые.
— кому-то говорим? кураторам? — спросила виолетта. по голосу было слышно, что она подавлена.
самой сдержанной в этот момент была кира. она не психовала. не переживала.
— попробуй только, — рявкнула на неё кристина.
— так рита, лена, даша, все в доме. в любой момент зайдут и увидят, — начала агрессировать виолетта.
— если узнают, то нам прилетит пизды, — негромко хмыкнула кира.
— а если ей хуже станет, об этом вы не думаете?! — крикнула виолетта.
— всё, хватит нагнетать. крис, иди смотри за обстановкой, чтобы никто в комнату не заходил. вилка, сходи за водой. я её переодену, — раздала команды кира.
— ты? — резко спросила захарова. — не будешь ты её переодевать.
— хули? — удивилась кира.
повисла пауза.
— когда она придёт в себя и узнает, кто её переодевал, то верещать будет, — сквозь зубы процедила кристина.
— всё, всё, я сама её переодену. выходите, — громко сказала виолетта и буквально выгнала их из комнаты.
сквозь полусон я чувствовала на себе чьи-то мягкие руки. они переодевали меня в другую одежду, осторожно, медленно, и укладывали головой на подушку.
— не клади её, блять, подавится и задыхаться начнёт, — раздался крик захаровой.
я попыталась открыть глаза, но у меня не вышло. я могла лишь слушать.
крепкие руки усадили меня обратно, но, обмякнув, я снова начала скатываться в прежнее положение.
— сядь с ней рядом, положи её себе на плечо, — предложила виолетта кому-то.
тишина снова заполнила комнату.
— я тогда пойду на первый, посмотрю, чё там происходит, — раздался голос киры, и громко хлопнула дверь. словно от чьего-то раздражения.
я почувствовала рядом с собой опору. наконец-то смогла удобно расположиться. крепкие, горячие руки приобняли моё тело за плечи.
— ледяная… — прошептала захарова.
после этого я почувствовала на себе мягкий плед и оказалась ближе к её тёплому телу.
— я за водой, — резко сказала вилка.
скрип дверей. и снова тишина.
только дыхание. моё слабое, прерывистое, медленное. и её горячее, рваное, слишком учащённое.
в какой-то момент моя голова начала скатываться с её плеча и оказалась у неё на груди. руки кристины спустились ниже, с моих плеч на талию.
даже сквозь бред я чувствовала, как меня трясёт от холода. и как она старается почти не касаться меня, не дышать, словно боится сделать лишнее движение, доставить мне боль или неудобство.
слушая её дыхание, я полностью погрузилась в глубокий сон.
но выдернуло из него меня её аккуратные движения. спустя некоторое время она стала более раскрепощённой. мягкие, поглаживающие движения по моей спине и талии заставили бы меня засмущаться, если бы не моё состояние.
поэтому я лишь сильнее уткнулась лицом в её кофту и обвила её своими руками, крепко обнимая.
она сначала замерла от этого жеста. я почувствовала это сразу, даже сквозь мутную, вязкую пелену в голове, сквозь холод, который пробирал до костей. её тело напряглось, дыхание будто сбилось на долю секунды, и мне стало страшно, что сейчас она отстранится, уберёт руку, оттолкнёт. но этого не произошло. спустя миг она продолжила то, что делала ранее, словно позволила себе не убегать, не отдёргиваться.
— не уже спишь, значит? — спросила она шёпотом.
я попыталась улыбнуться, хотя не была уверена, что лицо вообще слушается.
— сплю… очень даже хорошо мне так спать, — говорила я, а слова путались, выходили какими-то невнятными, растянутыми, будто я говорю сквозь воду. но она меня понимала. я это чувствовала.
— если будет плохо, то ты мне скажи, — попросила она негромко, уже спокойно, без раздражения, без той злости, что была раньше.
я чуть повернула голову, насколько смогла.
— уже не злая? — усмехнулась я. слова срывались всё так же медленно и непонятно, но внутри меня это был почти вызов.
— не злая, не злая, — шептала захарова, переместив свою руку на мою голову, поглаживая волосы.
от этого жеста внутри что-то сжалось. тепло от её ладони расползалось по коже, и мне вдруг стало слишком хорошо, слишком спокойно.
дверь резко распахнулась. я поняла это по громкому скрипу и по резкому движению кристины, она тут же убрала руку с моей головы, оставляя после себя холод и неприятную пустоту, почти уныние. вторая рука, та, что лежала на моей талии, она не убирала. она ведь была под одеялом, и её не видно там.
— пришла она в себя? вот вода, дай, если проснётся, — бегло говорила виолетта.
— спит, — ответила ей кристина.
— следи, чтобы дышала нормально. если что-то будет, то уж не обижайтесь, я пойду всё рассказывать, — произнесла виолетта, и по её голосу я поняла: она ждала, что кристина вспыхнет, накричит, сорвётся.
— да я с тобой тогда побегу, но сейчас всё под контролем, — тихо ответила захарова.
— это не шутки, там такие последствия могут быть, — пережёвывая слова, говорила виолетта.
— да знаю я, знаю, блять, — вздохнула кристина. — всё, вилка, иди, не нагнетай, если че позову, — сказала она и буквально выпроводила виолетту из комнаты.
когда дверь закрылась, я рассмеялась. бестыдно. искренне. смех вышел тихим, но слишком живым для моего состояния.
— не хочешь, чтобы кто-то видел? — насмешливо спросила я, всё так же с закрытыми глазами, в бреду, словно выпила в десять раз больше своей нормы.
— о чём ты? — спросила захарова и вернула руку мне на голову.
я сглотнула. меня понесло, я не контролировала уже ничего.
— если стыдно перед кем-то, то и наедине не надо, — произнесла я словно в шутку. но это задело. по-настоящему. и я это понимала, даже в таком состоянии, даже когда мысли путались и расползались.
захарова громко вздохнула.
— молчи лучше, — шикнула на меня она.
— а что? заебала уже? — снова рассмеялась я.
— когда в себя придёшь, стыдно тебе будет, — усмехнулась она.
— мнеее? — протянула я. — я вообще-то серьёзно с тобой разговариваю…
я попыталась встать, опираясь на руки, но тело не слушалось.
— лежи, — велела кристина и прижала меня к себе силой.
от этого внутри что-то дрогнуло.
— вот только мне ничего не пизди, я тебя за язык не тянула, — произнесла она с усмешкой.
я снова рассмеялась.
— захарова, ты такая… — начала я.
— всё, заткнись, пожалуйста, — попросила она.
я не видела её лица, но слышала улыбку даже сквозь слова.
я прикрыла ладонью лицо, зажмурилась, чтобы даже темнота не кружилась. благодаря её движениям, мягким, осторожным, бережным, я постепенно погрузилась в сон. на этот раз крепкий, глубокий.
очнулась я с огромной усталостью, словно и не спала вовсе. полежав немного с открытыми глазами, я поняла, что не помню, как оказалась в кровати. вообще.
поднявшись на ноги, я почувствовала лёгкость. почти эйфорию. а значит, я выпила вчера таблетки. много. и, видимо, ничего не помнила.
— лизонька, а ты чего такая грустная? — спросила я с улыбкой у той, что сидела на кровати, просто смотря в стену.
она повернула лицо ко мне, оно у неё было бледное, уставшее.
— ты болеешь? температуры нету у тебя, дорогая? — спросила я, оглядывая её.
— болею, — медленно протянула она.
— а ещё что? — спросила я, подняв брови.
— ничего, — ответила она и отвела глаза.
— лизок, ну что за дела? — спросила я, взмахнув руками.
сделав шаг, я пошатнулась. под настороженный взгляд лизы я попыталась выпрямиться. раз шатает, значит, таблеток я выпила многовато. а если добавить то, что я ничего не помню, значит слишком много и ещё не отпустило.
я присела на край кровати.
— в чём дело-то, блять? — спросила я уже серьёзно.
— кристина… — произнесла лиза тихо, одними губами.
я напряглась.
— что она сделала? — спросила я, поёрзав на кровати. — говори, не бойся, — велела я, но мягко, когда увидела, что та не хочет отвечать.
она всё равно молчала.
— сорвалась на тебя? наорала? лиза, ты же знаешь, что я решу эту проблему. только скажи мне, — спокойно произнесла я.
— попала под руку… она наорала на меня, на рони… на всех вечером орала, — объяснила робко лиза.
я натянула улыбку.
— я поговорю с ней, ладно?
— спасибо, — со скромной улыбкой ответила она.
— ну всё, не кисни. всё зашибись будет, — воскликнула я громко и крепко обняла её.
она отстранилась лишь тогда, когда меня громко позвал кто-то со спины. резкий голос выдернул меня из этого странного, тягучего состояния.
— лииик!
виолетта. такая же, как и я, с широкой улыбкой на лице. она буквально влетела в комнату с пакетами в руках, шумно, живо, как всегда.
— это тебе, а это тебе, — проговорила она, кидая пакеты с одеждой сначала на мою кровать, потом на кровать лизы.
я медленно встала. тело будто запоздало откликалось на каждое движение, и меня снова повело в сторону.
— ты как? — спросила виолетта, задержав на мне взгляд дольше обычного.
— ахуенно, — воскликнула я.
хотя видела всё немного размыто, говорила не так, как обычно, и стояла, покачиваясь.
— вижу, вижу, — усмехнулась она недовольно, но развивать тему не стала. — переодевайтесь, после обеда сразу едем на съёмки.
она кивнула, словно поставила точку.
я открыла пакет. внутри оказались чёрные велосипедки, майка такого же цвета и такая же толстовка.
после душа, приведя себя в порядок и переодевшись, я сидела на краю кровати и расчёсывала не до конца высушенные волосы. руки двигались медленно, мысли ещё медленнее.
лиза к тому времени будто испарилась из комнаты. зато появилась лера. она ждала меня, чтобы вместе пойти обедать.
— а у вас с крис что-то есть? — вдруг спросила она, кинув на меня неоднозначный взгляд.
я переглянулась с виолеттой, потом снова посмотрела на леру. на секунду мне показалось, что бред не закончился. что это всё ещё таблетки, остатки вчерашнего, галлюцинации.
— у меня? с кристиной? — переспросила я.
— ну… вы просто так ведёте себя, и вчера… — начала лера, явно стараясь подобрать слова аккуратно.
— нету у нас ничего, — с истеричным смешком ответила я.
— а что, собственно, было ноч… ой, ладно, быстрее давай, — не договорила она, махнула рукой и поторопила меня.
— вилка, идёшь? — спросила я, уже у выхода, обернувшись к виолетте.
— бегу, — ответила она и последовала за нами.
лера нас ждать не стала. по дороге она увидела амину и тут же переключилась на неё, словно нас и не было.
— чё это блять было? — шёпотом спросила я у виолетты, придерживаясь за стены и двигаясь в сторону кухни.
— это я у тебя спрашиваю, что это было? — возмущённо ответила она.
— о чём ты, вилка? — удивилась я.
— вы спали вместе! — зашипела она.
у меня глаза на лоб полезли.
— чего нахуй?! — заорала я резко.
— а того нахуй! — заорала в ответ вилка.
мы переглянулись и начали ржать. громко, нервно, истерично. но легче от этого почему-то не становилось.
— я не хочу спрашивать, почему я не помню этого, — выдохнула я, — а ещё почему я не помню вообще ничегошеньки. и, если честно, знать тоже не хочу.
— знаешь, почему не помнишь? — спросила виолетта, явно готовясь выдать шутку.
— мозг стирает травмы! — крикнула я.
— я блять так и хотела сказать! — заорала она и ударила меня в плечо.
мы снова заржали.
— когда я отойду до конца, тогда вспомню. а сейчас не говори мне, не порть момент, — сказала я, захлёбываясь смехом.
за столом никто не оценил моего слишком умиротворённого состояния.
— у тебя есть чё-то что ли? — негромко спросила алиса, ткнув меня в бок.
— неет, ты чее, — протянула я, с широкой улыбкой и смехом.
— а чё весёлая такая? потерянная и весёлая, — не отставала она.
— настроение хорошее! — воскликнула я и хлопнула себя по колену.
— из-за… — начала алиса, но не договорила, лишь кивнула в сторону кристины, которая палила на меня прожигающим взглядом.
— из-за кристины? — переспросила я. — с чего это? нет.
я покачала головой. улыбка не сходила с лица, только менялась, то истеричная, то ленивая, то просто от дикого смеха.
алиса приподняла брови.
— ладно, не говори, я сама поняла, — отшутилась она.
я цокнула и продолжила есть.
из-за стола я встала первой. три контейнера за раз я не осиливала, в отличие от остальных. поэтому решила сходить в комнату, подкраситься.
следом за мной пошла и кристина.
— лика, подожди, — окликнула она меня на лестнице.
— отлично, мне как раз надо с тобой поговорить, — усмехнулась я.
— мне тоже, — хрипло ответила она.
она зашла за мной в комнату и плотно закрыла дверь.
я вошла в ванную, встала у зеркала и начала краситься. захарова стояла у меня за спиной. я чувствовала её даже не глядя.
— вот скажи, лиза, она тебе подушка для битья что ли? — спросила я. голос был насмешливым, почти шутливым, улыбка на лице, вид непринуждённый. я явно ещё не отошла от вчерашнего до конца. — ты с каких пор решила, что на неё можно срываться при любом удобном случае?
— ты об этом? ясно… — хрипловато протянула захарова и отвернулась, потирая шею.
— а ты о чём? — спокойно ответила я, продолжая красить ресницы. — и вообще, тему не надо менять.
— ты отошла? — спросила кристина, возвращая ко мне взгляд. — помнишь, что… тебе было плохо?
я замерла на секунду, глядя на своё отражение в зеркале.
— ничего не помню, не отошла до конца, — ответила я, пожимая плечами. — настроение заебатое на весь день будет. к вечеру очухаюсь.
я сказала это легко, даже с какой-то странной радостью. искренней. мне действительно было хорошо от одной мысли, что хотя бы несколько часов мне будет легче. без давления, без тревоги, без постоянного внутреннего гудения. просто пусто и спокойно.
— и захарова, не переводи тему! — воскликнула я уже громче, чем собиралась.
мой голос отразился от плитки ванной, резанул по ушам. кристина насупилась. я видела это в зеркале: как напряглись её плечи, как сжались кулаки, как челюсть пошла ходуном от злости, которую она явно пыталась проглотить.
— передай ей мои искренние извинения, — процедила она сквозь зубы.
каждое слово, как через силу. после этого она резко развернулась и вышла из ванной.
дверь хлопнула.
меня это, впрочем, сейчас почти не заботило. всё происходило будто на расстоянии, будто не со мной. я сделала шаг вперёд, выглянула в комнату и крикнула ей вслед:
— я прошу тебя, не подходи к ней! я не хочу с тобой ругаться!
ответом стал второй хлопок двери. ещё громче. ещё злее.
— прекрасный ответ, — громко произнесла я самой себе.
слова повисли в пустоте. я посмотрела на своё отражение, рвано усмехнулась и медленно выдохнула, чувствуя, как внутри снова начинает шевелиться усталость, но пока далеко, где-то на заднем плане.
вот и долгожданная глава.
надеюсь на актив))
спасибо за прочтение, жду ваше мнение!