9 часть
Утро.
Моё и Анино утро началось под музыку. Она включила какой-то весёлый плейлист на полную громкость, и мы прыгали по комнате, пытаясь одновременно чистить зубы, расчёсывать волосы и не наступить друг другу на ноги.
— Сегодня финал! — кричала Аня, нанося тушь дрожащей рукой. — Я так волнуюсь, как будто сама бегу!
— Ты и бежишь, — напомнила я. — После обеда.
— Точно, — выдохнула она и чуть не выколола себе глаз.
Сегодня будут проходить финальную трассу наши краши, чтоли, ахаха. Олег и Филипп — в разных категориях, поэтому титулы у них могут быть у обоих. Аня уже переживала за Филиппа так, будто он собирался на войну. Я... я старалась не думать об Олеге. Не получалось.
Сегодня я решила не наряжаться, а быть собой.
Я надела чёрные спортивные широкие штаны и чёрное худи с ушками на капюшоне. Волосы собрала в низкий хвост. Никакой косметики, никаких украшений. Просто я. Такая, какая есть.
— Ты красивая, — сказала Аня, посмотрев на меня.
— Ты просто привыкла, — отмахнулась я.
— Нет, правда. Чёрное тебе идёт. И ушки смешные.
Я надела капюшон, повертела головой — ушки дрыгались.
— Вообще-то, это для маскировки, — серьёзно сказала я. — Чтобы меня не узнали.
— Тебя все уже знают, — засмеялась Аня. — Ты сестра Стаса. И девушка, которая выпрашивает у Олега телеграм.
— Я не выпрашивала! — возмутилась я. — Я просто спросила.
— Ага, спросила, — подмигнула Аня. — Ладно, пойдём. Завтрак, потом сразу на трибуны. Места надо занимать.
Мы вышли в коридор. Я сунула руки в карманы худи, подтянула капюшон — ушки на месте.
В столовой было шумно. Дети носились с тарелками, взрослые пили кофе и обсуждали забеги. Мы взяли подносы, положили кашу, бутерброды, сок.
— Вон они, — сказала Аня, кивая в сторону знакомого столика.
Филипп и Олег сидели вместе. Фил что-то весело рассказывал, Олег слушал с серьёзным лицом и кивал. Увидели нас.
— Идём? — спросила я.
— Идём, — выдохнула Аня.
Мы сели за их столик. Филипп сразу улыбнулся Ане:
— Выспалась, Седова?
— Ага, — кивнула Аня. — А ты?
— Волновался, — признался Фил. — Плохо спал.
— Я за тебя поболею, — тихо сказала Аня.
— Я знаю, — Фил улыбнулся мягко, и Аня снова покраснела.
Я села напротив Олега. Он поднял на меня глаза. Посмотрел на моё худи. На ушки.
— Смешная, — сказал он.
— Маскируюсь, — ответила я.
— От кого?
— От всех.
Олег чуть улыбнулся. Я заметила — он улыбнулся. В первый раз за всё время. Не широко, краешком губ, но это было.
— Тебя всё равно видно, — сказал он.
— Это плохо?
— Нет, — он взял чашку с чаем, отпил. — Не плохо.
Я смотрела на него и не могла отвести взгляд. Сегодня он тоже был спокойным. Сосредоточенным. Но в глазах — какая-то... лёгкость. Или мне казалось.
— Ты готова? — спросил он вдруг.
— К чему?
— Смотреть финал. Говорят, зрители местами теряют голос.
— Я буду кричать тихо, — сказала я. — Но внутри.
Олег усмехнулся.
— Это не считается.
— Для меня считается.
Допили завтрак, убрали подносы. Филипп ушёл разминаться, Олег — за ним. На прощание он обернулся, посмотрел на меня. Кивнул. Я кивнула в ответ.
— Между вами что-то происходит, — сказала Аня, когда они ушли.
— Ничего, — ответила я. — Пока ничего.
— Но будет?
— Не знаю. Посмотрим.
Мы пошли к трибунам. Солнце светило ярко, но не жарко — утро. Людей уже собралось много.
Мы нашли места у самого ограждения, как любила Аня. Чтобы видно было всё — от старта до финиша.
— Ника, — сказала Аня, садясь рядом.
— М?
— У тебя ушки криво висят.
Я поправила капюшон. Ушки встали ровно.
— Теперь нормально?
— Теперь ты готова, — улыбнулась Аня.
Я посмотрела на трассу. Вдалеке мелькнула фигура Олега — он разминался
Сегодня я снова стояла около родственников Олега. Игорь кивнул мне, папа Олега посмотрел привычно внимательно, мама улыбнулась. Я встала у ограждения, сунула руки в карманы худи. Ушки на капюшоне чуть дрожали — то ли от ветра, то ли от того, что у меня тряслись руки.
Иногда взгляды Юры и Стаса метались на меня. Они знали. Юра — старший судья, брат Олега — смотрел строго, но не зло. Стас — мой брат — хмурился, переводил взгляд с меня на Олега, потом обратно. Я делала вид, что не замечаю.
На трассе Олег соревновался с таким же атлетом, как и он. Поэтому около Валерии стояли родственники двух атлетов.
Слева — родители Олега, Игорь, я. Справа — семья другого парня. Высокая женщина в красной куртке, мужчина с биноклем, какая-то девчонка чуть старше меня — наверное, сестра. Они кричали громко, размахивали руками. Прокудины — стояли молча, но я чувствовала, как они напряжены. Игорь сжал кулаки. Мама Олега замерла с полуоткрытым ртом.А ярик схватил меня за руку
Объявили старт.
Олег и его соперник встали на линию. Соперник был выше, шире в плечах, улыбался уверенно. Олег — спокойный, сосредоточенный. Никаких эмоций.
Свисток.
Они рванули одновременно.
Соперник шёл быстрее в начале. Перепрыгнул бревно, ухватился за канаты. Олег отставал на секунду.
— Давай, — прошептала я. — Давай, Олег.
Стена. Олег прошёл её чисто, соперник зацепился ногой, потерял полсекунды. Олег сравнялся.
Кольца. Самый опасный этап. Олег перелетел легко, как будто у него за спиной крылья. Соперник замешкался, повис на одной руке.
— Давай, — крикнул Игорь.
— Давай, — крикнула я. Не прошептала — крикнула. На всю трибуну.
Олег финишировал первым.
Табло показало время — рекорд сезона. Соперник отстал на две секунды.
Родители Олега закричали. Игорь обнял меня за плечи и тряхнул. Мама Олега заплакала.Самый младший прокудин - ярик , обнял меня
Олег стоял внизу, тяжело дыша. Потом поднял голову. Посмотрел на семью. Нашёл меня.
И улыбнулся.
Не краешком губ — нормально, открыто. Я так и замерла с открытым ртом.
Валерия подбежала к нему с микрофоном. Что-то спросила. Олег ответил, но я не слышала — вокруг всё кричали.
Потом он сказал что-то в микрофон, и Валерия повернулась к трибунам.
— Олег говорит, что посвящает этот забег своей семье и... одному человеку на трибуне. Который сегодня болел за него громче всех.
Игорь посмотрел на меня и усмехнулся.
Я покраснела так, что уши загорелись.