Детективные расследования Лии: дело #1
Вы детектив — никто не может докопаться до истины так хорошо, как женщина. Вы все можете посрамить полицию, используя небольшие следовательские уловки, которые делают полицейские сериалы похожими на обучение счету в детской передаче.
С.Харви, «Думай, как мужчина, поступай, как женщина»
Лика
Вот говорят, в браке супруги проходят кризис первого года совместной жизни, потом после трех и семи лет. Но у нас ни одного года не обошлось без проверок на прочность.
Когда-то давно во время молитвы в церкви один из приезжих пророков сказал мне слова, которые держали на плаву всё остальное время. Такие простые на первый взгляд, без конкретики и глубокого смысла: «Я вижу тебя очень счастливой. Ты вся светишься и улыбаешься. Знаю, что сейчас тебе так не кажется, но именно такой ты и станешь». Вере нужен хотя бы маленький вбитый гвоздь, за который она сможет зацепиться. Я ждала этого времени, уговаривала себя терпеливо сносить все трудности, предательства и пакости людей. Самых близких людей. Воевала за счастье, как беспощадный полководец.
Стоила игра свеч?
При последнем возвращении к Тиму отец взял с меня клятву, что следующий побег в родительский дом закончится разводом. Хорошо это запомнила, и теперь не торопилась собирать чемоданы при первой же ссоре.
Если сначал мы жили, хотя и бедно, но с полным спектром чувств: от слепящей страсти до лютой ярости, то с годами всё становилось как нельзя прозаичнее: мой двенадцатичасовой рабочий день, еда из кулинарии или наспех сваренные пельмени и такой же будничный секс-пятнадцатиминутка, почти не отрываясь от сериала, ведь завтра спозаранку на нелюбимую работу. Вместо загородных пикников и шашлыков, шумных посиделок на кухне с друзьями (да у нас и не было общих друзей) пересмотрели на выходных все сезоны сериала «Остаться в живых». Казалось, нам нечем вместе заняться, нет точек соприкосновения, кроме кино.
Позже появилась домработница и кухарка. За мой счет, конечно же, ведь это я, по мнению Тима, не справлялась с домашними обязанностями и выбрала такую «фиговую» работу. Страсти от высвободившего времени не прибавилось, а работы в офисе — ещё как. Мы перестали целоваться. Даже в постели во время секса. Пылкие фразы теперь ждали меня только на страницах книг, которые успевала читать исключительно в пробках. Иногда мы просто не виделись неделями: я уходила на работу, когда он спал, а возвращаясь, не заставала мужа дома.
Но не будем торопиться и забегать далеко вперёд. Такие вещи не происходят внезапно, хладнокровное добрососедство постепенно перетаскивает в твой дом по одной вещичке с каждым сказанным словом, с каждым предательским, пусть и прощенным, но незабытым поступком.
Обоих родителей Тима уже не было в живых, а я чувствовала их незримое присутствие в своем доме, в поступках, фразах мужа. Он цитировал свою мать, хотя и обижался на неё всю жизнь. Кто-то писал, что в супружеской спальне пара не вдвоем, рядом его и её родители, их слова, запреты, советы, жизненная философия. Странный феномен — дети, рьяно осуждающие в юности своих родителей, становятся их копией в зрелом возрасте.
Тима не научили любить женщину, заботиться о ней и о детях. Не было у парня хорошего примера, на который можно равняться. Понимала это, но легче не становилось. И вроде, я единственный его самый близкий человек, но Тим отгораживался стеной.
Понятия не имела тогда, что меня медленно и целенаправленно подгоняли под задуманную форму и шлифовали до идеального лоска, снимая шершавый слой. В такие периоды трудно принять мудрые слова царя Соломона о том, что смирение предшествует славе. Казалось, что смиряться буду до самой смерти.
Полагала, что Тим извлёк урок и убедился в том, что всякая ложь всплывает, а женская интуиция дарована самим Богом. Тим в шутку даже дал мне прозвище «детектив Лия», ведь за годы, проведенные в браке, могла просчитать его шаги, как никто другой, ловила за перепиской. Точно так же месяцами тестируя программный код, всегда с точностью предсказывала косяки в системе, ведь с пацанами из своего отдела работала бок о бок не первый день, знала, где схитрят, схалтурят, сэкономят время, в надежде, что никто не перепроверит.
После окончания университета готова была работать день и ночь, лишь бы никогда не оказаться вновь в той дыре, где мы провели весь четвертый курс. Отец Алисы помог мне устроиться по полученной специальности в крупную телекоммуникационную корпорацию. Мечта всех выпускников-программистов. Свою роль сыграли и диплом с отличием, и рекомендация, полученная от Равиля, того самого извращенца, у которого проходила практику после первого курса. Не сказать, что я дико обрадовалась необходимости работать наравне с мужчинами по ненавистной мне специальности, но со временем смирилась и даже вписалась в этот образ, подстегиваемая офисными гонками за достижениями и деньгами.
Тим всё ещё преподавал в школе игры на гитаре. Кажется, он передумал становиться программистом.
Кредит по льготной жилищной программе нам одобрили, и теперь мы жили в двух остановках от родителей в новой трёхкомнатной, почти пустой квартире. Я моталась по командировкам, наступая на ультиматумы и угрозы Тима, но зато зарабатывала в два раза больше него. Это произошло не сразу, но терпение, покладистый характер, готовность покорно работать за лентяев и инициативность дают свои плоды. На руку была и высокая текучесть в IT-подразделениях. За два года работы меня повысили трижды. И это, наверное, стало одной из семейных проблем. Полжизни соревновалась с Тимом, пока в один момент окончательно не уложила на лопатки его мужское эго. Зря. Очень недальновидно.
Мужчины такого не прощают. Мать предупреждала меня, чтобы не говорила Тиму, сколько на самом деле зарабатываю, но я не видела причин скрывать это от мужа.
Читая книгу по семейным отношениям, искренне смеялась над поверхностными размышлениями автора о том, что лучше сократить расходы, отказаться от несвоевременных желаний и комфорта, чем женщине строить карьеру. Психолог уверяла, что от жены больше пользы дома, и что расплата за финансовую самостоятельность окажется непомерно высокой в будущем. Она предостерегала: «Прежде чем заняться карьерой — подумайте дважды!»
Что за глупости? И ради этого мы боролись за равноправие тысячи лет?
Работу мужа я воспринимала, как баловство и забаву, без должного уважения. Понимаю, что вела себя, как глупая Рут с Мартином Иденом из известного романа Джека Лондона, не веря в потенциал своего мужчины. Хотелось, чтобы он выбрал мужскую, солидную профессию. А Тим, мечтательная натура, строил наполеоновские планы: победы учеников на международных музыкальных конкурсах, продюсерская карьера и мировая известность. Как говорится, чем бы дитя не тешилось... продолжение вы знаете.
Тогда ещё не понимала, что уважение мужчинам важнее любви.
Даже не представляла, что Тим может быть кому-то всерьёз интересен, кроме меня. Такой фантазёр почти без денег, без дорогой машины и делового костюма. С виду казалось, что он безбашенный скейтер, бунтующий эмобой, но никак не муж и отец. Среди его друзей все были холостые, свободные «художники»: танцоры-брейкеры, байкеры, геймеры, гитаристы, дизайнеры-фрилансеры. Люди, не привыкшие к дисциплине, строгому режиму дня и правилам. Они меня дико бесили, потому что ещё больше заражали своей философией моего мужа.
Смирилась и свыклась с тем, что у меня лучше получалось зарабатывать деньги, чем у Тима. Нет, я продолжала его любить и даже баловала: часто сама платила за рестораны, покупала подарки и планировала первый заграничный отпуск на предстоящую премию.
Каков же был шок, когда меня почти закапывали живьем и грызли со всех сторон на проекте по внедрению новой информационной системы в течение целого года, а он развлекался за моей спиной.
Я подарила ему новый телефон, и через пару недель руки дошли оценить подарок. Сидя на унитазе перед рабочим днем, тыкала на миниатюрные кнопочки, пока муж спал в теплой постельке ранним весенним утром.
Какой черт дернул зайти в сообщения и так испортить себе весь день, да и ещё пару месяцев и так несладкой жизни?
В отравленных сообщениях открыла SMS на незнакомый номер:
«Хочу тебя всю исцеловать. Везде-везде».
Глаза отказывались верить увиденному. Вроде всё же было хорошо. Почти не ругались в последнее время.
Опаздывать в офис нельзя, в компании жесткая система штрафов — снижают премии. А по окончании проекта светил очень сладкий бонус, который планировала потратить на летнюю семейную поездку за границу.
«Докопаюсь до истины в течение рабочего дня», — решительно подумала я, и засунула его мобильник в свою сумочку. Видимо, так и не дошло до конца, что произошло на самом деле. Оделась, сделала макияж, как ни в чем не бывало, натянула обручальное кольцо и выученную лучезарную улыбку.
По-другому здесь было просто не выжить. Не дождетесь сострадания среди сорока мужиков в деловых костюмах, которые и без того предубеждены против женщины-программиста. Каждый метит на место нашего действующего босса. Это гонка. Беспощадная. Я, специалист среднего звена, не имела права на слабость, если хотела сохранить работу.
Нужно было понять, до какой фазы продвинулся Тим с этой девицей по переписке.
Пишу в такси SMS незнакомке с мобильного Тима:
«Привет. Как спалось?»
Ну что ж, игра началась.
«Привет, Тим. Что-то ты сегодня рано проснулся».
Да, деточка, ты уже хорошо изучила его привычки.
«Скучала по мне?»
Ответ пришёл моментально:
«Ты какой-то сегодня сам не свой».
Упс, а какой он с ней, и как они общаются-то? Ведь Тим по неосторожности не удалил из отправленных всего одно сообщение. А, может, и не было других SMS?
Как бы мне увидеть её, чтобы понять, кто мой конкурент?
«Думала обо мне ночью?»
Молчание. Та-ак, что-то пошло не так. Следующий вопрос.
«Может, сходим куда-нибудь сегодня? Или увидимся у тебя?»
Ответ даст понять, что уже было, а чего пока ещё нет.
«Что сразу вот так, Тим? И откуда ты знаешь, где я живу?»
Неплохо.
«Прости. Не хотел тебя обидеть. Неудачно пошутил. Игривое настроение после того, что было вчера. Или у тебя по-другому?»
Не слишком ли многословно пишу?
Но хочу проверить, что думает она насчёт его недвусмысленного вчерашнего SMS, ведь ответа от неё не последовало.
«Не думала, что от одного поцелуя на скамейке у тебя так разыграется воображение, красавчик».
Красавчик? Ну я тебе устрою, лахудра, чужих мужей соблазнять.
«Красавчик? М-м-м, мне нравится. А как тебя называть?»
«Инга. Только не Ингулечка, Ингуся, Ингочка и, упаси Боже, Гнусик. И без всяких котиков, зайчиков и прочего зоопарка, пожалуйста».
О-ла-ла, входящий звонок с нашего домашнего телефона на мобильник Тима. Ага, проснулся и ищет свой телефон. А вот поздно, дорогой. Сбрасываю.
Захожу в соцсеть и нахожу аккаунт Тима. Мне всегда казалось странным, что у него нет ни одной нашей совместной фотографии и не заполнен семейный статус. Но кто-то из психологов говорил, что мужчина в серьезных отношениях не афиширует общественности свой объект любви из собственнических соображений. Я прочла десятки книг про отношения, Тим — ни одной. Его волновало это меньше всего, он в поисках себя самого.
Инга в друзьях всего одна. Редкое имя. Учится в колледже при академии моды. Зеленоглазая, худенькая, крашеная брюнетка (ну надо же, в этот раз не рыжая) маленького роста. Что же его на каких-то детей всё время тянет-то? Для кризиса среднего возраста рановато, Тиму до тридцати ещё жить и жить. По-моему, я выгляжу гораздо эффектнее Гнусика.
Так, а вот и фотография из школы игры на гитаре. Значит, соблазнился на свою ученицу. Как это непрофессионально, Тим.
Телефон опять разрывается, только теперь он звонил на мой мобильный номер. Сбрасываю.
Звонит черноволосая лилипутка. Что делать? Голос-то мне уже никак не сымитировать. Отклоняю вызов и пишу, что не могу говорить.
Коварный план слишком преждевременно раскрыт, приходит SMS:
«Я знаю, что ты — не Тим».
Вот же шустрый. Предупредил уже. И номер её телефона знает наизусть.
«Тогда ты догадываешься, кто я», — отвечаю ей и тут же звоню виновнице сегодняшнего нерабочего состояния, выходя на офисную лестничную площадку.